Читаем Судебная финансово-экономическая экспертиза по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц онлайн бесплатно

Автор:

Белякова Е. Г., судебный эксперт, преподаватель кафедры судебных экспертиз Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА).

Под редакцией доктора юридических наук, профессора Е. Р. Россинской.

В условиях развивающейся рыночной экономики в Российской Федерации рассмотрение дел о признании должников несостоятельными (банкротами) остается одним из актуальных направлений. Количество судебных решений о признании должников несостоятельными (банкротами) остается на достаточно высоком уровне. При этом, доля погашенных требований кредиторов, представляющих собой отношение суммарного объема удовлетворенных требований к суммарному объему требований, включенных в реестры кредиторов, в денежном выражении имеет тенденцию к регулярному снижению, а средний срок длительности процедур банкротства превысил период более двух лет, что является негативным фактором для кредиторов. Затягивание процедур банкротства, в том числе и преднамеренное, влечет утрату значимой для дела информации, повышает риски невозврата имущества в конкурсную массу и невозможность рассчитаться с кредиторами по долговым обязательствам.

Преднамеренные банкротства юридических лиц характеризуются высокой латентностью ввиду серьезного уровня экономической подготовки преступников, их глубоких знаний специфики экономической деятельности, в том числе отраслевой, оперативностью вывода активов и их трансформации в денежные средства. Статистика по количеству дел по ст. 196 «Преднамеренное банкротство» Уголовного кодекса Российской Федерации является ничтожно малой. Так, например, в 2017 г. было вынесено 27 обвинительных приговоров, в 2018 г. – 29 приговоров, а в 2019 – лишь 22.

При расследовании и рассмотрении дел, связанных с преднамеренным банкротством юридических лиц, особое значение имеют специальные финансово-экономические знания, основной формой использования которых является судебная финансово-экономическая экспертиза. Оспаривание сделок кредиторов с целью возврата имущества в конкурсную массу нередко возможно именно на основании результатов судебной финансово-экономической экспертизы. Роль судебной финансово-экономической экспертизы также важна при оспаривании заключений арбитражных управляющих о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства юридических лиц и об анализе финансового состояния должника.

В настоящее время отсутствуют теоретические, методические и организационные основы, а также обобщенная судебная, следственная и экспертная практика по вопросам, связанным с проведением судебной финансово-экономической экспертизы, что, по мнению 93 % респондентов, создает ряд проблем, среди которых:

– недостаточность методической базы при производстве судебной финансово-экономической экспертизы (отсутствие единой экспертной методики, единой классификации судебных экономических экспертиз, типовых вопросов эксперту);

– недостаточный объем документов, предоставляемых эксперту для полного и всестороннего исследования;

– недостаточная компетентность экспертов;

– сложность изложения экспертом исследовательской части для восприятия правоприменителями и другими лицами;

– недостаточное количество судебно-экспертных учреждений и экспертов в данной области.

В связи с этим, разработка теоретических и прикладных аспектов судебной финансово-экономической экспертизы по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц на основе общей теории судебной экспертологии представляется весьма актуальной.

Отдельные аспекты судебной финансово-экономической экспертизы по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц исследовались в работах А. А. Савицкого, Э. Ф. Мусина, И. И. Лихановой, Ю. А. Евстратовой, Ж. Т. Ковгана.

Вопросы анализа финансового состояния юридических лиц рассматривались в работах Л. В. Донцовой, Н. А. Никифоровой, В. Ю. Жданова, И. Ю. Жданова, Н. А. Казаковой, В. В. Ковалева, Е. В. Негашева, Г. А. Савицкой, В. Э. Черновой, А. Д. Шеремета, Т. В. Шмулевич и др. Несмотря на значительное количество научной литературы, посвященной вопросам преднамеренного банкротства юридических лиц, вопросы, касающиеся судебной финансово-экономической экспертизы по делам данной категории, практически не рассматривались. Большинство научных работ посвящено исключительно рассмотрению юридических либо экономических аспектов преднамеренного банкротства юридических лиц.

Данное монографическое исследование посвящено комплексному рассмотрению судебных финансово-экономических исследований по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц, разработке понятийного аппарата судебной финансово-экономической экспертизы по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц с учетом вектора цифровизации судебно-экспертной деятельности, включая предмет, объекты, задачи, место в видовой классификации судебных финансово-экономических экспертиз. Автором сформулирован подход к разграничению компетенции судебного эксперта и арбитражного управляющего при определении наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства юридических лиц, а также предложена унификация понятийного аппарата в части установления наличия (отсутствия) признаков преднамеренного банкротства юридических лиц посредством разграничения компетенции судебного эксперта и арбитражного управляющего и действующих норм, принятых различными ведомствами в соответствии с судебной экспертологией и кодифицированными законами в части проведения судебной финансово-экономической экспертизы по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц, научно-методические рекомендации по назначению судебной финансово-экономической экспертизы по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц, а также алгоритм финансово-экономических исследований по делам о преднамеренном банкротстве юридических лиц, трансформирующийся в зависимости от поставленных задач.

Термин «банкротство» происходит от итальянских слов banco^[1] и rotta^[2], что дословно означает «разбитая лавка». Возникновение данного понятия связано с тем, что, когда торговцы разорялись, у них отсутствовала возможность рассчитываться по обязательствам. Тогда они ломали свои скамьи/лавки перед всеми и произносили слово Bancarotta, что означало публичное объявление окончания своей неудачной торговли.

Преднамеренное банкротство имеет давнюю историю. Первые упоминания о преднамеренном банкротстве встречаются в Русской Правде в виде несостоятельности, наступившей вследствие пьянства, порчи чужого имущества: «аже который купецъ <…> пропиется или пробиется, а в безумьи чужь товар испортить»^[3]. В Судебниках XV–XVI вв. встречается несостоятельность «безнапрасньства» (неслучайная), когда виновник «каким безумием товар погубит»^[4].

Банкротский устав 1740 г. указывал на существование злостной несостоятельности, называя злостного банкрота «хуже вора»^[5]. Одним из оснований ее наступления называл неосторожность в действиях, «что должник могъ ихъ не совершить, но тъмъ не менъе совершил»^[6]. В качестве возможных случаев наступления неосторожности, Устав указывал на сговор «с явным обманщиком» в целях намеренного банкротства, дачу займов лицу с плохой кредитной историей, дачу займов, в состоянии предвидения несостоятельности и прочее^[7].

В Уставе о банкротах 1800 г. было предусмотрено понятие злостного банкрота, которым являлся «138… тот, кто умышленно приведет себя в банкротское состояние в том намерении, чтоб всем тем воспользоваться ему одному, что другим может обратиться в убыток или в разорение, кто даст на себя ложные вексели, крепости, контракты, заклады или иные какие-либо обязательства, по которым упомянутого в оных платежа не получил…»^[8]. Впоследствии, принятый Указ о торговой несостоятельности 1832 г., заменил Устав о банкротах 1800 г., поскольку «открылись в сихъ правилахъ разныя неудобства и недостатки»^[9] и определил, что «несостоятельность есть подложная и называется злонамереннымъ банкротствомъ, когда неоплатность соединена с умыслом или подлогом»^[10].

Русский криминолог И. Г. Щегловитов обращал в своих трудах внимание на ответственность в ходе преднамеренного банкротства: «банкрот, признанный злонамеренным, и участники в подлоге отсылаются к суду уголовному»^[11].

В современной отечественной юридической науке и законодательстве помимо термина «банкротство» выделяют термин «несостоятельность». На сегодняшний день существуют разные мнения о том, являются ли данные термины синонимичными или же это разные понятия.

ФЗ о банкротстве приравнивает значения терминов «несостоятельность» и «банкротство». Некоторые ученые также считают правильным считать синонимичными термины «несостоятельность» и «банкротство». Например, Г. К. Таль придерживается данной позиции, однако в качестве отдельного термина предлагает рассматривать «неплатежеспособность». Если отсутствует решение арбитражного суда о признании должника несостоятельным, его следует именовать неплатежеспособным. Интересным представляется его высказывание о сравнении несостоятельности со смертью бизнеса, а неплатежеспособности – с болезнью^[12]. П. Д. Баренбойм также придерживается мнения о правильности употребления терминов «несостоятельность» и «банкротство» как равнозначных^[13].

Другая группа ученых считает необходимым разделять понятия «несостоятельность» и «банкротство». Профессор Г. Ф. Шершеневич считает, что банкротство необходимо рассматривать как уголовно-правовой аспект гражданско-правового термина «несостоятельность»^[14]. Л. В. Щенникова предлагает соотносить данные термины как общее и частное, и под банкротством понимать частный случай несостоятельности, при котором должник намеренно причиняет ущерб кредиторам^[15]. М. И. Кулагин обращает внимание на строгое отнесение термина «банкротство» к уголовно-правовому полю, а термин «несостоятельность» – к гражданско-правовому^[16]. В. О. Диденко высказывается о соотношении терминов от причины к следствию, где несостоятельность может являться причиной наступления банкротства и подкрепляется наличием решения арбитражного суда^[17].

В зарубежной литературе данные термины характеризуют разные аспекты ухудшения финансового состояния юридического лица. Например, известный американский экономист, профессор финансов Нью-Йоркского университета, Э. Альтман в своем труде выделил термин «несостоятельность» («incolvency»^[18]), подразумевающий невозможность отвечать по текущим обязательствам и отсутствие ликвидности, и термин «банкротство» («bankruptcy»^[19]), связанный анализом стоимости чистых активов юридического лица. Одновременно с этим, Э. Альтман выделил термины: «failure»^[20] – финансовое состояние, подразумевающее ухудшение рентабельности капитала, а также «default»^[21] – состояние, подразумевающее взаимодействие с кредиторами и сопутствующей неуплатой по их обязательствам (юридическая неуплата) и нарушением условий договора (техническая неуплата).

Мы придерживаемся мнения, что необходимо разделять термины «несостоятельность» и «банкротство». На наш взгляд, на законодательном уровне необходимо закрепление различий между данными терминами, поскольку неоднозначность в толковании свидетельствует о несовершенстве юридической техники и вызывает противоречия у правоприменителей. Полагаем, что принятие внесенного в марте 2020 г. законопроекта^[22] позволит разграничить термины «несостоятельность» и «банкротство» исходя из признания судом. Одновременно с этим, полагаем, что целесообразным является внесение соответствующих изменений в наименования статей в УК РФ и КоАП РФ. В ст. 196 УК РФ и ст. 14.12 КоАП РФ вместо наименования «Преднамеренное банкротство» считаем целесообразным изменить на «Преднамеренная несостоятельность».

Анализ законодательства выявил, что термин «преднамеренное банкротство» используется как в уголовном, так и в административном судопроизводстве, при этом термины «несостоятельность» и «банкротство» используются в арбитражном судопроизводстве в качестве синонимов.

Согласно ФЗ о банкротстве под несостоятельностью или банкротством понимается «признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей»^[23].

Иными словами, под понятием «несостоятельность (банкротство)» в данном случае законодатель понимает отсутствие у субъекта возможности полного выполнения договорных обязательств, при этом обязательным элементом является подтверждение данного факта определением арбитражного суда о признании должника несостоятельным (банкротом).

УК РФ раскрывает содержание преднамеренного банкротства как «совершение руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо гражданином, в том числе индивидуальным предпринимателем, действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб».