Читаем Осквернённый мир. Инквизитор онлайн бесплатно

Часть 1. Одержимость.

Зимний вечер был окрашен яркими огнями и заполнен радостными криками. Блики от праздничной иллюминации – зелёные, жёлтые и голубые – разрисовывали грязный серый снег в сказочные цвета. Это был последний вечер уходящего года, и люди радовались тому, что смогли прожить этот год. Пусть с трудом, пусть с потерями, но смогли. По какой-то злой иронии день, ставший трагедией для всего человечества, отмечали как величайший праздник. Более пышные иллюминации можно было увидеть лишь в день Жертвы, день Корнелия Святого, героя, отдавшего свою жизнь за людей, более богатое угощение – в день святой Лидии, покровительницы сельского хозяйства. Но сейчас, на изломе зимы, люди праздновали то, что были всё ещё живы. Они отмечали окончание пятьсот сорок третьего года после открытия Врат, и это было их победой.

Событие, навсегда изменившее этот мир, произошло более пяти веков назад в такой же морозный снежный день в городе, название которого было давно утеряно и забыто. Без всякой видимой причины прямо на центральной площади открылись Врата – портал в мир демонов. Само пространство треснуло, обнажив изнанку. Чудовищный взрыв в считанные секунды сровнял город с землёй. Прошло не больше часа, когда из распахнувшегося зева Врат вышли первые демоны. Так написано в хрониках тех времён, но никому не ведомо, насколько они достоверны. Многие знания были утрачены навсегда. Сейчас уже никто не мог точно сказать, где именно находились Врата и как они выглядели. Дошедшие до сего дня сведения были обрывочны и часто противоречили друг другу.

Демоны шли нескончаемым потоком, всего за несколько лет человечество едва не было уничтожено их ненасытными ордами. Тысячи и тысячи жизней были потеряны в первые же дни вторжения. Но за прошедшие с тех пор пять веков выжившие люди смогли объединиться, выстроить Заградительную стену, научились защищаться и даже бить в ответ. Через полвека после начала вторжения люди создали подобие армии, впервые попытались остановить вторжение. Линия фронта растянулась между высокими, непроходимыми горами и отравленной каким-то давно забытым бедствием пустыней, в которую не совались даже демоны, а люди не могли прожить и дня. За спинами сражавшихся за одну невероятно холодную зиму ценой огромных жертв была выстроена Стена. Скрепя сердце, объединённые первыми святыми и лидерами люди отошли на север, поставив на пути врага эту преграду и вложив в каждый камень свои молитвы, пот, кровь и жизни. Первая Стена была не очень высокой, но смогла выдержать атаку демонов, когда те до неё добрались вслед за отступающими войсками. Она непрерывно достраивалась и чинилась, пока не приобрела свой законченный вид. Сейчас это циклопическое сооружение, укреплённое, снабжённое всеми мыслимыми средствами защиты, пропитанное святостью. По слухам у её основания зарыты кости святых, продолжающих оберегать людей от гибели. Человечество остановилось в шаге от своего конца, у самой пропасти, за секунду до падения. И каждый прожитый год был победой в этой бесконечной войне, победой, за которую было заплачено бессчётным количеством жизней.

На развалинах прошлого мира выросли новые города, люди заново научились жить вместе, заново написали законы и правила. Они построили фабрики и заводы, приручили демоническую энергию, нашли замену многому из того, что было утрачено безвозвратно. А защиту человечества на себя взяла едва не сгинувшая в пожаре первых десятилетий после открытия Врат религия старого мира. Она стала щитом и мечом, видоизменилась и окрепла. Поднявшаяся из пепла Церковь вновь вернула людям не только веру, но и надежду, взяла под своё покровительство святых воинов и направила их на защиту нового мира. Человечество приспособилось и выжило, назло судьбе стало встречать каждый новый год праздником. Люди смеялись и пели на главной площади и радовались этой снежной ночи.

Но даже среди общего веселья были те, кто вынужден был исполнять свой долг и заботиться о безопасности граждан. И те, кто не считал нужным радоваться вместе с остальными. Нат Тайлан старательно избегал шумных улиц и праздничной толпы. Яркие вспышки в небе лишь раздражали его, а радостные крики заставляли настороженно прислушиваться. Сегодня дежурить выпало не ему, так что Ната ждал обычный скучный одинокий вечер в его маленькой квартирке, и он был этому несказанно рад. В ту часть города, где жил Тайлан, звуки праздника почти не долетали. Хотя многие из его коллег не разделяли подобного снобизма и считали, что празднование жизни просто необходимо. Нат никогда им не возражал, он вообще не любил спорить по пустякам.

Тайлан свернул в узкий переулок, чтобы не идти через маленькую забитую людьми площадь у церкви святой Регины. Такой выбор маршрута мог показаться странным, но он часто здесь ходил. Переулок был узким, с двух сторон огороженным глухими чёрными стенами. Внизу у ног сухо шелестели мусором тощие облезлые крысы. Нат пнул одну из них носком сапога, та злобно зашипела, но добычу не выпустила. Крыса сжалась, чувствуя пронзающий её жуткий холод, тонкими струйками растекавшийся от ног страшного человека, забрёдшего в её кормовые угодья. Тайлан брезгливо поморщился и переступил через серую тварь, отметив про себя, что этот переулок надо будет проверить, когда будет время.

Сейчас его гораздо больше волновал серый, горьковатый снег, падавший под ноги большими хлопьями. Ветер, редкий и порывистый, тяжело двигающий грузные тучи по небу, дул с юга. Именно там снег напитывался горечью и окрашивался в цвета могильного праха. А это могло означать лишь одно – на юге полыхали пожары. Может быть, горел сектор какого-нибудь города, может – погребальные костры, зажженные чумными докторами. И определённо точно – бесчисленные орды демонов, решившиеся на очередной прорыв и убитые доблестными защитниками человечества. Их плоть каждое утро становилась горьким пеплом, который ветер приносил на север как напоминание о том, что там, на юге идёт война. И каждую ночь новые твари приходили и пытались прорваться к городам, к сёлам, к беззащитному сладкому человеческому мясу и перепуганным душам. Нат мог только молить Его, чтобы первое утро года не началось для него посреди ночи со срочного вызова или, хуже того, приказа отправляться на юг, в самое пекло. Конечно, этот город, Становление, находился не так далеко от границы, и рекрутов отсюда набирали в последнюю очередь, но Нат Тайлан слишком хорошо помнил самое начало своей карьеры, пришедшееся на большой прорыв, который едва удалось остановить ценой бессчётных жертв. За прошедшие со времён открытия Врат пять веков подобных масштабных наступлений было всего шесть.

Впрочем, сегодня был праздничный день, и думать о плохом совершенно не хотелось. На тихой узкой улочке, забитой давно закрытыми магазинчиками и их едва живыми, более удачливыми собратьями, не было ни души. По крайней мере, человеческой. Несколько пикси увлечённо копались в мусорном баке, совершенно не замечая опасного пришельца. Дела фэйри Ната не касались, в Священной Канцелярии был особый отдел, занимавшийся этими странными существами, которые появились почти одновременно с демонами, сразу после открытия Врат. Дивный народец хотя бы считался безопасным. Относительно. Впрочем, Тайлан всегда относился к фэйри с симпатией. Агрессивных экземпляров среди них встречалось не больше, чем среди людей. А основная же масса была вполне безобидной и порой даже забавной.

Нат толкнул дверь одного из пока ещё живых магазинчиков. Он ходил сюда каждую неделю за продуктами, которые покупал сверх обязательного выдаваемого на работе пайка. Колокольчик, обвязанный белой нитью, тренькнул, оповещая хозяина о неурочном посетителе. Магазинчиком управлял бодрый старичок, всегда до краёв наполненный свежими сплетнями и доброжелательностью. Он никогда не унывал и умудрялся доставать дефицитные товары даже тогда, когда поставки с продовольственных фабрик задерживались.

Белая нить на колокольчике над входом призвана была защитить дом от нежелательного внимания дивного народца, в просторечии называемого соседями, и скверны. Хотя Нат сомневался, что эту нить освящали должным образом, а значит, демонам было плевать на неё. А уж вороватым пикси – и подавно, их отвадить могла только красная. Да и колокольчик неплохо было бы заменить на железный. Но всё железо уходило на нужды армии, а красный цвет – цвет демонов – был под запретом для обычных людей.

– Мастер Тайлан! А я вас сегодня ждал! – радостно поприветствовал постоянного покупателя Лайф, хозяин магазинчика. Он уже давно привык к тому, что для Ната не существовало ни праздничных, ни выходных дней. Этим вечером старый Лайф не закрыл свой магазинчик и не ушёл праздновать вместе в соседями лишь по одной причине – Тайлан обещал сегодня зайти. Из-за перебоев со снабжением и пожара на одной из маленьких фабрик на южной окраине города у многих торговцев были трудности. И потому Лайф был готов на всё, чтобы не упустить постоянного и весьма платёжеспособного клиента. – Вот, кое-что специально для вас приберёг! Всего три штуки привезли, я всё и отложил.

Старый Лайф выставил на прилавок три банки какао и с гордостью улыбнулся. Достать столь дефицитный товар сейчас было очень непросто. Далеко не каждый торговец, даже имеющий договоры поставки с небольшими частными заводиками, мог такое провернуть! Но именно поэтому магазинчик Лайфа до сих пор не закрылся – старик умел добывать редкости и этим удерживал клиентов.

Банки выглядели слегка побитыми – на одной виднелась вмятина, на двух других – царапины, но они определённо были целыми и полными ароматного порошка. Лайф знал, что какао было одной из немногих слабостей мастера Тайлана, и он готов был потакать этой слабости по мере своих сил и за вполне приемлемую цену.

Потом Лайф выставил на прилавок банку сухих сливок – свежих сейчас было не достать – и свёрток с колбасными обрезками. Его постоянный клиент всегда забывал заказать ему сливки, но всегда их брал, если Лайф ему напоминал. А обрезки Тайлан покупал каждый день, так что старик всякий раз молча добавлял их в заказ. Это уже давно стало их маленькой и достаточно прибыльной для торговца традицией.

– Ну и погода сейчас! Так и метёт! Думаете, когда снег уже закончится? – попытался поддержать разговор Лайф.

– Ночью закончится, к утру похолодает, – нехотя бросил Нат, выкладывая на прилавок три полновесных «орла». Тяжёлые монеты зажиточно звякнули. Паёк и консервы ему выдавали на работе, так что сюда он приходил только побаловать себя, а за это всегда приходилось платить – и немало.

– Ох, надо будет одеться потеплее! – Всплеснул руками Лайф, быстро и ловко сгребая монеты под стол. Этот клиент всегда платил без споров, за что и получал редкий и дефицитный товар чаще остальных. Таких людей хозяин магазинчика уважал. Они знали цену вещам и никогда не опускались до мелочных склок. – А то кости уже совсем износились, кровь стала густая, не греет.

Старый Лайф всегда доверял таким несложным предсказаниям Ната Тайлана. Они неизменно сбывались. Любой другой на его месте побоялся бы даже глаза поднять, не то что спрашивать о погоде. Но Лайф хорошо усвоил одно – он был полезен мастеру Тайлану, и это давало ему право говорить с ним без страха.

– А что там за пожары на юге, не знаете? – осмелился спросить старый торговец. Этот вопрос уже был на грани допустимого. – Это ведь просто пожары? Мне отец рассказывал, а ему – его отец про страшное время. Тогда всё тоже так начиналось.

– Не думаю, что это повторится при нашей жизни, – холодно ответил Нат Тайлан. Старик говорил о Пятом большом прорыве, тогда демоны дошли до стен Становления, фронт целых три года находился у самого города. О тех страшных днях остались лишь воспоминания, не истрепавшиеся и не потерявшие своего ужаса за более чем полтора века. – Если бы там всё было настолько серьёзно, я бы знал. Многие бы знали. Это всего лишь очередной небольшой прорыв. Вам бояться нечего.

Нат вышел из магазинчика, держа в руке свёрток с колбасными обрезками. Банки он разложил по карманам форменной шинели. То, что он собирался сделать, было его личным ритуалом на удачу. И это не было блажью, слабостью и уж тем более – суеверием. По крайней мере, так утверждал он сам, и даже законники не смогли бы найти причину придраться к его словам.

Остановился Нат за магазином в глухом тупике, маленьком и грязном, засыпанном снегом вперемешку с мусором. Здесь было тихо и пусто, если не считать нескольких мусорных баков, один из которых валялся в сугробе, изрыгнув из себя кучу гнилых овощей и мятых бумажных обёрток. Судя по характерным чёрным точкам, овощи были попорчены каким-то злокозненным фэйри. Такое случалось редко, дивный народец старался не конфликтовать с людьми, особенно в городах. Этого, судя по всему, изрядно довели, раз он решился на такую пакость, да ещё и зимой, когда продукты и без того было трудно достать.

Тайлан раскидал носком сапога какие-то тряпки, сваленные у стены, положил свёрток на расчищенное место и развернул его. Лайф щедро насыпал туда нарезанной колбасы и мясных обрезков, даже добавил пару мелких рыбёшек. Когда Нат распрямился, к промасленной бумаге и лежащему на ней угощению уже принюхивались два тощих кошака. Эти всегда приходили первыми и потому успевали отхватить самые лакомые кусочки. Из неприметных лазов и мусорных баков уже появлялись остальные коты и кошки: серые, рыжие, чёрные, разноцветные, с подранными ушами и без хвостов, со шрамами на мордах и выпирающими рёбрами. Они подходили к неподвижно стоящему человеку осторожно, с опаской принюхиваясь. А потом, убедившись, что перед ними их старый знакомый, со всей возможной скоростью устремлялись за своей порцией обрезков. То, что мастер Тайлан подкармливал уличных котов, знал, наверное, только старый Лайф, но он умел держать язык за зубами, когда дело касалось его постоянных клиентов и их маленьких секретов.

Многие горожане не любили котов, даже называли их пособниками не то дивного народа, не то демонов. Кто-то суеверно считал их целителями и оберегами от зла, с которым они якобы водились. Кто-то безжалостно убивал ради засушенных лапок, которые так охотно скупали солдаты перед отправкой на юг. Сам же Нат прекрасно знал, что у котов весьма странные отношения с дивным народом, а вот демонам они точно враги. Эти животные умели чувствовать скверну и сторонились тех, кто был ею отмечен. Впрочем, священников они тоже почему-то не любили, как и Апостолов, святых воинов человечества.