Читаем F-n-F: Плоть и Ярость (СИ) онлайн бесплатно
1. Куда ведут мечты
Череповец. Тимофей Латкин
Как всегда по субботам Тима отсыпался и встал поздно. На работу-то идти не надо. Правда, обычно по пятницам они с товарищами по конторе, как всякий офисный планктон - тут Латкин был самокритичен, шли в бар, а иногда и в клуб. Но в этот раз как-то не сложилось.
Кто-то еще не вернулся из командировки, кто-то не смог по семейным, а кто-то остался на работе - сидеть до победного над горящим отчетом, хорошо, что отдела Латкина это не касалось.
В общем, компания как-то не сложилась, а идти с ребятами из продаж, что активно звали с собой, он не захотел. Знаем - плавали, пока трезвые они еще ничего, а как поддадут, такого лезть начинает.
Тима считал себя если не интеллигенцией, все же корни были сугубо рабоче-крестьянские, то уж, во всяком случае, человеком воспитанным, а главное - неконфликтным. Не до слюнтяйства, но вот поиск приключений на ровном месте не любил. А эти навеселе начинали дурковать.
Тем более был повод лечь вчера пораньше. Сегодня у него маленький личный праздник. Ничего такого, но должны были, наконец-то, привезти и установить его давнюю мечту - домашний кинотеатр.
Конечно, транжирство, угрохать двухлетние накопления с прибавки от долгожданного повышения на технику совсем не первой необходимости, рассчитанную уж точно не на однушку менеджера младшего звена.
В целях экономии Тима даже в отпуск ездил либо к родственникам на дачу без удобств, либо дикарем, порыбачить на окрестных озерах.
Благо от родителей остался старенький, но еще вполне себе бодрый
Вообще, он был убежден, что глупо выбрасывать или менять хорошую вещь на новую только из соображений ее модности или еще каких-то все равно по большей части неиспользуемых наворотов. Причем это была не скупость, а именно рациональность.
За такой подход Латкина и ценили в конторе. Ну как ценили, по службе рос медленно, в отделе комплектации и внутренней логистики вариантов немного, зато премии, пусть небольшие, получал регулярно.
Да и при общей текучке все десять лет после окончания университета проработать на одном месте тоже чего-то стоит. Причем сама работа его вполне устраивала, здесь он был, как говорится, на своем месте.
Может со стороны немного тугодум и зануда, но на самом деле просто считал необходимым все обстоятельно и не торопясь обмыслить, прежде чем что-то сделать. "Семь раз отмерь" это про него.
Притом жизненные потребности у него были достаточно скромными, а с девушками, источником глобальных трат, ему пока не везло.
Не то чтобы он их не привлекал. Наоборот, пусть совсем не красавец, но надежный парень со своей жилплощадью и стабильным заработком пользовался спросом. Вот только "спрос" этот его и не устраивал.
Конечно, он понимал - материальные вопросы важны в деле выбора спутника жизни. Но ему, дураку, хотелось хоть немного романтики.
Так что девочек, сходу нацеленных сугубо на "серьезные отношения", Тима старался быстренько тем или иным способом спровадить, лучше уж одному, чем с такими. А "несерьезно" у него не получалось.
И интереса в этом смысле особо не вызывал, и слишком уж трепетно он относился к девушкам, а тем подавай циников и мачо. Стыдно сказать, но к тридцати годам у него было всего три женщины.
Причем с первой только несколько раз, и она была старше его лет на пятнадцать. Со второй он два года больше за ручку держался, чем за что еще. И только с третьей более-менее регулярный секс и никаких планов. Правда, в итоге оказалось, что ей тогда просто жить было негде.
Так что в последние года три Тима окончательно захолостяковал, и не сказать, чтобы это его как-то сильно напрягало. Скорее уж наоборот, все же жить в одном доме с чужим, в общем-то, человеком оказалось не так просто, а временами и утомительно.
Хотя он, конечно, ни от чего не зарекался и верил, что еще встретит ту единственную, с которой ему будет всегда хорошо, а главное - ей с ним. Пока же и так есть чем заняться.
Еще в школе Тима серьезно "заболел" солдатиками. Когда-то просто покупал, а со временем стал уже сам делать - разрабатывать дизайн по собранным историческим материалам, лить, раскрашивать, экипировать. Понемногу в гараже была устроена целая мастерская.
Более того его работы весьма ценились в среде коллекционеров, и он вполне успешно торговал ими, в том числе через интернет.
Доход с них внес ощутимый вклад в покупку техники, то есть создание условий для удовлетворения уже другой его страсти - кино.
С институтских времен он почти каждый четверг, когда в кинотеатрах обновляется репертуар, ходил на главные премьеры. Дома же копились стопки дивидишек. Потом добавились торренты.
Но все же с монитора это не совсем то. И все более-менее зрелищное он старался смотреть с попкорном в руках. Иногда организуя в выходные забег сразу на два-три фильма в местном мультиплексе.
И до поры его все устраивало, пока вдруг не подсел на современные сериалы. Речь не о мыле, а о больших постановках, от "Игры престолов" и "Остаться в живых" до "Безумцев" или "Молодого папы".
Тут-то и оказалось, что в кино их не посмотришь, а с компа или телека эффект совсем не тот. И просто диагональ побольше - это полумеры.
Вопрос серьезный, и Тима взялся за его по обыкновению тщательную проработку. В итоге и родилась идея - обустроить у себя полноценный домашний театр. Ради чего пришлось даже сделать некоторый ремонт и перепланировку, а также заменить часть мебели.
Самым сложным было выбрать подходящую технику. Из доступных по цене выбор свелся к привычной "большой тройке": то ли японская
По сути, разница в названии бренда и сервисах, а начинка у них одна и та же. Вообще Латкин предпочитал японцев, хотя стоят дороже. Однако когда, наконец, скопилась нужная сумма, кредитам он принципиально не доверял, да и не тот случай, то неожиданно взял все же
Можно сказать, что повелся на их агрессивную вирусную кампанию, но это как сказать. Просто получилось точное попадание в его запросы, там маркетологи тоже, видать, совсем не дурные сидят.
Фишка была в том, что в комплект к лекссовским топовым кинотеатрам давался годовой премиум-аккаунт только что запущенного ими дочернего интерактивного потокового сервиса
Совершенно новая технология и модель, ничего общего с привычными потоковыми медиа вроде
Стоило Тиме увидеть первые их ролики с нарезкой кадров, как выбор стал очевиден: "Хочу!". И если обычный доступ возможен был с любого устройства, то премиальный только на родном железе.
При этом с учетом возрастных ограничений регистрация аккаунта, как в случае с получением той же симки, шла строго по паспорту.
Разница была не только в качестве картинки и доступном контенте, но и в возможностях интерактивного сервиса.
И это были не съемки или же их комбинация с графикой, а полностью цифровая анимация, но с гиперреалистическим качеством и "живущим" в реальном времени открытым миром с десятками локаций.
Причем подписчики могли наблюдать, хоть в непрерывном режиме и с любых ракурсов, сразу за сотнями сюжетов своего рода реалити-шоу в жанре постап-фэнтези с говорящим названием "
Nibiru Stream.Flesh'n'Fury
Невероятная по сочности, яркости и четкости картинка на занимавшем полстены вогнутом экране, фантастический долби-звук из динамиков по периметру и на потолке. То, о чем и мечтал, - как в кино, даже круче.
Настройки пока оставил рекомендованные, они давали оптимальный баланс между естественностью и информативностью подачи.
Пожалуй, только сразу переставил на "без купюр". И на нервы Латкин не жаловался и цензуру как в японском видео не любил. Если смотреть, то все. Тем более демо намекали на что-то запредельное.
По локации и сюжету выбрал почти наугад из топ-10 по просмотрам и рейтингам. Формат взял сразу сериальный, "фильм" вроде как не совсем раскрывал потенциал сервиса, а "онлайн", скорее всего, будет слишком медленным по развитию событий.
Конечно, потом Тима планировал перепробовать и другие варианты по настройкам и формату. Но на старте в большинстве отзывов в интернете советовали именно такую или близкую комбинацию.
Устроившись поудобней в специально купленном мягком кресле, как в элитных кинотеатрах, сунул в подставку под правую руку бутылку пепси, проверил крепление джойстика в подставке под левую, он все же левша, погасил свет и, чуть помедлив, наконец, нажал на старт.
Прежде чем перейти к самому сюжету, шло общее введение.
Чернота космоса с искорками звезд, торжественно-печальная мелодия и бархатный баритон диктора начал рассказ о мире по имени Нибиру.
Это была планета, во многом похожая на нашу, с голубыми океанами, зелеными материками и белыми шапками полярных льдов.
В поле зрения появилась укрытая облаками поверхность, привычные циклоны, а сквозь них проглядывает то земля, то водная гладь.
Нибиру населяли существа вполне человеческого вида и так же, как у нас, сразу нескольких рас. Но по развитию они уже обогнали землян, а их технологии шагнули в самые смелые мечты. Изображение приблизилась и нырнуло сквозь густую облачность.
Еще миг и взгляду открылась холмистая равнина, покрытая лесами с множеством рек и озер. Картина захватывала дух, так красивы были все новые и новые пейзажи. И в них оказались органично вписаны то совсем небольшие поселения, то утопающие в парках города.
На берегу большого хрустального озера показался серебристо-белый город с взметнувшимися ввысь ажурными зеркальными башнями.
Среди башен десятками разноуровневых потоков несутся бликующие полупрозрачные капли изящных летательных аппаратов.
"Камера" устремляется к ним, и какое-то время движется за одним из потоков, давая возможность рассмотреть их пассажиров, ибо водителей за объемными прозрачными стенами просто не было.
Люди в них такие же, как и мы, разве что, все они какие-то слишком уж идеально красивые и потому похожие друг на друга. Но эмоции на лицах вполне привычные, кто-то оживленно беседует, кто-то весело улыбается, кто-то сосредоточен на своих мыслях, а кто-то вовсе грустит.
Голос тем временем рассказывал об управляемом климате и экологии, восстановлении природы и новых видах животных и растений, тотальной энергоинформационной сети и расцвете генной инженерии, победе почти над всеми болезнями и даже, по сути, над самой смертью.
Изображение плавно оторвалось от транспорта и снизилось к одному из множества парков. Контраст светлых дорожек, серебристых фонтанов и сочной зелени сразу задавал праздничное настроение.
Вот детвора в коротеньких туниках, смеясь и поддразнивая друг друга, носятся по площадке с летающим над землей шаром.
А вот группа молодо выглядящих взрослых, хотя стариков здесь и нет, играющих во что-то вроде святящихся объемных шахмат.
Спрятавшись в тени цветущих ветвей, робко, возможно даже впервые, целуются юные влюбленные - парень и две девушки.
А на парапете фонтана, подставив лицо солнцу и свесив разутые ноги прямо в воду, сидит мужчина в строгом, явно деловом костюме.
Ощущение чего-то неуловимого, может быть того самого всеми нами искомого счастья, было столь пронзительным, что стало даже страшно. Идиллия со стороны всегда кажется такой хрупкой.
"Камера" дала плавную панораму по радующимся жизни людям, по прекрасным цветущим деревьям и великолепной архитектуре ожившей мечты и вышла на подернутое чешуей блескучей волны озеро.
Пронзительно-лирическая музыка смолкла, остался только щебет птиц и радостный детский гомон. И вроде нет более добрых и мирных звуков, но сразу появилось отчетливо тревожное чувство.
Как-то размерено и печально вновь вступил голос диктора: "Казалось, все веками копившиеся проблемы, наконец, были решены, наступила эра всеобщего благоденствия, и не на словах, а на деле!
Но людскую натуру не переделать, всегда найдутся недовольные, не тем, так этим. В конце концов, цена всему тоже была немалой, сплошное "улучшение" природы и человека не могло пройти бесследно".
Теперь уж сложно понять, что было причиной, что следствием, то ли лавинообразно проявляющиеся неуправляемые мутации любых живых организмов и попытки ликвидировать основные очаги, то ли начавшаяся вдруг война на уничтожение, что резко подстегнула приспособляемость.
Живая природа внезапно будто взбесилась, порождая новые и новые, невиданные доселе организмы, как дикие, так и разумные. И далеко не всегда это было что-то прекрасное, далеко не всегда.
Изображение все так же плавно вернулось от видов озера к парку, и на первый взгляд здесь мало что изменилось.
Все те же изящные зеркальные здания, все те же цветущие деревья. Однако буйством красок полыхали уже не только цветы, но и листья, да и листья подчас уже едва угадывались: зонтики, усики, иглы.
Люди тоже изменились. Вроде те же дети играют в шар, только теперь одним, чтобы толкнуть, даже не надо его касаться, а другим достаточно выставить руки, и на его пути встает полупрозрачная стена.
Но вот из-за деревьев вылетает группа бойцов в броне и с раструбами какого-то оружия на плечах. Они окружают играющих и берут под прицел весело смеющуюся девочку-егозу с радужными крыльями. В следующий миг бьет сеть молний, и она за секунды сгорает невесомым пеплом.
И тут же один из мальчиков, что крутился рядом с ней, ощерившись в чудовищном оскале идущих кольцами острейших зубов, резко прыгает на бойца, оказавшегося ближе всех, метрах в пяти-семи над ним.
Движение столь неуловимо, что другие бойцы реагируют, только когда он разрывает закованное в броню тело и буквально срезает как фрезой верх закрытой шлемом головы, тут же по ходу выгрызая мозг.
Новый слаженный удар, но маленького монстра там уже нет, быстрее молний тот перепрыгнул на бойца выше, еще выше, еще. И вот уже все орошает ярко-алая кровь командира группы.
Пока же оставшиеся бойцы пытаются поймать прыгуна в перекрестье ударов, их самих вдруг оплетает паутина лиан.
Это в схватку вступили две юные зеленокожие девушки-дендроламии, что, спрятавшись за цветущими ветвями, только высосали свою первую жертву - иссохшее тело парня уже погружалось в почву.
Повинуясь их воле, тончайшие и усыпанные шипами лианы буквально перепиливали тела бойцов на множество кровоточащих кусков.
