Читаем Сердце Вербарии онлайн бесплатно

Act 0

Над лесистыми горами, выше макушек самых рослых кедров, стыла полная луна. Ее свет едва пробивался сквозь густую хвою, но в покойном озере свечение выстраивалось мерцающей тропкой, мостившей гладь от берега до берега.

Агрхвал столкнул на воду долбленку, прыгнул в нее, но так неудачно, что чуть не упал, едва успев схватиться за борта. Уняв раскачку, он сел на шершавое дно лодки, достал весло и погреб прочь от берега.

Горное Племя остановилось у озера не просто так. Многим, как и Агрхвалу, диво как нравились его окрестности. Здешний лес пестрел грибами и ягодами, с кедров дождем сыпались жирные шишки, а дичи хватило бы на несколько лет охоты. И вождь Племени, мудрый Кхта-лу, рассудил, что Племя задержится у горного озера по крайней мере до первых заморозков.

Он отложил весло, растер озябшие ладони и потуже затянул пояс.

– Холодает, однако.

Становище обосновалось в некотором отдалении от берега, и если присмотреться, то сквозь деревья были видны огни костров, на которых сейчас жарили кабанину.

– Тепло им… – пробормотал Агрхвал, вздохнул и снова взялся за весло.

Агрхвал больше любил рыбу и выбрался на озеро, чтобы опробовать одну задумку, способную помочь ему в ночной ловле.

Метрах в тридцати от берега он отложил весло и огляделся.

– Кажется, приплыл.

Здесь было много донных ям, облюбованных горными сомами. По крайней мере, несколько дней назад он поймал одного именно в этом месте, что давало основания так полагать.

Один крючок слабоват для такой рыбы, поэтому пришлось связать четыре. Наживка – обожженные и наполовину стухшие птенцы сойки.

– Ничего, – бубнил Агрхвал, стараясь не дышать носом. – Зато наверняка клюнет.

Он забросил наживку и неторопливо размотал скрученную из жил лесу. Потом достал свою придумку – небольшую плоскую колотушку, которой стал ритмично шлепать по воде. После каждого третьего шлепка Агрхвал делал паузу и дергал за привязанную к борту лесу, дразня рыбину.

Неожиданно лунный свет погас. Агрхвал поднял голову к небу, полагая, что налетела внезапная туча, и оцепенел от ужаса. Вместо тучи он увидел громадный пузырь, медленно оседающий в озеро. Полупрозрачный, отливающий синевой, – это он затмил луну.

О борт лодки ударила волна, разбившая оцепенение Агрхвала.

Трясущимися руками он схватил весло и погреб к берегу, но в тот же момент рыба заглотила наживку и потянула его лодку в обратную сторону. Рыбина попалась здоровая и злополучный Агрхвал, как бы сильно не налегал на весло, только приближался к предмету с небес. Изо рта, вместе с дыханием, стал вырываться хриплый рык, точно у зверя под ножом охотника.

– Нож! – Агрхвал бросил весло, выхватил висевший у пояса нож и перерезал звонко лопнувшую лесу.

Наперекор страху он оглянулся.

Огромный, как скала, пузырь был светел и недвижим. Он наполовину погрузился в озеро, вздыбившись округлой, неподвижной волной. Чем дольше смотрел Агрхвал, тем отчетливей видел движение внутри пузыря. Но то были не люди. Высокие и статные боги, вот кто спустился к ним на землю. Агрхвал стиснул зубы и изо всех сил погреб к берегу. Мгновениями казалось, будто сквозь плеск воды слышится чужеродный оклик, от которого сердце мучительно сжималось.

Вскоре он добрался до берега, прыгнул в воду, несколько раз поскользнулся на глинистом скате, выбрался, пустив в ход ногти, и, наконец, укрылся в сени деревьев. Только теперь он оглянулся еще раз. Пузырь прорвался ярким отверстием, в чьей глубине различались темные силуэты.

– Они идут! Боги спустились к нам! – заголосил Агрхвал и бросился к становищу, с треском прокладывая новую тропу сквозь бурелом.

Грязный, с всклокоченной бородой и выпученными глазами, он одним своим видом всполошил сородичей. Путаные мычания Агрхвала обеспокоили их еще сильней. Мужчины, наскоро посовещавшись, схватили топоры и устремились к озеру. Но когда они вышли на берег, то озеро оказалось пустым. Лишь крупные волны с мятежным шепотом тревожили его гладь.

Actl

Звук поединка третировал лес: на залитой солнцем поляне метались вскрики, хруст щебня, стон рассекаемого воздуха и звон. Именно холодный звон разрушил утреннюю тренировку и созвал на поляну доларгов. Эти двое сходились в поединке редко.

Взмах запала. Еще и еще один. Атака безупречно парируется и возвращается серией коротких выпадов. Звон, блеск солнца, и противники замирают друг перед другом. Длинные сабельноострые кромки запалов скалятся и ждут. Короткий выкрик, рубящий удар; шаг в сторону, широкая дуга с разворота над головой, звон!.. И вновь плотоядные оскалы клинков.

Ни друзья, ни враги. Просто разные. Один – высокомерный и заносчивый, другой – замкнутый и молчаливый. Взрывоопасная раздражительность и тихая усмешка. Пламя и лед.

Обычно, наблюдая за сражением, доларги не стеснялись комментировать. Но теперь окружение молчало. Настроение каждого свидетеля дуэли грубело. Внутри просыпалось ощущение безысходности, осознание заточения внутри строгой реальности. Эти поединки больше всего напоминали доларгам, кто они есть и кем они будут.

Искореженные взбитым щебнем тени продолжают танец вместе с дуэлянтами. Сталкиваясь и расставаясь, они точно боятся своих хозяев, покорно дублируя проекцией каждое движение. Череда коротких выпадов рассыпается искрой о подставленный для блокировки запал. Напор силен, и обороняющийся отступает. Шаг назад, еще один, мгновенный отскок и длинный взмах клинком на вытянутую руку, что едва не касается лица противника. Тени вновь расстаются. Их разделяют шаги. Три коротких мгновения, и вновь поднимается звон.

Они появились в куполе в одно время. Как и многие другие, они были сиротами Той войны. Никто не мог сказать наверняка, но слухи шептали, что парней привезли на остров Бредби из одного приюта. А еще говорили, что они – дети одной женщины.

– Опустить запалы! – высокий окрик порвал мистическую атмосферу в клочья. В одно мгновение золото поединка потускнело и осыпалось. Но клинки не пали.

– Прекратить! Немедленно!

Тонкая голубая дымка окутала голову наставницы. Из ее рта и ноздрей невесомыми струйками клубилась лазурь, а глаза блестелим отражением ясного неба.

– Крайтер! Сейвен! Прекратить! Я приказываю!

Бойцы замерли.

– Ничего. Верно? – негромко, так, чтобы его слышал только противник, сказал Крайтер, взвалил на плечо запал и вышел из разомкнувшегося кольца доларгов.

Сейвен выдохнул. Расправленные плечи опустились, голова поникла, отчего темные волосы привычно закрыли глаза. Все тело будто стравило нагнетенное боем напряжение. Он оперся о запал и молча смотрел себе под ноги – ждал, когда доларги разойдутся. Сила, еще недавно правящая им, исчезла, а вместо нее осталась только тень. Тень… Сейвен очертил взглядом собственную. «Вроде я, а вроде и нет. А без меня и вообще не было бы ничего, кроме этого щебня. Ни меня, ни мыслей вот этих». Он исподлобья посмотрел на наставницу. «И тебя бы, пожалуй, тоже здесь не было».

– Какого демона, Сейвен?! – спины последних доларгов поглотила зеленая куща, что позволило Диз не скупиться на слова. – Сколько можно вас разнимать?! А если бы визитатор раньше меня пришел? Да еще и сегодня! Чего молчишь?! О, хранители… Когда же ты уже поумнеешь…

«Статус ларга, чин наставника или год разницы в возрасте? Что из этого дает тебе право так со мной разговаривать? Хе-х. Скорее, это право даю я. Попробовала бы ты так на Крайтера выступить…»

– Полагаю, тренировка закончена. Я могу идти?

– Можешь, – язвительно ответила Диз. – Какая же ты все-таки ледышка, Сейвен.

– Снег. Много снега, – буркнул он через плечо и пошел прочь.

***

Солнечные лучи точили изумрудную листву, опадая прохладной тенью. У стремительного ручья Сейвен остановился, присел и зачерпнул колючей воды. Умылся. Струйки текли по подбородку, капали и терялись в журчащем потоке. «Как мы». Он посмотрел сквозь поредевший лес на блестевший вдалеке купол Бредби.

Купол возвышался грандиозным пузырем, наполовину осевшим в изумрудный луг. Под высоким солнцем полусфера блестела до рези в глазах. Сейвен сощурился и пошел вниз по тропе. Чуть погодя он различил колонну автоскоров у главных ворот купола. «Пять. Или шесть, кажется… Нет, все-таки пять. Портовое такси не в счет». Для чего фургоны подогнали к главным воротам, Сейвен знал. Вчера из герцогства Франдия поступила заявка, а уже сегодня доларги-выпускники с трепетом внимали приказу собраться в семидесятом нарне шестого цикла у главных ворот. В полной готовности. «Партизаны шалят, скорее всего. Снова, отказываются подчиняться законам континента, и континент отрицает законность иного мнения. Как всегда, впрочем». Задание должно быть достаточно простым, раз его выбрали в качестве экзамена.

Парадный вход он предпочел обойти стороной, поскольку не хотел оказаться в кругозоре товарищей, деловито теснящихся возле транспорта. Доларгам не терпелось повоевать. Сейвен мрачно усмехнулся. «Нарны считают. А на экзамене, верно, добрая половина будет обратный отчет вести: чтоб все поскорее угомонилось». Он хорошо знал своих ровесников. Гораздо лучше, чем если бы являлся частичкой их общества. Добровольно исключенный отовсюду и изолированный от всего, Сейвен смотрел на мир, точно испущенный дух на остывающее тело.

В прошлом году Крайтер провалил такой экзамен: ослушался куратора группы и сделал по-своему. Поставленную задачу-то он выполнил, но не так, как было велено. Результат – строгий выговор ларгу-куратору и крепкое «прощай» чину Крайтера. И если бы не веское слово протектора купола Бредби, Олафа Швассера… Старина имел право вступиться и он это сделал. Крайтеру подарили второй шанс стать ларгом. «Любимчик, демон его дери…»

Около выхода к тренировочным площадкам на лавочке сидела девушка. Сейвен ее не знал. «Не здешняя?» Ясность внесла форма. Белая юбка и такой же китель с ярко-оранжевой каймой на лацканах и манжетах, черные аксельбанты и погоны с черно-оранжевыми полосками. Наконец, эмблема – снежный барс под перекрестьем копий. Сомнений не оставалось – незнакомка прибыла сюда из купола Крисалия.

Подле гостьи с морозного острова громоздился саквояж. Девушка оставила его рядом с лавкой, на которой сидела. Понуро опустив голову, она не заметила остановившуюся рядом фигуру. Сейвен с интересом отметил, что ее короткие волосы переливались огнем. Он еще ни разу не видел рыжеволосых.

– Ты кто?

Девушка встрепенулась и в лицо Сейвену сверкнула хорошая веснушчатая улыбка. Сочные зеленые глаза просто умиляли.

– Лейла.

– Лейла, – повторил Сейвен и, чуть помедлив, добавил: – Зачем ты здесь?

– Я здесь по обмену. Только что, вот, приплыла, а тут экзамен начинается, а я ничего и нигде не знаю!

Она оживилась и с надеждой в голосе продолжила:

– Помогите мне, пожалуйста. Я должна была встретиться у главных ворот со старшей наставницей Диз, но ее не было нарнов тридцать, наверное… И вот я здесь. Совсем не знаю, что мне делать.

«Спросить. У кого-нибудь, мол, я здесь из другого купола – перевели – подскажете к кому обратиться».

– Спросить.

– Что?

– Пойдем.

Сейвен приложил ладонь к ключевой панели на стене и прошел сквозь расступившуюся дверь. Лейла вошла следом, волоча за собой поклажу.

Коридор, по которому они шли, нависал лазурной толщей воды, циркулирующей в оболочке купола. Могло показаться, что через несколько шагов им откроется морское дно, но коридор закончился, и они попали на кольцевую тропку, огибающую нутро сферы. В центре купола возвышался громадный усеченный конус административно-учебного корпуса. Опоясанный ниспадающей спиралью оконного проема, центральное строение всякий раз пробуждало в Сейвене трепет. Величия шпилю придавали четыре симметричных водопада, что шумящими лентами низвергались к основанию, поднимая в неглубоком ровике вселенную влажных искр. И все это благолепие утопало в зелени растительности и пестром благоухании цветов.

– Вот административный корпус, – указал он. – Там есть лифт. Поднимешься на третий этаж. Повернешь налево и войдешь в первую дверь. Скажешь, откуда ты и зачем. Предъявишь документы. Все. Диз тебе больше не нужна.

– Спасибо… – Лейла его почти не слушала. – У вас тут все такое… Такое зеленое, живое. У нас в Крисалии не так.

– Зачем ты здесь? – повторил Сейвен.

– Что? – отвлеклась она. – Почему перевели? Я клирик, а в куполе Бредби клириков не готовят. Вот. Сделали ставку на меня, – Лейла улыбнулась, – правда, не совсем понимаю, почему так внезапно. Перед самым экзаменом, я имею в виду…

– Здесь нет наставников, компетентных в твоей специализации, поэтому ты как доларг здесь никому не нужна. Зато куполу нужен ларг-клирик.

– Да, наверное, – вздохнула она.

– Не распаковывай багаж, – кивнул на ее поклажу Сейвен. – Если провалишь – вернешься в свой купол уже завтра.

– Я справлюсь! – пухлые губы Лейлы надулись. – Не для того я приперлась сюда, чтобы с позором возвращаться.

– Самоуверенно, – хмыкнул он в ответ. Эта вспышка негодования ему понравилась. – Удачи, Лейла.

– Постой, постой! – заволновалась она, поняв, что Сейвен сейчас уйдет. – У меня здесь еще совсем никого нет. Друзей… Как вас… Тебя зовут?

– Сейвен. Но не думаю, что мы подружимся.

***

Он вернулся в свою комнату и, в чем был, улегся на не убранную после ночи кровать. «Плевать». Форсить перед собой и доказывать себе же, что нормальные люди постель убирают, – не хотелось. «Себя все равно не обманешь».

Цикл сборов приближался. Нужно было достать из шкафа форму, проверить ее, если надо, то и отутюжить. «Постой, а в порядок-то приводить ее нечем – паровик сломался. А новый так и не принесли». Просить паровик у кого-то взаймы хотелось меньше, чем надевать форму. «Даже и глаженую».

Сейвен посмотрел на тускло поблескивающий возле двери запал. Металлическое нутро комнаты растушевывало оружие, оставляя лишь силуэт – темный контур на гладкой стене. «Если отсюда, то и ничего так смотрится. Хе-х. Как картинка». Он перевел взгляд на письменный стол, квартировавший у изголовья кровати. В одном из выдвижных ящиков – самом нижнем, том, что на замке, хранились атрибуты запала. Масла, полироли, шомпол, коробка с патронами… Ключик висел тут же на ручке ящика. Сейвен повернулся на бок и попытался дотянуться до ключа. Не вышло. Тогда он снова откинулся на подушку, широко зевнул и рывком поднялся с кровати.

Тридцать два серебристых патрона выстроились на черной блестящей столешнице. Они напоминали бледных, измученных бездействием солдат, готовых на все. Но только немедленно, иначе в следующее мгновение у них не хватит сил даже упасть. Из основания рукоятки запала Сейвен извлек желоб с пружиной, уложил в него шестерых «солдатиков», вернул обойму на место и передернул затвор. Теперь, если спустить курок, запал харкнет свинцом так, что без труда настигнет самую прыткую цель. Он взял оптический увеличитель, покрутил его в руках, приставил к глазу, увидел что-то мутное и положил обратно на край кровати.