Читаем Дождь поющего огня (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Малкин Борис Геннадьевич

Малкин Борис Геннадьевич

Дождь поющего огня

215

215 215

Автор: Борис Геннадьевич Малкин

Адрес: Россия, Республика Башкортостан, г. Ишимбай, ул. Губкина,26-А,12

Электронный адрес:malkin.boris@list.ru

Предлагаю рукопись для публикации.

Жанр: самосовершенствование, фантастика , приключения.

объём: 215 страниц

Притча о человеке.следующего путём совершенствования духа и тела, хозяине своей судьбы, пленнике собственных понятий свободы.

Автор: Борис Малкин

Дождь поющего огня.

Всякое падение носит в себе

частицу полёта.

Прошу извинить меня за то, что в этой книге нет ничего такого, чего давно уже не измыслили люди. Я следовал за рыскучей мыслью, даже не думая обуздать её. Дай Бог, люди научатся тому, чему не научился я, и достигнут вершин, до которых мне, как до неба.

Часть I

Красное дерево

Разметало ветви по чёрному небу.

Далеко- далеко слышен крик

Красного дерева.

Огненная страна слышит молитву

И торопится выкрасить в алое,

Похожее на улыбку бездны

Высокое небо ночи.

I. Дождь.

Размытый пеленой дождя образ скитальца маячил на возвышенности возле города. Город притих и съёжился под напором небесной воды. Изредка по мокрым улицам проезжали машины, маленькие сутулые людишки в куртках и плащах с поднятыми воротниками перебегали дорогу, прятались в обшарпанных, мрачных подъездах.

Какая-то сила, потаенное неосознанное желание потянуло меня к окну. Занавесь, нервно колыхнувшись, отползла в сторону. Я хотел увидеть что-либо, но стекла, по которым стекал дождь, отнимали чёткость восприятия реальности.

Неудержимость и безудержность.

Я попробовал открыть окно, но шпингалет крепко заклинило, мне не оставалось ничего другого, как выбить стекло.

Это было моё мгновение.

Я положил окровавленные ладони на подоконник и, наклонившись вперёд, попытался всмотреться.

Это было впервые, и это было ни безумием, ни прозрением. Просто я увидел реальность, не опошленную моими желаниями и стремлениями. Я увидел искренне, бескорыстно.

Я увидел скитальца Артемия.

Впоследствии мне часто приходилось встречать его. Наши судьбы переплелись непостижимым образом. Жизнь обессмыслилась и отяжелела бы, не будь этой встречи.

Взгляд, разорвавший завесу яростью глубины сути, встретился с взглядом Артемия. Глубокие глаза, мокрый плащ с капюшоном, всё это делало его похожим на средневекового монаха - странника. Артемий стоял на холме и задумчиво разглядывал Город. В его позе было что - то царское, он выглядел хозяином, повелителем сегодняшнего дождя, да, наверное, и всего мира.

Мысль влетела в мою голову, затуманила зрение, вернула меня к чувству обыденности.

Кто он странник среди дождя?

Что на меня нашло?

К чему всё это?

Я ответить не мог.

Жизнь изменилась, я сделал первый шаг по СВОЕМУ пути.

Я задумался...

............................................................................................

Всё это глупость и чепуха. Суета пришла и уйдёт бесследно, туда, где ничего не было и не будет. Придёт время - умолкнет смех, и высохнут слёзы. Я буду танцевать на крыше этого мира, я буду парить над этим миром.

Моя жизнь наполнится истиной, и я выпью её одним махом, что - бы, опьянев, наполнить покоем последний чертог вселенной.

Я увидел блистающие пути и теперь знаю, куда идти.

Я пойду до конца.

Тем, кто остаётся позади, я прошепчу тихо слова прощания, Ибо пути наши не сойдутся никогда. Ибо мне страшно дорого моё одиночество.

Друзья мои, я ещё с вами, но меня уже нет и в помине. Оставляю вам свою усмешку и теплоту. Живите и радуйтесь.

Нам больше не встретится.

.....................................................................................

Вой времени.

...........................................................................................

Улыбка поиска.

..............................................................................................

Игра отчаяния.

................................................................................................

Построение серых иллюзий.

...............................................................................................

Нужно уметь терять, ибо без потерь нет обретений.

Не научившись терять и расставаться с достоинством, без мокроты, мы, так или иначе, несём потери, только потери, не несущие радости, ведут к истощению наши судьбы.

....................................................................................................

Клочья радости.

.................................................................................................

Я не вижу... То, что нравится чувству, отталкивается и летит в незримое. Созерцание света наполняет дух мраком. Несбыточность глушит, заставляет согнуться пополам. Серый дух трепещет в струнах ветра, мокнет в струях дождя.

Неуловимая музыка оседает в распахнутые глаза.

Я ещё живу, но, чувствую, мне недождаться. Так и останусь странником, идущим вне круга, слегка касаясь его горячей щекой, душой, наполненной серым цветом.

...........................................................................................

Твои глаза обещают тайну, но твоя ложь рассекает лицо взбесившейся бритвой.

Я хочу спать и если усну, то знаю: мне не проснуться.

Я желаю покоя, но иду через всю эту свистопляску судьбы.

В мире дождь. Я люблю этот дождь больше, чем люблю свою боль.

Дождь танцует над миром.

..............................................................................................

Если ты живёшь и чувствуешь, что страшно одинок, значит, ещё не пришло время встретиться со своим настоящим другом.

Если ты умираешь, помня лишь одиночество в своём прошлом, значит одиночество для тебя было более ценным, чем дружба.

..................................................................................................

Всё на свете можно потерять и всё можно найти.

.................................................................................................

Мы старше своих теней.

.................................................................................................

Долго плутал я по ночному лесу, продираясь сквозь кусты, натыкаясь на тонкие стволы молодых лип и спотыкаясь о старые, гнилые пни. Наконец, замаячил сквозь тёмную листву огонь и послышался человеческий голос. Лес расступился, и я буквально ворвался на небольшую поляну, посередине которой горел костёр. Возле огня, на поваленном стволе трое молодых людей, молча внимающих голосу четвёртого, изящного стройного парня в длинном плаще.

Я узнал его сразу, хотя лишь во снах и грёзах прежде мог я столкнуться с его странным ликом.

Артемий говорил горячо, каждым, словом убеждая слушателя в правоте собственного безумия. Речь его была необычна, говорил он о вещах нелепых, но притягательная сила исходила от этого человека, мысли которого воспринимались, как правда, мудрая и чистая, словно горный родник.

Правда о том, чего не может быть.

Никто словно не заметил моего появления. Я подошёл ближе и сел на свободное место у костра, на маленький сырой чурбачок.

- ... Единственное, что может по - настоящему оценить и почувствовать мир, зовём мы человеком. И каждый из вас, наверное, уже думал об этом так же, как думал о итоге существования. Но сегодня я не скажу вам о смерти и повременю с толкованием жизни для всех и каждого.

"Я" человека, дух человека, ум человека, чувство человека - вот что разрывает моё сердце. "Я" человека несу, словно краденый мешок с зерном в чёрный день людей.

Неужели могила уже вырытая для каждого "Я".

Неужели придётся человечьему духу вечно кочевать от кладбища к кладбищу в поисках лучшего надгробного камня?

Неужели удел человечьего чувства в восторге исполнения собственных прихотей?

Миллионы. Миллиарды людей вглядываются в небеса и дивятся множеству явных и скрытых светил. Также дивятся они множеству лиц человеческих, виденных и до поры не знаемых.

И думает каждый, будто его "Я" , пусть любимое, пусть безразличное, пусть ненавистное ему, есть центр, в кругу которого пляшут хороводы чужих судеб.

И многие восстают против этого и бросают свои судьбы в пасти жадных могил, и думают, при этом, что подошли вплотную к свету вечного.

Но лишь единое способно к существованию в вечности.

Судьбы человеческие - кружева в сплетении мира.

Умы человеческие - строители преображения мира.

Чувства - ценители, осязатели сущего.

Зловещей тенью за всем этим видится наше "Я".

Хорошо, если затейливые кружева, множась, расширяют полотно вселенной.

Плохо ли когда преображение освежает своей новизной давно изведанные просторы, а чувства строго и непреклонно вершат суд над торжеством движения

Всё это пришло, и канет, и возродится.

Но хранить ли нам своё "Я"? Перленать ли его при новых рождениях? Что стоит за столь малым и столь ценным?

Прорасти ли зерну в пустом сухом горшке?

Ничто заходится в крике, если находится грамотей, убеждённый в его существовании.

Всё вечное едино, и всё единое вечно.

Ваше "Я" - двигатель этого.

Вершина.

Свет.

Тайна.

Видите, пошёл дождь. Сколько капель и все из одного неба.

"Я" человеческое - есть небо, всё остальное - дождь, который оно проливает на землю.

Протяните руку, и она проткнёт небеса насквозь. Но схватила ли рука небо?

"Я" человеческое едино по своей сути, чистое и непорочное, малое и огромное, словно океан беспредельности.

В вашем "Я" нет и не может быть грязи. Грязь приносит приливы стремлений разума и чувства.

Большим навозным комом обрастает "Я" в своём странствии по путям

судеб.

Но нет вины в алмазе, заточённом в оправу дерьма.

В прошлом. Настоящем и будущем "Я", и чушь для него - время, выдумка для него - пространство.

Существует "Я" со времён первого человека, но не погибнет с последним.

Первый и последний и любой другой носят в себе огонь единого.

Артемий внезапно оборвал свою речь и уставился на меня.

- Привет тебе, новый друг, - сказал он и протянул свою мокрую от дождя руку. Его слушатели по очереди поднялись и подчёркнуто вежливо поздоровались со мной.

- Поздновато уже, - поёжился Артемий, - пора возвращаться

- Если все пути порваны, куда следовать? - спросил я.

Артемий повернулся спиной ко мне и моим новым товарищам и, не прощаясь, двинулся прочь.

Сделав несколько шагов, он обернулся с пылающим взором и спокойным грустным ртом.

- Вы все ещё не настолько сильны, чтобы рвать пути. Человеку всегда есть куда возвращаться, - бросил он и скрылся в кустах.

...................................................................................................

Прошлое - это то, чего у нас не было.

.......................................................................................................

II. Сон.

Когда воспалённый отчаянием взгляд падает на безудержную осень в сердцах явившихся из подобия отражённостей Единого, крики радости о вынужденным одиночестве среди кишащей никчёмности вскипают на устах и падают кровавой рвотой на суету существующего. Колени воспаляются от прикосновения с почвой. Ноги разгибаются с тихим хрустом, а прохлада влажного неба опускается на плечи восставшего...

................................................................................................

Я разжигаю вечность и смотрю в зеркало жизни в надежде разглядеть бессмертие...

....................................................................................................

Это страшно...

Это никогда не кончается, ибо нет этому начала.

Я не вижу истины в том, чём не существует окончённости.

Странный слепой человек.

Неопределённость - кошмар.

Стремление уйти от себя,

Потворство порокам,

Страсть к насыщенью -

Всё это кошмары,

Кошки,

Не кошки,

Тигры скребутся,

Ревут в ожидании подачки -

Кровавого сердца куска.

Кошмар - если сердца не станет.

Мир в наших душах - кошмар.

Жар и Холод,

Упоенье удачей,

Пьедестальная радость,

И горе паденья.

Великая сила.

Перемены судьбы,

Покой,

Пустота,

Или буря.

Всё то,

Что пройдёт

И чего не настанет,

Чего никогда не было,

Чему не бывать.

Всё это кошмары,

Сон,

Ставший явью,

И Явь,

Перешедшая в сон, -

Кошмар бытия,

Убийство и уничтожение

И созидание на собственном пепелище.

Дары и жертвы,

Принятые и отданные безвозвратности,

Ужас осознания трусости.

Всё хуже и хуже,

Всё страшней и страшней

Рыдаем и стонем

Пред ликом кошмара,

Даже не видим

За порогом его

Вожделённой свободы,

Что у вас остаётся,

Если сердце изодранно в клочья,

Люди ужаса,

Дети кошмаров,

Подвиги мужества вам остаются,

Вечное бегство,

Холодная мгла.

..............................................................................................

Вечер в очередной раз победил дневной свет тенью наступающей ночи. Дверь опустевшей маленькой церкви со скрипом открылась, пропуская взволнованного, растрёпанного юношу в обитель поклонения святости.

Отец Георгий готовился уже покинуть свой духовный пост и вернуться домой к семье. Он совсем не ждал посетителя в такой поздний час. Священник недовольно глянул на молодого человека.

- Поздновато уже, сын мой, - кинул он вечернему прихожанину. На сей день служба окончена.

Он ожидал, что, как водится, парень оглянется на фрески с библейскими сценами и удовлетворив своё, судя по всему, праздное любопытство видом пустой церкви, уйдёт восвояси.

- Мне нужно поговорить с тобой, святой отец, - тихо сказал юноша.

- Не время для исповеди. Поздно. Служба окончена, - повторил Георгий.

- Но разве служба господу кончается для вас с уходом света?

- С уходом света закрывается церковь в простые дни и долгий день просит хорошего отдыха.

- В простые дни?... - переспросил ночной гость с усмешкой. Мне нужно поговорить с тобой, святой отец. - Голос парня был твёрд, и даже несколько властен.

- Ну хорошо, подойди поближе, присядь и расскажи, что привело тебя в божий храм.

Пастырь присел на скамью и указал на место подле себя.

- Я хочу, чтобы ты рассказал мне о монастырях, - потребовал юноша, усаживаясь рядом со священником.

- Как твоё имя, сын...

- Артемий. Я просил рассказать о монастырях.

- Но к чему тебе это. Очень похвально, если ты пожелал покинуть суетный мир и посвятить себя господу. Но неблизок путь к царствию небесному, очень трудно отторгнуть искушения. Тебе надобно хорошенько подумать прежде, чем сделать такой важный шаг.

- Я не собираюсь уходить в монастырь, - возразил юноша.

- К чему же тебе знать о всех тяготах монашеской жизни? Или ты...

- Я прошу тебя, отец, расскажи. И отец Георгий рассказал юноше о монастырских уставах, обетах, образе жизни.

- В монастырях молятся господу, молятся, забывая самого себя, - сказал пастырь в конце рассказа.

- К чему же молится, если забыл о себе?

- О себе забывают, чтобы помнить о других, - улыбнулся отец Георгий.

- И если ты всё-таки собрался стать монахом, тебе предстоит очистить сердце прежде, чем храм божий распахнёт двери свои пред твоим обузданным прахом.

- Нет, святой отец, это я собираюсь распахивать своё сердце. Это храму придётся почистится, прежде чем пущу я его в прах свой. Ибо храмы божьи для меня лишь кирпичи, из которых я построю истинный храм в свободном сердце. Ибо меня унижает, когда люди прячутся друг от друга. Ибо я не собираюсь подгонять сердце под чужие стены.