Читаем Возвращение к земле онлайн бесплатно

«ВОЗВРАЩЕНИЕ К ЗЕМЛЕ»

или

«ЯЩИК ВИННЫХ БУТЫЛОК»

роман

о любви к земле, благодарности и свободе…

о том, что все мы с вами прежде всего люди…

Любимому С., моим родителям Ф. и А., моим дедушке и бабушкам, а также людям, чьи руки покрыты шершавыми мозолями…, всем ушедшим, существующим и будущим поколениям фермеров, работникам сельского хозяйства, обеспечивающих нас едой, как ни крути, без вас, мы бы давно умерли голодной смертью…

Благодарю вас, встающие засветло, работающие без воскресений и Рождества, пропускающие субботние матчи своих детей, попавшие в крепкую, неравную схватку с погодой, скользким законодательством и сочувствующими взглядами знакомых. Разумеется, кто в здравом уме, пожелает стать фермером, в современном мире это не модно. Не престижно, не круто.

Вспоминайте об этом каждый раз, когда готовите свой фотогеничный веганский салат или жарите кусок сочного стейка, обсуждая последние новости мировой паутины, мира моды, кино и конечно же политики, вспоминайте и благодарите тех людей, которые вырастили для вас овощи, которые заполнили ваш холодильник продуктами питания, ваш Instagram топовыми фото, которые зарядили ваш организм здоровьем и энергией!

Благодарим вас за каждодневный адский труд, благодаря ему мы сыты!!!

Благодаря вам мы все еще живы…

Моим учителям Jari и

Taru, а также моему четвероногому другу M"ohk"o…, вы показали мне совершенно другой мир, мир наполненный заботой, любовью к природе и животным, вы закалили мой слабый дух и укрепили тело, вы наглядно продемонстрировали, что в мире не существует плохой погоды, времен года, плохого самочувствия и прочей ерунды, если ты твердо намерен достичь своей цели. Также, с вашей помощью, я узнала, как накормить сотни животных, убрать за ними, обеспечить им комфорт, проследить за их здоровьем и при этом не сойти сума.

Теперь, я с уверенностью могу назвать цену одного стакана молока и речь совсем не о деньгах. Благодарю!

Миру

нужны

фермеры....

World

To need

Farmers…

От автора

Из «Дневника Благодарности»

«Благодарите тех, кто позаботился о вашей пище, когда вы склоняете свои головы над щедро накрытым столом по воскресеньям. Складывая руки в короткой молитве, обязательно упомяните фермера, который вырастил вам еду, он достоин этой благодарности не меньше Бога, а возможно даже больше. Ладно-ладно, они достойны поровну».

Я всегда знала, что однажды это случится. Вместе с этим, я понятия не имела, каким образом, когда именно и насколько успешно я сделаю это – напишу книгу о людях, которые ежедневно кормят человечество. О людях, которые от рассвета до заката работают не покладая рук, не разгибая спины, жертвуя свои жизни, свое здоровье, а порой и благополучие, чтобы вы могли пить воду с лимоном по утрам, чтобы ваши завтраки, обеды и ужины насыщали вас, заряжали энергией, чтобы, в конце концов, во всем мире царило изобилие и миллионы людей не умирали от голода.

В далеком 2015 году я присвоила идее будущей книги имя «Ящик винных бутылок» и она, словно осадок винного напитка, сделанного наспех, неумелым виноделом новичком, осела на самое дно моего подсознания. Время от времени, я взбалтывала содержимое и смотрела на кружащиеся частицы, понятия не имея, что со всем этим делать.

Жизнь, как это обычно бывает, подслушивала все мои желания, чтобы сплести идеальное кружево из времени, места и нужных людей для их проявления. Жизнь всегда слушает вас, даже в то время, когда вы молчите.

И вот, настал день, когда все прояснилось. Жизнь оказалась щедра и подарила мне шанс увидеть все изнутри. Так, я оказалась в самой гуще событий жизни фермера.

За окном едва ли можно было что-нибудь разглядеть из-за темноты полярной зимней ночи и танцующих хлопьев снега. В такую пору хорошо сидеть в глубоком мягком кресле, слушать треск поленьев в камине и завывания уставшего от вечных странствий ветра. Однако, если ты фермер, в такую погоду тебе придется натягивать рабочий комбинезон, резиновые сапоги на шерстяной вязанный носок и отправляться в сарай, слушать мычание горячо любимых питомцев, а также поить их, кормить, убирать за ними, следить за их здоровьем, устранять различные поломки, принимать роды.

Целых четыре года мне посчастливилось наблюдать лично за ежедневным вкладом одной семьи в сытое существование человечества. Я прошла долги путь от дурацкой глупой брезгливости и собственной важности, через непринятие, непонимание, до бесконечной, чистой, как воды северных озер, любви и благодарности.

Помните, когда вы тянетесь за гроздью глянцевых томатов в супермаркете, в ваших руках оказывается кусочек жизни человека, который их вырастил. Помните, когда вы кладете в переполненную тележку пакет свежего молока, на самом деле вы получаете гораздо больше – вы получаете великую силу духа человека, способного поднять себя с теплой постели, посреди ночи, в тридцатиградусный мороз, чтобы проверить, все ли в порядке с животными. Человека, работающего без воскресений, дней рождений и Рождества, ведь животные хотят есть и в праздники.

Сейчас, в своих руках вы держите книгу, посвящённую людям, которые трудятся не покладая рук, чтобы прокормить человечество. Мы просто обязаны выразить им благодарность за заполненные полки супермаркетов, наши завтраки, обеды и ужины. Это меньшее, что мы можем сделать.

Чтобы присоединиться к потоку благодарности, добавляйте специальный хеш-тег к своим фото с едой и продуктами питания:

#thanks_for_farmers

#thanks_for_food

#come_back_to_land

#come_back_to_land_thanks_for_farmers

#blackcattaleya_book_thanks_for_farmers, чтобы на деле продемонстрировать кормильцам человечества что мы о них помним, что мы благодарны. Они, как никто другой, этого заслуживают.

Станьте моим другом в Instagram @writerblackcattaleya, чтобы поделиться впечатлением о прочитанном, выразить свою благодарность или заявить о несогласии.

Благодарю, благодарю, благодарю!!!

«Лучшее сочетание любого продукта –

энергия природы и энергия человека,

то, что мы всегда будем любить…"

Роман, который наконец-то нашёл приют на бумаге, он больше не мечется по просторам моего разума, нанизывая на нить воспоминания, собирая, словно ягоды отрывки  прошлого, вглядываясь в туманное будущее…

Внимание! Данная книга не содержит рецензии. Будьте крайне осторожны, это может привести к тому, что в результате прочтения, у вас появиться собственное мнение. Как всегда, прошу не воспринимать прочитанное слишком серьезно. Любые совпадения совершенно случайны, да простят меня мои близкие друзья и подруги.

***

На дворе стоял поздний ноябрь. Ветер срывал листву с продрогших до корней деревьев. Их ветки отчаянно стучали в полутемные окна старого фермерского дома. Дождь барабанил по оцинкованной крыше сарая, плотно прилегавшего к задней части жилища. Джек беспокойно ходил вдоль гостиной, то и дело поглядывая на часы. Что-то громыхнуло снаружи, похоже ставня – ставни в фермерском доме были что надо – вытесанные из древесины дуба, украшенные богатой резьбой. Джек, шаркая в мягких тапках из воловьей кожи, утепленных шерстью овец, лишь бегло отметил про себя, что ему, в такой час, еще не хватает оторванной ветром ставни. Он старался не глядеть на прозрачный графин, наполовину наполненный жгучим, янтарным виски.

Джек ждал. Ожидание подчас невыносимо. Надо же Изабелле растелиться в такую ночь. Началось все с вечера. Бедняжка протяжно мычала, словно это могло облегчить родовые боли. Джек положил свежей сухой соломы, нежно погладил мокрый животный нос. Глаза Изабеллы были полны боли. Джек знал этот взгляд. Когда ты фермер, ты любишь животных всем своим сердцем, пусть в меня полетят помидоры из рук защитников прав друзей наших меньших, но спросите у любого фермера и он ответит, что без ума ото всех этих мокрых, сопливых носов.

Вечер спешно превратился в дождливую темную ночь, а Изабелла все мучилась в родовых схватках. Мучился Джек. Каждые полчаса он возвращался проверить, все ли в порядке и каждые полчаса его встречал тот же взгляд. В растопленном наспех камине плясали яркие языки пламени. Что-то кольнуло в старой фермерской груди и Джек поспешно натягивал резиновые сапоги на распухшие от ходьбы ноги, хотя прошло всего десять минут с его последней проверки. Чутье не подведешь. Он точно знал, что Изабелла произвела на свет дитя.

В полусонном сарае горели ночные лампы и Джек спешно подошел к стойлу. В дальнем углу Изабелла шершавым темно-фиолетовым языком слизывала мокроты, густую слизь родовых путей с трясущегося от холода дымчато-серого теленка. Джек улыбнулся. Природа всегда отдает предпочтение новой жизни.

– Будешь Дождем.

Подбросив утомленной корове свежего силоса, он потушил свет. Свершилось. Можно снять насквозь пропахшую смесью молока и коровьего навоза одежду, намылить тело ароматным мылом, которое он неизменно покупал у Жанны и пропустить стаканчик другой, за успешное разрешение.

Придвинув, продавленное не одним поколением Коуэлов, огромное кресло, с удобной подставкой для ног, к пылающему огню, Джек смешивал свои воспоминания с крепким напитком и они, размерено струились по выпирающим узловатым жилам.

Фермерский дом, а если быть точнее, его южное крыло, выложил собственноручно первый из Коуэлов. Его имя стерли в пыль жернова времени, однако из поколения в поколение, с некими поправками и многочисленными домыслами, передавалась вот эта история. Ее рассказывали утомленные, после вечернего доения, отцы и деды, своим чадам, пока те нетерпеливо ворочались под пуховыми одеялами и жаждали заполучить хоть немного родительского внимания.

Коуэлы занимались животноводством с давних времен, насколько они были давние никто сказать не мог, однако было принято считать, что животноводство у них в крови и все хозяйственные азы передавались каждому последующему поколению с молоком матери.

Тут Джек мог бы возразить, что ему пришлось немало потрудиться, прежде чем он мог интуитивно распознавать болезни и чуять нутром переменчивую скотину, но нужны ли нам с тобой, читатель, его возражения? Человеку легче всей душой поверить, что у других все слаживается само собой. Так проще всего списать собственное бездействие и лень, страхи и сомнения, на простое невезение, что уж тут поделать.

В тот далекий год зима стояла долгая. В горах снег лежал до колен, мороз крепчал день ото дня, держа промерзшую насквозь землю стальной хваткой. Запасы сухой травы, сложенной под хилым навесом из парусины, подходили к концу.

Первый из Коуэлов принял единственно верное решение – спуститься со стадом в долину, в поисках пропитания.

Никто никогда не задавался вопросом, как долго пришлось брести измученным голодом животным и человеку, прежде, чем они нашли свое пристанище вот на этом самом холме. Поговаривали, будто Первый из Коуэлов был настолько очарован видом, открывшимся с холма, что перестал поглядывать себе под ноги, наткнулся на скользкий, поросший мхом валун и покатился кубарем вниз.

Как любой, ограниченный в познаниях устройства мира, человек, Первый из Коуэлов посчитал это особым знаком. В минуты отчаянья, люди во все времена, ждали особых знаков. Будь то сон, приснившийся беспокойной ночью, слова цыганки, обрывками осевшие в воспалившемся разуме, простая небрежность, неосмотрительность, в результате которой мы катимся кубарем вниз.

Тот самый камень, стал первым камнем, положенным в основу будущего Коуэлов на Большой Земле.

Сейчас, в беспокойном свете пламени, перед нами грел свои старые кости Последний из Коуэлов. Однако до этого еще далеко.

Шли годы, Коуэлы сменяли друг друга, не успевал один превратиться в прах, как другой расширял дом, увеличивал стадо, устраивал сыроварню.

Женщины никогда не задерживались в фермерском доме дольше, чем требовалось. Обычно их нанимали в помощь, когда луга покрывались зеленой сочной травой и молока прибывало больше обычного. Когда трава сохла, а молоко шло на убыль, они расходились по далеким и близким деревням, думая о том, как пережить надвигающуюся зиму. Случалось, какой-то из них родить Коуэлу сына. Так продолжалось до тех пор, пока отец Джека, тридцать с лишним лет назад, не заменил ручное доение на механическое, а по прошествии еще двадцати лет на автоматическое. Девушки потеряли сезонный заработок. Джек остался без сына. В свои шестьдесят пять лет он точно знал, что он – Последний из Коуэлов.