Читаем Воспоминания забытой богини (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Дрей Дарья Николаевна

Дрей Дарья Николаевна

Воспоминания забытой богини

Я обращаю ненависть в любовь,

Поступь возмездия в звенящей тишине.

Бессмертный дух, хоть плоть и кровь.

Я вечный свет, что заточен во тьме.

Мы высадились посреди тропической зелени. Джунгли - так это назвал Отче. Он перенес наш маленький отряд - Адама, Гэбриэла и меня - вместе с необходимыми вещами и оборудованием. Вдыхать воздух было необычно, странно. Такой свежий, бодрящий этот кислород. Очень непривычно по началу. На базе мы дышали подобным составом, поэтому парни как-то быстро приспособились, занялись распаковкой оборудования и разметкой территории. А я все не могла надышаться. К тому же надвигалась гроза. А вид темнеющего неба для меня, рожденной из электрического разряда, чем является молния - это настоящий экстаз. Я с наслаждением подставляла лицо ветру.

- Лил! Хватит там зависать! Помоги мне подключить радар!

- Сейчас, Гэб! Еще минотучку!

Гэбриэл подошел, распутывая моток проводов.

- Завораживает? - кивнул он в сторону неба.

- Да, - ответила я с улыбкой.

- Знаешь, я никогда не перестану удивляться Его мастерству, фантазии. Каким во истину великим разумом надо обладать, чтобы создать все это.

И Гэб восхищенно окинул взглядом окружающий пейзаж, потом развел руками, по-прежнему держа в одной из них моток перепутанных проводов, свисающих как попало. Но это его не заботило сейчас - он не мог выразить потрясение и благоговение перед силой и возможностями Отче. В тот момент мы понимали друг друга. И вероятно тогда это зародилось между нами - ощущение близости.

- Да, да, - наше созерцание прервал ворчливый голос. Адам приближался к нам. В отличие от стройного светловолосого Гэбриэла, каждое движение которого несло свет и тонкую легкость, Адам произовдил впечатление какой-то первобытной силы. Первобытной грубой силы.

- Узрите мощь Великого Разума! - он возвел ладони к небу.

Гэб обернулся к нему.

- Я слышу сарказм? Остерегись, Первый Человек! Нехорошо начинать земной путь с богохульства.

- Куда уж мне тягаться с ангелом! - Адам взъерошил копну черных волос. - В то время, как высшие существа восхищаются прекрасными сокровищами природы, я знай только разбираю поклажу. Да, знай свое место, работай, мое дело маленькое! Но ты прав в одном, мой крылатый друг - я человек! И Отче любит меня таким, каким создал, по своему подобию, а раз Он так гениален, то и я не хуже!

И Адам пружинящей походкой неспешно двинулся к лагерю, который, надо отдать ему должное, приобрел более определенные черты за то время, что мы с Гэбом смотрели на небо.

- Зря ему рассказали так много, как ты считаешь? - спросила я.

- Я не могу судить, - ответил Гэб, но вид у него был озабоченный.

Мы двинулись вслед за Адамом.

- Отче хотел вести политику прозрачных отношений. Мы - творения Его. Он - наш Создатель. И быть откровенным и честным с нами - Его долг, ответственность. Ведь мы - дети Его. В каждом из нас живет Его частичка...

- Ага! Вот наконец-то и вы! - из огромной палатки вышел улыбающийся Адам. - Кому разговоры говорить, а кому дело делать! Принимай работу, хозяйка!

И он подмигнул мне.

Я в смущении отвела взгляд.

У Адама очень быстро шла работа. В этом конечно он был мастер. В тот первый вечер мы поужинали привезенными припасами, а на следующее утро Гэб помогал Адаму строить дом, носил вместе с ним бревна, а потом занялся установкой локаторов. Я проспала все утро, а потом меня услали ходить по джунглям в поисках еды. Мне было ужасно скучно это делать. Мне хотелось помочь Гэбу возиться с локаторами. И побродив по зеленым зарослям какое-то время, и не найдя ничего, что мне хотелось бы съесть, я невзначай набрела на него. Гэб сидел на дереве.

- Эй! - окликнула я его.

- Лил! - он помахал мне. - Залезай сюда! Отсюда видно ваш дом.

Меня слегка передернуло от слов "ваш дом", но приглашение я приняла. Вскарабкаться по стволу было не так-то просто, я поцарапала ладони. Когда я наконец долезла и уселась рядом с Гэбом, то стала рассматривать красные полоски царапин. Из них сочилась кровь, и я чувствовала боль. Она была острой.

- Ты поранилась! - заметил Гэб. - Надо перевязать.

И он оглянулся в поисках чего-нибудь подходящего.

- Нет, постой, - я остановила его. - Смотри!

И я сдавила края одной царапины. Выступили рубиновые капельки.

- Да, это кровь идет. Ты улыбаешься? Тебе разве не больно?

Он спрашивал с таким вниманием и заботой.

- Больно, но... это ведь интересно! - ответила я. - Впервые узнать, что это такое!

Тут я слизнула красные капельки.

- Соленое!

- Тебя настолько это увлекает?

- Да! Вокруг огромный новый мир, только созданный Отче. И я совсем недавно была лучом света, чистой энергией. А теперь у меня есть плотная оболочка, тело. Оно двигается, функционирует. Мои глаза видят, я различаю тысячи оттенков. Я слышу миллионы звуков. Кожа чувствует жар, холод, боль, если ее повредить. Я могу прикасаться к предметам, к деревьям, к тебе.

И я взяла Гэба за руку.

- Я держу твою руку, и чувствую тебя.

- И что ты чувствуешь?

Его внимательный взгляд скользил по моему лицу. Он был готов уловить малейшее изменение.

- Я... - отключив поток мыслей, я погрузилась в бездонную глубину его глаз. - чувствую свет... это как будто целая Вселенная... и Вечность...и...

Что-то еще едва уловимо начало проявляться, но Гэб мягко забрал руку.

- Невероятно, - сказал он. - Насколько глубоко ты видишь. А как на счет Адама?

- Адама? - внутренний свет как будто погас во мне. Я постаралась скрыть это, сделала вид, будто оглядываюсь вокруг, по-прежнему в удивленном восхищении, но кажется Гэб все-таки заметил.

- Да, что ты видишь в Адаме?

Мне хотелось сказать ему честно, открыть то, что беспокоило меня еще на базе. Но что бы это изменило?

- Я вижу надежного человека.

Гэб остался заканчивать с локатором, а я вернулась в лагерь. Рядом с палаткой выросла основательная постройка. Адам возился с костром, раздувал пламя.

- А, ты вернулась, хозяйка! Значит, будем обедать! Я голоден, как стадо животных, названия которых я не знаю, еще не придумал. Но я их видел сегодня у ручья, когда ходил с ангелочком добывать дерево для нашего дома. Занятные твари, у них ветки растут из головы, вот прямо позади ушей. Так забавно!

Он заметил, что я с пустыми руками.

- А что же ты ничего мне не принесла, хозяйка? Или ты хочешь заморить меня голодом? И это после того, как я в поте лица трудился все утро? Встал засветло. В то время, как ты дрыхла до полудня, а потом шаталась неизвестно где?

Его черные глаза полыхнули гневом.

- Не кипятись, первый человек, - раздался спокойный голос за моей спиной. Я с надеждой обернулась. В лагерь пришел Гэбриэл. Он нес большую гроздь неизвестных желтых продолговатых плодов. - Немного веры и терпения. Господь не оставит тебя в трудах твоих.

И он бросил гроздь к ногам Адама.

- И ты не вешай нос, - обратился он ко мне, - ты, светлейшая дочь Его, не печалься. Ангел с тобой.

Я благодарно улыбнулась.

- Ну, дети мои! - обратился Гэбриэл к нам обоим. - Приступим к трапезе!

К вечеру Гэбриэл закончил свою работу, и покинул нас, вернулся на базу.

- Я буду наблюдать там, в радиорубке, - сказал он мне на прощание. - Надеюсь, что у вас все получится. И моя помощь не понадобится. Но если будет трудно...

- Спасибо.

Адаму он пожелал удачи и пожал руку. Тот был уже в прекрасном расположении духа, и казалось забыл о дневном инциденте. Мне он все же не давал покоя. И было жаль, что теперь с нами нет Гэбриэла. Его не было со мной.

Я понимала всю важность той роли, которую возложил на меня Отче. Не только на меня, и на Адама тоже. Важная роль была поручена нам обоим.

Проводив нашего помощника, мы возвращались в лагерь вдвоем. По дороге молчали. Но в моей голове роилось множество мыслей. Мы до этого не оставались надолго вдвоем. На базе эта мысль возникала у меня. Мысль о том, что настанет тот момент, когда буду только я и он. И никого вокруг. Во всей Вселенной. Но это казалось таким далеким, все это будет так не скоро, думалось мне. И отвлекалась на исследование строения базы, на то, как устроена работа радиорубки - особого зала, громадного, почти бесконечного, где находится множество мониторов. За мониторами сидят разные создания, и ангелы, и заходят демоны. И постоянно движение, галдеж. Собираются порой целые компании у одного монитора, и увлеченно наблюдают, обсуждают, иногда смеются. А иногда и плачут. И потом расходятся с каким-то скорбным, но при этом смиренным видом. Это очень интересный зал. Мне там всегда нравилось находиться, и я бы лучше осталась на базе, и наблюдала бы за происходящим через эти мониторы. Но... Отче создал меня для другого. И теперь Гэбриэл там, наверху, наблюдает за мной. Наверху... Не уверена, что это слово правильно опишет расположение. Но глядя в тот вечер на небо, усыпанное звездами, мне хотелось думать, что это так.

По дороге к лагерю, я решила, что для успеха нашей миссии, надо наладить контакт с Адамом. Не сделав этого раньше, я поступила недальновидно. Но все можно исправить, постаравшись сейчас.

Мы пришли в палатку. Дом еще не был достроен, это предстояло завтра, и я собиралась принять в этот раз активное участие. Мои намерения были серьезны. Пока что я взялась убирать со стола, это был небольшой прощальный ужин в честь Гэбриэла. Они с Адамом изловили одного зверька, того самого, у которого веточки торчат из головы. Мне было жаль его. У него такие кроткие глазки. Адам без жалости содрал с него шкуру, а рога отрубил. Сказал, что повесит на стену в новом доме, как украшение. Это событие оставило во мне двоякое чувство. С одной стороны странно видеть существо, которое только что бегало, и вдруг лежит неподвижно, сколько ни тыкай его прутиком. Раньше оно было живое, кровь текла внутри его тела. А теперь она вытекала из раны в боку. Я не удержалась, чуть обмакнула пальцы в крови, и лизнула. Соленое. Жизнь покинула это тело, вытекла из него. Как же это было интересно, но в то же время жутко. Ведь Жизнь не по своей воле прервалась. Вернее не по Воле Отче. Хотя с другой стороны, на то была Воля Отче, он создал это существо, чтобы человек, Адам, мог утолить голод. Но ведь существо об этом не знает. Оно не знает о своем предназначении - питать другое создание Отче. Оно даже не знает об Отче...

Я задумалась об этом. И Адам окликнул меня.

- Эй, хозяйка! Что застыла?

Он лежал на подстилке из больших мягких зеленых листьев, длинной продолговатой формы, заложив руки за спину.

Это его "хозяйка" начинало меня раздражать. Но я твердо решила быть смиренной.

- Я думаю о сегодняшнем дне, - честно призналась я ему.

- И что о нем думать? - ответил Адам. - Прошел и все. Ты лучше пошевеливайся, да внимательнее, вон кость валяется.

Я молча двумя пальцами подобрала кость. Закончив с уборкой, подошла и села рядом с Адамом.

- Ты знаешь, я сегодня поранилась. Взбиралась на дерево, и вот.

Я показала ему поцарапанные ладони.

- Сначала было больно, полоски были такие красные, и кровь сочилась из них маленькими капельками. Они соленые на вкус. Это было утром, а сейчас вечер. И смотри, они уже не красные, и почти зажили. Это так необычно.

- Так вот чем ты занималась, вместо того, чтобы искать пропитание. Ты лазила по деревьям, как обезьяна.

- Как кто?

- Это такое глупое животное, которое я видел сегодня. Оно мохнатое, с большими ушами и длинным хвостом. И лопочет что-то бессвязное. Я придумал назвать его обезьяной. Так вот ты как эта обезьяна - тоже лазишь по деревьям и лопочешь всякую чушь. Иди спать. Завтра тебе не удастся отлынивать от работы. Ангелочка больше рядом нет.

И он, устроившись по удобнее, закрыл глаза, дав понять, что разговор окончен.

Мне захотелось оказаться в радиорубке с Гэбриэлом.

Следующие дни не особо продвинули меня на моем праведном поприще. Я старалась быть полезной Адаму. Я обошла окрестности, и поняла, что в "джунглях" произрастают различные виды деревьев, составляя смешанную растительность. Я научилась распознавать съедобные и несъедобные плоды. В основном методом проб и ошибок. Один раз Адаму было совсем худо, я и не знала, что делать. Тогда пришел Гэбриэл, и помог ему. Принес снадобье, приготовленное из особых листьев, потом показал мне, где эти листья найти, и как приготовить лекарство. О, его приход был лучом света в темных джунглях. Я уговаривала его остаться. Но он опять ушел, сказав, что и так не должен был появляться здесь. И тогда в мой разум закралась мысль. Я гнала ее прочь как могла, пообещав себе держаться, как бы тяжело мне ни было.

Дом достроили, но я не чувствовала себя в нем уютно. Рога висели над дверью, и в вечерних сумерках пугали меня. Я просила Адама снять их, но он ни в какую не соглашался. Обзывал меня глупой обезьяной.

Я научилась разводить огонь в очаге, готовить еду. Адам охотился теперь на разных зверей. Придумывал им названия. Разделывал их. Мои познания в строении их тел пополнились. Не знаю, насколько это были полезные знания. Однако Адама они не поражали так же, как меня. Когда он выходил в лес, то видел вокруг цели, еду. Когда я выходила в лес, меня окружало многообразие животного мира. Как будто он во мне. Я видела до мельчайших деталей всех ползущих букашек. Различала яркие оперения птиц. Слышала из множества звуков, как поет та или иная. Мир говорил со мной на тысяче разных языков. Для Адама мир молчал.

Постепенно наш быт наладился. Появилась мебель, кухонная утварь. Все смастерил Адам. Я собирала букеты цветов, и их аромат наполнял наш дом. Из шкур животных Адам сшил себе новую одежду вместо комбинезона, в котором он прибыл сюда. Мой изрядно истаскался, но расстаться с ним было подобно тому, как если бы я попрала память о базе, которую все еще считала своим домом. Скучала по ней. Скучала по Гэбриэлу. Отчаянно.