Читаем Расследование в прямом эфире онлайн бесплатно

Расследование в прямом эфире

– До встречи завтра в это же время, – улыбнулась в камеру миловидная девушка.

– Стоп, снято! – крикнул оператор.

Улыбка с лица ведущей исчезла моментально, уступив место усталому выражению.

– Ну как, звук четкий? – спросил режиссер у звукооператора. – Или переснимем?

Тот махнул рукой:

– Сойдет.

– Хорошо. – Режиссер повернулся к ведущей. – Валера, ты свободна. Завтра не опаздывай.

– Обижаешь, Вова! – дернула плечом та.

Показав язык оператору, она встала с кресла и пошла в гримерную.

***

До дома Лера доехала быстро. Впрочем, девушка давно забыла, что такое пробки. На работу она ехала в то время, когда большая часть москвичей еще спали, с работы – когда уже спали.

Валерия переступила порог квартиры. Рефлекторно протянула руку, включая свет. Так же автоматически закрыла дверь на оба замка и щеколду, положила сумку на тумбочку и наконец подняла голову.

Посреди ее квартиры лицом вниз лежал мужчина. Вокруг его головы расплылась лужа крови. Девушка закрыла рот рукой и секунду молча пялилась на его голую лодыжку. Штанина на правой ноге отчего-то немного задралась вверх, обнажая грубую неровную черную татуировку из кривых линий. Валерия полезла за телефоном.

***

Капитан открыл паспорт и удивленно прочитал вслух:

– Валерия Владимировна Высоцкая? Это не псевдоним?

– Нет, – устало ответила Лера. – И, предупреждая ваш следующий вопрос, – тот самый великий Владимир Высоцкий не мой отец.

– Что, часто спрашивают? – с сочувствием спросил молодой лейтенант, который сидел рядом.

Сцена разворачивалась в местном отделе полиции. После того, как телеведущая набрала 02, к ней примчалась оперативная бригада. Первым делом увезли труп и хозяйку квартиры.

– Что ж, Валерия Владимировна…

– Лера, – попросила девушка. – Мне привычнее, когда меня называют Лерой.

– Хорошо, Лера. Вы были знакомы с Марченко Виктором Александровичем? – сменил тему капитан.

– С кем? – Высоцкая прикрыла глаза. – Нет, не припоминаю. Стоп, Марченко… Нет, тот был Антон. – Она пояснила для полицейских: – Месяц назад у меня на передаче был глава одного из районов, Антон Марченко… вот отчество не помню.

– То есть, этого человека вы не знаете? – спросил лейтенант, протягивая девушке фотографию.

На снимке был мужчина лет тридцати. Волевой подбородок с ямочкой, серые глаза, чуть вьющиеся темные волосы и легкая щетина.

Валерия охнула:

– Витюша… Так это его… в моей квартире…?

– Да, – ответил капитан, забирая фото. – Так вы были знакомы?

– Да. Просто я забыла фамилию Витюши. Я его все время по имени называла.

– В каких отношениях вы состояли с покойным?

– Просто друзья.

Капитан иронично хмыкнул и с намеком покосился на снимок. Мол, с таким красавцем – и просто друзья?

– Витюша гей… был, – коротко пояснила Лера.

Теперь уже ей не верили оба полицейских.

– С чего вы это взяли? – спросил лейтенант.

– Он этого не скрывал особо. Не афишировал, но и не отрицал.

– Как давно вы знакомы? – резко спросил капитан.

– Около десяти лет. Мы работали вместе. Вернее, на одной студии.

– Марченко – телеведущий? Не припоминаю такого, – нахмурился следователь.

– Нет, тогда он работал редактором по гостям. – увидев непонимающие взгляды, девушка пояснила: – В его обязанности входило обеспечить, чтобы на программу пришли нужные гости. Например, политики, эксперты. Нужно было всех обзвонить и пригласить, потом, за несколько дней до съемок, еще раз позвонить и уточнить, придет ли этот человек. Иногда бывало так, что за пятнадцать минут до съемок гость сообщал, что не появится. Значит, до начала программы необходимо найти замену. Адская работа, если честно.

– И сколько же убитый проработал на телевидении?

Лера вздрогнула от слова «убитый», но быстро взяла себя в руки:

– До моего появление – не знаю. Кажется, три или четыре года. После того, как я устроилась на студию – полтора года.

– Почему уволился? – быстро спросил капитан.

– Его пригласил к себе на работу один модельер. Думаю, его имя вам ничего не скажет, он еще не достиг известности Кристиана Диора или Коко Шанель.

– Вот как, – приподнял бровь лейтенант. – Кем же ваш знакомый работал у этого модельера?

– Поначалу – пятым помощником третьего сторожа, образно выражаясь. Так, принеси-подай. Потом дорос до главного помощника. Формально Витюшка был правой рукой модельера. Контролировал работу остальных сотрудников, давал комментарии журналистам, приглашал особых гостей на показы, приглядывал за моделями и самим дизайнером.

– Приглядывал? Это как? – нахмурился следователь.

Высоцкая замялась:

– Следил, чтобы модели не опаздывали на репетиции и показы, не нарушали дисциплину, не конфликтовали. К тому же, некоторые из них могли накануне важного мероприятия крепко напиться… – девушка на секунду осеклась, но потом добавила, – или накушаться наркотиков. Витюша следил, чтобы этого не было.

– А модельер тоже мог, как вы выразились, накушаться наркотиков?

– Нет, но он… Витюша рассказывал, что дизайнер запойным. Может на ровном месте напиться до потери сознания и не выходить из этого состояния несколько недель. Вот мой друг и следил, чтобы его работодатель не пил больше одной рюмки коньяка. Причем это не фигура речи, ему действительно можно было только одну небольшую рюмку коньяка, потому, что со второй он может уйти в запой.

– Скажите, а почему вы его так нежно называете – Витюша? – задал вопрос лейтенант.

– Его все так называли на телеканале, – просто ответила девушка. – Он всегда… был… добрым, милым. Со всеми разговаривал вежливо. Ну не шло ему сухое Витя, а уж тем более Виктор. Витюша он.

– То есть, врагов у него не было? – уточнил следователь.

– Если и были, то я не знала об этом. Витюша мне рассказывал о своей жизни не все, только основное. Но на студии у него были хорошие отношения почти со всеми.

– Почти? – зацепился капитан.

– Да, некоторые наши сотрудники негативно относятся к гомосексуалистам, а Витюшка не скрывал свою ориентацию. Но чтобы убивать, тем более, через столько лет… Не думаю, что кто-то из наших такой сильный гомофоб.

– А ваш мужчина не ревновал вас к Марченко?

– Что? Вы о ком?

– Ходят слухи, что у вас роман с Кагировым, – с намеком улыбнулся полицейский.

Лера тяжело вздохнула. Знала она эти слухи. «Желтая пресса» называются.

– Вы дважды ошибаетесь, – спокойно произнесла девушка. – Во-первых, у меня нет никаких отношений с Кагировым. Не скрою, он мой фанат. Но не более. Второе: он не ревновал меня к Витюше. У вас все? Простите, я сильно устала. К тому же, не каждый день нахожу в своей квартире труп.

– Да, конечно. Сейчас я подпишу вам пропуск, – смилостивился следователь.

Валерия скрыла от него один факт. Кагиров недолюбливал Витюшу, но вовсе не из-за ревности, а, скорее, наоборот.

Восточный юноша был ярым гомофобом.

Домой девушка доехала, когда стрелки часов показывали половину четвертого утра. Лера знала, что ей проще будет совсем не ложиться сегодня, чем уснуть и встать через пару часов. Все равно придется отмывать квартиру от крови и порошка, с помощью которого эксперты снимали отпечатки пальцев.

Ничего, одна бессонная ночь ее не вымотает. К карьере телеведущей прилагаются не только деньги и слава, но и способность пахать сутками и спать в любой позе.

Работать на телевидении Валерия мечтала с детства. Но, в отличие от многих сверстниц, понимала, что никакой добрый волшебник ей не подарит головокружительную карьеру ведущей и колоссальный успех. Дяди, которые предлагают маленьким девочкам прямо сейчас пойти с ними на пробы в детский фильм, оказываются педофилами. Это Лерочка знала давно. И в каком состоянии потом находят этих девочек, тоже прекрасно представляла.

Едва Высоцкой исполнилось четырнадцать, она устроилась работать на студию телеканала «Астра», который появился буквально несколько месяцев назад. Разумеется, девушка не рвалась на съемки. Валерия поначалу работала уборщицей, потом ей начали доверять мелкие поручения: сбегать в буфет за пирожными, отнести сценарии. Сотрудники быстро привыкли к маленькой девочке-подростку, которая постоянно вертелась под ногами с тряпкой.

Конечно, платили уборщице копейки, но Лере хватало денег, которые ей давал отец. Девушка хотела узнать телевизионную кухню изнутри. И это ей удавалось.

Валерии Высоцкой было шестнадцать, когда в ее жизни произошли кардинальные изменения.

В тот знаменательный день она, как всегда, мыла полы в небольшом закутке около курилки. И как раз в этот момент туда пришли две женщины, одержимые простым человеческим желанием – снять напряжения с помощью пары-тройки сигарет.

– Ума не приложу, что с ним делать, – сообщила одна из них, выпуская дым. – Не кастрировать же! А хотя… Его хоть кастрируй, хоть не кастрируй – не поможет.

– Что, еще одна уволилась? – посочувствовала вторая.

– Да, Людочка. Сказала, он ее попытался прямо на столе разложить.

– Пожалуйся шефу.

– И что я ему скажу? Извините, я не способна выполнить ваше поручение?

Как раз в этот момент Лера закончила мыть пол и подняла ведро, чтобы отнести его в туалет. Металлическая ручка стукнулась об оцинкованную же стенку.

Женщины обернулись. Высоцкая узнала их. Первая – та, что жаловалась, – оказалась менеджером по кадрам. По крайней мере, так ее именовали все. Вторая – секретаршей из приемной заместителя генерального директора.

– Ты тут что делаешь? – спросила первая.

– Полы мою, – удивленно пожала плечами Лера.

– Сколько тебе лет? – быстро спросила секретарша.

– Шестнадцать.

– Вот тебе и вариант, – с улыбкой повернулась женщина к менеджеру по кадрам. – Борисенко же не педофил. Значит, будет держать себя в руках.

Так Валерия из поломойки превратилась в личного ассистента режиссера.

Владимир Витальевич Борисенко раньше снимал великолепные фильмы. Пока в один прекрасный момент его жена не ушла к менее талантливому, но зато молодому любовнику. Режиссер сначала пытался ее вернуть, а когда понял, что не может – запил по-черному. Мало того, что он запорол фильм, который в тот момент снимал. Ему перестали предлагать проекты. Впрочем, Борисенко этого уже не замечал. Его мир сузился до бутылки водки.

Создатели «Астры» буквально подарили режиссеру новую жизнь. Перво-наперво его за счет канала отправили в клинику для лечения алкоголизма. С протрезвевшим мужчиной быстро заключили контракт. Из кинорежиссера Борисенко превратился в телережиссера.

Чтобы избавиться от соблазна уйти в запой, он перестал посещать все мероприятия. Владимир сутками вкалывал на студии, ведя сразу три проекта.

Однако у него быстро обнаружилась новая зависимость. Женщины. Борисенко пытался переспать со всем, что двигалось. Больше всего страдали его ассистентки. Нет, режиссер ни в коем случае никого не насиловал, он спал с женщинами исключительно по обоюдному согласию. Но ни одна из его помощниц не выдерживала постоянных домогательств. Генеральный директор «Астры» поставил перед кадровиками задачу: найти для Борисенко ассистента, к которому он не станет приставать. Но таких не было. Несколько раз на эту должность нанимали мужчин, но ни один из них не продержался дольше месяца. На этот раз причина была другой. Борисенко просто-напросто изводил их своими капризами: то требовал кофе, то чай, то сценарий, то открыть окно, то закрыть. К женщинам он относился гораздо лояльнее.

Двадцать четыре минуты. Ровно столько режиссер сдерживал себя. Потом он ущипнул Леру за ягодицу. А девушка развернулась и от души огрела его по голове стопкой сценариев, которые держала в руках. Пока Борисенко приходил в себя, Высоцкая швырнула листы бумаги на журнальный столик, схватила оттуда же нож (кто-то в тот день резал торт и не убрал за собой) и прошипела:

– Еще раз тронешь – я тебя зарежу. Мне ничего не будет, я просто защищалась от педофила.

Присовокупив к этому еще с десяток матерных слов, девушка подхватила сценарии и понесла их в архив.

Режиссер нашел ее спустя час в монтажной. Протянул пирожное «Картошка», которое Лера обожала, и произнес раскаянно:

– Ты уж прости, не сдержался. Больше такого не повторится, клянусь. Ну что, будем дружить?

Пирожное девушка приняла, извинения тоже. Борисенко и впрямь больше ни разу не тронул ее и пальцем.

К юной ассистентке он относился по-отечески. Не гонял ее сильно, не давал в обиду другим, а в редкие свободные минуты сажал перед собой, клал на стол первый попавшийся сценарий и начинал объяснять:

– Вот смотри: тут ведущая расспрашивает гостя о событиях, которые ему неприятны. Значит, в этот момент она должна чуть податься к нему и опустить голову, чтобы изобразить сочувствие. Понимаешь?

Лера все схватывала на лету. Борисенко часто ее за это хвалил, повторяя:

– Хороший ты мужик, Валерка. Одно плохо – что баба.

Высоцкая первое время обижалась, а потом привыкла. В конце концов, именно Владимир научил ее всему. Именно он надоумил девушку поступать в МГУ на факультет тележурналистики.

Лере было девятнадцать, когда владелец «Астры» получил тяжелую травму, причем при довольно смешных обстоятельствах. Он жил в самом обычном доме, и машину свою ставил там же, во дворе. Мальчишки решили поразвлечься и запихнули ему в автомобиль самодельную петарду. А дальше, как сказал следователь, приехавший на взрыв, было бы поменьше пороху да не расположили бы они свое изделие рядом с бензобаком – грохнуло бы знатно, да и только. Но из-за глупости пацанов машина взорвалась, когда владелец завел двигатель. Мужчина получил серьезную травму позвоночника и уехал в Швейцарию – лечиться. Но перед отъездом не забыл продать телеканал.

Новый хозяин студии вызывал к себе сотрудников по одному. Наконец очередь дошла и до Леры.

– Высоцкая? – изогнул бровь высокий сухопарый мужчина. – Да еще и Владимировна? Это как понимать?

– Так и понимать, – немного раздраженно ответила девушка. – Отца звали Владимир Высоцкий, фамилию и отчество я получила от него.

Хозяин телеканала приподнял вторую бровь. Видимо, Лера была первой, кто ему нахамила.

– Значит, это не просто слухи ходят, что вы – тайная дочь Высоцкого? – усмехнулся мужчина.

– Разумеется. А Маяковский с Есениным – мои двоюродные дедушки, – открыто издевательски улыбнулась Валерия.

В студии ее давно прозвали «дочерью Высоцкого». Девушка даже не обижалась. Ведь ее отца действительно зовут Владимиром Высоцким? Зовут. А то, что он программист, да к тому же, не родственник знаменитого поэта – это уже детали. Тем более, почти все знали, что Лера родилась больше чем через десять лет после смерти того самого Высоцкого.

– Улыбнитесь, – неожиданно попросил девушку новый начальник.

Валерия удивилась, но мягко и по-домашнему улыбнулась, чуть склонив голову. Этому ее научил Борисенко.

– Отлично. А теперь произнесите любую скороговорку.

– Выдры в гетрах в недрах тундры бодро тибрят ядра кедра, – отчеканила Высоцкая, – а в чем дело?