Читаем Трудно быть феей. Адская крёстная (СИ) онлайн бесплатно

«Чертова фея! — раздраженно ругался про себя король, с силой вдавливая скуренную почти до фильтра сигарету в тарелку, полную лимонных корок. — До какой же степени нужно быть злопамятной бабой, чтобы спустя столько лет после расставания объявиться и так нагло угрожать!? И кому! Мне — королю тридцать пятого королевства сто сорок первого царства семьдесят второго государства».

Монарх схватил бокал и опрокинул в себя коньяк, — поперхнулся, закашлялся, из глаз брызнули слезы. Утеревшись, король Ждан поднял с пола скомканный лист бумаги, прикурил очередную сигариллу, густо пахнущую черешней, расправил письмо и, подойдя к окну, в пятый раз принялся перечитывать послание от бывшей любовницы, — феи Амбреллы.

«Дорогой мой сердечный друг. Приветствую тебя от всего своего темного сердца после долгих лет молчания. Верю, ты не забыл свою малышку Амби, которую так любил почти век назад. К моему огорчению и твоему счастью, когда ты исчез, горе мое было так велико, что магия моя перегорела на какое-то время, и я не сумела достойнейшим образом отблагодарить тебя за те нежнейшие чувства, что ты дарил мне весь год после нашей первой встречи под сенью бессмертного Дуба. Того самого, под которым ты клялся мне в любви, давал нерушимую клятву и обещал сделать своей королевой.

Увы, мой друг, недобрый король-отец лишил тебя возможности сочетаться законным браком по традициям людей с той, которую ты любил — или просто соблазнил и бросил? — (зачеркнуто), с существом из волшебного леса. Но я прощаю его. Тем более что он давным-давно отправился на небеса (хоть я и сомневаюсь, что старый хитрый интриган удостоился чести пировать в божественных Чертогах). Пока ты оставался моим мужем в глазах обитателей магического мира, я жила и надеялась, что однажды ты опомнишься и позовешь меня истинным именем. И тогда, откликнувшись на зов, я забыла бы годы одиночества, свой гнев, простила тебя, и мы, вполне возможно, прожили бы долгую и счастливую жизнь.

Но печальную весть принесли мне на своих крыльях махагоны. Мой принц, став королем, женится. Забыв, что венчан магией любви, и такой союз нерушим. Ты сам говаривал мне многократно: незнание закона не освобождает от ответственности. А потому в полной мере оценишь мой королевский жест: я разрушила силу заклятья, и отныне ты не связан узами брака с феей. За это я наказана на целый долгий и мучительный век: мои крылья отняли у меня и заперли в недрах земли, под корнями бессмертного Дуба.

Не беспокойся, ты будешь жить долго. И даже, может быть, счастливо. Твоя невеста прелестна и нежна. Надеюсь, ты любишь ее по зову сердца, а не по королевскому принуждению. На вашей свадьбе меня не будет.

Пройдут годы, прежде чем вы обретете долгожданную радость. Это будет означать, что я окончательно тебя простила. В этот день над дворцовой башней поднимут флаги, и глашатаи обрадуют народ вестью о рождении наследника. И тогда я хочу стать феей-крестной для малыша, наравне с остальными семью феечками тридцать пятого королевства.

Надеюсь, ты не посмеешь отказать мне в такой малости, и я получу приглашение на королевские крестины.

А пока желаю удачи тебе и твоей юной королеве. И настоятельно рекомендую: не суйтесь более в мой Лес. Не тревожьте мой покой своим присутствием. И беда минует твоих подданных. А, может, и тебя обойдет стороной.

Амбрелла,

королева фей Вечного леса,

тридцать пятого королевства сто сорок первого царства семьдесят второго государства».

Полдня блукал Ждан I Неотразимый в лесной чаще, проклиная лешего, что водил его по кругу. Его высочество устал и измучился, хотел есть и особенно пить. Вино во фляге закончилось в самом начале королевской охоты. Принц немного отстал от слуг и егерей, заглядевшись на жену главного королевского ловчего, которая в тугом костюме неслась рядом с мужем. Её ноги, обтянутые белоснежными лосинами, то и дело мелькали в разрезах модной амазонки, дразня воображение юноши. Оттого Ждан и прикладывался к фляжке с освежающим напитком чаще, чем требовалось, пытаясь погасить разгорающийся внутри пожар. И, естественно, сбился с пути, когда, гикнув, кавалькада унеслась вслед за псами догонять лис.

Мошкара кусала монаршее лицо, а комарье жалило коня, и тот нервничал, баловал, норовил сбросить на землю королевскую… особу.

Ждан ломал себе голову, пытаясь припомнить, что нужно сделать, дабы избавиться от вредного лешего, но память молчала. «Самое страшное, это когда не знал, да еще и забыл», — некстати вылезла из глубин сознания любимая фраза препода по нечистоведению мастера Недогона. Уроки эти принц благополучно прогуливал, искренне веря в то, что всегда и везде за него всё сотворят специально обученные люди. И любое его королевское удобство, включая безопасность, будет обеспечено слугами.

Так что ни к чему забивать царственную голову всякой чепухой из псевдонаучных книжек общей серии «Злыдни доморощенные и природные: как с ними уживаться и справляться». Нудные премудрости, советы и рекомендаций, из серии как перенести домового в новый замок, задобрить конюшего, избавиться от лешаковского наваждения и прочая ерунда, царскому отпрыску совершенно ни к чему.

Конь начал спотыкаться, и принц решился, наконец, покинуть седло, и пойти своими прекрасными натренированными ножками по траве, подозрительно блестевшей росой. Хотя на охоту наследник со свитой отправился пополудни. В тридцать пятый раз очутившись возле дуба, помеченного царственной надписью: «Здесь был Ждан», Его Высочество не выдержало и рухнуло возле дерева, решив дать себе передышку.

Тут-то и появилась она: прекрасная блондинистая малышка, ростом с ладошку, с четвертым размером… крыльев и огромными наивными фиалковыми глазами. Фея подлетела к принцу, зависла в полуметре от него и молча принялась рассматривать. Восторг в глазах волшебной девушки заставил уставшего наследника сесть ровно и приосаниться.

Её взгляд медленно оценил шоколадную гриву вьющихся волос, (в меру длинных), прошелся по красивым голубым глазам, обрамленным пушистыми ресницами, задержался на крупных четко очерченных губах, и робко заметался в районе пояса, не решаясь опуститься ниже.

Охотничий костюм наследника был чудо как хорош и почти анатомически облегал спортивное поджарое тело, которое принц всячески холил и лелеял. Тренировки, массажи, ванны с молоком и толченым жемчугом. Косметологи, визажисты, банщики… Над собственным совершенством Ждан трудился не меньше первой красавицы королевства. А то и больше, учитывая королевские возможности.

Один художественный беспорядок на венценосной голове чего стоил: главный королевский цирюльник ежедневно по утрам по часу колдовал над шевелюрой принца, сооружая хаотическую небрежность прически. Ту самую, про которую с первого взгляда ясно, что беспорядок — дело рук дорогого мастера. Все барышни тридцать пятого королевства, влюбленные в его королевское высочество, в восторге замирали, взирая на незамысловатую, на первый взгляд, но такую профессиональную укладку.

В какой-то момент фея подлетела ещё ближе и замерла возле лица принца, пристально всматриваясь в его небесные глаза. Принц замер, затаив дыхание, любуясь очаровательным созданием.

Малютка была прелестна: длинные крылья с заостренными оконечьями словно светились изнутри изумрудным огнем. Белоснежные волосы, уложенные в высокую прическу, мерцали льдистыми всполохами, а капли росы подобно бриллиантам вспыхивали на остриях миниатюрной короны, венчавшей очаровательную головку. Стройное тело с тяжеловатой для такой малышки грудью, длинные ноги, тонкая талия.

«Все, как я люблю, — огорченно вздохнул про себя принц. — Какая жалость, что она такая маленькая… фея, а не человек!»

Будто прочитав его мысли, существо громко фыркнуло, и взмахнуло крыльями, на мгновение перекрыв Ждану обзор. И тут уже принц, распахнув и без того до неприличия большие глаза, принялся жадно разглядывать особу, появившуюся перед ним вместо феи. Миниатюрная крылатая девчушка предстала перед его королевским высочеством высокой, под стать юноше, невообразимо прекрасной (и почти человеческой) девушкой.

Исчезли крылья, но налет неземного очарования и волшебства окутывал прелестное создание, подсвечивая тонкую белую кожу солнечными лучами, будто светило все время находилось позади красавицы. Большие фиалковые глаза, чуть заостренные миленькие ушки, пухлые губки сочного малинового цвета, бархатные щечки и темно-медовые брови приковывали взгляд.

«Само совершенство!» — выдохнул принц, жадно рассматривая девушку. Ждан так залюбовался, что вздрогнул от неожиданности, когда услышал звон серебряных колокольчиков, неизвестно откуда раздавшийся в глухом лесу. И лишь спустя минуту принц сообразил, что это смеялась незнакомка. И вместе с ней трепетали от смеха цветы и травы, согнувшись без ветра вокруг ног прелестной феечки.

— Человек, — отсмеявшись, воскликнула лесная нимфа. — Что ты делаешь в моем лесу?

— Я-а-э… — принц неловко поднялся и, откашлявшись, глубоким хорошо поставленным голосом, произнес. — Прелестная леди, я заблудился.

С малых лет наследнику особенно хорошо удавались сцены смущения. Робкий румянец, появлявшийся в такие моменты на щечках мальчика, а потом и юноши, приводил придворных дам в экстаз. И Ждану ни в чем не было отказа. Да и отцовского наказания удавалось избегать, благодаря видимости искреннего раскаяния и нарочитой виноватости. Как говорится, перед царем-батюшкой вид необходимо иметь глупый и придурковатый.

Это были первые уроки, которые он получил от примы королевского театра, великолепной актрисы, ставшей его первой женщиной. Какое-то время принц даже испытывал к Аделаиде некоторые чувства, ошибочно принимаемые за любовь. Но спустя год они расстались, вполне довольные друг другом. Наследник получил богатейший опыт, а стареющая актриса — замок на юге королевства, у самого синего моря.

Но сейчас, при виде дивных фиалковых очей миловидной блондинки, принц растерялся настолько, что позабыл весь свой куртуазный опыт и не представлял, как вести разговор с девушкой.

Фея сделала плавный жест рукой и расположилась в удобном кресле, свитом из корней… дуба, под которым отдыхал Ждан.

— Располагайся, человек, — с улыбкой звонко пригласила девушка. — Меня зовут Амбрелла. Я — королева Вечного леса. А ты кто?

Принц оглянулся и обнаружил позади себя такое же удобное сиденье. Потрогал сооружение рукой, проверяя на прочность, и осторожно опустился на краешек, прислушиваясь к своим ощущениям. Удостоверившись, что хрупкая на первый взгляд вещица под ним не сломается и не уйдет в землю, Ждан вольготно раскинулся в кресле. И сердито заметил, что все это время, пока он развлекался с импровизированной скамьей, девушка с интересом наблюдала процесс, склонив голову набок, едва сдерживая смех, так и брызжущий из глаз.

Принц нахмурился: он не любил, когда над ним смеются, привык с рождения, что девочки, девушки, дамы всегда и в любой ситуации взирают на его высочество исключительно с восторженным трепетом и обожанием во взоре. Сведя брови, Ждан сверлил нахалку взглядом, мучительно придумывая какую-нибудь колкость, и пытался понять, почему рядом с этим созданием ему так сложно флиртовать, шутить и делать витиеватые комплименты.