Читаем Остров онлайн бесплатно
– Не знаю, поймешь ли ты меня… Тебе лучше самому съездить на остров, – Александр озадаченно посмотрел на собеседника.
– Самому? – удивился Марк. – Как ты себе это представляешь? Я же не могу бросить работу и уехать. Что я скажу: Чао, старый козел!.. И помашу рукой. К тому же, на следующий уикенд мы с Камелией собирались отдохнуть, съездить в одно место, ты, наверное, не знаешь… Да не в этом дело! Я просто не могу поехать на остров, это невозможно.
– Но моих слов недостаточно, тебе нужно убеждение! Только гуру сможет говорить так, чтобы ты понял и поверил.
– О чем ты? Гуру просто человек. Все, что он рассказал, ты с легкостью можешь передать мне, – Марк сделал последний глоток кофе.
– Хорошо, я готов поведать о каждом дне своего путешествия. Но удели мне несколько вечеров. Это очень важно! Гуру рассказал невероятные вещи, настоящие чудеса!
– Чудеса?! В них я точно не верю. Думал, ты расскажешь о реальных вещах, о возможностях. Прости… – Марк засобирался, расплатившись по счету.
– Я не обижаюсь… жаль, что ты выбрал такой путь, – в голосе Александра звучало искреннее сочувствие.
–
Что такое день? На первый взгляд, очень простой вопрос. День – когда солнце встает, идет по кругу и заходит с другой стороны. На западе. Но что есть день для человека? Отрезок времени, когда он просыпается, делает свою работу, отдыхает и ложится спать.
А последний день для человека? Сколько стоит последний день для человека? Чем он готов пожертвовать ради возможности еще один день дышать и чувствовать себя счастливым?
Ведом ли нам промысел божий настолько, что можно с уверенностью утверждать, будто каждый новый день не будет для нас последним…
Очередное утро. Оно было похожим для Александра на добрый десяток других, что еще не стерлись из памяти. Молодой, вполне преуспевающий клерк, офисный планктон, как любят шутить зазнавшиеся директора и недалекие HR менеджеры, проснулся от яркого солнечного света, пробившегося в спальную сквозь узкую щель между плотными шторами. Еще сонный, и раздраженный от постоянного недосыпания, Александр обычные десять минут лежал в постели, потягивался и привыкал к действительности – сегодня только четверг и впереди еще два долгих, скучных, или наоборот, загруженных и нервозных рабочих дня.
Босые ноги коснулись пола и туже спрятались в тапочки. Лениво почесывая зад, менеджер среднего звена зашаркал в ванную комнату – умыться и принять душ. Ледяная вода приятно покалывала кожу, и мелкие брызги летели во все стороны. Контрастный душ, резкий, волнующий, окончательно развеял дремоту. Вымытый и пахнущий ароматным мылом, шампунем, лосьоном после бритья и туалетной водой, Александр поспешил на кухню.
– Что на завтрак? – спросил он, открывая холодильник.
На кухне, как впрочем, и во всей квартире, никого, кроме хозяина не было. Фраза была адресована самому холодильнику, такому же одинокому парню, хранившему в своей утробе пару пачек молока, банки с пивом, трехдневную пиццу и главное лакомство – йогурт с шоколадными шариками.
– Его-то я и возьму! – и последняя баночка с веселым динозавриком на упаковке покинула студеную камеру.
Йогурт был вишневый, ароматный и очень вкусный. Впрочем, читать состав Александр побаивался – не хотел портить аппетит и свои пристрастия. Будь что будет, но ведь маловероятно, что от йогурта произойдет мутация или разжижение мозга?..
Александр, как всякий менеджер, носил белые рубашки, галстук, и скромный серый костюм. Немногие сознаются, что утюжат пиджак и брюки всего раз в неделю, но побойтесь Бога, ведь немнущиеся ткани можно и вовсе не гладить! Зато в пятницу всем без исключения разрешалось приходить в джинсах и рубашках любых расцветок. Красные, синие, в клетку, все цвета радуги наполняли кабинеты и коридоры компании. Но сегодня был четверг.
– «Вроде свежая» – решил Александр, понюхав ткань рубашки. И стал застегивать пуговицы. Галстуки он предпочитал яркие, в полоску или геометрический рисунок, но дресс-код предполагал что-то более сдержанное, и серый, в незаметный ромбик лоскут повис на груди, прикрывая пряжку ремня. Пиджак был наброшен поверх руки и молодой человек, подхватив портфель и ключи от авто, выбежал на лестничную площадку.
Дорога до офиса занимала не больше двадцати минут без пробок. В это утро Александр доехал за час двадцать и едва успел занять рабочее место, как из кабинета вышел начальник аналитического отдела, любивший каждое утро здороваться с сотрудниками (а заодно и проверять, все ли на месте).
– Друзья, я бесконечно рад, – в свойственной ему манере начал шеф, – что вы все пришли без опозданий! И вот почему – сегодня у нас большие планы! Грандиозные планы работы. Да что сегодня, скажу по секрету, и надеюсь, это останется между нами, впереди нас ждут великие дела и великие свершения! Поэтому, призываю вас с пониманием отнестись к тому, что сегодня и всю последующую неделю мы заканчиваем работать на час позже, и не опаздываем!
В кабинете, душном длинном помещении с двумя рядами одинаковых столов, послышались вздохи и недовольное бубнение. Кто-то даже решил возразить, но осекся и проглотил язык. Шеф важно вышагивал по проходу между столами, взирая на склоненные к мониторам головы, и продолжал разговаривать с подчиненными. Чувствовалось, в нем пропадает большой актер, и он вроде как наверстывает упущенные возможности. Как он строил речь!
– Эти чертовы, простите, убытки, вконец доконали нас. Сверху, – толстый палец указал в потолок, – спустили указание – повысить производительность труда нашего отдела. Нужна отдача! Слышите, отдача! Не для того вы здесь сидите, чтобы шляться по всяким там сайтам! Нужно больше, нужно лучше, активнее работать! Я должен получить результат!
Эти придурки, с отдела планирования… То-то их начальник прижал хвост на последнем совещании. Дали ему… эх! Да видно, мало тогда дали, – и здоровенный кулак так долбанул по столу с принтером, что механический ящик подпрыгнул на месте, громко щелкая шестеренками.
Так происходило всегда. Спустя две-три минуты монолога шеф терял рассудок, начинал брызгать слюной и махать руками. Сальный чуб вздымался при каждой волне неконтролируемой ярости, и уже красный, как помидор, и обессиленный, он возвращался в кабинет, громко хлопая дверью. В этот раз все прошло без изменений, по графику. И когда полное лицо начальника залилось краской, а галстук стал предательски перекрывать воздух, шеф резко остановился, грозно оглядел сотрудников, прячущих глаза за кромкой мониторов и шагнул в темный начальственный кабинет.
– Как всегда в своем репертуаре, – послышался шепот где-то в углу. Девушки захихикали, а мужчины, смущенные своей беззащитностью перед прошедшей грозой, заерзали на стульях.
За соседним столом от Александра сидел его компаньон по несчастью, приятель Марк. Примерно одного возраста, они устроились на эту работу с разницей в один день. Но когда Александр впервые зашел в кабинет, Марк уже успел со всеми познакомиться и выглядел заправским служащим, а потому до сих пор считал себя наставником новичка.
– Александр, что думаешь по этому поводу? – спросил Марк, не отвлекаясь от отчетов.
– Ты про что спрашиваешь? – пожал плечами Александр.
– Про толстого козла… Бе-бе-бе – и Марк тихонько заблеял, оттопырив пальцы над головой на манер рогов.
– «Вот идиот», – подумал Александр, а вслух ответил: – Ничего нового я не услышал. Опять пахать до самого вечера. Зато, дружище, в пятницу можно напиться до потери памяти. И это будет справедливо!
– Попал прямо в точку! Куда пойдем? Опять в «Креветку»?
– Не представляю другого места, где можно так сильно напиваться, но все же выглядеть человеком среди остальных посетителей, – Александр заговорщицки подмигнул, и оба, довольные затеей, принялись делать свою обычную работу – анализировать.
Так проходил каждый рабочий день Александра. И даже больше – так проходил каждый рабочий день любого сотрудника этой компании. Возможно, если кто-то не знает, но так, и, видимо, это кара господня со времен Вавилонской башни, проходит рабочий день в любой конторе мира. С утра, как угорелые, не выспавшиеся, клерки мчались в офис, боясь опоздать на минуту. В метро, автобусе или своем автомобиле они нюхали чужой пот, обливались собственным, или стояли в пробках. И вот, добравшись до заветного рабочего места, включали компьютеры и плюхались в продавленные пластиковые кресла. Кто-то тяжело дышал, другой бежал за третьей с утра порцией кофе, а большинство курили в маленькой комнатенке и еще добрых полчаса обдавали коллег ароматом дешевых сигарет.
Все это может звучать очень грустно, местами пошло или скабрезно, но простите – такова современная жизнь. Куда бы мы ни направились, в любой город, в другую страну, или свернули за угол, жизнь тысяч клерков, менеджеров, специалистов похожа, как два пальца на одной руке. Одни осознанно выбирают этот путь, других судьба приводит к подобной работе, кто-то верит, может быть, и не зря, в отличное начало. Но много и тех, для кого «начало» так и остается началом и медленно, едва заметно, тянется-тянется, превращаясь в конец. Это неплохо, ведь кто-то должен делать такую работу!?
– Ведь кто-то должен делать такую работу? – спросил Марк, пережевывая тефтелю в офисной столовой.
– «Но почему ее должен делать я?» – подумал Александр, сидевший напротив.
– Я думаю, нужно подождать. Вот увидишь, через два-три года, ну ладно, пусть через пять, но наша работенка выстрелит! – не умолкал Марк, налегая на салат из заветренных овощей.
– «Через пять лет…» – от страшной мысли Александр замер с вилкой у рта, и ломтик огурца, сделав веселое овощное сальто, упал обратно в тарелку.
– С тобой все нормально, друг? – Марк с опаской поглядел на соседа. В его лице было что-то неуловимое для него, будто непроглядная восковая маска с неподвижными глазами, Марк никогда не мог ее разгадать.
– Я в порядке, – ответил Александр, – что-то совсем не хочется есть, – и отодвинул секционное блюдо с салатом, жареной фасолью и тефтелями.
– Ты не против, если я съем твои тефтели?
– Что?
– Тефтели! Можно я их съем? – повторил Марк, уже вонзивший вилку в поджаренный мясной шарик.
– Налегай, обжора!
Когда стукнуло восемнадцать часов, рабочий день официально завершился. Но дел в аналитическом отделе было невпроворот, и белые воротнички послушно сидели до воловины восьмого. Солнце склонилось к горизонту, покрывая стены домов, крыши, зеленые кроны деревьев в парках, лавочки, голубей на площади и улыбки стариков, играющих в шахматы, теплым красноватым светом с оранжевым и бордовым отливом. Небо же испещрили синие и фиолетовые полосы, и облака, словно перья огромной птицы, выстроились в ряд в направлении светила. Но самое удивительное и загадочное зрелище – едва заметный молодой месяц, показавшийся в том самом месте, где еще днем палило солнце. Он был без своих вечных спутников, звезд; белый и одинокий, месяц терпеливо ждал своего часа и провожал заходящий огненный круг.
В кабинете зашуршали бумаги, папки, кейсы и выдвижные архивы. Менеджеры собирались домой. Некоторые, напротив, уютно устроились за мониторами и быстро клацали по клавиатуре – виртуальный роман и казуальные игры в вечернее время, что может быть лучше!
– Смотри, вот чокнутый! Я бы никогда так не прыгнул, – завопил один из сотрудников, ткнув пальцем в экран, а потом зажмурился и закрыл руками глаза. Все ринулись смотреть на ужас: как какой-то малый прыгнул со столба на столб, но оступился и упал промежностью на железный выступ. Девушки дружно завизжали, а мужчины понимающе закивали головой и переглянулись. Будто сегодня, когда шеф вопил как резаный, они не были похожи на бедолагу с монитора…
– Всем пока! – прозвучал голос за дверью.
– До завтра! – и следующий голос растаял в тишине коридора.
Александр прибрался на столе и в числе последних вышел из офиса. Марк его опередил. Даже не попрощавшись, он умчался в центр, на свидание с прекрасной незнакомкой, чьи фотографии так тронули его сердце. Обычно после подобных встреч он был раздраженным и только Александру, своему «лучшему другу» рассказывал причину: «Фотошоп – великое изобретение! Но почему я должен каждый раз становиться его жертвой?»
Стоянка перед бизнес-центром была почти пуста. На своих местах стояли несколько автомобилей самых преданных трудоголиков, и, конечно, автомобиль главного шефа – исполнительного директора, была среди них. Своим собственным примером он показывал, что работает не только наравне со всеми, но и больше других. Хотя часто просто пользовался служебным авто.
Драндулет Александра, а он именно так называл семилетний Форд, стоял у самого края, перед выездом с парковки. Это было его негласное место, и оно почти всегда оставалось пустым, когда он с утра приезжал на работу. Люди очень странные, они никогда не ставят машину у самого въезда, на свободное место, даже если знают, что будут десять минут кружить по парковке в поисках лучшего. А потом, вечером, те же десять минут будут ждать своей очереди, чтобы выехать на дорогу. Так есть ли в этом смысл?..
Драндулет подставил бок заходящему солнцу и походил на вымирающего динозавра, с тоской наблюдающего закат. Сложно поверить, что всего семь лет назад выпускали таких чудовищ!
– Привет, драндулетина! – Александр дружески хлопнул ладонью по крыше. – Покатаемся немного?
Двигатель гулко затарахтел, позвякивая и шурша скрытыми механизмами. Александр дождался, пока чуть спадут обороты, и выжал педаль газа. Синий Форд выехал с парковки на длинную улицу, унося водителя подальше от ненавистного офиса в центр. Сегодня был четверг, но когда тебя никто не ждет дома, можно немного прокатиться.
Фонари на центральных улицах мерцали пронзительным голубым светом, не то, что допотопные желтые лампы, еще светившие на окраинах. Группы прохожих и одинокие фигуры скользили в ярких лучах, то исчезая, то появляясь вновь из дверей кафе и магазинов. Александр припарковался между двумя железными старожилами, посчитав, что драндулету будет не так обидно стоять здесь, среди своих, а не в компании новеньких Мерседесов и Лексусов, занимавших всю противоположную сторону улицы. Там располагались офисы крупнейших банков и инвестиционных фондов. Сейчас каждый из них был в положении нищей вдовы из общества, все еще носившей бриллианты, но заложившей поместье ростовщику. И все же, генеральные менеджеры не могли отказать себе в удовольствии спустить корпоративные деньги на роскошные автомобили. Ибо, именно из их уст звучит сугубо личное понятие банкротства, когда перекладываешь деньги в брюки, а пиджак отдаешь кредиторам.
