Читаем Как явился Христос в Рождество на Луну онлайн бесплатно
Давид Редд
Как явился Христос в Рождество на Луну
Я - Сара Брэди. Ну да, та самая Сара Брэди. Именно меня угораздило стать постановщиком Второго Пришествия Христа, и, скажу я вам, это было нелегко. На самом деле здесь, на Луне, ничего не дается легко. К тому же, на Луне ли, нет ли - там, где замешан мой ненормальный муж, все неминуемо осложняется и запутывается.
Теперь уже, наверное, все знают, как выглядят интерьеры его лаборатории, той самой, где проводился Эксперимент по Искривлению. Самая обыкновенная, типичнейшая лаборатория Лунной базы. Там Мэтью и работал. Циферблаты, мониторы, силовые кабели и все такое прочее. Вообще-то заправляла всем старая профессор Пибоди с платформы, возвышавшейся над гигантским металлическим узлом сконструированных ею тороидов. Рядом с ней склонилась над приборами ее команда:
Фредрик, Тереза, Кришнан, и этот мой ученый недоросль, Мэтью Брэди со своей докторской степенью. Все и вышло изза него. Уж я-то знаю.
Ну кто еще мог провести последний цикл искривления на максимальной мощности в качестве специального рождественского сюрприза?
Кто, кроме Мэтью Брэди?
Мне да не знать собственного мужа! Никакая профессор Пибоди не сможет убедить меня в том, что это ее вина, что бы там она ни писала в своих отчетах о причинах преднамеренной перегрузки. Я знаю, что случилось. Я просто вижу, как Мэтью в своем белом спортивном костюме произносит с невинным видом: "Ну, ребята, мы за целый день еще ни разу не искривлялись. Давайте-ка устроим себе хорошенькое искривление!"
Могу себе представить, с каким счастливым видом он устанавливал все приборы на максимум, в то время как профессор Пибоди умиленно взирала на это, а остальная банда только посмеивалась про себя.
Думаю, они не ожидали ничего подобного.
Согласно теперешним представлениям, материя находится в непрерывном движении. Если бы можно было растянуть шкалу времени, то твердые предметы предстали бы перед нами, как переменчивые образы, вспышки реальности на субатомном уровне, постоянно возникающие из небытия и исчезающие в следующий миг. Но то, что должно было быть бесформенной дымкой, на самом деле стало организованной системой. Эту систему мы называем Вселенной, которую Бог в своей неизреченной мудрости создал из ничего. Научные исследования здесь, на Луне, позволяют нам увидеть, как именно он трудился над чудом творения. Проводя эксперимент по Искривлению, Мэтью надеялся узнать побольше о технической стороне этого процесса.
Задерживая поток частиц с помощью магнитного поля, он пытался преобразовать его в иную форму - в другую реальность.
Вот чего хотели добиться Мэтью, профессор Пибоди и все остальные на Луне в канун Рождества.
Это был последний эксперимент перед рождественскими каникулами.
Интересно, что дернуло его запросить максимальную мощность?
Представьте себе удивительное зрелище. Мерцание прозрачных проводов, потрескивание электрических разрядов, гудение реостатов. Энергия накапливается, мельчайшие частицы входят в резонанс, пока сам воздух не начинает светиться, как хвост кометы, с потусторонней яркостью.
И внутри этого сияния формируется фигура. До странного похожая на человека.
Впрочем, тогда я даже не подозревала, что происходило в лаборатории. Считала, напротив, что в сочельник все должно быть там в полном порядке. Итак, я беспечно впорхнула через шлюз в свою импровизированную студию. Меня согревали мысли о той успешной передаче, которую мы сегодня проведем.
Войдя, я жизнерадостно воскликнула:
- Привет всем! Пришлось слегка задержаться в Атмосферных Системах, но прочь тревогу - Сара мчится на подмогу! А теперь давайте начнем нашу программу... а где же все.
Я говорила в пустоту. В студии никого не было. Повсюду только натолканы коробки, покрытые неизбежной тонкой пленкой лунной пыли. Члены съемочной группы отсутствовали. Стон вырвался из моей груди. Это помещение, которое мне разрешили оборудовать под студию, так и осталось складом.
Ни микрофонов. Ни освещения. Ни декорации. Ничего не подготовлено.
Моя голографическая телеаппаратура валялась в углу, как пьяный детский ТВ-робот, при этом немыслимо дорогая клавиатура компьютерной связи, которую мне одолжили Межпланетные Спасатели, покачивалась в состоянии неустойчивого равновесия на покосившемся треножнике. На полу валялись мотки обшарпанного кабеля. Короче, это была самая ужасная видеостудия с тех пор, как Этельред Неподготовленный впервые вышел в эфир.
И как же мне теперь передать наше маленькое рождественское шоу лунного христианского братства нашим друзьям из евангелистской группы Объединенной Лиги Планет?
Хуже того. Командор Хайнэм сообщил мне, что ради специально приглашенной звезды нашего шоу, прибывшей с Сириуса, он договорился о глобальной трансляции, хотя до этого предполагалось, что передачу увидят только в Пасадене. С самого начала у меня к такому сердце не лежало, а теперь еще и... Ьсли в ближайшие несколько часов мне не удастся сотворить чудо, то зрители всего мира не увидят на своих экранах ничего, кроме кучи грязных коробок. Веселого Рождества, ребята, но сегодня у Сары ничего не вышло. Можете судачить об этом хоть до следующего года, дорогие два миллиарда моих зрителей.
На самом деле, моя настоящая проблема как раз в тот момент незримо для меня обретала форму в Лаборатории.
Я запаниковала по поводу пустой студии (не подозревая о том, что предстоит нечто гораздо худшее), но тут обнаружила, что студия не совсем пуста. Один из членов моей команды показался из-за коробок.
Хотя он и стоял ко мне спиной, я узнала широкие плечи и стриженый затылок главного техника Эйба Ван Боука. Он методично приклеивал блестящие звездочки к черной металлической стене. Я сама покрасила эту стену, больше выбраться сюда ни разу за неделю не удалось.
Я так обрадовалась, увидев Вана, что заорала ему прямо в ухо:
- ВАН! ГДЕ ВСЕ?
Он застыл с вытянутой рукой, в которой блестела еще одна звездочка. Только голова медленно повернулась ко мне.
- А, это ты, Сара. Мне показалось, что я слышал, как ктото вошел.
И он спокойно прилепил звездочку к стене, как будто я и не покушалась только что на. целостность его барабанных перепонок.
- Да, Ван, это я. - Мне удалось понизить голос на пару децибел. - Где все остальные? Почему не установлена аппаратура? Когда наконец Росконнор собирается начать репетировать? И где он сам?
- Не он, а оно, - поправил меня Ван. - У сириан не существует мужского или женского рода. У них есть средний род, а еще нулли и мульти...
- Это их трудности. А кто будет брать интервью у нашего многорукого гостя? Где мой бравый доброволец?
- Твой муж, - ответил Ван, приклеивая очередную звезду к ночному небу над Вифлеемом, - работает сверхурочно в лаборатории. У них проходит завершающая серия экспериментов по искривлению. Мне очень жаль, Сара, но я понятия не имею, когда он сюда выберется.
Я снова вздохнула. Если Мэтт все еще старается искривить пространство, то Фред и Криш будут все время с ним. Мы остались без операторов головидения. Из всех моих помощников, значит, рассчитывать можно только на этих ужасных близнецов Лату и Лотти, но и тех не видать. Христиане составляют меньшинство на Луне, поэтому рождественская передача была делом исключительно добровольным и среди нас не было ни одного профессионала.
Однажды мне пришлось организовывать презентацию общественной деятельности отделения Общества Христианских Деяний в моем родном городке. Вот почему с тех пор, как Лунная база перестала быть сенсацией и ее покинули все репортеры, я считаюсь здесь экспертом по средствам массовой информации.
Эксперт! Тоже мне эксперт! Пока наше шоу предназначалось только для местной линии в Пасадене, это не имело значения, но после того, как наш Командор продал права на передачу за чечевичную похлебку известности...
Настоящий профессионал, я думаю, знал бы, что делать в такой ситуации. Я - нет, поэтому попыталась решить проблему с помощью крика.
- ВАН! ЭТО УЖЕ СЛИШКОМ! ГДЕ РОСКОННОР?
Ван отступил на шаг, потирая ухо.
- Он греет щупальца о колбу с чаем вместе с Командором Хайнэмом, Сара. Они развивают дипломатические отношения между Сириусом и Землей.
- Ох! - Я схватилась за голову. - Сейчас не время для дипломатии! Этот сирианский придурок уже давно должен быть здесь и репетировать, иначе нас ждет провал!
Ван заговорщицки-улыбнулся мне.
- Сегодня вечером. Росконнор не подкачает.
- Но вечер-то уже начался! - Я без сил рухнула на ближайший ящик.
- Сара, успокойся. - Ван отложил наконец свои звездочки. - Я отправил Лотти и Лату tc офису Командора. Они проследят, чтобы Росконнор явился сюда, а не тратил время на мирный договор между Сириусом и Землей.
- Надеюсь, они с ним управятся. У него абсолютно неземные представления о приоритетах.
Барабаня пальцами по коленке, я вспоминала, с чего начались все мои неприятности.
Росконнор, прибывший с Сириуса, должен был впервые выйти в земной эфир из моей студии. Я не представляла себе, что меня ждет, когда предложила ему быть специальным гостем нашего шоу. Хотя он и отказывался делать официальные заявления до тех пор, пока дипломатические представители Земли лично не прибудут со следующим шаттлом, идея выступить в неофициальной рождественской передаче ему понравилась. Это был бы прекрасный сюрприз для наших друзей из Объединенной Лиги Планет. К сожалению, сегодня с утра я проболталась о своем замысле Командору Хайнэму, а он связался с Землей.
И вот теперь у меня было два миллиарда потенциальных зрителей, если не считать того, что высокий сирианский гость все еще не появился, и студия, где должна происходить встреча, до сих пор не была готова. Если Росконнор не появится сегодня в эфире, то никто на Земле больше никогда не поверит ни одному сирианину.
По правде говоря, студия выглядела не так уж и ужасно.
Можно довольно быстро навести здесь порядок. Но хоть бы кто-нибудь из моей команды пришел помочь!
Беседовать с гостем должен был Мэтью. Он возьмет свою гитару и споет "Ночь тихая, святая ночь". В это время Росконнор войдет в студию, одетый в костюм Санта-Клауса, и Мэтт будет задавать ему милые простенькие вопросики - так, чтобы Росконнор выглядел этаким дружелюбным соседушкой (если отвлечься от щупалец и чешуи). Но Мэтью здесь пока нет.
Фред и Кришнан, головизионные операторы-любители, - в лаборатории вместе с Мэттом. Поэтому их тоже здесь не было.
Лотти и Лата должны были заниматься костюмами и гримом, постараться, чтобы щупальца Росконнора выглядели грациозно и привлекательно. Но даже их здесь не было.
Был в студии Ван.
В студии была я.
Еще в студии громоздились куча ящиков и разобранный головизионный передатчик.
Все, что можно было сделать, это начать разбираться в студии и надеяться, что дальше пойдет легче. Я поднялась.
- Ван! Ты подарил Вифлеему уже достаточно звезд. Помоги мне освободить здесь место. Надо избавиться от этих коробок.
- Но я еще не прикрепил самую яркую звезду, под которой должны стоять волхвы!
Мне удалось подавить очередной стон.
- Ну хорошо, хорошо. Прикрепи последнюю звезду и давай начинай выносить коробки.
Когда я говорила это, у меня было ощущение, что я упустила из виду что-то очень существенное. И точно. Ван приподнял было пару коробок, затем опустил их на место и озадаченно повернулся ко мне.
- Э... извини, Сара, но куда же тут деть эти коробки?
Отчасти Ван был прав. Ведь мы на Лунной базе. Страдая от недостатка средств, особенно после последних сокращений евробританских ассигнований, мы действительно не могли позволить себе иметь свободное место. Будучи главным техником, Эйб Ван Боук одновременно являлся и лучшим знатоком Лунной базы.
Если он говорил, что места нет, значит его действительно нет.
Но он имел в виду специально отведенное место в складских помещениях. Так работал его технически ориентированный ум.
Пора было применить женский, более гибкий способ мышления.
- Послушай Ван, ведь ты не собираешься ложиться спать, пока все не кончится, а? (Даже если и захочет, прилечь ему будет некогда, уж я об атом позабочусь.) - Ну так ты просто оттащи эти коробки в наши жилые отсеки. Мой, твой, Лотти...
туда влезет большая часть.
- Но не все! - Половина "студии" была завалена до потолка.
- Ну почти, Ван. Те, что останутся, мы приспособим под декорации. Ты начинай, а я пока запущу голо-про граммы.
Использовать его как тягловую силу совсем не означало дискриминации по половому признаку, это просто было практично.
Я знала, как обращаться с рождественскими картами программ, а он - нет. Кроме того, на Луне предметы весят меньше. Поэтому он задумчиво кивнул и снова взялся за коробки.
Я подошла к куче оборудования и выудила оттуда клавиатуру компьютера космической связи. К моему удивлению, она еще работала. Я с благодарностью приняла эту маленькую милость, вошла в имидж-программу и принялась набирать сцену у ясель.
Конечно, все с помощью готовых образцов на карточках. А как еще может занятой режиссер быстренько организовать сценографию по полной программе?
"Для трех Волхвов, - прочла я, - запросите туловище из блока А, конечности из В-Е (основные) и голову из FM. Расширяйте по необходимости, затем, до выбора требуемой позы, с помощью мыши введите костюм из Т. То же самое повторить с костюмами U и V..."
Мне только оставалось слегка касаться своим светящимся карандашом соответствующих микроточек напротив нужных позиций. Тут справился бы и ребенок. Эти заранее закодированные карточки отнимают все удовольствие от имиджирования, но времени на художества у меня не было. В отсутствие всей моей команды Рождественские Имиджирующие Карты (Американская среднезападная серия - подходит для дома, церкви и воскресной школы) были просто даром небес. У меня оставалось меньше пяти часов на подготовку первой рождественской передачи с Луны в прямом эфире. Каждая минута будет на счету.
Тем временем в лаборатории искривления мой ненормальный муж готовился изменить ход истории.
