Читаем Белая тьма онлайн бесплатно

Annotation

Мир скромной деревенской ведьмы рухнул. Она отправится в столицу, где ей суждено столкнуться с сильными мира сего и встретить свою любовь.

Челнокова Елена

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Челнокова Елена

Белая тьма

Пролог

Уже два месяца в Коряжищах стояла зима. Ее ледяные пальцы прочно сковали маленькую деревеньку, затерянную в глухих лесах Урлии. В это время года дороги заметало так, что ни один обоз не достигал наших мест до самой весны. Семья моя состояла из пяти человек - бабушки, родителей и нас с братом. К слову, меня зовут Арина, и вот уже шесть лет как я топчу эту землю, точнее маленький ее участок, размером с наш поселок. Родители мои всю жизнь занимались земледелием, но мать после рождения Алеся стала слаба здоровьем, и отец тащил почти все хозяйство на себе. Бабка моя, Евдокия, чем могла помогала ему, но годы брали свое и многого от нее ждать теперь не приходилось.

Сегодня ночью было особенно холодно, и даже жарко натопленная печь не спасала от стужи, тянущейся по полу и пробирающейся под одеяло, в которое я завернулась. Мать с братиком спали на печке, тихонько посапывал во сне отец. Мне же не спалось от страха перед завтрашним днем, ведь утром мне предстояло пойти к местной ведьме. У матери моей вчера так сильно прихватило сердце, что даже подняться не могла утром. Решили послать за ведьмой. Таковая в Коряжищах имелась только одна, да и то, была такой старой, что вот-вот представится, и останется тогда поселок вовсе без какой-либо помощи. У нас ведь как, случится с человеком хворь какая или баба беременная никак разродиться не может, так сразу за ведьмой посылали. Люди, конечно, ее боялись, но и без нее прожить не могли. Жила наша ведьма недалеко от поселка в лесочке. За труды свои принимала любую благодарность - еду, одежду, утварь всякую, только денег никогда не брала. Тратить их у нас в Коряжищах было негде, а в город старушка давно не выезжала.

Ну так вот, поехал батька вчера за Прасковьей Ильиничной где-то в обед. Ведьма, приехав, осмотрела мать, вздохнула тяжело и отозвала отца в сени. О чем они там говорили, мне не ведомо, отец шумел сильно, но слов было не разобрать. Вошли потом в горницу вдвоем - ведьма довольная, улыбается, а отец стоит хмурый, и глаза почему-то от меня отводит.

- Подойди ко мне, Аришка, - вымолвил отец горько.

Все в моей душе сжалось от этих слов, страшно так стало от чего-то. Но просьба родителя - закон.

Вышла я к ним из-за печки, подошла поближе. На ведьму смотреть боязно, такая она корявая и убогая.

- Завтра с утра пойдешь к Прасковье Ильиничне, будешь с этих пор ты ей по дому помогать и учиться кой-чему, - отец виновато посмотрел на меня и снова отвернулся. - Мамку она твою вылечит, но и наша семья у ней теперь в должницах. Так что дочка, слушайся Прасковью Ильиничну во всем. Жить ты будешь у нее, но к нам можешь приходить, коли захочешь.

Задрожала я вся - шутка ли дело, в ученицы к ведьме идти. Слезы покатились по щекам градом, но ведь ради мамы все должно выдержать, убеждала себя я, и чтобы не разрыдаться при всех, кивнула молча и убежала обратно за печь. Там я лежала сейчас, дрожа от холода. Вот уж и светает за окном, значит надо собираться и прощаться с семьей.

Плакать мне больше не хотелось, в груди будто застыл ледяной ком. Быстро собрав свои не богатые пожитки в узелок и обняв на прощание родных, накинула полушубок и двинулась в сторону леса. На улице было очень морозно и солнечно, я почти бежала по лесной тропинке, чтобы согреться. Вскоре елочки расступились и на поляне показалась большая деревянная изба с красивыми резными наличниками. Из трубы поднимался приветливый дымок и в воздухе чувствовался аппетитный запах пирогов. Нерешительно подняв веник, лежащий на крыльце, я обмела запорошенные снегом валенки и постучала в дверь.

Долго никто не открывал, я уже подумывала развернуться и постыдно сбежать обратно, когда дверь медленно отворилась и на порог вышел огромный черный котяра.

- Заходи скорее, нечего тепло из дома выпускать, - донеслось из глубины дома.

Пройдя внутрь я оказалась в светлой, сияющей чистотой избе. В середине стоял круглый стол с красиво расшитой белоснежной скатертью, по бокам стояло две кровати с горками подушек, а ближе ко входу согревала теплом ладная беленая печка. Пирогами пахло настолько вкусно, что мой живот громко заурчал. Кот стрелой промчался мимо меня, вскочил на залитый солнцем подоконник и умиротворенно свернулся в клубок.

- Снимай шубейку то, да повесь там, за занавеску, - лукаво усмехнувшись, проговорила ведьма. - Мой руки и садись к столу, буду тебя в курс дела вводить.

Заглянув за кружевную шторку слева от входа, я обнаружила там деревянную вешалку с одеждой, куда и пристроила свой не хитрый скарб. Сполоснув в умывальнике руки и обтерев их нарядным рушником, я боязливо приблизилась к столу и села на лавку.

Прасковья Ильинична поставила передо мной кружку с горячим травяным отваром и пододвинула пироги. Голод победил мои душевные метания, и я, ухватив ближайший пирожок, как оказалось с брусникой, начала его уплетать, запивая вкусным чаем. Ведьма же присела напротив и молча меня разглядывала. Взгляд ее был вовсе не страшный, а какой-то задумчивый. "Не такая уж она и жуткая, больше говорят про нее всякие страсти", - подумалось тогда мне.

- Наелась? Ну а теперь расскажу какую работу по дому ты выполнять будешь, - старуха поднялась и повела меня к печке. - Вот тут мука хранится, тут соль, сахар, травки разные. В сенях соленья на полках стоят, а под полом ледник есть, там ягоды, грибы, мясо. Спросишь если чего не найдешь. Готовить я тебе по началу буду помогать, потом как справляться со всем будешь, одна попробуешь. Днем двор надо убрать - зимой снег лопаткой откидать, летом метлой подмести. Из скотины у меня только куры, кот и лошадь. Молоко мне деревенские приносят, овощи и ягоды тоже. Сено для лошадки мужики привозят. Ухаживать за Сивкой будешь тоже ты, тяжело мне последний год нагибаться да тянуться стало. Но травы целебные я сама собираю, потому что тут знание особое нужно. Да все со временем поймешь, всему научу - и как отвары да мази готовить, и как заговоры делать. А как помру - на мое место встанешь, дар тебе передам. Засиделась я на этом свете, Аринушка. Пора давно уж мне уходить, да замены все себе сыскать не могла. Очень уж трудно девушку найти подходящую.

Слушала я ее и отступала потихоньку тоска по дому, словно нить какая обрывалась. Вроде и помнила я своих то, но сердце больше не сжималось мучительно и страха за себя не было. С той поры так и повелось, хозяйство я вела, а ведьма по вечерам учила меня своим премудростям. Зима незаметно перешла в весну, а та в лето. Травки нужные стали вызревать, и мы с бабкой Прасковьей, так я ее величала, в лес да луга ходили их собирать и отвары после готовили. С Сивкой мы подружились, потихоньку даже стала на нем верхом до поселка доезжать. Седло пока на коня надеть силы и роста не хватало, так что залазила прямо так, на голую спину, предварительно взобравшись на загородку, чтоб достать. Уздечка у Сивки была красивая, кожаная - видно какой богач заезжий подарил. Сивка ходил медленно, боясь сбросить маленькую ношу, то бишь меня. Так и доезжала я до первых домов Коряжищ, потом осторожно соскальзывала, чтобы батька не ругался.

Всему постепенно научила меня ведьма, как и обещала. Родных я частенько навещала, матушка с тех пор больше так сильно не болела, и хозяйство наше наладилось. Скучала, конечно, по ним поначалу, а потом привыкла. Так и двенадцать лет как один год промелькнули.

В зеркале, которое я обнаружила у бабки Прасковьи на чердаке, на меня смотрела рыжая кареглазая девушка в белой рубахе и переднике с вышивкой, на носу у нее слегка проступали веснушки, а в глазах сквозило радостное предвкушение. Сегодня мне исполнялось восемнадцать лет, и Прасковья обещала купить мне на ярмарке собственную лошадь, так как Сивушка умер от старости два года назад. Торговля начиналась на центральной площади поселка через час. Встав утром с петухом, убравшись и сготовив похлебку, я стояла, притопывая от нетерпения ногой, в ожидании, пока соберется Прасковья. В это лето она особенно сдала, уже почти не выходила из дома, и дойти до площади для нее было настоящим подвигом.

Наконец добредя до торговых рядов, мы нашли место, где продавали лошадей. Животных в Коряжищах покупали, в основном, для работы в поле. Под седло редко кто брал - не за чем, да и дорого это. Но ведьма настояла на непрактичном подарке, чему я была несказанно рада. Мой будущий жеребец стоял в стороне от шумных торгов, на него не смотрел ни один покупатель. Вороная масть его мгновенно приковала к себе неискушенный взгляд, ведь такой красоты я никогда до этой поры не видела. Сивушка был бесконечно любим, но внешне совсем не казистого седого цвета.

Красавец-конь посмотрел на меня из-под длинной челки хитрым взглядом и заржал. Прасковья, мигом сообразив, кого я приметила, подошла к продавцу и спросила о цене. Достав кошель, ведьма быстро отсчитала непонятно откуда взявшиеся золотые монеты и протянула мне повод.

- Вот ты и совсем взрослая, Аринушка, - тихонько прошептала старушка. - Знания я тебе дала, лошадь теперь тоже есть, пора мне собираться.

- Куда собираться, бабушка? - удивилась я. - Может еще погуляем по базару немного, уж больно интересно на ярморочные представления посмотреть.

- Погуляй, милая, погуляй, а я домой потихоньку побреду. Устала я сегодня, - протянула Прасковья, развернулась и пошла в сторону леса. Конь как привязанный двинулся следом за ней.

Я ходила по ярмарке до обеда, после чего, вдоволь насмотревшись на скоморохов и жонглеров, направилась обратно домой. Лес был необычно тихим, не слышно было пения птиц и привычного скрипа стволов елей. Войдя в дом, я сразу почувствовала неладное. Старушка лежала на постели и тяжело с хрипами дышала.

- Ухожу я, Аринушка, час мой пришел, - прохрипела Прасковья. - Хорошую жизнь я прожила для ведьмы, не вредила никому, а помогала многим. Так и тебе желаю прожить. Дай руку свою, девонька.

Взяла я ее сухонькую ручку в свою, и вдруг как молния сквозь меня прошла, в глазах на мгновение полыхнуло красным, а потом отпустило.

- Почувствовала дар-от? - усмехнулась старуха. - Слушай, милая, какие правила для нашего племени есть непреложные. Во-первых, есть черные и белые ведьмы, белая может стать черной, черная же белой никогда. Будешь жить без вреда для простого люда, так белой и помрешь как я, но, если что-то во зло человеку сделаешь - считай, что почернела твоя сущность, назад дороги не будет. Во-вторых, замуж нам, ведьмам, выходить нельзя. Мужиков любить можно, детей рожать можно, но в церкви тебе невестой не стоять. Если выйдешь замуж, помрет твой муж в течение года, всю жизнь ты из него вытянешь. В-третьих, оборачиваться ты птицей сможешь, какой именно - твоя суть подскажет. Книга у меня под тюфяком лежит со всей магией ведьмовской, помру когда, наизусть выучить ее должна будешь. Ну и, в-четвертых, если наскучит тебе белый свет, найдешь себе ученицу и передашь дар, только тогда тебя жизнь и покинет. А теперь обними бабушку, Аринушка, и пойду я. Заждался он там меня, заждался.

Обхватила я Прасковью руками, слез сдержать не смогла, ведь ближе нее никого у меня эти годы не было. Родня то уж давно от меня отдалилась, чувствовали видно родичи, что другой я становлюсь.

- А кто тебя заждался то, бабушка? - спросила я.

- Так Гаврилушка мой, уже двадцать лет, почитай, как ждет... Не могу я больше без него, - если слышно произнесла Прасковья, и дух покинул ее.

Хоронила я ведьму сама, позвать было некого, боялись ее простые люди то. Под любимой елочкой вырыла могилу, завернула старушку в специально приготовленный ей же саван и опустила в сырую землю. Насыпав поверх аккуратный холмик, я присела на стоявший рядом пенек и вытерла пот. Вдруг на могилу прилетела ворона и уставилась на меня.

- Ты, что ли, бабка Прасковья? - улыбнулась я.

Ворона каркнула, вспорхнула и полетела прочь.

- Лети, лети к своему милому, справлюсь я, бабушка, - уже печальнее проговорила я.

Глава 1.

Ведьма на помеле.

По лесу мы улепетывали со всей возможной скоростью. Воронок подо мной препятствий не боялся и несся стремглав через самую чащу. Прижавшись головой к шее коня, я только надеялась не зацепиться волосами за какую-нибудь мимо пролетавшую ветку и не выпасть из седла. Наши преследователи похоже отстали, но я не хотела рисковать и, на всякий случай, не притормаживала Воронка.

Зато как все гладко начиналось. Вчера я решила съездить в соседний город в специальную колдовскую лавку за редким порошком для снадобья от болотной лихорадки, которая пришла бедой в наш поселок этим летом. Выехала рано, еще не рассвело. До города добралась быстро, на дороге лишь изредка попадались торговцы с телегами и одинокие путники. Заплатив при въезде в город положенную пошлину, я направилась в знакомую по предыдущим посещениям лавку местного торговца ведьмовскими изделиями и ингредиентами для снадобий. Если не знать, что в этом тупике есть магазинчик, то никогда его не найдешь, уж больно хозяин глаза отводить мастер. Я и сама нашла его с трудом и только благодаря оставленной мне Прасковьей книге, где была изображена схема города.

Урлия была небольшим государством, крупных поселений в ней было не много. Наш же Переславль стоял и вовсе на отшибе, почти на границе с соседней Нордией. Кругом его окружала тайга, где водился разный пушной зверь, промыслом на которого и занималась основная масса населения. Шкурки отправляли с торговыми караванами в столицу, где богатые дамы заказывали из них роскошные шубы и шапки. Климат в нашем краю был суровый северный. Лето длилось не долго, а зима пугала иностранцев морозами и снегами.

Зайдя в лавку, поздоровалась с хозяином Тимофеем Егоровичем и попросила нужный ингредиент. Ведьмак пошел на склад, а я присела на лавочку и стала разглядывать витрину с многочисленными амулетами. Камешки в украшениях красиво переливались в лучах свечи. Завороженная разноцветьем бликов, я обратила внимание на золотистый авантюрин в одном из кулонов. Мелькнула в памяти страница колдовской книги бабки Прасковьи и изображенный на ней родовой артефакт давно истребленного древнего ковена Рудоцких. По совету старой ведьмы, я выучила практически наизусть все заклятия и заговоры в ее книге, и вот теперь знания пригодились. Если это действительно тот самый камень, то обладавшие им ведьма или ведьмак могли побороть практически любую хворь и защититься от воздействия другого колдуна, что в нашем деле, согласитесь, лишним не будет.