Читаем Вставай! Почему стул убивает вас, и что вы можете с этим поделать онлайн бесплатно

GET UP!

WHY YOUR CHAIR IS KILLING YOU AND WHAT YOU CAN DO ABOUT IT

JAMES A. LEVINE, MD, PHD MAYO CLINIC AND ARIZONA STATE UNIVERSITY

Доктор Джеймс Левин является известным специалистом по проблемам лишнего веса в США. Стоит отдельно отметить, что доктор Левин сам с детства страдал от избыточного веса и именно через эту личную проблему раскрыл причину массового ожирения современного человечества.

Честный подход, обусловленный перенесённым личным страданием и открытый разум позволили ему дойти до сути проблемы и первому в Западной цивилизации поднять флаг борьбы с обездвиженностью «цивилизованного» мира, тем самым вызвав шквал недовольства и обвинений от так называемого научного сообщества.

Но годы упорного труда дали свои плоды: сегодня вред от сидения официально признан как в США, так и в Канаде, Австралии и ЕС. Доктор Левин консультирует многие десятки компаний и учебных заведений США, которые начинают вставать со своих удобных кресел. За последнее десятилетие в мире опубликовано боле 10000 научных работ по этой тематике.

Работа доктора Левина внесла вклад первостепенного значения в создание и развитие данного направления в Западном мире. Мужество и терпение этой личности создали невероятный прорыв в закупоренном общественном сознании современного общества.

У нас в стране эта проблема впервые была озвучена профессором В.Ф. Базарным в 70-х годах. Владимир Базарный основал научную школу теории сенсорной и психомоторной свободы в раскрепощении и реализации видовых потенциалов жизнеспособной, здоровой мужской и женской личности. Школа была создана группой исследователей в Красноярском НИИ медицинских проблем Севера Сибирского Отделения АМН СССР в 80-х годах прошлого века.

Как может стул убить меня? Каким образом вообще это возможно?

Стулья убивают нас? Мы сидим на них, работаем на них, покупаем на них, едим на них, встречаемся на них, учимся на них. Мы живём среди моря стульев. В этой книге я утверждаю, что стулья: настраиваемые, эргономичные, на трёх ножках, на четырёх, деревянные, пластиковые, железные, барные — все они вредят и медленно убивают нас.

Зависимость от стула — также как и алкоголик нуждается ещё в одной рюмке, мы нуждаемся в том, чтобы куда-либо усесться. Мы пересаживаемся с дивана в машину, с машины в офис, и с офиса и машины на диван. Но цена нашего комфорта слишком высока: каждый час сидения стоит нам двух часов жизни. Список его негативных последствий для здоровья — это медицинская энциклопедия заболеваний. A — это артриты, Б — это бесплодие, В — это варикоз, Г — это головная боль, Д — это диабет… и т. д. Но, как я в итоге выяснил, это были не самые ужасные последствия сидения. Сидячий стереотип поведения отражается на каждом аспекте нашего существования. Весна исчезла из под наших ног. Мы сидим грустные по одиночке в наших квадратных комнатах. Наши стулья стали для нас островами отчуждения.

Нашей командой мы разработали и внедрили программы по решению этой проблемы в более чем 60 организаций и десятки школ. Прогулка по офису современной корпорации скорее походит на прогулку по моргу. Болезнь современного рабочего места — это крик души: «Освободите нас!». Приговорённые к стулу люди выкрикнули бы и поднялись — если бы у них было время хоть на минуту оторваться от своих экранов. Привычка сидеть это намного больше чем просто список болезней — это современный приговор нашей душе. Все мы медленно умираем сидя: телом, разумом и душой.

НО МЫ СИДИМ КАЖДЫЙ ДЕНЬ. ЛЮДИ СИДЕЛИ ВЕКАМИ.

КАК СИДЕНИЕ МОЖЕТ БЫТЬ НАСТОЛЬКО ВРЕДНЫМ?

Как может что-то, что мы делаем из дня в день такое продолжительное количество времени, причинять нам страдания? Выглядит неправдоподобно. Но есть ещё много всего вредного, что мы делаем с завидным постоянством. Мы едим по несколько раз каждый день. Но стоит ли вас убеждать насколько вредна стала эта еда, которую мы покупаем в супермаркетах? В этом случае еда, как и сидение опасна для жизни, когда вы передаете или едите то, что не подходит для человеческого организма. Десятки тысяч исследований показали, что нутрицид (самоубийство едой) развивается из передозировки нашего тела продуктами, которые больше напоминают ингредиенты из экспериментов по химии, чем естественное продовольствие. Но мы пока всё ещё должны есть. Еда необходима для жизни — когда принимается с правильной частотой, с правильными компонентами и в соответствующих количествах. То же самое может быть сказано и по отношению к сидению.

Смысл сидения заключается в том, чтобы дать телу отдохнуть от движения и вертикального положения, что является базовой видовой особенностью строения нашего тела, данного нам от природы. Человек создан чтобы быть в движении целый день: передвигаясь на работу, двигаясь на работе, гуляя и кормя детей, собирая еду, охотясь и т. д. Люди, которые раньше жили и работали в сельской местности сидели только с целью кратковременного отдыха. Но сегодня этот показатель в среднем вырос до 13-ти часов в день, при этом на сон уходит 8 часов и всего 3 часа остаётся на движение(реальные цифры в больших городах ещё меньше). Просиживая весь день на пятой точке вы разрушаете своё здоровье.

Я провел последние 25 лет возглавляя общественное движение против стульев из моей лаборатории в Клинике Мейо, в Рочестере, штат Миннесота. В нашей деятельности мы продвигаем информацию а также занимаемся исследованиями влияния сидения и обездвиженности на ум и тело.

На следующих страницах, мы немного углубимся в историю, чтобы понять, как мебельная обстановка во главе со стулом стала для нас привычной. В конце концов, сидение вредит здоровью гораздо большего количества людей, чем курение.

Мы подробно изучим историю стула, чтобы лучше узнать нашего врага, вооружиться и победить его. Мы идём в лабораторию, чтобы понять не только, почему сидение вредно, но также и то, что происходит с нашим мозгом в результате длительного пребывания на стуле. Мы идём в художественную студию, чтобы увидеть последствия современного сидячего образа жизни: исчезает творчество и таланты. Включите телевизор, чтобы увидеть, как художники изображают «цивилизованное» общество — Гомер Симпсон, современный человек (Homo sedentarius, Человек сидячий).

Но это не книга, сгущающая краски. Я обсуждаю здесь серию решений этой проблемы: от изобретения из подручных материалов до экологической модернизации всего нашего общества. Первый шаг для этого — пройти следующий тест и открыто взглянуть на собственный образ жизни: зависите ли вы от стула?

Ответьте да или нет на следующие вопросы:

1. Вы сидите на работе?

2. Вы когда-нибудь покупали через интернет?

3. Вы смотрите телевизор более часа в день?

4. Вы когда-нибудь ели в машине или на диване?

5. Вы знакомились через интернет?

6. У вас есть удобное кресло?

7. Если вы пришли на праздник, ищите ли вы сразу стул, чтобы присесть?

8. Посмотрите на свой диван: видите ли вы на нём углубление от своей пятой точки?

9. Вы проводите больше времени в социальных сетях чем со своими друзьями?

10. Был ли у вас секс на стуле? Или фантазии об этом?

Да — одно очко.

• 0: Закройте книгу и отдайте другу

• 1–2: Начальная зависимость

• 3–5: Зависимость от сидения

• 6–8: Заложник сидения

• 9-10: Вы стулоголик

Если вы впервые читаете про вред от сидения, то можете подумать, что это всё бред. Да как же в конце концов стулья могут кого-либо убить? Возможно, вы ожидали более тривиальное журнальное чтиво наподобие прошлого теста. Тем не менее, эта книга подводит итог более чем 40-ка летних исследований данной проблемы — работы учёных со всего мира.

Вывод однозначен: человек не создан для того, чтобы сидеть. Так это и с медицинском и с психологическом точек зрения. Сидение похоже на ужасную диету. Проблема ещё больше усугубилась с развитием технологий. Если к концу этой книги вы не убедят приведённые факты, то считайте, что я подвёл вас. Большая просьба читать мою книгу с «открытым разумом». Научные организации, такие как Национальные Институты Здоровья, департаменты здравоохранения и даже правительства признают, что ваш стул забирает годы от вашей жизни и жизней всех, кто сидит без движения. Сегодня каждый городской житель подвергает своё здоровье ежедневному стрессу от сидения. Оставьте цепи, встаньте со стула, откройте свой ум и читайте дальше.

Кусок мела летит из рук преподавателя и пролетает мимо заснувшего на задней парте мальчика из класса 5М. Весь класс смеётся. Спящий 11-летний мальчик был полного телосложения с тёмными волосами. Он учился в потоке M, начальной школе Колет Курт в Лондоне. Буква «М» не означала, что в классе учились одни идиоты.[1] Так как в школе такие были все, «М» — означало средний.[2] Учитель — г-н Льюисон, метр восемьдесят высотой, молодой, с длинными каштановыми волосами и длинными плечами; он появился здесь сразу же после окончания Кембриджа.

Он прицеливается снова и запускает другой кусок мела. Коньком г-на Льюисона был английский и психология. Не метание мела. Второй кусок также не достигает цели и пролетает мимо левого уха мальчика. Весь класс опять смеётся. Третий кусок поражает ученика прямо в центр лба; я просыпаюсь. «Левин, добро пожаловать обратно к Юлию Цезарю», говорит мистер Льюисон: «Придите навестить меня в конце класса». Если какой-нибудь урок был достаточно скучным чтобы заснуть и при этом на нём был удобный стул, я непременно спал на таком уроке. Английский мистера Льюисона был именно таким. Но то была ошибка не только мистера Льюисона; у меня не было нормального сна на протяжении многих месяцев. Я не спал целую ночь, потому что был страстно увлечён Джоанн.

Я не могу доступно объяснить, как в возрасте 11 лет я стал страстно увлечённым Джоанн. Это — естественный возраст для мальчика, чтобы начать чувствовать тоску на сердце. Ведь к тому времени гормоны уже начинали свою работу. Но это не были девочки, которые доминировали в моих мечтах. Моё сердце было похищено Джоанн Лимнэейдэ — обычной прудовой улиткой.

Любовь — странная штука, и я должен признаться, что не был моногамен; две улитки разделяли мою любовь, Джоанн и Морис, обе взятые рядом с озером в парке Регентс. Честно говоря, Морис и Джоанн не были первыми, но мы не будем обсуждать их судьбы. Выращивание улитки — своего рода искусство. (Если любовь к улиткам поразила и вас также, хочу предупредить, что кошки рассматривают улиток в качестве деликатеса).

Так что же 11-летний мальчик делает с улитками? За несколько недель я потратил всё свое пособие на строительство большого и тонкого аквариума для рыбы. Он вышел приблизительно девяносто сантиметров длиной, шестьдесят высотой, и лишь десять сантиметров шириной. Я купил несколько кусков стекла у местного стекольщика и соединил их вместе силиконовым герметиком. Аквариум постоянно пропускал воду, но не критично. Каждую ночь около 21:00 (время, когда я ложился спать) я забирал Джоанн и Морис из мисок под кроватью и перекладывал их (кстати, они — гермафродиты) к внутренней части моего аквариума. Однажды улитка прилипла к стенке, я взял жирный красный маркер и отметил это место снаружи стекла. Потом я поставил свой будильник на час позже. В 22:00 я проснулся и отметил, куда улитка передвинулась, затем я поставил свой будильник на 23:00 и вернулся ко сну. Я проснулся в 23:00, отметил прогресс улитки и поставил сигнал на полночь. Короче говоря я делал это каждый час в течение ночи до 7:00 утра. В 7:00 утра я перенёс красные отметки на бумагу и положил улитку под мою кровать. Позже я начал делать это каждую ночь в течение двух лет, работая со многими новыми улитками.

Я рассказал мистеру Льюисону о своих экспериментах с улитками. «Зачем ты это делаешь?» — спросил меня он. Я объяснил, что у меня есть теория согласно которой каждая улитка обладает своим неповторимой схемой движения. Каждая улитка двигалась по-своему, у каждой был свой стиль. И я предположил, что Джоанн всегда ползает по спирали, а Морис по прямой линии. «Действительно ли?» — спросил меня мастер метания мела. В то время я занимался своими наблюдениями только 4 месяца и ещё не мог ответить наверняка. Мистер Льюисон был молодым и амбициозным учителем, который хотел выглядеть «круто» перед своими учениками. «Ты должен сосредоточиться на учёбе», — но при этом он не сказал мне останавливать свои эксперименты. Знаю, что я сбивал с толку мистера Льюисона. Он наблюдал за тестированием IQ в течение всего года. Мой результат был самым высоким, но я всё равно учился в потоке «М» и казался ему столь же тусклым как и его куски мела. Он не мог понять меня; я продолжал спать на его Английском, он продолжал швырять в меня мел. В классе я был второй с конца. Он никогда больше не спрашивал меня о моих улитках.

Я завершил мои эксперименты два года спустя в возрасте 13 лет. В тот год я был приглашён в одну из известных Лондонских школ — школу Святого Павла. Школа Святого Павла — это классическая Британская школа, которая готовила лидеров и менеджеров высшего звена. Я показал 217 кусков бумаги, которые отражали движения улиток. Директор школы, мистер Хайд был худощавый, невзрачный на вид человек, всегда носивший тёмные костюмы. Он выглядел очень строгим, но не был таковым по своей сути. Я помню шум бумаги в моих дрожащих и вспотевших руках, когда объяснял мистеру Хайду суть своих экспериментов.

В конце моего доклада он задал мне вопрос: «Был ли ты прав насчёт своей теории?»

Тогда я уже знал ответ. И я рассказал ему, что был одновременно и прав и нет. Сначала я думал, что каждая улитка двигается каждый день по своей траектории и на одинаковую дистанцию. В этом отношении я оказался не прав. Но я был прав в другом: у каждой улитки был свой отличный стиль движения. Джоанн, например, всегда ползала по зубчатому пути, в то время как Морис преодолевала расстояния по прямой.