Читаем Диссертация на тему «Партнер-социопат» онлайн бесплатно

Все началось с того, что кто-то стал присылать Снейпу письма совершенно аморального вида. Позже он узнал, что эта порно-история имеет какой-то сюжет. Он поклялся найти этого графомана, и первой подозреваемой стала его соседка и по совместительству главная героиня истории — Гермиона Грейнджер, имевшая весьма скандальную репутацию.

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Гермиона Грейнджер/Северус Снейп

Категория: Гет

Рейтинг: NC-17

Жанр: Романтика, Юмор

Размер: Миди

Статус: Закончен

События: Постканон, Снейп жив

Предупреждения: ООС

Страница произведения: https://fanfics.me/fic203294

Колючий почерк бежал из-под пера. Снейп выводил итог: неудовлетворительно. Точка. Чернильная капля упала и въелась в пергамент. Отложив последнюю домашнюю работу, Снейп посмотрел на часы. Очередное совещание, словно назойливая женщина, требовало его присутствия и внимания. Когда только Макгонагалл прекратит мучить педагогический состав Хогвартса профанациями? Стоял октябрь, второй месяц, полный бюрократической возни. Они обсуждали проекты, реализовывать которые намеревались лишь в следующем году. Спрашивается, зачем думать о них в октябре и, что самое главное, при чем тут он, Снейп? Ответа на этот вопрос он не находил.

Встав и до хруста размяв пальцы, он вздохнул и подхватил мантию и стопку писем: собрание рецензий на его новую статью, свеженькие научные журналы и приглашения на конференции. Шагая по темному коридору, Снейп решительно повторял себе, что вернется домой не спеша. Специально не спеша. Сначала покинет директорский кабинет вместе с остальными преподавателями. Затем спустится по лестнице, а если та не вовремя переместится, то подождет следующую, а не слетит, как обычно, нетерпеливой тенью. И по дороге в Хогсмид поищет поспевший дерн, который впору было сушить. Он не поддастся искушению быть первым. Ему это неважно. А значит, он не станет спешить.

Да, так он и поступит.

Студенты традиционно шарахнулись от его грозной фигуры, особенно когда Снейп поднялся на первый этаж из сумрака подземелий. Без мантии он выглядел не столь зловещим, но выражение его лица так и говорило, что настроения нет и не предвидится.

В коридоре сквозь огромные окна струился лиловый свет заката, пропитывая воздух сумрачно-розовым сиянием. Снейп стремительно рассек и его своим черным силуэтом. Неожиданно первокурсники, все как один, подбежали к одному подоконнику. Кто-то даже запищал от восторга, увидев впервые большую сову. Это был крупный непальский филин с большими черными крыльями, контрастно выделяющимися в сравнении с белым оперением туловища. Его необычно большие черные, как две капли смолы, глаза уставились на Снейпа. Восторженные ученики стали толкаться и бестолково мельтешить, разглядывая необычную птицу. Кто-то даже попытался без знания нужных отпирающих чар впустить ее.

— Мистер Уэстклифф, слезьте с подоконника, — приказал Снейп и отворил магией окно. Филин прыгнул на подоконник и, как только Снейп отвязал письмо, расправив крылья, повернулся и улетел.

— Вам нечем заняться? — спросил Снейп угрожающе тихо, оглядев толпу любопытных и дружелюбных слизеринцев. Дети выпрямились по стойке смирно и отступили. Снейп добавил письмо к пачке корреспонденции и продолжил свой путь.

Во время совещаний Северус предпочитал сидеть не за столом, а в кресле, в углу, где всегда видно, кто и чем занимается. Он любил наблюдать и не терпел слежки за самим собой. А сегодня к тому же он рассчитывал просмотреть почту, то есть совместить полезное с неприятным.

Как и всегда намеренно опоздав на полчаса, он извинился и прошествовал к своему углу. Уже смеркалось, и из окна на кресло падал приторно сиреневый свет. Поморщившись, Снейп скинул мантию на спинку и с удобством устроился, положив стопку писем на подлокотник. Октябрьский ветер проникал сквозь щели в старых деревянных рамах. По кабинету витала отрезвляющая прохлада. Несмотря на это, несколько преподавателей, с наигранным увлечением и невпопад поддакивающих Макгонагалл, казалось, готовы были заснуть в любой момент: глаза их открывались все реже, а головы понемногу клонились набок. Повестка дня — профессиональная ориентация студентов. Снейп считал вопрос излишним хотя бы потому, что в его обязанности это не входило. Тем не менее он не обделил собрание собственной персоной.

— А разве нельзя поручить проблему нашей болтливой шляпе? К чему утруждаться и плодить проекты? — Северус откинулся на спинку кресла. В дверь слабо постучали. На пороге возникла раскрасневшаяся Грейнджер с как всегда растрепанными волосами. Снейп пробарабанил пальцами по подлокотнику.

— Прощу прощения! — она просеменила к столу и с шуршанием мантии, сумки и пергаментов заняла место рядом с Макгонагалл. Как только наступила тишина, Минерва прокашлялась и заявила:

— Эти проекты необходимы школе для рейтинга. Мы можем войти в топ мировых школ волшебников.

— Серьезно? Из-за никому не нужных проектов? Не из-за Поттера и победы над Темным Лордом? — Снейп вскинул черную бровь.

— Я разделяю твое мнение, Северус. Но увы, таковы правила…

Снейп развел руками и закатил глаза. Грейнджер переспросила, и Минерва любезно начала сначала. Под ее монотонную речь Снейп с едва слышимым шелестом просмотрел корреспонденцию: поздравление со статьей, приглашения на конференции, новостная сенсация о появлении какого-то не то гения, не то шарлатана — Фреста-Кутини — и прочая ерунда. Снейпа заинтересовало последнее письмо. Оно не имело адресанта, а Северус сюрпризов не любил. Он просканировал его магией, сломал красный сургуч, извлек дешевенький пергамент и пробежался по строчкам. Затем еще раз перечитал начало. И еще. Его брови взметнулись вверх. Он неосознанно испепелял взглядом аморальные строчки, потом поймал озабоченный взгляд Грейнджер. Поймал, но не удержал. Она уже хлопала чистыми, янтарными глазами, внимая Минерве, и на щеках ее проступил легкий румянец.

Письмо виновато сложилось, и Снейп резко его стряхнул. Оно содержало невообразимый бред. Вернее, не столько не вообразимый, сколько несуразный, алогичный, не поддающийся осмыслению. Он и Грейнджер? В подземельях? И она раздевается? Он рявкает, чтобы остановить ее? На ней кружевное белье?! И это только первый абзац!

Снейп с сомнением взглянул на девушку.

— А что если разработать проект по практике, где каждый студент попробует себя в какой-то компании и по прохождению стажировки получит рекомендательное письмо, приравнивающееся к опыту работы? Может быть, незначительному, но уже опыту, необходимому при трудоустройстве! — Грейнджер продолжала тараторить и нервно мяла кончик пера. Ее волосы, до некоторой степени приличные и упорядоченные в мелкие кудри, торчали так же непослушно, как и в школьные годы. Мантия скрывала тело, и Снейп невольно мазнул взглядом по холмикам груди. Очевидно, какое-то белье она все-таки носила. Но кружево на таком синем чулке, как Грейнджер? Просто немыслимо!

Снейп вернулся к чтению, продолжил вчитываться в абзацы с бесстрастным выражением лица. Бред сумасшедшего, да и только. Оказывается, он, то есть карикатурный профессор Снейп, приобрел «свою гриффиндорскую прелесть» на аукционе содержанок, и она явилась исполнять обязательства. Ее губы дрожали, по щекам и шее шли красные пятна стыда, а в глазах — упрямая решительность (как по-гриффиндорски!). Очевидно, неопытна и по традиции липкая на неприятности. Снейп усмехнулся, и уже в следующих строчках точно так же сделал и рукописный он. Не без скепсиса Северус пробежал глазами страницу.

Итак, он сидел перед камином, пил виски. Раздражение от непослушания Грейнджер сверкало в его глазах. Поправка: «в его обсидиановых» глазах. Снейп хотел уже докопаться до бедных неповинных камней, которые бывают и бурыми, и бесцветными, но в следующем предложении взгляд выцепил возмутительный образ, и чтение пошло по накатанной.

Героиня опуса устроилась на полу, между ног героя, и «утонченными пальчиками гладила колени, бедра, царапала ноготками и неторопливо подступала к паху.

— Грейнджер, я дважды не повторяю. Убирайтесь к себе.

Она, положив ладошки на выступающий бугор, остановилась, захлопала пушистыми ресницами, глядя по-женски исподлобья. От легкого давления и приятного вида в Снейпе начало зарождаться желание. Он сделал медленный вдох».

Северус покосился на Грейнджер. Она что-то активно объясняла и далеко не элегантно размахивала руками. «Ничего они не утонченные, — подумал он, — ну если только отчасти — красивы в силу молодости». Снейп сконцентрировался на движущихся розоватых губах, но, разобрав очередной притянутый за уши аргумент, моментально вернулся к чтению.

«Их зрительный контакт становился более осязаемым. Каменело и его естество. Грейнджер не уходила. Он вновь предупреждал. Понимание, что она пришла совершенно осознанно, растопило все ледяное, что составляло его амплуа. Кровь превратилась в расплавленную лаву…

Завороженный, Снейп приоткрыл губы. Он выглядел отчужденным и будто думал, что же с ней делать. Она громко сглотнула, сжала сквозь брюки член и мизинчиком обвела головку.

Управлять мужчиной нетрудно. Гермиона обнаружила власть, пусть и недолгую, но мучительную, сладкую, томительную. Такую, от которой захватывало дух и заставляло, нет, требовало от Снейпа сделать хоть что-то! Какое-то движение, действие, которое бы создало между ними тесноту, трение. Ее пальчики так дразнили, что истома где-то внизу его живота наливалась жаркой свинцовой тяжестью.

У Снейпа перехватывало дух. А он не любил, когда кто-то нащупывал его слабые места. Снейп схватил Гермиону за шею и заставил подняться с колен. Гермиона покрылась чувственными мурашками. когда он приблизил ее голову к лицу, процедил в самые губы:

— У вас последний шанс.

В ее больших напуганных глазах было что-то, что показалось Снейпу подозрительным. Как опытный мужчина, он узнавал этот взгляд — изумление, всплеск эмоций, осознание чего-то нового…

Держа крепко за шею одной рукой, второй он скользнул к ее промежности и нащупал скромное пятнышко влаги. Шелк быстро намокает. Неужели это свойство присуще и ей? Снейп сощурился, изучая реакцию Грейнджер. Охваченная ненасытным жаром она предвкушено дрожала, но главное — следила постыдно за каждым действием и чего-то ждала. Он улавливал ее животное начало, знал, что требовалось, чтобы доставить удовольствие. Чуть надавив, он потерся пальцем, играясь с клитором через ткань. Грейнджер импульсивно сжала рукой его запястье, то ли в попытке освободить шею, то ли не позволяя этого сделать.

Краснела она возбуждающе. И подчинялась тоже… Снейп скользнул в трусики и медленно погрузился в тугое лоно средним пальцем. Грейнджер вздрогнула и засочилась».

— Засочилась?! — спросил хрипло и возмущенно Снейп. Его голос прозвучал слишком громко и еще несколько секунд звенел в ушах озадаченных коллег.

— Что-что? — Минерва скрестила руки на груди. Снейп надел маску невозмутимости, процедил извинения и недовольно вернулся к строчкам. Очевидно, писал какой-то больной графоман.

«Только их тяжелое дыхание прерывало повисшую тишину.

— Поставьте колено на кресло и обопритесь о мои плечи, — приказал он властным баритоном.

Гермиона схватилась за него некрепко, раскрываясь в новой позе. Тягучая капля смазки скатилась по пальцу на ладонь. Грейнджер всхлипнула — видимо, осознавала собственное бесстыдство. Снейп затаил дыхание и подушечкой большого пальца потер клитор, но опять остановился. Под его пристальным вниманием Грейнджер подумалось, что она на каком-то экзамене. Снейп ждал. Неудовлетворение нарастало в ней. На коже вспыхнули мурашки. Сглотнув, она задвигала бедрами, задавая темп.