Читаем Право На Счастье (СИ) онлайн бесплатно

1. Диагноз

Говорят, если найти клевер с пятью листочками, можно загадать любое желание, и оно непременно сбудется. По легенде, каждая из пластинок четырехлистного клевера несла что-то своё: первая - Надежду, вторая - Веру, третья - Любовь, а четвёртая - удачу. Пятилистный, или как его ещё называли, пятипластинчатый клевер, приносил ещё большую удачу, чем его собрат с меньшим количеством листьев. Вот как раз это волшебное растение и должно было исполнить самую заветную мечту Фаши. Но по западной традиции поверье содержало условие: исполнение желания могло произойти лишь тогда, когда растение Найдено Случайно!

Фаша об этом знала.

Её прогулки на небольшом поле, недалеко от города, представляли собой небольшие приключения. Путешествуя по высокой траве, Фаша находила новые эмоции и искренне верила, что однажды её взгляд упадёт на волшебный пятипластинчатый клевер, способный исполнить её тайное желание.

Мама везла коляску по осеннему парку. Малыш громко плакал и никак не унимался. Молодая красивая женщина с отразившимся на лице переживанием и усталостью быстро шла в направлении дома. Прогулка не задалась.

Малыш ещё дома начал периодически срываться на крик и беспокойство. Мама поменяла пеленки на чистые и сухие, завернула малыша в красивые одежды и вышла на свежий воздух. В надежде, что плавное покачивание коляски из стороны в сторону принесёт малышке успокоение и крепкий сон, мама направилась в парк. Но долгожданная тишина и свобода от слёз не наступила. Девочка затихала на мгновения, словно прислушиваясь к звукам природы, но затем с новой силой начинала плакать. Её розовые щёчки покрылись яркими красными пятнами. Носик сопел и нежные маленькие губки перекосились в гримасе боли.

Номер скорой рука набрала автоматически, когда вдруг сильный испуг поразил сердце матери при внезапной тишине. Девочка вдруг замолчала. Её широко открытые глаза замерли и взгляд остановился. Ручки мягко легли на детской кроватке и даже не вздрагивали. Лёгкие отеки взяли в плен ножки новорожденной. Придавая всему кожному покрову прозрачно-синюшный цвет, сердце тихо замедляло свой обычный ритм.

Бригада скорой прибыла через считанные минуты после вызова.

- Соберите документы и вещи, - быстро и сухо выдал врач.

Когда машина с воем сирен и мерцающими сигнальными огнями неслась по встречке, мама понимала, что, возможно, это конец.

Отношения с мужем претерпевали новый виток взаимоотношений. Будучи вместе с институтской скамьи, они не видели никого вокруг. И едва выпускники получили дипломы, местный ЗАГС смело зарегистрировал их отношения, и начало совместной жизни возымело свой старт. Романтика молодости, желание взаимности и вожделенная страсть помогали с лёгкостью строить свой собственный мир, в котором появлялись жилплощадь, домашние питомцы, путешествия и заграничный отдых. Одного лишь не было в молодой семье. Малыша! Насладившись своей свободой, ребята решили: Пора! Но судьба считала немного иначе. Неудачные попытки забеременеть. Выкидыш. Лечение и опять новые попытки стать родителями..

Когда на тест-полоске проступила вторая линия, девушка расплакалась. Появилась новая надежда на благополучный исход, и очередное, давно заслуженное Право на счастье.

Рождение малышки внесло новый виток нежности в укрепившиеся отношения супругов. Они оба были очарованы столь великолепным созданием. Но произошедшие события поставили под угрозу вернувшуюся теплоту и понимание, обещая, в случае печального исхода, незамедлительный Конец отношений.

Больничные стены казались серыми и неуютными. От них исходил запах боли и переживаний. На небольших стендах висела информация о правилах поведения в больничном корпусе, о нормативах проветривания и кварцевания помещений, график работы кабинетов и подробная информация о специалистах, берущих на себя ответственность за лечение и жизнь маленьких пациентов.

Женщина стояла в растерянности, даже не замечая этой информации. Она нервно теребила свои пальцы, ожидая в коридоре врача. Вот в конце коридора показалась молодая женщина и пошла по направлению к ней.

- Здравствуйте, Вы доктор? - Заторопилась мать, когда женщина в белом халате подошла ближе.

- Нет. Доктор скоро к Вам спустится. - Послышался тонкий голосок в ответ.

- Простите, - еле слышно вымолвила женщина.

Она тяжело вздохнула, и мучительное ожидание повисло в воздухе.

В кабинете главврача было жарко. Небольшой кожаный диван притаился в углу комнаты. Перед ним компактный стеклянный столик держал маленькую вазочку с конфетами и печеньем. Электрический чайник прятался за прозрачной дверцей шкафа, но его силуэт можно было разглядеть пытливым посетителям. Два стола - один для врача, другой для помощника - стояли недалеко друг от друга, заваленные всевозможными бумагами. Среди них были выписные эпикризы, содержащие диагнозы, ход болезни и тактики лечения. Согласия на проведение медицинских вмешательств и применение наркоза в случае хирургических операций. Протоколы, нормативные акты, справки.

Мониторы электронных помощников мерцали в режиме готовности. Способные принять введенную информацию, они смело передавали её на впечатляющие расстояния, возвращая ответы в виде распечатанных принтером заключений, рекомендаций и договоров. Принтер тихо шуршал, выдавая порцию запрошенных документов.

- Присаживайтесь, - неторопливо предложил доктор, указывая женщине на стул перед его рабочим местом.

- Благодарю, - истощённая ожиданием и неизвестностью, тихо вымолвила женщина и присела.

- Рассказывайте, как всё произошло. - Начал доктор. - Возраст, вес. Какая по счёту беременность? А в период беременности были какие-то отклонения? Ага! Наследственность? Чем болели? Со стороны родственников какая картина? Ага!

Женщина утопала в толще вопросов, пытаясь достать из самых укромных уголков своей памяти всю нужную и верную информацию. Только теперь ей становилось понятно, как мало она о себе знала! Как безответственно относилась к своему собственному здоровью и совсем не интересовалась здоровьем близких родных людей.

Собрав подробный анамнез, доктор протянул пачку договоров.

- Распишитесь вот тут, тут и тут.. - протягивая даме ручку, попросил мужчина. - Ваша дочь сейчас в реанимации. - Продолжил он, получив синие отметки на белых полях. - У неё была краткосрочная мозговая дисфункция, которая привела к остановке сердца. Слава Богу, что это произошло уже в клинике. Ещё несколько дней она будет под нашим контролем. Вы пока можете вернуться домой. Когда все системы организма придут в норму, мы с Вами свяжемся.

Женщина доставала слова, словно из густого тумана. Она очищала их от своих сильных эмоций, переполняющих её сознание, и пыталась переварить основную мысль.

- Хорошо, - стараясь держаться, произнесла дама и встала. - Всего Вам доброго.

Гордо, не давая случившемуся раздавить её и тем более, не показывая доктору, красивому молодому специалисту, свои красные от слёз глаза, она вышла из кабинета и быстро покинула больничные корпуса.

Ветер весело растрепал её непокорные волосы и нежной ветреной рукой провёл по сухой коже щеки. Глаза наполнились влагой и, едва женщина скрылась среди высотных домов, разразились потоком горючих слёз.

Усталые плечи опустились, обнажая всю скорбь и осознание услышанного.

Ключ в замочной скважине провернулся и не щёлкнул.

- Она что, опять дверь не закрыла? - С некоторым возмущением произнёс строгий мужской голос себе под нос. - Привет! Я дома! - Кинул он в тишину комнат приветствие и прислушался к ответу.

Но в доме было молчаливо. Мужчина насторожился и прошёл в глубь комнат. Увидев жену, лежащую на кровати, он немного успокоился и бросил взгляд на детскую кроватку.

- А где Фаша? - Вылетел вопрос из мужских губ.

И тут мужчина заметил, что плечи женщины вздрагивают и всё тело сжимается от непреодолимой боли.

- Что случилось? - Всё ещё пытаясь получить в ответ хоть что-нибудь, кроме молчания, спросил мужчина.

- Фаша в реанимации. - Тихо ответила женщина, понимая, что её муж тоже имеет право знать. - Остановка сердца..

Тут её сознание снова выкинуло протест, и новая партия слёз хлынула, выходя за грани приличия.

Мужчина смотрел на жену, на небольшую деревянную кроватку, уютно пристроившуюся у стены, на новую игрушку, купленную сегодня для дочери, и прислушивался к непривычной от детского отсутствия тишине. Он положил игрушку на кроватку и вышел.

Это был заяц. Его длинные бархатные ушки смело топорщились в разные стороны. Тонкая проволочка, вставленная вовнутрь, придавала им торчащую форму и слегка держала задуманное направление. Небольшая мордочка была покрыта сетью тонких ворсинок-ниточек, выделяя забавное место замшевого носа, пары чёрных глаз-бусин и длинных усов-лесок по обе стороны от щёк. Короткие красные штанишки с прорезью для небольшого хвостика имели яркий клетчатый принт с синим отливом и лямки на пуговицах.

Женщина посмотрела на игрушку, сиротливо обнявшую подушку Фаши, и в очередной раз залилась истерикой. Неизвестность, страшные мысли, что дочь больше не вернётся в эту кровать и отношения с мужем уйдут в закат, пугали женщину, как никогда ранее, отбирая всякую надежду на яркое счастье.

Через несколько дней родителей вызвали в больницу.

Фаша чувствовала себя нормально и вполне была готова вернуться домой, к своим любимым бутылочкам, соскам и пелёнкам. Но на этот раз её возвращение было обременено ограничениями: девочка выписывалась с диагнозом - Порок сердца, и теперь её дальнейшая жизнь отягощалась приёмом определённых лекарств по расписанию, ограничением по физическим нагрузкам, по питанию и жёстким контролем показателей жизнедеятельности.

2. Тусси

Ярко жёлтые серединки ромашек пахли яблоками и мёдом. Их длинные белоснежные лепестки трепетно обнимали центр, расходясь от него, словно лучи холодного белого солнышка. Маленькие чёрные точки-насекомые пересекали периметр цветка, создавая неповторимую атмосферу микромира.

Фаша сорвала цветок и посадила на его середину божью коровку. Она уже долго держала её в своей ладошке, получая бесконечное удовольствие от того, как маленькие лапки жучка приятно цепляли кожу её ладони, когда насекомое пыталось выбраться. Оказавшись в самом центре вожделенной свободы, божья коровка замерла. И только тогда, когда девочка высоко вверх подняла руку с цветком, коровка раскрыла свои ярко-красные с тремя чёрными пятнами надкрылья, выправила тончайшие прозрачные крылья и, жужжа, понеслась в воздушных просторах, разрезая пространство и время. Фаша смотрела ей в след, жмурясь и закрывая ладонями глаза от яркого слепящего солнца.

- Пойдём, Тусси, - сказала девочка, когда насекомое совсем пропало из виду.

Она мягко обхватила зайца маленькими ручками и пошла по траве, скользя взглядом по низкорослым растениям в поисках новых знакомых.

Тусси был зайцем со стажем. Фаша выделила его среди остальных игрушек ещё в глубоком младенчестве. Она смело прижимала его к своим маленьким губам и, причмокивая, сосала ухо. От этого шёрстка на ухе засалилась, скаталась, а потом и вовсе пошла проплешинами. Проволочка выскочила и ухо зайца повисло с каким-то забавным акцентом.

Усы были обрезаны под корень. Будучи длинными лесками, они путались, кололись и мешали.

Девочка надела на себя мамину белую блузку, спрятала белоснежные тонкие волосы под косынку и прошла в операционную. Пациент Тусси смиренно лежал на кровати, ожидая своей участи.

- На что жалуетесь, больной? - Со знанием дела спросила доктор Фаша. - Щёчки болят? Усы колются? Угу.. Сейчас мы будем вас лечить! Мы сделаем вам операцию.

Фаша достала мамины портновские ножницы, взяла иголку с ниткой и подошла к больному.

- Хирург Фаша готова! - Объяснила она пациенту. - Это будет не больно. Не бойтесь, - успокоила она зайца и взяла его за уши.

Ножницы смело и быстро отсекли ненужное. Тусси даже не успел испугаться. А вот Фаша отчего-то расплакалась. Она смотрела на жалкую безусую мордочку пациента, на безжизненно упавшие на пол усы-лески и заходилась в слезах. Ей на миг показалось, что Тусси испытал сильную боль при потере своих усов. Его мордочка исказилась переживанием и упрёком:

- Что же ты, Фаша, наделала?!

Девочка ясно представила, как расстроится папа, когда увидит этого несчастного зайца, и слёзы с двойной силой потекли из глаз. Вдруг она стала задыхаться и её носогубка посинела.

- Ма.. - еле успела выкрикнуть девочка и упала.

В отделении горел тусклый свет. Фаша открыла глаза и среди полумрака взглядом нащупала образ мамы. Мама, склонившись над книгой, дремала.

- Пить.. - прохрипели пересохшие губы девочки. - Хочу пить.

Мама открыла глаза и стряхнула с себя остатки дрёмы.

- Вот, держи, - протянула она дочке бутылочку. - Только маленькими глотками. Много нельзя!

- Да, я помню, - сдерживая свою жажду, произнесла Фаша и припала к бутылке ртом.

В палату вошёл доктор.

- Проснулась? - Обратился он к маме, кивая головой на малышку. - Это хорошо.

Доктор что-то долго объяснял и перечислял. Фаша тоже слушала его, но только одним ухом. Одновременно с этим, она с интересом наблюдала за вороной, что сидела на ветке за окном. Ворона держала в лапе печенье и большим чёрным клювом пыталась его разломить. Её чистое, блестящее оперение отливало на солнце тёмно-синим. Крепкие лапы прочно держались за тонкую ветку и казалось, она вот вот сломается, будучи не в силах держать эту огромную птицу.

- Фаша, пойдём! - Вдруг окликнула мама.

Они вместе вышли из палаты и направились в процедурную.

Когда рассвет кончиками солнечных лучей коснулся земли, девочка уже сдавала кровь. Её тонкая, почти прозрачная ручка была перетянута жгутом и медсестра низко склонилась, пытаясь обнаружить вену. Несколько неудачных попыток заставляли медработника нервничать. Фаша, испытывая безумную боль и неприятные ощущения, когда иголка под кожей пыталась найти вену, стойко и мужественно держалась, чтобы не заплакать.

Каша, оставленная разносчицей на столе в палате, пока малышки не было, уже остыла. Фаша взяла ложку и проглотила комок холодной пресной пищи. У других детей на куске белого хлеба был сыр. У Фаши красовался только небольшой кусочек невкусного масла.

- Мама, я тоже хочу сыр. - Просящим голосом обратилась она к маме.

- Тебе нельзя, - резко отрезала мама. - Сколько можно говорить?! Тебе нельзя сыр, яйца, жирную рыбу и жирное мясо.. У тебя крайне ограниченный рацион! Ты должна помнить об этом и строго соблюдать диету и рекомендации доктора. Ты же хочешь домой?

Фаша горько вздохнула и принялась ковырять кашу ложкой. Даже масло, снятое с белого куска хлеба, не могло спасти вкусовой акцент блюда. Фаша проглотила ещё пару ложек и отодвинула тарелку.

- Я наелась. Больше не буду. - Сказала она маме и та с большой радостью унесла тарелку в пищеблок.

- А где мой Тусси? - Вдруг спросила Фаша в один из долгих больничных вечеров.

- Тусси остался дома. Он ждёт тебя там. - Начала мама. - Когда тебе станет лучше, мы непременно поедем домой и ты встретишься с ним.