Читаем Тибетская магия и мистицизм. Древняя мудрость с вершины мира онлайн бесплатно

James H. Brennan

Tibetian Magic and Mysticism

Interior illustrations by Llewellyn Art Department

В этом описании, взятом из официальной хроники Древнего Китая, речь идет о неком воинственном, жестоком, варварском и кровожадном народе. Но вот о каком именно? Об ордах монголов, державших в страхе половину мира? О свирепых гуннах, вторгшихся на юго-восток Европы?

Вы испытаете настоящий шок, узнав, что речь идет о людях, которых мы сейчас считаем едва ли не самыми миролюбивыми на земле, о жизнерадостных, улыбающихся, глубоко религиозных тибетцах.

Вопреки современному образу Тибет некогда был мощной военной державой, в сравнении с которой нацистская Германия покажется расшалившимся ребенком. Вся политическая история этой страны с VII по IX век нашей эры сводилась к постоянной войне. И не Тибет находился в осаде, не он был невинной жертвой могущественного соседа, как можно было бы подумать сегодня. Именно Тибет вел агрессивную наступательную политику. Его войска продвигались все дальше и дальше в глубь китайской территории, захватывая и удерживая земли, до тех пор пока они, наконец, не захватили столицу Китая. Но и на этом они не остановились. Тибетская армия оккупировала стратегические участки маршрутов на пути в Центральную Азию и тем самым полностью изолировала Китай.

Когда в один из редких периодов мира Тибет попросил Китай дать ему копии классических китайских произведений, представитель высшего суда подал петицию своему Императору с требованием отказать Тибету в этой просьбе. Его призыв содержал скрытую панику, которая сегодня кажется очевидной:

Следовательно, Тибет был некогда довольно воинственной страной. Но к 1950 году, когда в него вторглись китайцы, он обладал посредственной, можно сказать символической армией, вооружение которой подходило больше для средневековья, нежели для XX столетия. Кроме того, он уже в течение нескольких сотен лет твердо придерживался доктрины ненасилия. Что же привело к таким изменениям? Каким образом эта кровожадная культура трансформировалась в милосердную, миролюбивую нацию, которой за несколько веков удалось стать путеводной звездой для всех тех, кто стремится познать глубины духовного мира?

Тхубтен Джигме Норбу считает, что он знает ответ. Норбу раньше был настоятелем монастыря Кумбум (Kumbum Monastery), и он же является 24-й инкарнацией тибетского монаха по имени Тагтсер, жившего в XV веке.

Норбу выразил свое мнение по этому вопросу всего в одном предложении: «Ченрезиг был послан на Тибет, чтобы помочь тибетцам».

Ченрезиг – один из Просвещенных, то есть один из существ, единственной целью которых является спасение всего живого. Некоторые из них имеют физическое тело, другие – нет. Сущность, именуемая Ченрезигом, находится на таком высоком этапе развития, что нам, как и большинству тибетцев, он мог бы показаться богом. В последний раз Ченрезигу суждено было воплотиться в физическом мире в год Деревянной Свиньи (1935) в теле младшего брата Норбу. Мальчик вырос и стал нынешним Далай-ламой.

Но Тхубтен Джигме Норбу имел в виду первую инкарнацию Ченрезига, когда сказал:

Западные историки склонны полагать, что именно эта «невероятная сила религии», а не какое-то конкретное божество, сделала возможным духовное спасение Тибета. Буддизм пришел в Гималаи в VII веке н. э., и влияние его оказалось настолько значительным, что в конце концов каждый четвертый житель Тибета стал вести монашеский образ жизни.

Нет никакого сомнения в том, что доктрина Будды помогла изменить историю Тибета. В то же время буддизм сам по себе не гарантирует развитие мирной культуры. К примеру, в Индии, которая является родиной Гаутамы Будды, только за мою жизнь было уже две войны. В Камбодже поля военных действий были буквально усыпаны телами буддистов. Многовековая история буддизма в Японии, пусть и не на уровне государственной религии, не предотвратила трагедии в Перл-Харборе.

Несправедливо говорить о буддизме как о некой догме, которая в неизменном виде переносится из страны в страну. Учение Будды в гораздо большей степени, чем религии иудо-христианской традиции (иудаизм, ислам и христианство), подвержено изменениям в рамках различных культур. Японский дзен, например, имеет очень мало общего с буддизмом, который вы можете найти в Бирме.

Значительное влияние на практику буддизма в Тибете оказала религия, которой придерживался тибетский народ до прихода буддизма. Она называлась бон, в честь ее основателя[6].

История происхождения и ранние практики религии бон довольно туманны ввиду отсутствия достаточного числа источников. Если бы ученые располагали бо «льшим количеством информации, они, возможно, смогли бы объяснить существующие ритуалы. Тем не менее, известно, что первые короли считались божественными существами, которые после своей смерти вернутся (физически) на небеса, минуя, таким образом, необходимость пребывания в могиле. Для обычного же человека смерть была просто смертью, то есть считалось, что после смерти человек присоединяется к другим таким же мертвым, которые продолжают существовать на неком неопределенном плане, не играя никакой роли в делах живых.

Таким образом, можно сказать, что в рамках религии бон первостепенное место занимала текущая, настоящая жизнь, а не загробная. Верующие определяли причины болезней или несчастий обычно при помощи гаданий или предсказаний астрологов, и, в зависимости от причин, духовные лица принимали решение о том, как исправить ситуацию.

В культурном контексте бон наиболее вероятной причиной человеческих несчастий были злонамеренные и иногда явно зловредные действия местных духов, демонов или богов[7]. Следовательно, и лекарства от таких влияний имели вид неких магических ритуалов. Одним из самых популярных был ритуал обмена.

Первый этап церемонии заключался в том, чтобы определить бога или демона, причиняющего неприятности. Это делал священник бон, для чего он входил в состояние транса или изучал сны. Затем готовились предметы, необходимые для проведения ритуала. К ним относились фигурка, олицетворяющая тело больного, символ дерева, стрела, прялка, фигурки мужчины и женщины, растение эфедра[8], несколько горчичных зерен, модель жилища больного, несколько вещей, которые больной очень хотел получить, и самая важная вещь из всех – любопытное церемониальное устройство, известное как нам-мкха (nam-mkha), или «небо»[9].

Существовало несколько видов нам-мкха. Самая простая конструкция представляла собой крест из двух изогнутых палочек, переплетенных цветными нитями так, что получалось нечто, похожее по форме на бриллиант. Были и другие, более сложные варианты в виде коробочки или колеса. Нам-мкха использовалась для того, чтобы поймать в нее, как в клетку, доставляющую беспокойство сущность.

Когда сущность с помощью заклинаний оказывалась в нам-мкха, все приготовленные ритуальные предметы представлялись божеству в качестве платы за его благосклонность. Если священник делал все правильно, божественная сущность признавала эти безделушки в качестве эквивалентов настоящих вещей, имеющихся у больного (отсюда и название «ритуал обмена»), принимала их в качестве выкупа и отступалась от человека. После этого священник выпускал сущность.

В рамках бон выделялись категории многочисленных недоброжелательных сущностей, всячески досаждающих человечеству. Среди них были саб-даги (sa-bdag), или боги земли, гжидбаги (gzhi-dbag), боги, населявшие горные хребты, и клу (klu), змееподобные боги, живущие в ручьях и водоемах. Тибет в то время был страной земледелия. И не было ничего необычного в том, что люди постоянно вторгались на территории этих многочисленных существ, которые немедленно обижались, если на их земле строили дорогу или возводили здание без соответствующей компенсации. Важно было избегать столкновений. В плохом настроении любое местное божество было способно наслать на человека болезнь или смерть.

Последователи бон считали также, что некоторые горы священны, и что их населяют боги-герои, которые, если верить преданиям, были предками первых тибетских правителей.

Даже самое поверхностное изучение практик тибетского буддизма, в том виде, в котором они существовали в XX веке, позволяет увидеть, что в них в большом количестве присутствуют элементы старого пантеона бон, многие духи даже не изменили своего имени, и все их разнообразие имеет довольно отдаленное отношение к церебральным медитациям Гаутамы Будды. Таким образом, буддизм, который пришел на Тибет в VII веке н. э., подвергся глубинным изменениям и стал значительно отличаться от исходной доктрины.

Буддизм возник в Индии, неподалеку от непальской границы, в V веке до н. э. Молодой принц по имени Сиддхаттха[10] (которому тогда исполнилось 29 лет и который всю свою жизнь провел за стенами своего роскошного дворца) увидел старого человека в первый раз в своей жизни.

«Что с ним?» – спросил Сиддхаттха у своего возничего.