Читаем Русские на Эвересте. Хроника восхождения онлайн бесплатно

Суровый и притягательный мир вершин. Великая «обитель снегов» – древние и величественные Гималаи. Овеянные легендами горы, которые ещё и сейчас, в конце XX века, скрывают от людей многие свои тайны. Сверкающие обледенелыми гранями пики, вонзающиеся в тропосферу. Вечный вызов человеку! Здесь, в сердце Гималайских гор, почти на девятикилометровую высоту возносит свою седую голову «богиня – мать Земли» Джомолунгма – величайшая вершина планеты.

История труднейшей борьбы людей за покорение фантастических горных высот содержит немало славных, а порой трагичных страниц. Альпинисты многих поколений вступали в единоборство с Джомолунгмой /Эверестом/. Терпели поражения, несли потери, вели борьбу буквально на грани жизни и смерти. Но каждый новый шаг приближал победу. И она пришла, уже в наше время, во второй половине века, когда на девственный снег высочайшей точки Земли вступили двое – новозеландец Хиллари и гималайский шерпа Тенцинг.

Этой впечатляющей и символической победой человеческого духа и упорства был завершён лишь первый этап долгого и неимоверно тяжёлого пути. У каждого поколения восходителей свой Эверест, свои проблемы, ждущие решения. К вершине вершин устремляются альпинисты многих стран, принося новые жертвы, проходя недоступными раньше маршрутами.

Предлагаемая читателю книга журналиста Дмитрия Мещанинова – захватывающий и правдивый рассказ о штурме Эвереста первой советской гималайской экспедицией по новому, труднейшему из всех пройденных путей к вершине: по контрфорсу юго-западной стены. Автор сам побывал в Гималаях, прошел по тропе, ведущей к подножию величайшего горного гиганта. Там, в Непале, встречал победителей,  спустившихся после беспрецедентного штурма.

Автор честно и умело рассказал о том, что узнал или увидел сам. И добивается, на мой взгляд, ощущения читателем эффекта присутствия при разворачивающихся в повествовании событиях. Это несомненный авторский успех. Пожелаем же книге доброго пути к сердцам многочисленных почитателей альпинизма!

Борис РОМАНОВ,

тренер первой советской экспедиции в Гималаях,  председатель Федерации альпинизма СССР, заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР.

Постепенно базовый лагерь приобретал обжитой вид. В центре установили высокие мачты, служившие одновременно флагштоками и антеннами. По соседству выросли вместительные шатровые палатки: кают-компания (она же столовая), два склада – снаряжения и продуктовый.

Кухню возводили все вместе, усердно и основательно. Выровняли площадку, окружили её полутораметровой стеной из каменных обломков и накрыли шатром, сшитым тут же на месте из капроновых полотнищ. Внутри из плоских камней выложили два стола: один для разделки продуктов, на другой поставили газовые двухкомфорочные плиты.

Делом рук своих остались довольны. Кухня получилась красивой, просторной и надежной. Вокруг «делового центра» в хаотичном порядке (кому где удобно) разбили многоцветные жилые палатки. Палаточный городок у подножия самой высокой горы планеты прихорашивался к официальному открытию.

22 марта 1982 года. На мачты торжественно подняты государственные флаги Советского Союза и Непала. Базовый лагерь первой советской экспедиции на Эверест открыт. Почти все в сборе. Не хватает лишь нескольких человек. Они сопровождают караваны носильщиков, вышедших две недели назад из Майни Покхари.

Там кончается шоссейная дорога, по которой грузовики доставили экспедиционные грузы из Катманду. Четыре каравана с интервалом в несколько дней идут по нахоженной столетиями тропе, что издавна вела из столицы Непала в Соло Кхумбу (высокогорный район, где обитают шерпы) и далее в Тибет. Две недели пути. В жару и дождь, снегопад и туман. С раннего утра до позднего вечера.

Вверх на перевал, вниз в ущелье и снова вверх. В размеренном неторопливом темпе. Спешить не надо. Надо прийти вовремя. Часовой переход, короткий отдых. И снова, укрепив на лбу поддерживающий ношу ремень, в дорогу. 30-килограммовые баулы со снаряжением и питанием несут молодые и пожилые, мужчины и женщины. В убогой одежонке, большинство босиком, неприхотливые, привычные к местным условиям носильщики.

Для них эта тяжёлая работа – нередко единственный источник дохода. Как правило, цена переноски груза за день, установленная правительством Непала, стабильна – двадцать четыре рупии (около полутора долларов). Но правила, как известно, не без исключений. Иногда приходится поднимать цены до 27, иногда до 35 рупий.

Каждый раз прибавка вызывает бурный прилив энтузиазма. Местные жители вообще оптимисты по натуре. После нелегкого дневного перехода, уже в сумерках, подкрепившись немного рисом и обогревшись у костра, они затягивают свои задиристые и бесконечные песни-частушки. Потом, вспомнив, что завтра снова вставать чуть свет, быстро расходятся на ночлег.

Некоторые направляются в «отели» со звучными названиями «Эверест», «Макалу» и тому подобное, что выросли словно грибы после дождя вдоль тропы, после того как Гималаи облюбовали альпинисты и горные туристы. Слово «отели» закавычено, поскольку это обыкновенные каменные или деревянные сараи с нарами внутри, а то и без них. Тогда постояльцы укладываются прямо на земляной пол, подстелив то, что несут с собой или на себе.

За ночлег взимается небольшая, но всё же плата. Большинству такое не по карману. Они привыкли обходиться без незамысловатых услуг местного сервиса. Носильщики ложатся в каком-нибудь защищённом от ветра месте, подкладывают под головы баулы с грузом и засыпают. Утром, наскоро перекусив лепешками из тёмной грубой муки, снова отправляются в путь.

Первое крупное селение на пути караванов – Лукла (2200 м). Никому прежде неизвестное, оно прославилось после постройки аэродрома. Хотя понятие «аэродром» как-то не вяжется с тем, что предстает перед глазами. Узкая и короткая взлетно-посадочная полоса начинается от трёхсотметрового обрыва и под углом градусов в десять ползёт вверх, упираясь в крутой склон горы. С одной стороны стоит деревянный навес, куда складывают вещи пассажиров во время дождя, с другой – сложенный из камней домик с антенной на крыше.

Неподалеку, живописно искрясь на солнце, лежат искорёженный фюзеляж и переломанные крылья. Лукляне уверяют, что за всю историю существования аэропорта это была единственная авиакатастрофа. «К тому же самолет разбился тогда по чистой случайности», – спешат добавить они. Хочешь не хочешь, но появляется мысль, что чистая случайность как раз в том, что здесь разбился один-единственный самолет. Словом, аэропорт в Лукле производит незабываемое впечатление.

Из Катманду небольшие двухмоторные самолетики добираются сюда минут за сорок. Они вылетают из столицы Непала только по утрам. Во второй половине дня в районе Луклы обычно поднимается сильный ветер, сгоняющий в окрестные ущелья обрывки облаков, и моросит дождь.

В принципе можно перебрасывать грузы на самолетах до Луклы, а уж здесь нанимать носильщиков. Такой вариант обговаривался при подготовке экспедиции. Чтобы перевезти все грузы, надо было зафрахтовать не меньше десятка рейсов весело раскрашенных бипланов, вмещающих всего пятнадцать пассажиров. Решили всё же не рисковать. Караваны медленно, зато надежно. Самолеты быстро, но ненадежно. Случается, что неделями аэропорт закрыт из-за непогоды.

Небольшую часть снаряжения, необходимого для установки базового лагеря и прохождения ледопада Кхумбу отправили самолетом вместе с передовой группой в составе пяти человек. Спустя несколько дней в Луклу прилетела основная группа во главе с руководителем экспедиции Евгением Таммом. Отсюда они пошли вверх по самой известной и престижной среди альпинистов тропе, ведущей к подножию Эвереста (8848 м) и соседних восьмитысячников.

Тропа, попетляв среди нескольких десятков крытых дранкой или плоскими каменными плитами домов Луклы, пересекает все селения. Затем, прижимаясь к склонам гор и повторяя их рельеф, плавно спускается вниз, в ущелье, по дну которого шустро бежит мутноватая Дудх-Коси (Молочная река).

На берегу порожистой реки примостилось маленькое селение Пхакдинг, что в переводе значит «Плоская свинья». Почему «плоская» – никто объяснить толком не может. Говорят, что нормальные свиньи здесь действительно когда-то водились. Они давно перевелись, но странное название осталось.

На расстоянии дневного перехода расположено самое крупное шерпское селение – Намче-Базар. Последние километры пути – сплошной подъём. Крутому серпантину кажется не будет конца. Наконец на противоположном склоне глубокого ущелья, выглянувшего из-за очередного поворота, показываются, словно врубленные в бурные скалы, домишки Намче-Базара. Высота 3440 метров.

На узких извилистых улочках столицы страны шерпов в будние дни немноголюдно. Селение преображается по субботам, когда здесь открывается шумная и красочная ярмарка. Со всех сторон «Шерпландии» (так обычно именуют западные альпинисты район Соло Кхумбу) из далеких и близких селений стекаются в Намче-Базар людские ручейки.

Ярмарка начинается рано утром и заканчивается к полудню, когда все собираются в деревянных бараках, заставленных грубо сколоченными столами и стульями. Здесь за кружкой хмельного рисового пива обсуждаются последние новости, вспоминают тех, кто ушел с экспедициями в высокие горы, желая им благополучного возвращения домой.

Искусные охотники и скотоводы шерпы проявили свои недюжинные альпинистские способности в 20-х годах ХХ века, когда европейцы начали наведываться в Непал для разведки возможных подходов к подножию гималайских восьмитысячников. Вскоре шерпы-носильщики, шерпы-восходители стали такой же неотъемлемой частью любой экспедиции, как ледорубы, палатки, верёвки, как сами альпинисты.

Ни одно серьёзное восхождение не обходится без помощи шерпов. Имена многих из них вписаны в славную, хотя во многом трагичную, историю покорения заоблачных вершин. В составе экспедиций разных стран побывали они на большинстве сложнейших гималайских пиков. Но многие, очень многие, не вернулись назад.

Тропа ведёт дальше, к известному буддийскому монастырю Тхъянбоче, расположенному на высоте 3867 метров. Его контуры на длинном гребне хорошо видны из Намче-Базара. Кажется, что до него рукой подать. Но до монастыря часов пять-шесть ходу. Все это время справа маячит поразительная по красоте вершина Ама-Дабланг (6863 м), похожая на гигантский белоснежный клык. Сначала тропа плавно идет вверх, потом резко падает к горной речушке, перебирается по шаткому мостику на противоположный берег и начинает карабкаться по крутому склону гребня.

После изнурительного 600-метрового подъёма тропа, поднырнув под деревянную арку со скульптурными украшениями, выводит на просторную, неожиданно ровную поляну, где находится монастырь. Тхъянбоче не минует ни одна экспедиция, штурмующая Эверест со стороны Непала.

Стало традицией жертвовать монастырю перед восхождением. Твёрдой таксы нет – кто сколько может. Посовещавшись с коллегами, Евгений Тамм выложил на алтарь 100 долларов. Настоятель более чем удовлетворённый суммой, не мешкая, отправился молиться, чтобы восходителям сопутствовала хорошая погода и удача.

Тхъянбоче известен ещё как центр обширного горного района, где обнаруживали следы «снежного человека». На поляне перед монастырём он появлялся собственной персоной давно, в 1951 году. Рассказывают, что, увидев приближающихся к нему монахов, быстренько скрылся в зарослях рододендронов и был таков. По правде говоря, вовсе не обязательно карабкаться к монастырю, чтобы услышать очередную историю о загадочном обитателе Гималаев.

Едва вы оказываетесь в самолете непальской королевской авиакомпании, как невольно вспоминается громогласная сенсация 50-х годов, касающаяся «снежного человека» или попросту йети (так именуют его непальцы). Прямо у трапа смуглолицые стюардессы вручают пассажирам красочные проспекты с надписью «Йети сэрвис» и изображением самого виновника сенсации – эдакого симпатичного волосатого «снежного человечка» в белоснежном переднике с уставленным рюмками подносом в мощной лапе.

После посадки в Катманду туристы попадают в цепкие объятия фирмы «Йети трэвел», а поселить вас могут в лучшем отеле столицы «Як энд Йети». Слово «йети» беспрестанно мелькает на рекламных щитах, на вывесках гостиниц и ресторанов, убогих забегаловок и лавчонок, торгующих всякой всячиной. Словом, йети стал двигателем торговли и коммерции в Непале.

Обитает ли в Гималаях легендарный «снежный человек» на самом деле, никто толком не знает. Следы его находили, даже вроде бы не раз видели издалека, но поймать не смогли ни местные жители, ни несколько хорошо оснащенных экспедиций. Как бы там ни было, но шерпы уверяют, что йети существует, ссылаясь на воспоминания стариков о встречах с «ужасным снежным человеком» и советуя взглянуть на его останки, хранящиеся в монастыре Пангбоче.

Он расположен в нескольких часах ходьбы от Тхъянбоче. Немного в стороне от основной тропы. Скальп йети хранится в полутёмном помещении на втором этаже монастыря. Смотритель с торжественным видом извлёк из деревянного ящика на свет божий дорогую реликвию – шлемообразный кусок кожи, покрытый кое-где остатками шерсти.

Когда и как оказался здесь скальп, точно неизвестно. Говорят, что не меньше трёхсот-четырехсот лет назад. Он не является предметом поклонения. Но жители окрестных деревень считают, что раз скальп так долго хранился в стенах священного монастыря, то расстаться с ним – значит, накликать беду и возмездие духов. Ни за какие деньги, несмотря на множество заманчивых предложений, шерпы не намерены расстаться с останками йети.

Правда, один раз скальп всё же покинул стены монастыря. В 1960 году первопокоритель Эвереста Эдмунд Хиллари, возглавлявший одну из безуспешно искавших легендарного «снежного человека» экспедиций, уговорил монахов отдать ему на время реликвию. Из уважения к не менее легендарному в Гималаях восходителю они согласились при условии, что её будет дённо и нощно сопровождать их представитель.