Читаем Тетради с беседами батюшки Иллариона (СИ) онлайн бесплатно

Жизнь коротка: нарушай глупые правила, прощай быстро, люби искренно, смейся неудержимо... И никогда не сожалей о том,что заставило тебя улыбнуться.

Примечание автора.

Тетради с беседами батюшки Иллариона я нашёл случайно в архиве библиотеки. Может быть и не обратил бы на них бы внимание, но записка, приколотая сверху и датированная 1927 годом, сообщала, что это чрезвычайно интересный материал.

Открыв наугад середину рукописи, я уже не мог оторваться пока не прочёл от корки до корки всё, что от неё осталось.

К сожалению, рукопись находилась в плачевном состоянии.

Не хватало много листов, часть была оборвана и мне пришлось дописывать, связывая некоторые части общим сюжетом.

Я надеюсь, что мне удалось сохранить, насколько это было возможно, стиль и фабулу произведения.

Печально, что фамилии автора или каких-либо других данныx о нём, установить не удалось.

Часть 1

Чем больше любишь людей, тем больше их понимаешь, но тем меньше они понимают тебя.

Жил в одном маленьком городке сапожник по имени Фёдор. Был он большой умелец, дело знал хорошо, что не сделает, любо-дорого в руках подержать, обужа была добротная и заказов хватало.

Детей и семьи у Фёдора не было, жена и ребёнок умерли при родах. Долго горевал он тогда, но не запил, а весь ушёл в работу.

Снимал Фёдор две комнаты, в одной работали он и трое его работников, в другой жил, копил деньги на дом.

Из родных остался только младший брат Иван, да и тот жил далеко. Незадолго до пасхи пришло письмо от брата с просьбой приехать, потому как захворал и в большой нужде.

Любил Фёдор своего младшего брата и не раздумывая собираться стал. Да не хотелось ему своё дело закрывать. Клиенты уйдут к сапожнику Алексею, да так и мужиков растерять можно, им ведь кормиться надобно.

Решил Фёдор оставить Прохора за старшего, материала закупил, кто его знает, а то закиснешь там на неделю другую, а работать не на чем. Просил Прохора не спешить, а работать с душою. Человек быстро забудет, что сделал быстро, но долго будет помнить, что сделал плохо.

На второй день Фёдор уехал, а на душе кошки скребут. Оставил Прошку, а сам себе думает, как бы не замучил остальных, уж больно до денег охочь и жаден лихоимец, но другие два не годятся, один ученик, а Антон пусть и услужливый, но робкий как девица, оставь его, заклюют и слушать не будут.

Вспоминая прошлое, рассуждая сам с собой, прибыл на вторые сутки Фёдор к брату. Тот встретил его широко улыбаясь:

- Никак пять лет не виделись, а ты всё такой же, разве что облысел чуток. Я вижу, что ты как бы не рад, что я на ногах и не хвораю?

- По что мне зубы скалить, всё бросил, спешил, думал помощь нужна, а ты ржёшь как сивый мерин!

- Да будет тебе... Я сейчас обед соберу, ложись, отдохни с дороги, а утром к родителям на могилку сходим, разговор есть, тогда и решишь зря ли приехал.

Однако Прохор не захотел откладывать разговор. Иван начал издалека:

- Как ты думаешь, Федя, хорошее ли это дело горбить до тех пор, пока за очередным сапогом не упадёшь и душа твоя, вся в заботах, думая про не дошитый сапог, попадёт на суд Божий? И скажи мне, брат, может ли человек блюсти заповеди в суете среди мирских людей, думая о выгоде и боясь потерять копейку?

- Понял куда ты клонишь, - перебил его Фёдор, - никак в монастырь потянуло. Молись круглые сутки и запивай молитвы водой с сухарями.

- Не гневи Бога, братец, или тебе не помирать или без тебя весь город без сапог останется? Мечтаешь прожить тихую старость со старой служанкой или с богатой вдовой и руки ей лобзать.

- Спасибо великодушно за приглашение и за то, что всё о моей жизни наперёд поведал, а мог бы письмецо прислать или сам приехать. По мне детство всё это. Раньше жизни не знали, нам, что в моряки, что в монастырь.

- Будучи у тебя в последний раз, помню ты, Федя, один работал, да веселее был и в церковь мы с тобой ходили и с батюшкой Илларионом беседы вели.

- Разошлись наши дороги,Иван. Как ты распорядился своей долей, что от родителей тебе досталась? Купил книг целый чемодан. Будешь ими в старости печку топить или молиться в своей кельи и просить Бога за всех по очереди. На Бога надейся, а сам не плошай!

- Для меня, Федя, важно понять для чего мы живём и страдаем, понять что добро, а что зло. Ежели не пойму, то чем моя жизнь не такая как у любой собаки. Добывай пищу, делай детей, грызись с равными, поджимай хвост перед сильными и дави слабых. Батюшка Илларион говорил, что зло часто в красивые одежды рядится, тащит за собой и люди смотрят, что кругом все грешат, так выходит и правильно.

Долго ещё говорили братья.

- Не обижайся, Федя, утром уже прощаясь, - сказал Иван, - жаль, что мы не побывали на могиле родителей и в церкви, да ладно, Бог тебе в помощь!

Часть 2.

По приезду домой Фёдор нашёл, что Прохор с делами справился, но вскоре почувствовал себя плохо, видно в дороге продуло. Послал он Прохора за доктором, тот пришёл, осмотрел и выписал лекарство, чтобы сбить жар. Антон остался на ночь, принёс настойку трав из дома и микстуру.

Ночью приснился Фёдору странный сон. Будто в аду он в кипящем котле, а черти сапогами топят. Чёрный дым валит, дышать тяжело, а сквозь дым голос брата откуда-то издалека, но что он говорил не слышал.

Через три дня Фёдору стало лучше, он ещё был слаб, но уже присматривал за своими работниками, давал указания.

К вечеру Фёдор отправил Антона к Иллариону с запиской, с просьбой зайти на чай. Все эти дни разговор с братом не выходил у него из головы.

Батюшка Илларион, как называли его полюбовно братья, был на десять лет старше Фёдора, на вид ничем особенным не отличался от служащих, одевался скромно, давал уроки грамоты и музыки и вёл тихую затворническую жизнь.

В прошлом, он учился в духовной семинарии, но не доучившись, ушёл в монастырь, где пробыл шесть лет и после смерти матери вернулся домой.

Родители Иллариона и братьев были соседями и умирая их отец просил Иллариона наставлять братьев на путь истинный.

Вечером Илларион пришёл и первый вопрос, который мучил Фёдора был:

- Зачем Бог допустил, чтобы люди страдали?

- Почему ты не задал этот вопрос, когда ты встретил меня за месяц до этого по дороге домой, - спросил гость улыбаясь.

- Да, не до того было.

- Хорошо, а что изменилось с тех пор, что ты даже за мной послал, что о Боге вспомнил?... Заболел. Вот для этого и нужны страдания: болезни, потери близких и другие лишения.

- Ладно, я вспомнил и что?

- Если в тебе ничего не изменилось будешь страдать дальше.

По любому, ты будешь знать , как тяжело болеть и когда твой работник заболеет, ты из сочувствия возможно отпустишь его домой, а может и выделишь денег на лекарства и хлеб на время болезни, а это значит сделаешь шаг навстречу Богу.

- А как быть с теми, кто отчаявшись от страданий, стали злыми и стали роптать на Бога?

- Человек должен пройти и это, чтобы сочувствовать таким же и нет на свете человека, который представляет собой сплошное зло. Оставь человека наедине с младенцем на руках и он станет тише воды и ниже травы, если только он не сумасшедший.

Тебе задание. Вспомни всю свою жизнь и положи на одну чашу весов все грехи на другую добрые дела. Начинай вспоминать грехи с сегодняшнего дня, запиши на бумагу, потом расположи их начиная с самых крупных, а что касается добрых дел, то не высасывай их из пальца.

Доброе дело это когда ты помог кому-то из сострадания работой или деньгами, которые для тебя не мелочь, а жертва и ты не знаешь вернут ли долг тебе или твоим близким. Кроме того, не должно быть показухи и разговоров о том, что ты сделал доброе дело.

Когда всё будет готово, представь, что ты святой Пётр и решаешь куда твоя душа должна попасть в рай или ад.

Молитвы и раскаяние в содеянном, могут помочь, если это молитвы такой силы, что рассекают небеса и человек больше до конца жизни не грешит. Встречал за всю свою жизнь только одного такого в монастыре.

Поговорив ещё о жизни, Илларион попрощался, пожелал Фёдору выздоровления и ушёл, а Фёдор остался наедине со своими

грехами, один из которых особенно не давал ему покоя. Не то, чтобы Фёдор считал себя законченным грешником, даже наоборот, в своих глазах он был законопослушным серьёзным хозяином, однако на следующий день он решил, что всё таки пойдёт исповедоваться к местному священнику.

Так и сделал, в церкви было много народа и батюшка, выслушав его, сказал, что дело серьёзное, что сейчас времени нет, а в ближайшие дни вечером непременно зайдёт к Фёдору домой.

Действительно, батюшка тем же вечером уже пил чай с пышными булочками с малиновым вареньем и слушал историю отношений Фёдора с бедной вдовой Варварой, которая через день приходила поздно вечером к Фёдору, оставалась на ночь, а утром делала уборку и готовила еду, пекла хлеб и вкусные булочки.

- Буду молиться за тебя, сын мой, однако или женись на Варваре или найди старушку. чтобы соблазна не было.

- Понимаешь, батюшка, нам жизнь такая подходит, у Варвары дети уже большие, старшему шестнадцать и ему чужой отец не нужен и мне её дети только мешать будут. Неужели Богу хочется, чтобы мы мучились?

- Фёдор, прелюбодеяние тяжкий грех.

Давай закончим на сегодня, но раз мне пришлось у тебя быть, сними мерку и сшей мне сапоги. За материал я тебе заплачу. Сколько буду сапоги носить, столько буду помнить и при случае просить Бога за тебя. Прощаясь батюшка упомянул, что пирожки Варвара печёт очень вкусные и что в церкви не только по праздникам бывать надобно.

Когда батюшка ушёл, Фёдор глубоко задумался: "Вот и решай или на Варваре женись и сажай себе на шею её детей, ходи каждое воскресение в церковь или старуха будет у меня крутиться под ногами портить жизнь.

Нет, лучше я его этого бугая за так обшивать буду, а он пусть за меня молится. Сколько людей счастливыми будут: я, Варвара, её дети, батюшка и Бог, который за нас порадуется, он как ни как любовь, а батюшка, одевая сапоги, не раз обо мне вспомнит и замолвит перед Богом словечко. Фёдор возрадовался найденному решению и засмеялся.

Прошло три года. Фёдор купил небольшой дом. Дело он расширил и его пять работников шили кроме обуви сумки, ремни и другие изделия из кожи. Жениться он пока не хотел, хотя были весьма заманчивые предложения. К лету он решил пригласить брата помочь с ремонтом дома.

Иван вскоре приехал и сразу приступил к работе. Фёдор был доволен, что брат к нему не пристаёт с душеспасительными разговорами, а Иван был рад встречам по вечерам с Илларионом. На вопрос брата, что он у него делает, отвечал коротко: "Беседуем о жизни".

В один из дней, когда Иван ремонтировал крышу, в сапожную мастерскую принёс в починку сапоги учитель местной гимназии. Фёдор никогда не упускал случай поговорить с образованным человеком о Боге, но тут неожиданно выяснилось, что тот не верит в Бога. На дополнительные вопросы отвечать не стал, сославшись на отсутствие свободного времени.

Чтобы как-то заинтересовать учителя, любопытный сапожник пообещал, что не позднее как к вечеру сапоги будут готовы за бесплатно, ежели учитель придёт к нему и ответит на все вопросы, что означает не верить в Бога и как Бог такое может допустить.

Разговор с учителем состоялся. Фёдор, полагая, что ему будет открыта великая тайна, разливая в стаканчики водочку, задал первый вопрос:

- Если вы, уважаемый Иван Степанович не верите в Бога, то куда попадёт ваша душа после смерти?

- Ты, Фёдор Иванович, хочешь узнать историю, заглядывая сразу на последнюю страницу. Давай начнём сначала.

- У неразвитых народов религия возникает непосредственно.

Это чувство ничтожества человека перед величием природы. Подобно ребенку, дикий человек не доходит до причины грозных явлений.

Покажите ребенку поразивший его предмет и у него возникнет к нему религиозное чувство, он начнёт вместе любить и бояться его, что означает поклоняться ему. Так же, подобно ребенку в приведенном примере, дикарь поклоняется природе и ее частным явлениям. Это первая ступень религии дикарей. Потом он начинает находить причину его в другом явлении и поклоняться этому. Таким образом, постепенно переходя от ближайшей к высшей причине, он на пути своем поклоняется каждой высшей ступени явлений, пока, наконец, находит связь между всеми и предполагает всем им одну.

У египтян главным богом стало солнце - источник жизни.

В иудейской религии Бог Творец всего мира.

- Понятно, - сказал Фёдор, - мне ещё говорили, что учёные доказали будто человек произошёл от обезьяны. Когда я спросил у Иллариона об этом, то он предложил мне почесать свой хвост.

Учитель засмеялся, - сначала, Фёдор Иванович, ты молился на качественную кожу, нитки, гвозди, инструменты и другие материалы, а потом просто стал молится на деньги. Будут деньги будет всё и в достатке. Так и с религией. Но тут есть некоторое различие, деньги, они приятно шелестят и легко превращаются в товар и услуги, что не скажешь про Бога. Никто никогда его не видел, представляют его все по разному, у каждого народа свой, у некоторых их много и молитвы на деньги не поменяешь, скорее в церковь надо деньги нести, а спасение после смерти проверить невозможно.

- Значит вы не соблюдаете заповедь: " Поступай с другими так, как ты хотел бы,чтобы поступали с тобой"?

- Давай на твоём примере посмотрим,- сказал учитель, - как тебе это удаётся по жизни. Начнём с того,как бы ты хотел,чтобы поступали с тобой.

- Чтобы уважали,- сказал Фёдор,- выполняли просьбы,не обманывали и чтобы не приставали ко мне помоги Христа ради или займи денег. Работать не хотят,а копеечка всем нужна.

- Вот видишь,нищих и бедных ты не уважаешь,возможно презираешь,не хочешь им помочь и они тебе платят тем же. Уважаешь ты только тех от кого зависишь и то,только для видимости,на самом деле ты их боишься. Работники твои тоже тебя боятся и делают вид,что уважают. Сам ты вынужден обманывать,чтобы люди не приставали с просьбами.

Найди и приведи ко мне человека,который выполняет эту красивую заповедь и я сниму перед ним шляпу.

- Вы хотите сказать,что никто не спасётся?

- Почему,дети не успевшие согрешить,спасутся.

- А мы все куда?

- Это не мой вопрос. Я не верю святым сказкам. На первый раз хватит, в следующий раз детскую обувь принесу и спасибо за водочку.

На следующий день у Фёдора созрел, как он считал, хитроумный план столкнуть научными лбами учителя и Иллариона в присутствии брата. Фёдор очень противился уходу Ивана в монастырь,а тут Иван Степанович поможет,как ему казалось, охладить горячую голову Ивана. Кроме того, Фёдор вспомнил любимую поговорку Иллариона "Не рассказывай мне сказки Шехерезады тысячу одну ночь", он не хотел стать придворным сапожником у учителя за его лекции.

После недолгих уговоров ему удалось пригласить домой на чай двух мыслителей.