Читаем Стихотворения онлайн бесплатно

<p>Балинт Балашши</p><p>Стихотворения</p>

Портрет

(единственный сохранившийся)

Балинта Балашши

Издание подготовили:

Н.И. БАЛАШОВ, Ю.П. ГУСЕВ, И. ХОРВАТ

<p><strong>ОТ РЕДКОЛЛЕГИИ</strong></p>

В октябре 2004 г. исполнилось 450 лет со дня рождения великого венгерского поэта Балинта Балашши.

Видится некое яркое доказательство силы и жизнеспособности венгерского языка, венгерской культуры, венгерского духа в том, что именно в XVI в., когда Венгрия как государство едва не перестала существовать, разодранная между Османской империей и империей Габсбургов, появляется венгерский поэт такого масштаба. Балинт Балашши — первый в Венгрии и один из первых и немногих в Центральной Европе, кто столь рано создал поэзию в современном смысле этого слова. Он вобрал лучшие традиции фольклора, не только венгерского, но и, например, польского, румынского, сербского, хорватского, даже, как это ни парадоксально на первый взгляд, турецкого, — и обогатил свое мастерство опытом едва ли не всей Европы (в поэзии Балашши находят свидетельства влияния и античной поэзии, и неолатинских поэтов, и итальянских ренессансных поэтов, прежде всего Петрарки).

Творчество Балашши — не плод уединенного труда за письменным столом. Свою недолгую жизнь он провел в походах и сражениях; он и погиб как солдат, от турецкого ядра, при осаде захваченного турками крепости-города Эстергома.

Бог, любовь, ратные подвиги во имя родины — эти три центра тяготения и вдохновения сформировали поэзию Балашши, довольно четко деля ее на три тематических цикла. Еще при жизни он задумал собрать свои стихотворения в одну книгу, построенную (как у Данте) на троичном принципе: три части по 33 стихотворения плюс одно как вступление. Работу эту он завершить не успел; однако и в таком, не до конца упорядоченном виде его поэтическое наследие поражает своей стройностью.

Редакционная коллегия серии «Литературные памятники» Российской Академии наук рада представить читателю эту книгу, которая представляет собой полное собрание поэтических произведений Балинта Балашши, целиком не переведенное за минувшие четыре века ни на один иностранный язык. Думаю, не ошибусь, сказав, что такое издание Балашши не на венгерском языке пока что осуществлено именно у нас, в России.

Работа над этой книгой началась довольно давно, прерываясь из-за разного рода несчастных обстоятельств, как объективного, так и субъективного характера. В свое время к ней имели отношение такие знаменитые переводчики, как А.А. Штернберг и Е.В. Витковский.

Из венгерских коллег необходимо поблагодарить тех, кто помогал нам в подготовке этой книги: прежде всего И. Хорвата, профессора Будапештского университета им. Л. Этвеша, а также П. Кесёги, Г. Сентмартони Сабо и А. Паради.

Мы пользуемся случаем напомнить, что и в трудные годы венгерско-советских отношений венгерские ученые-гуманитарии способствовали нормализации конструктивного сотрудничества между учеными Западной и Восточной Европы. Они были инициаторами первых приглашений российских филологов на международные научные мероприятия.

Не могу не вспомнить теплым словом венгерских коллег: Иштвана Шётера, Тибора Кланицаи, Михая Сабольчи, Дёрдя Михая Вайду, Белу Кёпеци, Дёрдя Боднара, которые, среди прочего, помогли нашим специалистам вступить в Международную Ассоциацию по сравнительному литературоведению (AILC).

Мы благодарны нынешнему директору Института литературоведения Венгерской Академии наук профессору Ласло Сёрени за память о ярких страницах нашего сотрудничества, совместном издании книг и журналов, а также за его готовность продолжить эту благородную традицию.

Пускай этот том, посвященный поэзии великого Балинта Балашши, станет свидетельством и вехой нашего продолжающегося научного сотрудничества.

Н.И. Балашов, академик РАН, д-р honoris causa

Парижского университета X (Нантерр)

<p><strong>A SZERKESZTŐBIZOTTSÁGTÓL</strong></p>

Nem régen, 2004 októberében, 450 éve telt el Balassi Bálint, nagy magyar költő születése óta.

A magyar nyelv, magyar kultúra, magyar szellem erejének és életképességének afféle impozáns bizonyítéka látszik abban, hogy éppen а XVI. században, amikor Magyarország mint állam, szétmarcangolva az Oszmán birodalom és a Gabsburg-birodalom között, majdnem megszünt létezni, megjelenik egy ilyen formátumú magyar költő. Balassi Bálint: első Magyarországon és egyik a legelsők és kevésszámúak Közép-Európában, akik már ilyen korán megalkották a mai értelemben vett költészetet. A népköltészet — nemcsak magyar, hanem, például, lengyel, román, szerb, horvát, sőt, első látásra paradox módon, még török népköltészet is — legjobb hagyományait elsajátiítva, Balassi gazdagította költői mesterségét majdnem egesz Európa tapasztalatával: a költészetében megtalálhatók az antik költészet, a neolatin, az olasz renesszánsz költők, legelsősorban Petrarca — hatásának nyomai

Balassi költészete: nem magányos szorgalmas, az íróasztal mögötti munka gyümölcse. Rövid életét hadjáratokban és ütközetekben töltötte; úgy is esett el, mint katona, a törökök által elfoglalt Esztergom ostromában.

Isten, szerelem, hősi harc a hazáért: ez a három vonzási és ihletési centrum alakította meg Balassi költészetét, eléggé világosan három tematikai ciklusra megosztva azt. Még az életében egy könyvbe össze szándékozta gyűjteni verseit, egy könyvbe, amely a hármas elvre alapulna: háromszor 33 plusz 1 bevezető vers. Nem tudta ezt a munkát befejezni; de a «csonka» alakban is az életműve hatalmasan karcsúnak néz ki, és nem csak a magyarok szemében.

Az Oroszországi Tudományos Akadémia «Literatumije Pamjatniki» c. könyvsorozatának szerkesztő bizottsága örömmel ajánlja az olvasók figyelmébe ezt a könyvet, amely Balassi Bálint összes verseit tartamazza. Azt hiszem, nem tévedek, ha azt mondom, hogy az ilyen kiadás — nem magyar nyelven — eddig egyedül nálunk, Oroszországban valósult meg.

Erre a kiadásra irányuló munka elég régen kezdődött el, de szerencsétlen, objektív és szubjektív körümények miatt többször félbeszakadt. Annak idején olyan híres műfordítók foglalkoztak vele, mint A. Sternberg és J. Vitkovszkij.

A magyar kollegáink közül szükségesnek látszik megköszönni értékes segítséguket elsősorban Horváth Ivánnak, ELTE professzorának, valamint Köszegi Péternek, Szentmartoni Szabó Gézának és Parádi Andreának.

Kihasználva az alkalmat, szeretném megemlíteni, hogy a magyar-szovjet viszonyok nehéz éveiben is a magyar tudós humanitáriusok hozzájárultak a Nyugat-és Kelet-Eufopa közötti konstruktív viszonyok helyreállításához. Ok kezdeményzték, hogy az oroszországi tudósok meg lettek híva nemzetközi tudományos rendezvényekre.

Nem tudom melegség nélkül visszaemlékezni a drága magyar kollegákra: Sőtér Istvánra, Klaniczay Tiborra, Szabolcsi Miklósra, Vajda György Mihályra, Köpeczi Bélára, Bodnár Györgyre, akik többek között sokat tettek annak érdekében, hogy a tudósaink részt vegyenek az AILC tevékenységében.

Hálásan gondolunk professzor Szörényi László, az MTA Irodalomtudományi Intézet mai igazgatójára is, aki emlékszik az együttmüködésünk élénk lapjaira, folyóiratok és könyvek együttes kiadására, és aki kész tovább felyleszteni ezt a nemes hagyományt.

Hadd legyen ez a kötet, amely Balassi Bálint költeszetét tartalmazza, a folytatódó tudományos együttmüködésünk tanúbizonysága és mérföldköve.

N.I. Balasov akadémikus,

A Parizsi egyetem X. (Nanterre) honoris causa doktora

<p><strong>БАЛИНТ БАЛАШШИ</strong></p><p><strong>СТИХОТВОРЕНИЯ</strong></p>Ниже следуют разные любовные песниБАЛИНТА БАЛАШШИ,а среди оных несколько восхвалений Господу и песен о воинской жизни

Песни же эти слово в слово переписаны из собственноручной книги его. Огрехов тут случается мало. Те же, что есть, от того происходят, что почерк Балашши для чтения весьма труден. При каждой песне особо сказано им, когда, о чем и о ком она писана, а также мелодия. Кто ради того наслаждается ими, тот отсюда может по-настоящему научиться, как любить любимую и как ее умолять, коли неприветлива она и гневается на него. Но не каждого так распаляет огонь любви, как его[1].

<p><strong>СТИХОТВОРЕНИЯ</strong></p><p><strong>ПЕРВОЕ</strong></p><p><strong>Aenigma</strong><a l:href="#n2" type="note">[2]</a></p>На мелодию хорватской цветочной песниТем, что намедни видел я,Поражена душа моя.Поймешь ли ты, любимая,О чем история сия?Был тих и ласков летний день,Лишь облаков скользила теньПо небесам, а по водеСкользила пара лебедей.Друг к другу шеи наклонив,Влюбленно взор соединив,Плывут, и ход прекрасный ихНетороплив и горделив.С улыбкой тихой на устахСмотрел я, в стремени привстав.Вдруг коршун, крылья распластав,Из облаков упал стремглав.Исчадье черных адских сил,Лебедушку он ухватил,Терзал ей шею и когтил,И клюв кривой ей в грудь вонзил.А друг ее, поняв в тот миг,Сколь страшный рок его постиг,Издал прощальный скорбный крикИ горько головой поник.[3]Когда, безжалостна и зла,Судьба подругу отняла,Ему и воля не мила —Скорей, скорей бы смерть пришла!(Ю. Гусев)<p><strong>ВТОРОЕ</strong><a l:href="#n4" type="note">[4]</a></p><p><strong>На имя Кристины</strong><a l:href="#n5" type="note">[5]</a></p>На мелодию песни Лукреции[6]Капризный Купидон в груди моей огоньковарно разжигает,Прекрасный образ той, что отняла покой,упорно мне являет,Любимой имя мне, как стражник на стене,он громко повторяет.Расстаться не могу и в сердце берегуя каждый взгляд и слово,Их на лету ловлю и вспоминать люблю,что ни мгновенье, снова,Так поле в летний зной насытиться водойбез устали готово.И надо ль говорить: другим любовь даритьсмогу теперь едва ли.Ведь стрелы глаз ее, как острое копье,мне в грудь давно попали,Те раны, знаю я, источник для меняи счастья, и печали.Сильней всего гнетет меня среди забот,что встречи наши редки.Коль нет ее со мной, мне и простор степнойтеснее мрачной клетки.А коль увижу я, поет душа моя,как соловей на ветке.Туда меня влечет, где милая живет,оттуда жду письма я.А получив письмо, воспряну от него,как сад под солнцем мая,Как пленник, что в тюрьме решетку на окнев конце концов сломает.И потому еще я вечный раб ее,что, пусть того не зная,Она меня спасла от страсти, что жилав душе, меня терзая,Былая та любовь не возвратится вновь,как лихорадка злая.Недавно, как намек, она свой перстенекв подарок мне прислала.Искрящимся огнем горят, горят на немалмазных два кристалла:В них — надо ль говорить? — судьбы я вижу нить,что с нею нас связала.Ах, нежный этот знак я мог понять лишь так,лишь так, и не иначе;И ей в ответ послал все то, чем обладали дорожил тем паче:Все, что в душе таю: и жизнь, и смерть мою,и дерзость, и удачу.Прими же этот дар и усмири пожар,что сердце мне сжигает!О, нежностью своей огонь в груди моейзалей, меня спасая,Чертогом стань моим, что в стуже долгих зимлюбовью согревает.Забуду беды я и радость бытияизведаю сторицей,И буду как цветок, когда подходит срок,цвести и веселиться,Как птица, воспарю и в песне воспоюту, что ночами снится.(Ю. Гусев)<p><strong>ТРЕТЬЕ</strong></p>На мелодию песни «Палко»[7]

Похожие книги