Читаем Ожерелье с рубином онлайн бесплатно
Д. Черский
Ожерелье с рубином
Уже 2 года я работаю в одном из многочисленных подмосковных отделений полиции, но до сих пор ко мне относятся как к неопытному стажёру, хотя я уже успел почти самостоятельно раскрыть пару ограблений и даже одно убийство. Правда, убитым был бездомный, а преступниками оказались дети местных олигархов, так что дело пришлось замять как можно скорее, но я всё равно им горжусь, чего нельзя сказать о моих коллегах, с которыми мы вроде бы нашли общий язык, однако я всё равно чувствую, что они не совсем доверяют мне.
2 июня я ещё с утра понял, что должно будет случиться что-то интересное для меня. Вставая с кровати, я почувствовал необычайный прилив сил. Конечно, это можно списать на то, что этой ночью я, наконец-то, смог поспать десять часов вместо привычных шести из-за того, что, во-первых, вчера на работе не было вообще никакой активности, даже не пришлось перебирать бумаги, которые лично для меня никакого интереса не представляют, во-вторых, по телевизору, который я обычно смотрю с большим интересом несколько часов подряд, вчера вечером не показывали ничего интересного ни по одному каналу, лишь порядком надоевшие новости. Но я действительно чувство невероятную бодрость, свежесть и готовность к активной деятельности, которую мне обещали сегодня предчувствие и гороскоп на ТВ.
Придя в наше скромное УВД немногим раньше, чем было положено в мою смену, и просидев там почти бездеятельно до полудня, я постепенно стал подозревать, что и гороскоп, и моё предчувствие, к моему огромному сожалению, меня обманули. К двум часам дня я был в этом практически уверен и поэтому с огорчением ушёл на обед в небольшой ресторан с приличными ценами в меню, расположенный на первом этаже соседнего дома.
Вернувшись в уже ставшие почти родными стены, я задумался, что мой отец мог быть прав, когда настойчиво советовал мне поступать в мединститут, но я находился под сильным впечатлением от криминальных сериалов, где полицейских представляли героями, да и к тому же не переносил вид крови, хотя отец и говорил, что врач не обязательно должен иметь дело с кровью. Но теперь я стал понимать, что далеко не все считают моих нынешних коллег героями и спасителями мира, и даже врачей многие уважают больше, хотя я лично знаю очень многих врачей, которым намного полезнее было бы сидеть в каком-нибудь СИЗО, чем работать со здоровьем людей.
Не знаю, сколько времени я вот так сидел и думал о своём, но предполагаю, что недолго. В тот момент, когда я фактически закончил свои размышления и решил, что стоит, вероятно, всё-таки получить второе высшее образование и пойти работать в каком-нибудь стоящем заведении, позвонил телефон. Полковник, который руководил УВД ещё до моего появления здесь и продолжает это делать до сих пор, срочно требовал меня и Андрея, который также работает в моём кабинете, прийти в кабинет начальника. Андрей только вернулся после допроса старушки, у которой где-то украли кошелёк, и достал из портфеля обед, чтобы, наконец, подкрепиться, поэтому несложно представить, какие синонимы он сумел подобрать к слову "полковник", когда узнал о том, что трапезу ему пока придётся отложить. Мне пришлось кое-как умерить его пыл, и он, что-то бурча себе под нос, всё же пошёл к начальнику.
Игорь Николаевич (так звали полковника) сообщил приятную для меня новость: сегодня произошла кража у одной богатой дамы дорогого бриллиантового ожерелья с рубином. Дело очень важное, поскольку дама имеет большие связи, и Игорь Николаевич сказал, что поручает его Андрею, а я могу поехать с ним в роли помощника. Я обиделся, что меня недооценивает мой начальник, однако эту проблему быстро решил Андрей. Учитывая, что мой напарник очень хотел пообедать, он предложил Игорю Николаевичу, чтобы я один поехал на место преступления, и сказал, что практически уверен в моём успехе.
Возможно, он просто считал, что ожерелье никто не украл, а оно просто упало под какой-нибудь комод, а неповоротливые и самодовольные богачи не желают самостоятельно доставать его оттуда, однако, когда мы вышли из кабинета Игоря Николаевича, Андрей с серьёзным лицом дал мне визитку, на которой были написаны контакты некоего Борисова Евгения Александровича, который, по мнению Андрея, должен был мне помочь в расследовании. Андрей рассказал, что раньше господин Борисов также работал в тогда ещё милиции, где они и познакомились друг с другом, а теперь управляет собственной крупной компанией и иногда, когда его кто-нибудь попросит, исполняет роль частного детектива и расследует кражи, мошенничества, иногда даже убийства и прочее. По мнению Андрея, Евгений Александрович обладает необыкновенно высоким интеллектом, который и помогает ему с лёгкостью раскрывать преступления различной сложности.
Я позвонил по этому номеру, попросил Евгения Александровича как можно быстрее прибыть по адресу, который мне сообщил полковник. Евгений Александрович даже не стал спрашивать меня о причине моего звонка и согласился приехать в нужный дом через полчаса.
Тогда я пошёл к служебной машине, сел в неё и, предварительно включив радиоприёмник, завёл двигатель. От УВД до места преступления надо было ехать всего 10 минут, но я знал, что для того, чтобы успешно расследовать это дело, мне надо дождаться знакомого Андрея, который приехал бы только через 20 минут после меня, поэтому, выехав с территории управления, я свернул в сторону, противоположной той, куда я должен был ехать. Я опустил стёкла на двух передних окнах, сделал радио громче и с чувством собственного удовлетворения поехал кататься по городу.
Примерно через двадцать пять минут я подъехал к дому, где было украдено ожерелье, но въехать во двор не смог из-за перегородившего мне дорогу белого микроавтобуса. Я с недовольством нажал на руль, но на сигнал полицейской машины водитель микроавтобуса не отреагировал. Тогда я вышел из авто и подошёл к микроавтобусу со стороны водительского места. В машине никого не оказалось, но меня окликнул сидевший на лавке на детской площадке мужчина предпенсионного возраста:
- Чего надо, товарищ младший лейтенант?
Я на секунду перевёл глаза на свои погоны, которые свидетельствовали, что я, к сожалению, пока ещё только младший лейтенант, после чего с раздражением спросил:
- Твоя машина, дядя?
- Моя, - ответил мужчина. – А ты здесь по какому делу?
- Тебя ни в коей мере не должно волновать, что я здесь делаю! А теперь убери свою машину, - ни с того ни с сего заорал я. – У тебя что башка не варит, или уже старческий маразм зашёл в гости? Не видишь, автомобиль сотрудника полиции не может перелететь через твой поганый микроавтобус?
- Хорошо, я передвину машину, - спокойно ответил он. – Но только после того, как ты извинишься за свои слова.
- Ты как разговариваешь с сотрудником МВД? Да ты знаешь, что я могу сообщить куда надо, и после этого ты уже не будешь видеть своё долбаное авто, а увидишь только серые стены с трёх сторон, и ещё с одной – решётку.
- Ты меня не оскорбляй тут, а то я человек пуганый, да и к тому же мои связи будут побольше и покрепче твоих, так что старайся не злить меня.
Я немного подумал над его словами, затем сделал глубокий вдох, ударил кулаком по микроавтобусу и сказал:
- Ладно, дядя, извини, не сдержался, но впредь и ты не дерзи мне, да и машину свою оставляй, где положено.
- Я не считаю, что как-то тебя оскорбил, но всё же, чтобы ты так не расстраивался, так и быть, приношу свои извинения.
Мужчина всё-таки встал со скамьи, подошёл к своему автомобилю, сел в него. Я постарался успокоиться и пошёл к своему служебному авто. Микроавтобус отъехал, после чего я завёл двигатель и проехал во двор, где было полно свободных мест, на одно из которых я и встал. Я так и не понял, почему водитель микроавтобуса не нашёл здесь места для своего автомобиля, а встал на въезде во двор.
Выйдя из машины, я пошёл к двери подъезда номер 3, куда и вызывали полицию. Когда я уже встал у двери, ожидая Евгения Александровича, который должен был приехать с минуты на минуту, то увидел, что мужчина, с которым я только что устроил словесную перепалку, наконец, смог припарковать свой микроавтобус, неторопливо вышел из него, потоптался на месте, осматривая машину, а потом направился в мою сторону.
Я решил, что мужчина заметил какие-то следы от моего удара по его машине и идёт ко мне разбираться. Я уже приготовился к новому разговору на повышенных тонах, но этот мужчина в возрасте, подойдя ко мне, неожиданно спросил:
- Ты случайно не меня ждёшь, младший лейтенант?
- Нет, мне нужен Борисов Евгений Александрович, и я сомневаюсь, что это Вы, - ответил я, постепенно замедляя свою речь и понимая, что я, судя по всему, ошибаюсь.
- Ну вообще, в паспорте у меня записаны именно эти фамилия, имя и отчество, - сказал он, как мне показалось, загадочно.
Эта его фраза меня уже не удивила, но я всё еще находился в ступоре и понимал, что зря наша встреча началась с конфликта.
- Здравствуйте, Евгений Александрович. Извините за произошедшее. Я слишком разнервничался, потому что это первое дело, расследовать которое я был отправлен самостоятельно.
- Ничего, у нас сейчас вся молодёжь такая нервная. Ну давай пройдём в дом, что ли?
- Да, конечно, - ответил я и набрал номер квартиры на домофоне.
Ответила мне женщина лет сорока, в чём меня уверял Евгений Александрович, сказав, что он прекрасно разбирается в голосах. Узнав, что я из полиции, женщина открыла нам дверь без лишних вопросов. Лифта в доме не оказалось, так что пришлось подниматься на четвёртый этаж по лестнице. Дверь в квартиру была открыта, возле неё нас поджидала хозяйка. Мы вошли в квартиру, сняли обувь, потому что открывшая нам дверь женщина – которая, собственно, и была хозяйкой – сказала, что все гости этой квартиры должны одевать тапки, которые здесь держат в огромных количествах, в чём мы с Евгением Александровичем смогли убедиться, когда хозяйка открыла шкаф с тапками. Надев свои тапки, мы пошли в гостиную, где, как сказала хозяйка квартиры, нас должны были ждать свидетели.
Надо сказать, что прихожая в этой квартире была такого размера, какой, например, в моей квартире имеет спальня. Прихожая продолжалась длинным коридором, куда выходили все остальные комнаты. Гостиная была второй комнатой справа. В ней за столом сидели девять человек. Увидев нас, один из мужчин встал и представился:
- Добрый день! Рады вас видеть. Меня зовут Павловский Игорь Валентинович, и я владею этой квартирой. А это, - сказал он, указав на только что вошедшую в комнату хозяйку, - моя жена, Павловская Валерия Сергеевна. Это мои дети – Катя, ей 16 лет, и Коля, ему 13 лет. Ровно неделю назад я провёл презентацию своей первой книги, которую писал в течение полутора лет. В честь этого важного события в моей жизни и был устроен сегодняшний обед, на который были приглашены, - сказал Игорь Валентинович, по очереди указывая на каждого гостя, - наши самые близкие родственники: моя сестра, Рубцова Инга Валентиновна, её 19-летняя дочь Марина, отец моей жены, Рыбников Сергей Иванович, её мама, Рыбникова Елена Николаевна, и моя тётя, её зовут Воронцова Юлия Дмитриевна.
- Очень приятно с вами познакомиться. Прошу извинить нас за то, что вам пришлось представиться первыми. Однако, постараюсь исправить эту оплошность. Я младший лейтенант полиции Николай Казаков, а это мой консультант, Борисов Евгений Александрович, который будет помогать мне расследовать преступление. А теперь прошу ввести нас по возможности в курс дела, - ответил я, стараясь подражать их манере говорения и придерживаясь высокого этикета, которого, на мой взгляд, придерживались люди с крупным состоянием, как те, с которыми я говорю сейчас.
- Конечно, - сказал хозяин квартиры. – Дело в том, что сегодня за обедом у моей сестры было украдено бриллиантовое ожерелье с рубином, имеющее форму сердца.
- По-моему, ожерелье никто не украл, а оно просто где-то потерялось в этом доме, - прервала его Марина. – Поэтому предлагаю отправить навестивших нас сыщиков обратно к себе домой или в отделение полиции, куда им больше нравится, а самим приняться за поиски ожерелья.
- Мариночка, не волнуйся ты так, - сказала её мать, Инга Валентиновна. – Я сама не особо желаю, чтобы поисками занималась полиция, однако, Игорь сказал, что будет лучше, если они нам помогут.
Когда она закончила, я сказал:
- Уважаемые господа, я понимаю, что вы считаете ниже своего достоинства общаться с простыми сотрудниками полиции, но мы сюда приехали не по своему желанию, а по вашей же просьбе. Так что прошу довериться нам и сообщить всю информацию, которая поможет расследованию, а мы, будьте уверены, займёмся этим делом не хуже частных детективов и даже вас самих. Кстати, кто конкретно вызывал полицию?
- Я, - ответила Валерия Сергеевна, жена хозяина. – Мой муж убедил всех в том, что лучше всего сообщить о пропаже в полицию, и поручил это дело мне.
- Хорошо, спасибо за ваш звонок, - ответил я. – Между прочим, поскольку дело расследуем мы с Евгением Александровичем, а вам всем может потребоваться связь с нами, то мы хотели бы оставить вам свои контакты. Могу ли я попросить листок бумаги и ручку?
- Сейчас принесу, - сказала потерпевшая. – Я всегда с собой беру клейкую бумагу и ручку для написания различных заметок, чтобы в будущем вспоминать то, что не отложилось в моей памяти.
Она ушла, и я спросил, не обращаясь к кому-то конкретно:
- Интересно, почему бумага и ручка Инги Валентиновны хранятся в какой-то из комнат этой квартиры. Ведь она сказала, что всегда берёт их с собой.
- Дело в том, что все наши родственники живут достаточно далеко отсюда, - ответил мне глава семейства и хозяин квартиры. – Например, Инга и Марина живут в особняке под Воронежем. Поэтому для всех наших гостей мы приготовили комнаты, чтобы они могли здесь прожить до конца недели.
- Понятно. А почему вы не живёте в особняке, как ваша сестра? Я всегда считал, что люди с таким состоянием, как вы, живут в коттеджах или особняках, - снова спросил я.
- Дело в том, что мы сейчас испытываем некоторые финансовые затруднения. Понимаете, я любил азартные игры, - сказал Игорь Валентинович, - и в итоге спустил на покер и рулетку больше половины всех своих денег. Так что мы с Лерой, к сожалению, не можем позволить себе такой роскоши, как дорогой особняк, чего нельзя сказать об Инге, которая обязана своему богатству нашему отцу, оставившему ей громадное наследство.
Когда он закончил говорить, в комнату вошла его сестра и дала мне листок клейкой бумаги и ручку. Я заметил и сказал ей, что чернила в ручке уже заканчиваются, поэтому ещё на пару листов бумаги, вероятно, хватит, а потом нужна будет новая ручка. Инга Валентиновна ответила, что завтра обязательно купит новую. Евгений Александрович вручил потерпевшей свою визитку, а я быстро написал моё имя, адрес и место работы и передал листок Инге Валентиновне.
