Читаем Моссад : Секретная разведывательная служба Израиля онлайн бесплатно

В книге использованы архивные фотодокументы

Все события, изложенные в книге, происходили на самом деле. Изменены только имена и фамилии сотрудников Моссад, а также в некоторых случаях детали их биографий. Сделано это по очень простой причине: чтобы не нанести вреда тем сотрудникам израильской разведки, которые еще продолжают свою работу. Однако эти изменения ни в коей мере не привели к искажению сути событий, и в главном все описано так, как было в действительности.

Эта книга не была бы написана без помощи многих людей, предоставивших нам материалы, нигде ранее не публиковавшиеся. Мы не можем назвать их имена, но очень признательны всем за оказанное доверие.

Деннис Айзенберг

Ури Дан

Эли Ландау

Это высказывание принадлежит еврейскому ученому немецкого происхождения Чарлзу Протеусу Стеймецу. За социалистические убеждения и политическую деятельность германские власти вынудили его покинуть страну. Он уехал в Соединенные Штаты, где сделал блестящую карьеру в области энергетики. И по сей день жива память о его выдающихся достижениях в этой сфере. Однако настоящую известность Стеймецу принесло процитированное высказывание, с поразительной точностью сбывшееся после образования Государства Израиль[1].

Военная сила Израиля заключается не в мощи оружия, а прежде всего в точном и всестороннем знании деятельности его врагов. Объяснение этому можно найти, взглянув на карту ближневосточного региона.

Со всех сторон Израиль окружен враждебными ему государствами. Сразу же после провозглашения его независимости пять стран: Сирия, Египет, Ирак, Иордания и Ливан — выступили против самого права еврейского государства на существование. Вместе с Ливией и Южным Йеменом, занимающими крайне антиизраильские позиции, они превосходят Израиль по территории более чем в 50 раз, и по численности населения — в 20 раз[2]. Они получали оружие и советников от поддерживающих их могущественных государств.

Несмотря на некоторое улучшение в настоящее время отношений между Израилем и арабскими странами, последние по-прежнему являются источником постоянной угрозы его существованию.

Но враги Израиля используют не только вооруженные силы. Поэтому действиям террористов против мирных жителей, как это было во время Олимпийских игр в Мюнхене в 1972 году[3] или в случае с заложниками в аэропорту Энтеббе[4], должна противостоять не только армия.

Основатели Израиля не могли предвидеть все те опасности, которые ожидали страну. Тем не менее с первых дней существования еврейского государства, даже в неспокойное время Войны за независимость, они признавали необходимость создания сильной разведывательной службы.

Так как Государство Израиль маленькое, нужно было создать небольшую по числу занятых в ней сотрудников и финансовым затратам службу. Она должна была действовать в условиях строгой секретности, быть подотчетной премьер-министру страны, пользоваться всенародной поддержкой, работать под строгим контролем и, самое главное, соответствовать требованиям, предъявляемым к лучшим разведкам мира. От этого зависело само существование Израиля.

Именно этими принципами руководствовался премьер-министр страны Давид Бен-Гурион[5] при организации собственной разведывательной службы в первые дни после получения Израилем независимости. Перестроив структуру управления спецслужбами, он создал пять основных разведывательных организаций.

Одной из них была ШАИ — разведывательное подразделение «Хаганы» — подпольной армии, сформированной еврейскими поселенцами в Палестине в 1920 году. После того как «Хагана» вошла в состав израильских вооруженных сил, ШАИ осталась в своем первозданном виде, продолжая заниматься сбором и обработкой разведывательной информации.

Второй по значению спецслужбой Израиля стала «Шин-Бет», которая занималась обеспечением внутренней безопасности. Третья — «Алия бет» — была образована во время действия английского мандата, чтобы способствовать нелегальной иммиграции евреев. После провозглашения еврейского государства «Алия бет» стала помогать евреям выезжать из враждебных арабских государств.

Для установления контактов с разведками других стран в составе министерства иностранных дел Израиля возникла четвертая организация[6]. Пятая спецслужба занималась исключительно вопросами обеспечения взаимодействия с полицией[7].

Именно эти пять организаций и составили ядро современного разведывательного сообщества Израиля[8]. Как и само существование еврейского государства, деятельность сообщества была сопряжена со множеством трудностей. Из-за отсутствия четкого разграничения функций между государственными органами каждая спецслужба работала как ей заблагорассудится. Соперничество и вражда раздирали разведывательные организации на части.

В 1951 году Бен-Гурион предпринял попытку преодолеть возникшие трудности путем реорганизации и объединения спецслужб. «Алия бет» и полиция сохранили свои функции, «Шин-Бет» по-прежнему отвечала за обеспечение внутренней безопасности. Остальные функции были разделены между двумя основными организациями. Одной из них стало подразделение военной разведки АМАН. Эта спецслужба должна была заниматься сбором и обработкой информации исключительно в интересах вооруженных сил и при тесном взаимодействии с ними.

На другую основную организацию разведывательного сообщества возложили более широкие и разнообразные, по сравнению с другими разведками Израиля, обязанности. Эта спецслужба получила название Моссад (сокращенный вариант от полного наименования Институт разведки и специальных задач). Его главными задачами стали сбор и обработка информации по всем вопросам, представляющим интерес для Государства Израиль.

При создании Моссад Бен-Гурион настоял на том, чтобы в его полное название вошли слова «специальных задач». Знаток разведки, он понимал, что Массад должен будет выполнять самые необычные задания, не входящие в компетенцию других правительственных служб, военных или гражданских. Бен-Гурион знал, что Моссад станет сильнейшим оружием Израиля в борьбе за свое существование.

Сегодня, спустя тридцать лет со дня своего образования, Моссад, по оценкам журнала «Тайм», стоит в одном ряду с тремя другими лучшими разведками мира — КГБ, ЦРУ, английской МИ-6.

За свою короткую историю Моссад успел испытать и радость побед, и горечь неудач. По ироний судьбы, именно неудачи всегда становятся известными. В 1972 году спецкоманда Моссад, получившая задание ликвидировать группу террористов, причастных к убийству израильских спортсменов во время мюнхенской Олимпиады, провалила эту операцию. Сотрудники разведки Израиля убили невиновного и из-за собственной беспечности попали в руки полиции. Эта неудавшаяся акция привлекла внимание широкой общественности и мгновенно «прославила» Моссад.

Конечно, Моссад делает все возможное, чтобы впредь избежать такой «славы». И большинство операций этой организации являются шедеврами разведывательного искусства. Руководители Моссад убеждены, что все проводимые им акции должны оставаться неизвестными. Как отмечал руководитель Моссад Исер Харел, эта организация не стремится делать героев из обыкновенных мужчин и женщин, просто на работу в разведку принимаются только «глубоко любящие свою родину и преданные ей люди». И единственной целью спецслужбы является обеспечение безопасности Государства Израиль.

За три года до образования Моссад произошло событие, значительно повлиявшее на всю дальнейшую судьбу организации. 1 июля 1948 г. на окраине небольшой деревушки Бейт-Еэц, расположенной на шоссе Тель-Авив — Иерусалим, собрались немногочисленные ее жители, главным образом старики и дети. Они с изумлением наблюдали разыгравшуюся на их глазах странную сцену.

На усеянном камнями поле под четырехсотлетним оливковым деревом стоял скованный наручниками человек. Было ясно, что он еврей. Напротив него нестройной шеренгой стояли шесть вооруженных людей. Один с английской винтовкой, другой с чешским автоматом, еще двое держали в руках чуть ли не музейные экспонаты — ружья, сделанные в Германии, наверное, до первой мировой войны. Некоторые солдаты были одеты в заплатанную военную форму, другие — в спортивную одежду, а на ком-то были так называемые «лыжные куртки русской армии». Это пестрое сборище вояк состояло из членов недавно созданной организации ЦАХАЛ[9] — армии обороны Израиля. Но их внешний вид нисколько не удивлял жителей деревни Бейт-Еэц.

После принятия 14 мая 1948 г. Декларации об образовании Израиля началась ожесточенная война между еврейским государством, с одной стороны, и Иорданией, Сирией, Ираком, Египтом и Ливаном — с другой. Вскоре под лозунгом «Смерть евреям!» к ним присоединились палестинцы.

11 июня воюющие стороны заключили соглашение о прекращении огня, но на самом деле оно ничего не изменило. Войска арабских стран перегруппировались для новых атак. Израиль под руководством Бен-Гуриона также готовился к военным действиям. Оружие, военное снаряжение и люди (многие в недавнем прошлом узники фашистских концлагерей) прибывали в страну. Многочисленные подпольные военные организации, несмотря на возражения некоторых их членов, были слиты в единую армию.

На холмах, через которые проходила дорога из Тель-Авива в Иерусалим, военные действия велись без передышки. После жестоких боев под напором войск короля Иордании Абдуллы пал древнейший город Иерусалим.

Осажденным защитникам части города, остававшейся еще в руках израильской армии, из Тель-Авива был направлен импровизированный конвой из боевых машин с продовольствием и оружием. Войска арабов, закрепившиеся на господствующих над дорогой высотах, обрушивали на колонну беспощадный огонь всякий раз, как она пыталась прорваться к Иерусалиму.

Стремясь обойти арабов с флангов, группа израильских солдат вступила в бой с вооруженными крестьянами, и звуки стрельбы были слышны повсюду.

А в это время среди развалин Бейт-Еэца воинское подразделение израильтян готовилось расстрелять одного из своих соотечественников. Приказ о расстреле изменника коменданту местности отдал прибывший незадолго до этого старший офицер израильской армии. Отобрали шесть человек. Двое из них отказались сразу и были заменены другими.

Солдаты стояли на каменистой земле напротив осужденного капитана Меира Тобианского. По толпе крестьян прошел ропот: «Смотрите, как они расправляются с евреями-предателями!» Солдатам было нелегко: предатель или нет Тобианский, для них он прежде всего был евреем. Много лет он храбро воевал в армии «Хаганы». Но команда взяла на изготовку, и теперь все его заслуги ровным счетом ничего не значили. Среди евреев и арабов воцарилось молчание.

Раздались выстрелы, и безжизненное тело Тобианского упало на землю. Кровь сочилась через рубашку на бесплодную землю Бейт-Еэца. Спустя некоторое время солдаты оттащили труп по склону холма подальше от деревни и тайно закопали. После этого они вернулись к своим обычным занятиям.

Когда о казни Тобианского доложили Исеру Беери, он пометил в своем дневнике: «Дело сделано». Беери и был тем самым старшим офицером израильской армии, который отдал приказ о его расстреле.

Беери (настоящая фамилия — Бернцвейг) родился в Польше в 1901 году. В возрасте двадцати лет он прибыл в Палестину в числе первых иммигрантов. Проработав некоторое время в Хайфе, он пытался заняться собственным бизнесом, но через год обанкротился. Разочарованный Беери возвратился в Польшу, однако вскоре вновь приехал в Палестину.

С 1938 года Беери участвует в подпольном движении.

Он был хорошим служакой. К моменту провозглашения независимости Израиля Беери имел звание подполковника и возглавлял ШАИ — разведывательную службу «Хаганы». Занимаясь вопросами обеспечения безопасности, он зарекомендовал себя блестящим офицером.

Война за независимость принесла Беери и его организации массу проблем. Ему нужно было вербовать все новых и новых агентов, чтобы добывать информацию о замыслах и передвижениях войск противника. Беери почти не спал и работал на пределе своих возможностей.

Положение осложнялось тем, что в системе обеспечения обороны Иерусалима появилась брешь. Расположившаяся на холмах вокруг города иорданская артиллерия постоянно обстреливала военные объекты израильской армии. Даже когда под покровом ночи израильские войска меняли свои позиции, на следующий день иорданская артиллерия обрушивала на них огонь с той же точностью.

Сомнений не было: среди евреев находился шпион, который передавал информацию командованию вражеской армии.

Бен-Гурион вызвал начальника разведки. Кратко обрисовав Беери ситуацию, он возмущенно добавил: «Чем вы занимаетесь? Немедленно найти этого шпиона!»

Пресечь утечку важной секретной информации стало задачей номер один даже после соглашения о прекращении огня. Было совершенно ясно, что боевые действия возобновятся, как только обе стороны восстановят силы.

В конце концов подозрение пало на Меира Тобиан-ского. До вступления в «Хагану» он служил в английской армии. Было известно, что он частенько пьянствует с британскими офицерами. Через них он мог легко передавать секретную информацию иорданскому руководству.

30 июня Беери получил донос на Тобианского — скудную информацию, основанную на обычных фронтовых сводках. Беери приказал арестовать Тобианского. Рано утром сотрудники службы безопасности арестовали Меира у йего дома. Жене он сказал, что скоро вернется. Было очевидно, что он не подозревал о причинах своего ареста.

Немедленно был созван специальный военный трибунал. В течение нескольких часов Тобианского допрашивали. Подсудимый признал, что действительно поддерживал отношения с английскими офицерами, многих из которых считал своими друзьями. Однако при этом он категорически отрицал шпионаж в пользу англичан и тот факт, что передавал через своих британских приятелей информацию о военных объектах «Хаганы» иорданцам.

Военный трибунал категорически отверг все доводы Тобианского в свою защиту, и через несколько часов его безжизненное тело лежало на поле около деревни Бейт-Еэц.

Жена Тобианского Лена немедленно сообщила в полицию об исчезновении мужа. Там, конечно, не знали о его местонахождении. Безрезультатно закончились все попытки обнаружить Тобианского у его друзей.