Читаем В лето 6746 от сотворения мира онлайн бесплатно

Глава 1. Вестник

«Кто я есть, чтобы мне идти к фараону [царю египетскому] и вывести из Египта сынов Израилевых?»

(Исход. Глава 3:11).

Незнакомец

Сегодня решил поехать на дачу. Она совсем недалеко от Москвы, если быть точным – 17 км от МКАД. Сейчас это называется Садовое некоммерческое товарищество дачное хозяйство МВД России в поселении Лунево. Как достался участок – долго рассказывать. Если честно, то отец помог. Даже не так. Он обо всем договорился, и только потом объявил мне, что у меня будет дача, о которой я, кстати, ни его, никого другого, включая собственное начальство, даже не просил. Да и не до дачи мне тогда было. Так ею отец до самой своей смерти и занимался, и строил ее, и жил там.

Дача – слабо сказано. Большой дом, но не запредельно. Главная достопримечательность – гараж на две машины. Причем гараж мощный. Стены толще, чем стены дома, а высоты просто неприличной. Правда подвала нет, больше того, весь пол залит толстым слоем бетона. Отец со своим аспирантом Сергеем строили его сами, причем по собственному проекту. Этот аспирант еще потом пропал куда-то. Мутная история. Помню, отец по этому поводу сильно переживал, т. к. они вместе над каким-то проектом работали. Отец дачу и особенно гараж этот, очень любил. После его смерти я там так ничего переделывать и не стал, разве что ворота в гараже поменял.

Над этим нашим гаражом соседи сначала даже потешались: «Что, Михаил Игнатьевич, никак за свой драндулет опасаешься? Так ты не бойся, соседи у тебя смирные, законопослушные, ниже генерал-майора почитай кроме тебя и нет никого…», но потом отстали. А там и деревца подросли, заборчик появился, и гараж с аллеи стал не так обращать на себя внимание. Да и попривыкли.

А товарищество у нас, действительно своеобразное: народ и правда все больше «с большими» погонами. Все спокойно, уважительно, достойно. За все время только одна большая кража дачного имущества в товариществе и была. И была она как раз … из нашего гаража. Но это когда было. Тогда еще многие только строились, порядка не хватало.

Да и кража была какая-то странная. Воры вынесли из гаража все, даже пыль (обычную цементную пыль, что была во всех углах), такое впечатление, что все пропылесосили. Но при этом никто из соседей ничего не видел и не слышал. И никаких следов на влажной земле у забора от машины-воровайки не осталось. Получается, что все на руках унесли. А там один железный шкаф мы в свое время впятером в гараж еле затащили. Но отец тогда, помнится, запретил розыск учинять, даже говорить об этом не позволял, хотя видно было, что сильно расстроила его эта кража. А тут еще его тот самый аспирант куда-то запропастился. Хороший парень был, но как в воду канул. Был разговор, что он вроде куда-то в Сибирь подался, но на самом деле никто точно сказать по этому поводу ничего не мог. Отец тоже отмалчивался, а тут и лихие 90-е начались, не до того стало.

А с чего вспомнил – не пойму. Столько лет прошло.

На подъезде к даче меня ждал неприятный сюрприз. Прямо на ступенях крыльца моего дачного дома расположился бич не бич, но мужик сильно на бомжа смахивающий. Борода лопатой, волос на голове длинный, (правда, неожиданно чистый), перехвачен сыромятным ремешком. На мужике красная шелковая рубаха, но какого-то странного покроя, шаровары, а на ногах (у меня чуть глаза из орбит не вылезли) – мои (понимаете, мои!) сандалии.

У нас чужие люди не ходят, поэтому за монтировку я сразу хвататься не стал. Может сосед новый, может заблудился кто, но почему такой наглый?

Увидев мое озадаченное лицо, мужик поднялся, поклонился чуть не в пояс (!) и заговорил неожиданно поставленным и уверенным голосом:

–Я так понимаю, это ты, Михаил Игнатьевич?

–А что это Вы мне тыкаете?

–Не признал, Михаил Игнатьевич, ой, вижу, не призна-а-ал.

–Лицо будто знакомо, – хмуро ответил я, – но, чтобы мы с Вами на брудершафт пили, что-то не припоминаю.

–Не могли мы с тобой, Михаил Игнатьевич на брудершафт-то пить. Не пьющий я тогда был. Да и давно было. И были мы с тобой тогда на «ты». Но, если ВЫ возражаете…

Вот тут я его и вспомнил. Это же Сергей собственной персоной, тот самый пропавший аспирант, только постаревший на лет на тридцать, наверное.

– Серый, ты ли это?

– Я, Михаил Игнатьевич, я.

– Ёкарный бабай!

Пропавший аспирант

Мы сидели на дачной кухне. На стол я выложил все свои продовольственные запасы: колбасу, хлеб, зелень с огорода и соль. Сергей, уже успевший помыться «с дороги», ответил шматом сала, большим куском копченого мяса и двумя приличного размера солеными рыбинами. Когда он потянул было какую-то баклажку из своего мешка я крякнул и пошел к бару за спиртным. Тут первенство осталось за мной за явным преимуществом. Сергей бросил баклажку обратно в мешок со словами:

– Ладно, уговорил, языкастый. Утром пригодится.

Вообще-то я и не говорил ничего, только бутылки показал.

– Сомневаюсь я, что пригодится. В баре хорошего спиртного поднакопилось много, так что и на утро останется.

В общем, сели, выпили за встречу, закусили как водится. Сидим переглядываемся.

– Прости, Сергей (не помню, как по батюшке), может, сам начнешь?

– Да не надо «по батюшке». Там, откуда я…это… прибыл люди друг друга редко по имени и отчеству величают, так что отвык я.

А потом без всякого перехода:

– Вот скажи мне, Михаил Игнатьевич, почему ты юристом стал (а потом еще и ментом заделался), а не физиком, как твой отец? Игнат Михайлович, царствие ему небесное, физиком был от бога. Какие решения сложнейших задач находил! Повезло мне в жизни, что с ним поработать довелось.

Говорил Сергей медленно, иногда «спотыкаясь». То ли старался слово подобрать, то ли никак не мог нужное слово вспомнить. При этом он забавно щелкал пальцами, а я пытался ему слова подсказывать.

– Над последней его задумкой мы с Игнатом Михайловичем как раз и работали, когда строили то, что ты гаражом называешь. Подвел я его тогда. Нехотя, конечно. Поспешил. А пульт управления в металлическом шкафу был. А шкаф в гараже стоял. Так я с пультом и этим шкафом и улетел.

– Улетел? Куда?

– Давай еще по единой. За Игната Михайловича, земля ему пухом.

– Как узнал?

– Был бы жив, ты давно бы уже за мной прилетел.

Выпили. Помолчали.

– Если кратко, Михаил Игнатьевич, улетел я, не поверишь, в ХIII век.

– Куда-куда? Да ладно. Смеешься что ли? Серьезно? А ты там по дороге, пока летел, нигде головенкой не ударился? А может это…да нет, не так уж много мы и выпили.

–Ладно, давай оторвемся на пару секунд. А то ты еще неотложку для меня вызывать начнешь. Да и разговор наш дальше понятней для тебя будет. Пошли.

Мы прошли в кабинет отца. Я туда, считай, и не заходил никогда и там все осталось, как было при его жизни. По углам даже пыль, наверное. Сергей сразу направился к письменному столу, видно, что бывал он здесь не один раз. Со стены по центру стола на него смотрела его же собственная фотография, только 30-летней давности. Горько усмехнулся, но ничего не сказал, а только протянул руку и прежде, чем я успел ему помешать, снял рамку с фотографией со стены. На стене появился квадрат невыгоревших обоев. Тогда он взял со стола нож для бумаги и… вырезал этот квадрат. Именно вырезал, а не срезал, поскольку под квадратом оказалась маленькая пустотка, где был закреплен небольшой рубильник с красной ручкой. Стало совсем интересно.

– Сезам, откройся?

Сергей не ответил, обернулся, посмотрел на меня секунды три, а потом протянул руку и опустил ручку рубильника. Ничего не произошло. Я пожал плечами, а Сергей только как-то одной стороной лица улыбнулся, мотнул головой и сказал:

– Ну вот, все работает. Теперь пошли в гараж.

Но и в гараже все было по-старому. Только на верстаке стоял довольно большой кованый сундук. Откуда он появился, я спрашивать не стал.

– Махнул не глядя, на железный шкаф, – пояснил Сергей.

Мне стало еще интересней:

– Ну и где тут чудеса и сокровища?

– Щас будет тебе, и то будет, и другое.

Он подошел к сундуку, откинул крышку, похоже, нажал на что-то. И … стены исчезли. Точнее исчезла штукатурка и кладка. Вместо них – какие-то провода, обмотки трансформаторные, какая-то тихо загудевшая аппаратура с сильным электризующим эффектом. У меня даже волосы дыбом поднялись, но не от страха, а будто здоровенную натертую сукном эбонитовую палочку к ним поднесли. Затем в сундуке под Серегиной рукой что-то опять щелкнуло и все пропало. Я снова был в своем знакомом до боли гараже.

– И что это… было? Иллюзионисту Гудини фокус готовили? – но голос предательски дрогнул. Я почему-то сразу поверил, что Сергей не врет. Слишком много всего наворочено для рядового розыгрыша. Да и отец как-то на что-то похожее намекал.

– Все ты понял. Ладно, давай помаленьку. Пошли к столу.

– Пошли. ХIII век. Ёкарный бабай.

Прошло уже часа два, а Сергей все рассказывал и рассказывал.

– Маячков никаких в прошлом не было, а в шкафу железном, что в гараже стоял – он был. Вот поэтому и «приземлился» я без малого тридцать лет назад на то же место, где гараж и сейчас стоит, но только в 6726 году от сотворения мира (или в 1216 году от рождества Христова, если на наше летоисчисление). Полет получился незапланированным, так что как был в рабочей рубахе да джинсах, так и улетел. Повезло, что на этом самом месте в то время небольшая полянка была, а были бы деревья, так вообще не знаю, чем бы все закончилось. Все, что было в гараже со мной прилетело. Так вот, шкаф металлический там был, тяжелый, как моя жизнь. На мягкой земле его скособочило, он завалился, пару сосенок под собой подмял, да и завис прямо надо мной, гробина мать. Давай я из-под него выползать, потихоньку пятками отталкиваюсь, а руками боюсь себе помогать. Только вывернулся из-под него, как шкаф этот рухнул, да прямо на то место, где я до того лежал. Не успел бы, он бы мне все кости переломал. Повезло и то, что шкаф спинкой упал, т. е. дверками наружу. А то не знаю, как бы я его потом переворачивал, чтобы до его нутра добраться. В нем веса немерено, а именно в нем и пульт управления лежал, и инструменты и железа всякого.

Не скажу, что готов был к такому путешествию, но, если честно, то какого-то большого потрясения я не испытал. Столько времени готовились. Сразу же понятно было, куда я попал. А вот досада сжирала на корню. Столько сил потрачено, средств, и из-за мелочи, случайности, так бездарно все прос…, профукать в общем. Как сейчас помню. Руки дрожат, даже прикурил не сразу. Но успокоился, огляделся. А вокруг тишина и красота такая! Лес смешанный, где-то рядом (как и сейчас) ручей журчит. Полянка небольшая, цветочки цветут, бабочка порхает. Красота. Одно слово – Подмосковье. Потом блажь прошла. Хочешь или не хочешь, а к людям выходить надо. В какую сторону для этого идти – проблемы нет, а вот дальше что? Попал я как кур в ощип.

Язык, на котором там говорят, на современный нам язык, как потом выяснилось, похож, да не такой. Представь, одет я в какую-то странную для местного люда одежду и обувь. Волосы на голове стрижены, а усы и борода сбриты, что на Руси в те времена однозначно нормальным не воспринималось. Остричь их, что для князя, что для смерда было тягчайшим оскорблением, а чтобы добровольно кто себя вот так «изуродовал», так быть такого не может. Денег здешних у меня нет, местных правил и обычаев даже бытового поведения я не знаю (мы ведь подготовку только начали) и потому вести себя по тамошним понятиям, в лучшем случае, я мог, скажем так, странно. Хотя, конечно, в общих чертах о ключевых событиях, происходивших в это время и в этой местности, я знал, да и в уровне развития местных технологий в целом неплохо ориентировался.

Добавим к этому то, что в моих карманах и в мешке, из которого я сделал что-то типа солдатского сидора, полно непонятных для раннего Средневековья на Руси вещей. Кто ты для встречных? Юродивый? Колдун? Раб сбежавший? А может, нечисть какая? Не лучше ли тебя связать, да продать, как раба? Всё прибыль. А может в монастырь какой передать, чтобы монахи из тебя весь твой оставшийся век (довольно короткий) правду из тебя, вместе с жилами, вытянули? Али на всякий случай сразу тихо прирезать, вбить в грудь осиновый кол, да сбагрить тело куда-нибудь в топь от беды? В общем, перспективы одна другой лучше.

– Почему «для Средневековья», а не «для Древней Руси»?

– Считается, что к периоду Древней Руси относится эпоха примерно с VIII по XII век. Начиная с XIII века (включая начало нападения монголов на древнерусские княжества) и заканчивая смутным временем, правильнее говорить о Руси Средневековой. Впрочем, это я так помню, а уточнить на месте было не у кого. Ты не перебивай, а на досуге читай историю. Так вот, первое, что я решил сделать, так это убрать из карманов все необычные для этого мира предметы и разложил на куске брезента все имеющееся у меня (свое и не свое) имущество. Помню, сразу убрал в сторону пульт, бинокль, компас, аптечку, средство от комаров, зеркало, расческу из пластмассы, фонарик, зажигалку, сигареты, шариковую ручку, портмоне с «деревянными» и паспортом, наручные часы, ключи от квартиры, складной ножичек и жевательную резинку, еще что-то по мелочи. Потом туда же переложил палатку, резиновые камеры, две шины. В результате, на брезенте остался только мешок из-под картошки, да металлические предметы, включая инструменты.

«Лишнее» потихоньку упаковал в «прилетевшие» со мной полиэтиленовые мешки, которых в гараже оказалось неожиданно много, а паспорт завернул и упрятал в колбу термоса. Пакеты уложил в железный шкаф, а термос заткнул пробкой и припрятал отдельно.

Если что и должно быть со мной, сказал я себе после этого, так это деньги. Нужно будет где-то жить, что-то есть, что-то пить, что-то одевать и что-то изображать из себя достойное, если не хочу сдохнуть под забором. А раз у меня местных денег нет, но нужен их заменитель…как его…эквивалент. Что таким … эквивалентом… может послужить в средневековье? Конечно же, лежащие передо мной железки. Но, опять же, взять с собой нужно только такое железо, что не вызовет ненужных вопросов в этом мире. И много железа с собой брать не стоит. Дело не в том, что не унесу, просто в соблазн никого вводить не хочется. Железо, конечно, не серебро и не злато, но я думаю, что даже любой школьник знает, что оно в те времена тоже стоило очень дорого. Решил взять с собой ножи, молотки, напильники и неизвестно как оказавшийся здесь же большой рашпиль, зубило, несколько металлических скоб, два небольших обрезка стальной трубы, щипцы и топор. Получилось немало, наверное, килограммов десять. Небольшой туристический топорик я решил не продавать, а сделать из него для себя оружие. Выстругал к нему палку подлиннее, присобачил ее вместо топорища, чем не боевой топор. Подвесил его на веревке к поясу, красота.