Читаем Охотники на шпионов. Контрразведка Российской империи 1903—1914 онлайн бесплатно
Охотники на шпионов. Контрразведка Российской империи 1903—1914
На заре ХХ века резко обострилось соперничество великих держав. Именно в это время разведка и контрразведка из удела любителей-одиночек превращаются в важный самостоятельный вид государственной деятельности. Каковы были первые шаги отечественной контрразведки? С какими незримыми соперниками ей пришлось столкнуться? Кто был самым грозным из них? Наконец, кто давал деньги на Первую русскую революцию? Опираясь на рассекреченные документы из государственных и ведомственных архивов, а также на публикации отечественных и зарубежных историков по истории российских спецслужб, автор знакомит широкие круги читателей с малоизвестными и совсем неизвестными страницами истории российской контрразведки.
Наука, Образование / История / Образование и наукаВ этой книге пойдет речь о рождении, организации и становлении одной из отечественных спецслужб — российской контрразведки. Более столетия она достаточно эффективно обеспечивает государственную безопасность Российского государства. Долгое время ее подлинная история находилась под плотной завесой строгой секретности.
Существенную роль в этом сыграли следующие обстоятельства. Во-первых, контрразведка создавалась в условиях повышенной секретности. Секретность была такой, что о деятельности ее зародыша — Разведочного отделения во главе с В. Н. Лавровым — не знали всего даже его преемники во главе с В. А. Ерандаковым. Во-вторых, во время Февральской революции 1917 г. были деморализованы и фактически уничтожены все спецслужбы, обеспечивавшие внутреннюю и внешнюю безопасность Российского государства. При этом были разгромлены и уничтожены архивы спецслужб. Очевидно, в этих разгромах принимали самое активное участие агенты иностранных разведок.
В-третьих, после Октябрьского переворота началось строительство нового социалистического государства советского типа, которое довершило разгром отечественных спецслужб старого режима, и в том числе контрразведки. Часть контрразведчиков оказалась в эмиграции и продолжала вести активную борьбу против советской власти, другие остались в России и перешли на положение «бывших людей». Многие из них, особенно выходцы из Отдельного корпуса жандармов и Департамента полиции, были репрессированы. В-четвертых, создание органов советской контрразведки трактовалось исключительно как творчество народных масс под руководством Коммунистической партии. Парадокс заключался в том, что контрразведчики Российской империи нередко вступали в незримые поединки со своими бывшими коллегами. Однако всякие упоминания о роли «бывших людей» в создании советской контрразведки были запрещены. Сохранившиеся документы и немногочисленные публикации, свидетельствующие об этом, оказались в фондах специального хранения в архивах и библиотеках.
Все это во многом вело к мифологизации исторического сознания и формированию искаженной, фальсифицированной концепции отечественной истории, которая долгое время была господствующей в российском обществознании. Восстановление исторической истины оказалось непростым и долговременным делом. Это в первую очередь касается деятельности российских спецслужб, и особенно отечественной контрразведки.
История учит не через аксиомы, а через аналогии. Она может объяснить последствия предпринятых шагов в аналогичных ситуациях. Однако, чтобы это сделать, нужно иметь достоверную информацию о реальных исторических событиях. Если такой информации нет или она скрывается, например, по политическим причинам, то опыт предыдущих поколений оказывается бесполезным. Искажение истории происходит по двум основным причинам. Во-первых, описывая события, историки допускают некоторые неточности, которые, постепенно накапливаясь, значительно искажают реальные факты. Во-вторых, по политическим и моральным причинам иногда просто невыгодно рассказывать правду. Тогда история переписывается заново в соответствии с пожеланиями заказчиков, и некрасивая правда превращается в красивую сказку, которая и заменяет реальные события.
Предлагаемая книга — одна из первых попыток рассказать правду о создании российской контрразведки, о ее делах и людях, обеспечивавших национальную безопасность России в начале XX в. Им противостояли высококвалифицированные, профессиональные разведчики Германии, Австро-Венгрии, Великобритании и Японии. Борьба с одними из них была продолжена на полях Русско-японской и Первой мировой войн. Другие, выступая в роли друзей России во время Первой мировой войны, оставались непримиримыми русофобами и использовали потенциал российских спецслужб в интересах своих стран.
Японский барон Мотодзиро Акаси, немецкий граф Гельмут фон Люциус, полковник Вальтер Николаи были опытнейшими разведчиками XX в. и вошли в мировую историю спецслужб. Они сумели найти источники информации во всех слоях российского общества, использовали в интересах противников России сепаратизм, оппозиционные настроения, наиболее радикальные направления в революционном движении, создали уникальные приемы и методы сбора, передачи и анализа информации, пользуясь при этом новейшими достижениями науки и техники начала XX в.
В поединке с асами мирового шпионажа российские контрразведчики Николай Батюшин, Владимир Лавров, Василий Ерандаков и др. доказали свой профессионализм, высокую квалификацию и умение отстаивать интересы национальной безопасности России. Главным движущим императивом их деятельности были служение Отечеству, патриотизм и защита национальных интересов России. К сожалению, именно эти высокие морально-нравственные качества обернулись трагедией их личных судеб. Многие из них в период коллапса российской государственности были оболганы, незаслуженно забыты и фактически преданы той бюрократической системой, которой они служили без страха и упрека. Изломанными судьбами, а порой и своими жизнями они обеспечили выживание и возрождение худших традиций российской бюрократии в условиях новой государственности. Восстановление честных имен, правдивый рассказ о делах и людях российской контрразведки начала XX в. составляют основное содержание этой книги.
В ее основе лежат документы и материалы, до недавнего времени находившиеся в фондах специального хранения в архивах и библиотеках России, а также исследования отечественных и зарубежных авторов. Прежде всего хочется отметить деятельность Общества по изучению истории российских спецслужб. Его руководители проводят большую работу по возвращению честных имен сотрудникам отечественных спецслужб — генералам Н. С. Батюшину и П. А. Игнатьеву, полковнику Б. В. Никитину, капитану 1 ранга А. Н. Щеглову, статскому советнику В. Г. Орлову, а также незаслуженно забытым первым историкам спецслужб — С. Г. Сватикову, В. К. Агафонову, С. С. Турло, К. К. Звонареву и др. Автор использовал фактический материал, содержащийся в исследованиях современных авторов: М. А. Алексеева, И. В. Деревянко, Н. В. Грекова, А. А. Здановича, В. О. Зверева, 3. И. Перегудовой, Дж. Дейли, Н. С. Кримеля А. М. Плеханова, А. С. Селищева, А. В. Шишова, А. Витковского, В. М. Гиленсена, В. Н. Хаустова, Д. Сейдаметова, Г. Л. Соболева, В. С. Измозика, С. Кудряшова, В. М. Мерзлякова, Л. С. Яковлева, А. Ю. Шелухина и др.
Автор приносит глубокую благодарность крупнейшим специалистам в области изучения российских спецслужб — кандидату исторических наук А. А. Здановичу, доктору исторических наук, профессору В. Н. Хаустову, доктору исторических наук, профессору А. М. Плеханову, доктору исторических наук, профессору В. С. Измозику, доктору исторических наук, профессору В. А. Иванову, заведующей отделом Государственного архива Российской Федерации доктору исторических наук, профессору З. И. Перегудовой, ведущим российским историкам — члену-корреспонденту РАН Р. Ш. Ганелину, доктору исторических наук В. Д. Поликарпову, доктору исторических наук А. В. Поликарпову за добрые советы, которыми пользовался автор при подготовке рукописи этой книги.
Особую благодарность автор приносит заместителю начальника отдела регистрации архивных фондов УФСБ по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области полковнику С. В. Чернову, его помощнику полковнику В. Ф. Пышкину за неоценимую помощь в поиске и подборе документальных материалов.
В начале XX в. перед Россией встала проблема коренного обновления важнейших сфер жизни: от экономики до государственного строя. Как это обычно бывало в российской истории, идеи обновления получили практическое воплощение в обстановке экономического и социально-политического кризиса, когда реформаторов подстегивало прямое давление снизу или усиливающееся давление извне. Сложность заключалась в том, что ни одна из периодически осуществлявшихся реформ не была проведена комплексно и последовательно. На политической карте мира Российская империя выглядела внушительным монолитом. Но на самом деле в ее состав вошли самые различные земли — от регионов древнейших цивилизаций до пустующих пространств за Уралом. Народы России принадлежали к различным расам и языковым семьям, отличались по национальной психологии, исповедовали разные религии.
Россия была страной с суровыми климатическими условиями, занимавшей огромные территории от Дуная и Вислы на западе до Тихого океана на востоке, от евразийской тундры на севере до границ Ирана и Турции, Афганистана и Китая на юге. Поэтому народы, населявшие ее, принадлежали к различным хозяйственно-культурным типам и стояли на различных уровнях общественно-политического развития. Это был конгломерат народов и культур, чьи исторические судьбы оказались связанными с российской государственностью. Фактически это была своеобразная микромодель мира, отразившая сложные процессы развития и смены общественно-экономических формаций, государственных образований, культур и этносов.
Границы России окончательно оформились во второй половине XIX в. Их незыблемость обеспечивалась сильной армией и военно-морским флотом. Выход к Черному морю на юге и Балтийскому морю на северо-западе, Тихому океану на Дальнем Востоке способствовал ускоренному развитию торгово-экономических отношений со странами Европы и Азии и опирался на мощную систему военно-морских баз и крепостей. Система международных договоров и соглашений, казалось, надежно обеспечивала внешнюю безопасность Российской империи. В свое время великие европейские державы, прежде всего Англия и Австрия, охотно использовали российский военно-политический потенциал для сокрушения могущества Османской империи, а в начале XIX в. — для создания барьера имперским амбициям наполеоновской Франции.
Однако во второй половине XIX в. великие державы выступили против России единым фронтом. Это особенно проявилось в ходе Крымской войны, когда Англия и Франция в союзе с Сардинским королевством неожиданно выступили в поддержку Османской империи, Австрия же заявив о нейтралитете, выдвинула свои войска к западным границам России. Затем на Берлинском конгрессе в 1878 г. объединенная Германия выступила с инициативой пересмотра итогов последней русско-турецкой войны. Стало очевидным, что у России не было постоянных надежных союзников, как, впрочем, и постоянных врагов. Поэтому российский император Александр III с полным основанием говорил, что у России только два союзника — армия и флот. Именно они обеспечивали незыблемость внешних границ Российской империи.
В начале XX в. геополитическая и геостратегическая ситуация изменилась. Начался великий передел мира. Интересы Российской империи столкнулись на Дальнем Востоке с экспансионистскими устремлениями Японии и США, а в Европе все больше нарастали противоречия между Россией и Германией. Британская империя постепенно утрачивала свое былое могущество и пыталась компенсировать это за счет ослабления России и Германии. В «пороховом погребе Европы», на Балканах, тлели искры вселенского пожара Первой мировой войны. Система военно-политических блоков и временных союзов не укрепляла, а скорее еще больше расшатывала хрупкое равновесие в мире.
На протяжении всего XIX в. Англия традиционно негативно относилась к России. Восточная экспансия Российской империи усиливала подозрительность и агрессивность британского внешнеполитического ведомства. В конце XIX—начале XX в. их интересы особенно остро столкнулись на Дальнем Востоке. Франция, Англия, Германия и Россия решали вопрос о разделе сфер влияния в Китае. Англо-германское сотрудничество не задалось, а в 1898 г. едва не началась война Англии и Франции из-за африканских колоний. Поэтому Лондон обратил внимание на Токио. Англо-японский союз декларировал в качестве главной цели сохранение и гарантии территориальной целостности Китая и Кореи. Японское внешнеполитическое ведомство во главе с Комурой Дзитарой, ранее бывшим посланником в Китае, США и России, выдавало желаемое за действительное и тешило себя иллюзией возможного расширения торговли и эмиграции в колонии Британской империи.
30 января 1902 г. японский посланник в Лондоне барон Хаяси и министр иностранных дел Великобритании лорд Ленсдаун заключили соглашение, содержание которого вкратце было следующим. Стороны признавали независимость Китая и Кореи и собственные «специальные интересы» Великобритании в Китае, а Японии в обеих странах. Стороны признали вполне допустимым защиту этих интересов, если им будут угрожать либо агрессивные действия другой державы, либо беспорядки, возникшие в Китае или Корее. Стороны недвусмысленно заявили, что их договор направлен против России как главного потенциального агрессора. Особым пунктом договора определялась военная помощь в случае военных действий третьих держав против союзников. России ясно давали понять, чтобы она соизмеряла свои экспансионистские устремления на Дальнем Востоке с интересами Англии и Японии.
Российская дипломатия и разведка откровенно «прозевала» этот договор, не придав серьезного значения встречам Хаяси и Ленсдауна. Сам факт переговоров был известен, однако их содержание держалось в строжайшей тайне. Поэтому даже такой весьма информированный и прозорливый российский дипломат, как российский посланник в Токио Александр Петрович Извольский, вынужден был впоследствии активно оправдываться.
