Читаем Достойные сыны (СИ) онлайн бесплатно

Холодный, пронизывающий плоть северный ветер, развевал над головами воинов многотысячные багровые знамена. Вышитые золотом знаки Великого Шестилика красовались на этих полотнах и отражали робкие утренние солнечные лучи, которые затем разбегались яркими переливами во все стороны. От красного пестрило в глазах. Все поле полностью покрылось огненным цветом, куда не обрати взор. Лишь внимательно приглядевшись, глаза четко различали стяги различных полков. В центре поля, на переднем крае, войска гордо реяли знамена бесстрашных Кригронцев, с изображенными на них черными шлемами, введенные самим Кригроном Великим. Одним своим видом они наводили ужас на врагов и вызывали уважение однополчан. Замыкая пешее войско, сияли позолотой на высоко поднятых знаменах «огненные стрелы» баллист и «полыхающие языки пламени ядр» катапульт.

Вдали, за катапультами, развевались едва различимые знамена всадников с серебряными соколами. Правый и левый фланги войска, состоящие из тяжелой и легкой пехоты, подтягивались, чтобы занять свои боевые позиции. Черные перекрещенные мечи на их стягах медленно заполняли свободное пространство. Катапульты и баллисты подвезли к указанным местам и заканчивали установку. За ними в боевые порядки выстраивалась тяжелая конница. Красный цвет являлся основным для всех военных стягов, напоминая цвет крови, которую криворгцы готовы были всегда пролить за свое любимое царство. Испокон веков отцы и деды учили их:

- Мужчина должен честно исполнить свой священный и тяжелый долг в трудное для родного дома время. Если суждено судьбой, сын, погибнуть в бою, благодарный за ратный подвиг народ похоронит с почестями на Лангорсте, откуда твоя душа отправится в Священный Храм воинов Шестилика - Храбор. А коли судьбой уготовано погибнуть от зверских мук в плену, или в кровавой бойне тело сгинет без следа, знай сын, в Храборе лично встретит и будет приветствовать тебя, как героя. генерал войска Шестилика - Онтагор.

В это верили отцы и деды, не щадя себя в сражениях. Сегодня вновь пришло время сынам Криворга доказать, что они мужчины и достойны своих предков.

Построенные на Аваннском поле многотысячные криворгские полки готовились к страшной и кровопролитной битве. В очередной раз им придется сразиться с непримиримым врагом - греманнами.

Центральная часть войска, куда по данным разведки ожидался основной удар, состояла из шести Кригронских полков, которые уже выстроились в ожидании своего славного часа. Одетые в крепчайшую во всем Аскериане мирмандскую броню, они казались абсолютно неуязвимыми за своими тяжелыми щитами, прикрывавшими тело от колен до самого подбородка.

Мало кто в трезвом здравии мог бросить вызов этим прекрасно обученным воинам. Силу Кригронского меча много лет назад прочувствовали на себе могучие и надменные Волоты. Даже этим исполинам пришлось считаться с мощью бесстрашных полков. Полков, где каждый воин стоил десятка, в совершенстве владел всеми видами оружия, включая катапульты и алебарды. Любой мог во время боя без труда заменить павшего тысячника и сотника.

Братство Кригронцев священно до самой смерти, сюда стремились попасть все мальчишки царства, но не всем это удавалось. В отваге и умениях с гвардейцами могли сравниться только легендарные Сыны Тумана мирмандского войска. Не раз в истории царства им приходилось сражаться плечом к плечу в самых страшных и кровопролитных битвах.

По всему огромному простору поля тут и там шли последние приготовления, подтягивались и занимали боевые позиции согласно разработанному плану левый и правый фланги войска, до решающей схватки оставались считанные минуты. Сотни тысяч пар солдатских сапог и лошадиных копыт превратили поле в очередной плацдарм для войны. По утрамбованной земле защитники, погоняя лошадей и волов, передвигали сотни катапульт. Вокруг раздавалась резкая брань вечно недовольных сотников:

- Что вы телитесь, дома так будете ползать как брюхатые бабы, если переживете сегодняшний день. Я кому сказал развернуть катапульту на десять салтов левее. Бегом, кранта вам в задницу, некогда жевать сопли, - не унимался один, брызгая слюнями в разные стороны.

- Магра вам в тести, что вы творите? - раздавались гневные крики с другой стороны.

- Кто вас так учил раскладывать горшки с жидким огнем? Я не пойму, вы кого хотите атаковать, греманнов или своих? Что молчите? А? Ну быстро переложить как положено, после битвы мы с этим еще разберемся!

Воины, бубня, проговаривая в сердцах про себя все, что они думают о сотниках, четко выполняли приказы. В душе каждый понимал, что эта ругань не со зла. Сотник, как строгий отец, имея большой жизненный опыт за плечами, точно подмечал, что его еще неопытный «сын» делает неправильно, дабы избежать тяжелых последствий. В военном хаосе виновато вовсе не разгильдяйство «дитяти», а сковывающее все человеческое нутро нервное перенапряжение, перед предстоящим боем не на жизнь, а на смерть. В такие минуты трудно без должного опыта верно и четко выполнить все приказы и поручения. Тело перед началом битвы все равно что деревянное, а мозг никак не хочет включаться на полную. Все закручивается потихоньку, каждый мускул напрягается сначала по отдельности, вспоминая многотысячные повторения на тренировках в мирное время, а затем, торс целиком превращается в могучий монолит. Именно от этого первоначального волнения, иногда можешь забыть какую-нибудь мелочь, которая впоследствии может стоить жизни и тебе, и твоим братьям по оружию. Эти самые недостатки и выявляли, а затем вовремя устраняли старшие по званию боевые товарищи. Сотники и десятники, прошедшие не одну тяжелую схватку за свою жизнь, являлись мощной опорой криворгского войска. На них ложилась тяжелая ответственность за жизни вверенных им воинов, часть из которых принимает бой впервые, а также за выполнение поставленных целей для достижения победы.

Уже выполнены приказы по подвозу к катапультам последних глиняных тар с жидким огнем и огромных костедробильных камней. Все, что так нужно для «долгожданной» встречи и уничтожения вражеской конницы и пехоты. Воины пехотинцы, заняв боевые порядки, готовились к тяжелому ратному делу, проверяя сотый раз личное оружие. Вынимались и вставлялись обратно остро заточенные мечи, которые должны без труда входить и выходить из ножен. Тяжелыми ударами о землю и щиты опробовали копья, проверяя прочность и целостность древка. Те, кто завершил проверку оружия, читал молитвы Великому Шестилику, прося «Отца Небесного» укрепить дух, сделать его стальным и несгибаемым перед всепоглощающим ужасом неотвратимости. Повсюду в воздухе ощущалось нервное напряжение, ведь игра со смертью — это не шутка, никто в здравом смысле и по доброй воле, не хочет заглянуть в ее холодные безразличные глаза. Все создания в мире рождены, чтобы жить и радоваться, а смерть, о ней задумываешься всерьез, лишь тогда, когда оказываешься на ее ужасном пиршестве.

После окончившегося совещания в шатре тысячника Милорада из восьмого полка Сведа Железного, сотники направились на свои позиции. Приближаясь к своей сотне, располагавшейся на левом фланге войска, взгляд Онтария зацепился за знакомую фигуру. Один из его десятников, схватил рукой поясной нож новобранца, но к несчастью для последнего, не закрепленный. Оттянув его вверх насколько возможно, десятник врезал им со всего маха по заду хозяина. Вокруг молодого и растерявшегося парня раздался дикий смех, переходящий в хохот.

- Думаешь Волколаки будут стегать тебя им по заду, когда схватят за нож? - заржал тот, что отвесил больной и обидный шлепок.

- Не забудь зажмурить от удовольствия глаза, а главное громче стони еще, еще! Им точно будет приятно, кто ж не хочет расслабиться во время боя, - прокричал другой, и все снова громко заржали.

- А если получится, можешь и подмахивать, тогда они все сбегутся на твой зад, - давясь нервным хохотом кричал третий, и сквозь этот хохот еле выдавил, - потом будут слагать легенды о тебе, у себя в Вонодаре. Вы же молодые все мечтаете о славе.

Молодой, выставленный на смех, сгорая от стыда, тут же нервно стал затягивать ремень, чтобы нож не болтался.

- Давай, давай шустрей, - не унимался обидчик, в котором подходя ближе сотник узнал Кардия, одного из лучших десятников сотни.

- А меч я смотрю ты специально развернул рукоятью к себе, чтобы, при падении, она вошла в бочину на радость врагам.

Вокруг снова раздался хохот, а пунцовый растрёпа повернувшись увидел, что рукоять плохо закрепленного на поясе меча и вправду развернулась, тыча ему в левый бок. Под непрекращающийся смех, от которого некоторые уже в буквальном смысле катались по земле, он тут же стал поправлять и затягивать непокорные ремни.

Онтарий, видя все происходящее, подошел вплотную к дико ржущей толпе и сказал раздраженным голосом.

- Кардий, я вижу тебе нравиться потешаться над молодыми, решил повеселить народ? Может тогда поведаешь нам, как сам в сражении под Шилкой, не закрепил шлем? Повесели всех рассказом, как он постоянно сползал тебе на глаза, а ты из-за этого, весь бой боролся с ним, а не с врагами. В то самое время, когда твои братья героически отбивали атаки шигроннцев. Расскажи нам, какого это быть «подшлемником»?

Тут снова раздался дружный хохот, но уже смеялись над самим Кардием. Молодой демонстративно засмеялся прямо в лицо десятнику, стараясь этим как можно сильнее уколоть. Засмеялся нервно, от чего его начало трясти и лихорадить.

- Затяни лямки на сапогах - сказал четко и жестко сотник новобранцу останавливая эту агонию, - а то неровен час, потеряешь в бою.

- Это, почтенный Онтарий, специальная военная хитрость, без них легче улепетывать с поля. Сверкающие пятки на время ослепят врага, - тут же снова уколол Кардий в отместку, и в сотый раз раздался многоголосый хохот.

- Ладно, хватит, - сказал строго Онтарий, - Отстаньте от него, не время сейчас шутки шутить. Победите сначала, потом вам будет и честь, и хвала, и веселье.

- А мы что, мы пытаемся помочь ему, вразумить, так сказать. Нас так учили лучшие, теперь мы учим, - сказал, улыбаясь, Кардий. Десятник подошел к парню и примирительно похлопал по плечу, но все равно проверил нож и меч последнего, на этот раз все было плотно подогнано и прижато к телу воина.

- Молодец, теперь все правильно сделал. Мое имя Кардий, как ты уже слышал, я десятник величайшей десятки Криворга! - торжественным и смеющимся голосом произнес он. А с тобой мы не успели даже толком познакомиться, сам видишь не до того. Не держи на меня зла, брат, все мы тут повязаны одной верёвкой. Мелочи, к которым я привязался сильно мешают в бою, на себе лично испытал. Как тебя зовут и как ты оказался в моей десятке?

- Бордон, - прозвучал обиженный, но твердый и уверенный голос. Меня прислали сюда с тренировочного лагеря вместо кого-то выбывшего вашего, я только утром прибыл и сразу в строй.

- Я понял, значит у Ромдера что – то серьезное, не простой жар, как я думал. В противном случае он бы точно сбежал от лекарей.

- Вот, что, Бордон, - Кардий примирительно положил руку на плечо воина, - Будь внимателен к мелочам, четко исполняй приказы, тогда удача обязательно полюбит тебя, - глядя в глаза парню проговорил он, и одобрительно похлопал по плечу. - Судя по хмурому виду нашего Онтария, она тебе сегодня понадобится.

- Вон, посмотрите, - сказал сотник, указывая рукой в направление Кригронцев. Это настоящие боги войны, наша гордость, с такими можно любое царство поставить на колени. Они точно не будут сверкать пятками, - вспомнил Онтарий колкую шутку Кардия.

- Мне бы в сотне десяток таких, - он повернулся к своим воинам, посмотрел, как они поднимают брошенные во время смеха щиты и копья, и сочувственно вздохнул.

- Да, это точно, они настоящие боги войны, с этим не поспоришь, повторил Кардий с обидой в голосе, продолжая смотреть вдаль на развевающиеся стяги с черными шлемами. - Но вот если внимательно приглядеться, то можно увидеть впереди, и их предводителя Велезара! Настоящую легенду Криворга, нам бы в сотню такого!

- Ты перегибаешь, - недобрым тоном сказал сотник. От злости он даже начал заикаться, но тут же взяв себя в руки замолчал. Медленно отходя от зацепивших за живое слов, он думал про себя: «Да, хоть и обидно, но Кардий прав на сто процентов, я явно не Велезар, это уж точно. Куда мне до него. Скорее кто-то из моей сотни станет Кригронцем, чем я вторым Велезаром».

- Правду говорят, будто Велезар сильнейший воин во всем царстве? - тишину прервал неуверенный голос Бордона.

Онтарий удивленно посмотрел в глаза парня и ответил с гордостью в голосе.

- Молодой царевич не проиграл ни в одной схватке в своей жизни. Я лично, своими глазами видел на турнирах, как многие воины в Криворге, наши и прибывшие из других стран, лучшие из лучших, бросали ему вызов. Кроме горького поражения и признания собственного бессилия, они ничего взамен получить не смогли. Кажется, как будто сам Отец Шестилик дает ему невероятную силу и мощь. Такого я не встречал на своем жизненном пути никогда, хоть и повидал немало. Мне посчастливилось пережить битву с великанами Волотами, у Великого Торга, в далекой молодости. Они почти в два раза крупнее любого из Кригронцев, на три головы точно. Но даже могучие Волоты, мне кажется, один на один не смогут совладать с мощью Велезара.

- По всему Криворгу ходят слухи, что Согр ведет на битву Кронга Ужасного. Говорят, это чудовище явилось сюда, только ради одного, головы непобедимого царевича, - договорив, Бордон потупил взгляд в землю.

- Сегодня Кронг, кем бы он ни был, познает истинную мощь криворгского меча! – преободряя воинов, сказал Кардий.

- Да, но секиры Кронга отправили не один десяток храбрецов, включая чемпионов Великой Арены, к праотцам. Сдается, у Велезара, еще никогда не было такого соперника, - не унимался новобранец, - Народ в Криворге боится этого чудовища. Многие уже заранее оплакивают царевича.

- Народ глуп, раз так думает, - перебил резко Онтарий. Велезар дважды подряд прошел Путь Воина - тяжелейшее испытание, придуманное и введенное самим Кригроном Великим. Даже представить в голове трудно, что ощущает на себе, проходящий его. Десять верст бега в броне под палящими лучами солнца, и не по прямой, а преодолевая рвы, наполненные водой и противной засасывающей жижей. При этом меч нельзя пачкать, меч должен остаться чистым, - Онтарий на мгновение замолчал, окидывая взглядом слушающих его воинов и снова продолжил.