Читаем Стурлур – место, где все началось онлайн бесплатно

Предисловие

Dungeon and Dragons — известная настольная игра и вселенная, представляет собой удивительное творение человека. Общество поклонников данного изобретения совместных фантазий в России множится, но до популярности на уровне западных стран ему еще далеко. Откровенно говоря, я долгое время воспринимал эту забаву несуразной и нелепой, пока друзья не пригласили меня поучаствовать в нескольких партиях.

Эмоции, что подарили мне последующие игры, сложно передать словами. Возможность коллективной фантазии смогла вырвать меня из реального мира в потустороннее и чудесное. С этим опытом не сравниться ни один фильм и ни одна компьютерная игра. Чтение интересных книг, пожалуй, это может сравниться с возможностью создать и пережить в своей голове другой мир, другую жизнь.

Увлечение DD вместе с моими друзьями по университету стало частым занятием. Как игроку, мне, к сожалению, удалось завершить одну компанию в роли потрясающего и незапланированного персонажа по имени Рекс.

Пожалуй, каждый игрок в DD довольно скоро желал примерить на себя роль мастера и создать собственную вселенную. Это искушение не обошло стороной и меня.

В раннем детстве мне посчастливилось познакомиться с творчеством легендарного Джона Рональда Руэла Толкина. Фильм Питера Джексона по мотивам «Властелина колец» оставил аналогичное потрясающее впечатление.

Поскольку механика настольной игры DD позволяет вести игру в любой вселенной, я взял на себя смелость познакомить своих друзей с миром «Властелина колец» именно таким способом.

Контент, который мы вместе создали в процессе игры, я решил сохранить способом написания книги в стиле художественного произведения. Возможно, таким способом эта компания тоже дойдет до финального конца. Но пока что история только начинается…

§1 Пустынные барханы

§2 Агандаур и Агар

§3 Дуф и Шани

Из величественного Умбара — столицы черных нуменорцев, две недели назад на восток, через пустынные просторы Харада, отправился вооруженный караван из нескольких сотен человек. По внешнему виду они походили на наемников, но на деле большинство из них были пиратами. Пейзажи открытых морей, побережья, судоходных рек, в крайнем случае, крупных озер, были им куда ближе, чем бескрайние дюны пустынь, простирающиеся на их пути. Однако даже умбарские пираты, которые нередко выбирались на сушу, когда морские дела шли плохо или когда перспектива быстрой наживы казалась слишком заманчивой. На этот раз они сменили морские просторы на долгий и неопределенный путь по суше ради редкой возможности, которая могла сделать каждого из них по-настоящему богатым.

Эту возможность предоставили морским наемникам — черные нуменорцы. Облаченные в темные доспехи и рваные черные накидки, они совершенно не обращали внимания на палящее пустынное солнце. Неудивительно, ведь эти воины представляли собой отборную гвардию потомков Великого Нуменора, присягнувших Темному Властелину Саурону и служащих ему напрямую.

На эту грозную силу не распространялась власть короля темных нуменорцев Ар-Гимильхада, он и сам формально был слугой Темного Властелина.

Таков был установленный порядок самим Сауроном, после гибели Нуменора, когда он обрел еще большее могущество. Он создал множество специальных отрядов и организаций, во главе которых поставил своих избранных слуг, подчинявшихся ему безоговорочно. Эти слуги внушали ужас даже тем правителям, которые присягнули Темному Властелину на верность, ведь их положение, дарованное Сауроном, наделяло их огромной властью и привилегиями. Черные нуменорцы, возглавлявшие караван, очевидно служили личной гвардией одного из таких избранных слуг Саурона. Они не имели ни имен, ни знамен — только фанатичную преданность и единую цель. Многие жители земель, находящихся под властью Саурона, мгновенно понимали: увидев черного нуменорца в таких характерных доспехах, лучше замереть, как вода, ниже травы, ведь это означало, что где-то рядом находится один из высших избранных слуг Темного Властелина, который олицетворял собой Его волю.

Именно такой слуга Саурона возглавлял движущуюся по пустыне колонну. Он был облачен в прочные и внушающие ужас железные доспехи. Латные перчатки, хотя и предназначенные для защиты, выглядели скорее, как орудия смерти — заостренные кончики пальцев напоминали зловещие когти, словно выкованные для смертоносных атак. Один лишь вид этих перчаток говорил о его безжалостной природе, и не возникало сомнений, что они использовались для причинения невыносимой боли своим жертвам.

Шлем Агандаура выделялся среди прочих доспехов: его навершие больше походило на корону, такую, какую когда-то тысячу лет назад носил Король-Чародей на севере. Человек, облаченный в эти доспехи и стоящий во главе каравана, был черным нуменорцем, как и остальные, но его отличали особые доспехи и «шлем-корона», а также рваная накидка красного цвета, в то время как у остальных накидки были черными.

Агандаур — так звали предводителя этих черных нуменорцев. Не так давно на его плечи легло бремя наместничества развалин Карн-Дума на севере Средиземья, некогда величественной цитадели и столице Ангмара, вотчины Короля-Чародея. Но почему-то сейчас он возглавляет и ведет на самый юг Средиземья, куда-то на восток, вооруженную колонну из своей личной гвардии черных нуменорцев и свору наемников-пиратов.

После захода солнца караван остановился для ночлега у подножия вытянутого бархана, до Стурлура оставалось всего несколько дней пути. Без согревающих солнечных лучей, под непрекращающимся завывающим пустынным ветром, горячий песок быстро остывал, и в лагере воцарялась прохлада. Для черных нуменорцев, которые старались не подавать виду, такая перемена казалась настоящим облегчением — терпеть изнуряющую жару в тяжелых закрытых доспехах было далеко не радостью. Черные нуменорцы никогда не показывались перед чужими без полного обмундирования. На каждом привале они воздвигали большие шатры, вмещающие целые отряды, и только внутри могли испытать настоящее облегчение. Тем не менее, многие из них, привычные к строгой дисциплине, даже в этом укрытии не позволяли себе расслабиться.

Шатер Агандаура возвышался над барханами, доминируя над местностью. Охрана ему не требовалась — в своей силе и безопасности предводитель был абсолютно уверен и позволял себе редкую беспечность. Вход в шатер оставался открытым, а легкая ткань на арке колыхалась на ветру, словно подчиняясь его капризам. Если бы кто-то осмелился приблизиться без разрешения, то услышал бы голос Агандаура, доносящийся изнутри на улицу:

«Я знаю, что из всего наемничьего сброда, ты один из немногих кому можно доверить особое поручение. Я наслышан о твоем умении импровизировать и надеюсь на суше этот талант у тебя не ржавеет, потому что он тебе понадобиться.»

После всех испытаний последних месяцев Гром смотрел на Агандаура почти безразличным взглядом. Возможно, молодой пират до конца не осознавал, чей приказ взялся исполнить, но, скорее всего, потеря команды и корабля, накопившиеся долги и необъяснимые перемены, происходившие с ним в последнее время, беспокоили его гораздо сильнее, чем предстоящий риск или статус одного из самых могущественных слуг Темного Властелина. Гром стоял молча, не выказывая страха, прямо глядя в глаза Агандауру и ожидая дальнейших указаний. Такая смелость могла бы показаться дерзостью, но предводитель черных нуменорцев воспринял это как уместную уверенность в своих силах и готовность к делу. Агандаур продолжил говорить:

«Ты немедленно отправишься в Стурлур. Твоя задача — вывести из строя надвратные баллисты, неважно, каким способом ты это устроишь. Главное, чтобы ни один болт не был выпущен с их стен. Как действовать — решай сам, в методах я тебя не ограничиваю, но не теряй времени. Мы прибудем в Стурлур через несколько дней, и к этому времени всё должно быть выполнено. Понял?» — голос Агандаура звучал больше, как приказ, чем как обычное поручение для наемника.

«Понял» — сдержано ответил Гром. — Что насчет награды? — это волновало пирата больше всего.

«Свое ты получишь.» — Сухо и безразлично ответил Агандаур.

«Вот же надменный ублюдок», — подумал Гром, но, учитывая, что перед ним явно фигура немалой значимости, раз уж даже перед самим королем Ар-Гимильхадом не склоняется, сдержал свои мысли. Он решил не заострять внимание на этом, рассчитывая на достойное вознаграждение, соответствующее рангу столь влиятельного нанимателя.

Гром отправился в Стурлур в ту же ночь, опережая в дальнейшем караван по меньшей мере на сутки.

Завершив короткий разговор с Громом, Агандаур прогулялся по лагерю, обозревая его с высоты бархана. Его взгляд охватывал всё — шатры темных нуменорцев, среди которых возвышался его собственный, и палатки пиратских команд. У пиратов Умбара царила хаотичная иерархия: любой, кто владел кораблем, мог именовать себя капитаном. Капитанами становились те, кто имел собственную команду, подчиняющуюся ему безоговорочно. Разумеется, авторитет и слава капитанов варьировались, как и размеры их «флотилий». Любопытно, что даже потеряв корабль или команду, пират не утратил бы звания капитана — его слава среди собратьев оставалась незыблемой.

В лагере собрались около десятка разных команд, и среди них особенно выделялась команда капитана Агара — старого пирата и убежденного приверженца традиций. Он строго следовал неписаному пиратскому кодексу чести. Если бы не успехи Грома, который умел с минимальными усилиями захватывать самые ценные трофеи, Агар считался бы самым удачливым предводителем. Его личная флотилия была самой мощной в Умбаре, а опыт командования огромен. Возможно, он был старейшим среди всех пиратов Умбара — редко кто из них доживал до сорока, тогда как Агару уже исполнилось пятьдесят.

Хотя каждая пиратская команда имела свою особенность, одна выделялась особенно ярко. Это была команда под предводительством Шани — единственной женщины-капитана в этом суровом мире наемников и пиратов.

Шани была исключением из всех правил, ведь женщины среди пиратов встречались крайне редко. Основная причина этого заключалась в глубоко укоренившихся предрассудках, согласно которым присутствие женщины на корабле приносит лишь несчастья.

Она стала капитаном совсем недавно, но море уже утратило для нее прежнее очарование. Открытые воды теперь лишь пробуждали в ней тоскливые воспоминания о Громе, ведь на протяжении пяти лет, она была его верной спутницей и любовницей. Однако после трагического инцидента, связанного с Имрахилем, Шани была уверена, что Гром погиб на глазах у Йорика — их общего знакомого, который тоже был частью команды Грома.

Эта была одна из многих причин, по которой «капитан» Шани предпочитала вести свою команду на сухопутные наемничьи задания, чем был особенно доволен ее необычный соратник по имени Дуф. Они вдвоем, хоть и были с виду совершенно разными, составляли удивительно слаженную команду, обоим по душе были сухопутные миссии.

Дуфербор — так звучало полное имя гнома, хотя он предпочитал представляться просто Дуфом. Как представитель клана Огнебородых, Дуфербор был далеко не рядовым соратником. Уроженец Синих гор, он принимал участие в легендарном походе Торина Дубощита и сражался в Битве Пяти Воинств, которая существенно изменило его взгляды на жизнь. Выбрав путь одиночного наемника, коренастый рыжебородый гном заслужил репутацию надежного и опытного бойца. Мало кто знал, что он — тот самый Дуфербор Огнебород, четырнадцатый гном из похода Торина Дубощита, ведь сам Дуф не любил говорить о своих прежних подвигах и предпочитал скрывать свое славное прошлое.

Эта черта характера прекрасно отражала его личность, поскольку Дуф предпочитал сосредотачиваться на текущих делах и избегал пустых разговоров о своих прошлых подвигах. Для него прошлые свершения имели значение лишь в личном плане и не требовали признания или восхищения со стороны других.

Таким образом, команда Шани и Дуфа состояла из небольшого отряда уникальных одиночек, которые умели действовать слаженно и эффективно. Девушка капитан, преодолевающая предрассудки и несправедливость, скрывающая множество тайн, и рыжий гном, с его богатым прошлым и репутацией опытного воина, создавали вместе непредсказуемый и необычный наемничьей дуэт.

Шани, обладавшая умением мгновенно распознавать таланты, сразу приметила способности гнома при их первой встрече. В то время, Дуф не особенно задумывался о своем будущем после каждого выполненного наемничьего задания, которые он исполнял сам. Однако, судьба привела его в столицу Умбара — древний и богатый город, открывающий множество возможностей.

Как гном, Дуф чувствовал себя не совсем в своей тарелке в таком людном месте, и его необычная внешность привлекала внимание. Это делало его жизнь в городе менее анонимной, чем ему бы хотелось. Однако именно эта внешность, в сочетании с его характером и готовностью к любым испытаниям, также привлекла внимание Шани.

В портовой таверне Умбара существовало негласное правило — все драки велись на кулаках. Дуф с удовольствием ввязался в одну из таких схваток, воспринимая её скорее, как развлечение, чем как проблему. Оказавшись в центре стычки с множеством пиратов, он без труда расправлялся с ними, попутно опрокидывая две кружки эля. Этот поединок не остался незамеченным Шани, и она была впечатлена его умением держаться в любой ситуации.

Под покровительством талантливой пиратки Шани, Дуф не только получил увлекательные и стабильные задания, но и нашел настоящего друга. Хотя их наемничья жизнь вместе длилась не так долго, она успела укрепить между ними крепкие дружеские узы. Гном и его нанимательница стали для друг друга надежной опоры и пониманием, что помогало им успешно справляться с многочисленными вызовами, которые вставали на их пути во время совместных приключений.

Теперь выполняя новый заказ, Дуф с недовольством ворчал на свою неприязнь к морским путешествиям и жарким пескам: «Эх, подруга, если бы мне пришлось выбирать между плаванием по морю и маршем по этим раскаленным пескам, я бы все же выбрал первое. А ведь ты знаешь, как я ненавижу морскую качку» — проворчал он.