Читаем Рука на спусковом крючке онлайн бесплатно

РУКА НА СПУСКОВОМ КРЮЧКЕ

Глава 1 I, I can’t lie I’m scared to open my eyes ‘Cause what if I find Nothin’ at all, nothin’ at all? What is the point Of my lips if they don’t make noise? What is the point of doin’ nothin’ at all? Watchin’ it fall Swan Song, Dua Lipa Говорят, трагические события отпечатываются в памяти надолго, но Алексия помнила лишь то, что происходило до того, как она нашла родителей убитыми. Она возвращалась с вечеринки своей школьной приятельницы Вайолет — прошлой ночью они отмечали День Независимости. Алексия помнила, как тепло было тем утром и во что она была одета. Помнила, как недалеко от дома столкнулась с Эрнандо — своим соседом и другом детства. В мельчайших деталях смогла бы описать, как он выглядел и какой была его улыбка, когда он ее заметил. Но все, что происходило потом, ускользало из памяти словно песок сквозь пальцы. Эрнандо распахнул руки, приглашая себя обнять, но Алексия, усмехнувшись, лишь покачала головой и прошла мимо. Его улыбка, впрочем, не померкла: он знал, что она так поступит, ведь это была их дежурная шутка. Они поравнялись и направились к дому вместе. Несмотря на то, что Эрнандо был старше на три года, они с Алексией прекрасно ладили. Их дружба длилась много лет, и она ничего от него не скрывала. Он был свидетелем ее любовных драм и ссор с подругами, всегда был готов дать совет и однажды даже подрался с парнем из средней школы, посмевшим ее обидеть. — С работы идешь? — спросила она, сбавляя шаг. Эрнандо предпочитал ходить медленно и расслабленно, и, хотя Алексии это не нравилось, она всегда подстраивалась под его темп. — Не, сунулся на одну вечеринку, но господа предпочли алкоголь, и через час я свалил. У одного из наших нашлась лодка, так что взяли пива и поехали на Мичиган. Смотреть на фейерверки с озера — совсем не то, что с крыши, я тебе скажу. Эрнандо торговал наркотиками, и Алексии это не нравилось: она беспокоилась, что он подсядет сам или угодит в тюрьму, но за те два года, что он этим занимался, ничего плохого пока не случилось. О моральной стороне вопроса они не говорили: она знала, что Эрнандо занялся этим после смерти отца из-за денег. Они с матерью остались вдвоем и все еще выплачивали ипотеку. — А мы так веселились, что чуть все не пропустили, — призналась Алексия. — Выбежали на улицу, когда уже вовсю стреляли. — Снова у Вайолет была? Мама с папой разрешают гулять всю ночь? — Брось, мне уже шестнадцать, и я ни разу не заставила их волноваться. Они знают Вай и ее родителей. К тому же сейчас каникулы и День Независимости. И я не обязана перед тобой отчитываться. — Я просто спросил, не кипятись, — ответил Эрнандо примирительно. — Какая-то ты хмурая, случилось чего? Алексия вздохнула. — Помнишь Тайлера? Ну, который… — …бросил тебя, как только затащил в постель? — продолжил Эрнандо вместо нее. — Кто ж этого ублюдка забудет. Алексия поморщилась. Вспоминать ту историю было неприятно. Она влюбилась в Тайлера так сильно, что он легко уговорил ее на секс. Он стал ее первым, а затем растрепал об этом друзьям, а те разнесли новость по школе. Но задевало не это — в конце концов, сплетничать о том, кто с кем спит, интересно лишь первые несколько дней, так что о новости вскоре забыли. Гораздо обиднее было расстаться с Тайлером спустя всего неделю после произошедшего. Это разбило ей сердце. Эрнандо очень поддержал ее тогда. — А Аманду помнишь? Мы дружили со средней школы. — Блондинку? Давненько ты ее не вспоминала. — Эрнандо остановился, пораженный внезапной догадкой. — Стоп, погоди… Я вспомнил: она же тоже по ублюдку страдала. Неужто они теперь встречаются? Только не говори, что тебя это расстроило. — Ну конечно расстроило. — Неужели до сих пор по нему сохнешь? Алексия замешкалась с ответом. — Не знаю. Может, просто бешусь, что Аманда меня обошла. Или что, раз они теперь вместе, нашей дружбе точно конец. Мы перестали общаться именно из-за Тайлера, хотя дружили со средней школы. Ближе нее подруг у меня нет. — Погоди, а Вайолет что, не подруга? — Подруга, но не близкая. Мы хорошо общаемся, но у нее свой круг друзей. — Да и черт с ней тогда, — попытался успокоить ее Эрнандо. — Зачем вообще переживать о школьной дружбе? Выпустишься и забудешь обо всех, тоже мне будущие конгрессмены. У тебя лажовая школа, было бы о ком сожалеть. И кто сказал, что у твоей бывшей подружки с ублюдком всерьез? Затащит и ее в постель, а потом бросит, делов-то. Может, на фоне общих разочарований снова подружитесь. Хотя ты говорила, вы и до этого стали реже общаться. — Да, после того как ее приняли в школьную команду по волейболу, мы почти перестали проводить время вместе. А в начале весны выяснилось, что ей тоже нравится Тайлер, и… Алексия не договорила, почувствовав ком в горле. Эрнандо закатил глаза. — Не понимаю, нафига нужна такая дружба, раз подружка-аж-со-средней-школы не только не поддержала, когда ублюдок тебя бросил, но и сама с ним спуталась. Она что, совсем идиотка? Зачем тебе такие тупые подруги? Дружи лучше со мной — я классный и не сплю с кем попало. Алексия улыбнулась. Эрнандо всегда умел поднимать ей настроение, вот и теперь благодаря этому разговору ее грусть немного отступила. Когда они входили в подъезд, она чувствовала себя значительно лучше. — Зря отказалась, когда предлагал ему вломить. — Брось, тебе только проблем с полицией не хватает. Сам знаешь, как они относятся к мексиканцам. — У нас с мамой американское гражданство, а копы в основном нелегалов прессуют, — отмахнулся Эрнандо. — И вообще, у меня есть связи: если захочешь проучить ублюдка — помогу обставить все так, что никто никогда не догадается о нашей причастности. Алексия усмехнулась. Эрнандо опасным не выглядел и, хотя однажды полез ради нее в драку, драчуном не был. Она не знала, были ли у него и в самом деле связи или же он просто пытался ее впечатлить, но если когда-нибудь и захочет проучить Тайлера, то Эрнандо в это посвящать точно не станет. Он и без нее часто влипал в переделки и участвовал в сомнительных делах. Одна его работа чего стоила. Они жили на последнем этаже трехэтажного дома. Лифта не было, и приходилось подниматься по лестнице. Дом находился в Восточном Гарфилд-парке — не самом благополучном районе Чикаго, хоть население и было преимущественно белым. Алексия не ощущала себя здесь в опасности: конфликты криминальных группировок оставались внутренними и не затрагивали обычных жителей. Она знала, что некоторые ребята из ее школы вступали в различные банды. Этим чаще всего промышляли парни из неблагополучных семей, и в школе таких хватало. Эрнандо остановился у двери своей квартиры, а Алексия, кивнув ему на прощание, пошла дальше по коридору к себе. Она услышала недовольное ворчание Клаудии, матери Эрнандо. Слов было не разобрать — та ругалась на испанском и, судя по тону, была чем-то рассержена. Клаудия работала санитаркой в госпитале неподалеку и часто соглашалась на дополнительные смены, чтобы хватало на ипотеку и повседневные расходы. Эрнандо помогал, и она не спрашивала, откуда он брал деньги, хотя наверняка догадывалась. Нужда и ее заставила забыть о морали. Алексия достала ключи и попыталась отпереть дверь, но замок не поддался. Она надавила на дверную ручку и только теперь поняла, что дверь была не заперта. Это ее насторожило. Недавно в одном из соседних домов произошло ограбление, но такое в их районе случалось редко. Возможно, кто-то из родителей просто не запер дверь, уходя на работу? Отец бывал рассеян и мог забыть закрыть окно в машине. Просто чудо, что ее до сих пор не угнали. Алексия открыла дверь и шагнула в квартиру. Из гостиной доносился звук работающего телевизора, и это показалось странным, ведь родители в это время должны были быть на работе. — Мам? Пап? — позвала она, но ответа не последовало. Бросив сумку у входа и оставив дверь приоткрытой, Алексия прошла в гостиную. На ковре у дивана, стоящего к ней спинкой, она заметила странное пятно. Подойдя ближе, она увидела кровавое озеро. Говорят, трагические события отпечатываются в памяти надолго, но Алексия не помнила, что происходило дальше. Возможно, она потеряла сознание, а может ее мозг просто подавил эти воспоминания. Позже она узнала, что именно Эрнандо услышал ее крик и первым примчался на помощь. Она помнила лишь, как он крикнул: «Мама, вызывай копов!» и попытался вывести ее в коридор. Полиция приехала быстро. Что они делали, Алексия не видела — она сидела на кухне в квартире Эрнандо и первое время могла лишь плакать. Эрнандо сидел рядом, пытаясь ее утешить, но в этот раз его слова не облегчали боль. Спустя некоторое время она смогла успокоиться сама. — Будешь кофе? — спросил Эрнандо заботливо. Алексия покачала головой. Сейчас она не смогла бы проглотить и маковое семечко. Из-за входной двери доносились приглушенные голоса соседей, но Алексия не смогла разобрать ни слова. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула через рот. Тело сковывали спазмы, и даже дышать было больно. Она с трудом сдержала вновь подступившие слезы и тихо спросила: — Что теперь со мной будет? — Не знаю, — пожал плечами Эрнандо. — Слышал, копы ждут кого-то из CPS — без них тебя не имеют права опрашивать, ты несовершеннолетняя. Потом, наверное, определят во временную семью или типа того. Мама пытается договориться, чтобы тебе позволили остаться у нас. Отдам тебе свою комнату, все равно дома почти не ночую, а если заночую — лягу на диван в гостиной, это не проблема. Но опеку оформить вряд ли выйдет: мы по финансам не пройдем, у меня ж заработок неофициальный, и копам о нем лучше не знать. — Ясно. Спасибо вам с Клаудией. — Да брось, это самое малое, что мы можем для тебя сейчас сделать. Эрнандо присел рядом на корточки и взял ее за руку. Алексия попыталась улыбнуться, но ничего не вышло. К горлу подступил ком, и она потянулась за очередной бумажной салфеткой. — У тебя ж вроде были родственники? Может, пристроят к своим, чтобы не пришлось идти в чужую семью? — Со стороны мамы я никого не знаю, она же иммигрантка из Польши, уехала двадцать лет назад. Но даже если кто-то из ее семьи и готов меня принять, думаешь, иностранцам позволят оформить опеку? Ну, а про Синтию ты и сам знаешь… Синтия, бабушка Алексии по отцовской линии, жила в Спрингфилде и умела превращать жизни других людей в ад своей сварливостью и тотальным отсутствием эмпатии. Из-за этого два года назад отец окончательно с ней разругался, чему Алексия была лишь рада — больше не приходилось ездить в Спрингфилд на праздники. Эти поездки всегда навевали тоску, ведь друзей у Алексии там не было, зато у Синтии была возможность донимать всех придирками. — Да, но, может, лучше к ней, чем в левую семью? — Будь у меня выбор, я бы предпочла приемную семью. Я рассказывала, как однажды она застукала меня у холодильника и прочла длинную лекцию о том, что я слишком много ем и скоро так располнею, что на меня не взглянет ни один мальчик? Мне было двенадцать! И я не была толстой! Но после этого полезла в интернет, чтобы узнать, как есть и не толстеть, и вычитала классный совет о том, что нужно просто выблевывать съеденное. — Надеюсь, ты не стала этого делать? — Попробовала, и, к счастью, метод мне не понравился, так что я решила просто послать Синтию к черту. Но представь, если бы у меня была склонность к булимии? — Жесть… Я, конечно, знал, что ты ее не выносишь, но такого ты мне раньше не рассказывала. — Она просто шизанутая, — вздохнула Алексия. — Мама однажды призналась, что до развода Синтия была еще ничего, а потом у нее снесло крышу: зациклилась на личной жизни и внешности, постоянно сидела на диетах, безуспешно искала нового мужа. Хорошо хоть ни один мужчина в процессе этих поисков не пострадал — они быстро испарялись, узнав, какой у нее тяжелый характер. Постоянно ко мне придиралась: то я толстая, то страшная, потому что не крашусь — в четырнадцать лет, Нандо! — то огрызаюсь, а должна быть милой, чтобы нравиться мальчикам. Как ярая республиканка, терпеть не могла маму и мигрантов в целом и всегда считала, что мама вышла замуж за папу ради гражданства. — И твой отец никак это не пресекал? — Пытался. Говорил с ней, она обещала исправиться, но спустя какое-то время снова начинала выносить мне и маме мозг. Когда они с дедушкой развелись, папа чувствовал себя обязанным ее поддерживать, ведь Синтия осталась одна, поэтому так долго терпел ее выходки. Но два года назад его терпение лопнуло. Удивительно, но злость на бабушку на некоторое время вытеснила боль от потери родителей, и Алексии стало немного легче. Возможно, через гнев она сумела хоть как-то выплеснуть эмоции, отравлявшие ее изнутри. — А дед? Не помню, чтобы ты его упоминала, но, может, он заберет тебя к себе? — Вряд ли. Понятия не имею, где он, никогда его не видела. Они с Синтией развелись незадолго до моего рождения. Может, он уже давно помер. — Мда, паршиво. Ну ладно, не волнуйся, у тебя есть я, и я тебя не брошу, — решительно заявил Эрнандо. — Тебе когда восемнадцать, в следующем году? — Через полтора года, в марте. — Полтора года пролетят быстро, а там снимем хату и найдем тебе работу. Не дрейфь. Если направят в новую семью, попробуем договориться, может, будут отпускать тебя к нам на выходные. Мысли о будущем вызвали лишь новые спазмы в груди. Алексии совсем не хотелось думать о том, как сильно изменится ее жизнь в ближайшее время. — Хорошо хоть каникулы, — пробормотала она. — Не представляю, как бы справлялась еще и с учебой. — Прости, щас будет тупой комментарий, но зато ты больше не переживаешь из-за ублюдка. Алексия выдавила горький смешок. В свете нынешних событий ее любовные переживания казались теперь такими глупыми. Полиция разъехалась ближе к вечеру. Прибыла сотрудница опеки и пообещала, что Алексии будет оказана любая помощь, а также долго затирала о каких-то льготах и социальной поддержке, однако Алексия не запомнила ничего из сказанного — от напряжения и недосыпа ее голова раскалывалась на части, и она была не готова воспринимать информацию. Полиция связалась с Синтией, и та оставила кучу сообщений на автоответчике мобильного Алексии, но она удалила их, так и не прослушав. Наконец, полицейским позволили задать ей несколько вопросов, но она мало чем смогла им помочь: Алексия ушла из дома около семи вечера и с родителями не связывалась. Они не собирались никуда уходить и не ждали гостей, и у нее не было ни малейшего понятия, у кого мог быть мотив их убить. После полицейских с ней говорил психолог. Это был, пожалуй, самый ценный разговор за день, и после него Алексия почувствовала себя немного лучше. По крайней мере, слезы ушли. Но пустота внутри никуда не делась. — Наконец-то разъехались, — вздохнула Клаудия облегченно, вернувшись в квартиру. — Столько бумаг пришлось подписать, просто кошмар, зато теперь ты с нами официально, дорогая, можешь не переживать. Вот документы о временной опеке. Я отнесла твои вещи в комнату Эрнандо — можешь располагаться там. Hijo, помоги ей. — Конечно, идем, — кивнул Эрнандо. — Спасибо, — ответила Алексия, стараясь взглядом выразить всю свою благодарность Клаудии и Эрнандо. Хотя бы сегодня она могла ночевать в доме, где ее много лет знали и поддерживали. Жаль, что она не могла остаться с ними до совершеннолетия. Алексия бывала в комнате Эрнандо множество раз и хорошо знала, где что лежало, так что не нуждалась в особых представлениях. Она забралась на кровать с ногами и прижала подушку к груди. Эрнандо уселся в компьютерное кресло напротив. — Расскажи все, что узнал, — попросила Алексия. Все это время Эрнандо старался не сообщать новостей, чтобы лишний раз ее не ранить, но после разговора с психологом она почувствовала, что готова узнать больше. Эрнандо тяжко вздохнул. Было видно, что он не горел желанием рассказывать, но и отказать ей в просьбе тоже не мог. — Не знаю, обрадуешься или нет, но, если б не вечеринка Вайолет, тебя, скорее всего, тоже бы грохнули. Судя по всему, твоих родителей убили прошлым вечером, точное время неизвестно, но, вероятней всего, в районе девяти вечера — во время фейерверков, так как в остальное время никто из соседей ничего не слышал. Стены тонкие, глушитель гасит звук не полностью, кто-то наверняка бы обратил внимание. Твоего отца нашли в гостиной, мать — в спальне. Стрелял явно профи: всего четыре выстрела, по два на человека, в грудь и голову, четко, без промахов. Явно заказное убийство. Отпечатков нет, даже гильзы с собой забрал. Оружие, скорее всего, незарегистрированное. Алексия пожалела, что задала вопрос. Ее стало мутить при мысли о том, что кто-то дождался начала фейерверков, пробрался в квартиру и убил ее родителей так хладнокровно и четко, будто делал это сотни раз, а затем собрал гильзы и спокойно ушел, не вызвав ни у кого подозрений. — Не представляю, кому могла помешать моя семья, — пробормотала она. — Мы ведь не миллионеры, не бизнесмены… папа — обычный клерк в банке, мама вообще занималась волонтерством. Заказное убийство ведь не пару тысяч стоит, верно? — Зависит от того, кто берется за выполнение. Тут работал профи, так что минимум пара десятков тысяч. Но и не миллион. Найти исполнителя в Чикаго не проблема. Алексия ненадолго задумалась, прежде чем произнести: — Если бы можно было как-то выяснить, кому это могло понадобиться… не пожалела бы никаких денег. Как думаешь, полиция справится? Эрнандо горько усмехнулся. — Даже если копы каким-то чудом выйдут на нужного человека, их тут же заткнут. Я много чего повидал и не особо верю в нашу полицию. Криминальный бизнес поделен, у них повсюду связи. Надежда разве что на то, что убийцей был какой-нибудь наркоман, согласившийся пойти на дело за ствол и дозу, но я уже говорил — стрелял профи, не оставил ни отпечатков, ни улик. Кто-то явно не пожалел денег. Если кто и сможет помочь, то только какой-нибудь инсайдер. — Инсайдер? — Да, тот, кто знает людей, организовывающих заказные убийства, или сам таким промышляет. Может, кто-то сольет имя заказчика за хорошие деньги или поможет найти исполнителя, стреляющего из такого оружия, вдруг там что-то редкое. Копы наверняка сделают баллистическую экспертизу, и тогда можно попробовать найти виновного через иные каналы. Хотя без гильз будет сложновато. — Как найти инсайдера? Эрнандо, до этого беспокойно крутившийся в кресле, остановился и откинулся на спинку с обреченным стоном. — Алекс, прошу тебя, не лезь в это! Если привлечешь внимание, киллер вернется уже за тобой. Мы не знаем, насколько серьезные люди за этим стоят. — Ты знаешь, как выйти на инсайдера, — заявила Алексия уверенно. Это был не вопрос. — Сам упоминал о связях. Или соврал? Или, может, испугался? — Не соврал. Я действительно кое с кем знаком. И за себя не боюсь — я порядки знаю. А вот за тебя — да. Влезешь куда не следует, и вытащить тебя я уже не смогу. И что тогда прикажешь делать? — Тогда помоги, раз знаешь порядки. — Тебе все равно нечем заплатить, — вздохнул Эрнандо. — Ты, конечно, молодая и симпатичная, но, уж извини, не настолько, чтобы секс с тобой заинтересовал кого-то из инсайдеров. Их там такие девочки обслуживают, на тебя и не взглянут, а девственность ты уже потратила. Извини за прямоту, но это факт. Алексия считала себя симпатичной, но неудача с Тайлером сильно ударила по ее самооценке. Особенно больно было от мысли, что ее променяли на лучшую подругу. Возможно, она не так уж сильно уступала Аманде по красоте, но та умела преподнести себя, и это привлекало парней. Если бы Алексия владела тем же искусством, то, возможно, смогла бы удержать Тайлера дольше, чем на одну ночь. Или вызвать интерес у инсайдера. — Ладно, — вздохнул Эрнандо, заметив, как она приуныла. — Давай так: я ничего не обещаю, но у меня есть кое-кто на примете. — Алексия тут же оживилась, и Эрнандо выставил руки ладонями вперед, предупреждая: — Не-не, никаких гарантий. Просто поговорю с одним человеком, и все. Идет? — Конечно! Спасибо, Нандо! — Пока не за что. Ложись спать и постарайся ни о чем не думать, утром обсудим. Мама скоро уйдет на смену, так что если станет страшно одной — звони, и я мигом буду тут. Алексия была уверена, что из-за пережитого стресса не сможет уснуть, но бессонная ночь накануне сделала свое дело, и она мгновенно вырубилась, проспав до позднего утра. В душе теплилась крохотная, наивная надежда, что все это ей просто приснилось. Она хотела откатить время назад, вернуть тот день, когда все было хорошо и родители были живы. Алексия корила себя за то, что воспринимала те мгновения как должное, не замечала их хрупкости, и теперь сгорала от желания вернуть их обратно, хоть и знала, что это было невозможно. Она не хотела принимать новую реальность, не хотела отпускать прошлое, и ее злило, что всем вокруг было плевать на то, что ее жизнь безвозвратно изменилась. Мир продолжал двигаться дальше как ни в чем не бывало, не замечая ее боли, и это было невыносимо. Клаудия уже вернулась со смены и приготовила завтрак. Аппетита не было, и Алексия едва притронулась к еде. Пришло сообщение от Вайолет. Новость об убийстве родителей каким-то образом дошла до школьных друзей и распространилась как пожар в жаркий день. Вайолет оказалась не единственной, кто написал и поинтересовался, как Алексия себя чувствовала — было еще несколько девчонок и пара парней, с которыми она неплохо общалась. Они не были друзьями, скорее просто хорошими знакомыми, и, тем не менее, эти сообщения ее порадовали. Несмотря на горе и шок, она чувствовала поддержку окружающих, и это странным образом приносило утешение. В ожидании возвращения Эрнандо Алексия пыталась отвлечь себя от круговорота мыслей чтением. В его комнате книг не было — только комиксы, а у Клаудии нашлись лишь медицинские журналы. Возвращаться в родительскую квартиру пока было нельзя, так что Алексия зашла на Amazon, чтобы посмотреть, какие из отложенных книг были доступны в электронной версии. Она предпочитала бумажные книги, но в данный момент была согласна и на цифровой вариант. К аккаунту была привязана кредитная карта отца, и оплата прошла успешно. «Банки пока не знают, — подумала Алексия с горечью. — Интересно, как скоро заблокируют их карты? Надеюсь, эту покупку не сочтут мошенничеством». Она не знала, на что будет жить. У нее оставалось немного наличности, но этого не хватило бы на то, чтобы себя прокормить. «Надо было внимательнее слушать ту женщину из опеки», — укорила она себя мысленно. Эрнандо вернулся после обеда, и они с Алексией тут же уединились в его комнате. Судя по выражению его лица, новости были, иначе он сразу бы сказал, что ничего не вышло, однако приступать к рассказу почему-то не спешил. — Не тяни резину, — потребовала Алексия, не выдержав молчания. — Ладно, — заговорил наконец Эрнандо уставшим тоном. — Я общался со своим координатором, Рики. Он поставляет мне товар. — Алексия понимающе кивнула. — Он мой кореш, поэтому в качестве исключения, чисто по дружбе, он связался со своим боссом, Томасом. Тот имеет прямую связь с владельцем всего нашего бизнеса, Биллом. У Билла не только наркотики, как я понял, но и другие темные делишки, вроде бы даже заказные убийства, но я не очень в курсе. Человеку моего уровня такие вещи знать не положено, сама понимаешь, но благодаря общению с Рики я кое о чем слышал. Так вот, Томас рассказал Биллу твою историю, и тот заинтересовался. Хочет на тебя посмотреть. — Это хорошая новость или плохая? — спросила Алексия, потому что его слова звучали обнадеживающе, но выглядел Эрнандо при этом темнее тучи. — Не знаю, Алекс. С одной стороны, это твой шанс узнать об убийстве родителей хоть что-то. С другой, я про Билла всякое слышал и не уверен, что хочу, чтобы ты с ним встречалась. — Например? — Я слышал, он спит с малолетками и как минимум одну из них за какие-то грешки закатали живьем в бетон. Может, это все сказочки, свечку я не держал, но дыма без огня не бывает. Это мир криминала, Алекс, а такие девчонки — расходный материал. Чуть что не понравится — никто церемониться не будет. Подумай хорошенько, прежде чем ввязываться. — Ты сам говорил, что с моими данными зацепить инсайдера на выйдет, — настаивала Алексия. — Просто схожу на встречу, поговорю. Если ничего дельного не предложат, то и ладно. Но если есть хоть малейший шанс… Эрнандо покачал головой, и Алексия продолжила: — Слушай, если мне суждено умереть, значит, так тому и быть. Я могла умереть еще позапрошлой ночью. Но это мой шанс, Нандо! Я не могу его упустить. — Это глупо, — ответил он, раздраженно вздохнув. — Тебе нужно просто смириться. Не понимаю, зачем ты в это лезешь. Это не вернет тебе родителей. — Но вдруг я смогу узнать, кто это сделал? Вдруг однажды наши пути пересекутся, и у меня появится шанс отомстить? — Что ты несешь, какая к черту месть? — взорвался Эрнандо. — Ты хоть понимаешь, с кем связываешься? Ты тупая и наивная, раз думаешь, что сможешь хотя бы камень бросить в того, кто сумел провернуть такое убийство! Отомстить она задумала. Идиотка! Несдержанность Эрнандо сделала лишь хуже, и из глаз Алексии потекли слезы. Казалось, будто весь мир ополчился против нее, словно того, что пришлось пережить вчера, было недостаточно. — Ладно, извини, я не хотел, — тут же смягчился Эрнандо. — Господи, ну не реви ты! На, держи салфетку. Некоторое время они молчали. Алексия успокаивалась и вытирала слезы. Наконец, Эрнандо продолжил: — Ладно, если тебе так приспичило, отвезу тебя к Биллу. Напишу Рики, он договорится и скинет место и время встречи. Только оденься скромнее, чтобы Билл на тебя слюни не пускал. Тем временем полиция сообщила об убийстве коллегам родителей, и те связались с Алексией, чтобы все разузнать. В районе четырех вечера позвонили из опеки, чтобы убедиться, что все было в порядке. Организацию похорон взяли на себя Клаудия и другие соседи, за что Алексия была им благодарна, но прежде нужно было дождаться, когда полиция позволит забрать тела после вскрытия. Так как причина смерти была очевидна, в бюро судебной экспертизы пообещали с этим не тянуть. Снова звонила Синтия, и в этот раз Алексия взяла трубку, но почти сразу об этом пожалела: бабушка умудрилась всего за пару минут вывести ее из себя придирками к организации похорон. — Теперь понимаешь, почему я не хочу с ней жить? — спросила она Эрнандо, завершив разговор. — Да у нее талант донимать других! Раз такая умная, приехала бы и сама все организовала! Вечер прошел спокойно: Клаудия не работала той ночью, так что Эрнандо заказал пиццу, и вся троица устроилась перед телевизором. Алексия не могла не думать о том, что за стеной находилась ее собственная квартира, где еще несколько дней назад точно так же могла собраться и ее семья. Но теперь эта квартира казалась чужой. Алексия ни за что на свете не провела бы там еще хоть одну ночь. Это место словно осквернили, и теперь казалось странным называть его домом. «Как только стану совершеннолетней, все продам и куплю что-нибудь другое, подальше отсюда. И обязательно сменю номер, чтобы Синтия больше никогда не смогла трепать мне нервы», — решила она. Как вдруг ее осенило. Квартира! И папина машина! Алексию охватило воодушевление. Ей было что предложить инсайдеру! Квартира и машина вместе стоили несколько сотен тысяч долларов — этого наверняка будет достаточно, чтобы заинтересовать инсайдера. На следующий день Алексия и Эрнандо сели в автобус, чтобы добраться до офиса таинственного Билла. Они выбрали наземный транспорт, потому что так было удобнее — остановка находилась прямо у дома, тогда как до ближайшей станции метро пришлось бы шагать не менее пятнадцати минут, учитывая любовь Эрнандо к неспешным прогулкам. Алексия чувствовала себя уверенно, ведь теперь у нее был козырь в рукаве. Компания Билла занимала один из этажей офисного здания на окраине делового центра Чикаго. Это место не привлекало лишнего внимания, что казалось разумным для бизнеса, в котором были замешаны наркотики и, возможно, заказные убийства. Выйдя из лифта, Алексия и Эрнандо подошли к двери с табличкой «Билл Тернер и партнеры». — Он еще и адвокатской конторой владеет? — прокомментировала увиденное Алексия. — Или это просто прикрытие? — Наверняка деньги отмывают, — предположил Эрнандо, открывая дверь и пропуская ее вперед. Внутри за длинной стойкой ресепшена сидели две секретарши. Одна, брюнетка, говорила по телефону, а другая — с ярко-рыжей копной волос — увлеченно стучала по клавиатуре. Обе казались слишком юными для такой серьезной работы. Справа тянулся коридор, по которому то и дело сновали люди в деловых костюмах. Дождавшись, когда рыжеволосая обратит внимание на вошедших, Эрнандо тут же заговорил: — У нас встреча с мистером Тернером. Секретарша глянула на экран своего компьютера, затем посмотрела на Алексию и спросила: — Мисс Алексия Дэгер? Та кивнула, ощутив волнение. Она успела подумать, что сейчас им скажут, что никакой встречи нет и Рики просто подшутил над ними, но все происходило взаправду. Билл Тернер действительно ее ждал. — Я провожу, — предложила рыжеволосая, поднимаясь с места. Эрнандо сделал пару шагов в ее сторону, однако та мягко, но властно указала ему на диван у входа. — А вы подождите мисс здесь. — Я с ней, — заявил Эрнандо невозмутимо. До этого момента Алексия не задумывалась о том, что он тоже мог пойти с ней, и расстроилась, осознав, что придется идти в кабинет Билла Тернера одной, потому что секретарша осталась непреклонной. — Мистер Тернер будет говорить только с мисс Дэгер. А вы, мистер… — Каррера. — А вы, мистер Каррера, можете подождать здесь. Хотите кофе? Я принесу, как вернусь. — Но почему… — начал было Эрнандо, но Алексия тут же его перебила: — Пожалуйста, Нандо, останься. Она бросила на Эрнандо предостерегающий взгляд, и он, закатив глаза, все же отошел к дивану, прекращая спор, но всем своим видом демонстрируя недовольство. Убедившись, что конфликт исчерпан, секретарша пригласила Алексию следовать за собой. В спину им донеслось: — Сеньорита, можно мне капучино? Por favor. На лице секретарши не дрогнул ни единый мускул, но по тому, как она выпрямилась и приподняла подбородок, становилось понятно, что Эрнандо ей не понравился. «Надеюсь, он не натворит дел в мое отсутствие», — подумала Алексия с тревогой. Кабинет Билла Тернера находился в конце длинного коридора, и они остановились у массивной, будто бы бронированной двери, охраняемой двумя высокими и крепкими мужчинами в черных деловых костюмах. Оба были вооружены и выглядели весьма внушительно. «Куда я пришла…» — промелькнуло в голове. Один из охранников покачал головой, и секретарша, повернувшись к Алексии, пояснила: — Подождите немного, у мистера Тернера посетитель. Вас пока досмотрят. После этого она развернулась на каблуках и направилась обратно к ресепшену. Чувствуя себя максимально неловко, Алексия позволила одному из охранников провести досмотр. Он действовал профессионально: быстро, четко и без лишних прикосновений. Она достала телефон из рюкзака, чтобы взглянуть на время. Они с Эрнандо пришли немного раньше, так что до встречи оставалось несколько минут, но Алексия была готова ждать сколько потребуется. — Сумку придется оставить здесь, мисс, как и ваш телефон, — сообщил второй охранник с легким извинением в голосе. — Таковы правила. Она послушно убрала телефон в рюкзак и передала охраннику. В этот момент из кабинета вышел мужчина. Он был из тех, чей возраст сложно определить на глаз: ему могло быть и двадцать лет, и тридцать. Выжженые на солнце и чуть вьющиеся светлые волосы, легкая небритость, голубые глаза, веснушки и ослепительная улыбка создавали образ типичного калифорнийского серфера. Высокий и крепко сложенный, он напоминал античного Аполлона. Мужчина скользнул по Алексии оценивающим взглядом и усмехнулся. Ей это не понравилось, но она промолчала. Он тоже не произнес ни слова и двинулся дальше по коридору, пока не исчез за одной из дверей. Охранники не обратили на него ни малейшего внимания, но, когда вдруг щелкнул дверной замок, один из них сказал: — Можете заходить. Сердце Алексии забилось чаще — ее переполнял страх перед неизвестным. Охранник распахнул перед ней дверь, и она сделала шаг внутрь кабинета. Глава 2 So you came like a missile Falling on my head with a black sky You think you’re giving But you’re taking my life away Missile, IAMX Кабинет Билла Тернера удивил Алексию своей скромностью: помещение больше напоминало кладовку, чем офис влиятельного человека. Почти все пространство занимал массивный письменный стол из цельного дерева, заваленный бумагами, а вдоль стен тянулись стеллажи, заполненные папками, книгами и коробками. Тут и там виднелись пепельницы — Алексия насчитала не менее пяти разных цветов и размеров, из стекла и керамики, пустые и заполненные. В воздухе висел запах табака, и она с трудом удержалась, чтобы не закашляться. За столом в кожаном кресле сидел мужчина сорока-пятидесяти лет с русыми, чуть с проседью волосами. На его лице виднелись морщины, выдававшие привычку часто хмуриться. У него были крупные черты лица, нос с горбинкой, легкая щетина и жесткий взгляд, как у коршуна. Несмотря на возраст, в его облике все еще угадывались черты человека, который был хорош собой в молодости. Мужчина рассматривал вошедшую с легким любопытством, и Алексия ощутила страх, осознав вдруг, насколько безрассудной была ее затея. «Он просто решил посмеяться», — мелькнуло в голове. Вряд ли столь серьезный человек станет обсуждать убийства с шестнадцатилетней школьницей. Она совершила ошибку, придя сюда. Эрнандо был прав. Тернер кивком указал ей на кресло напротив, и Алексия на негнущихся ногах медленно подошла ближе и села на краешек сиденья. — Мне рассказали о твоих родителях, — начал он без каких-либо приветствий. — Искренне сочувствую. Не люблю слышать такие истории. Я сам рано потерял родителей, так что понимаю, как тебе сейчас тяжело и каким беспросветным кажется будущее. Слова Тернера ее удивили, ведь Алексия ожидала насмешек. — Еще мне известно, что ты ищешь убийцу, — продолжил он, — но не совсем пойму вот что: кого именно ты хочешь найти? Заказчика или исполнителя? Алексия замешкалась, не зная, что ответить. Она о таком не задумывалась. Тернер, видимо, воспринял ее молчание как знак непонимания и пояснил: — Ты хочешь найти человека, заплатившего за убийство, или того, чья рука нажала на курок? — А можно обоих? — спросила Алексия. Голос дрожал, но она старалась держать себя в руках. — Можно, вопрос лишь в цене и сложности, — ответил Тернер. — С заказчиком будет проще: большинство из них — обычные законопослушные граждане. У незаконопослушных, как правило, свои исполнители. Я так понимаю, твои родители не были видными политиками, активистами или бизнесменами? — Алексия кивнула. — Значит, заказчиком вряд ли был кто-то влиятельный. Так что, если хорошо заплатить, можно узнать имя. Заказные убийства в Чикаго — артельный бизнес, и все друг друга знают. Алексия слушала, не веря своим ушам. Казалось нереальным, что с ней, обычной школьницей, обсуждали столь серьезные, криминальные вещи. Теперь она понимала, почему ее обыскали на входе и забрали телефон. Тернер говорил с ней так открыто не из уважения, а потому что считал безобидной и неспособной обратиться в полицию. — С исполнителем дело обстоит сложнее, — продолжил он. — Найти человека, готового выполнять такую работу, непросто, поэтому исполнителей берегут. Их личности часто засекречены, и только ограниченный круг лиц знает, кому кого поручили. В моей банде, к примеру, об этом знаем лишь я и мой помощник — для безопасности. Так что на раскрытие личности исполнителя я бы не рассчитывал. — Понятно, спасибо за разъяснения, — ответила Алексия, все еще находясь под впечатлением от серьезности беседы. — Тогда нужно, наверное, обсудить стоимость? У меня осталась родительская квартира и… — У меня есть для тебя предложение, — перебил Тернер. На мгновение у нее перехватило дыхание, а с лица схлынула кровь. В голове тут же промелькнула мысль, что сейчас он потребует отдаться ему в уплату за информацию, и если она откажется — от нее просто избавятся, а затем и от Эрнандо, как от свидетеля. — Я ни на чем не настаиваю, — заверил Тернер дружелюбным тоном, будто почувствовав возникшее напряжение. — Не понравится — просто уйдешь и забудешь этот разговор, как дурной сон. Никаких последствий, если будешь держать язык за зубами. — Я никому ничего не скажу, — пообещала Алексия. — Отлично. Тогда перейдем к делу. Тернер пошарил по столешнице и достал из-под кипы бумаг пачку сигарет и зажигалку. Закурив, он подтащил к себе одну из пепельниц, затянулся и пустил к потолку густое облако дыма. — Наркотики — основная часть моего бизнеса: с них все начиналось и там же у меня задействовано наибольшее число людей, — начал объяснять он. — А еще есть… скажем так, коллекторская деятельность. В каких-то случаях достаточно вооружить толпу, а где-то требуется действовать тоньше, и тогда нужна подготовка, иначе грохнут на первом же задании. — Вы говорите о заказных убийствах? — уточнила Алексия. — В том числе, — кивнул Тернер. — Как я уже говорил, найти хороших исполнителей непросто. У меня есть несколько проверенных парней, и иногда им в помощь не хватает девушек. Алексия внутренне ахнула: «Он что, работу киллера мне предлагает?» Было бы смешно, не будь она так напугана. — Большинство целей — мужчины, и, хотя некоторые из них весьма осторожны, многие теряют бдительность, оказавшись рядом с симпатичной девушкой. Участие в избиениях или убийствах не потребуется, но, если захочешь, можешь делать и это — за такую работу я плачу больше. Твоя роль — заинтересовать цель, отвлечь от напарника, собрать информацию, установить слежку. Грязной работой займутся парни. Девушки вызывают меньше подозрений, так что идеально подходят для подобных задач. — Хорошо, но с чего вы решили, что я подойду? — Ты молодая, но не слишком юная — идеальный возраст, чтобы начать, — ответил Тернер. — То, что сирота, только плюс — не придется ничего объяснять родителям. Симпатичная, из тебя можно слепить что-нибудь толковое. А еще мне есть что тебе предложить. Во-первых, я действительно могу найти тех, кто связан с убийством твоих родителей, или хотя бы выйти на заказчика. Во-вторых, я оказываю поддержку своим людям, например, помогу решить вопрос с опекой. Нужна квартира? Обеспечу жильем, дам деньги на карманные расходы. Всему обучит мой человек. — А взамен? — спросила Алексия настороженно. — Не верю, что за все это не придется однажды заплатить. — Разумеется, — усмехнулся Тернер. — Ты должна будешь проработать на меня два года и вернуть долг за обучение. Но я хорошо плачу, так что практически все после отработки остаются со мной и дальше. Алексия замялась. Предложение казалось заманчивым, но в то же время вызывало подозрения. — Что именно придется делать? То есть… — Алексия нервно сглотнула. — Мистер Тернер, я не хочу вляпаться в какой-нибудь траффикинг. — Разумно, — усмехнулся Тернер. — Нет, я не занимаюсь проституцией и торговлей людьми — даже у меня есть принципы. «То есть убивать людей — нормально, а продавать их — уже зашквар? Интересные у него принципы», — подумала Алексия. Он заметил сомнение на ее лице и добавил: — Понимаю, к чему ты клонишь. Никаких интимных услуг. Я никогда не принуждал своих работниц к сексу. Если с кем у меня и были отношения, то по взаимному согласию. Можешь поговорить со своим другом — пусть поспрашивает координатора и других ребят, кто меня знает, если не веришь. Алексия вспомнила предупреждения Эрнандо и мысленно усмехнулась: «Поверь, тебе не захочется узнать, о чем поведал мой друг». — Как знать, что не обманете? Мы ведь не будем заключать договор. — Никак. Но и я рискую: на старте мне придется крупно потратиться на взятки работникам опеки и твое обучение. Если согласишься, назад дороги не будет — эти расходы так или иначе придется возместить. Поэтому не тороплю: хорошенько все обдумай столько, сколько нужно. — Тернер, выкурив сигарету лишь наполовину, потушил ее, выудил визитку из кипы бумаг и протянул Алексии. — Напиши, если решишься. А если предложение не заинтересует, выброси и живи дальше, словно этого разговора никогда не было. Она осмотрела визитку. Там значились лишь имя и контакты — ни должности, ни названия фирмы, словно все и так знали, кем был Билл Тернер. Бумага была плотной, приятной на ощупь, а дизайн — минималистичным. Алексия захотела спрятать визитку в рюкзак, но вспомнила, что оставила его у охранников, и убрала в карман. Разговор подошел к концу, и Алексия, поблагодарив Тернера за встречу, направилась к двери. Прежде чем выйти, она обратила внимание на камеру, установленную в самом углу над дверью. Другая камера висела напротив выхода и фиксировала всех, кто заходил в кабинет. Охранник вернул ей рюкзак, и Алексия в одиночестве направилась к ресепшену. Эрнандо сидел на диване с кофейной чашкой в руках и чинно пил капучино. Секретарши его игнорировали. Обратно до автобусной остановки шли молча. Эрнандо не донимал вопросами, давая время все обдумать, к тому же по пути их мог кто-нибудь подслушать, но когда вернулись в квартиру, не выдержал и спросил: — Ну? Клаудии дома не оказалось — она работала в дневную смену, поэтому можно было говорить без утайки. Алексия пересказала их с Тернером разговор, пока Эрнандо варил кофе в старой медной турке. Кофемашины у них не было. — Билл не обманул, — сообщил Эрнандо, когда Алексия закончила рассказывать, — он траффикингом не занимается точно. Рики упоминал об этом. Проституцией тоже. Однажды кто-то из его людей захотел открыть что-то вроде борделя, но идею зарубили на корню и четко всем разъяснили, что такими делами они заниматься не будут. Не знаю, что насчет принципов, но Рики считает, что все гораздо проще: эта часть бизнеса уже поделена и новых игроков там не ждут. Траффикинг в основном контролируют черные, и Билл просто не хочет с ними ссориться. Поверь, у таких людей, как он, принципы держатся исключительно на выгоде. А насчет предложения — не знаю, что и сказать. Неужели так сложно найти телок для такой работы? Алексия пожала плечами, не зная, что ответить. Предложение казалось заманчивым, но страх совершить ошибку пересиливал. Сейчас ее мог защитить лишь Эрнандо, но ей не хотелось ставить его под удар, ведь Тернер был его боссом. — Давай позвоню Рики? — предложил Эрнандо. Алексия кивнула. Набирая номер, он сделал глоток свежесваренного кофе, поморщился и пробормотал: — У Билла в офисе кофе вкусней. Он включил громкую связь и жестом предупредил Алексию оставаться тихой. Раздались гудки, и на другом конце провода ответил чей-то прокуренный голос. — Алло, Рики! — воскликнул Эрнандо. — Дружище, спасибо тебе от подруги — очень выручил. Была у Билла сегодня. Прикинь, работу ей предлагает. — Наркоту втюхивать? — хохотнул Рики. — Не-а, участвовать в некой коллекторской деятельности. Говорит, девушек не хватает. — А-а, это… Это да, я слышал про такое. Помнишь Рэя, мотоциклиста? Ты болтал с ним на пьянке в честь моего дня рождения. — Ага. — Он упоминал, чем занимается? — Не особо, мы только мотоциклы обсуждали. Но я догадался, что он при деньгах, учитывая, какие мотоциклы у него якобы были. Решил, он тоже координатор. — Не, братан, куда круче — высший эшелон, как раз по части коллекторской деятельности, будь она неладна. Но я тебе этого не рассказывал, если что, понял? Он сейчас отошел от дел, учится на врача. Полезно в нашем деле — вдруг кого подстрелят или передоз. — Ну да, идея годная, — согласился Эрнандо. — Короче, работал он с одной девицей, Рэйчел, и где-то месяц назад спрашивал, нет ли на примете еще какой-нибудь сообразительной и беспроблемной девчонки, которой было бы интересно заниматься тем же, чем занималась его напарница. Но у меня среди знакомых либо наркоманки, либо дилерши, которых я никому отдавать не собираюсь — сообразительные и беспроблемные самому нужны, так что я ему отказал, но спросил, нахрена ему, он же не работает сейчас, да и куда делась Рэйчел? В общем, Рэйчел пока никуда не делась, но вроде тоже подумывает валить, и Билл безуспешно ищет ей замену. Говорит, девчонки у них не задерживаются почему-то, не тянут. — Ясно. Как думаешь, подруге стоит соглашаться? — Да хрен его знает, Нандо, я в этом деле не советчик. Но платил он Рэю совсем другие деньги, не те, что нам с тобой. Да и руки пришлось замарать ради такого, сам понимаешь. Так что, если твоей подруге нужны деньги, есть шанс со временем начать неплохо зарабатывать. Если справится, конечно. — А если не справится? — А вот тут не знаю. Рэй говорил, на обучение приходили и другие девицы, но куда они делись, я не в курсе. Это так, пища к размышлению. — Понял. Спасибо, Рики, будем думать. Эрнандо сбросил звонок и взглянул на Алексию. — Думаешь, про кого-то из них болтали, мол, живьем закатали в бетон? — спросила она задумчиво. — Может и про них, но, как по мне, наказание слишком жестокое. Думаю, если провалишься, Билл потребует отработать долг как-то иначе — той же наркотой торговать или телом. И вот тогда, если откажешься, есть шанс быть закопанной. Если хочешь мое мнение — мне все это не нравится. Давить не буду, решать тебе, но я бы не связывался. Просто смирись и все. Ты не первая, чьих близких убивают, карма рано или поздно за тебя отомстит — я верю в бумеранги. Алексия кивнула, соглашаясь. Сейчас, спустя пару дней, она немного остыла и уже в некоторой степени примирилась с потерей. Тернер и его охрана ее напугали, а мысль о том, чтобы связаться с чем-то криминальным, вызывала тревогу. Да и мало ли что от нее потребуют. Два года отработки, какие-то долги… И мутные истории о девушках, которые не справились. Справится ли она? Разумней будет выбросить визитку и жить дальше. — Сколько времени тебе понадобилось, чтобы смириться со смертью отца? — спросила Алексия. Она не знала, зачем задала этот вопрос. Возможно, надеялась услышать совет, который помог бы и ей. Боль от потери родителей была все еще слишком свежа, и иногда казалось, что Алексия никогда не привыкнет к тому, что их больше нет. Она боялась, что это чувство — и зияющая пустота, что осталась после их ухода, — теперь с ней навсегда. — Ну, для нас это не было чем-то внезапным, мы ведь знали, что у него рак. Так что я успел свыкнуться с мыслью, что скоро его не станет. К тому же у меня оставалась мама, так что мне было легче. В то время Эрнандо некоторое время избегал ее, и Алексия понятия не имела, что он переживал, потеряв отца. Она никогда его об этом не спрашивала, решив, что тем самым проявит бестактность, но теперь вдруг захотела услышать правду. — Почему ты меня избегал? Не хотел, чтобы жалела? — И это тоже. Но в первую очередь потому, что пришлось срочно искать работу, чтобы погасить долги за лечение. Где я только ни работал… был момент, когда я вкалывал в четырех местах одновременно. Тогда же познакомился с парнем, который свел меня с Рики. Работа опасная и не шибко приятная, зато зарабатываю больше, чем на четырех работах вместе, и долги за лечение отца мы уже погасили. Алексия старалась не думать о том, куда пойдет работать сама, когда окончит школу. Хороший колледж ей не светил: особых достижений по учебе у нее не было, как и денег на обучение. Впрочем, сотрудница опеки упоминала о каких-то льготах, так что, возможно, имело смысл расспросить ее об этом подробнее, но не в ближайшее время — сейчас у Алексии не было на это сил. Она все еще не смирилась с тем, что прежняя жизнь была безвозвратно утеряна. Это было несправедливо. Почему это случилось именно с ней? Почему из-за чьей-то обиды, зависти или жадности она была вынуждена проживать все это? Эрнандо обещал помочь, и теперь Алексия не представляла свое будущее без него. Иногда она размышляла, что было бы, если бы они начали встречаться, но, пытаясь разобраться в своих чувствах, понимала, что, в отличие от Тайлера, он не пробуждал в ней того же трепета. Это были скорее братские чувства. В ее жизни он оставался тем единственным островком стабильности, что пока не был утерян, и она держалась за него, потому что больше держаться было не за что. Спустя несколько дней наконец состоялись похороны. Алексия приехала в компании Эрнандо, Клаудии и нескольких соседей, помогавших с организацией. Помимо похорон ее ждало еще одно испытание — встреча с бабушкой. Синтию она заприметила сразу — та прибыла одной из первых. — Синтия Дэгер, — сухо представилась бабушка, когда Алексия подошла к ней и познакомила с соседями. Синтия была одета в черный брючный костюм, явно на размер меньше, чем было нужно — над поясом возвышался валик едва втиснувшегося в брюки пуза. — Спасибо, что позаботились об организации похорон и моей внучке. Алексия надеялась, что общее горе смягчит бабушку, но Синтия моментально перечеркнула все ожидания парой фраз: — Алексия, что это на тебе надето? Разве так одеваются на похороны? Та была в черных джинсах и футболке. Возможно, не самый траурный наряд, но настроения наряжаться у нее не было. Мгновенно вскипев, Алексия ответила: — Можешь не лезть ко мне с придирками хотя бы в день похорон мамы и папы? — Как невоспитанно! Что о тебе подумают соседи? — возмутилась Синтия, изобразив удивление, словно мнение соседей и впрямь ее волновало. Алексия так опешила, что промолчала, не сумев придумать остроумный ответ. Окружающие явно почувствовали себя неловко. Смущенно улыбнувшись, Синтия бросила им извиняющийся взгляд (извинялась она явно за внучку, а не за себя) и направилась внутрь часовни. Даже стук ее каблуков выводил Алексию из себя. Она встретилась с Эрнандо взглядом, пытаясь одними глазами сказать: «Видишь? Я же говорила — она шизанутая». Похороны прошли тихо, и бабушка с внучкой не обмолвились больше ни словом. В какой-то момент Алексия заметила слезы в глазах Синтии, и на мгновение ей даже стало ее жаль. Как бы плохо она ни относилась к бабушке, та оставалась последним членом ее семьи. Синтия всегда жила одна, так и не нашла нового мужа, а теперь потеряла единственного сына. Алексия тоже осталась одна, и это их роднило. Сама она не плакала, и это удивляло. Алексия ожидала, что будет реветь без остановки, но слезы так и не пришли. Вместо этого внутри было странное оцепенение, будто кто-то выключил все эмоции, оставив лишь пустоту. Возможно, это была некая форма защиты. Может, ее собственная психика таким образом старалась уберечь ее от боли. А может, она еще не до конца осознала случившееся. Или просто не позволила себе осознать? Алексии казалось, что если она не станет плакать, это будет значить, что ничего не произошло. Что родители все еще были где-то рядом. Из-за того, что выстрелы были в голову, гробы были закрыты, и Алексия так ни разу и не увидела их мертвыми. Это добавляло нереальности происходящему. Где-то глубоко внутри она верила, что это была какая-то ошибка. Что это были другие люди, просто с именами ее родителей. Может, ее настоящие родители просто уехали. Может, их еще можно было вернуть. После похорон Алексия и Синтия остались принимать соболезнования и, покончив с формальностями, направились к выходу в компании Эрнандо, Клаудии и соседки, на машине которой они приехали. Неожиданно Синтия заявила: — Утром у меня в Чикаго дела, так что отправимся в Спрингфилд завтра вечером. Собери вещи и будь готова к пяти — я за тобой заеду. — Зачем? — недоумевала Алексия. — Теперь будешь жить со мной, я твой опекун, — заявила Синтия так, словно отвечала на глупый вопрос маленького ребенка. — Утром я подписала все бумаги. Алексия остановилась, и не ожидавший этого Эрнандо чуть было не впечатался ей в спину. Ее практически парализовало от мысли, что теперь эта женщина имела власть над ее жизнью. — Я твоя ближайшая родственница, не понимаю, почему ты так удивляешься, — продолжила Синтия, заметив ее реакцию. — Я не поеду, — только и сумела выдавить из себя Алексия. Она была уверена, что отправится в приемную семью, поэтому не допускала и мысли, что Синтия решит оформить опеку. Ей всегда казалось, что бабушке просто не захочется создавать себе лишних проблем и принимать ее в своем доме. — Ну что за детский сад, перед соседями не стыдно? — возмутилась Синтия. — Я знаю, где ты живешь, в опеке дали адрес, так что заеду за тобой завтра в пять. Миссис Каррера, надеюсь, Алексия будет готова? Вы ведь не хотите проблем с CPS и полицией? Клаудия промолчала, но ее взгляд говорил сам за себя. Эрнандо выглядел не менее растерянно. И без слов было ясно, что они ничем не могли ей помочь. Позже, сидя в комнате Эрнандо, Алексия высказывала свое негодование: — Она не даст мне нормально жить, вот увидишь! Полгода с ней — и я шагну в окно, устав от придирок! Даже сегодня, зная, что я потеряла родителей, что она сделала? Может, посочувствовала? Сказала что-нибудь поддерживающее? Нет, она докопалась до моей одежды! — Пожалуйста, не надо шагать ни в какие окна! Я буду приезжать к тебе на выходных, хочешь? — В Спрингфилд? — А чего нет? Это три часа на тачке. Ну, может четыре, если встряну в пробку. — У тебя нет тачки. — Найду, не переживай. Или на электричку сяду — это двадцать баксов в одну сторону. Неужели зажму для тебя двадцатку? Алексия горько рассмеялась. Она не знала, как у него это получалось — веселить ее даже тогда, когда кажется, что жизнь кончена. Потеря родителей стала для нее тяжким потрясением, но новость о том, что теперь она будет вынуждена жить с ненавистной бабушкой, ударила по ней не меньше. Еще вчера Алексия думала, что хуже быть не могло. Как же она ошибалась. Тем вечером она долго не могла уснуть, не веря, что следующую ночь проведет уже в Спрингфилде. Только она начала приходить в себя после трагедии, как судьба подбросила новое испытание. «Лучше бы и меня с вами грохнули», — думала она. В голове вдруг всплыла визитка Тернера. Вскочив с кровати, Алексия метнулась к своим вещам и нащупала кусок картона в кармане джинсов. Он был ее последней надеждой. Писать ночью она не стала — дождалась утра. Ответ от Тернера пришел после полудня — он предложил заехать к нему в офис. Эрнандо ночевал не дома, так что Алексия направилась в центр в одиночестве. Пришлось пообещать Клаудии вернуться к пяти, иначе та отказывалась ее выпускать. Рыжая секретарша, завидев знакомую посетительницу, в этот раз лишь кивнула и не стала ее провожать. Охранники у двери были другими. Позволив себя досмотреть и оставив одному из них рюкзак, Алексия вошла внутрь. В кабинете было привычно накурено. Сдержав позыв раскашляться, она направилась к знакомому креслу, дождавшись приглашения сесть. В этот раз она чувствовала себя немного увереннее, но, взглянув на хозяина кабинета, вновь ощутила прилив страха. — Значит, сегодня в пять? — уточнил Тернер, выслушав ее. В своем сообщении Алексия лишь в двух словах поведала о Синтии и ее намерении увезти внучку из города и сейчас поделилась полной версией истории. — Да. Не думала, что все произойдет так быстро. — Это действительно странно. За это можно зацепиться, — произнес Тернер задумчиво. Сделав небольшую паузу, он добавил: — Но, прежде чем озадачить своего человека этим делом, я хочу услышать ответ: ты готова на меня работать? Помни, назад дороги не будет. Внимательный взгляд его серых глаз, казалось, проникал в самую душу. Алексия чувствовала одновременно страх и робкую надежду. Тернер не выглядел подонком, готовым ее обмануть, но в этих глазах все же было нечто пугающее, что заставляло сомневаться в своем решении. — Я готова, но сначала хочу узнать, за какие долги придется заплатить после обучения. Тернер одобрительно кивнул. — Уже вижу, от тебя будет толк — сообразительная и осторожная, мне такие нравятся. Во-первых, источников дохода у тебя нет, так? А тебе нужно будет на что-то жить, так что буду давать тебе деньги. Во-вторых, жилье. У меня есть пара квартир в Вест-Сайде для служебных целей. Арендной платы с тебя не возьму, но придется покрывать коммунальные расходы. Или тебе есть где жить? Алексия задумалась о родительской квартире. Возвращаться туда, где их убили, она была не готова, скорее предпочла бы сжечь это место дотла. «Арендную плату он не просит — редкая щедрость, учитывая цены на жилье в Чикаго, — размышляла она. — А коммунальные платежи уж как-нибудь потяну, постараюсь жить экономнее». — Квартира понадобится, — заявила Алексия, принимая предложение. Тернер снова кивнул. — Во время обучения возникнут дополнительные расходы: абонемент в спортзал, покупка вещей в квартиру, другие траты. Но за работу моих людей платить не придется — все, что касается опеки и ментора, я беру на себя. Я ведь тоже заинтересован в твоем обучении. Алексия задумалась. Влезать в долги, как гейше из Древней Японии, ей не хотелось, но у нее все еще оставался козырь в рукаве — квартира и машина, с помощью которых она могла погасить долг в случае чего. — Я готова. — Умница. Уверен, ты не пожалеешь. Тернер поднял телефонную трубку и набрал короткий номер. Когда на том конце ответили, он сказал: — Дом, зайди, есть дело. Пока они ждали загадочного Дома, в кабинете царило молчание. Тернер курил, а Алексия, оставшись без телефона, скучала, по привычке чувствуя потребность занять чем-то руки. В какой-то момент Тернер глянул на экран ноутбука, а затем опустил руку под стол и словно бы нажал на какую-то кнопку — она успела заметить это лишь краем глаза. После этого послышался щелчок замка, дверь распахнулась, и в кабинет вошел высокий темноволосый мужчина в дорогом костюме и с ухоженной бородой. Он коротко поздоровался с Алексией и сел в соседнее кресло. Она пришла к выводу, что попасть в кабинет можно было лишь с разрешения Тернера, хотя дверь открылась свободно, когда она покидала комнату в свой прошлый визит. Видимо, изнутри та отпиралась без проблем. Алексия задумалась над тем, как сам Тернер попадал внутрь по утрам, когда в кабинете не было никого, кто смог бы нажать на кнопку. — Доминик Уолстенхолм, управляет моей юридической фирмой и решает дела разной степени щекотливости, — представил вошедшего Тернер, а затем, обратившись к Доминику, пояснил: — Мисс Алексия Дэгер теперь с нами. Она потеряла родителей. Нужно уладить дела с CPS, как ты это делал для Кая, но есть проблема: ее бабушка утверждает, что стала опекуном, и собирается увезти ее в Спрингфилд. — Как давно не стало родителей? — уточнил Доминик, обращаясь к Алексии. — Прошло больше недели. Вчера состоялись похороны. — Хм, — задумался Доминик, пригладив бороду. — За такое короткое время опекунство оформить невозможно. Это дело долгое. — Она сказала, что подписала бумаги вчера утром. Доминик усмехнулся. — Уверен, она просто подала заявление. Проверка займет минимум месяц, так что время у нас есть. — Доминик перевел взгляд на Тернера. — Радикальные методы применять будем? — Радикальные? — переспросила Алексия испуганно. Она, конечно, не любила Синтию, но смерти ей не желала точно. — Думаю, обойдемся без кровопролития. Алексия уже потеряла родителей, не будем лишать ее еще одного члена семьи, — ответил Тернер. Они обсуждали это с пугающей будничностью, словно убийство было для них чем-то обыденным. — Предложи деньги. Продолжит упрямиться — припугни. — Сколько лет вашей бабушке? — спросил Доминик. — Чуть больше шестидесяти. — Тогда поступим проще: обратим внимание на возраст, потребуем психологическую экспертизу, которая, разумеется, покажет нужный нам результат. Оформим отказ так, что придраться будет не к чему. — Ты профи, делай как считаешь нужным, — заявил Тернер, впечатав наполовину докуренную сигарету в свежую, еще не запачканную пепельницу. Сигареты в других пепельницах тоже были недокурены, и это показалось Алексии расточительством. — Будь с Алексией сегодня в пять и объясни все это ее бабушке. Она ощутила небывалое облегчение. Свобода! Она останется в Чикаго! Охваченная внезапной благодарностью к Тернеру, Алексия ощутила, как все ее прежние страхи и подозрения тут же испарились. Теперь ей не терпелось поскорее начать обучение и доказать ему, что она оправдает его доверие. Алексия была готова приложить все усилия, чтобы вернуть каждый вложенный в нее доллар, была согласна даже убивать ради него, если потребуется. Она обязательно продержится до конца обучения и не сольется, как это сделали другие. — Вас поселили в интернат или временную семью? — спросил Доминик, делая пометку в телефоне. Алексия отметила, что у него телефон на входе не забрали. Возможно, его и не досматривали, как других посетителей. — Я живу у соседей, в семье друга. Доминик записал адрес Клаудии и ее имя, чтобы подготовить необходимые документы. Тернер предложил Алексии заехать завтра к трем, чтобы познакомить с ментором и обсудить детали обучения. Домой она вернулась в приподнятом настроении. Эрнандо сразу догадался, где она была. — Черт возьми, надеюсь, ты не будешь жалеть об этом, Алекс. — Я тоже. Но сейчас я не хочу думать о плохом. Просто порадуйся за меня! Доминик опередил Синтию на десять минут и, показав какие-то документы, убедил Клаудию, что представляет сторону CPS. Эрнандо, конечно же, знал, кем был Доминик на самом деле. Синтия приехала ровно в пять и, увидев Доминика, явно растерялась, не сразу сообразив, зачем тот был нужен. Он спокойно объяснил, что та пока не стала опекуном Алексии, поэтому не могла настаивать на том, чтобы увезти ее в Спрингфилд. — Мисс Дэгер уже шестнадцать, она вправе самостоятельно решать, где жить, — сообщил он. — CPS удовлетворили ее просьбу остаться в семье Каррера, пока не будет найден новый опекун. Вот подтверждающие документы. Алексия не разбиралась в юридических формальностях, но была уверена, что Доминик оформил все безупречно. Синтия забрала бумаги и углубилась в чтение. Пару раз она попыталась за что-то зацепиться, но Доминик все так же невозмутимо и сдержанно давал ответы, на которые ей было нечего возразить. Наконец, смирившись, она заявила: — Что ж. Вижу, Алексия, ты действительно не хочешь ехать со мной, раз привлекла опеку. Хорошо, можешь пожить тут еще немного. Но когда я стану твоим опекуном, тебе не отвертеться. — Благодаря программе независимого проживания мисс Дэгер может рассчитывать на самостоятельную жизнь под присмотром CPS, — вмешался Доминик. — Таким подросткам оказывается финансовая и социальная поддержка, мы сотрудничаем с множеством частных фондов и некоммерческих организаций. В этом случае необходимость в опекуне или приемной семье отпадает. Синтия ничего не ответила. Поджав губы, она, к величайшему облегчению Алексии, поспешила покинуть квартиру ни с чем. Доминик тоже попрощался и уехал. — Дорогая, ты уверена, что поступаешь правильно? Пусть сейчас ты остаешься с нами, но потом… — начала Клаудия, но Алексия ее успокоила: — Все в порядке, я все выяснила — ей не стать моим опекуном. Но и с вами я ненадолго: мистер Уолстенхолм помог мне податься на программу независимого проживания, так что скоро я от вас уеду. Впервые со дня трагедии Алексия ощутила радость. Глава 3 Take me home Take me home And the streetlights light, light up To take me home I love you, Chicago You make me feel so summer fling You know that I know That I owe you everything I love you, Chicago City in a Garden, Fall Out Boy Трафик в Чикаго был непредсказуем, и хотя Алексия вышла пораньше, все равно опаздывала, встряв в пробку. Было поздно пересаживаться на метро, а автобус еле двигался, так что, решив, что бегом будет быстрее, она выскочила за две остановки до нужной. В офисное здание Тернера она влетела с опозданием всего на три минуты, что можно было считать успехом, учитывая, как плохо она бегала. Глубоко дыша и стараясь не обращать внимания на окружающих, Алексия бросилась к лифтам и с досадой обнаружила, что кнопка вызова была уже нажата, но лифты вниз не спешили. «Это что, какой-то заговор? — подумала она с раздражением. — Все сегодня, как назло, еле шевелятся!» С усталым вздохом она прислонилась спиной к стене напротив лифтов, встав рядом с каким-то парнем. Она поискала бы лестницу, но слишком устала от бега и была не готова к новому марш-броску. Пульс все еще оставался учащенным. — Привет. Ты случайно не Алексия? — спросил вдруг незнакомец. Она бросила на него взгляд. Парень держал в руках телефон, но смотрел на нее. — Да, это я, — ответила Алексия удивленно. Все еще стараясь отдышаться, она пригляделась к нему внимательнее, пытаясь припомнить, не встречались ли они раньше. Темные, немного растрепанные волосы, серо-зеленые глаза, прямой нос, острые скулы… Нет, этот парень был ей не знаком. Алексия не понимала, откуда он мог знать ее имя. Тот, заметив ее замешательство, молча повернул к ней экран своего телефона. Там был скриншот с камеры наблюдения, на котором она с удивлением обнаружила себя. Судя по обстановке, камера располагалась прямо над дверью в кабинет Тернера и засняла ее вчерашний визит. — Меня зовут Кай. Я буду твоим ментором. Алексия кивнула, не зная, что ответить. Ее вдруг охватила неловкость. Лифт ждали молча, и за это время дыхание постепенно пришло в норму. Когда лифт наконец приехал и они вошли внутрь, Кай выбрал нужный этаж и спросил: — Долго бежала? — Минут пять или дольше. Алексия не любила бег. Она не была худшей на школьных кроссах, но и звезд с неба тоже не хватала, поэтому даже не пыталась попасть в какую-нибудь школьную спортивную команду. Зато Аманду, ее бывшую подругу, приняли к волейболисткам без вопросов — спорт всегда давался той легко. Иногда Алексии казалось, что их дружба с Амандой больше походила на соревнование: кто первой поцелуется с парнем, кто станет популярнее, кто получит выше оценку за тест. Подруга опередила ее во всем, кроме учебы — тут они были равны. А еще Алексия потеряла девственность раньше нее, да еще и с парнем, который нравился обеим. Впрочем, достижение было сомнительным, ведь последней в итоге смеялась вовсе не Алексия. — Вижу, с выносливостью у тебя не очень, — прокомментировал Кай. — Это критично? До этого момента ей не приходило в голову, что для новой работы понадобится хорошая физическая форма. Сейчас это казалось очевидным, но Тернер ни словом не обмолвился о подобных требованиях. «Может, так и было задумано? — размышляла Алексия. — Я уже согласилась, Билл уже мне помог, и, если вдруг выяснится, что я не подхожу, он заставит меня расплачиваться за помощь как-то иначе. Вдруг в этом и состоял его план? Или ему просто не приходило в голову, что я могу плохо бегать?» От этих мыслей все внутри похолодело. — Пока нет. Посмотрим, — ответил Кай уклончиво. Алексию его ответ не успокоил. Секретарши встретили его весьма дружелюбно, особенно рыжеволосая. — Хочешь кофе? Могу принести в кабинет, — предложила она. — Спасибо, не нужно. Билл ждет нас, можешь не предупреждать. В этот момент секретарша наконец обратила внимание и на Алексию. Коротко улыбнувшись и ей — не так радушно, как ранее Каю, — она кивнула и вернулась к работе. Тот уже направлялся к кабинету Тернера, и Алексия поспешила за ним. Охранники, как обычно, досмотрели ее, но, к ее удивлению, сделали то же самое и с Каем, забрав его телефон. — Не знала, что тебя тоже досматривают, — не удержалась от комментария Алексия. Она вспомнила парня, выходившего из кабинета в ее первый визит. Он телефон у охраны не забирал: не брал с собой или Тернер доверял ему, как и Доминику? — Я просто подозрительный, — ответил Кай шутливо, вызвав улыбки у охранников. Было очевидно, что они его знали и прекрасно понимали, что тот не представлял угрозы, однако все же досмотрели. Покончив с формальностями, они вошли в кабинет, где витал привычный запах табака. Кай, к удивлению Алексии, сразу же подошел к окну и распахнул его настежь, чтобы проветрить комнату. Тернер, заметив ее удивленный взгляд, закатил глаза. — Кай у нас за здоровый образ жизни, — пояснил он, вытаскивая сигарету из пачки, словно спешил вернуть комнате привычный уровень накуренности. — Беспокоюсь о твоем здоровье, — отозвался Кай. — Напрасно. С нашей работой пуля отправит меня на тот свет раньше рака легких, — парировал Тернер, делая затяжку. Алексия, не дождавшись приглашения, опустилась в одно из стоявших у стола кресел, чувствуя себя максимально неловко. Кай остался у окна. — Итак, вижу, вы уже познакомились. Кай промолчал, а Алексия коротко кивнула, ощущая себя чужой в компании, где царила особая атмосфера закрытого клуба для своих. — Дом уже взял на себя работу с CPS, так что об этой проблеме можешь забыть, — сообщил Тернер. — Если будут новости, Кай тебе передаст. Со всеми будущими проверками тоже разберется Дом. У тебя ведь их не было? — спросил он, обернувшись к Каю. Тот покачал головой. — Отлично. Что ж, как ты уже, наверное, знаешь, Кай — твой ментор. Теперь все вопросы можешь адресовать ему. Он все покажет, расскажет, решит любые проблемы, будет тренировать. В будущем будете вместе работать. — Об этом пока рано говорить, — отметил Кай. — Да, сначала нужно убедиться, что справляешься, — согласился Тернер и, заметив, как напряглась Алексия, добавил: — Не переживай, ты в надежных руках. Повезло, что Кай согласился, иначе пришлось бы упрашивать Джастина, а он слишком дотошный. — Я бы Джастину и собаку тренировать не дал, — произнес Кай холодно. — Ты к нему предвзят, — добродушно отозвался Тернер, стряхнув с сигареты пепел. — Впрочем, если тебе интересно, он больше не менторит. Для него нашлась работа поважней. Тернер сделал паузу, но Кай так ничего и не ответил, и он продолжил: — Сейчас вы двое поедете смотреть квартиру. Можешь заселяться хоть сегодня. Дом говорит, она в том же районе, где ты жила раньше, или где-то поблизости, так что школу менять не придется. Если понадобится что-то докупить — скажи Каю, он все оплатит, но помни, что после обучения эти деньги придется вернуть. Не знаю, в каком состоянии квартира — там несколько месяцев никто не жил, но если понадобится уборка — вызовите клининг, я оплачу. Счета тоже будет покрывать фирма, тебе не придется заниматься этим самой. Дом будет присылать квитанции, чтобы ты была в курсе, сколько там набегает. А это тебе на первый месяц. — Тернер достал из ящика конверт и протянул Алексии. — Здесь всего тысяча, понадобится больше — сообщи Каю. Алексия забрала конверт, мимоходом отмечая, каким плотным он был на ощупь. Никогда в жизни она не держала в руках столько наличных. Сумма была гораздо меньше, чем зарабатывал отец, но намного больше, чем ей давали на карманные расходы. Правда, теперь ей предстояло покупать на эти деньги еду и прочие необходимые для дома вещи, так что богатой она себя не ощущала. «Теперь готовка, уборка и стирка тоже будут на мне. Не думала, что взрослая жизнь начнется так рано…» — с унынием размышляла она. Разговор долго не продлился, и вскоре Кай и Алексия покинули кабинет. По пути Кай молчал и, только выйдя на улицу, вдруг спросил: — Машину водить умеешь? — Нет, — ответила Алексия, чувствуя, как с каждым ответом все сильнее себя закапывает. «Небось уже жалеет, что со мной связался, — подумала она, обреченно следуя за ним к парковке. — Чувствую себя балластом». Кай остановился возле черной тойоты. Алексия не разбиралась в марках машин, но этот значок был ей знаком. Автомобиль выглядел вполне заурядно — таких в Чикаго было полно. Возможно, в этом и заключалась задумка — в случае погони будет проще затеряться среди других машин. «О чем я вообще? Какая к черту погоня… — одернула она себя мысленно, опускаясь на переднее сиденье. Ее вдруг посетила мысль, от которой на миг стало не по себе: — Интересно, Каю приходилось убивать?» Алексия предпочла бы об таком не думать. Кай совсем не походил на убийцу: у него были приятные черты лица, а взгляд серо-зеленых глаз в обрамлении длинных темных ресниц казался скорее задумчивым, чем опасным. Ей было некомфортно рядом с ним, но не потому, что она боялась, что он причинит ей вред, а потому что они едва друг друга знали. Невзрачная снаружи, внутри машина производила совсем иное впечатление: мягкая кожаная обивка, блестящие хромированные детали и панель с бортовым компьютером выглядели дорого, но не вычурно. В салоне ощущался легкий запах хвои. Никакого бардака, никаких лишних вещей на сиденьях — все было аккуратно и чисто. Лишь по неким мелким деталям вроде легких потертостей на руле можно было догадаться, что машиной регулярно пользовались. «Да уж, это не папин форд, — отметила про себя Алексия. — Кай явно аккуратный владелец». Она пристегнулась, и Кай, не забыв пристегнуться тоже, провернул ключ в замке зажигания и плавно выехал с парковки, направляясь на запад. — Билл не говорил, что нужны какие-то особые навыки вроде умения водить машину, — осторожно начала Алексия, решив сразу прояснить все волнующие вопросы. — Ничего не нужно, я просто интересуюсь, — ответил Кай, не отрывая взгляд от дороги. Он вел машину аккуратно и не нарушал правил. Завязать беседу не вышло. Кай, похоже, был из тех, кто предпочитал тишину, и Алексия, привыкшая к болтливому Эрнандо, почувствовала себя не в своей тарелке. Кай словно позабыл, что сидел в машине не один, и думал о чем-то своем. Она не решилась заговорить с ним снова. Доехав до района, где она жила, Кай свернул к югу от Гарфилд-парка и вскоре припарковался у трехэтажного жилого дома из красного кирпича. Район был не лучше ее прежнего, но на западе Чикаго выбирать не приходилось, к тому же до школы отсюда было даже ближе, чем от дома родителей. Кай молча вышел из машины и направился ко входу. Алексия, стараясь не отставать, последовала за ним. Они поднялись на второй этаж и остановились у двери одной из квартир. Она мысленно скрестила пальцы, надеясь, что место не окажется хламовником и не потребует крупных финансовых вложений, которые придется возмещать после обучения. К счастью, ее надежды оправдались: квартира была в хорошем состоянии. Хоть та и простояла пустой несколько месяцев, внутри оказалось не так уж и пыльно, а мебель выглядела сносно. Сначала они осмотрели спальню, большую часть которой занимала просторная двухместная кровать. Рядом стоял небольшой письменный стол, а на стене над ним висели деревянные полки. На одной из них стоял горшок с засохшим цветком. — Бедняга, кто же тебя здесь бросил? — спросила Алексия и перевела взгляд на Кая, но тот лишь пожал плечами. — Не знаю, кто жил здесь до тебя. Но замки поменяли, так что можешь не беспокоиться — в квартиру никто не проникнет. На столе она заметила листок с логином и паролем от Wi-Fi и тут же попыталась подключиться с телефона. — Должно работать, все счета оплачены, — прокомментировал ее действия Кай. Он оказался прав — интернет действительно работал. Сначала Алексии показалось, что в спальне были панорамные окна, но, раздвинув шторы, она поняла, что это были двери, ведущие на крошечный балкон. Четверть его пространства занимал наружный блок кондиционера. — Сюда бы столик со стулом — и можно по утрам пить кофе с видом на внутренний дворик, — задумчиво произнесла Алексия, постепенно свыкаясь с мыслью, что теперь это ее новый дом. Место оказалось неплохим: было нужно лишь немного навести порядок — и станет уютно. — Можешь поискать в интернете подходящий и прислать мне ссылку на оплату, — предложил Кай. «Столик притащу из родительской квартиры — как раз стоит в гостиной без дела и идеально сюда впишется, — размышляла она. — А вот стулья придется докупить». Изменить хотелось многое, но она не забывала, что однажды за все придется заплатить, поэтому большую часть вещей собиралась забрать из родительской квартиры. «Гирлянду для балкона и ароматические свечки притащу из своей комнаты, — думала она. — Остальное поищу на Craigslist». В спальне была своя собственная гардеробная, правда, совсем крошечная. Алексия заглянула туда лишь мельком: внутри было пусто и пыльно. Вторую половину квартиры занимала небольшая кухня, совмещенная с микро-гостиной, где они обнаружили слегка продавленный диван и круглый обеденный стол с тремя мягкими стульями. В кухонных шкафах нашлась лишь немногочисленная посуда, зато был холодильник, электрическая плита с духовкой и посудомоечная машина. В остальном квартира была пустой, не нашлось даже тряпки, будто специально, чтобы Алексия тратила больше денег и сильнее влезала в долги. — Я так понял, у тебя осталась родительская квартира, — заговорил вдруг Кай. — Да, но я рада, что Билл предложил мне эту. Жить там, где… — Алексия осеклась. Говорить о смерти родителей было по-прежнему нелегко. Вдруг ей вспомнился разговор Тернера и Доминика, и она спросила: — Я так поняла, ты тоже без родителей? — Да, — ответил Кай коротко, и по тону его голоса становилось ясно, что обсуждать эту тему он бы не хотел. Алексия решила не настаивать. Оставалось осмотреть лишь ванную. Та оказалась тесноватой — внутри едва уместились умывальник, унитаз, душевая кабина и стиральная машина, зато в углу обнаружилась крошечная кладовка, а в ней — первая хоть сколько-нибудь полезная находка: ведро. — Вот это щедрость, — удивилась Алексия. — Дырявое, наверное, — предположил Кай, и она рассмеялась. Осмотр квартиры много времени не занял — та оказалась слишком маленькой, чтобы потратить больше десяти минут. После этого Кай отвез Алексию домой. Он предложил вызвать на утро клининговую службу, а после обеда заехать и помочь с переездом. Полиция уже закончила изучать место преступления, так что Алексия могла без проблем вернуться в родительскую квартиру. Они обменялись контактами и попрощались. Алексия поделилась новостями с Эрнандо, и тот сразу начал ворчать. Настроение мгновенно испортилось. — Он хоть объяснил, чем ты будешь заниматься? — Пока нет, мы просто осмотрели квартиру. Он не слишком-то разговорчив. — Все это слишком подозрительно, Алекс. Ты правда веришь, что Билл решил помочь тебе просто так? Уладил вопрос с CPS, квартирку подогнал, денег подкинул? О конверте она ему тоже рассказала, и вместе они пересчитали находившиеся внутри деньги — ровно тысячу долларов, двадцать новеньких пятидесятидолларовых банкнот. Эрнандо присвистнул, хоть сумма и не была для него такой уж внушительной. Больше всего его удивило, что Тернер дал ей эти деньги просто так, без расписок и обязательств. Алексия же больше думала о том, сколько книг сможет купить, если останутся лишние деньги. — Я не тупая, я прекрасно понимаю, что это не подарок, — отозвалась Алексия раздраженно. — Что, по-твоему, я должна была сделать? Позволить Синтии забрать меня в Спрингфилд? — Лучше бы ты поехала с ней, чем ввязывалась в это! А если все пойдет по плохому сценарию? Как, по-твоему, он заставит тебя расплачиваться? — Рики говорил, Билл не занимается траффикингом. — Я бы не стал в таких вопросах на сто процентов доверять Рики — он все-таки работает на Билла. — Ты тоже на него работаешь, — парировала Алексия. Эрнандо не нашел, что на это ответить. — Позвони Рики, наведи справки о Кае, раз переживаешь. Завтра сам на него посмотришь — он приедет помогать с переездом. — В смысле, посмотришь? — возмутился Эрнандо, набирая номер. — Я тоже помогу! Не будешь же сама коробки таскать. Заодно пообщаюсь с этим твоим ментором. Алексия обрадовалась. На самом деле она и не сомневалась, что Эрнандо тоже предложит помощь. — Алло, Рики? Здорова, братан. Как оно? Ну супер, я тоже норм. Слушай, знаю, я тебя уже достал, но будь другом, подкинь еще немного инфы — я в долгу не останусь. Эрнандо включил громкую связь и приложил палец к губам. Алексия притихла. — Ну что там у тебя на этот раз? Опять твоя подружка влипла? — Да хрен знает, влипла или нет. Она согласилась работать на Билла, и к ней приставили некоего Кая. Знаешь такого? Голос Рики заметно повеселел. — О-о-о, друган, конечно знаю! Не парься, это норм чувак, девочку твою точно не обидит. — Кто он хоть такой, можешь рассказать? — Слушай, многого рассказать не смогу, сам понимаешь, секретность. Такие люди, как он, все-таки не травку толкают, а серьезным делом заняты. Но, честно говоря, я знаю не так уж и много: Кай парень закрытый, даже для своих. Но он близко общается с Рэем, помнишь его? Мотоциклист. Еще знаю, что он давно работает на Билла, дольше многих. Чувак надежный, отвечаю: одного из наших как-то раз избили и ограбили, так вот Кай с Рэем не только нашли тех ребят, но и доходчиво им объяснили, чтоб больше так не делали. — Объяснили? — Ну да, кому-то ребро сломали, кому-то плечо прострелили. Сам я там не был, но парочка наших ходила с ними для подстраховки. Товар вернуть не удалось, но выбили деньги — хватило и за товар заплатить, и парня нашего подлечить. Кай и Рэй ничего не взяли. Вряд ли Билл им заплатил, он бы до такого не снизошел, думаю, они сами вызвались помочь. Зато после той истории все, кто в курсе, относятся к ним с большим уважением. — Ясно. Ну окей, спасибо, Рики. — Бывай. И подружке привет передавай, пускай не забывает своих, если выбьется в люди. А про то, что я тебе рассказал, чур, никому ни слова. Эрнандо пообещал, что никому ничего не расскажет, и повесил трубку. — Что думаешь? — спросил он. Алексия лишь пожала плечами в ответ. Для начала нужно было обдумать услышанное. На следующий день она собрала немногочисленные вещи, оставшиеся у Эрнандо, и сложила в бумажный пакет. Клаудия ушла на смену рано утром, поэтому они попрощались еще вечером. Алексия пообещала заглядывать в гости. Кай заехал после обеда, прихватив с собой несколько самосборных картонных коробок. Эрнандо довольно натянуто с ним поздоровался, и все трое остановились у двери в квартиру Алексии. — Хочешь, зайду первым? Прослежу, чтобы не увидела лишнего, — предложил Эрнандо. Она кивнула и протянула ему ключи. Эрнандо открыл дверь и вошел внутрь, а Кай и Алексия остались у входа и принялись собирать первую коробку. Она заметила, как Эрнандо схватил плед с дивана и аккуратно разложил его на полу. В памяти тут же всплыло кровавое озеро, и Алексия зажмурилась, пытаясь выкинуть эту картинку из головы. Она помнила лишь обрывки образов и не хотела вспоминать остальное. — Заходи, — позвал наконец Эрнандо. — Тебе же не надо в родительскую спальню? Я закрыл дверь, так что если что-нибудь понадобится — скажи, я заберу. — Спасибо, Нандо, — ответила Алексия, направляясь на кухню с коробкой в руках. Эрнандо последовал за ней, а Кай остался у двери собирать остальные коробки. — Кажется, там что-то умерло, — сообщил Эрнандо, заглянув в холодильник и брезгливо осмотрев один из контейнеров. — Мамина лазанья. К горлу подступил ком, и слезы сами полились по щекам. Быть здесь, среди знакомых вещей, словно застывших во времени, было физически больно. Каждый предмет, каждый запах — все напоминало о доме, который еще пару недель назад был полон жизни. Алексия знала, что придется столкнуться с болью утраты, но и представить себе не могла, что сердце будет так остро реагировать на самые обычные вещи. Она думала, что справится, что сможет продержаться, и теперь понимала, как сильно переоценила свои силы. Эрнандо тут же обхватил ее за плечи и крепко прижал к себе. — Ну-ну, не плачь. Хочешь, я сам все сделаю? Просто скажи, что и откуда забрать. — Спасибо, я справлюсь. Просто дай мне минуту, ладно? Постояв немного в его объятиях, она наконец отстранилась, вытерла слезы и заметила Кая, замершего у входа на кухню с двумя коробками в руках. Он молчал и не смел прерывать эту сцену. В его глазах промелькнуло сочувствие. Сборы заняли больше часа: коробок, что привез Кай, едва хватило, чтобы упаковать все, что Алексия планировала забрать с собой. Одежда составила приличную долю багажа, и пришлось воспользоваться чемоданами, с которыми семья ездила в отпуск. Она забрала столик для балкона, разложила по коробкам посуду, продукты с долгим сроком хранения, мелкую технику вроде миксера и чайника, постельное белье, бытовую химию. Конечно, не забыла и про книги. Кофемашину и электрическую кофемолку она отдала Эрнандо — за помощь и поддержку. Алексия все равно не была фанатом кофе, зато Эрнандо был вне себя от счастья. Покончить наконец со всеми сборами и закрыть за собой дверь дома, отныне ставшего чужим, было огромным облегчением. «Я все продам, — размышляла она, — и машину, и квартиру. Куплю что-нибудь другое, пусть меньше, даже если придется уехать из Чикаго. Буду жить с Эрнандо, придумаю, как зарабатывать на жизнь. Но сначала выплачу долг Биллу и отомщу всем, кто сделал это со мной». Она размышляла о том, что сделать с квартирой. Логичнее всего было бы ее сдать, чтобы иметь хоть какой-то доход, но когда Алексия попыталась разобраться в этом вопросе, оказалось, что заключать сделки с недвижимостью могут только совершеннолетние. Формально вместо нее это мог сделать опекун, но она жила по программе независимого проживания, а значит, опекуна у нее не было. Программа вроде бы расширяла ее права, но из того, что она вычитала в интернете, было непонятно, распространялось ли это на аренду жилья. Наверное, можно было уточнить это у Доминика, но она побоялась его тревожить: вдруг решит включить консультацию в список расходов, которые нужно будет возместить? Ведь вопрос не касался обучения напрямую. К тому же ей не нравилась сама мысль о том, что кто-то чужой будет жить в ее квартире. Обдумав все это, Алексия решила ничего не делать. — В твою квартиру тоже можно вызвать клининг — некоторые агентства занимаются уборкой в помещениях, где было совершено преступление. Это не редкость, и я смогу все оформить так, что тебе не придется за это платить, — предложил Кай, пока они с Алексией спускались к машине. Он тащил тяжелую коробку, а ей достался лишь бумажный пакет. Эрнандо остался наверху, чтобы подтащить оставшуюся поклажу ближе к лестнице. — Отличная идея. Спасибо! — Просто оставь мне ключи и предупреди друга. Я все организую, и тебе не придется туда возвращаться. Алексия была очень тронута. Забота Эрнандо давно стала ей привычной, а вот Кай, с которым она познакомилась лишь вчера, ничего не был ей должен. — Спасибо… но почему ты мне помогаешь? Вряд ли в твои обязанности входит таскать мои коробки, вызывать клининг и шаманить с чеками. — Не входит, но мне не сложно. Когда я был в похожей ситуации, мне тоже помогли. В машину влезли с огромным трудом. Эрнандо предложил вызвать такси, но Кай явно знал что-то такое о своей машине, раз сумел расположить чемоданы и коробки в багажнике и на заднем сиденье так, что сзади осталось немного места для одного пассажира. Туда сел Эрнандо, разместив на коленях разобранный столик для балкона. — Если поставить его на переднее сиденье, сможешь сесть ко мне на коленочки, — предложил Эрнандо с хитрой ухмылкой, но Алексия отказалась. Последнюю коробку она устроила у себя в ногах. К счастью, путь до новой квартиры занял всего несколько минут. — Симпатичней нашего, — отметил Эрнандо, разглядывая дом, когда они начали выгружать вещи. Внутри квартира выглядела куда уютней, чем вчера — после уборки там стало гораздо приятнее находиться. Алексии не хотелось утруждать Кая, поэтому, поблагодарив его, она заверила, что дальше они с Эрнандо справятся сами. Тот не возражал. — Во сколько ты обычно просыпаешься? — спросил он, направляясь к выходу. — Эм-м-м, часов в десять? — Она и до полудня может дрыхнуть, — отозвался Эрнандо с кухни. Он уже освобождал первую коробку. Немного подумав, Кай сказал: — Десять утра сойдет. Успеем до жары. Будешь готова к этому времени? — Готова к чему? — К тренировке. Начнем с физической подготовки. Спортивная одежда, кроссовки есть? — Есть. — Тогда оденься в спортивное и жди меня завтра к десяти. Кай ушел, и тут Алексия по-настоящему осознала, что с завтрашнего дня начнется нечто новое и неизвестное. Новый этап ее жизни. Кем она станет в конце этого пути? — Мне стоило огромных усилий не спрашивать, где он научился так ловко укладывать вещи в багажник, — признался Эрнандо с ухмылкой. — Намекаешь на то, что он возил там трупы? — Думаешь, не возил? Там как раз пустовато — ничего лишнего, чтоб время не тратить, когда понадобится кого-нибудь туда упрятать. — Боже мой, заткнись, — взмолилась Алексия, закатывая глаза. — Он освободил багажник заранее, так как знал, что будет помогать с переездом. Она присоединилась к распаковке коробок. Эрнандо включил музыку на телефоне, чтобы было веселей, и начал подпевать и пританцовывать. Это вызвало у Алексии смех. Теперь, когда квартира, где убили родителей, оставалась где-то позади, пусть и в пределах нескольких минут на машине, начинать новую жизнь было проще. Вещи из дома, которые она опасалась брать с собой, боясь болезненных воспоминаний, теперь согревали и наполняли пространство уютом. Она даже почувствовала легкое предвкушение, с каким-то странным любопытством ожидая, что принесет новая жизнь. Конечно, она понимала, что пока не была свободной — сейчас она была в зависимости от Тернера, но он не походил на обманщика: дал ей жилье, деньги, познакомил с Каем и пока ни разу не заставил усомниться в правильности выбора. Впрочем, прошло слишком мало времени, чтобы можно было делать какие-либо выводы. Она размышляла о Кае. Он был не похож на человека, способного сломать кому-то ребро или прострелить плечо. Конечно, время покажет, но пока ей не хотелось думать о нем плохо. А что насчет Эрнандо? Он торговал наркотиками — тоже в некотором роде убийца, но на его счет она так не терзалась. Разбор коробок занял больше времени, чем ожидалось, и пришлось сделать перерыв на пиццу, потому что Эрнандо проголодался. Закончили они лишь поздно вечером. Целуя друга в щеку на прощание, Алексия устало простонала: — Не знаю, что бы без тебя делала. — Жила бы в Спрингфилде с бабулей. Закрыв за Эрнандо дверь, Алексия ощутила странную тяжесть. Завтра начиналась ее новая жизнь. Впереди ждала неизвестность, и порой казалось, что у нее не было иного выбора, кроме как довериться Тернеру. Не ошиблась ли она, согласившись на его предложение? Хотелось бы знать наверняка. В постели ее накрыла волна эмоций. Теперь, когда она наконец осталась одна, можно было не сдерживаться. Алексия разрыдалась, уткнувшись в подушку. Горечь утраты наконец прорвалась наружу, вытаскивая за собой множество воспоминаний, связанных с родителями. Эти моменты, такие обычные и повседневные, теперь казались бесценными. Она думала о том, как редко говорила родителям, что любит их. Как часто торопилась уйти из дома, не попрощавшись. Как раздражалась из-за их заботы. Каждый вспоминаемый миг ранил, но она цеплялась за них, будто боялась, что воспоминания вскоре поблекнут. Будущее, которое раньше казалось таким далеким и расплывчатым, теперь предстало перед ней в виде пугающей пустоты. Без тепла и поддержки родителей оно казалось чужим и неприветливым. Алексия оплакивала не только родителей, но и свою потерянную жизнь. Было страшно. Мир вдруг стал таким огромным и жестоким, а она — такой крошечной. Слезы лились нескончаемым потоком, смешиваясь с безмолвными просьбами вернуть все обратно, стереть этот кошмар и вернуться в тот день, когда все было хорошо. В конце концов слезы иссякли, и им на смену пришел сон. Глава 4 Maybe it’s time to change And leave it all behind I’ve never been one to walk alone I’ve always been scared to try So why does it feel so wrong To reach for something more To wanna live a better life What am I waiting for? ‘Cause nothing stays the same Maybe it’s time to change Maybe, Sick Puppies Алексия плохо спала той ночью и то и дело просыпалась от почти пугающей тишины. Ее старая квартира находилась рядом с оживленным шоссе, и ей не хватало шума автомобилей. Кай оказался пунктуальным — появился у ее двери ровно в десять. Несмотря на недосып, Алексия встретила его умытой и одетой в спортивное. Она собиралась отнестись к тренировке со всей серьезностью, потому что пообещала себе приложить все усилия, чтобы не разочаровывать Тернера. На улице было ветрено, но июльское солнце уже нещадно припекало, и Алексия пожалела, что не захватила солнечные очки или бейсболку. Они двигались в сторону Гарфилд-парка, и по пути Кай делился планами на предстоящее обучение. — Я прошу соблюдать всего два правила. Легко запомнить, чуть сложнее придерживаться, но ничего невыполнимого я не требую. Первое правило: доверься мне. Я знаю, что делаю, и мне важно, чтобы ты выполняла мои инструкции и не спорила. Если будешь следовать указаниям, мы с тобой подружимся. Указания будут в рамках подготовки, разумеется, а то твой друг Эрнандо уже интересовался, не собираюсь ли я превышать полномочия. Алексии не понравилось, что Эрнандо полез к Каю с такими разговорами. Он слишком ее опекал, хотя все, что происходило теперь, его уже не касалось. После вчерашнего у нее сложилось впечатление, что Каю можно было доверять. Возможно зря, ведь она знала его всего пару дней, но, с другой стороны, если она собиралась преуспеть в новом деле, ей нужно было на кого-то опереться. Для этого ей и дали ментора. — Второе правило: никаких вредных привычек. Сигареты, алкоголь, наркотики — все это не пойдет на пользу твоей подготовке. Надеюсь, зависимостей у тебя нет? — Нет, — с облегчением ответила Алексия, радуясь, что хоть в чем-то оказалась профпригодной. — Я пробовала, конечно, но не увлекалась. Вижу, Билл не шутил, когда говорил, что ты за здоровый образ жизни. — Не бери в голову. Билл думает, что хорошо меня знает, но это далеко от правды, — ответил Кай. — Правила действуют только на время обучения, дальше можешь делать что хочешь. Других правил нет. А теперь о самой подготовке. В первую очередь нужно подтянуть твою физическую форму, так что трижды в неделю будем бегать, а в остальные дни будут силовые. Воскресенье — выходной. И старайся следить за питанием: больше овощей и белка, меньше чипсов — думаю, тебе и самой все это известно. Алексия вздохнула. Ее энтузиазм испарялся на глазах. Шесть тренировок в неделю! Она сомневалась, что сумеет выдержать такой режим. — Знаешь, услуги тренера стоят недешево, так что я бы на твоем месте радовался, что получаю все это бесплатно, — усмехнулся Кай, заметив, как она приуныла. Он был прав: мама Аманды работала фитнес-инструктором и прилично зарабатывала. Аманда и сама часто посещала спортзал и даже предлагала Алексии составить ей компанию. Бывшая подруга всегда была в отличной форме, и Алексии нравился ее подтянутый вид, но трудиться в зале ради такой фигуры ей тогда не хотелось. Теперь все было иначе, ведь дело касалось уже не фигуры — это был вопрос соответствия новой профессии, так что выбора не оставалось. Вид зеленых лужаек радовал глаз, и жара перестала казаться такой невыносимой. Алексия поняла, почему Кай назначил тренировку на утро — в полдень здесь будет настоящее пекло. Спустя некоторое время они оказались у пруда, вокруг которого тут и там петляли бетонные дорожки. Алексия обреченно вздохнула: момент, которого она так опасалась, наконец настал. — Я не очень хорошо бегаю, — сообщила она, надеясь, что это хоть как-то облегчит ее участь. — Да, я помню, поэтому будем работать по системе C25K. Слышала о такой? — Нет. — Эта программа помогает начинающим бегунам подготовиться к марафонам разной длины за определенный срок. К концу сентября как раз освоим первую ступень в три мили. — Три мили! Не уверена, что когда-нибудь сумею пробежать так много. Мне кажется, ты не осознаешь, насколько я безнадежна. Кай замолчал и посмотрел на нее так пристально, что ей тут же стало не по себе. Спокойно, но с заметной строгостью в голосе он произнес: — Давай договоримся: я делаю вид, что ничего не слышал, а ты постараешься вспомнить правило номер один и больше не жалуешься, ладно? Но если и правда считаешь себя безнадежной, у нас есть второй вариант: прямо сейчас я звоню Биллу, сообщаю, что наша с тобой работа закончена, и остальное вы решаете уже без меня. Что выберешь? — Не надо звонить Биллу, — попросила Алексия тихо. То, как легко, но действенно Кай осадил ее, проняло не хуже ледяного душа. «Черт возьми, а он хорош, — подумала она, испытывая одновременно стыд, возмущение и восхищение. — Я собиралась относиться к тренировкам серьезно, а сама начала жаловаться, едва к ним приступив. Соберись, Алекс! Будет сложно, но назад дороги нет. Ты пробежишь эти три мили через два месяца, даже если к финишу придется ползти». Очевидно, Кай заметил перемену в ее настрое, потому как тон его голоса смягчился, и он добавил: — Мы не к Олимпиаде готовимся, а укрепляем твою выносливость. Все будет хорошо. — Он коснулся экрана умных часов на запястье и запустил таймер. — Ладно, побежали. Ей не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним. — Я буду держаться твоего темпа, так что не торопись — беги так, как тебе удобно, — произнес Кай, уступая дорожку. — Бежать всего минуту, потом полторы минуты ходьбы — и так двадцать минут. Ничего страшного. Первая минута пролетела неожиданно быстро — Алексия даже не успела устать. — Ну как? — спросил Кай, переходя на шаг. — Не так уж и плохо. До офиса Билла бежать было тяжелей. — В тот раз ты бежала дольше, — заметил Кай. — Старайся обращать внимание на скорость, чтобы к концу минуты не уставать. Если нужно, замедляйся. Позже интервалы бега увеличатся, и времени на отдых станет меньше, так что учись распределять нагрузку уже сейчас. — А разве скорость не важней? — На ней сосредоточимся позже. Сейчас в приоритете выносливость. И они побежали снова. К концу тренировки она совсем вымоталась, а вот Кай нисколько не запыхался и даже, наверное, не вспотел. Алексия же мечтала о прохладном душе. Бег по летней жаре оказался тяжким испытанием. Впрочем, зимой ей, вероятно, придется не легче, ведь зимы в Чикаго бывали суровыми и снежными. После тренировки Алексия поделилась впечатлениями: — Странно, я ожидала чего-то другого, если честно. — Например? — Думала, будешь учить меня драться или стрелять. Кай усмехнулся. — Драться тебе пока рановато — с такой дыхалкой ты и минуту не продержишься. Сначала нужно развить выносливость и укрепить мышцы. Смотрела фильм «Убить Билла»? — Ага. — Помнишь сцену, где главная героиня тренируется у китайского учителя? — Да, но не уверена, что выдержу такое. Помню, как она таскала ведра с водой по лестнице, а я и милю не запыхавшись пробежать не могу. — Не волнуйся, настолько тяжелые тренировки тебя не ждут, но ее учитель был прав: прежде чем учить драться, нужно сначала укрепить тело. — И потом я буду всех укладывать, как Черная Вдова? Кай выдавил смешок, и Алексия улыбнулась, довольная тем, что сумела его развеселить. Выстраивать дружеские отношения с ментором в ее положении было разумно, и она поняла, что лучшая стратегия общения с ним — шутить и выполнять его указания, а вот ныть и жаловаться явно не стоило. Для этого у нее был Эрнандо, и сегодня после тренировки она собиралась воспользоваться этой опцией. — Это ведь постановочные драки, — ответил Кай. — В реальности все иначе. Если противников двое, пусть даже они не профи, то и опытному бойцу ММА придется несладко. Трое смогут завалить и профессионального боксера — просто за счет численного преимущества. Черная Вдова в одиночку расправляется с десятком охранников только на экране, на деле для этого нужна невероятная физическая форма, годы тренировок и быстрая реакция. Но даже этого может оказаться недостаточно, ведь удача тоже имеет значение. Даже когда научишься хорошо драться, вступай в бой только когда нет выбора. В остальных случаях убегай. Не получается? Напади, отвлеки и попытайся убежать снова. — И часто тебе приходилось убегать? — Разумеется, жизнь-то одна. Геройствовать нет смысла, мы не самураи, у нас нет кодекса чести. — Да? А я слышала, ты помог одному дилеру, которого избили и ограбили. Нашел тех, кто на него напал, и преподал им урок. Говорят, не обошлось без сломанных ребер и простреленных плечей. И отказался взять найденные деньги. Алексия замерла, осознав, что проболталась — Рики ведь просил сохранить ту историю в тайне! Но Кая, похоже, не особо волновало, что она каким-то образом была в курсе произошедшего. Он лишь устало вздохнул и покачал головой, словно не считал тот случай проявлением героизма. — Мы были вооружены, так что это было, скорее, избиением младенцев, — ответил он. — В таких случаях можно не убегать. — Но ты ведь все равно вступился за того дилера. Разве не в этом суть кодекса чести? — Я сделал это не потому, что мстил. Это было уроком для всех, кто в будущем захочет тронуть наших дилеров. И теперь все знают, чем это может кончиться. — Но какая тебе с этого выгода? Ты ведь даже деньги не взял. — Не все в жизни измеряется деньгами, Алекс, — ответил Кай многозначительно. — Это был вопрос влияния Билла в Вест-Сайде, что так или иначе отразится на всех нас. Стоит один раз смолчать и не ответить, и конкуренты посчитают, что нас можно давить и дальше, и тогда это станет общей проблемой, в том числе и моей. Важно было дать сигнал, что нельзя без последствий трогать людей Билла Тернера. Какое-то время шли молча, и Алексия пыталась осмыслить услышанное. Чем больше она узнавала о Кае, тем сложнее было его понять. Он был доброжелательным, но мог проявить и твердость, когда она пересекала черту. Кай не был таким благородным, каким Рики его считал, и, как выяснилось, не мстил за того дилера, а просто выполнял свою работу. И вряд ли стоял в стороне, наверняка тоже участвовал в том избиении. Она не могла однозначно назвать его хорошим человеком, но и считать плохим тоже не получалось. Кай не производил впечатления безжалостного психопата, наслаждающегося чужой болью. Впрочем, Алексия слишком мало его знала, чтобы делать какие-либо выводы. Раньше ей казалось, что по лицу человека всегда можно понять, чем он занимается, но Кай выглядел совершенно обычно, и ничто в его поведении и облике не выдавало род его деятельности, разве что он двигался грациознее и увереннее, чем другие люди, словно пантера, скользящая в тени. Он мог непринужденно шутить, подбадривать ее во время тренировки, и в глубине его серо-зеленых глаз она не видела того ледяного блеска, что ожидала бы увидеть у убийцы. Возможно, за этой внешней безмятежностью скрывалось нечто опасное и непредсказуемое, но общаться с Каем ей скорее нравилось, чем нет. Кто знает, может, однажды ей тоже доведется кого-нибудь покалечить или даже убить — защищая себя или других, или потому что это прикажет ей Тернер. Придется ли убивать обычных людей, таких, как ее родители? Впрочем, Тернер говорил, что она не будет этим заниматься, но тогда рано или поздно она собственными глазами увидит, как это будет делать Кай. — Окей, про драки я поняла, а что насчет остального? Чему еще будешь учить и когда? — спросила Алексия, пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей. — Стрелять тоже будем. Думаю, начнем через месяц, как только более-менее освоишься, — ответил Кай. — Разом нагружать тебя всем подряд не хочу — не потянешь, к тому же скоро придется совмещать тренировки с учебой. Зимой вместо одной из силовых будем ходить на скалодром — полезное умение, если нужно оторваться от погони. Также будем выходить в город: нужно уметь быстро ориентироваться на местности, находить укрытия и выбираться из тупиков. Плавать умеешь? — Да, — кивнула Алексия. В ее средней школе был бассейн, и она посещала уроки по плаванию. — Отлично. Машину не водишь, но с этим разберемся ближе к весне. Сейчас и так хватает дел. — Тоже ты учить будешь? — Нет, конечно, пойдешь в автошколу. А когда освоишься за рулем, отдам тебя другу — он обучал меня экстремальному вождению, думаю, тебе тоже пригодится. Что насчет мотоциклов и велосипедов? — Мотоциклы не пробовала, но могу ездить на велосипеде и самокате. И на роликах. — Ролики вряд ли пригодятся, хотя кто знает, — усмехнулся Кай. — Помимо этого будем изучать массу полезных навыков: взламывание замков и наручников, установку ловушек, скрытых камер и жучков. Дам тебе базовый экскурс по даркнету, например, где достать левые водительские права или разрешение на ношение оружия. Права, кстати, пригодятся: до совершеннолетия ты можешь водить машину только днем, а все самое интересное у нас начинается ночью, так что лучше обзавестись документами, где ты будешь постарше. Всех мелочей сейчас не упомню, какого-то единого плана у меня нет. Разберемся по ходу дела. Когда освоишь базовые навыки, начну давать тебе задания. Кстати, как у тебя с софт-скиллами? — Как у всех, наверное, — ответила Алексия неуверенно, вспомнив Вайолет, окруженную кучей друзей, и Аманду, умевшую произвести впечатление. — А насколько это важнее умения быстро бегать и драться? — Без социальной инженерии никак — это ключевая часть твоей работы. — Жаль. Весной я пыталась читать книгу про эмоциональный интеллект, но бросила на середине — стало скучно, хоть я и люблю научпоп. Честно, даже не ожидала, что в работе, связанной с криминалом, это важно. Думала, все решает пистолет. Кай снисходительно улыбнулся. — Знаешь, откуда взялся термин «софт-скиллы»? — Не-а. От какого-нибудь Тони Роббинса? — Не угадала. Термин ввели еще в шестидесятых. Как думаешь, кем? — Психологами? — А вот и нет — военными, — ответил Кай, и Алексия удивленно вскинула брови. — Знаешь, стрелять и драться — это хорошо, но в годы холодной войны требовалось нечто большее. Военные заметили, что команды, где была налажена коммуникация, чаще достигали целей миссии и теряли меньше бойцов. Так что кое-что из того, что я буду тебе рассказывать, будет взято прямиком из методичек Армии США. И там, кстати, ничего не было про эмоциональный интеллект. — Невероятно. Но ладно. Можешь привести пример? — Допустим, тебе нужно отвлечь охрану, пока я работаю за их спинами. Что будешь делать? Прежде всего нужно успокоиться, чтобы себя не выдать. Будешь нервничать — и охрана сразу заподозрит неладное. А дальше? Что им сказать? Как себя вести? Как выиграть время? По жестам и выражению лиц можно примерно прикинуть, что у них на уме: будут нападать или можно попробовать договориться? Есть техники, позволяющие располагать к себе, задавать правильные вопросы, убеждать и даже манипулировать. Сфера применения безгранична. — И ты будешь учить меня всему этому? — Дам теорию, подскажу, какие книги почитать, но лучший учитель — практика. Будем выходить в люди и тренироваться на окружающих. За разговором Алексия и не заметила, как быстро они дошли до ее дома, зато обнаружила кое-что любопытное: Кай переставал быть молчуном, когда дело касалось обучения, и говорить с ним об этом было весьма увлекательно. Было даже немного жаль так рано прощаться. Приняв душ, Алексия почувствовала голод и решила позавтракать остатками вчерашней пиццы, а затем задумчиво осмотрела пустой холодильник. У нее были спагетти и листы для лазаньи, но не хватало всего остального. Поискав в Google ближайший продуктовый и взяв с собой сто долларов, она отправилась за покупками, спрятав остальные деньги в гардеробной, чтобы не таскать с собой всю тысячу и не держать ее в квартире на виду. Магазин находился довольно далеко — их район не зря прозвали одной из продовольственных пустынь, и она впервые задумалась над тем, чтобы уговорить Кая отправить ее в автошколу пораньше, ведь тогда она могла бы брать машину отца. А пока приходилось довольствоваться автобусом. Это был ее первый самостоятельный поход за продуктами, и Алексия испытала легкую гордость за себя, сумев удержаться от соблазна накупить лишнее. Чипсы остались на полке, хотя пару шоколадных батончиков она все-таки прихватила. Ожидая обратный автобус, Алексия решила позвонить Эрнандо. Судя по веселому тону, тот был рад звонку. — Ну, рассказывай, как тебе взрослая самостоятельная жизнь, — поинтересовался он после обмена приветствиями. — Отвратительно. Я только что оставила в магазине восемьдесят баксов, хотя почти ничего не купила. Та тысяча, что дал Билл, уже не кажется состоянием. За одну куриную тушку я заплатила почти десятку! — Ты что, в Whole Foods ходила? — Не знаю, просто нашла ближайший к дому магазин. Но проблема в другом. Я отдала десятку за куриную тушку, но я не умею ее готовить! Что мне делать? Эрнандо рассмеялся. — Понятно, домашняя девочка. Мне приехать, чтобы дать тебе мастер-класс? — Было бы круто. Она успела опередить Эрнандо всего на несколько минут и в ожидании его прихода гуглила другие магазины в округе. Тот, куда она ходила, действительно оказался недешевым, и теперь она злилась на себя за то, что не удосужилась проверить это заранее. Конечно, Алексия знала, что цены в магазинах бывают разными, но раньше ей не приходилось задумываться о таких вещах — ее покупки обычно ограничивались какой-нибудь мелочевкой, купленной на карманные деньги. Наконец появился Эрнандо. — Показывай пациента, — скомандовал он, вымыв руки и направившись на кухню. Алексия достала из пакета курицу. — Отлично. Сначала помоем, потом замаринуем. Что есть для маринада? — А из чего его делают? — Понял, — вздохнул Эрнандо и, махнув рукой в сторону дивана, добавил: — Садись, я тут сам разберусь. — Ну уж нет, — запротестовала она. — Дай мне удочку, а не рыбу. Я буду смотреть, как ты готовишь, и запоминать. — Окей, но сразу предупреждаю: шеф-повар из меня так себе, — сообщил Эрнандо, осматривая содержимое кухонных шкафов. — Точно помню, что ты привозила из дома специи и соусы. Ага, вот паприка. Этот соус тоже подойдет. Вообще, знаешь, я чаще всего просто гуглю продукты, которые есть дома, и готовлю по найденному рецепту. Первые пару раз выйдет паршиво, а потом научишься. Это же не нейрохирургия. Смешав из найденного соуса, паприки, черного перца и соли нечто пастообразное, Эрнандо тщательно обмазал этой смесью промытую под струей воды курицу и оставил мариноваться. — Теперь нужно подождать хотя бы полчаса. Жаль, картошку не купила — можно было бы вместе запечь, но не страшно, сделаем салат в качестве гарнира. — Я теперь за здоровый образ жизни: не пью, не курю, наркотики не употребляю, питаюсь только мясом и овощами, — с усмешкой сообщила Алексия. — И шоколадками, — прокомментировал Эрнандо найденные в пакете шоколадные батончики. — Там орехи! Полезно для мозга, — пояснила она, едва сдерживая смех. Обед получился отменным — Эрнандо оказался на удивление талантливым поваром. Алексия впервые пожалела, что они больше не жили по соседству — было бы классно готовить так вместе каждый день. Конечно, был соблазн накупить заморозки: сунул в микроволновку — и через несколько минут обед готов, но микроволновки в ее новой квартире не было. — Заморозку можно и в духовке готовить, почитай инструкцию на упаковке, — посоветовал Эрнандо. — Есть отличные смеси из овощей и круп. Или рыба. Даже картофель фри можно запекать, и получится почти ЗОЖ, если не заливать маслом. Экономит время и не требует особых навыков. На крайняк можно заказать пиццу — это всего пятнадцать баксов. — Все равно дорого, не говоря уже о том, что пицца очень калорийна, — отметила Алексия, складывая грязную посуду в посудомойку. — Ладно, справлюсь, в следующий раз поищу заморозку. Меня еще ждет знакомство со стиральной машиной. Кстати, не знаешь, как запустить посудомойку? У нашей были другие кнопки. Надеюсь, с таблетками я не ошиблась. Пятнадцать баксов за пачку, между прочим, как целая пицца! Хорошо, что стиральный порошок я привезла из старой квартиры. Эрнандо быстро разобрался с посудомойкой и помог ее запустить. Позже они устроились на диване, и Алексия поделилась впечатлениями от утренней тренировки, рассказав о Кае и его планах на обучение. — Звучит круто, — оценил Эрнандо. — Если честно, даже немного завидно. Я бы не отказался от такой работы, если за нее платят больше, чем за наркоту. — Мне за нее пока ничего не платят — та тысяча была в долг, — напомнила Алексия. — А ты бы смог убивать людей? — Не знаю, — ответил он неуверенно и пожал плечами. Дальше эту тему развивать не стали, и Алексия вдруг вспомнила, о чем еще хотела поговорить. — Слышала, ты лез к Каю со всякими странными вопросами по поводу моего обучения, и мне это не понравилось. — Ну прости, — пробурчал Эрнандо, потупив взгляд. — Я просто хотел прощупать почву. Не хочу, чтобы он злоупотреблял своим положением. — Не волнуйся, если мне что-нибудь понадобится, я сама попрошу — как с курицей. Но сейчас мне важно научиться самостоятельности. Не опекай меня, ладно? Эрнандо нехотя кивнул. Они еще немного поболтали, а затем он ушел. Оставшись одна, Алексия вновь ощутила пустоту и одиночество. Ее одолевал страх перед будущим, а необходимость самостоятельно решать бытовые проблемы, укладываться в ограниченный бюджет и при этом продолжать тренироваться забирала все силы. Она все еще тосковала по родителям, и это тоже не оставляло места ни для радости, ни для покоя. Они с Каем продолжили бегать по Гарфилд-парку трижды в неделю, а остальные дни, кроме воскресенья, посвящали тренировкам в зале. Тот находился в десяти минутах езды от дома Алексии. Несмотря на обилие тренажеров, знакомить ее с ними Кай не спешил: первые пару недель они занимались функциональным тренингом, и самое тяжелое, что он давал ей в руки, была гантеля в пять фунтов. Тем не менее эти тренировки нравились ей больше, чем бег. Со временем Алексия привыкла к новому ритму жизни. Быт наладился: она поняла, как включать стиральную машину и духовку, как мыть полы и готовить простые блюда. Вместе с Каем они закупили все необходимое для дома, а балкон она обустроила по своему вкусу, превратив в уютное гнездышко для посиделок. С деньгами все обстояло сложней: Алексия часами зависала на YouTube, пытаясь разобраться, как прожить на сто долларов в неделю, но у нее это так ни разу и не получилось. Ей приходилось буквально заставлять себя смотреть на ценник, прежде чем класть товар в корзину. Пришлось отказаться от покупки книг — они стоили слишком дорого. Вместо этого она записалась в местную библиотеку и, ознакомившись с их книжным ассортиментом, порадовалась своему решению, удивляясь, почему не сделала этого раньше. Тоска по родителям никуда не ушла, но с каждой неделей боль понемногу утихала. Алексия училась вспоминать о них с теплотой, а не с желанием тут же расплакаться. Пару раз она ездила в офис Тернера, чтобы подписать бумаги, подготовленные Домиником, но с самим Биллом Тернером больше не пересекалась. Так незаметно пролетел первый месяц ее новой жизни. Наступил август, и как-то раз Кай сообщил: — С завтрашнего дня буду учить тебя стрелять. Сначала съездим в тир, а потом — в зал, на силовые. Знаю, ты этого ждала. — Еще как! — Но сильно не радуйся — начнем с пневматики. Огнестрел тебе давать пока рано. Радость Алексии это не омрачило: она чувствовала, как преодолевает очередной рубеж на пути к цели, и это придавало сил. — И еще, — добавил Кай. — Билл просит тебя заехать к нему завтра. Постарайся сделать это до тренировки. Алексия надеялась, что Тернер позвал ее к себе, чтобы вручить новый конверт с деньгами, ведь в кошельке у нее осталась последняя сотня, и ранее она предупреждала Кая об этом. Конверт ее действительно ждал, но Тернер пригласил ее не поэтому. Не теряя времени, он сразу перешел к делу: — Я узнал кое-что о твоих родителях. Точнее, о твоем отце. Итак, Стивен Дэгер работал в William Blair and Company. Неплохое место, старинный чикагский банк. Тебе известно, чем конкретно твой отец там занимался? — Эм-м-м… нет, но вряд ли чем-то действительно важным — не так уж много он зарабатывал, — ответила Алексия, пожав плечами. Ее семья не бедствовала, но и по-настоящему богатыми их было не назвать: она не могла похвастаться поездками за границу, в отличие от более обеспеченных одноклассниц, вместо машины на шестнадцатилетие ей подарили айфон да и на карманные расходы давали не так уж много. — На самом деле зарабатывал он прилично, — сообщил Тернер. — Правда, неофициально, поэтому доходы не афишировал, чтобы не привлекать внимание налоговой. — О каких неофициальных доходах речь? — недоумевала Алексия. Ей всегда казалось, что банк, где работал отец, был слишком солидным для подобных темных делишек. — Вроде тех, что тебе плачу я. — Тернер кивнул на конверт в ее руках. — Только суммы гораздо больше. Насколько больше — понятия не имею, как и о том, куда эти деньги в итоге делись: об этом знал лишь тот, кто их прятал — твой отец. Однако часть средств была обелена. Он даже налоги заплатил, оформив все как консультационные услуги. Вот, взгляни. Он протянул Алексии несколько бумажных листов — налоговые декларации и банковские выписки. Она не разбиралась в бухгалтерских документах, но взгляд невольно задержался на одной из таблиц. Там, среди строк и цифр, несколько раз мелькнула фраза «консультационные услуги». — Насколько мне известно, в реальности он зарабатывал больше, просто не хотел завышать налоговую ставку, поэтому в декларации указана лишь часть, — добавил Тернер. — Взгляни на выписку: неплохая сумма копилась тебе на колледж, а? Алексия перевела взгляд на лист с банковской выпиской и застыла в изумлении. На счете числилась шестизначная сумма — более трехсот пятидесяти тысяч долларов. Этих денег хватило бы на Гарвард! Но почему отец никогда о них не упоминал? Понятно, почему он скрывал неофициальные доходы, но эти-то деньги были легальными. Знала ли о них мама? — Твоя бабушка активно интересовалась наследством, — сообщил Тернер. — У твоих родителей было совместное завещание, где ты указана единственным наследником. — Если бы она стала моим опекуном, то получила бы доступ к этим деньгам? — догадалась Алексия. По ее спине пробежал холодок. — Не уверен, что у нее была бы полная свобода распоряжаться твоим имуществом — это лучше уточнить у Дома, я не специалист в этом разделе гражданского права. Однако ясно одно: ее интерес не был бескорыстным. Она даже связывалась с исполнителем завещания, вашим семейным юристом. Дом тоже с ним общался, чтобы запустить процедуру вступления в наследство. Сейчас идут проверки: необходимо удостовериться, что у твоих родителей не осталось долгов. Это затянется, но к концу года, скорее всего, управимся. Правда, — Тернер сделал паузу, прежде чем продолжить, — порадовать тебя богатым наследством не могу. За три дня до убийства все деньги со счета были выведены в офшор. Их там больше нет. Алексия, словно завороженная, уставилась на выписку. Только теперь ее взгляд упал на итоговую строку в самом низу документа. Там был ноль. Первого июля кто-то вывел со счета все до последнего цента. «Кто мог это сделать? Может, папа сам перепрятал деньги? — размышляла она. — Вдруг ему угрожали, вдруг он знал, что за ним охотятся? Или это был чужой офшор, и кто-то вывел деньги без его ведома, а затем избавился от владельца счета?» О том, что кто-то, по сути, ее ограбил, Алексия и не думала: она не знала об этих деньгах до сегодняшнего дня, так что не успела толком к ним привязаться и не расстроилась, узнав, что их больше не было. Хотя они определенно пригодились бы, например, чтобы покрыть долг за обучение. — От кого папа получал эти деньги? — спросила она, осознав наконец, что Тернер так и не раскрыл эту часть информации. — Армин Хайнеманн, — произнес он, делая паузу, чтобы проследить за ее реакцией. — Тебе знакомо это имя? — Нет. — Неудивительно — он известен лишь в узких кругах. Владелец нескольких торговых центров в Иллинойсе, а также ряда других бизнесов, но не буду грузить деталями. Важно то, что основной его доход — нелегальная продажа оружия. Впрочем, наркотиками он тоже занимается. И я выяснил, что именно на него работал твой отец — помогал отмывать деньги и вкладывать их в инвестиционные проекты своего банка. — Думаете, Хайнеманн заказал мою семью? — Такое возможно, — подтвердил Тернер. — Если твой отец перешел ему дорогу, Армин без колебаний избавился бы от него. Его люди работают чисто и профессионально, а убийство твоих родителей именно так и выглядит. — Тернер сделал небольшую паузу и откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. — Но доказательств у меня нет, лишь догадки. Я попробую узнать больше, но копать под Армина дальше — дело рисковое. Среди его людей крыс нет, а если появляются, то долго не живут. У него с этим строго. Алексия замерла, погрузившись в собственные мысли. Наконец она подняла взгляд на Тернера и набралась решимости задать самый главный вопрос: — Допустим, это он. Мистер Тернер, вы поможете мне его убить? Глава 5 Love, it will get you nowhere You’re on your own Lost in the wild So come to me now I could use someone like you Someone who’ll kill on my command And asks no questions Psycho, Muse Выражение лица Тернера резко переменилось, а его взгляд вдруг наполнился смесью удивления и интереса. — Ты хочешь убить Армина Хайнеманна? Даже не имея доказательств его причастности? — Раз папа работал на столь опасного человека, для меня все очевидно, — ответила Алексия. Внезапно ей стало не по себе от того, как легко было сказать это. Не было ни страха, ни сомнений — лишь хладнокровная уверенность в правильности своих выводов. — Еще ничего толком не ясно. — Тернер покачал головой, словно желая остудить ее пыл. — Для начала нужно понять мотив. Что такого сделал твой отец, раз Армин захотел от него избавиться? Свой человек в банке — ресурс ценный, я бы не стал им разбрасываться. Возможно, мы ошибаемся, и заказчиком был кто-то другой. — Если бы был кто-то другой, вы бы уже узнали, — возразила Алексия. — Вряд ли папа был связан с кем-то еще столь же опасным. Тернер слегка улыбнулся, словно ему понравились ее рассуждения. — Скорее всего, ты права, но других зацепок у меня нет, и, если честно, сомневаюсь, что появятся новые. Алексия вновь перевела взгляд на банковскую выписку, на нулевую итоговую сумму. Где теперь эти деньги? И что случилось с теми, что отец держал в тени? «Нужно вернуться в квартиру и все внимательно осмотреть, — подумала Алексия и вспомнила, что Кай приглашал туда клининговую компанию. — Надеюсь, деньги они не находили, а то будет обидно потерять их так глупо. Хотя не думаю, что уборщицы стали бы их красть, да и папа вряд ли хранил деньги на видном месте — их могли случайно найти мы с мамой. Наверняка дома был тайник. — В голову тут же прокралась еще одна мысль: — Интересно, Синтия знала об этом? Она ведь так интересовалась наследством. Или это просто совпадение? Она всю жизнь прожила в Спрингфилде, но после похорон задержалась здесь на один день, чтобы уладить какие-то дела. Что за дела у нее могли быть в Чикаго?» Алексия решила осмотреть квартиру сразу после встречи с Тернером, а вот к разговору с Синтией была пока не готова, хоть и чувствовала, что это было важно. Она планировала вернуться к этому вопросу, когда дела с CPS будут окончательно улажены и Синтии откажут в опекунстве. — Так вы поможете? — спросила Алексия снова. — Ты хочешь сделать это сама? — Да. Тернер неторопливо закурил и откинулся на спинку кресла. Некоторое время он молча разглядывал Алексию, словно пытался прочесть ее мысли. — Сначала пообещай вот что: ты не будешь заниматься самодеятельностью. Заверши обучение, походи на задания, наберись опыта. Я помогу с планированием и ресурсами, возможно, выделю людей. Обсудим детали ближе к делу. — Справедливо. У Хайнеманна, наверное, куча охраны, и, если сунусь сейчас, меня просто пристрелят, — согласилась Алексия, признавая, что без подготовки ей не справиться. Она посмотрела на Тернера с благодарностью. Его поддержка вселяла в нее уверенность. С таким могущественным покровителем все казалось по плечу, но одна мысль все же не давала покоя, и она спросила: — Почему вы согласились? Если Хайнеманн узнает, что я на вас работаю, разве не возникнут проблемы? Тернер усмехнулся. — Видишь ли, в чем дело: убийство Армина Хайнеманна будет мне лишь на руку. Я уже упоминал, что он тоже продает наркотики. Он мой конкурент, но пока это не доставляет проблем, так как мы работаем в разных районах, однако я не собираюсь ждать, когда он решит потеснить меня в Вест-Сайде. К тому же он уже много раз переходил мне дорогу, и у меня давно на него зуб. Если у тебя получится его убрать, я тоже окажусь в плюсе, а значит, мне выгодно помогать тебе. Ответ Тернера ее удовлетворил. Попрощавшись, Алексия вышла из кабинета, забрав с собой бумаги, которые он показал. Ей хотелось обсудить их с Эрнандо — вдруг тот подметит что-нибудь важное? Все, что она узнавала об отце, оставляло множество вопросов, на которые было неоткуда взять ответы, но теперь она хотя бы знала, что Тернер поможет с местью. Алексия позвонила Эрнандо и предупредила, что собирается заехать. Тот был дома, и вскоре они встретились у двери ее квартиры. Второй раз входить туда было легче, и Алексия сделала это без лишних эмоций. Кай выполнил обещанное: квартира встретила их чистотой, а кровавые следы исчезли. Пожалуй, таким опрятным это место она видела впервые. — Ух ты, ни пятнышка, — удивился Эрнандо, осмотрев ковер у дивана. Алексия прекрасно помнила, каким тот был ранее, но теперь он выглядел как новый. — Неплохо они убрались, надо бы взять у Кая номерок — мало ли пригодится. — Поверь, ты не захочешь, чтобы он тебе пригодился, — ответила она сухо. Эрнандо промолчал, явно осознав, как неуместно прозвучал его комментарий. Если в квартире и существовал тайник, то, скорее всего, находился в спальне родителей. Алексия направилась прямиком туда и начала ощупывать стены, внимательно изучая каждый дюйм. — Что мы ищем? — поинтересовался Эрнандо, наблюдая за ее действиями. Алексия, не отвлекаясь от дела, кратко пересказала ему утренний разговор с Тернером. На некоторое время в комнате повисла тишина. Эрнандо переваривал услышанное, а затем тихо спросил: — Ну дела… Ты серьезно задумала убить того хрена? — Да. Она сомневалась, стоило ли рассказывать Эрнандо об этом. Алексия знала, что он начнет спорить, отговаривать, убеждать ее отказаться от задуманного. Так и вышло: он долго что-то говорил, пытаясь донести свои опасения, пока она сосредоточенно ощупывала стены. Осознав, что никакой реакции не добьется, Эрнандо наконец сдался. — Ладно, смотри на профессионала и учись, — заявил он, присоединяясь к поискам. Его слова не были пустым бахвальством — он искал там, куда Алексия даже не подумала бы заглянуть: за вентиляционной решеткой в ванной, в туалетном бачке, внутри корпусов настенных кондиционеров и даже в старом пылесосе, забытом в кладовке и так и не отвезенном в благотворительный центр — после покупки нового об этом просто забыли. Эрнандо не пропустил ни единой щели между стеной и мебелью, ни одного гипсокартонного короба. — Как ты это делаешь? — спросила Алексия с удивлением. — Если б я не умел прятать товар, уже давно сидел бы за решеткой. А если умеешь прятать, то и искать научишься, — ответил он со знанием дела. Они осмотрели всю квартиру, включая комнату самой Алексии, и потратили на поиски больше часа, однако так и не нашли ничего, что можно было бы назвать тайником. Единственной вещью, способной пролить свет на происходящее, оказался ноутбук отца, однако, включив его, они столкнулись с новой проблемой — тот требовал пароль. — Знаешь пароль? — спросил Эрнандо, глядя на нее с надеждой. Алексия покачала головой. В процессе поисков им не попадалось ничего, что могло бы дать подсказку — никаких стикеров или записных книжек. — Можно попробовать подключить к другому компу, как флэшку. — Не сработает — пароль просит BitLocker, а не операционная система. Алексия вспомнила, как ворчал отец, когда пришлось установить эту программу на ноутбук — этого требовала служба безопасности его банка в рамках их политики защиты данных. Заинтригованная его словами, она полезла в Google, чтобы узнать о BitLocker больше. Ее всегда привлекали компьютеры. В средней школе Алексия посещала компьютерный кружок, где была единственной девочкой. Ей нравилось это место, и порой она представляла себя Лэйн из аниме «Эксперименты Лэйн», которое они смотрели вместе с Эрнандо. Однако не все разделяли ее увлечение: Аманда, ее тогдашняя школьная подруга, не упускала случая посмеяться над задротскими интересами Алексии. Постепенно насмешки сделали свое дело, и кружок она бросила. — Не понял, что еще за BitLocker? — нахмурился Эрнандо. — Программа для шифрования данных, — ответила Алексия. — Она полностью шифрует диск, и без пароля ты не только не получишь доступ к файлам, но даже не сможешь стартануть операционную систему. А если подключишь диск к другому компьютеру, увидишь лишь кучу бессмысленных данных, которые никак не расшифровать. Алексия обреченно вздохнула. Единственная реальная зацепка оказалась недоступной. Тем не менее она прихватила ноутбук с собой, решив проверить несколько самых очевидных вариантов паролей или поискать советы в интернете — вдруг найдется способ взлома, о котором она не знала. — Зайдешь на кофе? — предложил Эрнандо. — Проведаешь бывшую кофеварку. — Прости, нет времени, — ответила Алексия, взглянув на телефон. — Скоро приедет Кай, а мне еще нужно успеть добраться до дома. — Так напиши ему, пусть заберет тебя отсюда. Какая ему разница, все равно на тачке. Кай оказался не против заехать за ней по другому адресу, так что оставшееся до начала тренировки время она провела с Эрнандо. Вместе они разобрали бумаги, которые дал Тернер, хотя ничего полезного это не принесло — Эрнандо в финансовых документах тоже не разбирался. — Тут выписки за последние три года, — отметил он, внимательно вчитываясь в страницы. — Похоже, счет использовался только для консультационных услуг. Деньги поступали регулярно, раз в три месяца. — Значит, папа работал на Хайнеманна больше трех лет, — задумчиво проговорила Алексия. — А я и не догадывалась. Он, конечно, часто задерживался на работе, но я думала, это нормально для банков. Вдруг у них переработки в порядке вещей. — Возможно, знала твоя мама, — предположил Эрнандо, — но тебе-то зачем рассказывать? Ты ж еще мелкая была, мало ли где проболтаешься… О, смотри-ка, за эти три года был только один вывод средств — первого июля. Если это сделал твой отец, то мог вывести деньги в офшор так, что теперь их не найти — он наверняка разбирался в таких делах, раз работал в банке. Хотел как лучше, а ты в итоге осталась без единого цента. — Да и черт с ним, — отрезала Алексия. Мало-помалу она начинала испытывать досаду при мысли, что кто-то увел у нее из-под носа приличную сумму, но признаваться в этом не хотелось. — А о том, где он мог прятать наличку, ты тоже не в курсе? Алексия покачала головой. Вскоре приехал Кай, и, попрощавшись с Эрнандо, она отправилась на долгожданную тренировку по стрельбе. Ехали, как обычно, в тишине, и она обдумывала слова Тернера, но ее так распирало от новостей, что она решила поделиться ими с Каем. — Билл, кажется, нашел того, кто заказал убийство мамы и папы. — И кто же? — Некий Армин Хайнеманн. Знаешь его? — Знаю. Что будешь делать? — Я собираюсь его убить, — заявила Алексия со всей серьезностью, и Кай подавил смешок. Она возмущенно добавила: — Тебя это забавляет? — Прости, но убийство Хайнеманна — задача не твоего уровня. — Я не планирую делать это прямо сейчас, — парировала Алексия. — Билл сказал, сначала нужно закончить обучение и набраться опыта. В таких делах не стоит торопиться. Ты же знаешь: месть — это блюдо, которое подают холодным. Кай устало выдохнул, но ничего не ответил. Его молчаливый скептицизм начинал раздражать. Алексия не выдержала и спросила: — Не веришь, что справлюсь? По-твоему я совсем безнадежна? Кай вдруг улыбнулся. — Месяц назад ты говорила, что никогда в жизни не пробежишь три мили, а теперь заявляешь, что собираешься убить Армина Хайнеманна — одного из самых опасных людей в Чикаго. Приятно видеть, что твоя самооценка растет, и я убежден, что ты совершенно точно не безнадежна, однако Хайнеманн тебе не по зубам. — Да что в нем такого особенного? — возмутилась Алексия. — Ну есть у него охрана, и что? Даже президентов убивают. Вспомни, как чуть не пристрелили Трампа. Не думаю, что Хайнеманн настолько влиятелен. Кай покачал головой, словно раздумывая, стоит ли продолжать разговор, и наконец спросил: — Что ты вообще о нем знаешь? — Ну… — протянула Алексия, перебирая в голове известные факты. — Он торгует оружием и наркотиками, но легальный бизнес у него тоже есть — торговые центры какие-то. Билл считает его конкурентом. — Знаешь, сколько человек его охраняет? Как давно он всем этим занимается? Или хотя бы где часто бывает? Ответов у Алексии не было, но и отступать она не собиралась. — Билл обещал помочь с планом. Возможно, даст людей. Мы обсудим все это после того, как я закончу обучение, — ответила она уверенно. Кай снова вздохнул и спустя небольшую паузу произнес: — Ладно, расскажу немного больше, чтобы ты понимала, почему твоя идея кажется мне нереальной. Как-то раз Билл поручил мне присмотреться к Хайнеманну, чтобы понять, реально ли его убрать. Это не просто наркобарон, Алекс. Он стал первым, кто всерьез занялся обучением и подготовкой своих людей. До него это была просто банда уличных громил, едва умевших держать в руках пистолет. У Хайнеманна непростое прошлое: он работал в спецслужбах, где и обзавелся полезными связями. С их помощью он наладил бизнес по продаже оружия и обучил своих людей всему, что умел сам. Это было пятнадцать лет назад. А чем пятнадцать лет назад занималась ты? — Не знаю, наверное, училась ходить. — Вот именно. Надеюсь, ты понимаешь, что пятнадцать лет в криминальном бизнесе — это невероятный срок. Только представь, сколько людей за это время он успел подготовить, — отметил Кай, бросив на нее испытующий взгляд. — Он первым понял, что нужна дисциплина и подготовка, а остальные, включая Билла, стали его копировать и тоже начали искать парней, мечтающих выбраться из бедности и не боявшихся при этом замарать руки. Но вот в чем загвоздка: Хайнеманн знал, как сделать из них настоящих головорезов, а Билл и остальные — нет. Поэтому люди Хайнеманна и считаются самыми опасными в Чикаго. И, что важно, он использует их и для собственной охраны — настолько им доверяет. — А охранники Билла разве не такие же, как ты, просто в костюмах? Кай покачал головой. — Нет, это просто телохранители, их можно нанять через агентство. Они защищают бизнесменов, селебрити, политиков, в общем, всех, кому нужна охрана. Но есть одно отличие: телохранители Билла получают доплату за молчание. Они многое повидали и, скорее всего, не раз пачкали руки. Это профессионалы с армейским прошлым и серьезной подготовкой. Но они — просто наемники, а люди Хайнеманна — это совсем другое. Они не просто на него работают — они ему преданы, и это делает их куда опаснее. — Погоди, — задумалась Алексия. — Если Билл не знал, как обучать своих людей, кто тогда обучил тебя? — У Билла был партнер по бизнесу, Роберт Росс. Роб был мастером своего дела, проходил обучение в армии, а после — в разведке, но был вынужден покинуть службу после серьезной травмы. Он обучал таких, как мы. Роба убили три года назад, и с тех пор все изменилось. Именно после этого Билл и нанял телохранителей. Рисковать и поручать защищать себя вчерашним хулиганам он тогда не решился. После смерти Роба мы продолжили его дело и тоже стали обучать новичков, но это было уже не то. — Кто его убил? — Кто конкретно, мы так и не узнали. Было несколько кандидатур, в том числе Хайнеманн, поэтому Билл и поручил мне за ним следить. Но Роба совершенно точно убрали из-за конкуренции: никому не нравилось, что люди Билла тоже начали представлять реальную угрозу. Возможно, расчет был на то, что смерть Роба его напугает и он оставит свою затею, но это лишь сильнее его разозлило. Они с Робом дружили с детства, выросли здесь, в Вест-Сайде, и смерть друга привела Билла в ярость. Он не остановился, начал мстить и устранять конкурентов один за другим. Помогли связи из Нью-Йорка, где он жил некоторое время, прежде чем вернуться в Чикаго и начать строить свой бизнес. Он убрал многих, но не Хайнеманна. Сейчас все более-менее устаканилось, поделили районы и сферы влияния, где-то даже объединились, но Биллу пришлось приложить немало сил, денег и связей, чтобы удержаться на плаву. — В Чикаго много криминальных группировок? — Никто не считал — состав и количество постоянно меняется. На юге и востоке их больше всего. Думаю, не меньше пятидесяти. Много этнических — черные, латиносы, азиаты, в некоторых не больше дюжины человек. А таких крупных, как у Хайнеманна, меньше десятка. — Группировка Билла считается крупной? — Более-менее. Но его люди в основном заняты наркотиками, как, например, твой друг Эрнандо. Кай замолчал, отвлекшись на происходящее на дороге. Алексия размышляла о его словах, а затем решила задать давно интересовавший ее вопрос: — Сколько тебе лет? И как давно этим занимаешься? — Почти двадцать один. Начал в тринадцать. — Не слишком ли рано для такой опасной работы? — Возможно, но теперь уже поздно об этом сожалеть, — ответил он равнодушно. — Многие из тех, кто сейчас работает на Билла, начинали с подростковых банд. — И все примерно твоего возраста? — Нет, конечно, — ответил Кай, усмехнувшись. — Я довольно молод в сравнении с остальными. У нас большой разброс по возрастам. — Но Билл хорошо к тебе относится, если судить по тому, как вы общаетесь. — Просто я работаю на него уже очень давно. Не все из тех, с кем мы вместе начинали, дожили до сегодняшнего дня. Кай говорил о прошлом с пугающим равнодушием, будто это была не его жизнь, а чья-то чужая. «Тринадцать лет… Что тринадцатилетний ребенок мог знать о том, как выживать в мире взрослых? — размышляла Алексия. — Я старше на три года, но даже мне это дается с огромным трудом. Скольких друзей ты потерял на этом пути? Я оплакиваю лишь маму и папу, а со сколькими пришлось попрощаться тебе?» Какое-то время молчали, и Алексия обдумывала все, что удалось узнать, а затем произнесла: — Странно, что Билл не рассказал мне обо всем этом, когда предлагал работу. Чувствую себя обманутой. — А это что-то бы поменяло? — Нет, — призналась она. Она могла уехать жить к Синтии в Спрингфилд, но такой вариант даже не рассматривался. — Сейчас ситуация изменилась, — успокоил ее Кай. — Билл добился определенного авторитета, и теперь мало кто осмелится бросить ему вызов. Даже с Хайнеманном у них пусть худой, но мир. Алексия нахмурилась, размышляя над его словами, а затем задумчиво спросила: — Не понимаю, почему он не предупредил, что Хайнеманн — такая сложная цель, а наоборот поддержал. Или он надо мной посмеялся? — Вряд ли, — ответил Кай, немного поразмыслив над ответом. — Мне кажется, Билл просто очень хочет избавиться от Хайнеманна, но не знает, кому это поручить. Я бы не взялся за это ни за какие деньги, и таких, как я, полно. Настаивать Билл не станет — сам осознает, что дело непростое. Я слышал, попытки убрать Хайнеманна уже были, но все провалились. Если у тебя получится — здорово. Если нет — для Билла это не проблема. Он выкрутится, скажет, что это была твоя личная вендетта, а он ни при чем. Он ничем не рискует, рискуешь лишь ты — в первую очередь своей жизнью. Так что подумай, стоит ли в это лезть. Времени до конца обучения достаточно, чтобы решить. Билл не станет тебя заставлять, иначе давно бы нашел способ заставить любого из нас. «Билл не мог поручить это дело Каю и другим, так как ценит их жизни выше моей, но это понятно — я с ним всего месяц, какая от меня польза? Но если у меня получится… Уверена, это будет отличная благодарность за поддержку в тяжелый для меня момент. Может, Билл и долги мне на радостях спишет», — размышляла Алексия, все сильнее убеждаясь в том, что хочет взяться за это дело. — Слушай, а зачем ему такие, как мы? Тебя завербовали в тринадцать, меня — в шестнадцать. Но мы не то чтобы серьезная боевая единица. Почему он не привлекает тех, кто служил в армии? Не наймет профессионалов через агентство? Кай улыбнулся уголком губ, словно наивность ее вопросов его позабавила. — Все просто: те, кто был в армии, либо не хотят возвращаться к этой работе, либо идут в полицию, частную охрану и другие силовые структуры. Это безопаснее, стабильнее, но главное — законно. А те, кто готов рискнуть и пойти в криминал, хотят за это хорошие деньги, так как риски умереть или сесть за решетку несоизмеримо выше. А еще стоит вопрос лояльности. Кто скорее подставится под летящую в тебя пулю: человек, которого ты вытащил из нищеты и дал шанс на нормальную жизнь, или тот, кому просто платишь? — Ну, явно первый, — согласилась Алексия и, раз Кай был расположен к разговору, решила продолжить расспрос: — Сколько тебе платят, если не секрет? В том числе за мое обучение. — Цифры разные: от пары сотен до нескольких десятков тысяч за дело. А за то, что обучаю тебя, мне не платят. Никому не платят. Но эта работа считается почетной. Менторы у Билла на хорошем счету и пользуются привилегиями. — Какими? — Например, в обмен на согласие обучать тебя Билл дал мне перерыв на год. Как ты понимаешь, официальных отпусков у нас нет — можно выбить неделю-две в год максимум, но менторам позволяют отдыхать чаще. Еще можно отказаться от выданного задания. Лучшие задания в первую очередь тоже достаются менторам. В общем, бонусов хватает. — И ценник у них, подозреваю, выше? — Ценник зависит от способностей: чем ты опытнее, тем сложнее задания тебе поручают, а чем сложнее задание, тем больше за него платят. Среди менторов все опытные, многие учились еще у Роба, так что да — в среднем менторы зарабатывают больше. — Но раз ты такой опытный, как Билл согласился освободить тебя от работы аж на целый год? Неужели мое обучение настолько для него важно? — Все не совсем так: я пообещал выходить на работу, если будет не хватать людей, но с тех пор, как начал тебя тренировать, мне не дали ни одного задания. — Кай сделал паузу и добавил: — И я не знаю, почему Билл так спешил найти тебе ментора. Скорее всего, потому что девушки редко соглашаются на обучение, а других свободных менторов не было. Они подъехали к серому зданию, выглядевшему ветхо и покинуто. Вокруг находились такие же полуразрушенные постройки, похожие на старые складские помещения, а рядом раскинулся пустырь. Никаких опознавательных знаков или табличек не было, и Алексия подумала, что Кай, возможно, ошибся адресом, но он уверенно повел ее именно к этому зданию. Обогнув его с левой стороны, они увидели еще одну машину и подошли к узкому спуску в подвал. Из приоткрытой двери доносились глухие аккорды метал-рока. Спустившись по бетонной лестнице, они вошли в небольшую, полутемную комнату. Помещение освещало лишь узкое окно под самым потолком. В углу возле стола стоял парень с каштановыми волосами до плеч, а его лоб покрывала бандана. Он пил пиво прямо из бутылки и напевал в такт песне, но, завидев вошедших, отставил ее и поздоровался. Громкая музыка заглушила ответ Кая, однако парень явно его понял и кивнул. Его рука исчезла под столом, и в тот же миг в дальней стене комнаты появилась потайная дверь. Видимо, он нажал на какую-то кнопку. Алексия даже не догадывалась, что там скрывался проход. Будь в комнате светлее, возможно, она сумела бы его разглядеть, но сделать это в полумраке было невозможно. Кай уверенно шагнул в проем, и она поспешила за ним. Они оказались в тире. Дверь за ее спиной закрылась сама, скрывая помещение, из которого они только что пришли. Тир выглядел холодно и безжизненно. Узкая, но длинная комната на четыре мишени также освещалась лишь приглушенным светом из небольших окон у самого потолка, поэтому Кай зажег лампы. Алексия зажмурилась — их свет оказался слишком ярким для ее привыкших к полумраку глаз, зато теперь стало лучше видно мишени. Лампы отбрасывали на потолок зловещие тени, и ей показалось, будто она стала героиней какого-то триллера. Алексия чувствовала себя некомфортно среди мишеней. Тир ее пугал. Никого, кроме нее и Кая, в помещении не было, и от этого становилось не по себе. Она осмотрелась: стены повсюду были бетонными, за исключением той, что находилась прямо за мишенями. Судя по внешнему виду, это был либо деревянный, либо пробковый материал — что-то, что могло бы поглотить пули, не давая им отрикошетить. На полу можно было заметить несколько пустых гильз, но в остальном помещение выглядело прибранным. У входа Алексия заприметила стопку новых мишеней, приготовленных для замены тех, что станут непригодными. В воздухе витал резкий запах — металлический с примесью чего-то едва уловимого. Возможно, так пах порох, но она не знала, как он должен пахнуть. До этого момента Алексия не осознавала, как близко подошла к тому, что в будущем станет ее работой. Все это время она просто занималась спортом, но приход в тир делал все серьезнее. В какой-то момент мысль о том, чтобы убить Армина Хайнеманна, вызвала смех. Кай был прав: она понятия не имела, во что ввязывалась. Кай тем временем открыл утопленный в стену металлический шкаф, где хранился настоящий арсенал: от обычных короткоствольных пистолетов до винтовок и автоматов. Там же лежали боеприпасы, холодное оружие, и, к удивлению Алексии, даже нашелся арбалет. — Из этого тоже стреляют? — Скорее, ради забавы. Вряд ли кто-то всерьез берет его на дело, — ответил Кай, обнаружив среди оружия нужный пистолет и протянув его Алексии. — Знакомься, это Webley Alecto Air Pistol. Очень популярная модель пневматики. Говорят, на юге его можно запросто найти в Walmart, но не знаю, насколько это правда. А это, — Кай высыпал ей на ладонь крошечные металлические пульки, — пеллеты, которыми ты будешь из него стрелять. Пневматика не требует разрешения на ношение оружия — при покупке достаточно показать ID. Стоит недорого, вряд ли дороже трех сотен. Если хочешь, можешь купить себе такой, чтобы распугивать хулиганов, потому что отличить его в полумраке от настоящего не смогу даже я. — А ты хорошо разбираешься в оружии? — Достаточно для работы, — ответил Кай. — Впрочем, ты и сама поймешь, если сравнишь. Вот, возьми огнестрел. Не бойся, не заряжен. Видишь разницу? — Да, у пневматического дуло у́же, — отметила Алексия после короткого осмотра. — Верно, потому что пеллеты меньше обычной пули. Если попадешь в человека, не убьешь, но можешь серьезно ранить или покалечить. Но об этом позже. Первое, что ты должна запомнить — правила обращения с оружием. Начнем с основ: всегда проводи первичный осмотр. Проверяй, заряжен ли пистолет, стоит ли на предохранителе, нет ли внешних повреждений, которые могут вызвать осечку или проблему при выстреле. Это базовая техника безопасности, пренебрегать которой нельзя ни в коем случае. Алексия кивнула, внимательно слушая. Кай забрал пистолет из ее рук и направился к столу неподалеку. — Для начала научу тебя собирать его и разбирать. Это важно, если хочешь понимать, как происходит выстрел и взаимодействуют внутренние элементы между собой. Кроме того, оружие нужно периодически чистить и смазывать, особенно перед использованием. Не знаю, когда в последний раз брали в руки конкретно этот. Здесь обычно стреляют из огнестрела. Кай объяснял четко и доходчиво. Алексии не сразу удалось справиться с разборкой пистолета, но благодаря его инструкциями она все же сумела это сделать. Смазав оружие и собрав его обратно, они приступили к следующему этапу — зарядке. Оказалось, одних только пеллетов для стрельбы было недостаточно — также требовались небольшие баллоны с углекислым газом, заменявшие порох. Покончив с подготовкой, они подошли к ближайшей дорожке с мишенью. — Еще одно правило, — сказал Кай, повернувшись к Алексии. — Никогда не направляй оружие на человека, если не собираешься его ранить или убить. Даже если уверена, что пистолет не заряжен. Когда мы в тире, дуло должно быть направлено исключительно на мишень. Он объяснил, как правильно держать пистолет и каким должен быть хват, а также как лучше стоять и прицеливаться. — Как у тебя со зрением? — спросил Кай. — Все хорошо. — Отлично. Ты правша или левша? — Правша. — Тогда закрой левый глаз и попытайся прицелиться правым: как правило, ведущие рука и глаз совпадают. И последнее: не клади палец на спусковой крючок, пока не начнешь прицеливаться. И убирай с него палец сразу после выстрела. В тот момент, когда она приготовилась сделать первый выстрел, дверь в тир открылась, и внутрь вошел мужчина. Кай бросил на него взгляд, полный пренебрежения, и тут же переключился обратно на Алексию, не потрудившись даже поздороваться с вошедшим. Гость показался ей смутно знакомым, и спустя пару мгновений Алексия вспомнила, где его видела. Это был тот самый мужчина, выходивший из кабинета Тернера в ее первый визит. Глава 6 Maybe I should go and buy a gun Point it at the mirror, make me run Now part of me has holes in it And part of me is whole We’ve only begun We’re screaming in the belly of your car This energy is flyin’ me to Mars A part of me is alien And part of me is ghost Fallin’ through holes The Jaws of Life, Pierce the Veil Вошедший в тир мужчина доброжелательно улыбнулся, давая понять, что тоже узнал Алексию, и направился к шкафу с оружием. — Привет. Алексия, верно? — спросил он, задержав на ней взгляд. — Я Джастин. Добро пожаловать в банду. Билл рассказывал о тебе. Как обучение, нравится? Она кивнула, немного смутившись от его пристального взгляда. Джастин был поразительно хорош собой: с его внешностью можно было смело сниматься в кино или для журналов мод. На фоне серого бетона, мишеней и оружия он выглядел неуместно. — Иди куда шел, не отвлекай нас, — отрезал Кай холодно. — Ах, простите, — с улыбкой отозвался Джастин и изобразил шутливый поклон, а затем посмотрел на Алексию. — Удачи на тренировке. Первый раз тут? Она снова кивнула и проводила его взглядом, вспомнив слова Кая о том, что он не доверил бы Джастину тренировать даже собаку. «Они не в ладах? — раздумывала Алексия, чувствуя внутри разгорающееся любопытство. — Может, Джастин отбил у него девушку?» Она представила сцену, в которой Джастин и Кай соперничают за внимание какой-нибудь красотки, и не смогла удержаться от улыбки. Будь она на месте той девушки, выбор дался бы нелегко. Джастин чем-то походил на Тайлера: оба были высокими подкачанными блондинами с голубыми глазами и улыбкой, способной обезоружить кого угодно. Несмотря на то, что ее роман с Тайлером окончился печально, это сходство почему-то не отпугивало, а наоборот притягивало ее к Джастину. Мысли о Тайлере разбередили старую рану. Она не забыла, как он променял ее на Аманду. С горечью Алексия признавала, что, предложи он ей встречаться снова, она согласилась бы, хоть и помнила, чем все кончилось в прошлый раз. Однако Джастин своим присутствием напомнил, что симпатичных парней вокруг хватало и без Тайлера, и, быть может, настало время переключить свое внимание на кого-то другого. — Алекс, стреляй, — скомандовал Кай. В его голосе мелькнуло раздражение. Она осознала, что слишком отвлеклась на свои мысли, и, ощущая на себе нетерпеливый взгляд ментора, прицелилась и решительно нажала на курок. Щелчок, последовавший за этим, заставил ее вздрогнуть. Раздался слабый хлопок, и пеллета ударила в мишень, оставив на ней крохотное углубление где-то у правого края. Алексия судорожно выдохнула и почувствовала, как задрожали руки, а сердце вдруг заколотилось чаще. Пусть это был всего лишь пневматический пистолет, само ощущение оружия в руке и нажатия на спусковой крючок заставило ее понервничать. — Неплохо, — произнес Кай, оценивая результат. — Но ты слишком переживаешь. Расслабься, это всего лишь тренировка. Послышались гулкие аплодисменты. Алексия обернулась и встретилась с Джастином взглядом. Он стоял позади них, держа в руках пистолет, взятый из шкафа. Несмотря на явную наигранность его реакции, ей польстило, что он увидел ее первый выстрел. — Тебе досталась талантливая ученица, — произнес Джастин с лукавой улыбкой, подходя ближе. Челюсть Кая едва заметно сжалась, но он не подал виду, вместо этого холодно спросив: — Так и будешь нам мешать? — Нет, пришел предупредить, чтобы надели наушники — я собираюсь наделать шума. — Прикрой уши, если начнет стрелять, — сухо бросил Кай Алексии, прежде чем отойти к шкафу. — Не делай из меня совсем уж мудака, — рассмеялся Джастин, прицеливаясь, но не стреляя. — Девочки заходят к нам редко, но я не растерял хороших манер. Дождусь, когда попрячете ушки. Он поймал взгляд Алексии и подмигнул. Ее щеки мгновенно загорелись, и, смутившись, она спешно отвернулась к мишеням. — А ты знала, что Кай — лучший стрелок Билла? — продолжил Джастин. — Нет, — ответила Алексия, бросая на ментора извиняющийся взгляд. Тот копался в шкафу и слова Джастина проигнорировал. Она чувствовала его раздражение, и ей не хотелось портить с ним отношения, вовлекаясь в разговор с Джастином, но и промолчать было бы невежливо. — Тогда слушай его внимательно, — посоветовал Джастин. — Кай свое дело знает. И всегда готов это продемонстрировать, если потребуется. Он передернул затвор, и в напряженной тишине этот звук показался Алексии пугающе громким. Слова Джастина вызвали у нее странное чувство: в них таилось нечто, чего она не понимала, словно на самом деле они предназначались не ей, а ее ментору. Кай вернулся с наушниками в руках и протянул одни Алексии. Похожие висели на шее Джастина. Она надела их, поморщившись от неприятного ощущения давления на голову, и парни последовали ее примеру. Джастин отошел к самой дальней мишени и начал стрелять. Грохот первого выстрела буквально заставил ее вздрогнуть, несмотря на наушники. Этот звук напоминал взрывы петард. «И как только в фильмах умудряются палить без конца и не глохнуть? — думала она, морщась от очередного выстрела. — Там же никто никогда не надевает ни беруши, ни наушники!» Разрядив обойму, Джастин опустил пистолет и занялся перезарядкой. Алексия взглянула на Кая, и тот ободряюще кивнул. Собравшись с духом и стараясь не обращать ни на кого внимания, она приступила к делу. У ее пистолета не было магазина в привычном смысле — это было однозарядное оружие, и после каждого выстрела нужно было заряжать его заново. Пневматика стреляла еле слышно — выстрелы Джастина с другого конца тира звучали громче, чем ее собственные, однако результат порадовал: из нескольких выстрелов всего два не попали по мишени, примерно половина вошла в средние кольца, а один — ее лучший выстрел — оказался совсем недалеко от центра. Попасть в самый центр ей не удалось, но для первого раза это было более чем достойно. Алексия зачем-то вновь посмотрела на Джастина, словно хотела проверить, видел ли он, как она стреляла. Тот поймал ее взгляд, одобрительно кивнул и поднял вверх большой палец. Она мельком глянула на Кая, желая узнать и его мнение, но тот лишь молча протянул ей еще пеллетов. Он казался таким отстраненным в этот момент. Никогда прежде Алексия не видела его таким холодным и невольно порадовалась, что их отношения были достаточно дружескими, раз он ни разу не повел себя с ней так же равнодушно, как с Джастином. «Здесь явно нечто посерьезней, чем ушедшая к другому девушка, — подумала она, кожей ощущая возникшее между ними напряжение. — При таком раскладе ее должны были как минимум убить». На миг Алексия предположила, что Кай мог приревновать ее из-за внимания Джастина, но, немного понаблюдав за их взаимодействием, отбросила эту мысль. Было очевидно, что конфликт между ними был куда глубже и никак не касался ее лично. Джастин вскоре вернулся к стрельбе, но надолго не задержался: спустя двадцать минут, периодически отвлекаясь на телефон, он закончил тренировку и перед уходом поменял изрешеченную мишень на новую, нетронутую. Алексия терпеливо ждала, пока он это сделает, держа пистолет опущенным, помня о правилах, которые озвучивал Кай. Стоило Джастину покинуть тир, как Алексия с облегчением сняла наушники, и Кай последовал ее примеру. Уши немного пульсировали не то из-за наушников, не то из-за оглушающих выстрелов Джастина. Они продолжили тренировку, но спустя десять минут Кай предложил закончить. — Очень хорошо для первого раза, — наконец признал он. До этого момента он лишь время от времени поправлял ее стойку или хват, никак не комментируя сами выстрелы. Это приятно удивило Алексию: она уже и не рассчитывала услышать от него похвалу. Кивнув в сторону шкафа, она спросила: — Не боитесь оставлять оружие вот так, на виду? Вдруг кто-нибудь украдет? — Нет, тут везде камеры, — ответил Кай, указывая на пару из них в разных концах комнаты. Третья была установлена внутри шкафа. — А чтобы открыть потайную дверь в тир, нужно знать код, так что чужие сюда не попадут. И, если честно, не припомню, чтобы кто-то хоть раз попытался что-то отсюда украсть. Можно предупредить и взять какой-нибудь ствол ненадолго, но я давно этого не делал. У всех свои пушки, и смысла брать отсюда что-либо, кроме патронов, нет. — А парень у входа — охранник? — Нет, просто любит торчать здесь. Часто приходит раньше всех, чтобы выпить пива и послушать музыку. Это место — нечто вроде нашей базы. Обычно все собираются ближе к полуночи здесь, на цокольном этаже — тут холодильник, а затем берут закуски с выпивкой и поднимаются наверх. Там телевизор, диваны, и наши часто собираются вместе, чтобы посмотреть бейсбол или футбол. Общаются, приводят подружек. И, конечно, время от времени спускаются пострелять. — Ты тоже проводишь с ними время? — Раньше проводил, а сейчас не интересно. Алексия задумалась, не было ли это связано с Джастином. Возможно, Кай старался избегать подобные сборища, чтобы не пересекаться с ним лишний раз. — И кто за все это платит? За пиво, оружие, патроны. Билл? Джастин, наверное, за эти двадцать минут просадил уйму денег, — предположила она. — Еду и выпивку каждый приносит сам, — ответил Кай. — А вот патроны, оружие и все остальное — за счет Билла. На самом деле это не такие уж огромные траты, как тебе могло бы показаться. Стоимость патрона — меньше доллара, хотя зависит от калибра. Здесь нет ничего редкого или сверхдорогого, обычные тренировочные боеприпасы. Билл покрывает расходы, потому что хочет, чтобы его люди держали себя в форме. Каждый из нас должен уметь хорошо стрелять. Кай направился было к шкафу, но Алексия его остановила. — Слушай. Знаю, это глупо, но хочу увидеть, как ты стреляешь. — Наслушалась Джастина? — Хочу увидеть собственными глазами. Кай покачал головой, но отказываться не стал. Он забрал у нее пневматический пистолет, зарядил его, а после встал напротив свежей мишени и прицелился. Спустя пару секунд он выстрелил, и пуля пробила мишень недалеко от центра. С явным недовольством Кай вновь зарядил пистолет и выстрелил, в этот раз попав точно в центр. Алексия обомлела. — Черт возьми, ты и правда хорош. — Ничего особенного. Через восемь лет регулярных тренировок и ты так сможешь, — ответил он невозмутимо, возвращаясь к шкафу. «Джастин тоже хорош», — подумала Алексия, мельком глянув на оставленную им у шкафа мишень. Ее центральное кольцо также было испещрено отверстиями от пуль. — Значит, днем здесь почти никого? — спросила она, не решаясь задать вопрос о том, как часто сюда приходит Джастин, напрямую. — Верно, — ответил Кай. — Появление Джастина — скорее исключение. Я был уверен, что в это время нам никто не помешает. — О, значит, ты так злился на Джастина, потому что планировал побыть со мной наедине, а он спутал тебе все карты? — пошутила Алексия. — Ты меня раскусила, — подыграл ей Кай с улыбкой. — В следующий раз поищу более уединенный тир. Ей понравилось, с какой легкостью он подхватил ее шутку. Было приятно снова видеть его в хорошем расположении духа. За прошедший месяц их отношения заметно потеплели: если при знакомстве Кай держался сдержанно и отстраненно, то теперь их разговоры все чаще напоминали дружеские. Постепенно ей становилось с ним так же легко, как и с Эрнандо. Кай закрыл шкаф, заменил использованную мишень на новую и направился к выходу. На стене у двери в пяти футах от пола находилась кнопка — он нажал на нее, и дверь подалась вперед. — Как впечатления? — поинтересовался парень с банданой, когда они вышли. — Отлично, — ответила Алексия дружелюбно. В комнате теперь горели лампы, благодаря чему в помещении стало значительно светлее, и она наконец смогла осмотреться. Комната оказалась небольшой, но на удивление уютной. На стенах висели постеры с незнакомыми Алексии рок-группами, в углу пристроился старенький диван с цветастыми подушками, а рядом располагался кофейный столик, на котором стояли пустые кружки. На стене у двери висела доска для дартс, а полки были заполнены коробками с настольными играми. — Значит, будешь часто сюда заглядывать? — Скорее всего, — ответила Алексия, глядя Каю в спину — тот не стал дожидаться конца разговора и уже поднимался по лестнице. — Я Марк, но друзья зовут меня Хиро, — продолжил парень. — А тебя как? — Алекс. — Не хочешь остаться? Мы собираемся тут по вечерам. — Спасибо, но у меня сейчас еще одна тренировка, — ответила она и попрощалась, поспешив вслед за Каем к выходу. Даже если бы Алексия была свободна, все равно отказалась бы от предложения Хиро. Ей не особо нравилась перспектива сидеть здесь с толпой незнакомых парней и пить пиво. — Ты слишком вежливая, — произнес Кай, когда они поравнялись. — Просто игнорируй его в следующий раз, иначе не отцепится. Ему скучно торчать там одному в ожидании остальных, вот и лезет ко всем подряд с разговорами. — Подумаешь, задал пару вопросов. — Зачем ему знать, как часто ты будешь приходить в тир? — Может, я ему приглянулась, — предположила Алексия. Он не стал отвечать, и спор утих. «Это все Джастин, — размышляла она, усаживаясь на переднее сиденье. — Кай редко бывает не в духе, но после того, как мы сюда приехали, его будто подменили». — Значит, у тебя есть свой личный пистолет, — решила она сменить тему, пока пристегивалась, вспомнив его слова в тире. Кай собирался провернуть ключ в замке зажигания, но остановился. — Есть, — ответил он, открывая бардачок. — Смотри сюда. Алексия наклонилась, чтобы заглянуть внутрь, но ничего не увидела. — Видишь рычажок? — продолжил он, указывая на едва заметный переключатель в глубине. Дернув его, Кай привел в движение скрытый механизм, и задняя стенка бардачка плавно отъехала в сторону, открывая доступ к тайнику. — Ого, — только и сумела вымолвить Алексия. Кай просунул руку и достал оттуда пистолет. — Это мой основной рабочий — Colt M1911 Rail Gun. Стоит на вооружении морской пехоты США. Его предыдущая модель — просто Colt M1911 — пожалуй, одна из самых известных моделей у Colt, а Rail Gun — его улучшенная и доработанная версия. Мне он нравится, но если когда-нибудь захочешь и себе пистолет, я бы порекомендовал модель с большей емкостью магазина. В этот влезает всего восемь патронов. — Заряжен? Алексия протянула ладонь, словно спрашивая разрешения подержать, и Кай без колебаний вложил пистолет ей в руку. Тот оказался намного тяжелее пневматики, из которой она стреляла ранее. — Да, поэтому такой тяжелый. Но даже без патронов он весит почти два с половиной фунта. Не бойся, у него надежный предохранитель. Отключить можно только если обхватить рукоять и одновременно потянуть вот за этот рычаг. Трогать рычаг Алексия не стала, сосредоточив внимание на ощущениях от того, как пистолет лежал в ладони. Рукоять, холодная на ощупь, оказалась на удивление удобной, а вот к весу пришлось бы привыкать. Потратив минуту на осмотр, она вернула пистолет Каю. — Говоришь, основной рабочий? Значит, есть еще? — Да, дома. Запасные или для узкоспециальных задач. Покажу как-нибудь в другой раз. Разговаривать об оружии было странно, но интересно, и Кай заметно расслабился, явно позабыв о Джастине. Его искреннее увлечение этой темой было заразительным, и Алексия с удивлением осознала, что тоже хотела бы уметь разбираться в оружии. Но вместе с тем возникли и другие, более тревожные мысли. Алексия все еще не могла поверить, что Кай мог кого-то убивать. Спросить его об этом прямо она не решалась. Возможно, боялась его реакции на вопрос? Или была не готова к правде? Она не знала. Забавно, но в том, что Джастин мог убивать, у нее сомнений не было. Это осознание удивляло, ведь изначально она и подумать не могла, что парень с такой эффектной наружностью мог быть связан с криминалом, но после короткого общения и наблюдения за тем, как уверенно он держался и стрелял, все встало на свои места. Джастин куда больше соответствовал стереотипному образу киллера, нежели Кай. Вернув пистолет в тайник, он завел машину, и они тронулись. Мысли о Джастине не давали покоя, и Алексия, решив испытать терпение Кая еще раз, осторожно заговорила: — Джастин хорошо о тебе отзывался. Вы вместе работали? — Да, — отрезал Кай, и от прежней расслабленности не осталось и следа, однако Алексию это не остановило. — Значит, вы давно знакомы? — Можно и так сказать, — ответил Кай, бросая напряженный взгляд в ее сторону. — Он работал на Билла еще до моего прихода. — Выглядит старше тебя. Сколько ему? — Кажется, больше двадцати пяти. — Я заметила, вы с ним не ладите, — продолжила Алексия. Кай устало выдохнул, явно теряя терпение. — Есть причины. — Расскажешь? — Нет, — отрезал он, тем самым давая понять, что разговор окончен. «Ну и ладно, — смирилась она, — возможно, если снова пересекусь с Джастином, тот окажется разговорчивей. Очень уж хочется узнать, какая кошка между вами пробежала». На самом деле желание увидеть Джастина было продиктовано не только этим, однако дни шли своим чередом, и их с Алексией пути больше не пересекались. — Когда перейдем к огнестрельному оружию? — поинтересовалась она как-то раз. — Сперва нужно отработать базовые навыки: как обращаться с оружием, заряжать его, правильно целиться и держать в руках, — ответил Кай. — Это основа. Потом, когда перейдем к огнестрелу, придется привыкать к отдаче и громкости выстрела, и это будет отвлекать. Плюс есть нюансы, например, с пневматикой не приходится думать о том, как досылать патрон в патронник. — А сам ты как быстро перешел на огнестрел? — Я начинал с огнестрела и лишь потом познакомился с пневматикой. Но тебя учу по-другому. Не забывай про правило номер один. — Да-да, доверять тебе и не задавать лишних вопросов, — вздохнула Алексия. — Про вопросы там ничего не было, — усмехнулся Кай. Она понимала, что ждать мгновенных результатов было глупо, но все равно ужасно расстраивалась, когда чувствовала, что топчется на месте. Алексия стала тратить меньше времени на прицеливание, но результат оставался нестабильным: бывали дни, когда она ни разу не промахивалась, а бывало, что каждая третья пуля уходила в молоко. Она не понимала, с чем это могло быть связано, но утешала себя мыслью, что начала заниматься стрельбой совсем недавно и у нее еще все было впереди. Алексия старалась следить за питанием, и тот факт, что у нее не было свободных денег на доставку еды, играл лишь на руку. Вредную еду она видела только когда ее угощал Эрнандо, что случалось примерно раз в неделю-две, когда он заглядывал в гости, а в остальное время училась готовить, просматривая ролики на YouTube. С каждым разом она все больше убеждалась в том, что готовка — не ее стезя, но не сдавалась. Она стремилась по максимуму подготовиться к началу учебного года, чтобы бытовые дела занимали как можно меньше времени и не мешали совмещать учебу с тренировками. Силовые усложнились — добавились упражнения с гантелями и штангами, вес которых постепенно рос, зато под кожей начали все явственнее прорисовываться мышцы. С бегом тоже наладилось: однажды Алексия, к своему величайшему удивлению, сумела пробежать двадцать минут без перехода на шаг, и когда Кай сообщил ей об этом, сперва не поверила. Это был ее личный рекорд! Три мили, которые она собиралась пробежать в конце сентября, теперь уже не пугали. Кай ее беспокойств по поводу медленного прогресса не разделял. Однажды он признался: — Ты справляешься лучше, чем другие девушки, которых мне доводилось учить. — Не верю. Ты просто хочешь меня подбодрить. — Ты же знаешь — я не из тех, кто лжет, чтобы потешить чье-либо эго, — ответил он, и Алексия усмехнулась. Она действительно знала, что Кай не стал бы хвалить ее из лести или жалости. — Ты ответственная, стараешься, не отлыниваешь. Помню, сначала я отнесся к тебе с недоверием, но теперь признаю — я был несправедлив. На самом деле Алексия пропускала тренировки — во время месячных или когда подхватила простуду, но Кай без вопросов ее отпускал, и эти короткие передышки помогали не выгореть. Порой она задумывалась, что было бы, если бы он все-таки отказался ее тренировать и Билл назначил ее ментором Джастина, симпатия к которому наверняка бы все усложнила. К тому же за эти два месяца Алексия успела привыкнуть к Каю и уже не хотела ни на кого его менять. Их отношения стали теплее, и это было неизбежно: они проводили вместе практически каждый день и невольно сдружились. Она смирилась с его скрытностью и нежеланием открываться, а он, в свою очередь, начал лучше ее понимать и охотнее шел на контакт. В середине августа Кай добавил к ее тренировкам кое-что новое. Он решил, что Алексии нужно развивать внимательность к деталям, которые раньше она могла упускать. Теперь, заходя в новое помещение, она должна была отмечать, были ли внутри камеры наблюдения, и если да, то где находились. Он мог неожиданно начать задавать вопросы, заставляя ее всегда быть настороже и запоминать разные мелочи, например, где находятся эвакуационные выходы и стоят ли решетки на окнах. Еще одним упражнением стало наблюдение за людьми. Кай предлагал выбрать случайного прохожего на улице или в тренажерном зале и попытаться догадаться, чем тот занимался, куда направлялся и какие у него могли быть привычки. «Ищи детали, которые говорят о человеке, — советовал Кай. — Как часто он заглядывает в телефон, обращает ли внимание на людей вокруг, что делает с руками. Эти мелочи могут рассказать куда больше, чем ты думаешь». Позже они обсуждали результаты, и, хотя поначалу Алексия чувствовала себя глупо, постепенно она начала подмечать вещи, которые раньше ускользали от ее внимания. Например, теперь она видела, как часто люди касались своих украшений, когда нервничали или лгали. В кофейне, куда Кай приводил ее после силовых, чтобы попрактиковаться на живых людях, Алексия заметила, как одна из официанток крутила кольцо на пальце всякий раз, когда приходилось извиняться за задержку заказа. А однажды она обратила внимание на мужчину, оживленно говорившего по телефону и размахивавшего руками. Он держал в руках ключи с брелоком, на котором виднелся логотип автомобиля, и она решила, что он припарковался неподалеку. Алексия попыталась угадать, какая машина могла ему принадлежать. Кай был впечатлен не меньше нее, когда мужчина, закончив разговор, действительно направился к выбранному ею автомобилю. Кай был убежден в том, что коммуникативные навыки оттачиваются лишь постоянной практикой, поэтому заставлял Алексию разговаривать с незнакомыми людьми. Она должна была научиться добывать информацию, не вызвав подозрений, и он давал ей разные задания, например, отправиться в магазин или бар и ненавязчиво выяснить у незнакомца какой-нибудь факт. Это могло быть что-нибудь безобидное, например, любимый фильм или кличка питомца, или нечто более специфичное вроде места работы или должности. «Люди любят говорить о себе. Твоя задача — быть дружелюбной, но не навязчивой, внимательно слушать и задавать правильные вопросы», — советовал Кай. Он несколько раз продемонстрировал свои навыки, поражая Алексию тем, как легко люди делились информацией, просто потому что находили его приятным собеседником. Она внимательно наблюдала за тем, как ловко ему удавалось ненавязчиво подвести разговор к нужным темам, а затем пробовала повторить. Поначалу выходило плохо, но с каждой новой попыткой получалось все лучше и лучше. Однажды, стоя в очереди за кофе, Алексия завела разговор с девушкой, которая все никак не могла выбрать между двумя напитками. — О, я вас так понимаю! — произнесла Алексия. — Тоже вечно раздумываю, что бы взять. Вам какой сироп больше нравится? Этот простой вопрос привел к короткой беседе, из которой Алексия узнала, что девушка работала в соседнем здании и часто брала какой-нибудь вкусный кофе во время обеденного перерыва, чтобы снять усталость после изнуряющих утренних созвонов, связанных с ее новым проектом. Кай, стоящий в очереди за ними, одобрительно кивнул, когда разговор закончился и девушка ушла, прежде раскрыв некоторые детали своего проекта, которые наверняка можно было бы посчитать коммерческой тайной. Сложнее было проворачивать нечто подобное по телефону. Собеседник не видел ее лица, и приходилось внушать ему доверие, используя лишь тон голоса и правильные слова. Первым заданием стало позвонить в одну компанию и узнать что-нибудь тривиальное, например, номер внутреннего добавочного, который нельзя было найти в открытых источниках. Этот звонок вызвал у Алексии невероятное волнение, и она долго репетировала речь, прежде чем наконец набрать номер. Всю нужную для звонка информацию она нашла на сайте той компании. — Здравствуйте, это Мелисса из отдела продаж, — сообщила Алексия, когда ей наконец ответили. — Я новенькая, начала работать на этой неделе. Вы не могли бы мне помочь? Возникла небольшая путаница со счет-фактурами, и мне нужен добавочный Маргарет, а спросить не у кого, так как все ушли на обед. К ее удивлению, голос на другом конце провода без колебаний продиктовал нужный номер, хотя такая информация вряд ли предназначалась для посторонних. С каждым новым звонком уверенность Алексии лишь росла. Она поражалась тому, как легко люди принимали ее ложь за правду и даже не пытались перепроверить информацию. Однако так происходило не всегда: иногда собеседники начинали сомневаться, задавать уточняющие вопросы или она сама оказывалась недостаточно подготовленной к разговору. В такие моменты приходилось напрягать все свои извилины, чтобы выкрутиться. Кай запрещал бросать трубку: Алексия должна была оставаться на линии до последнего и лгать так, словно от этого зависела ее жизнь. Приходилось учиться изобретать ответы на неожиданные вопросы на ходу и стараться при этом звучать максимально убедительно. Было трудно, но, вопреки всему, она испытывала азарт и удовлетворение после каждой успешной импровизации. В процессе Кай заметил одну удивительную особенность: у Алексии была великолепная память. Она с легкостью запоминала номера, даты и имена, а затем умело использовала эту информацию во время выполнения заданий. Она не знала, с чем это было связано, возможно, этот навык развился благодаря ее любви к чтению, но Алексия и раньше замечала, что всегда помнила дни рождения друзей и редко прибегала к зубрежке в школе — ей было достаточно один раз внимательно прочитать текст, чтобы все запомнить. Тернер обещал связаться, если появится новая информация о Хайнеманне, но новостей не было. Даже новый конверт с деньгами передавал Кай, и Алексии не пришлось ехать в офис. С ноутбуком отца дела обстояли не лучше: она испробовала десятки вариантов паролей, включая самые популярные паттерны, но ничего не сработало. Советы из интернета тоже оказались бесполезны. В какой-то момент она ощутила внезапный приступ злости на Аманду: если бы не ее насмешки, возможно, Алексия не бросила бы компьютерный кружок в средней школе. Конечно, взламывать ноутбуки ее бы там не научили, но она все равно знала бы о компьютерах больше. Алексия могла бы еще в средней школе догадаться, каким человеком была Аманда и чего стоила ее дружба, но прошлое было уже не вернуть. В начале сентября, накануне начала учебного года, Алексия пригласила в гости Эрнандо. Они сидели на балконе в окружении гирлянды из лампочек, ели китайскую еду навынос и запивали газировкой. У Эрнандо были поддельные водительские права, так что он мог купить алкоголь и предложил взять вина, но Алексия отказалась — алкоголь все еще был под запретом. — Получается, я не пью со дня смерти родителей, — удивилась она. — Вот и отлично. Я не фанат твоей работы, но пока мне все нравится: алкоголь не пьешь, спать ложишься вовремя, спортом занимаешься, живешь самостоятельно. Молодец! Ты, кстати, похорошела: подтянулась, глаза горят. Смутившись, Алексия поспешно сменила тему, предложив обсудить планы на будущее. — Я бы хотел открыть кофейню или что-нибудь вроде того, — начал Эрнандо, — чтобы никогда больше не работать, но иметь пассивный доход. — Так не бывает. Любой бизнес требует внимания. Если не работать, быстро разоришься, — парировала она. — Ну, не знаю, я слышал разные истории. Если все правильно настроить, дальше пойдет как по маслу. Алексия не стала спорить. Эрнандо всегда верил в простые и быстрые способы заработка. Эта вера казалась ей наивной, но переубеждать его было бесполезно. — Мне кажется, открыть кафе в Чикаго — мероприятие не из дешевых, — произнесла она задумчиво. — А кто сказал, что я собираюсь делать это в Чикаго? — усмехнулся Эрнандо. — Я люблю этот город, но и в городишке поменьше мне будет неплохо. Например, в Такоме. — В Такоме? — спросила Алексия с недоумением. — Это где вообще? — Штат Вашингтон, недалеко от Сиэтла. У меня там тетка живет. После смерти отца она предлагала к ней переехать, но я отказался, а мама не захотела ехать без меня. Но в последнее время я все чаще думаю об этом. Жить там дешевле, чем в Чикаго, климат мягче, а еще у них рядом залив — прям как наш Мичиган. Людей и небоскребов будет поменьше, конечно, но мне так даже больше нравится. — Звучит интересно, — ответила Алексия, хотя мысль о том, что Эрнандо мог уехать и оставить ее в Чикаго одну, вызывала грусть. Но она знала, что если попросит его остаться, он непременно останется. Возможно, не станет уезжать, пока она не рассчитается с Тернером по долгам и не покончит с Хайнеманном, после чего уже ничто не будет удерживать ее в этом городе, и она тоже сможет уехать в Такому. Алексия отодвинула от себя стаканчик с лапшой, осознав, что больше не сумеет съесть ни крошки. Порции в их любимом китайском ресторанчике всегда были больше, чем она могла осилить. — А чего хочешь ты? — спросил Эрнандо, лениво разглядывая гирлянду. — Не знаю, — пожала плечами Алексия. — Просто хочу много денег. Меня достала бедность. Я готова на все, лишь бы из нее выбраться. — Ну, ты уже примкнула к Биллу. — А толку? Я лишь глубже в долгах и даже не знаю, когда закончится обучение. Судя по планам Кая, там дел минимум на год. Хотя держать меня на скамейке запасных слишком долго тоже нет смысла — выгоднее поскорее отправить работать. Кстати, я тебе говорила, что Билл не платит Каю за мое обучение ни цента? — Серьезно?! — Да, кормит своих менторов какими-то привилегиями. Зато благодаря этому Кай выбил себе отпуск на год. — Такое себе, отпуск-то небось неоплачиваемый. Не думал, что Билл такой жлоб. Алексия лишь пожала плечами. Она задумалась о том, на какие средства Кай собирался жить целый год, раз за обучение ему не платили, а работы у него не было. Неужели успел скопить внушительную финансовую подушку за те восемь лет, что проработал у Билла? Вскоре Эрнандо начал собираться домой, заметив, что Алексия все чаще подавляет зевки. — Во сколько у тебя завтра занятия? В половину девятого? — Угу, — ответила Алексия, помогая собрать мусор. — Хорошо, что Кай перенес бег на вечер, а то я бы точно не выжила. — Представляю, как ублюдок уронит челюсть от удивления, увидев тебя завтра такую похорошевшую в школе. — Это вряд ли, — усмехнулась Алексия. — Но вот если притащу в школу пистолет и покажу, как метко научилась стрелять… — Колумбайн решила устроить? — Нашей школе не помешала бы встряска, — произнесла она с ухмылкой, выключая гирлянду, прежде чем вернуться в квартиру. — На самом деле я переживаю, что все начнут расспрашивать об убийстве мамы и папы… — Если не хочешь отвечать, просто шли всех к черту — это не их дело, — посоветовал Эрнандо. На прощание он, как обычно, раскинул руки в стороны, предлагая себя обнять, но Алексия покачала головой и осталась на месте. Эрнандо не обиделся, ведь это была их дежурная шутка. Когда дверь за ним закрылась, она устало выдохнула и достала телефон, чтобы проверить будильник. Завтра предстоял нелегкий день, но Алексия была готова — или, по крайней мере, пыталась в это верить. Глава 7 Life after youth Faded in twilight The dawn of a criminal in bloom First love, first forgiveness We were delinquents Freaks of a fading memory Outlaws, Green Day Первый день в школе ничем не отличался от прочих, разве что пришлось привыкать к новому расписанию. Алексия ожидала, что все пройдет куда хуже: окружающие начнут расспрашивать о родителях или выказывать сочувствие. Меньше всего на свете ей хотелось вспоминать о произошедшем, и, к счастью, никто к ней с расспросами не лез, возможно, посчитав это бестактным. Единственный, с кем все же пришлось пообщаться, был завуч, курировавший ее параллель. Опека уже уведомила школу о случившемся и передала все необходимые сведения, включая то, что Алексия теперь жила самостоятельно по программе независимого проживания. После первого урока она столкнулась в коридоре с Вайолет, которая тут же остановилась, чтобы поболтать, предложив подругам, с которыми шла, идти вперед без нее. Казалось, ее и вправду волновало, как Алексия себя чувствовала, и хотя разговор получился коротким, он оставил приятное послевкусие, даже несмотря на то, что Алексии пришлось врать. Она поймала себя на мысли, что ложь давалась легко: не было ни напряжения, ни страха, обман стал чем-то привычным, и все благодаря заданиям Кая. Прежде чем разойтись, Вайолет наклонилась к ее уху так, словно опасалась, будто другие могли услышать, и прошептала: — Алекс, ты так похудела. Понимаю, это, наверное, из-за стресса, но тебе идет. Надеюсь, у тебя и правда все наладилось. Если понадобится помощь — напиши мне. Алексия поблагодарила ее, и они попрощались. Слова Вайолет заставили ее задуматься. Как и многие старшеклассницы, она никогда не была полностью довольна своей фигурой. Толстой она себя не считала, но мечтала сбросить фунтов десять. За те два месяца, что она активно занималась спортом и весьма скромно питалась, так как из-за стресса почти не было аппетита, в ее теле, конечно, произошли изменения. Алексия чувствовала себя стройнее, но не думала, что это было настолько заметно. Словам Эрнандо она значения не придавала: он был ее другом, поэтому мог приврать, просто чтобы сделать ей приятно. А вот у Вайолет причин лгать не было. Во время обеденного перерыва она зашла в туалет, чтобы вымыть руки перед едой, и задумчиво осмотрела себя в зеркало. Одежда висела, словно стала на пару размеров больше, но Алексия осознала это только сейчас. На полную смену гардероба не было денег, так как она старалась экономить, чтобы как можно реже обращаться за деньгами к Тернеру, правда, прикупила немного спортивных вещей в Goodwill, чтобы было что надеть на смену. Но теперь становилось очевидно, что покупка новой одежды вскоре станет необходимостью. Едва Алексия намылила руки, как из кабинки вышла Аманда. Встреча вышла неловкой: обе явно не ожидали столкнуться друг с другом вот так внезапно, и Алексия от неожиданности даже поздоровалась. Аманда кивнула и тоже принялась мыть руки. Алексия не собиралась заводить разговор — они с Амандой не общались с начала весны, поэтому удивилась, когда та вдруг сказала: — Слышала о твоих родителях. Соболезную, Алекс. Алексия кивнула и выдавила из себя слова благодарности. По какой-то причине она не могла злиться на Аманду, когда разговор касался родителей. Разумеется, бывшая подруга была с ними знакома, как и сама Алексия знала родителей Аманды. На первом году старшей школы они даже оставались друг у друга с ночевкой, но это беззаботное время было уже не вернуть. Год спустя, когда Аманда всерьез занялась волейболом, их дружба стала ослабевать, а потом Алексия призналась, что ей нравится Тайлер, не подозревая, что подруга тоже испытывает к нему чувства, и это окончательно разрушило их дружбу. Не было ни ссор, ни объяснений — они просто перестали писать друг другу и больше не проводили время вместе, словно в один момент стали чужими. Кивнув на прощание, Аманда поспешно вышла, даже не досушив руки. Алексия, напротив, никуда не торопилась и стояла у автоматической сушилки, пока кожу не начало пощипывать от сухости. Помимо нее в туалете находились три старшеклассницы, среди которых особо выделялась эффектная брюнетка — главная красавица школы по имени Рэйчел. Благодаря богатым родителям она пользовалась огромной популярностью среди сверстников. Подруг Рэйчел Алексия не знала, но Аманда не раз упоминала, как здорово было бы с кем-то из них подружиться. Рэйчел и ее подруги не появлялись на вечеринках Вайолет, хотя те считались престижными. Рэйчел остановилась перед зеркалом, чтобы поправить макияж, и сказала подругам, что присоединится к ним в кафетерии позже. Алексия невзначай посмотрела в зеркало, и их с Рэйчел взгляды встретились. Ей показалось, что та хотела что-то сказать, но что ей могло понадобиться? За те два года, что Алексия проучилась в этой школе, они едва перекинулись парой фраз. Когда подруги Рэйчел вышли, Алексия, вновь встретившись с ней взглядом, поняла, что не ошиблась. Это была не случайность. Сделав вид, что ищет что-то в своем рюкзаке, она осталась, давая Рэйчел возможность заговорить первой. — Есть минутка? — спросила та наконец, с громким щелчком захлопнув пудреницу. — Да, конечно, — ответила Алексия, хотя про себя подумала: «Какого черта ты привязалась?». В отличие от Аманды, общение с Рэйчел никогда ее не привлекало. — Вряд ли Кай тебе рассказывал — он не особо разговорчивый, но мы давно дружим, и, раз уж вы теперь проводите так много времени вместе, мне захотелось с тобой пообщаться, — затараторила Рэйчел, чуть понизив тон, словно боялась, что кто-то мог услышать. Возникла пауза, в течение которой Алексия переваривала услышанное. Наконец ее осенила неожиданная догадка: — Ты его девушка? Рэйчел рассмеялась. — Нет, что ты, он такой зануда! Я встречаюсь с Биллом. А Кай и Рэй — мои близкие друзья. Кай зовет нас Дабл Рэй. Он не упоминал? Алексия покачала головой и удивленно спросила: — С Биллом?.. С Биллом Тернером? — Да, ты ведь его знаешь? Хотя о чем я, тупой вопрос, конечно же знаешь. Просто тебя удивило, что мы встречаемся, да? Это нормально, у Билла слабость к девушкам нашего возраста. «Кажется, Эрнандо тоже упоминал об этом, — задумалась Алексия. — Или это был Рики? Рики… Рэй!» — Рэй-мотоциклист, — вспомнила вдруг Алексия. — Он общается с Каем. И у него была напарница по имени Рэйчел. — Да, это я, — подтвердила Рэйчел, широко улыбнувшись. — Значит, Кай все-таки о нас рассказывал? Алексия промолчала — упоминать Рики она посчитала излишним. Пусть Рэйчел думает что хочет. «Рики говорил, что Рэй искал девушку на замену Рэйчел, но я думала, та постарше, а реальная Рэйчел оказалась школьницей, да еще и учится в той же школе, что и я — что за подозрительное совпадение?» — размышляла Алексия, чувствуя некоторую настороженность по отношению к своей новой знакомой в свете этой информации. — Перерыв скоро закончится, а я хочу о многом с тобой переговорить. Что делаешь после уроков? — поинтересовалась Рэйчел тем временем. — У меня тренировка, — ответила Алексия, еще не решив, хочет ли общаться с ней вне школы, и поспешно добавила: — С Каем. — А, — кивнула Рэйчел с пониманием. — Тогда, может, позже? Вы же не весь вечер тренируетесь. — Послушай, Рэйчел, — начала Алексия, пытаясь придумать вежливый отказ. Едва ли та купится, если соврать, что ей нужно весь вечер готовиться к тесту — в первую неделю учебы такие оправдания выглядят неубедительно. Гораздо проще было сказать правду, чтобы отвязаться от нее раз и навсегда. — Не знаю, зачем тебе это, но, уверена, ты просто потратишь время. Я скучная. Думаю, тебе будет неинтересно. Я знаю, с кем ты общаешься, и совершенно на этих девчонок не похожа. — Да в том-то и дело! — воскликнула Рэйчел, закатив глаза. — Я никому не могу рассказать о Билле. Никто не знает, чем занимаются мои друзья. Или даже чем мне самой приходится заниматься. Разве тебе не интересно пообщаться с кем-то из банды? Теперь все вставало на свои места. Неудивительно, что Алексия не сразу догадалась о мотивах Рэйчел — этим летом она общалась лишь с Эрнандо, от которого можно было ничего не скрывать. Ей не приходилось врать друзьям до сегодняшнего дня, когда она впервые солгала Вайолет. Похоже, Рэйчел искала контакта вовсе не из праздного любопытства — ей просто не хватало общения с теми, перед кем не нужно было притворяться. С кем-то, кто понимал, через что она проходила. Наверное, Кай и Рэй не могли ей этого дать. «Уж Кай-то точно, — подумала Алексия, а затем вспомнила, как сожалела о потерянной дружбе с Амандой. — Если буду всех отталкивать — останусь без подруг». — Сегодня после тренировки я свободна. Рэйчел улыбнулась, пообещала позвонить около семи вечера и вышла из туалета, оставив после себя легкий шлейф цветочного парфюма. Весь следующий урок Алексия размышляла, почему решила сначала оттолкнуть Рэйчел и откуда появилась столь несвойственная ей подозрительность. Она всегда была дружелюбной и легко шла на контакт. Возможно, дело было в том, что Рэйчел принадлежала совершенно другому кругу: она и ее подруги были из верхушки среднего класса, носили брендовые сумки, приезжали в школу на дорогих машинах и проводили время в местах, которые Алексии были не по карману, хоть ее семья и не была бедной. В их школе, расположенной в не самом лучшем районе Вест-Сайда, таких зажиточных учеников было немного, и они, естественно, держались вместе, общаясь в основном между собой. Алексия понимала, почему Аманду так привлекала идея присоединиться к этому кругу — ей всегда хотелось выделяться. Вероятно, именно по этой причине она положила глаз на Тайлера: красавчик из хорошей семьи, успешный в спорте, идеально подходил девушке, мечтающей стать королевой бала на выпускном. Раны, что оставил после себя Тайлер, все еще не зажили. Алексия видела его сегодня в школе — улыбчивого и общительного, в окружении друзей или в обнимку с Амандой. Когда он проходил мимо по коридору, даже не удостоил ее взглядом. Эрнандо ошибся. Это было одновременно и больно, и поучительно: вот что бывает, когда увлекаешься настолько популярным парнем. Зато Аманду это явно не останавливало, и Алексия вдруг с удивлением осознала, что та старалась копировать Рэйчел: так же укладывала волосы и носила похожую одежду, даже некоторые слова и выражения из речи Рэйчел постепенно перекочевали в речь Аманды. В этот момент обида на бывшую подругу вдруг испарилась. Алексии даже стало немного ее жаль: в попытках стать кем-то другим Аманда, кажется, теряла себя. «Но если уж копировать, то до конца: ходили слухи, что Рэйчел встречается с парнем из колледжа — одноклассники уже не ее уровень, — размышляла Алексия. — Но, похоже, только я знаю, что на самом деле она мутит с криминальным боссом. Непонятно, правда, зачем ей это, ведь она и так из обеспеченной семьи. Надеюсь, сегодня она обо всем расскажет. Аманда умрет от зависти, если узнает, что я общалась с Рэйчел, но я не настолько тщеславна, чтобы рассказывать об этом кому-либо». Едва сев в машину к Каю, Алексия спросила: — Знаешь Рэйчел? — Какую Рэйчел? — Рэйчел из Дабл Рэй. — Эту знаю, — признался Кай, слегка опешив от удивления. — Она говорит, вы с ней друзья. — Верно. — Тогда почему ты ни разу о ней не упомянул? — Зачем мне упоминать о ней? — спросил Кай с недоумением. Алексия на мгновение почувствовала себя глупо. Обычно они обсуждали тренировки и другие будничные вещи, и причин говорить о Рэйчел у него действительно не было, но признаваться в этом не хотелось, поэтому она ответила: — Хотя бы потому, что она учится в одной со мной школе и сегодня ошарашила предложением встретиться после тренировки. — Ты только сегодня сообщила, где учишься, — напомнил Кай. — Окей, ты прав, — признала поражение Алексия. — Тогда как думаешь: стоит идти на встречу или лучше держаться от нее подальше? — Рэйчел хорошая девушка, общение с ней тебе не повредит, — ответил Кай, заводя двигатель. Немного подумав, Алексия спросила: — Ты действительно зовешь их с Рэем Дабл Рэй? Кай вдруг улыбнулся. — Да, так еще с детства повелось, и Рэйчел это жутко бесило, но со временем она привыкла. Однажды даже захотела поменять фамилию на Дабл, но Рэй отказался поддерживать эту безумную затею, и она передумала. Больше Кай ничего не добавил, но даже такой короткий рассказ о его прошлом показался настоящим откровением, ведь он всегда оставался скрытным, когда дело касалось его личной жизни. Возможно, встреча с Рэйчел поможет узнать о нем больше. Тренировка по стрельбе прошла как обычно, а вот силовая изменилась: Кай постепенно увеличивал нагрузку, заменяя старые упражнения новыми. Стоя под душем после тренировки, Алексия ощущала усталость, смешанную с глубоким удовлетворением от проделанной работы. Она гордилась собой: вот уже два месяца она стабильно занималась спортом и видела прогресс. Оглядев себя, она задумчиво провела ладонью по руке, затем по плечу и ставшему неожиданно плоским животу, опустила руку к бедру, с удивлением отмечая, насколько тверже там стало на ощупь. Как-то раз, пробежав несколько сотен футов до автобусной остановки, она с удивлением отметила, что нисколько не запыхалась. Все это было заслугой Кая. Не зря он просил довериться: он точно знал, что делал. Скоро предстоял главный экзамен — забег на три мили. Два месяца назад это казалось чем-то невероятным, но теперь Алексия сгорала от нетерпения, мечтая поскорее испытать себя. В районе семи вечера на ее телефон поступил звонок с неизвестного номера. — Откуда у тебя мой номер? — спросила Алексия, услышав голос Рэйчел. Номерами они не обменивались. — Билл дал и сказал, что поощряет наше общение, — ответила Рэйчел так кисло, словно его разрешение напрочь отбило у нее желание поддерживать это знакомство, но через мгновение в ее голосе вновь зазвучало привычное дружелюбие. — Как насчет выпить кофе? Я подъеду через полчасика и заберу тебя, идет? — Хорошо. Адрес скинуть? — Не нужно — Билл мне его тоже скинул. До встречи! Рэйчел подъехала на роскошном черном автомобиле. Алексия не успела рассмотреть эмблему на капоте, да и в марках машин не разбиралась, так что понятия не имела, что это была за модель. — Классная тачка, — отметила она, усаживаясь на пассажирское сидение. — Ага. Это машина Билла, разумеется, у меня своей нет, но он позволяет мне брать любую из своего автопарка, кроме Aston Martin какого-то редкого выпуска — это его самая дорогая игрушка. Но, честно говоря, также самая страшная, так что я не расстраиваюсь, пусть сам на ней ездит. Водить умеешь? — Нет, — ответила Алексия, осматривая салон. — Забавно, Кай спросил меня о том же при первой встрече. — Ну, он-то спрашивал, чтобы понять, чему тебя учить, — пояснила Рэйчел. — А я — чтобы знать, будешь ли просить пустить тебя за руль. Рэйчел водила машину куда агрессивнее, чем Кай: вероятно, уверенности добавляло то, что она была за рулем престижного авто. Она явно чувствовала себя в потоке машин как рыба в воде, и рыба эта принадлежала семейству акульих. — Я везу нас в одно классное место, называется La Pirogue. Бывала там? — Первый раз слышу. — Не страшно, тебе понравится. Вместо общего зала там отдельные комнатки, где можно наслаждаться уединением и сплетничать без опасения быть подслушанными. Цены высокие, но на этот счет можешь не переживать — я угощаю. Алексия не возражала: ей нравилось, когда за ее еду платили другие. — Ты угощаешь или Билл? — не удержалась она от вопроса. Рэйчел рассмеялась. — Зришь в корень, кошечка. Ехать было недалеко — в Ривер Норт, но их задержали пробки. Все это время Рэйчел говорила о себе, и это так контрастировало с молчаливостью Кая. За одну поездку Алексия узнала о нем больше, чем за те два месяца, что они были знакомы. Рэйчел отчаянно нуждалась в собеседнике, с которым можно было бы поговорить о том, что в обычной жизни ей приходилось тщательно скрывать. Она родилась и выросла в Западном Гарфилд-парке в неблагополучной семье и умудрялась водить за нос всю школу благодаря деньгам Тернера: он снимал для нее хорошую квартиру, разрешал пользоваться своей кредитной картой, часто делал дорогие подарки и возил отдыхать на роскошные курорты. Инстаграм Рэйчел пестрел атрибутами богатой жизни, но о существовании Тернера никто не догадывался, как и о том, что ее родители жили в нищете и не проявляли интереса к дочери. — Они, конечно, удобно пристроились — тянули из меня деньги, но при этом плевать хотели на меня лично, — рассказывала Рэйчел, и в ее голосе слышалась горечь. — Когда я решила прекратить их содержать, полгода потом трубку не поднимали — обиделись. Говорят, младших детей любят больше, но по-моему это полная чушь. Старших, младших — неважно, они никого из нас не любили. У Рэйчел было трое старших братьев, так что с самого детства ей приходилось общаться в основном с мальчишками. Именно братья познакомили ее с Рэем и Каем, которые со временем стали для нее кем-то вроде старших братьев. Вместе они сутками пропадали на улице, проводили время с местной компанией и впитывали атмосферу Вест-Сайда. — Не помню точно, как мы познакомились — мне было лет восемь, я была совсем мелкой, — вспоминала Рэйчел. — Рэй дружил с моим старшим братом, они были одноклассниками. У него не было своих братьев и сестер, поэтому он всегда звал меня младшей сестричкой. Позже он познакомил нас с Каем, и мы вшестером, несмотря на разницу в возрасте, здорово сдружились. — Понимаю, о чем ты, — призналась Алексия. — У меня тоже есть друг — Эрнандо, он старше меня на три года, но это ничуть не мешает нашей дружбе. Я тоже считаю его братом. Рассказ Рэйчел о прошлом удивлял Алексию: ее детство проходило не так уж далеко от этих мест, но было совершенно другим, словно в параллельной вселенной. Алексия всегда была домашней девочкой и понятия не имела, что творилось на улицах, поэтому слушала Рэйчел с интересом и изумлением. Она редко выходила из дома поздно вечером, так как в их районе это могло быть небезопасно. — Мои братья пошли по пути большинства: бухали, ширялись, курили — кто что мог достать, — продолжила рассказывать Рэйчел. — Не буду врать, я и сама кое-что пробовала, но мне повезло: Кай был ярым противником веществ и сумел убедить меня и Рэя остановиться, пока не стало поздно. В остальном мы вели себя как все: дрались, пугали прохожих, раскрашивали стены баллончиками, громили остановки и мелкие магазины. До сих пор удивляюсь, как нам удалось ни разу не попасть в руки копам. Однажды мы даже угнали полицейскую машину и с мигалками прокатились по всему Вест-Сайду! — Серьезно?! — удивилась Алексия. Для нее это было чем-то немыслимым, но Рэйчел, похоже, относилась к произошедшему как к веселому приключению, которое ничем ей не грозило. Немного подумав, Алексия решила задать вопрос, который давно крутился на языке: — А тебя кто-нибудь домогался? Не верю, что в таких компаниях этого можно избежать. — Правильно, что не веришь. За меня всегда было кому заступиться, а вот другим девчонкам повезло меньше: некоторые занимались сексом уже в двенадцать — ради денег или дозы, и не все начали добровольно. В нашей компании к этому относились как к норме: подумаешь, изнасиловали кого-то, и сами девушки, протрезвев, потом внушали себе, что ничего страшного не случилось, до последнего отрицали, что это было недобровольно, и я тоже относилась к этому как к чему-то обыденному. А сейчас, когда думаю обо всем этом, удивляюсь, как же мне повезло, что Рэй всегда меня защищал. — А как ты попала к Биллу? — За это нужно благодарить Кая: он познакомил Рэя с Робом, и мы постепенно перестали общаться со старой компанией. Оно и к лучшему, потому что моих родных братьев жизнь потрепала от души: одного порезали в драке, второй сел в тюрьму за кражу со взломом, а о третьем я ничего не знаю, но не удивлюсь, если и он плохо кончил. Рэй и Кай начали работать на Тернера, а позже, когда Рэйчел исполнилось четырнадцать, Рэй стал обучать и ее. Спустя год Тернер начал проявлять к ней интерес, и Рэйчел решила: почему нет? Он был обеспечен, привлекателен, осыпал вниманием и подарками. Сердце девочки, выросшей в нищете, растаяло, и она решила, что уж лучше спать за хорошие деньги, чем за дозу. Тернер стал ее первым и единственным мужчиной. — А что сказали Кай и Рэй, когда узнали? — Это было уже не их дело, но они, конечно, здорово охренели, — хихикнула Рэйчел. — Сначала их это напрягло, ведь Биллу было сорок пять, а мне — всего пятнадцать, он был старше меня в три раза! Но что они могли поделать? Потом, когда убедились, что он хорошо со мной обращается, успокоились. Больше ворчал Рэй, а Кай не нудит: раз решила, значит, так надо. Мне это в нем нравится. А вот Рэй ругался, мол, для чего я тебя оберегал, чтобы ты потом себе папика нашла? Как будто это что-то плохое. — А Билл правда хорошо с тобой обращается? — У меня с ним проблем не было, — ответила она уклончиво. — Я послушная девочка, не выношу мозг, поэтому он со мной уже почти три года. Остальные и года не выдерживают — начинают строить из себя не пойми кого, а его это бесит. — Остальные? — Ну да, я у него не единственная. — Погоди, у вас что-то вроде открытых отношений? Рэйчел рассмеялась. — Скорее, односторонне открытые. То есть Биллу можно спать с кем угодно, а мне — нет. — А что будет, если захочешь уйти к кому-то другому? — О, уйти можно без проблем — просто потеряю доступ к его деньгам. А вот если решу изменить втихую, за это последует наказание. Уточнить, какое конкретно наказание за это последует, Алексия не успела: они как раз подъехали к зданию с вывеской La Pirogue, и Рэйчел принялась парковаться. Откровенность их разговора сделала свое дело: Алексия стала относиться к своей новой знакомой куда теплее, и между ними потихоньку начало формироваться доверие. Рэйчел оказалась совсем не похожа на тот высокомерный образ богатой девочки, который можно было увидеть в школе: она знала себе цену, но была лишена той надменности и самолюбования, которые Алексия ожидала увидеть. Такой порой бывала Аманда, а Рэйчел, напротив, оказалась веселой, дружелюбной и разговорчивой. La Pirogue действительно отличался от обычных ресторанов: вместо общего зала посетители располагались в отдельных комнатках, в каждой из которых был свой стол и мягкие диваны. Двери комнат были закрыты, и официанты стучались, прежде чем войти. Рэйчел и Алексия устроились на диванчике в просторном лобби, ожидая, когда их проводят в одну из комнат. В этот момент к выходу направилась пара посетителей, и сердце Алексии пропустило удар — она узнала одного из них. Это был Джастин, одетый в белую рубашку и узкие голубые джинсы, подчеркивавшие его атлетичное тело. Он придерживал за талию стройную блондинку. Словно почувствовав взгляд Алексии, Джастин повернулся в их с Рэйчел сторону и, узнав обеих девушек, ослепительно улыбнулся, однако подходить не стал, вероятно, чтобы избежать расспросов своей спутницы. Увиденное оставило у Алексии неприятный осадок. Сразу после ухода Джастина девушек проводили в одну из комнат. Внутри было просторно, хотя обстановка явно намекала на уединенность для парочек. Алексия подумала, что, возможно, именно здесь Джастин сидел со своей подругой. — Ну как тебе? — поинтересовалась Рэйчел, уткнувшись в меню. — Атмосферно, — ответила Алексия, не найдя точных слов. — Место принадлежит какому-то другу Билла, имя не помню, но именно с Биллом я впервые здесь оказалась. Выбор блюд небольшой, зато меню обновляют каждые пару месяцев, так что не приедается. Цены завышены, но качество на высоте, особенно выпечка. В США вообще проблема с вкусной едой, поверь мне, Билл возил меня в Италию и Францию, и разница ощутима. Поэтому здесь часто бывают его знакомые, вроде того же Джастина. Ты ведь с ним знакома? Алексия кивнула. В дверь постучал официант, и девушки отвлеклись, чтобы сделать заказ. — А девушку Джастина знаешь? — спросила Алексия, когда официант ушел. — Нет. Сколько бы тут с ним ни сталкивалась, он каждый раз с новой спутницей. Видимо, это его любимое место для свиданий. — Так он бабник? — Еще какой! Но это и не удивительно — с такой-то мордашкой. И черным бентли. Алексия почувствовала азарт. Наконец-то хоть с кем-то можно было посплетничать о Джастине! Ей все больше и больше нравилась Рэйчел. — Слушай, а не знаешь, почему Кай терпеть его не может? Они как-то столкнулись в тире, и, если бы Кай умел поджигать взглядом, от Джастина не осталось бы и пепла. — Открытых конфликтов у них не припомню, — ответила Рэйчел задумчиво. — Но могли что-нибудь не поделить на задании — ты же знаешь этих парней. — А как тебе Джастин как человек? — Разногласий у нас не было. Хотя, помню, он был против, когда Рэй взялся меня обучать — считал, я для этого слишком мелкая, но в итоге смирился. Я даже несколько раз ходила с ним на задания, и никаких проблем. Но знаешь… — Рэйчел сделала паузу, словно пытаясь подобрать слова. — Он вроде весь такой из себя дружелюбный и позитивный, но есть в нем что-то фальшивое, словно он играет эту роль, и ты никак не поймешь, кто же он на самом деле. Я бы не удивилась, воткни он мне однажды нож в спину. Эти слова заставили Алексию задуматься. Джастин ей понравился, но в то же время она доверяла мнению Кая и Рэйчел. В конце концов, она знала его совсем поверхностно. «Хватит быть такой влюбчивой!» — одернула она себя мысленно. Когда принесли еду, разговор продолжился, но уже на другую тему. — Кстати, Рэй тоже часто сюда захаживает, — сообщила Рэйчел, — но в основном на завтраки, так что вряд ли мы его сегодня встретим. — А Кай? — Ни разу его здесь не видела. Кай совсем другой. Ему, в отличие от нас, и правда нравится работа, так что скорее представлю его в тире или тренажерном зале, чем в ресторане, выгуливающим какую-нибудь дамочку. Наверное, поэтому он единственный из нас, кто не планирует идти в колледж. Можно сказать, нашел свое призвание. — Так ты собираешься в колледж? — удивилась Алексия. Их школа не отличалась высоким уровнем образования, так что доля выпускников, стремившихся поступать в колледжи, с каждым годом уменьшалась. Алексия о колледже и не задумывалась: раньше она тянула с выбором будущей альма-матер до начала предпоследнего учебного года в старшей школе, а теперь понимала, что у нее попросту не было никаких сил думать о поступлении куда-либо. К тому же она понятия не имела, чем хотела бы заниматься в будущем. — Да, в университет Чикаго, — с энтузиазмом ответила Рэйчел. — Жизнь в нищете научила меня любить деньги, и в какой-то момент я всерьез заинтересовалась финансами. Началось все, как у многих, с книг Кийосаки, а потом умные люди — друзья Билла, если точнее — подсказали источники получше. Билл даже выделил мне деньги на пробный портфель, чтобы училась инвестировать, но в итоге я поняла, что Уолл Стрит — немного не то, с чем мне хотелось бы связать свою жизнь. Мне больше по душе венчурные инвестиции. Мне кажется, я довольно неплохо умею вытягивать деньги из толстосумов, к тому же Билл готов поддерживать меня финансово. Думаю, рассчитывает, что моя будущая карьера принесет ему полезные связи. А я и не против, лишь бы не заниматься больше тем, чем занимаюсь. Целый год готовилась к экзаменам с репетитором по математике, чтобы освоить продвинутый курс — с меньшими знаниями в университет Чикаго не пробиться, но уж лучше математика, чем работать на Билла. Рэйчел отвлеклась на еду, и Алексия, чуть понизив голос, осторожно спросила: — Слушай, а чем конкретно ты занималась, работая на Билла? — Если тебя волнует, приходилось ли мне убивать, то нет — ни разу, хотя стреляю я довольно сносно, — шепотом ответила Рэйчел. Похоже, она тоже была не до конца уверена в конфиденциальности разговора. — В остальном я помогала Рэю: следила за кем-нибудь, устанавливала камеры, разведывала обстановку, составляла планы помещений и расположения камер. Иногда довозила до места и ждала в машине. Это идеальная работа для девушки: мы вызываем меньше подозрений, а если надеть юбку покороче, можно легко перетянуть на себя все внимание. В более грязных делишках тоже приходилось участвовать, но скорее наблюдателем. Сначала это казалось интересным, но со временем стало противно. Думаю, Рэю тоже, иначе не могу понять, с чего его вдруг потянуло в медицину. Когда он поступил в колледж, я осталась без напарника и начала работать с кем придется — с Каем, Джастином и другими парнями. — А давно Рэй ушел в колледж? Ты говорила, он ровесник твоего старшего брата. — Да, ему двадцать три, он сейчас на втором курсе. Какое-то время после школы искал себя, а потом решил, что лучше спасать жизни, чем отнимать. Карму захотел почистить или что-то в этом роде. Билл не возражал, давал ему перерывы в работе, чтобы Рэй смог подготовиться к SAT. Он готовился почти год, и теперь Билл оплачивает его учебу, хотя у Рэя есть деньги. Мою учебу в колледже он тоже будет оплачивать. Думаю, это такой способ держать нас на поводке: если мы ему обязаны, значит, останемся лояльны. Это не первый раз, когда Билл помогает кому-то из своих людей безвозмездно, но делает это, только если видит потенциальную пользу, так что не всем так везет. Для него такие суммы — мелочь, можно сказать, он в нас инвестирует в расчете на хорошие дивиденды, а мы и не против — это своего рода симбиоз. Алексия всегда знала, что поддержка Тернера не была бескорыстной и что он преследовал свои цели, и теперь наконец выяснила, зачем это было ему нужно, однако все еще не до конца понимала, почему он помог именно ей. Какую выгоду он в ней увидел? Беседа с Рэйчел оказалась не только приятной, но и неожиданно ценной. Алексия видела в этом общении множество преимуществ, ведь Эрнандо, в силу ограничений и секретности, мало что знал о внутренней кухне бизнеса Тернера. Рэйчел же была куда более осведомлена и могла ответить на все ее вопросы. Да и общаться в женской компании было приятнее: с Эрнандо не обо всем можно было поговорить, к тому же он частенько любил покритиковать. Когда настал черед Алексии делиться своей историей, она решила быть полностью откровенной и, доверившись Рэйчел, рассказала обо всем: об убийстве родителей, об обстоятельствах знакомства с Тернером, о том, как утром солгала Вайолет, и даже о той постыдной истории про Тайлера и Аманду. Рэйчел, к большому облегчению Алексии, встала на ее сторону. Время за общением пролетело незаметно: они проговорили пару часов, и Алексия поняла, что пора ехать домой, только когда начала зевать. Кай приучил ее ложиться рано, чтобы быть выспавшейся к утренней пробежке, и сейчас она хотела как можно скорее оказаться в кровати. — Могу попросить об одолжении? — осторожно поинтересовалась Алексия. — Можем пока держать наше общение в тайне? Не хочу привлекать лишнего внимания… Под лишним вниманием она, конечно же, подразумевала внимание Аманды. — Без проблем, кошечка, — согласилась Рэйчел. — Представляю, как все офигеют, когда мы начнем ходить по школьным коридорам под ручку. Но учти: это ненадолго. Я сыта по горло тайными отношениями с Биллом. Тайная дружба — это уже чересчур. Глава 8 I think I wanna fall for me first Even when it hurts On my own self-love affair Just like I deserve ‘Cause second never works And since no one can compare I wanna fall for me first Fall For Me First, Hey Violet Спустя две недели Рэйчел решила прекратить прятаться и предложила Алексии пообедать вместе. К счастью, она не стала настаивать на том, чтобы присоединиться к компании ее подруг, понимая, что Алексия вряд ли захочет с ними общаться. Они взяли по сэндвичу и бутылке воды в кафетерии и направились на стадион. Трибуны пользовались популярностью в хорошую погоду, особенно у парочек, и, в отличие от кафетерия, сидячих мест там хватало всем. Они устроились на самой верхней скамье, вдали от остальных, чтобы никто не смог их подслушать. — Представляешь, утром написала Синтия, — заговорила Алексия, как только они устроились, и протянула Рэйчел телефон. — Вот, почитай. — Ни фига себе, какой длиннющий текст, — удивилась Рэйчел, пробегая глазами по сообщению. — Кем она работает? Такая речь заумная. — Секретарем в какой-то городской службе. Я особо не интересовалась. Но да, она и в жизни такая же занудная. Рэйчел дочитала сообщение и вернула телефон. — Ну что, поздравляю. Доминик свое дело знает. — Наверное, — ответила Алексия равнодушно. Она не чувствовала ни радости, ни облегчения от того, что Синтии отказали в опекунстве. Она знала, что все этим кончится, и это утреннее сообщение никак не изменило ее жизнь. — Не мое дело, конечно, но у вас с ней совсем кошмарные отношения? — спросила Рэйчел, задумчиво глядя перед собой. — Знаешь, она явно расстроена, что не вышло с опекунством, но пишет, что желает тебе счастья, что ее дом всегда открыт для тебя, просит сообщить, если что-то понадобится, и все в таком духе. Даже признает, что самостоятельная жизнь пойдет тебе на пользу. Это довольно мило, если учесть, что ты про нее рассказывала. Я думала, она тебя проклинать начнет. Алексия задумалась. Она действительно удивилась, когда прочла сообщение Синтии, но куда поразительнее было бы, если бы та перешла на оскорбления и проклятия. Это было бы точно не в ее духе. Синтия могла быть твердой, даже жесткой, но истерик за ней не водилось. Она могла прочесть длинную нудную лекцию, но никогда не закатывала сцен. Однако эта холодная сдержанность порой напрягала Алексию куда сильнее, чем ругань и крики. — Наверное, я была просто слишком уверена, что ее взбесит уплывшее из-под носа наследство, — наконец призналась она. — А кто сказал, что ей нужно твое наследство? Алексия пожала плечами. Тернер намекал, что интерес Синтии в опекунстве был связан с деньгами, но мог и ошибаться. Да, та действительно связывалась с исполнителем завещания, но кто сказал, что ее мотивы были корыстными? Возможно, она просто хотела убедиться, что Алексия не останется ни с чем. — Может, ты просто все не так поняла? — предположила Рэйчел. Демонизировать Синтию было проще. У Алексии все еще оставались причины не желать с ней общаться, но слова Рэйчел заставили взглянуть на все под другим углом. Синтия плакала на мессе, и эти слезы не были напоказ — Алексия знала это наверняка, а значит, та не была такой уж черствой. И как бы сильно ни хотелось держаться от бабушки как можно дальше, та все равно оставалась ее семьей, и в глубине души осознание этого приносило странное чувство покоя. Однако Алексия не была готова сделать шаг навстречу и в ближайшее время совершенно точно не собиралась навещать Синтию в Спрингфилде. — Зачем ты это делаешь, Рэйч? Я просто хочу продолжать ее ненавидеть, — сказала Алексия, глядя на подругу с укором. — Просто мои детские травмы, — ответила Рэйчел. — Понимаешь, Синтия хотя бы старается. Говоришь, она холодная, но связь с тобой не рвет, в гости приглашает, а могла бы просто ничего не писать. Моим же родителям плевать. Бывает, позвоню им, а они начинают: «Денег нет, а дай денег, а вот соседский сын свозил родителей на Гавайи, а ты что?» — и так далее. Никогда не спрашивают, как у меня дела. Никогда не приглашают в гости. Им даже в голову не приходит поинтересоваться, есть ли у меня деньги. А вдруг Билл меня уже бросил, и я под забором подыхаю? Им плевать, потому что они дали мне жизнь, а значит, я должна найти деньги и поделиться, иначе я неблагодарная дочь. Ни один наш разговор не заканчивается нормально: то они бросают трубку, то я. И что обидно — никогда не звонят первыми. Не понимаю, почему сама до сих пор продолжаю звонить им. Алексия положила руку ей на плечо в знак поддержки, почувствовав, что Рэйчел вот-вот заплачет, но та сдержалась, вероятно, побоявшись испортить макияж. Какое-то время они молчали, пока она приходила в себя. — Мне очень жаль, — тихо произнесла Алексия, вспомнив своих родителей. Да, у них бывали ссоры, но она всегда знала, что они ее любили, а она любила их. Было дико осознавать, что у кого-то было иначе. — Забей, я уже привыкла, — ответила Рэйчел и натянуто улыбнулась. — Зато у меня офигенные братья. Я про Рэя и Кая, если что, а не про тех троих, с кем вылезла из одной вагины. — Фу, Рэйчел! — захихикала Алексия, но эта фраза ее повеселила. В мире, где все старались казаться лучше, чем были на самом деле, прямота Рэйчел была глотком свежего воздуха. — Ну а что, так и есть, — усмехнулась та. — Я сама выбрала себе братьев. А еще, кажется, обзавелась миленькой сестричкой. — О-о-о, ты правда так думаешь? — спросила Алексия, взглянув на подругу с теплотой. Это было странно и неожиданно — сдружиться с Рэйчел так быстро, так легко сойтись, будто они знали друг друга вечность. Когда-то Алексии казалось, что они были из двух совершенно разных миров, но, если отбросить разницу в социальном статусе, оказалось, что они очень похожи: обе любили посмеяться и посплетничать, слушали одну и ту же музыку, смотрели похожие фильмы. С момента поездки в La Pirogue они постоянно были на связи: обменивались мемами, обсуждали знакомых, делились планами и мечтами. Нечто подобное у Алексии было с Амандой, но дружба с Рэйчел ощущалась глубже, крепче. С ней все происходило естественно и искренне. Алексии не нужно было притворяться, умалчивать или подстраиваться, чтобы сохранить эту связь. Она могла быть собой — со всеми своими странностями и недостатками, и Рэйчел принимала ее такой. — Я рада, что Билл взял тебя к нам, — призналась Рэйчел, задумчиво осматривая стадион. — А с другими девчонками, работающими на него, общаешься? — Не с кем. Была одна, но ей в районе двадцати пяти, так что вряд ли у нас найдется много общего, да и виделись мы всего пару раз издалека. Вроде были еще, но не знаю, работают ли они сейчас. Так что, когда Билл сказал, что в женской команде пополнение, я сразу же заинтересовалась, а когда он показал твою фотографию, и я поняла, что видела тебя в школе, желание познакомиться только усилилось. Правда, решила дождаться начала учебы, не хотела писать — мало ли как отреагируешь, мы ведь раньше не общались, а с глазу на глаз как-то проще. — Понимаю, — ответила Алексия. — А что насчет дилерш? С ними общаешься? — Нет, с ними откровенно не поговоришь — им многое нельзя знать. — Почему? Если нас с тобой накроют копы, мы точно так же им все выложим. — Дилерш легко взять с поличным, а у нас что? Показываешь разрешение на ношение оружия — и коп сразу отваливается. А достать его очень просто, если знаешь как — это одно из первых, чему учат новеньких. Рэйчел не доела сэндвич и, отложив его в сторону, потянулась к бутылке с водой. Алексия, заметив это, мельком глянула на свой наполовину съеденный сэндвич и решила, что, если хочет фигуру как у Рэйчел, стоит тоже оставить его недоеденным. Сэндвич был вкусным, но слишком уж жирным. — Мне было бы интересно пойти с тобой на дело, — задумчиво произнесла Алексия. — Мне тоже, — отозвалась Рэйчел. — Правда, я все реже беру задания — готовлюсь к финальным попыткам сдать SAT и поступлению в колледж. И вообще работа мне разонравилась. — Кай взял перерыв на год. — Да, я слышала. Даже он выгорел, — вздохнула Рэйчел. Жизнь шла своим чередом, и то, что их все чаще видели вместе, перестало кого-либо удивлять. Чтобы избежать лишних вопросов, Рэйчел придумала правдоподобную историю их знакомства, которая объясняла и внезапную дружбу, и то, почему Кай каждый день забирал Алексию после уроков: по этой версии он оказался не кем иным, как ее бойфрендом. Как оказалось, роль парня из колледжа, с которым Рэйчел якобы встречалась все это время, досталась Рэю. Он несколько раз показывался на глаза ее подругам и блестяще исполнял свою роль в инстаграме. Алексия не была знакома с ним лично, но по рассказам Рэйчел поняла, что подобная авантюра была вполне в его духе. Удивительно, но и Тернер обо всем этом знал и не имел ничего против. Когда Алексия спросила, зачем ей вообще было все это нужно, Рэйчел ответила, что ее достали одноклассники, постоянно пытавшиеся пригласить ее на свидание, и она попросила Рэя помочь, чтобы разом от них отделаться и при этом сохранить свои отношения с Тернером в тайне. До появления Алексии в этой истории Кай оставался в тени. Подруги Рэйчел знали о нем как о лучшем друге Рэя, он даже пару раз мелькнул в ее инстаграме. Алексия увидела эти фотографии уже постфактум, подписавшись на ее страничку после того, как они подружились. Кай оказался не в восторге, когда узнал, что тоже стал частью этого спектакля, и Рэйчел недоумевала по этому поводу: — Я же не прошу целоваться с тобой у всех на глазах или ходить на наши посиделки. Какая ему разница, что про него думают у нас в школе? Зато теперь может спокойно забирать тебя после уроков, и никто не станет задавать неудобные вопросы. У Кая на этот счет было иное мнение. — Никогда не привыкну к интригам Рэйчел, — произнес он мрачно. — Сначала она притворяется, что встречается с Рэем, а теперь зачем-то приплетает меня. — Не может же она признаться, что встречается с Биллом, — попыталась заступиться за подругу Алексия. — Все она может, но ее подружки вряд ли оценят такую откровенность. Скорей бы вы уже закончили школу и перестали играть в эти глупые игры, — вздохнул Кай, и больше они к этой теме не возвращались. Однако, как ни крути, благодаря стараниям Рэйчел авторитет Алексии в школе заметно подрос. Иногда она присоединялась к столику ее подруг во время обеда, и, несмотря на то, что дружбы с ними не завязалось, Алексия чувствовала себя вполне комфортно в их компании, но чаще всего во время обеда они с Рэйчел уединялись, чтобы поговорить о делах, которые не предназначались для чужих ушей. Наладить отношения с Амандой так и не удалось. С того момента, как Алексия впервые села обедать с Рэйчел, бывшая подруга не удостоила ее больше ни словом, ни взглядом, когда они сталкивались в школьных коридорах. — Я для нее словно пустое место, — пожаловалась она как-то раз Эрнандо. — А чего ты ожидала? — Не знаю. Мне казалось, наши отношения потеплели. Она посочувствовала мне по поводу родителей, потом мы пару раз поздоровались, она мне даже улыбалась. Я думала, что… ну, может, у нас все наладится. Что она тоже соскучилась по нашей дружбе. Эрнандо закатил глаза. — Алекс, она делала это не потому, что соскучилась, а потому что на правах победительницы решила проявить милосердие к поверженному врагу, чтобы кайфануть от собственной доброты. А ты вместо того, чтобы признать поражение, начала дружить с самой крутой девочкой в школе, пробилась в социальный круг, в который хотела пробиться она, да еще и нос ей утерла, начав встречаться с парнем постарше вместо того, чтобы продолжать страдать по ублюдку. Конечно она тебя теперь ненавидит. Кстати, а почему на роль бойфренда вы выбрали Кая, хотя у тебя был я? — Надо было как-то объяснить, почему мы с Рэйчел сдружились, и самый очевидный вариант — благодаря дружбе наших парней. К тому же Кай каждый день забирает меня на тренировки после школы — само по себе это подозрительно, но раз он мой парень, то все ок. Она не стала добавлять, что в сравнении с ним Эрнандо смотрелся куда менее эффектно. Пусть ее роман с Каем и был выдумкой, представлять его своим парнем Алексии нравилось больше. — Поверить не могу, что ты променяла старину Эрнандо на этого угрюмого типа! — произнес он с легкой обидой в голосе. — Знаешь что, пожалуй, куплю себе Ducati. Мотоцикл — вот что нужно, чтобы вывести Кая из игры. Только представь: я подъезжаю к школьным воротам, ты выпархиваешь из здания и садишься мне за спину, и на скорости шестьдесят миль в час мы сваливаем вдаль под звуки упавших челюстей. — Ну ты и фантазер, — рассмеялась Алексия. Однако его слова ее зацепили. В последнее время она часто замечала, что Эрнандо сорил деньгами: покупал дорогую одежду, обновил телефон, даже обзавелся цепью из чистого золота — популярной статусной вещицей в Вест-Сайде. Иногда он предлагал купить что-нибудь и ей, но она всегда вежливо отказывалась. Единственное, что она позволяла ему оплачивать — их совместные ужины. Ей было неловко позволять ему тратиться на что-то большее, ведь он не был ее парнем. Но Алексия уже давно догадывалась, что Эрнандо хотел видеть ее своей девушкой, и это ее огорчало. Его чувства оставались безответными, и она боялась заводить об этом разговор, потому что не хотела, чтобы это разрушило их дружбу. Она словно балансировала на тонкой струне, стараясь не давать ему ложных надежд, но и не обрывать то теплое общение, что их связывало. Эрнандо начал вести себя так после знакомства с Рэйчел. Их встреча казалась неизбежной: оба многое слышали друг о друге, поэтому Алексия решила собрать их у себя дома. Это был первый и последний раз, когда она видела их вместе. Все с самого начала пошло наперекосяк: Эрнандо будто нарочно пытался вывести Рейчел из себя, не переставая отпускать едкие замечания и дурацкие шуточки, а Рэйчел в ответ включила свою фирменную холодную саркастичность. Алексия чувствовала себя ужасно, наблюдая за тем, как они упражняются в остроумии, стараясь задеть друг друга побольнее. Ситуация накалилась до предела, когда Рейчел начала рассказывать о своей поездке в Европу с Тернером, и Эрнандо, не скрывая иронии, произнес: — Это все круто, но ты ведь работала на него, так? Неужели денег было недостаточно? Решила заработать другим местом? Рэйчел смерила его ледяным взглядом и ответила: — А ты не думал, что я с Биллом, потому что он мне нравится? — Серьезно? Пятидесятилетний дед — семнадцатилетней ссыкухе? — Эрнандо! Следи за языком! — воскликнула Алексия, возмущенная его словами. — Мне тоже скоро семнадцать. Но он проигнорировал ее замечание — все его внимание было сосредоточено на Рэйчел — и даже не подумал извиниться. — Много ты понимаешь в семнадцатилетних ссыкухах, — парировала Рэйчел. — У тебя самого-то девушка была? Или ты теоретик? — Уж поверь, поболее твоего знаю, — не остался в долгу Эрнандо. Напряжение в комнате можно было резать ножом, но Рэйчел решила нанести финальный удар, вероятно, оказавшийся для Эрнандо слишком болезненным: — Сомневаюсь. Потому что ничто в этом мире не делает мужчину краше, чем деньги, которые он готов потратить на свою женщину. Она смерила Эрнандо оценивающим взглядом, намекая на его не слишком презентабельный вид. Алексия больше не могла это терпеть. — Рэйч! — воскликнула она. — Ребята, ну чего вы устроили! От обиды и отчаяния на ее глаза навернулись слезы, и это остудило пыл обоих. — Извини, — первым сдался Эрнандо, обращаясь к Рэйчел. — И ты, — произнесла та пристыжено. Алексия прекрасно понимала, что они сделали это лишь потому, что она заплакала — ни в их голосах, ни во взглядах не было искреннего сожаления. Эрнандо не стал задерживаться и, сославшись на дела, вскоре ушел. — И что это было? — тихо спросила Алексия, опустившись на кровать рядом с Рэйчел. Та вздохнула, отвела взгляд и ответила: — Слушай, я не хотела ему грубить, но он говорил так, будто пытался унизить меня тем, что я на содержании у Билла. Да, я голддиггерша, даже не буду отрицать. Я люблю деньги. Люблю, когда Билл их на меня тратит, и мне нравится сам Билл. И нет, я не влюблена в него, но он мне не противен. Он неплохой, не какой-нибудь обрюзгший пузан, а вполне презентабельный мужчина. И возраст для меня не имеет значения. Однако никто не смеет говорить со мной так, словно я грязь из-под ногтей только потому, что меня кто-то содержит. Алексия кивнула, задумавшись над ее словами. — Знаешь, а ведь мне тоже интересно, почему ты продолжаешь работать на Билла, если тебе это не нравится. Ты ведь можешь этого не делать. Рэйчел снова вздохнула, будто собираясь с мыслями. — Сначала это казалось чем-то классным, — начала она, проводя рукой по кровати. — Ну, как в фильмах: я вся такая крутая шпионка, а не просто девушка в гареме богатого мужчины. К тому же Рэй потратил на мое обучение столько времени и сил, что мне было стыдно признаться, что реальность отличается от кино про Джеймса Бонда, поэтому я больше не хочу этим заниматься. Да и Биллу хотелось показать, что я не просто трофейная жена, а современная эмансипированная девушка, которая может зарабатывать сама. Ему это нравилось. Были задачи, которые могла выполнить только я, и я гордилась этим, но со временем поняла, что это было глупо. Теперь я просто хочу реализоваться в том, что привлекает больше, поэтому и собираюсь в колледж. — Ясно, — ответила Алексия. — Не бери слова Эрнандо в голову. Он просто не понимает, зачем продолжать работать, если есть возможность этого не делать. Думаю, он просто тебе завидует. Рэйчел улыбнулась — немного грустно, но искренне. — Может, ты и права. Зависть — странная штука. Она часто вызывает злость, особенно у мужчин. Не знаю, что сегодня творилось с Эрнандо, но он показался мне излишне агрессивным. Это ведь твой лучший друг? Алексия кивнула и решила встать на его защиту: — Обычно он не такой. Эрнандо может быть невероятно добрым, но иногда, мне кажется, ему приходится доказывать что-то не только другим, но и себе, и тогда он может потерять контроль над тем, что говорит. Возможно, дело в этом. — Да, все мы пытаемся что-то кому-то доказывать, — произнесла Рэйчел задумчиво. Они легли на кровать лицом друг к другу. В комнате было темно, и лишь мягкий золотистый свет от гирлянды на балконе наполнял пространство уютным сиянием. Алексия уловила легкий цветочный аромат парфюма Рэйчел и невольно задумалась, почему не пользовалась духами сама. — Знаешь, я тебе завидую, — призналась Алексия. — Ты так уверенно движешься к своим целям, выглядишь потрясающе — словно с обложки, у тебя отличное чувство юмора и ты умеешь дружить. — Эй, ты тоже замечательная, — воскликнула Рэйчел. — У меня никогда не было такой подруги, вот честно, не верится, что мы дружим всего месяц — такое ощущение, будто всю жизнь. Какое-то время они молча наблюдали за лампочками, а затем Рэйчел произнесла: — Знаешь, я не всегда была такой. В средней школе я была дурнушкой. — Врешь! — Не вру. У меня остались фотки, я тебе покажу. Рэйчел отлистала фонотеку к самому началу и показала старые фотографии. Алексия сразу нашла Кая: он был моложе и неожиданно улыбчивее. Было трудно поверить, что это был тот самый Кай, которого она знала как собранного, молчаливого и прагматичного. — А это Рэй, — сообщила Рэйчел, указывая на парня с азиатскими чертами лица, одетого в косуху. Он казался обаятельным, слегка насмешливым и весьма уверенным в себе. — Его забрали из Южной Кореи. Оказывается, это одна из самых популярных стран, откуда американцы усыновляют детей. Она замолчала на секунду, будто собираясь с мыслями, прежде чем продолжить: — У него самая благополучная семья из нас троих. Родителям уже под шестьдесят, очень долго пытались завести своих детей, обращались к врачам, но после нескольких выкидышей решились на усыновление. Это недешевое удовольствие, но тогда его семья была довольно зажиточной, а когда Рэй стал подростком, бизнес отца прогорел и денег стало сильно меньше, так что родители начали ругаться, а Рэй — все чаще убегать из дома. Но сейчас у них все наладилось, он им помогает. Говорит, когда рассказал, что поступил в Иллинойский университет, они расплакались от гордости за него. В голосе Рэйчел промелькнула горечь. Алексия догадывалась, что подруга думала о своих безразличных родителях и о том, как ей хотелось, чтобы они тоже ею гордились. Возможно, Алексия не до конца понимала, кому пытался что-то доказать Эрнандо, но вот кому и зачем что-то доказывала Рэйчел, было понятно без слов. — О, а тут Рэй учит меня стрелять. На фото был знакомый Алексии тир. Рэйчел выглядела совсем иначе — мелкая и смешная, но вовсе не дурнушка — уже тогда в чертах ее лица читалась будущая привлекательность. — После того, как в моей жизни появился Билл, я сильно изменилась, — задумчиво произнесла Рэйчел, перелистывая фотографии одну за другой. — На первом году старшей школы я была яркой, но одевалась не так дорого и пользовалась дешевой косметикой. Все поменялось буквально за пару месяцев, и с тех пор все словно забыли, что я была другой. Они без вопросов проглотили мою ложь про богатых родителей и до сих пор в это верят. Никто ни разу не усомнился в этом, словно первые полгода в школе я была невидимкой и появилась лишь во втором семестре — в классных шмотках и при деньгах. Алексия понимала это слишком хорошо: благодаря заданиям Кая она не раз видела, какими доверчивыми бывали люди. Им было легче принять действительность такой, какой ее преподносили, чем попытаться в ней усомниться, особенно если все выглядело достаточно правдоподобно. — Вот бы и мне так, — пробормотала Алексия. — Раз — и я в классных шмотках и при деньгах. Слова вырвались сами собой — она даже не успела их обдумать. Рэйчел приподняла бровь, и в ее взгляде мелькнула легкая усмешка. — Тоже хочешь встречаться с Биллом? — Что? Нет! — Алексия вспыхнула и замахала руками, будто пытаясь отогнать столь абсурдную мысль. — Я хотела сказать… Просто хочется перемен. Знаешь, новый гардероб, немного уверенности… Утереть нос бывшему. Рэйчел рассмеялась. — Так в чем проблема? Давай устроим шоппинг. — У меня нет денег. — Я оплачу, не вопрос, у меня есть деньги. — Нет! — заявила Алексия категорично. — Я не могу тратить твои деньги, мне будет неловко. Угостить ужином в La Pirogue — это одно, а покупать одежду за твой счет — уже слишком. — Хорошо, — хмыкнула Рэйчел, задумчиво прикладывая палец к губам. — А если за все заплатит Билл? — Он внесет это в сумму долга. — Не внесет. Смотри и учись, — с хитрой улыбкой произнесла Рэйчел и открыла список контактов. Нажав на кнопку вызова, она подмигнула Алексии и прижала трубку к уху. Как только на другом конце линии ответили, она сказала: — Привет, Билл, котик, не отвлекаю? Да, все отлично. Слушай, у меня тут Алекс, стажерка Кая. Хочу устроить ей небольшой апгрейд, чтобы выглядела классно. Только без учета в долг, окей? Поверь, это выгодное вложение в ее обучение. Я не собираюсь ее в тяжелый люкс одевать, думаешь, я деньги считать не умею? Для нашей работы нужны классные шмотки, ну! Закинешь деньги на карту? Вот так бы сразу! Спасибо, ты лучший! Рэйчел завершила разговор и одарила подругу победоносной улыбкой. Алексия ошеломленно смотрела на нее, не веря в происходящее. — Ты правда уговорила Билла оплатить мне шоппинг? Рэйчел кокетливо улыбнулась. — Просто убедила сделать выгодное вложение. Я же упоминала, что собираюсь заниматься венчурными инвестициями. Я всегда знала, что у меня талант разводить толстосумов на деньги, так что готовься — на этих выходных едем на Мичиган-авеню. Алексия покачала головой, не зная, как реагировать — смеяться или ворчать, но где-то глубоко внутри уже предвкушала эту поездку. «Вот это софт-скиллы!» — думала она с восхищением. Смогла бы она сама провернуть нечто подобное? Те задачи, что ставил перед ней Кай, теперь вызывали смех. Одно дело — узнать у собеседника кличку питомца, а вот уговорить кого-либо потратить на нее значительную сумму было совершенно иным уровнем мастерства. В воскресенье, как и планировалось, они отправились за покупками. День оказался долгим и изматывающим: они обошли не меньше десятка магазинов, и в какой-то момент Алексия попросила пощады, но Рэйчел была неумолима. — Я больше не могу, ты покупаешь слишком много! — Перестань, я же не свои деньги трачу. Пользуйся щедростью Билла — второй раз этот номер с ним не прокатит, так что я собираюсь потратить все до последнего цента. Когда Рэйчел предложила зайти в магазин косметики, Алексия взмолилась: — Ты же знаешь, я не крашусь! Только зря потратишь деньги. — Это ты раньше не красилась, — заявила Рэйчел решительно, — а с этого дня будешь! Кто говорил, что завидует моей красоте? Помни: красота требует жертв. И ежедневного ухода. В самом конце Рэйчел привела ее в салон, куда ходила стричься. От маникюра удалось отвертеться — Алексия предпочитала ухаживать за ногтями сама и не нуждалась в чьей-либо помощи. Кай советовал всегда держать их короткими, чтобы было удобней при стрельбе, поэтому дважды в неделю она подпиливала их и обновляла покрытие. Этого было достаточно, чтобы ногти выглядели аккуратно. Даже Рэйчел оценила их внешний вид сдержанным кивком. — Какую длину оставляем? — спросила стилистка — девушка с яркими рыжими кудрями и неестественно пухлыми губами. Ее руки украшало множество колец и браслетов, и Алексия на секунду пожалела, что отговорила Рэйчел от покупки бижутерии, но потом подумала, что все равно будет забывать надевать ее по утрам. — Может, просто форму подкорректировать? — предложила Рэйчел. — Хочу укоротить до плеч, — неожиданно для себя заявила Алексия. Сейчас ее волосы опускались ниже лопаток, и она собиралась уменьшить длину вдвое. Когда-то она читала глупую статью о том, что волосы хранят воспоминания, а стрижка помогает символически отстричь прошлое и начать жизнь с чистого листа. Правда это или нет, Алексия не знала, но чувствовала, что хочет оставить позади боль утраты из-за смерти родителей, страх перед будущим, а также неопределенность и сомнения в собственных силах. Также она хотела избавиться от воспоминаний о ночи с Тайлером и улыбках Джастина и наконец выкинуть обоих из головы. — Не жалко? — спросила Рэйчел с легким сожалением в голосе. — Отрастут, — ответила Алексия и улыбнулась. Через час, увидев свое отражение в зеркале, она не пожалела. Ее волосы вились от природы и благодаря умелым рукам стилистки теперь ложились объемными мягкими волнами. Алексия боялась, что будет выглядеть как Ума Турман из Криминального чтива, но результат превзошел все ожидания. Новая прическа смотрелась стильно, женственно и идеально отражала ее новый настрой. — Ну что за красотка! — восхитилась Рэйчел, обойдя Алексию по кругу. Приехав домой, они тут же принялись тестировать купленную косметику и договорились, что на следующий день Алексия сделает себе простенький макияж. — Я не прошу делать смоки и рисовать стрелки, — настаивала Рэйчел, объясняя, что и куда наносить. — Давай программу-минимум: подводишь водную линию карандашом, красишь ресницы, подкрашиваешь и укладываешь брови, наносишь блеск для губ или помаду. По желанию можешь добавить румяна. Справишься? У тебя отличная кожа — можешь не морочиться с тональником и консилером. Вот у Элси, к примеру, жуткое акне на все лицо — у бедняжки нет выбора, а тебе достаточно сделать ярче глаза — и будет классно. Также Рэйчел делилась своими секретами ухода за кожей, и Алексия впитывала мудрость старшей подруги, как губка. Они тренировались весь вечер, и наутро она сумела выполнить программу-минимум по макияжу сама. Результат настолько ей понравился, что она задумалась, не сделать ли это привычкой. Макияж занял не больше десяти минут, а выглядела Алексия так, словно потратила на наведение красоты все утро. В течение дня она ловила свое отражение на каждой зеркальной поверхности, с восторгом отмечая, как классно теперь выглядит. Подружки Рэйчел высоко оценили новый образ, и Алексия услышала от них массу приятных слов. Даже Вайолет выдала пару комплиментов. Это внимание не только льстило, но и удивляло — такой бурной реакции Алексия точно не ожидала. С каждым новым комплиментом она все отчетливее понимала, что до этого момента боялась выделиться из толпы. Ей казалось, что любая попытка измениться вызовет насмешки или осуждение, но теперь, собирая похвалы, понимала, что страх был напрасным. Люди замечали перемены и реагировали положительно. Она вдруг осознала, сколько возможностей упустила из-за своей неуверенности, и решила, что настала пора меняться не только внешне, но и изнутри. Она захотела стать уверенней, ярче, раскованнее. Сев в машину Кая после уроков, Алексия с внутренней улыбкой отметила, что он на несколько секунд задержал на ней взгляд. — У тебя новая прическа, — прокомментировал он увиденное. — Да. Надеюсь, я стала красивее? — спросила она с легкой иронией в голосе. Алексия не пыталась выпрашивать комплименты, ей просто было любопытно, что он скажет. — Ты и раньше была красивая, — ответил Кай, заводя двигатель. — Новая прическа тебе тоже идет. Он сказал это легко и непринужденно, не пытаясь польстить, словно просто отметил то, что было для него очевидным, и все же от этих слов Алексия ощутила странную теплоту внутри. Возможно, потому что совсем не ожидала от него такой реакции. Или потому что никогда раньше не задумывалась, считал ли он ее красивой. Вечером заехал Эрнандо — ей оставалось впечатлить лишь его, и он не скупился на комплименты. — Не люблю твою Рэйчел, однако дело свое она знает. Но обидно, что, когда я на днях предложил тебе что-нибудь купить, ты отказалась, а на предложение Рэйчел согласилась. Чувствую, я уже не такой тебе близкий друг, — заявил Эрнандо с наигранной обидой в голосе. Алексия закатила глаза. — Прекрати это нытье немедленно! Иди лучше вымой руки, скоро будет готова курица — делала по твоему рецепту. — Вот видишь, уже и курицу сама готовишь. Зачем нужен этот Эрнандо. Бывало, он бесил ее своими причитаниями, но не сегодня — в этот день никто не смог бы испортить ей настроение. — А ублюдок тебя видел? — спросил вдруг Эрнандо, подразумевая Тайлера, которого никогда не называл по имени, но Алексия всегда прекрасно понимала, о ком речь. — Мне кажется, впервые за долгое время он действительно меня заметил, — призналась она с ноткой торжества в голосе. — Интересно, что будет дальше. — О чем ты? — Ну смотри: Аманда твоя явно почуяла угрозу — перестала даже дышать в твою сторону, хотя в первую школьную неделю шла на контакт. С чего бы ей вести себя так, если она уже победила? Алексия нахмурилась. — Ты ведь сам говорил, что общение с Рэйчел и мой фальшивый роман с Каем прибавили мне очков. — Да, но тогда было бы логичней наоборот воспользоваться твоей ностальгией по былым денькам и вновь набиться в подружки, ведь тогда она бы тоже получила доступ к столь желанному общению с Рэйчел, разве нет? Звучало логично, и Алексия задумалась. — Может, не догадалась? Или ей не так уж и нужна дружба с Рэйчел. Не знаю, вдруг я просто ей не нравлюсь? Не простила она мне, что я опередила ее с Тайлером. — Именно! — оживился Эрнандо. — Она прекрасно помнит, что ублюдок с тобой спал. Да, потом он убежал к ней, но факт остается фактом — изначально он выбрал тебя, а не ее. И знаешь что? Возможно, она боится, что ты можешь попробовать отбить его у нее обратно. Алексия молчала, переваривая услышанное. «А ведь и правда… вдруг у меня еще есть шанс его вернуть?» — мелькнула мысль, но Алексия тут же осознала, что ей, в сущности, было уже все равно. Благодаря общению с Рэйчел она начала осознавать, что Тайлер не был таким уж особенным. На первом году обучения в старшей школе, когда он еще не был звездой школьной футбольной команды, он казался проще и искреннее, но в прошлом году что-то изменилось. Может, это было влиянием других футболистов, а может — что вероятнее — Тайлер всегда был таким. Теперь Алексия видела, что помимо привлекательной внешности и умения играть в футбол в нем не было ничего выдающегося. И сегодня, поймав на себе его изумленный взгляд (и, как выразился бы Эрнандо, услышав стук его упавшей челюсти), она поняла, что его внимание льстило, но не трогало. Так прошел сентябрь и половина октября. Постепенно становилось холоднее, часто шли дожди, и уличные тренировки перенеслись в зал. Алексия успешно сдала норматив по бегу, и Кай, как и обещал, начал обучать ее обращаться с огнестрельным оружием. Первые уроки давались непросто: спускать курок было тяжелей, раздражала более сильная отдача, из-за которой Алексия стала чаще промахиваться, а еще приходилось не забывать про затвор перед первым выстрелом. Но постепенно она привыкала. Привыкать приходилось и к новой жизни. Мысли о родителях стали приходить все реже, в основном в моменты слабости. Чаще всего у нее просто не оставалось времени на размышления: учеба, тренировки и домашние заботы забирали все силы. Иногда, вернувшись с тренировки и поужинав, Алексия сразу же ложилась спать, а домашнюю работу делала в перерывах между уроками или даже на самих уроках. Рэйчел готовилась к финальной попытке сдать SAT, поэтому они виделись лишь во время ланча или по воскресеньям. Встречи с Эрнандо и вовсе постепенно сошли на нет. Казалось, у каждого была своя жизнь, полная забот, и дружба была поставлена на паузу. Иногда на Алексию накатывало чувство опустошения. Ей хотелось все бросить, остаться дома и пролежать весь день в кровати, листая ленту инстаграма, но она знала, что не могла себе этого позволить. Каждый раз, когда апатия начинала брать верх, она вспоминала о своей цели. Ее раздражало, что Тернер так и не продвинулся в расследовании убийства ее родителей. Может, он и вовсе решил оставить эту тему, согласившись с ее мыслями о том, что заказчиком был бывший босс ее отца. «Посмотрим, что скажет Кай, когда я грохну Хайнеманна, — размышляла она. — Даже если это будет стоить мне жизни». Но прежде Хайнеманн должен ответить, почему сделал это. Чем ему помешали ее родители? Ради чего он разрушил ее жизнь? Был ли в этом какой-то смысл? Алексия отчаянно стремилась узнать правду и в то же время боялась ее. Вдруг их смерть была оправдана? Она ведь не знала, чем конкретно занимался ее отец. Но дороги назад уже не было. Даже если правда окажется горькой, она пройдет этот путь до самого конца. Глава 9 I can’t seem to focus And you don’t seem to notice I’m not here I’m just a mirror You check your complexion To find your reflection’s all alone I had to go Can’t you hear me? I’m not comin’ home Do you understand? I’ve changed my plans My Future, Billie Eilish Алексия давно мечтала научиться драться, и сегодня наконец должна была состояться первая тренировка. Кай предложил встречаться по субботам пораньше, так как стало рано темнеть. Они как раз ехали в тренажерный зал, когда пришло сообщение от Вайолет. Алексия прочла его и воскликнула: — Черт, совсем забыла, что Хэллоуин уже на носу! — Город начали украшать еще две недели назад, — заметил Кай, взглянув на нее с удивлением. — Вот именно! Они всегда делают это заранее, и я каждый раз думаю, что у меня полно времени на подготовку, а потом внезапно оказывается, что осталась всего неделя и у меня нет костюма! — Только не говори, что собираешься ходить по домам и выпрашивать конфеты. Алексия рассмеялась. — Разумеется, нет. Костюм нужен для вечеринки моей школьной подруги Вайолет. Она проводит их каждые два-три месяца с момента, как мы пошли в старшую школу. Это уже стало традицией, и хэллоуинская вечеринка всегда была моей любимой. — Каждые два-три месяца? — удивился Кай. — И ее родители не против? Однажды на одной из таких вечеринок кто-то прямо на моих глазах разбил дорогущую плазму. Не думаю, что хозяева обрадовались. — Родители Вай часто в разъездах, поэтому не возражают. Единственное условие — чтобы к их возвращению все было чисто и цело. Но у нас обычно все спокойно: вусмерть никто не напивается, никаких драк и диких танцев. Попасть на вечеринку Вайолет — статусно, кого попало не приглашают. Ну и ценные вещи она прячет в родительской спальне под замок. — Алексия на секунду задумалась, а затем удивленно спросила: — Погоди, получается, ты тоже ходишь на вечеринки? Не знала, что ты вообще куда-то выбираешься. — Когда учился в школе — ходил. — А сейчас? Есть планы на Хэллоуин? — Нет. Надеюсь, ты спросила не для того, чтобы пригласить меня на вечеринку своей подруги? — Еще не хватало, — рассмеялась Алексия. — Я просто так спросила. И как подобная мысль вообще пришла тебе в голову? Кай лишь устало вздохнул, прежде чем ответить: — Мало ли что еще напридумывали вы с Рэйчел. Вдруг она решила, что для убедительности нужно показать меня публике, как было с Рэем. — Не переживай, ее заверений хватило за глаза. Хотя… — Алексия хмыкнула. — Меня уже спрашивали, почему у нас нет совместных фото. Пришлось соврать, что ты ненавидишь фотографироваться. — Я действительно не люблю. — Окей, а что тогда ты любишь? У тебя есть какие-нибудь хобби, кроме качалки и тира? Я ведь понятия не имею, чем ты занимаешься в свободное время. — Зачем тебе это? — Просто любопытно. Мы проводим вместе столько времени. Неужели тебе не интересно, чем, например, в свободное время занимаюсь я? — Твой распорядок дня мне прекрасно известен, — отметил Кай. — А еще ты постоянно жалуешься, что никакого свободного времени у тебя нет. — Ну ты и зануда, — фыркнула Алексия. Наступила пауза, и она уставилась в окно, решив, что беседа на этом закончена, но спустя некоторое время Кай вдруг сказал: — Ты любишь читать. Учишься готовить по роликам из ютуба. Пытаешься разобраться в косметике и техниках нанесения макияжа. Любишь слушать музыку, пока идешь в школу. Алексия повернула голову и уставилась на него, широко раскрыв глаза. Она никогда не думала, что он вообще слушал, что она ему говорила, и уж тем более запоминал. Ей всегда казалось, что Кай был человеком закрытым и сосредоточенным исключительно на ее тренировках, словно окружающие люди мало его заботили, но сейчас его слова внезапно заставили ее почувствовать себя значимой. — Ого, — произнесла Алексия. — Даже не знаю, что сказать. Кажется, ты неплохо узнал меня за эти четыре месяца. — Не то чтобы мне пришлось стараться, — ответил Кай, не отрывая взгляда от дороги. «Обычно люди забывают такие вещи. Или не слушают вовсе», — подумала она, чувствуя, как проникается к нему уважением. Возможно, его умение подмечать детали и запоминать то, что было когда-то кем-то сказано, было связано с работой, но в данный момент это не имело значения: она вдруг поймала себя на мысли, что это качество ему идет. — И все же, чем ты занимаешься в свободное от менторства время? — спросила Алексия, почувствовав внезапное желание узнать о Кае больше. — У тебя сейчас что-то вроде саббатикала, небось куча времени остается. — Я тоже люблю читать. Алексия оживилась. Мало кто из друзей разделял ее любовь к книгам: Аманда любила проводить время в инстаграме и тиктоке, Эрнандо предпочитал комиксы и реддит, а Рэйчел в последнее время читала лишь о предпринимательстве, инвестициях и успешных бизнесменах. Мысль о том, что у них с Каем было нечто общее помимо тренировок, радовала Алексию. — Правда? Что сейчас читаешь? — спросила она с неподдельным интересом. — «Слепоту» Сарамаго. — Первый раз слышу. О чем она? Кай начал рассказывать об эпидемии слепоты, охватившей целый город, о страхе, что та породила, и о том, как ослепшие пытались выживать в изоляции, не видя происходящего вокруг. Это почему-то напомнило Алексии о коронавирусе. — Мне нравятся книги, раскрывающие человеческую натуру, — добавил Кай. — Как люди ведут себя в экстремальных ситуациях, когда страх и другие эмоции берут верх, и задумываюсь, как бы на месте героев поступил я. — И как бы поступил ты? — Наверное, так же, как и остальные. — Даже несмотря на всю свою подготовку и тренировки? Кай покачал головой. — Невозможно натренировать себя не испытывать страх. Мы не можем приказать своей лимбической системе не реагировать. Но именно поэтому мне интересно об этом читать. Никогда не знаешь, к чему приведет страх и на что тебя подтолкнет. Слова Кая вызвали удивление, но не потому, что Алексия не могла представить его напуганным: хоть он и казался воплощением спокойствия и хладнокровия, она уже видела, как его охватывали эмоции, например, во время той стычки с Джастином в тире. Ее больше удивило то, как честно он признавался в своих слабостях, как открыто говорил о том, что мог ошибаться или поддаться эмоциям. Алексия улыбнулась, и ее взгляд задержался на лице Кая чуть дольше, чем обычно. — Честно, никогда бы не подумала, что ты книжный задрот. — Я про тебя так тоже бы не подумал, — усмехнулся Кай, мельком бросив на нее взгляд. С обсуждения книг разговор сам собой перешел на фильмы, и Алексия призналась, что так и не посмотрела «Форреста Гампа», хотя слышала о нем от Рэйчел раз двадцать, если не больше. — Это ее любимый фильм, странно, что она до сих пор не заставила тебя посмотреть его с ней, — отметил Кай. — Мы с Рэем смотрели его кучу раз: у Рэйчел традиция пересматривать «Форреста Гампа» каждое Рождество. — Я думала, все смотрят «Один дома». — О, не произноси при ней это название, — предостерег Кай. — Она ненавидит «Один дома» и Маколея Калкина. Говорит, он слишком много кривляется и раздражает своим переигрыванием. — Знаешь, я тоже не фанат. Хотя, если честно, я в принципе не люблю фильмы и сериалы. Читать мне нравится больше. Смотрю что-нибудь, только если оно становится суперпопулярным, чтобы быть в теме. — Я иногда заглядываю в Нетфликс, а еще Рэйчел периодически вытаскивает нас с Рэем в кино. Разговор тек так легко, что Алексия и не заметила, как они подъехали к тренажерному залу. Эта беседа оставила приятное послевкусие и заставила ее иначе взглянуть на Кая. Переодевшись, они направились в отдельное помещение для бокса. Большую часть пространства занимал ринг, а в дальней части комнаты висели боксерские груши. Алексия испытала легкую неловкость: прежде она здесь не бывала и всякий раз, проходя мимо, замечала, что в зале находились исключительно мужчины. — Основное, с чем буду тебя знакомить — техники бокса, — начал Кай после небольшой разминки. — Иногда буду показывать приемы из единоборств, например, в джиу-джитсу есть много классных техник для самообороны, но базу возьмем именно из бокса. — Почему бокс, а не какое-нибудь карате? — Бокс лучше всего подходит для ближнего боя. В отличие от большинства единоборств, где основной акцент на комбинации техник, в боксе удары наносятся сериями, и это быстро выводит противника из строя. К тому же в боксе нет формальностей и ритуалов, в отличие от того же карате. — А кикбоксинг? — Тоже попробуем. Ногой можно заехать очень сильно, и это большой плюс. Но помни: есть риск, что ногу перехватят. Потеряешь равновесие, упадешь — и все, ты в беде. Удары ногами я тоже покажу, но позже. А еще ознакомлю с крав-мага. — А это что? — Израильская система самообороны, — пояснил Кай. — Основной упор на том, чтобы как можно быстрее обезвредить противника, при этом используя в качестве оружия все, что попадет под руку. Там нет красивых стоек и ритуалов, все предельно просто. Крав-мага не про спорт, а про выживание, но мы вернемся к нему позже. Сейчас я хочу, чтобы ты освоила базовые навыки бокса. Алексия ожидала, что Кай протянет ей перчатки и проводит к груше, но вместо этого он повернул ее лицом к большому зеркалу. — В боксе есть две ключевые вещи: стойка и шаг, — продолжил он. — Если будешь правильно держать стойку, сможешь успешно защищаться и с легкостью переходить от защиты к нападению и наоборот, а правильный шаг позволит быстро уйти от атаки, сохранить равновесие и сократить дистанцию для удара так, чтобы соперник не успел защититься. — А грушу избивать будем? Кай усмехнулся, явно находя ее энтузиазм забавным. — Хочешь поколотить грушу? — У меня была тяжелая неделя, — ответила Алексия с полушутливой серьезностью. — Работа с грушей на начальных этапах не так эффективна, вместо этого будем использовать лапы. — И Кай продемонстрировал две широкие, чуть изогнутые подушки из плотного материала, покрытые кожей. — Но сначала — стойка и шаг. Алексия чувствовала себя максимально неуклюже. Каждый шаг давался с трудом, и ей казалось, что она выглядит очень глупо. Кай терпеливо объяснял, как нужно было правильно стоять, держать руки и распределять вес тела в статике и движении, но Алексия постоянно путалась в ногах и забывала прикрывать руками голову. Ей хотелось подпрыгнуть, оттолкнуться от пола, в то время как на деле шаги должны были быть стелящимися. Закончив с шагами, Кай показал основные удары руками: прямые, боковые и снизу, однако совмещать шаги с ударами оказалось еще сложнее. Даже после нескольких повторений Алексия чувствовала, что координация все еще оставляла желать лучшего, однако Кай не выглядел недовольным. — Ничего, для первой тренировки сойдет, — подбодрил он ее. — Со временем с координацией станет лучше, и ты начнешь двигаться на автомате. Помни, что в любой ситуации в первую очередь ты должна встать в стойку. Отстроила стойку — значит, готова к бою. Только теперь Алексия поняла, как прав был Кай, когда решил сначала укрепить ее физическую форму, а уже потом переходить к боксу. К концу урока она так вымоталась, что едва держалась на ногах. — Давай еще немного усложним задачу и на этом закончим, — предложил Кай. — Покажу тебе двойку — это самая простая комбинация в боксе. Так как ты правша, сначала бьешь левой рукой, а затем правой. Из-за усталости она скорее толкала лапу, нежели била. Наконец тренировка закончилась, но это была только первая ее часть — во второй Алексию ждал бег, и мысль об этом заставила ее устало вздохнуть. Кай объявил пятнадцатиминутный перерыв, и она направилась в фитнес-бар, чтобы купить энергетический коктейль. На деле это был обычный фруктовый фрэш с добавлением кофеина, но на вкус он был довольно приятным и содержал достаточно углеводов, чтобы подкрепиться перед следующей тренировкой. Покупки вносились на счет ее абонемента и оплачивались Тернером, и хотя Алексия помнила, что однажды за все это предстояло заплатить ей, все равно иногда позволяла себе небольшие расходы, особенно после таких изматывающих занятий. У стойки бара она наткнулась на знакомое лицо. Сначала она решила, что обозналась, но нет — это действительно был Тайлер. Здесь, в зале, где она тренировалась. Он сидел с чашкой кофе в руках, и она замерла, не зная, куда себя деть. Он заметил ее присутствие, и Алексия, поспешив взять себя в руки, подошла к стойке, сделала заказ и села на одно из высоких стульев через сидение от него. — Видел тебя в боксерском зале, — произнес вдруг Тайлер. — Никогда раньше тебя тут не встречал. Это был их первый разговор с момента разрыва. Прежде всякий раз, когда они пересекались, он либо смотрел сквозь нее, либо просто отворачивался. Алексия ощутила внутри волну давно утихнувших эмоций: обиды, разочарования и даже гнева. Ей до сих пор было неприятно вспоминать сцену, что она закатила, узнав, что Тайлер растрепал друзьям о том, что стал ее первым. Тогда казалось, он должен извиниться, но тот и не думал признавать себя виноватым и, похоже, вообще не понимал, в чем была проблема. Тайлер винил Алексию в том, что она излишне драматизирует, разговор быстро перерос в ссору, и, прежде чем она поняла, что происходит, он предложил расстаться. Их отношения не продлились и месяца. Иногда Алексия гадала, что бы было, если бы она тогда просто смолчала. Возможно, они встречались бы до сих пор. — Я бываю тут почти каждый день, так что это я должна говорить, что ни разу тебя здесь не видела, — ответила она, даже не пытаясь быть вежливой из-за нахлынувших чувств. — Справедливо, — усмехнулся Тайлер и сделал глоток кофе. — Я прихожу сюда по выходным. В будни тренируюсь с командой в школе. Алексия кивнула, догадавшись, что ранее они не пересекались, потому что до этого дня ее субботняя тренировка начиналась позже. В том, что они с Тайлером ходили в один тренажерный зал, не было ничего удивительного: большинство ребят из ее школы жило по соседству, а этот зал был лучшим в округе. Алексия уже встречала тут пару знакомых. Мама Аманды тоже работала здесь, пока не открыла собственную студию пилатеса. «Надеюсь, не столкнусь тут еще и с Амандой, — размышляла Алексия. — Интересно, что она скажет, увидев нас с Тайлером вместе?» — Зачем сюда приходишь? — поинтересовалась она, забирая приготовленный коктейль. — Неужели школьных тренировок недостаточно, чтобы оставаться в форме? — Я тренируюсь не для футбола. — Да? А я думала, рассчитываешь на футбольную стипендию при поступлении. Для чего тогда тренируешься? — Да так, есть у меня одна мечта. Но пока не хочу раскрывать карты. Алексия понимающе кивнула и не стала настаивать. Ее чувства к Тайлеру уже остыли, и былого восторга от того, что он вдруг заговорил с ней, она не испытывала, но сейчас что-то внутри неприятно кольнуло от того, что он умолчал о своей мечте. «Интересно, а Аманда знает, для чего ты тренируешься?» — не могла не подумать она. — Смотрю, ты тоже ударилась в спорт, — заметил Тайлер. — Давно ходишь на бокс? — Сегодня первый день. А еще бегаю и занимаюсь силовыми. Помогло отвлечься после смерти мамы с папой. Тайлер сдержанно кивнул, и его лицо на секунду выразило замешательство, словно он хотел что-то сказать, но не нашел нужных слов. Алексия была этому рада. Слова сочувствия сейчас казались ненужными и неуместными. В этот момент за ее спиной раздался голос Кая: — Ну как, отдохнула? Алексия заметила, как на лице Тайлера отразилось легкое любопытство. — Твой тренер? — спросил он. «Черт, и что ему ответить?» — запаниковала Алексия. Ей ужасно хотелось назвать Кая парнем, ведь именно в этой роли его знали в школе стараниями Рэйчел, но она понятия не имела, как на это отреагирует сам Кай. К счастью, парни разобрались без нее. — Тайлер, — представился первый, протягивая руку. — Кай, — ответил второй, принимая рукопожатие. — А, знакомое имя, — произнес Тайлер с легкой усмешкой, глянув на Алексию. — Тот самый друг Рэйчел, с которым ты теперь встречаешься. Кай тоже бросил на нее короткий взгляд, но его лицо не выдало ни единой эмоции. Он ничего не отрицал, но и подтверждать догадку Тайлера тоже не стал. Алексии было любопытно, откуда Тайлер знал имя Кая. Почему его вообще волновало, с кем она встречается? — Нам пора, — сообщил Кай и направился в сторону кардио-зоны. Алексия быстро допила коктейль, попрощалась с Тайлером и поспешила следом. — Будешь у Вай на Хэллоуин? — бросил тот ей вдогонку. — Да, — ответила она, не оборачиваясь. До этого момента Алексия колебалась насчет своего решения идти или нет. Получив сообщение от Вайолет, она тут же написала Рэйчел, надеясь, что та составит ей компанию, но у нее уже были свои планы на Хэллоуин. Туда, куда собиралась Рэйчел, Алексию не приглашали, а идти к Вайолет без подруги не хотелось. Кроме того, Алексия больше не пила алкоголь и из-за ограниченного бюджета не могла позволить себе купить костюм. Но теперь все изменилось. Узнав, что Тайлер планирует быть там, она почувствовала, как внутри что-то всколыхнулось. Ей захотелось показать всем вокруг, включая себя, что она больше не цепляется за прошлое. Алексия решила пойти на вечеринку не из мести или желания самоутвердиться, а потому что почувствовала, что отношения Тайлера и Аманды ее и правда больше не задевают. Она была готова начать все с чистого листа. — Прости, — тихо произнесла она, нагнав Кая в коридоре. — Не знала, что он тут бывает. Это мой бывший. — Утерла ему нос новыми отношениями? — спросил Кай, усмехнувшись. Конечно же он догадался, что она использовала его в своих целях. Алексия встретила эту усмешку с облегчением, как знак, что он не был обижен и не злился на нее из-за произошедшего. — С одной стороны, мне плевать, — призналась она, улыбнувшись, — а с другой, я и правда немного торжествую. Небольшой перерыв после тренировки по боксу пошел Алексии на пользу: она чувствовала себя достаточно бодрой, чтобы приступить к бегу. Когда Кай впервые предложил ей новую схему тренировок — стрельба и силовые в один день, а бег и бокс в другой — она засомневалась, что выдержит, но организм в итоге адаптировался. Всю следующую неделю Алексия ломала голову над нарядом для вечеринки. Денег на покупку костюма у нее не было, и, пересмотрев десятки идей в Pinterest, она пришла к простому решению: нарядиться во все черное, накрасить ногти черным лаком и сделать темный фэнтезийный макияж. У нее как раз было подходящее черное платье, купленное Рэйчел во время их вылазки на Мичиган-авеню, которое Алексия пока ни разу не надела. Волосы, слишком короткие для сложных укладок, она решила оставить как есть. «Парни все равно не утруждают себя костюмами, и никого ни разу из-за этого не выгнали, так почему бы и мне не расслабиться?» — подумала Алексия. Решив, что выжала максимум из того, что ей было доступно на настоящий момент, она направилась к остановке — от ее дома до дома Вайолет ходил прямой автобус. В этот момент ей позвонил Эрнандо. — Конфеты или смерть! — донеслось из трубки. — Какие планы на вечер? — Еду на вечеринку к Вай, — ответила Алексия. — А ты? — А я работать иду. Хэллоуин — один из самых хлебных дней в году, грех такое пропускать. Но я звоню по другой причине. Слушай, ты можешь как-нибудь ненавязчиво выяснить, нет ли у Билла вакансий на должность, на которую тебя сейчас учат? Мне для друга. — Друг — девушка? — Нет, парень. — Его зовут Эрнандо Каррера? — спросила Алексия, усмехнувшись. — Эй, так нечестно! Как ты догадалась? — Вижу тебя насквозь, — произнесла она загадочным тоном. — Я спрошу у Кая, но зачем тебе? — Затем же, зачем и тебе — денег хочу. — Ты зарабатываешь больше, чем я. Я вообще в глубоком минусе из-за долгов. Из трубки донесся усталый вздох. — Я хочу больше денег, Алекс. Пытался крутиться в своей сфере, но, чувствую, это потолок — нет у меня выходов на более состоятельных клиентов, а те, кому щас толкаю, дорогой товар почти не берут. Еще и легализация медицинской марихуаны вставила палки в колеса. Хочу сменить сферу деятельности, Рики говорил, вам платят совсем другие деньги. Думаю, смогу совмещать обучение и работу, ты ведь не целый день тренируешься, так что мне даже не придется лезть в долги. — Неужели ты готов марать руки? — Как будто щас не мараю. И вообще, не тебе читать мне нотации, — заявил Эрнандо раздраженно. — Ну так как, замолвишь словечко? — Хорошо. Увижусь с Каем в понедельник и спрошу. — Спасибо, Алекс, ты чудо! Алексии это не понравилось. Она хотела помочь другу, но идея втянуть Эрнандо во что-то еще более криминальное, чем торговля наркотиками, казалась совершенно неправильной. Его решение было слишком импульсивным, словно это желание сменить сферу деятельности возникло не из осознанного стремления заработать больше денег, а из-за гордости, уязвленной от слов Рэйчел. Дом Вайолет находился западнее, в районе Оук-Парк. Ее семья относилась к верхушке среднего класса — у родителей был бизнес, связанный с реставрацией исторических памятников, поэтому они редко сидели дома. Несмотря на это, Вайолет никогда не кичилась своим достатком и с компанией Рэйчел дружбу не водила. На ее вечеринках существовало железное правило: каждый приглашенный скидывался по десятке на еду и алкоголь, а если кто-то забывал внести свой вклад или отказывался это делать, то больше не приглашался. Такая система фильтровала гостей, так что детишек из неблагополучных семей здесь было не встретить. Людям вроде Эрнандо дорога в дом Вайолет была закрыта, но Алексия знала, что некоторые гости приносили с собой экстази или марихуану, однако сама этим не баловалась. Вайолет закрывала на все глаза, пока наркотики не мешали другим. В отличие от шумных подростковых вечеринок из фильмов и сериалов, у Вайолет царила более камерная атмосфера. Не было ни слишком громкой музыки, ни пьяных танцев, гости разбивались на небольшие группы и развлекались как могли: раскладывали пазлы, играли в настольные игры, общались. Вайолет часто устраивала в своей комнате кинопросмотры, а в других частях дома могло происходить еще что-нибудь интересное. Как-то раз Вайолет призналась, зачем вообще начала устраивать вечеринки. Оказалось, все ее друзья из средней школы разбрелись по другим школам, и она чувствовала себя одинокой. Первая вечеринка случилась на Хэллоуин: тогда Вайолет позвала старых друзей и новых одноклассников, чтобы всех между собой перезнакомить. Спокойный формат без пьяных дебошей и громкой музыки многим пришелся по душе, и Вайолет продолжила устраивать такие встречи. Со временем количество гостей выросло, а сами вечеринки стали традицией. Именно на одной из них Алексия впервые заговорила с Тайлером и начала постепенно в него влюбляться, а спустя год, на другой вечеринке, они спрятались в кладовке и впервые поцеловались. Войдя в дом, Алексия сразу же начала искать хозяйку вечера. На своем пути она встретила несколько ее подруг, и каждая вторая была одета как Уэнсдей из одноименного сериала. Вайолет она нашла на заднем дворе у гриля. Задний дворик был небольшим — там едва уместилась бы дюжина человек, но из-за прохладной осенней погоды там все равно было нечего делать. Гости выходили на улицу лишь для того, чтобы покурить или пожарить сосиски и котлеты для бургеров. Помимо Вайолет там находилась еще пара парней, вышедших покурить, и одним из них оказался Тайлер. — Алекс! — воскликнула Вайолет радостно, заметив ее. — А вот и ты! Боялась, опять не придешь. Ты без костюма? Сама она была одета в костюм феи-крестной из «Шрека». Алексия протянула ей десятку и ответила: — Да, прости, было не до этого. — Ничего страшного, главное, что пришла. И хорошо, что не одета как очередная Уэнсдей. Прошлую вечеринку Вайолет устраивала в сентябре — в честь начала учебного года, но Алексия не смогла заставить себя на нее прийти. Не из-за родителей — боль от их потери к тому моменту уже притупилась. Настоящая причина была куда более мелочной — Тайлер и Аманда. Алексия поняла, что видеть их вместе было бы для нее невыносимо, и предпочла остаться дома. Она наблюдала за тем, как шкворчат сосиски на решетке, и вдыхала аромат мяса и дыма. Почему-то этот запах казался ей особенно приятным. Солнце уже скрылось за горизонтом, и дворик погрузился в полутьму — светила лишь лампа над грилем. Один из парней докурил и ушел в дом, и Вайолет, переложив готовые сосиски на тарелку, последовала за ним, оставив Алексию и Тайлера наедине. — Аманда внутри? — спросила Алексия, стараясь скрыть охватившую ее неловкость. Тайлер курил, лениво подпирая спиной стену. У нее не было причин оставаться во дворе, но уходить почему-то не хотелось. — Нет, она не пришла, — ответил он. — Почему? Тайлер сделал затяжку и медленно выдохнул, словно тянул время, чтобы успеть подобрать нужные слова. — Мы поругались. — Из-за чего? Он пожал плечами, словно пытаясь отмахнуться от темы. — Без понятия. Обиделась на что-то. Алексия усмехнулась про себя. «Типичный Тайлер, — подумала она, услышав в его словах отголоски своих с ним отношений. — Вечно сталкивается с обидчивыми подружками и все никак не поймет, в чем же проблема». Однако делиться своими мыслями вслух не стала — он все равно бы не понял ее намеков. — А где твой Кай? — неожиданно спросил Тайлер. — Его такие вечеринки не интересуют, — ответила Алексия, удивляясь, почему его вдруг заинтересовал Кай. — Слишком взрослый, чтобы тусить со школотой? — Типа того, — ответила она, решив не вдаваться в подробности. — Занимаешься спортом, а сам куришь? Тайлер смутился, потушил сигарету о пепельницу, оставленную Вайолет на столике у гриля специально для курильщиков, и с виноватой улыбкой произнес: — Ну… нечасто. Жестом он предложил ей вернуться в дом, и Алексия охотно согласилась. Без верхней одежды стоять на холоде было зябко. Дом наполнился атмосферой предвкушения начала празднования. Звучала странная, гипнотическая музыка — смесь чего-то электронного и мистического, идеально подходящая под тему праздника. Дом был украшен искусственной паутиной, резиновыми тыквами и бумажными гирляндами в форме пауков, призраков и скелетов. Верхний свет отсутствовал: комнаты освещало лишь мягкое мерцание свечей и гирлянд, и это создавало таинственную атмосферу. В этот раз никто не играл в настолки — Вайолет придумала кое-что поинтересней. Иногда она делала вечеринки тематическими, и в этот раз был как раз такой случай, поэтому Алексия и любила хэллоуинские вечеринки больше остальных. — Сегодня в моей комнате вместо просмотра фильмов будет проводиться круг страшных историй, — объявила Вайолет. — Там вас встречу я, костер из светильников, шалаши из одеял и простыней и звуки ночного леса. Каждый из вас сможет поделиться своей страшной историей, а затем мы выберем лучшего рассказчика, и он получит от меня сладкий приз. Вайолет продемонстрировала коробку с шестью пирожными в форме тыковок собственного приготовления. Ее десерты всегда были нарасхват, и присутствующие одобрительно закивали. По вкусу выпечка Вайолет могла соперничать с десертами из La Pirogue, однако, несмотря на заманчивость приза, эта локация не вызвала у Алексии интереса — она не любила страшилки. — В гостевой комнате на втором этаже вас будет ждать комната ужаса, — продолжила Вайолет. — Что там? Узнаете, когда войдете. Вам все объяснит Элси. Заходите по одному или вдвоем… если, конечно, сможете выйти. Это квест для самых смелых. — Звучит интригующе, — раздался голос Тайлера у самого уха. Алексия вздрогнула — не ожидала услышать его так близко. — Пойдешь в комнату ужаса? — спросила она, повернувшись к нему. — Думаю, да. А ты? — Я все равно не знаю ни одной страшилки, — пожала она плечами. Тем временем Вайолет взмахнула волшебной палочкой, с энтузиазмом продолжая инструктаж: — На кухне пройдет игра для любителей мистики — нечто вроде мафии, но интереснее. Там будет Тесса, она объяснит правила. Мы пробовали играть вшестером, и получилось круто, но чем больше участников, тем веселее. Ну а здесь, в гостиной, будет нейтральная зона: пейте, ешьте, танцуйте, общайтесь. Если появятся дети — конфеты вон там, в корзинке у входа. Итак, объявляю нашу вечеринку открытой! Под одобрительные возгласы, смех и аплодисменты Вайолет направилась к лестнице, оставляя за собой сияющий серебристый шлейф платья, и за ней потянулись все, кого заинтересовали первые две локации. Примерно треть гостей направилась на кухню — и Алексия вслед за ними. Она обожала мафию, так что таинственная игра показалась ей самым заманчивым вариантом. Несколько человек предпочло остаться в гостиной вместе с напитками и закусками. На кухне царила оживленная атмосфера. Тесса, энергичная и харизматичная ведущая, уже собирала участников и объясняла правила игры. Тайлер сел рядом с Алексией, и она почувствовала, как ей это польстило. Всего на игру собралось двенадцать человек, включая ведущую. — Отлично, — произнесла Тесса, пересчитав присутствующих. — Хорошо, что не тринадцать. Помните, как было в Гарри Поттере? Если за столом сидят тринадцать человек, то первый вставший умрет, а там реально так и случилось — Дамблдор встал первым и спустя три года умер. Так что, если у кого с собой крыса-анимаг, признавайтесь сразу. Послышались смешки, но в словах Тессы было нечто зловещее, и Алексия, сама того не замечая, начала проникаться мистической атмосферой праздника. Правила оказались похожи на мафию, но вместо мафиози в игре были вампиры, обращавшие жертв по ночам. Также были добавлены специальные роли для мирных жителей, например, охотник на вампиров и священник, способный исцелять укушенных от вампиризма, если посетит их той же ночью. Алексии нравилось играть за мирных, но так как чаще всего побеждали вампиры, спустя несколько раундов ей стало скучно. Она поймала себя на мысли, что обращает все больше внимания на Тайлера: на его манеру жестикулировать, на то, как он наклоняется в ее сторону, чтобы услышать ее реплики, как улыбается после каждой ее удачной шутки. Рассудив, что ни к чему хорошему это не приведет, она решила сменить обстановку и поискать какие-нибудь другие активности, к тому же в этот момент к столу присоединились новые игроки, и ее уход никого не расстроил. Но Тайлер и тут увязался за ней. «Боже, что я делаю?.. — размышляла Алексия, чувствуя нарастающую неловкость, и тут же попыталась себя успокоить: — Но не могу отрицать — мне льстит, что он рядом». По дороге Тайлер предложил бокал вина, но она вежливо отказалась. Это был уже второй отказ от алкоголя за вечер, и он вновь удивился: — Ты теперь вообще что ли не пьешь? — Да, — ответила она коротко, не желая ударяться в объяснения. Рассказывать про тренировки не имело смысла — он все равно бы не понял, раз продолжал курить. Из комнаты ужаса доносились крики и смех, и это заинтересовало Алексию. Эта локация оказалась квест-румом: Элси запускала участников в комнату по одному или двое, закрывала дверь на ключ и засекала десять минут. За это время нужно было найти другой ключ, спрятанный в комнате, чтобы выбраться. Кто не успевал, в качестве наказания должен был съесть или выпить нечто жуткое на вид: сырую кровь (томатный сок с соусом табаско и водкой), канапе с червями (спагетти в соусе) или человеческие мозги (куриный паштет, покрытый желе). Блюда выглядели до жути правдоподобно. Без сомнений это был очередной шедевр Вайолет, всегда умевшей превращать еду в произведение искусства. За те два часа, что Алексия и Тайлер провели за игрой в мафию, квест успели пройти семь пар, но лишь двум из них удалось выбраться из комнаты с помощью ключа. Еще одна пара, решив проявить находчивость, попыталась выбраться через окно, но этот трюк им не помог: их не впускали обратно в дом, пока те не согласили съесть что-либо из меню проигравших. Такая участь ожидала всех, кто не смог найти ключ за десять минут. К комнате ужаса выстроилась очередь, поэтому, записавшись в лист ожидания, Алексия и Тайлер вернулись в гостиную. Там было оживленно, слышались смех и обрывки разговоров, однако Алексии было трудно сосредоточиться на чем-то другом, кроме мыслей о том, что ее появление в компании Тайлера вызовет слухи. А ведь они ко всему прочему собирались пойти в комнату ужасов вместе! Эта новость обязательно дойдет до Аманды, ведь на вечеринке присутствовали ее подруги из волейбольной команды. Вряд ли та захочет устраивать разборки, помня о покровительстве Рэйчел, но Алексии все равно не хотелось ворошить это осиное гнездо. Она старалась убедить себя в том, что в этом поступке не было ничего предосудительного — они всего лишь участвовали в безобидном квесте, но, несмотря на разумность этих доводов, где-то в глубине души все равно тлело беспокойство. Старая нерешительность, словно тень из прошлого, следовала по пятам, напоминая, что смена имиджа не означает, что Алексия и правда обрела уверенность в себе. Наконец настал их с Тайлером черед заходить в комнату ужаса. Элси посоветовала быть внимательнее к мелочам и включить фонарики на телефонах — все лампочки в комнате были предусмотрительно выкручены. Дверь за их спинами захлопнулась, и начался десятиминутный отсчет. Элси пообещала предупредить об оставшемся времени дважды — на отметке в пять минут и за минуту до истечения времени. Алексия и Тайлер остались в закрытой комнате одни. Глава 10 Thought I could trust you, but I was wrong Thought that I loved you, you broke my heart Now I am older and wiser I see through those cracks in those lies All your lies Always wanted more, said I was driving you crazy Thought asking nicely made what you did all okay But I am sorry, things just do not work that way It wasn’t okay, I wasn’t okay I’m not the girl in that picture anymore Children in the Dark, AViVA Гостевая комната предстала в идеальном порядке, словно никто здесь до них не бывал — Элси, очевидно, приходилось тщательно прибраться после каждой пары игроков. Алексия направилась к шкафу, интуитивно решив начать с него, потянула за дверцу, и оттуда на нее вывалился скелет в медицинском халате — точь-в-точь такой же, что стоял в школьном кабинете биологии. Все звали его Джеком. Алексия взвизгнула от неожиданности и, не думая, вцепилась в Тайлера, который, в свою очередь, лишь рассмеялся. — Спокойно, это всего лишь Джек, — успокоил Тайлер, попытавшись приобнять ее за талию. Алексия тут же отстранилась, дала себе пару мгновений на то, чтобы взять себя в руки, и переключила внимание на содержимое шкафа. Тайлер взял на себя осмотр скелета. — Думаешь, это наш Джек, из школы? — спросила Алексия, осматривая полки внутри шкафа. Там не нашлось ничего интересного, кроме какой-то странной лампы. — Похож, — отозвался Тайлер, ощупывая карманы халата. — Ага! Он достал сложенный лист бумаги, на котором были написаны три цифры. — Какой-то пароль? — предположила Алексия. — Да, и я даже догадываюсь от чего, — ответил Тайлер, указывая на подоконник, где лежал айпад. Алексия подошла и взяла его в руки, чтобы убедиться, что он был запаролен. — У нас есть три цифры, значит, должны быть еще три, — заключила она. Они продолжили поиски, методично осматривая каждый кусочек комнаты: тумбочку, картины на стенах, рабочий стол. Алексия решила заглянуть под кровать, подсвечивая себе телефоном, и наткнулась на очередной сюрприз — совершенно криповую куклу, лежащую в луже красной субстанции, очень похожей на кровь. Ее холодные глаза в свете фонарика выглядели особенно пугающе, и Алексия с отвращением попятилась. — Давай лучше ты, — попросила она. Тайлер усмехнулся и полез под кровать. К сожалению, кукла не принесла зацепок и явно была нужна лишь для того, чтобы испугать. Оставалась кровать. Тайлер, не теряя времени, повытаскивал подушки из наволочек, заглянул под матрас и простынь, но все оказалось тщетно — ничего не нашлось. Устав от бесплодных поисков, оба рухнули на выпотрошенную кровать. В этот момент раздался голос Элси: — Прошло пять минут! Алексия посмотрела на Тайлера, и ее губы сами собой сложились в саркастическую ухмылку. — Интересно, что скажет Аманда, когда узнает, что мы оставались здесь одни, — произнесла она. Тайлер фыркнул, и в его голосе послышалась усталость, когда он ответил: — Как обычно закатит скандал. В последнее время ее ревность не знает границ. Ей кажется, что мы постоянно переглядываемся. «Эрнандо был прав, — подумала Алексия с удивлением. — Аманда и правда ревнует меня к Тайлеру». Она вспомнила, как после смены имиджа стала чаще ловить на себе его взгляды, и мысль о том, что это не оставалось незамеченным для его девушки, вызвала в ней странную смесь торжества и раздражения. Раздражение — потому что он заметил ее лишь теперь, словно все это время его волновала лишь ее внешность. — Мы же расстались, ей это известно. — Видимо, думает, что у нас еще есть шанс. Алексия не нашла, что ответить. Близость Тайлера вызывала мурашки. Головой она понимала, что пошла на поводу у эмоций, проведя с ним этот вечер и согласившись уединиться на время квеста, но не могла остановиться. Этого хотела ее уязвленная гордость, этого просили ее почти утихшие чувства. Он был ее первой любовью, ее первым во всех смыслах — и с этим оказалось не так-то просто справиться. — Думаешь, у нас еще есть шанс? — спросил вдруг Тайлер. Алексия вздрогнула, глядя на него. Они лежали рядом, почти касаясь плечами. Ее разум метался между воспоминаниями о том, как хорошо им было вместе в течение того недолгого месяца, и тем, что последовало после расставания. Она не могла забыть его нелепые оправдания и нежелание признать свою ошибку. Тайлер, видимо, принял ее молчание за согласие: он приподнялся, нависая над ней, и склонился для поцелуя. На мгновение Алексию словно парализовало, и она позволила себе ответить — ненадолго, секундной слабостью увлекшись этим возвращением в прошлое, пока внезапно не осознала, что не может его простить. Нельзя стереть ту боль, что он причинил. Его нежелание понять, что именно тогда ее оскорбило, и обвинения в том, что она излишне драматизирует, оставили на душе слишком глубокий след. Алексия оттолкнула его и резко села. Тайлер выглядел сбитым с толку, но она уже знала, что сделала правильный выбор. — Ты в своем уме? — прошипела Алексия, стараясь говорить как можно тише, чтобы не услышала Элси. — А как же Аманда? — И, вспомнив о своих фейковых отношениях, добавила: — И у меня вообще-то тоже есть парень! С удивлением она осознала, что ощутила укол вины из-за произошедшего, словно и правда изменила Каю. И даже понимая, что ему было бы плевать на ее поцелуй с Тайлером, Алексия предпочла бы, чтобы он никогда об этом не узнал. Тайлер пораженно уставился на нее и спросил: — Уверена? Второго шанса не будет. После этих слов она окончательно поняла, что Тайлер — не тот человек, с кем ей хотелось бы встречаться. Ничего не ответив, Алексия с раздражением вскочила с кровати, схватила телефон и бросилась осматривать комнату снова. Взгляд вновь задержался на лампе на самом дне шкафа. Внезапно ее озарила догадка. — Это же ультрафиолетовая лампа? — обратилась она к Тайлеру. Тот нехотя поднялся с кровати. Его лицо выражало недовольство, но Алексии было плевать. Единственное, чего она сейчас хотела — выбраться из этой комнаты как можно быстрее. — Ага, — ответил он. Они обменялись понимающими взглядами. Тайлер вытащил лампу из шкафа и, подключив ее к ближайшей розетке, начал освещать комнату. Длина шнура не позволяла дотянуться до каждого угла, но этого и не требовалось: заветные три цифры обнаружились под кроватью, рядом с куклой — они были выведены специальным маркером, видимым только в ультрафиолете. Сначала Алексия ввела код, найденный в кармане скелета, а затем тот, что был под кроватью. На удивление, устройство разблокировалось с первого раза. Она замерла, не зная, что делать дальше — рабочий стол айпада с множеством иконок сбивал с толку. Тайлер предложил заглянуть в заметки, но там было пусто. Они застыли, глядя на экран и пытаясь сообразить, что еще можно было проверить. В этот момент Элси сообщила, что осталась одна минута. — Может, в фотографиях? — предположила Алексия, чувствуя, как от напряжения ускорился пульс. Время поджимало, и она уже не верила, что они успеют найти ключ вовремя. Тайлер открыл галерею. Там нашлась всего одна фотография, и Алексия едва не вскрикнула от облегчения. На изображении было написано: «Вы нашли ключ! Подойдите к двери и скажите: Алохамора!». Они оказались третьей парой, успешно прошедшей квест. Выбравшись на свободу, Алексия ощутила невероятное облегчение, но не только потому, что наконец могла попрощаться с Тайлером — ей также не пришлось пробовать ни одно из тех отвратительных на вид блюд. — Куда дальше? — поинтересовался Тайлер, задержавшись возле нее. — Думаю, послушаю страшные истории. А ты? — Пойду выпью чего-нибудь. Она кивнула, искренне радуясь тому, что их пути наконец расходились. Тайлер явно охладел, осознав, что его попытка соблазнения провалилась. «Наверное, просто рассчитывал затащить меня в постель еще раз, но ничего не вышло», — подумала Алексия, ощутив прилив гордости за себя. Еще полгода назад она, возможно, повелась бы на его чары — тогда она часто искала его одобрения и цеплялась за каждую крупицу внимания, но теперь все изменилось. Благодаря Рэйчел ее самооценка выросла, и Алексия уже не была той наивной девочкой, готовой бежать к нему по первому зову. Когда она вошла в комнату, где проводился конкурс страшных историй, оказалось, что все уже закончилось, однако Вайолет и другие ребята по-прежнему сидели в импровизированных шалашах из одеял и оживленно что-то обсуждали. Алексия с удовольствием присоединилась к их компании, и они проболтали до самого утра. В понедельник по дороге на тренировку, как и обещала, Алексия завела разговор об Эрнандо. — Слушай, ты ведь помнишь моего друга Эрнандо? Он хочет заниматься тем же, чем и я. Как думаешь, получится и его взять на обучение? Кай тут же покачал головой, даже не задумавшись. — Без шансов. — Почему? — Желающих и так хватает, — ответил он. — Из-за денег. Но проблема в том, что подходящих для работы среди них очень мало. У нас строгий отбор: нужны не только определенные личные качества, но и хорошая физическая форма, а Эрнандо, прямо скажем, не спортсмен. Кроме того, на всех попросту не хватит менторов. Если кто-то освобождается, ему тут же назначают нового ученика. У нас длинный лист ожидания. — Эрнандо не такой уж и слабак! Да, он тощий, но мышцы у него есть. У него даже кубики на животе видно, в отличие от меня, — попыталась возразить Алексия. Она вспомнила фотографии Эрнандо в инстаграме, на которых он с гордостью демонстрировал свой пресс. Кай усмехнулся. — Кубики на прессе ни о чем не говорят — у нас есть нормативы. Сможет ли он пробежать три мили за двадцать минут? Или хотя бы за двадцать пять. Пятьдесят раз отжаться? Помню, как он запыхался, когда мы таскали коробки во время твоего переезда. Алексия нахмурилась. — Подожди. Какие еще пятьдесят отжиманий и три мили? Ты случаем не забыл, что я тоже не способна пробежать три мили за двадцать минут? — Ты другое дело, Алекс. У девушек нет нормативов — они и так идут к нам неохотно, так что берем всех подряд. Мы не можем просто разместить вакансию на Indeed, так что остается сарафанное радио, но мало кто хочет, чтобы его девушка, сестра или подруга занималась чем-то подобным. Если кто из девушек и соглашается, то чаще всего сливается через месяц-другой — не выдерживает нагрузки. Парни с самого начала тренируются интенсивнее, с тобой же я повышал нагрузку постепенно, но даже несмотря на это мало кому удается задержаться надолго. При этом парням Билл деньги на карманные расходы не дает и жить в служебных квартирах не позволяет — даже в долг. — Потому что девушке будет чем отработать долг случись чего? Возникла пауза. Кай молча обдумывал ее слова. Ее прямолинейность, похоже, застала его врасплох. — Я не знаю, как девушки отрабатывают долг, — ответил Кай наконец. — Никогда в это не вникал, но все возможно. — Не вникал, потому что не хочешь знать правду? — Ты права: не хочу. — Он устало выдохнул и добавил: — Основная причина, почему многие девушки отказываются от этой работы — страх вляпаться в крупные долги, не понимая, как потом их возвращать. — Неудивительно, что желающих среди парней больше, — заметила Алексия. — Им, я так понимаю, оплачивать время ментора тоже не приходится? — Верно, — подтвердил Кай. — Впрочем, ответственность с них не снимается — после обучения они тоже обязаны проработать на Билла минимум два года. — А что будет, если не проработают? Кай ответил не сразу. Она заметила, как он напрягся, словно взвешивая, стоит ли рассказывать. — Был один такой случай, — нехотя заговорил он. — Парня переманили в другую группировку. Он не проработал у Билла и пары месяцев. — К Хайнеманну? — Нет, его люди таким не промышляют. Кто-то из Саут-Сайда, имя тебе ничего не скажет. Парня в итоге поймали. — И что с ним сделали? Убили? Кай тяжело вздохнул, будто до последнего надеясь избежать этого вопроса. — Можно и так сказать. Продали черным трансплантологам. Так что в некотором смысле он свое обучение все же оплатил. Алексия не смогла скрыть потрясенного вздоха. Она ожидала чего-то жуткого, но правда оказалась даже хуже, чем она предполагала. — Скажи честно: тебе не противно работать на человека, способного продать тебя на органы, если не оправдаешь его ожиданий? — Это единственный случай, о котором мне известно. И Билла больше взбесило не то, что он ушел раньше срока, а что ушел к конкурентам. И да, я не одобряю то, что с ним сделали. Но жизнь сложнее, чем ты думаешь, Алекс. Если после этого считаешь, что не сможешь работать на Билла, то, может, лучше бросить обучение, пока долг не стал слишком большим? Он замолчал и на мгновение отвел взгляд, а затем посмотрел на нее снова — внимательно, с некой тревогой в глазах. В этом взгляде было нечто большее, чем просто дружеская забота: ей показалось, будто Кай искренне надеялся, что она согласится на его предложение, словно ее выбор волновал его куда сильнее, чем он был готов признать вслух. Алексия упрямо покачала головой. — Не могу. Дело было не только в долге. Она уже не представляла свою жизнь без тренировок, ставших спасением после смерти родителей. Без помощи Тернера ей никогда не убить Хайнеманна. Обучение стало единственным шансом выбиться в люди, начать зарабатывать и получить хоть какую-то финансовую независимость. Она знала, что пути назад уже не было. Отныне слишком многое зависело от этого обучения. — Вот и я не могу, — признался Кай. — У тебя свои причины оставаться, у меня — свои. Не все, с чем мы столкнемся, будет нам нравиться. Но я, в отличие от тебя, привык — варюсь в этом уже восемь лет и научился находить оправдание чему угодно. Тебе тоже придется. Алексия молча переваривала его слова. Конечно, она задумывалась над тем, какой работой придется заниматься, но каждый раз откладывала эти мысли на потом, уверяя себя, что во всем разберется, когда настанет время. Подсознательно она всегда чувствовала исходящую от Тернера угрозу, но старалась не придавать этому значения. Его добродушное поведение в ее присутствии давало надежду, что все как-нибудь обойдется. Ее терзало противоречие: она одновременно хотела поскорее начать работать и боялась того, что ее ждет. Оставалось лишь надеяться, что она сумеет договориться со своей совестью, когда однажды столкнется с чем-то аморальным, ведь долг так или иначе придется вернуть. — Если у вас аж лист ожидания, как так вышло, что мне нашли ментора за один день? — спросила Алексия, пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей. — Думаю, потому что ты девушка, а их не хватает, — пояснил Кай. — Я тренировал пятерых: трех девушек, включая тебя, и двух парней, но до конца дошел только мой самый первый ученик — остальные сливались по разным причинам. Последняя сошла с дистанции весной, и я сказал Биллу, что больше не хочу работать впустую, но когда пришла ты и свободных менторов не оказалось, Биллу пришлось обратиться ко мне снова. Как ты знаешь, мы договорились на год перерыва, и я прикинул, что если спустя пару месяцев ты тоже сольешься, у меня останется десять месяцев отпуска. Вот и согласился. — Ну извини, что не слилась. — Все в порядке, — ответил Кай с улыбкой. — Мне нравится тебя тренировать. Впервые за долгое время чувствую, что не зря трачу время. Алексия тоже улыбнулась. Его слова были ей приятны. — Я не делаю ничего сверхъестественного, почему у других не получилось? — задумалась она. — Ладно, с девушками понятно: учебу и тренировки сочетать сложно, а мне еще и за бытом следить приходится. А парни? У вас такой строгий отбор, неужели и они не выдерживают? — Бывает. Иногда дело в травмах. Например, один мой ученик сломал ногу, катаясь на мотоцикле — открытый перелом, восстановление затянулось. Не факт, что после реабилитации он вообще остался бы пригоден для работы, а ведь он почти закончил обучение. Ужасно обидно. — И правда. Кстати, а как долго будешь меня тренировать? И когда я смогу начать работать? — Парни обычно готовы спустя четыре-шесть месяцев, но, как я уже говорил, они с самого начала тренируются интенсивнее. С тобой мы начинали плавнее, так что придется повозиться подольше. Рэйчел, к примеру, начала работать только спустя год. — Год?! — воскликнула Алексия, не скрывая своего разочарования. — Да за это время долг вырастет до небес! К июню он будет не меньше пятнадцати тысяч. Разве Билл не заинтересован в том, чтобы мы как можно скорее начали работать? Он сам говорил, что девушек не хватает. — Это так, но отправлять на дело неподготовленного человека тоже невыгодно. Если задание будет провалено, кто покроет убытки? Дополнительные месяцы обучения обойдутся дешевле. Кай заметил, как она напряглась, и добавил: — Не переживай, постепенно расплатишься. Первое время будешь получать меньше обычного, но это все равно будут хорошие деньги. Главное — дожить до конца обучения и проработать хотя бы год. Дальше станет легче, обещаю. Его слова звучали обнадеживающе, но полного облегчения не приносили. — Знаешь, я думала попросить тебя отправить меня на обучение вождению пораньше, чтобы сесть за руль папиной машины, — начала Алексия, — но потом поняла, что будет спокойнее, если я ее продам. С деньгами на руках я буду чувствовать себя в безопасности, и тогда можешь растянуть обучение хоть на пару лет — я буду знать, что надо мной больше не висит дамоклов меч в виде долга Биллу. Кай кивнул, задумавшись. — Хорошо. Но для начала нужно уточнить у Доминика, можешь ли ты ее продавать. Не уверен, закончилась ли процедура вступления в наследство. — Да, ты прав, — согласилась она. — Но это не страшно, я готова ждать. Можешь отвезти меня на старую квартиру? Там рядом крытая парковка, она бесплатная для жителей соседних домов. Я знаю, где папа обычно оставлял машину. Хочу проверить, в каком она состоянии. Может, заодно сделаю фото — вдруг пригодится для объявления о продаже. Не видела ее со дня смерти родителей. — Хорошая идея, — согласился Кай. После тренировки они направились по ее старому адресу. По пути разговор продолжился: — А сколько сейчас таких, как ты, работает на Билла? — спросила Алексия, не зная, как называть таких людей. Киллеры? Коллекторы? Бандиты? Торговцев наркотиками она привыкла называть дилерами, а с этими ребятами было посложней. — Меньше сорока, плюс шестеро, включая тебя, на обучении, — ответил Кай. — Точную цифру я не знаю. Рэй, к примеру, работает только летом, а в остальное время учится. Кто-то уходит, кто-то, наоборот, успешно завершает обучение и присоединяется к банде. Кто-то сидит за решеткой. Количество постоянно меняется. — Получается, далеко не все занимаются менторством? — Да, в первую очередь потому, что за это не платят, а времени и сил уходит много, приходится совмещать с работой, и не у всех это получается. По этой же причине никто не берет на обучение больше одного человека. А еще не все умеют учить. Кто-то пробует, а потом понимает, что это не его. Мы с Рэем, к примеру, прошли обучение, чтобы получить сертификат NCSF, но так далеко зашли только мы. — Серьезно? У тебя есть тренерское образование? — поразилась Алексия. — Да, но не удивляйся — оно же не университетское. Зато Рэю так понравилось, что он погрузился в тему глубже, а потом вдруг понял, что хочет стать врачом. Меня же устраивает тренерская работа. Когда стану слишком старым для работы на Билла, уйду на пенсию и буду тренировать кого-нибудь для души. Он говорил так, словно шутил, но его планы на жизнь казались более зрелыми и продуманными, чем фантазии Эрнандо об открытии кафе или хостела, чтобы больше никогда не работать. Алексия постеснялась спрашивать, как много Кай скопил за время работы у Тернера, но была уверена, что сумма была достаточной, раз он мог позволить себе год не работать. Впрочем, Алексия понятия не имела, какие у него были траты. Он хорошо одевался — без вычурных брендов, но чувствовалось, что одежда была качественной — такая не могла стоить дешево. У него была дорогая техника и неплохая машина, но на фоне Эрнандо Кай выглядел скромно, порой даже аскетично. Эрнандо тратил немалые суммы на то, чтобы окружающие видели, что у него были деньги, особенно последние пару месяцев, и буквально утопал в ярких цветах и модных аксессуарах, а Кай в свою очередь предпочитал одежду нейтральных тонов — черного, серого, белого или темно-синего. Это позволяло ему легко сливаться с толпой и не привлекать к себе лишнего внимания. Эрнандо же, напротив, всегда старался выделиться из толпы — и, надо отдать должное, делал это со вкусом. — А из тех сорока все работают с напарниками или каждый сам по себе? — поинтересовалась Алексия. — Я так поняла, ты работаешь в одиночку. — Нет, в одиночку ходят, если свободных людей нет совсем, а так нас на задании минимум двое — для безопасности. Я обычно работал с Дабл Рэями — с каждым из них по отдельности или втроем, а еще с Джастином и парнем, которого ты не знаешь, Майком. Многое зависит от задания. Если это что-то крупное вроде разбоя или выбивания долгов, может потребоваться команда из пяти человек и более, а иногда даже двое — уже слишком много и может привлечь ненужное внимание. — Кай помедлил, прежде чем добавить: — После смерти Роба, бывало, вся банда собиралась и шла войной на другую группировку из нашего района, но сейчас в Вест-Сайде тихо. — Часто люди погибают на заданиях или в районных стычках? — Минимум один человек в год, — ответил Кай спокойно, будто это была всего лишь рабочая неприятность, с которой приходилось мириться. — А когда убили Роба, мы потеряли почти половину банды. Но не переживай, на опасные задания тебя отправлять не будут, по крайней мере первую пару лет. Сначала будешь наблюдать за моей работой, помогать и получать за это свою долю. — Мы будем работать вместе? — удивилась Алексия. От этой мысли вдруг стало легче на душе. — Скорее всего. Парни после обучения обычно работают в группах — так проще втянуться, но у тебя другой случай — от тебя потребуется не сила, а другие качества, поэтому будет лучше, если начнешь с кем-то опытным и в паре. Логично, если это буду я — мы уже привыкли друг к другу за время обучения, да и напарников из-за отпуска у меня не осталось. — На заказные убийства тоже будешь брать? Кай усмехнулся. — Посмотрим. Но их гораздо меньше, чем ты думаешь. Раз в месяц или реже. Гораздо чаще приходится устранять членов других группировок. Или ликвидировать тех, кто предал Билла. Алексия невольно задумалась, в какой момент он стал говорить о таких вещах без тени эмоций. Будто для него убить кого-то — не сложный моральный выбор, а часть рутины, к которой в конце концов привыкаешь. Как скоро она сама начнет думать так же? — Раз ты работаешь в основном в паре или втроем, значит, в разбоях не участвуешь? — продолжила расспрос Алексия. — Есть какое-то разграничение по заданиям внутри банды? — Разве что по опыту: не все способны браться за сложную работу, кому-то больше нравится работать в большой группе. Кто-то специализируется на определенных задачах, например, на кражах — не уверен, приходилось ли им хоть раз пускать оружие в ход. — А из тех сорока сколько у вас девушек? — Очень мало — четверо, включая Рэйчел, а на обучении лишь ты. Помню, одна девушка ушла, потому что собралась замуж. Билл ужасно разозлился — она была способной, ее еще Роб учил, но препятствовать ее уходу не стал. У нее уже дети, наверное. Наконец они доехали. Алексия тут же направилась к парковочному месту, где отец обычно оставлял машину, но там стоял чужой автомобиль. — Может, он припарковался в другом месте? — предположил Кай. — Возможно, — ответила Алексия, ощущая в груди тревогу. Вместе они принялись осматривать оставшуюся часть парковки. — Какая была марка? Номер помнишь? Даже не видя машину несколько месяцев, она все еще прекрасно помнила эту информацию. — Форд Фокус, черный. Номер BС 21723. Они дважды обошли парковку, но машины нигде не было. Алексия начала паниковать. «Какая же я дура! — ругала она себя мысленно. — Надо было сразу проверить машину, а я вспомнила о ней только спустя четыре месяца!» Кай заметил ее смятение. Положив руку ей на плечо, он тихо произнес: — Не волнуйся. Сейчас разберемся. Возможно, ее просто отогнали на штрафстоянку. Давай поговорим с охраной. Его уверенный и спокойный тон немного ее успокоил. Было приятно осознавать, что она была не одинока в своей беде. Следуя за ним к посту охраны, Алексия мысленно молилась о том, чтобы машина поскорее нашлась. С охраной говорил Кай, Алексия молчала. Охранник — пожилой темнокожий мужчина в форме — выслушал их, но ничем помочь не смог. — Если номер машины есть в базе, стоянка бесплатная, — пояснил он. — Машина может заезжать и выезжать, и мы не проверяем, кто за рулем. Ваша машина действительно числится в базе, но кто ее увез — не знаю. — А камеры наблюдения? Записи остались? — спросил Кай. — Камеры работают, записи хранятся в главном офисе, но просто так вам их никто не отдаст. Надо обращаться в полицию, писать заявление об угоне. Полиция запросит записи, мы их передадим. Без официального запроса никак. Не добившись от охраны большего, они вернулись к машине Кая. — Едем в полицию? — предложила Алексия, пытаясь предпринять хоть что-то. — Лучше поручим это Доминику. Он будет действовать от твоего имени, — ответил Кай. Алексия обреченно вздохнула. Ситуация становилась лишь хуже. Мало того, что у нее не было денег на погашение долга, так еще и машина пропала. — Это все не просто так, — пробормотала она, размышляя вслух. — За три дня до убийства родителей кто-то вывел деньги с папиного счета. Теперь куда-то подевалась машина. Надеюсь, хоть квартира все еще моя. — Квартиру угнать сложнее. Если кто-то попытается ее у тебя отобрать, вмешается Билл. Его адвокатская контора — не бутафория, там работают профессионалы, и они помогут защитить твои права. Но, если честно, мне кажется, это просто недоразумение. Твой отец мог оставить машину на офисной парковке или где-нибудь еще. Алексия лишь кивнула. От мысли, что Тернеру придется разбираться еще и с квартирой, становилось тошно. Юридические услуги его адвокатской конторы наверняка стоили космических денег, и долг в пятнадцать тысяч, казавшийся ей гигантским, на фоне возможных новых расходов мог стать и вовсе неподъемным. Она вспомнила, как беспечно порой относился отец к безопасности машины — мог оставить открытым окно или забыть включить сигнализацию, но говорить об этом Каю не стала — слишком хотела верить, что все это было просто какой-то ошибкой. Добравшись до дома, она тут же набрала номер Эрнандо. С грустью передав ему слова Кая о том, что с обучением ничего не выйдет, она заодно сообщила о пропаже машины, но Эрнандо явно был слишком расстроен отказом, чтобы отнестись к ее беде всерьез. — Не парься, найдется твоя тачка, — ответил он с таким равнодушием, что Алексии стало обидно. Поспешно с ним попрощавшись, она позвонила Рэйчел. — Охренеть! — воскликнула подруга. — Я обязательно выведаю у Билла что к чему! А насчет денег не беспокойся: если станет тяжко, я помогу с долгом. — Ты и так уже потратила на меня уйму денег! — запротестовала Алексия. — Не хочу напрягать тебя своими финансовыми проблемами. До конца обучения еще полно времени, и долг сейчас не самое страшное. Я боюсь потерять квартиру, Рэйч. Это будет куда хуже. — Доминик все проверит, не переживай, — успокоила Рэйчел. — Я сегодня встречаюсь с Биллом и спрошу, говорил ли с ним Кай. Как только будут новости, сразу же тебе напишу или позвоню. А пока давай отвлечемся: расскажи, как прошла вечеринка у Вайолет. Рэйчел явно знала, как отвлечь Алексию — за разговором о вечеринке тревоги о машине отошли на задний план. Подруга похвалила ее за стойкость перед чарами Тайлера, а затем они обсудили возможную реакцию Аманды и другие сплетни. На следующий день они встретились в школе перед началом занятий. Рэйчел уже успела кое-что выяснить и поделилась новостями: — С квартирой все в порядке, — заверила она. — Билл при мне звонил Доминику. Тот занимался твоим наследством и уверяет, что сразу бы заметил любые махинации, но пообещал перепроверить все еще раз. Так что можешь не волноваться. — Это отличная новость, — облегченно выдохнула Алексия. — А что насчет машины? — А вот тут начинаются странности, — нахмурилась Рэйчел. — Доминик сказал, что машина в завещании не упоминается. Ему нужно время, чтобы все выяснить. — Этого еще не хватало… — застонала Алексия, чувствуя, как тревога вновь берет верх. — Машина куплена всего год назад, думаешь, папа просто забыл включить ее в завещание? — Даже если и так, это неважно, — ответила Рэйчел. — Если какое-то имущество не вписано в завещание, наследник все равно имеет на него право. Вечером Доминик подтвердил, что с квартирой действительно все было в порядке, но прояснить ситуацию с машиной удалось лишь спустя пару дней. — Оказывается, машина была взята в лизинг через папин банк, — сообщила Алексия Рэйчел во время обеденного перерыва. Они уединились в пустой аудитории, так как сидеть на стадионе в начале ноября было слишком холодно. — Он не успел ее выкупить. — Значит, машину забрал банк? — спросила Рэйчел. — Да, она вернулась к ним на баланс. Сначала отогнали на штрафстоянку, а потом — на корпоративную парковку. Представляешь, они слали мне уведомления на почту, но я не была в родительской квартире с лета и не проверяла почтовый ящик. Чувствую себя такой идиоткой! — А ты не можешь просто выкупить машину, заплатив оставшуюся сумму? — Нет, — покачала головой Алексия. — Договор корпоративный, так что права на лизинг не передаются по наследству. Платежи снимались с папиной зарплаты, а после его смерти договор автоматически аннулировался. Я надеялась, может, получится вернуть хотя бы часть уплаченного… — Это лизинг, — сочувственно произнесла Рэйчел. — Платежи идут в счет пользования машиной и не возвращаются. — Доминик сказал то же самое. Но знаешь, что самое обидное? Я даже не успела проверить, было ли в машине что-нибудь ценное. Банк дал время забрать вещи, но срок давно истек. Наверное, они просто выбросили все, что там было. А вдруг папа хранил там пароль от рабочего ноутбука? Или оставил какие-нибудь подсказки? Привыкнуть к мысли о потере машины было нелегко. Алексии считала произошедшее вопиющей несправедливостью, но уже ничего не могла изменить. Она пыталась утешать себя тем, что у нее оставалась хотя бы квартира — повезло, что родители успели погасить ипотеку. Ноябрь подходил к концу. Рэйчел сделала последнюю попытку сдать SAT и готовила документы для подачи в университет Чикаго. Эрнандо, смирившись с тем, что обучение у Билла ему не светит, временно увлекся идеей заняться спортом, и Алексия даже попыталась его менторить, используя свой опыт обучения у Кая, но энтузиазм Эрнандо быстро угас. Вскоре он заявил, что нашел более интересное и прибыльное дело, но раскрывать детали отказался. Одной декабрьской ночью ее разбудил звонок. Алексия с трудом продрала глаза, схватила телефон и увидела, что звонил Кай. Она тут же ответила. — Ты дома? — спросил он. — Да, — ответила Алексия, едва сдержав зевок. Хотелось огрызнуться: «Где еще мне быть ночью посреди учебной недели?», но сил на сарказм не было. — Дождись меня, я сейчас приеду. Не засыпай, ладно? — Окей. Он положил трубку, а Алексия осталась лежать в кровати и переваривать услышанное. Часы показывали половину третьего. Она прикрыла глаза, но тут же заставила себя включить светильник. «Будильник прозвенит через четыре часа…» — подумала она устало и, сев в кровати, зябко потянулась. В комнате было холодно: она старалась держать температуру не выше шестидесяти пяти по Фаренгейту, чтобы экономить на отоплении. Сунув ноги в теплые тапочки, Алексия направилась в ванную. Умывшись теплой водой, она прогнала остатки сна и почувствовала, как сознание начало заполняться тревогой. Зачем Кай позвонил ей среди ночи? Он никогда не связывался с ней без веской причины. Они общались через мессенджер и в основном по делу. Даже в воскресенье, их единственный выходной, он старался ее не беспокоить, а уж чтобы разбудить посреди ночи? Такого никогда ранее не случалось. Интуиция подсказывала: ничего хорошего этот звонок не сулил. Глава 11 We don’t know where to go So I’ll just get lost with you We’ll never fall apart ‘Cause we fit together right We fit together right These dark clouds over me Rain down and roll away We'll never fall apart ‘Cause we fit together like Two pieces of a broken heart Two Pieces, Demi Lovato Алексия заварила чашку растворимого кофе. Кофейным гурманом вроде Эрнандо она не была, так что вкус такого напитка ее вполне устраивал, к тому же он давал достаточно бодрости. Сидя на кухне, она время от времени выглядывала в окно, откуда хорошо просматривалась парковка, в ожидании машины Кая, однако он приехал на такси — Алексия успела лишь мельком заметить желтый капот отъезжающей машины, прежде чем послышался стук в дверь. Она сразу обратила внимание на его внешний вид. Погода стояла необычно теплая для декабря, но ночи оставались холодными, и она удивилась, увидев, что Кай был одет в легкую куртку. Та была расстегнута и надета лишь на правую руку, а на левое плечо была просто накинута сверху. Рюкзак тоже висел лишь на правом плече, и Кай придерживал лямку рукой. — Привет, — произнес он устало. На пальцах, сжимавших лямку рюкзака, Алексия увидела кровь. Даже в полумраке коридора это было невозможно не заметить. — Ты ранен? — спросила она обеспокоенно. Кай кивнул и, едва держась на ногах, вошел в квартиру. Его слегка пошатывало, словно он был пьян, хотя Алексия знала, что он не пил алкоголь. — Садись на диван, — предложила она, но Кай покачал головой и направился в ванную. — Не хочу запачкать кровью, — пояснил он. — У тебя же есть аптечка? «Какой хороший и, главное, очень своевременный вопрос!» — подумала Алексия. Она забирала семейную аптечку из родительской квартиры, но никогда не интересовалась, что в ней лежало. Открыв сумку, она с облегчением обнаружила бинты, бутылку с антисептиком и даже пару шприцев. Кай тем временем осторожно снимал с себя куртку, двигая левой рукой как можно медленнее, чтобы не причинить себе боль. На ткани левого рукава виднелась дыра. — В тебя стреляли? — воскликнула Алексия, и Кай тут же шикнул, призывая быть тише. Она кивнула, сообразив, что из-за тонких стен соседи могли услышать лишнего. Он был одет в темную хлопковую рубашку, и ее левый рукав был пропитан кровью. Поверх раны располагалась грубо наложенная бинтовая повязка, и на ней тоже проступила кровь. — Соорудил на скорую руку, — пояснил он, заметив ее взгляд. — Не волнуйся, рана неглубокая, пуля задела по касательной. Нужно просто промыть и перевязать по-нормальному. — Много крови потерял? — спросила Алексия обеспокоенно. — Не знаю, вряд ли слишком много. Я довольно быстро наложил бинт, хотя голова уже кружится. Можно мне сесть? — Конечно, сейчас принесу. Алексия метнулась на кухню и вернулась со стулом, поставив его рядом с раковиной, чтобы Кай мог держать над ней руку и не пачкать кровью пол. — Может, лучше вызвать скорую? — предложила она. — Вдруг рана опаснее, чем кажется? — Справимся сами. Скорая начнет задавать вопросы и привлечет полицию, а нам это ни к чему. — А если бы тебя ранили серьезно? — не отставала Алексия. — На крайний случай у нас есть договоренность с врачами, которые держат язык за зубами, но ради такого пустяка напрягать их не хочу. Мы слишком много болтаем, Алекс, давай уже займемся делом. — Я раньше не оказывала первую помощь, — призналась она. Кай вздохнул. — Значит, сейчас будет внеплановый урок. Для начала снимем повязку. Принеси ножницы — придется резать рукав. Аккуратно разрезав ткань, она обнажила рану. Зрелище оказалось не из приятных, но, к ее облегчению, кровь не текла ручьем, а лишь едва сочилась. — Теперь нужно промыть, — продолжил Кай. — Возьми антисептик. Лей понемногу, осторожно. Алексия начала промывать рану, следуя его инструкциям. Хоть она и боялась сделать что-то не так, он объяснял понятно и доходчиво, поэтому она справилась. Кай лишь слегка поморщился, когда антисептик коснулся раны, но быстро вернул себе невозмутимый вид. Алексия была благодарна родителям за то, что аптечка оказалась хорошо укомплектованной. — Больно? — Даже не представляешь как. — На что похоже? — Будто облили кипятком, и теперь внутри что-то настойчиво ноет, — ответил Кай, вновь поморщившись. — Паршивое ощущение. Не боишься? — Ты про кровь? Перестань, я вижу кровь каждый месяц. Кай выдавил неловкий смешок. — Не только кровь… раны — тоже не самая приятная вещь. Но хорошо, что не боишься — это пригодится. — Только не говори, что тебя постоянно так подстреливают. — К счастью, очень редко: был еще один по касательной у правого бедра, но там совсем царапина, и сквозное в левое плечо — восстанавливался полгода. Кай чуть приспустил горловину футболки и показал довольно заметный белесый шрам чуть ниже ключицы. — Ух ты… — пробормотала Алексия. — Выглядит серьезно. — Да, без рубца такое не проходит, — подтвердил Кай. — Сзади еще один — там, где вышла пуля. Но это ерунда, главное, что жив. Мне невероятно повезло: не задели ни артерию, ни легкое, правда, немного пострадала ключица. Чтобы вернуть плечу нормальную подвижность, понадобилась длительная реабилитация, и до конца я так и не восстановился — при плохой погоде травма, бывает, ноет, но я уже привык. Алексию охватила странная смесь жалости и ужаса от его слов. Он ведь мог остаться калекой или умереть, но даже это не заставило его отказаться от работы на Тернера. Тем временем Кай, дождавшись, когда она закончит промывать рану, вновь осмотрел аптечку, чтобы решить, что делать дальше. — Возьми Неоспорин, — сказал он, указывая на желто-зеленый тюбик. — Это антибактериальная мазь. Нанеси немного прямо на рану. — Уверен? — Абсолютно. После этого наложим повязку. Наконец рана была обработана и перевязана, и Алексия принесла бутылку воды. Кай нашел в аптечке обезболивающее и запил таблетку водой, разом осушив довольно объемную бутылку на треть. — Можно поспать у тебя на диване, пока не уйдешь в школу? — попросил Кай, устало прислонившись к дверному косяку ванной. Он выглядел таким бледным, что Алексия не посмела бы отказать. — Не уверен, что осилю поездку до дома. — Иди на кровать, — предложила она. — Диван слишком короткий — там даже я не умещусь. Кай медлил, словно сомневался, соглашаться ли, но усталость взяла верх, и он кивнул, неспешно направляясь к спальне. Алексия последовала за ним и остановилась у кровати, наблюдая за тем, как он устраивался. Ей казалось странным видеть его таким уязвимым, ведь она привыкла воспринимать его как сильного и собранного. Усевшись на край кровати, она вдруг заметила дрожь в руках и попыталась избавиться от нее, сцепив пальцы в замок. — Расскажешь, кто в тебя стрелял? — Прости, не могу, — ответил Кай. — Еще одно правило. Говорить о нем было рано, но раз уж мы коснулись этой темы, расскажу сейчас: мы никогда не обсуждаем задания ни с кем, кроме Билла и напарника, если он тоже участвует. Это нужно в целях безопасности. — Да, я слышала об этом от Билла, — кивнула Алексия. — Он говорил, у других группировок так же, поэтому будет сложно выйти на убийцу мамы и папы. Ты в этот раз был без напарника? — Да. Людей не хватает, задание непростое, поэтому Билл и попросил меня выйти. И, судя по всему, я растерял сноровку за время перерыва, раз так глупо подставился. — Это было заказное убийство? Кай покачал головой. — Нет. Но, пожалуйста, больше ни о чем не спрашивай, — попросил он, избегая ее взгляда. — Что случится, если узнаю? — настойчиво продолжила Алексия. — Можешь просто не называть имен. — Прочтешь где-нибудь в новостях, соотнесешь факты. Лучше тебе ни о чем не знать. Алексия устало выдохнула, раздражаясь из-за того, что он продолжал цепляться за какие-то глупые правила вместо того, чтобы просто ей довериться. — А бронежилет не носишь? Прям так ходишь на задания, без защиты? — Бронежилет? — рассмеялся Кай. — Мы не армия и не полиция, Алекс. Бронежилеты привлекут ненужное внимание, они же толстые. И двигаться в них гораздо сложней: там веса больше двадцати фунтов — попробуй-ка пробеги или спрячься в таком. Есть, конечно, облегченные, но от выстрела в лоб они тебя не спасут. — И все же это лучше, чем ничего. А если добираться на машине? Где она, кстати? Я видела, ты приехал на такси. — Машина дома — я ее на такие задания не беру, до нужного места добираюсь на метро или такси — это нормальная практика. Когда уходил, пытался дозвониться до Рэя — мы всегда звоним друг другу, если кого-то ранили, но сегодня он впервые оказался недоступен, и тогда я позвонил тебе, а потом поймал такси. К счастью, таксист не заметил, что я ранен, а когда я платил, он мельком увидел кровь на пальцах, но было уже поздно меня высаживать. Кай говорил спокойно, будто рассказывал о чем-то обыденном, а Алексии вдруг стало тяжелей дышать от осознания, что он мог не вернуться с этого задания. Она невольно глянула на перевязанную руку, и в голове мелькнула пугающая мысль: всего несколько дюймов левее — и его сердце остановилось бы навсегда. Да, она знала о рисках, но они всегда казались далекими, будто существовали только в теории и никогда не должны были коснуться ее по-настоящему. Но теперь все изменилось. Алексия вдруг поняла, что до этих пор воспринимала Кая как непогрешимого наставника, уверенного в себе и практически неуязвимого. Но это было иллюзией. Он мог ошибаться. Кай был смертным. И удивительным образом это не делало его хуже в ее глазах, напротив, неожиданно для себя она осознала, как сильно привязалась к нему за эти несколько месяцев, и теперь ей стало страшно его потерять. — Пожалуйста, будь осторожнее, — попросила Алексия тихо. Она знала, что Кай и так всегда проявлял осторожность, но сейчас ей хотелось, чтобы он услышал эти слова. Чтобы понял, что ей не плевать. Едва осознавая свои действия, она протянула руку и осторожно коснулась его ладони. Кай посмотрел на нее, и на его губах мелькнула слабая улыбка. Он ответил на жест, обхватив ее пальцы своими. Его рука была теплой, сильной, и это прикосновение приносило облегчение. — Не волнуйся, — ответил он мягко. — Такое редко случается, правда. Нехотя отпустив его руку, Алексия направилась на кухню, чтобы дать ему возможность немного поспать. Самой ей спать не хотелось — вероятно, помог кофе или взбодрили переживания. Остаток утра она провела на диване, пытаясь читать книгу, однако тревога все никак не отпускала. Алексия то и дело ловила себя на мыслях о Кае. Каждый раз, слыша малейший звук из спальни, она невольно напрягалась, словно ждала, когда он ее позовет, но этого так и не случилось. Послышался звон будильника, и Алексия осознала, что оставила телефон в спальне. Она нерешительно вошла внутрь. Кай не без труда пытался сесть в кровати, но выглядел гораздо лучше. — Если хочешь, можешь остаться и поспать подольше. Ключи потом отдашь, — произнесла Алексия. Он покачал головой. — Нет, спасибо. Нужно вернуться домой и привести себя в порядок. — Отменим тренировку? — предложила она, пытаясь выглядеть непринужденно. Кай усмехнулся. — Хорошо, отменим. Но только сегодня. Завтра уже не отвертишься. — Завтра так завтра, — согласилась она, чувствуя странное облегчение. Ей было нужно хотя бы немного времени на то, чтобы переварить события прошедшей ночи, и Каю, похоже, тоже. Собравшись и вызвав такси, он подошел к двери, но, прежде чем выйти, ненадолго задержался и сказал: — Спасибо, Алекс. Ты меня очень выручила сегодня. Приятно знать, что могу на тебя положиться. Не зная, что ответить, она лишь кивнула и осталась стоять у двери, молча наблюдая за тем, как он спускался по лестнице, и пытаясь осмыслить услышанное. Было удивительно, что сразу после Рэя он позвонил именно ей, а не Рэйчел, хотя они дружили много лет. Именно Алексии он доверился в тот момент, когда нуждался в помощи, и она не знала, что по этому поводу думать. Едва дождавшись первой перемены, она встретилась с Рэйчел, чтобы пересказать произошедшие события. Они нашли укромное место у старых шкафчиков, где почти никто не ходил, и Алексия, понизив голос, принялась за рассказ. Рэйчел слушала, не перебивая, и лишь изредка кивала, а на ее лице все сильнее проступало беспокойство. Когда Алексия закончила, она сказала: — Да уж… жуть. Знаешь, я бы отреагировала точно так же. Кай всегда такой: делает вид, будто все в порядке, даже если ситуация на грани. Любит играть в бесстрашного. — А тебе когда-нибудь приходилось сталкиваться с чем-то настолько опасным во время работы? — осторожно поинтересовалась Алексия. Рэйчел покачала головой. — Нет, мои задания всегда были проще. Я ни разу не пускала в ход оружие. Но если бы мне пришлось столкнуться с чем-то подобным… — Она ненадолго замолчала, будто пытаясь представить себя в такой ситуации. — Скажу честно: я бы запаниковала. — Слава богу, — выдохнула Алексия. — А то я боялась, что слишком драматизирую. — Нет, ты не драматизируешь, — уверенно возразила Рэйчел. — Если бы кто-то из нас остался спокоен после такой ночи, было бы более странно. Уверена, Кай тоже изрядно перенервничал, просто тебе не стал показывать. Он наверняка тоже не каждый раз рискует жизнью. Она вдруг остановилась, словно ее осенила некая интригующая идея. Прикусив губу, Рэйчел взглянула Алексии в глаза, а затем ее лицо озарила игривая улыбка. — Помнишь, ты говорила, что хотела бы пойти со мной на дело? Алексия мгновенно оживилась и кивнула. — У тебя есть что-то на примете? — Типа того, — ответила Рэйчел загадочно. — Поможешь мне кое с чем. Заодно проверим, чему тебя успел обучить Кай. Займемся этим завтра, от тренировки я тебя отмажу. А пока приготовь кое-что для меня — нам пригодится. Задание, которое дала Рэйчел, показалось Алексии странным: она попросила выяснить, как выглядят пропуски сотрудников одной крупной IT-компании, чей офис находился в Вест-Сайде. На удивление, эта задача оказалась простой: Алексия проверила социальные сети этой компании и обнаружила несколько фотографий сотрудников, где были хорошо видны пропуски. Она скинула находку Рэйчел, и та ее похвалила, заодно сообщив, что Кай освободил ее от тренировки — ему все равно был нужен перерыв из-за травмы. На следующий день, поймав такси, Рэйчел и Алексия направились к офисному зданию той самой компании. В машине Рэйчел вручила Алексии поддельный пропуск с ее фотографией — точь-в-точь похожий на те, что она вчера находила. — Ты правда думаешь, что это сработает? — засомневалась Алексия. — Там же нет чипа. Рэйчел лишь загадочно улыбнулась и ничего не ответила. Когда они добрались до места, она повела Алексию на задний дворик, где курили сотрудники. Уверенно подойдя к одной из урн, Рэйчел сняла перчатки и расстегнула пальто, чтобы выглядеть так же непринужденно, как и окружающие. Алексия повторила за ней и удивилась, когда увидела, как подруга вытащила из сумки пачку сигарет и закурила. — Сливаюсь с толпой, — пояснила Рэйчел с невозмутимым видом, заметив выражение ее лица. — Тебе необязательно повторять за мной. Знаю, как строго Кай относится к своим правилам. Алексия кивнула и осталась стоять рядом, стараясь выглядеть естественно. Они простояли так несколько минут, наблюдая за тем, как одни сотрудники покидали дворик, сменяясь другими. Чтобы не вызвать подозрение молчанием, Рэйчел начала непринужденно рассказывать о ком-то из своих знакомых, и Алексия тут же включилась в разговор, краем глаза наблюдая за происходящим во дворике. Она изо всех сил старалась держаться уверенно, копируя расслабленный вид Рэйчел, но внутри царило напряжение. — IT-компании хороши тем, что тут работает много молодежи, так что наш с тобой юный вид никого не удивит, — шепнула Рэйчел, наклонившись к Алексии. Со стороны казалось, будто девушки просто о чем-то секретничают. — Офисные костюмы тоже не нужны — дресс-кода у них нет, все одеты в смарт-кэжуал. Спустя пару минут к двери направилась группа сотрудников, и Рэйчел тут же потушила сигарету. Сделав вид, что продолжает разговор, она дала Алексии едва заметный сигнал, и они двинулись следом. Рэйчел устало пожаловалась, что впереди у нее еще два созвона. — Держись, — ответила Алексия, изобразив сочувствие. Мужчина, стоявший перед ними, обернулся и глянул на их пропуски. Рэйчел, поймав его взгляд, обворожительно улыбнулась. Очевидно решив, что все в порядке, мужчина улыбнулся в ответ и придержал для них дверь. Сердце Алексии бешено заколотилось, но никто не обратил на это ни малейшего внимания. — Вот и все, — произнесла Рэйчел с довольной улыбкой, когда они оказались внутри. — Мы заслужили бесплатный корпоративный кофе. — Как ты узнала, что сотрудники курят снаружи? — поинтересовалась Алексия, пытаясь взять себя в руки. — Приезжала сюда позавчера на разведку. Повезло, что у них нет турникетов, иначе пришлось бы ломать голову, где достать пропуск. Первый этаж офисного здания оказался просторным и оживленным. Здесь находилось несколько кафетериев, где сотрудники могли перекусить. На халявную еду рассчитывать не приходилось: чтобы получить бесплатный ланч, нужно было предъявить специальную карточку, но кофейными автоматами можно было пользоваться свободно, и Рэйчел с Алексией взяли себе по стаканчику, а затем заняли один из столиков в углу, подальше от основной суеты. Рэйчел достала из сумки ноутбук и положила на стол. Алексия была в восторге и чувствовала себя немного пьяной от адреналина. Никто не смотрел на них, никто не задавал вопросов. Она ждала, когда к ним подбежит охрана, но всем вокруг было плевать. Этот опыт стал для нее настоящим откровением. Она с трудом верила, что подобное вообще было возможно. Рэйчел, казалось, наслаждалась ее реакцией. Наклонившись к Алексии, она произнесла: — Расслабься, все самое трудное позади. Теперь мне нужно, чтобы ты достала для меня пароль от вай-фая. Справишься? Я на тебя рассчитываю. Алексия ненадолго задумалась, осматривая окружающих. Спросить у кого-нибудь? Например, у тех, кто сидел за ноутбуком неподалеку. «Если начну расспрашивать, это привлечет ненужное внимание. Если бы я действительно тут работала, спросила бы у коллег, а не у первых попавшихся сотрудников». — Пойду прогуляюсь, — предупредила Алексия, поднимаясь со стула. Рэйчел была погружена в чтение какого-то pdf-документа и лишь кивнула в ответ, не отрывая взгляд от экрана. Алексия неспешно прошла по коридору, тщательно осматриваясь. Навыки, которые она оттачивала благодаря заданиям Кая, уже вошли в привычку, и теперь она могла изучать окружающую обстановку, не привлекая к себе внимания. Наконец поиски увенчались успехом: в одном из кафетериев ее взгляд упал на меловую доску — там, посреди названий блюд дня, была записана строчка, сразу же привлекшая ее внимание: наименование сети Wi-Fi и пароль к ней. «Так и думала, — с внутренним торжеством отметила Алексия. — Зачем прятать пароль, если сюда могут попасть лишь свои?» Сделав вид, что рассматривает меню, она запомнила пароль и вернулась обратно к Рэйчел, потратив на поиски не больше пяти минут. — Билл узнает о твоем вкладе в общее дело, — пообещала Рэйчел, успешно подключившись к сети. В ее взгляде мелькнули одобрение и уважение. — А теперь займемся тем, ради чего сюда пришли. Она открыла консоль и начала вводить команды, описанные в pdf-файле, который изучала ранее. Алексия, наблюдавшая за этим, не смогла удержаться от вопроса: — Что ты делаешь? — Получаю пароль корневого администратора сети, — ответила Рэйчел, не отрываясь от экрана. Ее пальцы двигались быстро и уверенно. — Чтобы потом от его имени запустить троян. Алексия удивленно приподняла брови. — Ты еще и хакер? Рэйчел чуть усмехнулась, глядя на то, что выводила консоль в ответ на команды. — Нет, конечно, я ничего в этом не смыслю. Просто делаю то, что мне сказали. — Она сделала паузу, проверяя написанное, прежде чем нажать на ввод. — Если честно, понятия не имею, для чего этот троян. Мое дело — следовать инструкциям. Это даже не мой ноутбук — мне дали его для этого задания. Алексия молча наблюдала за тем, как Рэйчел вводила команды, и не могла не почувствовать все нарастающую волну восхищения. Ее всегда тянуло к компьютерам, и то, что сейчас происходило у нее на глазах, было чем-то совершенно невероятным. — Откуда у тебя эта инструкция? — поинтересовалась Алексия. — Какой-то хакер написал? Вы знакомы? — Нет, понятия не имею, откуда она. Вполне возможно, ее вообще предоставил заказчик, чтобы потом кто-то вроде меня запустил троян в сеть компании-жертвы. Алексия разочарованно вздохнула. Она надеялась, что Рэйчел сможет познакомить ее с таинственным хакером. Во-первых, у нее все еще оставался папин ноутбук, который она мечтала взломать, и кто-то вроде автора этой инструкции наверняка мог бы помочь. Во-вторых, идея обрести еще одного ментора, но в сфере хакерских искусств, казалась невероятно заманчивой. Алексии тоже хотелось уметь писать такие инструкции и, быть может, даже трояны. «Как же это, наверное, интересно, — думала она, наблюдая за действиями Рэйчел. — Искать слабые места в системе, чтобы получить доступ к секретным данным». Это чем-то напоминало задания, которые давал Кай, только вместо поиска слабостей в поведении людей требовалось находить уязвимости в защите сетей. Рэйчел тоже провернула нечто подобное, обнаружив слабое звено в охранной системе этого здания. «Хакерство и социальная инженерия идут рука об руку», — размышляла Алексия. В обоих случаях все сводилось к умению видеть то, что ускользало от внимания остальных, чтобы впоследствии использовать это в своих целях. Закончив, Рэйчел захлопнула крышку ноутбука и убрала его в сумку. Они с Алексией спокойно встали со своих мест, неспешно надели верхнюю одежду и направились к той же двери, через которую вошли в здание. Выйти оказалось гораздо проще, чем войти: чтобы открыть дверь, нужно было просто нажать на кнопку — пропуск для этого не требовался. Алексия чувствовала, как напряжение, державшее ее все это время, постепенно спадало, оставляя после себя опьяняющий привкус триумфа. На следующий день, все еще находясь под впечатлением от вылазки, она рассказала о произошедшем Каю. Он слушал внимательно, слегка нахмурившись, а когда она закончила, усмехнулся: — Рад, что тебе понравилось. Жаль, что мои задания не вызывают у тебя такого энтузиазма. Алексия встрепенулась. — Это не так! — горячо возразила она. — Просто… я к ним уже привыкла. А вчера было нечто совершенно новое. Плюс риск. Представляешь, что было бы, если бы нас поймали? — Пришлось бы подключать связи Билла, чтобы вытащить вас из полицейского участка, — невозмутимо ответил Кай, скрестив руки на груди. — А про троян и инструкции никто бы даже не узнал. Уверен, у Рэйчел была заготовлена легенда на случай, если бы вас поймали. Они немного обсудили возможные последствия провала и способы его избежать, после чего Алексия спросила: — Как твоя рана? — В порядке. Рэй просил передать свое уважение за высокое качество оказанной медицинской помощи. — О, как мило, — усмехнулась Алексия. — Поставишь мне пять звезд в Google Maps? Кай рассмеялся. — Пожалуй, поставлю. Но знаешь, у меня есть идея получше. — Какая? — спросила она заинтересованно. — Добавим к твоим ежедневным тренировкам еще час: хочу обучить тебя разным полезным вещам, например, как оказывать первую медицинскую помощь, а то с этим случился прокол. Думаю, ты готова к большей нагрузке, раз говоришь, что привыкла к моим заданиям. — Еще больше тренировок? — разочарованно застонала она. — Вот как ты решил отплатить мне за спасение? Но со временем эти занятия стали ее любимыми. Кай оказался кладезем полезной информации, и Алексия с энтузиазмом впитывала все, чему он ее учил. Например, она наконец узнала, как достать поддельные документы, и обзавелась новенькими водительскими правами, где значилось, что ей больше двадцати одного. — Права есть, а машину водить не умею, — пошутила она. — Как и половина водителей на дорогах Чикаго, — ответил Кай с усмешкой. В какой-то момент Алексия осознала, что начала испытывать к нему нечто новое. Это была уже не просто дружба — слишком часто она ловила себя на том, что засматривается на него. Это не было чем-то поверхностным, как ее увлечение Джастином, или чем-то одержимым вроде ее влюбленности в Тайлера. Это было нечто настоящее. Кай отличался от парней, на которых она раньше западала. Он по-доброму относился к ней и никогда не грубил, чем нередко грешили ее прошлые увлечения. Именно это делало его таким особенным, но эта доброта могла быть лишь проявлением вежливости, и Алексия легко могла спутать ее с чем-то большим. Иногда ей казалось, что она замечает в его взглядах, прикосновениях и фразах нечто похожее на взаимность. Эти редкие, едва уловимые намеки заставляли ее сердце биться чаще, а сохранять спокойствие рядом с Каем становилось все труднее. Но каждый раз, когда Алексия начинала верить этим знакам, ее накрывало сомнение — а вдруг ей просто показалось? Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Она не решалась спросить в лоб, понимая, что на кону их дружба и обучение. Она не могла рисковать всем этим ради крохотного шанса на нечто большее, поэтому решила не делать первый шаг в надежде, что, если чувства все-таки ее не обманули, Кай сделает этот шаг сам. Ноябрь пролетел незаметно, и наступил декабрь — месяц, который Алексия терпеть не могла из-за своего дня рождения. Она появилась на свет шестого декабря и каждый год мечтала, чтобы все просто об этом забыли. Родители, однако, считали, что это было отличным поводом для праздника в кругу семьи, и неизменно приглашали Синтию. Лишь в прошлом году Алексия смогла пригласить друзей — Эрнандо и Аманду, но это мало что изменило. Она чувствовала себя никчемной, особенно на фоне одноклассниц, устраивавших в честь шестнадцатилетия настоящий фурор. Та же Рэйчел, к примеру, знала, как сделать из своего дня рождения незабываемое событие: например, на ее шестнадцатилетие Тернер снял загородный дом, а гостей развлекала Карди Би. Ее семнадцатый день рождения оказался не менее впечатляющим: вечеринка прошла на яхте, курсировавшей по озеру Мичиган, а вечером озеро озарили фейерверки едва ли не ярче тех, что запускали четвертого июля. Счастливчики, которым повезло попасть в список приглашенных, с восторгом транслировали происходящее в своих инстаграмах, а обсуждения празднования не стихали еще пару недель. Алексия не планировала праздновать, однако Эрнандо, разумеется, вспомнил о ее дне рождения и позвонил утром до начала уроков, чтобы поздравить. Их дни рождения были рядом, поэтому он никогда о нем не забывал. Несмотря на равнодушие к самому празднику, Алексии было приятно, что Эрнандо про нее не забыл. Позже он подарил ей складной нож, похожий на футляр губной помады — отличный способ протащить с собой оружие незамеченным. Как оказалось, Рэйчел тоже знала о дне рождения, хоть и не подозревала, что подруга не любила его отмечать. О том, что все вышло из-под контроля, Алексия поняла, когда, подходя к своему шкафчику, заметила привязанные к ручке воздушные шарики. Пока она их отвязывала, из-за угла появилась Рэйчел в сопровождении подруг, каждая с новыми шариками в руках, и эта шумная компания, привлекая к себе внимание всей школы, бросилась ее поздравлять. Рэйчел держала в руках кекс с маленькой свечкой и просила поскорее ее задуть, пока не сработала пожарная сигнализация. — Как ты узнала о моем дне рождения? — спросила Алексия позже, когда они, как обычно, обедали вдали от остальных. — В фейсбуке посмотрела. А что? — Я думала, никто не узнает. Не люблю его отмечать. — Тебя Кай заразил? Он тоже не любит и просит ничего ему не дарить, но мы с Рэем, разумеется, всегда это делаем. — А когда у него день рождения? — оживилась Алексия. — Девятнадцатого сентября. — Ну вот, я пропустила. Но теперь буду знать. — Ты даже праздничный ужин не хочешь? — спросила Рэйчел жалобно. Ей казалось немыслимым, что кто-то мог не желать устраивать вечеринку в честь такого важного дня. — Может, в следующем году? — предложила Алексия. — Тогда предупреди заранее! Я устрою такое грандиозное празднование, что ты никогда его не забудешь, — пообещала Рэйчел с энтузиазмом. Но от подарка отвертеться не удалось: Рэйчел отвезла Алексию в Apple Store, объяснив, что хочет подарить ей часы. Та давно мечтала отслеживать пульс во время тренировок и была не против, так что они вместе выбрали подходящую модель. Удивительно, но даже Кай не оставил ее без подарка. Алексии так и не удалось выяснить, откуда он узнал о ее дне рождения. Она совершенно точно не френдила его на фейсбуке — у Кая не было соцсетей. Когда она села в машину, он протянул ей небольшую коробку, завернутую в подарочную бумагу. — Не может быть! — воскликнула Алексия, разворачивая подарок. Внутри оказался набор профессиональных отмычек для взлома замков. Она узнала его сразу — подобный был в арсенале самого Кая, и она пользовалась им на тренировках. Однажды она обмолвилась, что хотела бы иметь такой же. «Поверить не могу, он запомнил! — удивлялась она. — Он и правда запомнил!» — Ты единственная, кто радуется таким подаркам, — усмехнулся Кай. — Подари я нечто подобное Рэйчел — и она бы месяц со мной не разговаривала. — Шутишь? Это лучший подарок на свете! А можно мне пистолет на восемнадцатилетие? — спросила Алексия, усмехнувшись. Кай рассмеялся и ничего не ответил, но и отказываться тоже не стал. Из всех, кого Алексия знала, только он был способен подарить ей нечто настолько безумное. Глава 12 Find a wheel, and it goes ‘round, ‘round, ‘round As it spins along with a happy sound As it goes along the ground, ground, ground ‘Til it leads you to the ones you love And your love will hold you ‘round, ‘round, ‘round In your heart’s a song with a brand new sound And your head goes spinnin’ ‘round, ‘round, ‘round ‘Cause you found what you’ve been dreamin’ of Round and Round, Sia Словно в ответ на многочисленные мольбы о снежном Рождестве Чикаго накрыло снегопадом, какой не видели уже много лет. Городские службы едва успевали расчищать дороги, аэропорты приостанавливали работу, а в центре то и дело возникали гигантские пробки. В новостях все обсуждения сводились к тому, что это результат глобального изменения климата и с каждым годом будет становиться лишь хуже, но жители все равно были рады снегу, особенно дети. Проходя мимо Гарфилд-парка, Алексия замечала множество снеговиков и играющую в снежки ребятню, а на пруду уже вовсю катались на коньках. — Есть планы на Рождество? — поинтересовалась Рэйчел за неделю до начала зимних каникул. — Пока нет, — ответила Алексия. — Я думала об Эрнандо, но мы давно не общались. Если бы он хотел позвать меня к себе, уже давно бы это сделал. Мне кажется, у него появилась девушка. — Серьезно? Как ты это поняла? — Ему явно не до меня, а еще какая-то Нина активно комментирует его фотки в инстаграме. Он ее посты тоже лайкает. А еще она пару раз мелькнула у него в сторис. — О-о-о! Обожаю расследования по лайкам и сторисам! — загорелась Рэйчел. — Парни такие глупые — совсем не шифруются, и их так легко вывести на чистую воду. — Она махнула рукой, будто отметая эту тему. — Но я спрашивала не за этим. Хочешь провести Рождество со мной, Рэем и Каем? — Кай тоже участвует? — Конечно! Последние три года мы празднуем вместе. Рэй готовит свою фирменную рождественскую ветчину с бататом, а я варю безалкогольный пунш. Объедаемся, смотрим фильмы, играем в настолки и обмениваемся подарками. — Звучит классно, — отметила Алексия. — А Рэй не будет против? Все-таки мы до сих пор не знакомы. — Вовсе нет! Он давно о тебе наслышан и будет рад наконец познакомиться. — В таком случае с удовольствием присоединюсь! Если честно, я думала, ты проведешь Рождество с Биллом. — Нет, он обычно уезжает в Нью-Йорк — к бывшей жене и сыну. — Погоди, что?.. У него есть семья? — удивилась Алексия. — Да, ты не знала? Сын уже взрослый, старше Рэя, никогда его не видела, а вот бывшую жену он мне показывал — на свадебной фотографии. Очень миленькая блондиночка. Поженились рано, по залету, десять лет назад развелись, и Билл вернулся в Чикаго. Но, видимо, отношения у них хорошие, раз он до сих пор каждый год к ним наведывается. Наверняка они на его финансовом обеспечении, иначе я бы на ее месте не стала терпеть бывшего в своем доме. — Значит, он будет в Нью-Йорке все праздники? — Нет, вернется к Новому году, это же традиция. Постой-ка… — Рэйчел сделала паузу и прищурилась. — О традиционной новогодней вечеринке в загородном доме Билла, на которую зовут всех-всех, тебе тоже никто не рассказывал? — Нет, — с наигранным раздражением ответила Алексия. — Ты ведь прекрасно знаешь, что кроме тебя мне об этом никто не расскажет. — Прости, вечно забываю, что на Кая в таких делах полагаться нельзя, — усмехнулась Рэйчел. — В общем, у Билла в Уиннетке громадный загородный дом. Он проводит там большую часть выходных и все праздники. Еще у него есть роскошная квартира на Линкольн-Парк, где он живет по будням — ездить каждый день из Уиннетки в офис неудобно, — но жить за городом ему нравится больше. И каждый год он устраивает вечеринку для всей банды, чтобы вместе встретить Новый год, поблагодарить всех за работу и напиться. В общем, это что-то вроде новогоднего тимбилдинга. Тебе будет полезно прийти и со всеми познакомиться, раз планируешь работать на Билла. — Эрнандо мне об этом не рассказывал. Рэйчел фыркнула, услышав его имя. — Таких, как Эрнандо, не зовут, — произнесла она, едва сдерживая пренебрежение. — Не дорос еще до такого уровня и вряд ли когда-нибудь дорастет. Даже не всех координаторов зовут — только тех, кто давно в деле и приносит хорошие деньги. В основном там партнеры из адвокатской конторы, друзья и ребята из банды, но тоже не все — только самые приближенные. За себя не переживай: я уже спрашивала у Билла, можно ли тебя позвать, и он не против. — Кай и Рэй тоже будут? — спросила Алексия, хотя ее интересовал только Кай. — Рэй — да, он такие вечеринки не пропускает, а вот Кай скорее застрелится, чем появится там. Такие тусовки не для него — уж слишком свободная там атмосфера: алкоголь, наркотики, случайные связи. До откровенного треша, как у рэперов, не доходит, конечно, но достаточно разнузданно, чтобы Каю хотелось держаться от всего этого подальше. Алексия удивленно вскинула брови. Она и не подозревала, что Тернер был способен устраивать такие вечеринки, и на миг задумалась, не лучше ли было и ей остаться дома. — Слушай, — задумчиво спросила она, — а как Билл и Рэй относятся к тому, что ты тоже там будешь? Ты ведь несовершеннолетняя. Рэйчел лишь усмехнулась: — Не переживай, наш с тобой возраст никого волновать не будет. Биллу плевать, что я пью алкоголь, а веществами я не увлекаюсь. Уверена, Рэй будет за мной приглядывать, но он давно уяснил, что пытаться запрещать мне посещать вечеринки Билла бесполезно. Алексия нахмурилась и спросила: — А если кто-то начнет приставать? — Не начнет. Билл прекрасно понимает, что если позовет только своих людей, получится мальчишник, поэтому приглашает эскортниц, чтобы никто не скучал. Отличить их от остальных гостей несложно: они всегда вызывающе одеты и носят одинаковые золотые подвески в виде ключа, а если кто переберет алкоголя и перепутает тебя с одной из них, достаточно дать знак охране. Билл на безопасности не экономит: в каждом помещении всегда есть люди, готовые вмешаться и быстро навести порядок, если кто-то вдруг решит испортить вечер. Но такое бывает крайне редко. Рэйчел вдруг что-то вспомнила и хихикнула, а затем добавила: — Помню, один гость полез к подружке Билла. Она так напилась, что вроде бы и не возражала. Дальше поцелуев дело не дошло, но когда все вскрылось, ее тут же выставили на мороз, даже такси не вызвали. Глупая, конечно, что тут скажешь. Зато гость оказался джентльменом — подбросил ее до города. Кажется, он был из адвокатской конторы Билла и в итоге тоже остался без работы. Так что эти вечеринки не только повод повеселиться, но и своеобразная проверка на адекватность. — Получается, другие девушки Билла тоже будут? — Конечно, куда ж без них, — ответила Рэйчел, раздраженно вздохнув. — Будут все. — Много их у него? — На прошлой вечеринке была я и та, которую выставили. В этом году появились две новые. Одну ты точно видела — работает секретаршей у Билла. — Рыженькая? — Нет, рыжая по уши влюблена в Кая, — усмехнулась Рэйчел. — Я про вторую, брюнетку, ее Элисон зовут. Слышала, Билл недавно расстался с ней, и хочу расспросить подробности. Хотя, может, ее и не пригласят теперь. Зато рыжая точно будет — симпатичных сотрудниц зовут даже с нижних позиций. — А разве эскортниц недостаточно? — Достаточно, просто некоторые сотрудницы приходят с определенным расчетом, например, чтобы подцепить богатого мужа. Элисон, к примеру, привлекла внимание Билла как раз на прошлой вечеринке. А рыжая, бедняжка, наверняка опять надеется встретить Кая. Представляешь, в прошлом году на полном серьезе подкатила ко мне и давай о нем расспрашивать: есть ли у него девушка, как давно мы знакомы, не спрашивал ли он о ней. Кажется, даже пыталась набиться в подружки. — Ну и наглая, — удивилась Алексия, чувствуя, как предательски участился пульс. Было неприятно слышать о сопернице, ведь та рыжая секретарша была хороша собой. — Каю говорила? — Конечно нет, — фыркнула Рэйчел. — С чего бы? Я не лезу в его дела, пусть сам с ней разбирается. Алексии не хотелось продолжать говорить на эту тему, и она поспешила спросить: — Ты говорила, у Билла две подруги. Первая — Элисон, а вторая? — Дарла, — прошипела Рэйчел с презрением. — Просто невыносимая стерва. Надеюсь, станет потише, когда повзрослеет. — А сколько ей? — Такая же школьница, как и мы, — поморщилась Рэйчел. — Хотя нет, старше меня на год. Получается, уже закончила школу, а ведет себя как типичная чирлидерша из сериалов — ужасно заносчивая. Думает, раз спит с Биллом, все вокруг должны пресмыкаться. Я ее просто не выношу. Уверена, Билл тоже не станет долго ее терпеть — он уже пару раз жаловался мне на ее истерики. С трудными девочками у него разговор короткий. Он завел себе гарем не для того, чтобы ему выносили мозг. Я вот с ним всегда ласковая кошечка — я умею смотреть наперед. — А сколько девушек у него бывает одновременно? — Вряд ли есть лимит, но больше трех никогда не видела, — ответила Рэйчел. — Дарла появилась весной, на месяц позже Элисон. Может, случаются временные интрижки, о которых я не в курсе. — Получается, ты с ним дольше всех? — Да, уже три года. — И никто, кроме тебя, не смог зацепить его так надолго? Похоже он в тебя влюблен. Рэйчел вздохнула, словно наивность Алексии ее умилила. — Нет, точно нет. Дело не в этом. Ему просто со мной комфортно: я не выношу мозг, попросил приехать — я все отменила и приехала. К тому же от меня толк не только в постели — я ведь работаю, а остальные просто тянут деньги. Ну, кроме Элисон — она тоже работает. Будь он в меня влюблен, я бы была единственной. — Рэйчел ненадолго о чем-то задумалась, прежде чем продолжить: — Помню, два года назад у него появилась девчонка, Эль. Он так ею увлекся, что несколько месяцев не приглашал меня к себе. Хорошо хоть деньги продолжал давать. Все это время он больше никем не интересовался. — Но, судя по всему, и ее в итоге бросил? — А вот это очень интересный вопрос! Она просто куда-то пропала, — задумчиво произнесла Рэйчел. — Ее, кстати, какое-то время тренировал Кай, но, как я поняла, лишь зря потратил время — ей все это оказалось не интересно. Я у него спрашивала, куда делась Эль, но Кай тоже не в курсе. Как в воду канула. — А Билла спрашивала? — Разумеется. Сказал, чтобы не лезла в это дело. Мне кажется, кончила она плохо. По телу Алексии пробежали мурашки. Она вспомнила слова Эрнандо о девушке, которую якобы закатали живьем в бетон. Слушать об этом как о какой-то байке было одно, но если представить, что подобное произошло с реальным человеком, становилось уже не до смеха. «Может, она отказалась отработать обучение, как тот парень, которого продали на органы?» — подумала Алексия, и это заставило ее внутренне сжаться. Но, осознав, что лишь накручивает себя такими мыслями, она постаралась выбросить их из головы. Прятать голову в песок казалось проще, чем пытаться взглянуть в лицо неприятной правде. Вскоре у нее не осталось времени думать ни о чем другом, кроме праздничных хлопот. Это было первое Рождество, которое она отмечала не в кругу семьи. Раньше они с родителями ездили на зимние каникулы к Синтии в Спрингфилд, и Алексия терпеть не могла эти поездки. Она всегда мечтала поскорее вырасти, чтобы иметь возможность от них отказываться, но так как два года назад отец с Синтией серьезно повздорили, прошлое Рождество она провела в Чикаго, и это было потрясающе. Синтия звонила в начале декабря и предлагала провести праздники вместе в Спрингфилде, но Алексия соврала, что уже пообещала то же самое семье друзей. — Может, хотя бы на день приедешь? В Спрингфилде будет рождественская ярмарка, — упрашивала Синтия. — Увы, не получится. Мы едем в Villa Olivia кататься на лыжах. Вернусь к самому началу учебы, — выкрутилась Алексия, вспомнив, что именно туда обычно ездила семья Аманды. В этот раз ей удалось избежать поездки, но становилось ясно, что Синтия не оставит своих попыток — уж слишком слезливо она упрашивала, что было на нее совсем не похоже. На миг Алексии даже стало жаль бабушку, но стоило вспомнить, как трудно жилось в ее доме, как жалость тут же испарялась. За день до Рождества, не дождавшись ни единой весточки от Эрнандо, Алексия решила позвонить ему сама. Он не взял трубку и перезвонил лишь вечером. — Здарова! — начал Эрнандо бодрым тоном. — Тебя как, поздравлять с Рождеством, или ты из тех воинствующих атеистов, кого поздравление может оскорбить? — Ничего не имею против твоего поздравления, Нандо. Feliz navidad! — Спасибо, и тебя. Слушай, тебе есть с кем отметить? — Да, Рэйчел позвала меня к себе. А что? — Да так… Просто не подумал сразу. Ты ведь одна теперь, вдруг не с кем. В конце концов, это семейный праздник. А к себе не звал, потому что мы не отмечаем — мама уехала к сестре в Такому, а я останусь в Чикаго и буду зависать у друзей, но могу взять тебя с собой, если хочешь. Хотя на мой день рождения ты не пришла, и я, если честно, решил, что ты и в этот раз откажешься. Алексия поморщилась. Она действительно отказалась прийти на его день рождения, который был в конце ноября, опасаясь, что друзья Эрнандо — его коллеги или клиенты — могли предложить ей алкоголь или даже наркотики. Теперь становилось ясно, что он воспринял ее звонок как попытку найти себе компанию на Рождество, и эта мысль вызвала у нее раздражение. — Не беспокойся, — ответила она сухо. — Я позвонила, чтобы узнать, как поживаешь. — О, у меня все просто офигенно! — с энтузиазмом заявил он. — Нарисовались кое-какие дела, но обо всем расскажу, как все устаканится. Не хочу хвастаться раньше времени. — Оу, буду ждать, — ответила Алексия, стараясь скрыть любопытство. Она не могла не подумать, были ли эти дела связаны с Ниной, все еще активно комментирующей его посты в инстаграме. Несмотря на отсутствие романтических чувств к Эрнандо, мысль о другой девушке вызвала легкую волну ревности. Это было странно: она ведь наоборот должна была ощутить облегчение, если у него и правда появилась девушка, ведь в этом случае их дружбе уже ничего бы не угрожало. — А Новый год с кем встречаешь? Тоже с Рэйчел? — Да, но не только с ней. Билл собирает всех у себя в загородном доме. Его секретарша вчера прислала приглашение, и я ответила, что буду. Эрнандо быстро свернул разговор, даже не спросив, как у нее дела, и не поделившись своими новостями. Алексии показалось, что он утратил к ней интерес, и это лишь усилило ее раздражение и ревность. Она твердо решила больше не звонить ему первой: раз он ведет себя так, пусть теперь сам проявляет инициативу. Алексия договорилась с Каем, что в канун Рождества он заедет за ней около четырех вечера. В этот день они не тренировались — он дал ей небольшой отпуск, так что к обучению она планировала вернуться только после Нового года. Наряжаться не стала — Рэйчел сказала, все будут в домашнем, но слегка накрасилась. Постепенно макияж и уход за кожей стали для нее привычной частью ежедневной рутины. Вместо того чтобы покупать подарки каждому, Рэйчел предложила устроить Тайного Санту. Узнав, что ей предстоит выбрать подарок для Рэя, Алексия немного растерялась. Она почти ничего о нем не знала, кроме того, что он учился на врача и увлекался мотоциклами. Рэйчел ее успокоила, сказав, что не стоит ломать голову — подарки обычно были связаны с рождественской тематикой, поэтому Алексия купила теплый шарф с праздничными узорами, добавила сладостей и упаковала все в подарочную коробку. В назначенное время за ней заехал Кай, и по слегка припорошенной снегом дороге они направились к Рэйчел. Та жила в Нир-Норт-Сайде, недалеко от Мичиган-авеню, в одной из высоток. На первом этаже располагался фитнес-центр с бассейном и сауной, а также ресторан и уютное фойе с мягкими диванами. Квартира Рэйчел поражала размерами: там была огромная гостиная, совмещенная с кухней, просторная спальня, гостевая комната, кабинет и два санузла. Из панорамных окон гостиной открывался роскошный вид на вечерний город, а ее центральным элементом была огромная елка высотой не меньше восьми футов, украшенная мерцающими гирляндами и блестящими шарами. Комнату заполнял аромат свежей хвои. — Рэй еще в пути. Пока ждем, давай покажу квартиру, — предложила Рэйчел. Кай устроился на диване и погрузился в чтение книги с телефона, так что девушки отправились осматривать жилище вдвоем. Гостевая спальня с прилегающей к ней ванной была стандартной и не вызвала у Алексии особого восторга, а вот комната Рэйчел пришлась по душе. Светлые стены и яркие акценты в текстиле и картинах создавали ощущение уюта. — Очень красиво, — отметила Алексия, оглядываясь. — Спасибо, — улыбнулась Рэйчел. — А здесь гардеробная. — Сколько места! Не то что моя нора. У тебя тут даже окно есть! — Да, мне нравится проводить здесь время. А там ванная с джакузи, — добавила Рэйчел, указывая на соседнюю дверь. — И выход на террасу. Летом часто сижу там с бокалом чего-нибудь вкусного. Балкон Алексии казался крошечным в сравнении с этой просторной террасой. Здесь располагались два лежака и низенький столик, но все было укрыто снегом, так что выходить туда они не стали. Наконец, очередь дошла до кабинета. — Это моя любимая комната, — объявила Рэйчел и указала на письменный стол. — Узнаешь? Копия стола Билла из его кабинета, цельное дерево. Можно сказать, мой маленький офис. — А это? — спросила Алексия, указывая на бильярдный стол, занимавший центр комнаты. — Квартира сдавалась вместе с ним, и я решила не убирать. Рэй и Кай иногда играют, а мне не мешает. Да и смотрится стильно. — В этот момент телефон Рэйчел издал короткий сигнал, и она обрадованно воскликнула: — О, Рэй приехал. Отлично, все наконец в сборе. — Что написал? — поинтересовалась Алексия, заглядывая ей через плечо. — Это было уведомление из Find My, — пояснила Рэйчел. — Год назад я почти месяц уговаривала Кая и Рэя начать делиться со мной локацией. — Зачем? — Потому что я дико волновалась всякий раз, когда они уходили работать — хотела знать, где они, если что-то пойдет не так. Со временем они тоже это оценили — Рэю гораздо спокойней, когда он видит, что по вечерам я дома. — Рэйчел глянула на телефон в руках Алексии и вдруг спросила: — У тебя же тоже айфон? Давай добавлю в друзья! Тоже будем видеть локацию друг друга. — Эм-м-м… ну, хорошо, — ответила Алексия, испытывая легкую неловкость от ее предложения. Она подумала о том, что было бы здорово видеть локацию Кая — после недавних событий, связанных с его ранением, она все чаще испытывала за него тревогу, но просить о таком не посмела бы — это выглядело бы слишком навязчиво. Раздался звонок в дверь. Рэйчел оказалась права — это действительно был Рэй. Он вошел в квартиру, держа в руках большой пакет. Он был похож на себя с фотографий Рэйчел, разве что волосы были чуть длиннее и почти касались плеч. Рэй был одет в кожаную куртку и узкие черные джинсы — весь его образ навевал на мысли о рокерах. — Наконец-то встретились! Приятно познакомиться, я Рэй, — произнес он, протягивая Алексии ладонь. — Мне тоже, — ответила она, пожимая руку. Та оказалась неожиданно теплой, несмотря на то что Рэй, судя по всему, попал под снег — кончики его волос были влажными. — И как не боишься в такой снег гонять на мотоцикле, — проворчала Рэйчел, позволив ему себя обнять. Она забрала у Рэя пакет и понесла на кухню, пока тот разувался. Она запрещала ходить по полу в уличной обуви, но это было не страшно — полы в ее квартире были теплыми. — Осторожней с пакетом — там кастрюлька с самым ценным! — предупредил Рэй. — Всю ночь настаивалась! Алексия догадалась, что речь шла о его знаменитой ветчине. Разувшись, он подошел к Каю, чтобы поздороваться. — Как рука? — Заживает. — Кстати, давно хотела спросить: почему в ту злополучную ночь ты так и не ответил на звонок Кая? — поинтересовалась Рэйчел. — Учиться на врача в Иллинойском университете — это тебе не воробушкам кукиши показывать, Рэйчи, — вздохнул Рэй. — Я выбиваю доступы к экзаменам, готовлюсь к тестам, чтобы не вылететь, и сплю по пять часов в день. Забыл поставить телефон на зарядку и вырубился. Кто ж знал, что именно в этот день Кая решат подстрелить? Я вообще думал, он в отпуске прохлаждается. Рэйчел выглядела недовольной таким оправданием, а вот Кай оставался совершенно спокойным, хотя именно его жизнь тогда находилась под угрозой. Рэй и Рэйчел отошли на кухню, чтобы заняться каждый своим блюдом: Рэй — ветчиной, а Рэйчел — пуншем. Алексия, предложив помощь и получив отказ, устроилась на диване, не зная, чем себя занять. Кай все это время был погружен в чтение, и она постеснялась его отвлечь, однако он вдруг заговорил сам: — Готовься: пунш будет готов через полчаса, Рэй к тому моменту уберет ветчину в духовку, и настанет время Форреста Гампа. — О да, Рэйчел мне уже все уши прожужжала. Из кухни донесся вскрик, а затем смех Рэйчел: Рэй, ухмыляясь, сделал вид, что нападает на нее с ножом, когда она в очередной раз упрекнула его в том, что он не ответил на звонок Кая, а значит, и на ее звонок не ответит, если с ней что-нибудь случится. Кай и Алексия некоторое время молча наблюдали за этой сценой. — Я думал, ты будешь отмечать с Эрнандо, — произнес наконец Кай, нарушая тишину. — Он будет с друзьями. И, если честно, я рада быть здесь. Никогда раньше не бывала у Рэйчел. А ты где живешь? — Недалеко от тебя, в Нир-Вест-Сайде. Но моя квартира не такая роскошная — мы с Рэем живем гораздо скромней. — Вам и не приходится строить из себя богатенькую наследницу в инстаграме, — пошутила Алексия, вызвав у него улыбку. — У тебя своя квартира или в аренде? — В аренде. Пока не решил, хочу ли оставаться в Чикаго. Рэйчел мечтает купить дом на троих где-нибудь на северном побережье Калифорнии, а меня жизнь в коммуне как-то не прельщает. — Забавно, — улыбнулась Алексия, — мы с Эрнандо тоже думали обзавестись жильем на двоих, но скорее из практичности — вместе проще выживать. Кай сделал паузу, прежде чем спросить: — А вы с ним просто друзья или… Сердце Алексии замерло, а затем забилось чаще. Ей очень хотелось, чтобы он интересовался этим не просто из вежливости. — Просто друзья. Казалось, он чуть расслабился, услышав ответ, но Алексия не была уверена, не выдавала ли желаемое за действительное. — Я бы даже сказала, он мне как брат, — добавила она, встретившись с Каем взглядом. На мгновение между ними повисло молчание, и никто не спешил отвести глаза, словно этот зрительный контакт говорил больше, чем могли бы сказать слова. — Это хорошо, — произнес Кай наконец. Фразу можно было трактовать по-разному, но Алексия, конечно же, надеялась, что он испытал облегчение, узнав, что Эрнандо не был ему соперником. Разговор прервала Рэйчел, неожиданно севшая между ними. Она обняла обоих за плечи и оставила на щеке каждого по поцелую. Алексия удивилась тому, как легко и естественно это выглядело, особенно в отношении Кая. На долю секунды она ощутила укол ревности, но это чувство мгновенно испарилось в тот момент, когда Кай с видом усталого смирения закатил глаза. — Уже выпила? — спросил он. — Всего полбокала вина, — ответила Рэйчел, изобразив невинность, а затем, повернувшись к Алексии, пояснила: — Я не из вашей безалкогольной секты, но из уважения к вашей вере каждый год варю безалкогольный пунш. — Спасибо, мы очень ценим твою жертву, — ответил Кай с улыбкой. Рэйчел, хихикнув, потрепала его по щеке. — Вам точно не нужна помощь? — уточнила Алексия, чувствуя неловкость из-за того, что сидит без дела, пока другие заняты готовкой. — Не переживай, кухня — это территория исключительно для Дабл Рэев, — ответил Кай. — Меня они туда тоже не пускают, так что я давно перестал предлагать помощь. Рэйчел шутливо толкнула его локтем в бок, а затем вскочила и, пританцовывая, вернулась на кухню. Алексия заметила, как та схватила бокал с красным вином и сделала глоток. Из кухни доносился насыщенный аромат чего-то чесночного, и Алексия вдруг ощутила легкий голод. Кай вернулся к книге, и она тоже уткнулась в телефон, не зная, как завязать новый разговор. Наконец ветчина отправилась в духовку, Рэй дотащил кастрюлю с пуншем до столика у дивана, а Рэйчел раздала всем по бокалу. Под волшебные ароматы томящейся в духовке ветчины компания приступила к просмотру Форреста Гампа. Алексия не смогла бы однозначно сказать, понравился ей фильм или нет. Ее увлекла задумка: было интересно наблюдать за тем, как главный герой оказывается в центре значимых исторических событий, но она сомневалась, что когда-нибудь захочет его пересмотреть. Интересней всего оказались шутливые комментарии Рэя. Ветчина томилась в духовке почти четыре часа. За это время первая партия пунша исчезла без следа, и Рэйчел приступила к приготовлению новой. Рэй тоже пил пунш, а вот Рэйчел отдавала предпочтение вину, и было заметно, как она понемногу хмелела. В ожидании главного блюда компания потихоньку расправлялась с закусками и играла в Монополию. Хоть Рэйчел и была пьянее всех, именно она в итоге всех и обанкротила. — Алекс, сфоткай нас! — попросила Рэйчел, усаживаясь к Рэю на колени. Тот не возражал и тут же включился в игру: — Ах да, наш традиционный рождественский фотосет, любимая, как я мог забыть! — воскликнул он шутливо, приобнимая Рэйчел за талию. Они дурачились и хохотали, выглядя при этом совсем не как влюбленные, но, если бы Алексия не знала правду, наверняка купилась бы на эти фото. — А теперь селфи вчетвером! — объявила Рэйчел, просмотрев получившиеся фотографии и оставшись довольной результатом. — Кай, обними Алекс, прошу тебя. — Так я и думал, — проворчал он, закатывая глаза, однако, к удивлению Алексии, и не подумал отказываться — спокойно придвинулся ближе и обнял ее. Возможно, ему просто не хотелось препираться с Рэйчел — иногда было проще уступить ей, чем спорить. От того, как естественно его рука легла на талию Алексии, у нее сбилось дыхание. Его нога едва заметно прижалась к ее бедру, и это прикосновение вызвало мурашки. Становилось сложнее скрывать свои эмоции — казалось, любой мог с легкостью прочесть их по ее лицу. Рэйчел и Рэй устроились рядом, и Рэй вытянул руку, чтобы сделать несколько снимков. Алексия старалась держаться спокойно и пыталась позировать, но все ее внимание было сосредоточено на том, как близко был Кай. Она осторожно обхватила его за шею одной рукой и чуть виновато улыбнулась, когда он на нее посмотрел. Его взгляд оставался спокойным, будто он был не против ее объятий. Но все быстро закончилось. Как только фотографии были сделаны, Кай вернулся на свое прежнее место, а Рэйчел принялась просматривать снимки, собираясь выложить наиболее удачные в инстаграм. — Повезло вам — вы отстрелялись, а мне еще на день святого Валентина любовь изображать, — простонал Рэй и получил от Рэйчел тычок в бок. — Когда у нас там по плану расставание, кстати? — Этим летом, — ответила Рэйчел. — Думаю, в колледже прикрытие мне не понадобится. Рэй оказался весьма разговорчив: охотно делился байками из прошлого, вспоминал, как познакомился с Каем и Рэйчел, и рассказывал об их совместных похождениях, которые зачастую были связаны с нарушением закона. Какие-то истории Алексия уже слышала от Рэйчел, но большинство были для нее новыми. Ей было приятно узнавать больше о прошлом Кая и Рэйчел. Кай, по обыкновению, больше слушал, чем говорил, но не было похоже, чтобы он скучал — ему явно было комфортно в обществе Алексии и Дабл Рэев, и к телефону он больше не притрагивался. Рэйчел не хотела ждать утра, поэтому подарками обменялись до ужина. — Охренеть, я только на днях жаловался, что шея мерзнет, пока еду на мотоцикле! — воскликнул Рэй, с удивлением разглядывая подарок. — Санта, спасибо, что услышал! — добавил он, театрально взглянув в потолок. — О, вижу твой завистливый взгляд, Рейчи, но увы — этот шарфик и конфеты мои. Самой Алексии досталась коробка от Рэйчел — пара теплых носков с рождественскими узорами и стеклянный флакончик с туалетной водой. Долгожданная ветчина была наконец готова, и несмотря на то, что Алексия уже успела налопаться закусок, ветчина пахла так соблазнительно, что место в желудке нашлось само собой. Рэй сорвал аплодисменты и многочисленные заверения в наличии превосходных кулинарных талантов. — Клянусь, если Гордон Рамзи попробует это, то уйдет из профессии, оставив тебе все свои рестораны, — заявила Рэйчел. — Вот только ресторанов мне не хватало, — застонал Рэй. — Я и так почти не сплю из-за учебы. Но, очевидно, ему было приятно все это выслушивать. Компания просидела до часу ночи и лишь потом отправилась спать. Рэйчел предложила Алексии лечь в своей комнате — ее кровать была достаточно широкой для двоих. Бросив монетку, Рэй и Кай решили, кто где будет спать: Рэю досталась гостевая комната, а Каю — гостиная. В отличие от дивана в квартире Алексии, диван Рэйчел был достаточно широк, чтобы разместиться с комфортом. Рэйчел уснула быстро, а вот Алексия ворочалась. Сон не шел, и она решила сходить на кухню, чтобы выпить воды. Войдя в гостиную, она увидела, что Кай тоже бодрствовал. — Не спится? — спросил он. Алексия кивнула. Налив себе воды, она подошла к нему и села в соседнее кресло, наблюдая за огнями ночного города. Отсюда Чикаго казался огромным и недремлющим. Глядя на него сверху вниз, она почти физически ощущала, как далеко было отсюда до ее обычной жизни. Это был совсем иной мир — слишком роскошный, слишком киношный. В какой-то момент Алексия осознала, что завидует Рэйчел. Возможно, если она будет очень стараться, то станет такой же опытной, как Рэй и Кай, и будет каждый месяц зарабатывать шестизначные суммы, чтобы иметь возможность жить в такой же роскошной квартире. Но для этого придется замарать руки. Легко говорить, что готова убить Хайнеманна, когда еще ни разу никого не убивала. «Интересно, а как начинали Кай и Рэй? — задумалась она. — Вряд ли им всегда так хорошо платили. Сколько времени прошло, прежде чем они окончательно втянулись? И сколько на это потребуется мне?» — Как ты попал на работу к Биллу? — решила задать вопрос Алексия. Она не хотела отвлекать Кая от чтения, но, бросив на него взгляд, увидела, что он не читал, а смотрел на нее, поэтому и спросила. Он вздохнул, явно не желая погружаться в эту тему, и на мгновение отвел взгляд, будто раздумывая, стоит ли отвечать, но спустя несколько секунд все же заговорил: — Я уже рассказывал о Робе, друге Билла. Он жил по соседству, и я знал его всю жизнь. Отца у меня не было — бросил мать, когда она забеременела, я с ним не знаком, так что Роб заменил мне и другим беспризорным парням нашего района отца. Жены у него не было, но он всегда хотел детей, так что в некотором роде детьми для него стали мы. — И он учил вас тому, чему теперь меня учишь ты? — Не сразу. Сначала помогал, когда к нему обращались с разными проблемами — починить велосипед или натянуть струну на гитару, потом стал делиться простейшими бытовыми советами. Мы были беспризорниками, никто нас этому не учил, поэтому Роба любили все. По мере взросления понадобились и другие навыки, например, как защитить себя в драке. Однажды Роб вывез меня, Рэя и еще пару парней в лес, чтобы пострелять из ружья. В Вест-Сайде тебе в любой момент могли бросить вызов, и Роб учил нас выживать. — А потом свел с Биллом? — Типа того. Изначально Роб нигде не работал и жил на военную пенсию. Несмотря на боевые заслуги, пенсия была небольшой, и он подыскивал работу. Билл долгое время жил в Нью-Йорке и помогал управлять бизнесом, связанным с наркотиками, но не сошелся с кем-то характерами и вернулся в Чикаго, однако сохранил связи и начал строить здесь собственный бизнес. Они с Робом возобновили общение, и Билл, насмотревшись на Хайнеманна, загорелся идеей рекрутировать парней для защиты бизнеса и выполнения сторонних заданий, где требовалась грубая сила. В первую очередь Роб стал присматриваться к парням нашего района, отобрал лучших и начал платить им за простую работу. Это были смешные деньги, но мы и двадцатке были рады. — Какую работу он вам давал? — Стоять на стреме, отвлекать копов, участвовать в мелких кражах, бегать по разным поручениям. Постепенно сложность работы, как и ее оплата, росли, и нас все чаще привлекали к разбою, выбиванию долгов, запугиванию, вымогательствам, а потом и к убийствам. Денег стало больше, и я думал бросить школу, но Роб заставил меня и других парней доучиться — просто на всякий случай. Мне это в итоге пригодилось для сертификата NCSF. Вообще Роб во многом помог нам не пуститься во все тяжкие — от безнаказанности и власти было легко словить кураж. — Только не говори, что тебя это тоже коснулось, — удивилась Алексия. — Да я даже в то, что ты мог кого-то убивать, едва верю. Кай усмехнулся. Ответил он не сразу. — Всякое бывало, и словами это не передать, но, может, однажды сама почувствуешь. Причастность к криминальному миру… пьянит. Она дает тебе власть — над ситуацией, людьми, над чужими жизнями. Будто наркотик. Власти никогда не бывает достаточно — всегда хочется еще. Он слегка наклонился вперед и уперся локтями в колени, а его голос стал чуть тише, но от этого не менее убедительным. — В какой-то момент начинаешь понимать, что тебе больше не страшно. Что можно творить что угодно — и никто не остановит. Это опасное чувство, оно тебя меняет. Помнишь, как я говорил, что после смерти Роба Билл начал устранять конкурентов? — Алексия кивнула. — Этим занималась небольшая группа, в том числе я, Рэй и Джастин. Я вызвался сам, потому что мечтал отомстить всем, кто мог быть замешан в смерти Роба — так сильно он был мне дорог. И неважно, что мы не знали, кто именно его заказал — я верил, что поступаю правильно, и чувствовал, что имею на это право, потому что обладаю властью. «Лучший стрелок Билла — так его назвал Джастин, — вспомнила Алексия. — Если они работали вместе, то знали о навыках друг друга не понаслышке». — А как ты стал ментором? — спросила она спустя небольшую паузу. — Билл предложил. Те два огнестрельных ранения — в ногу и плечо — я получил как раз когда мы устраняли его конкурентов. Из-за травмы пришлось оставить работу на полгода, и я не знал, куда себя деть: у меня были деньги и тонна свободного времени, но счастливым я себя не чувствовал. Предложение Билла мне неожиданно зашло, и я начал изучать различные тонкости, связанные с работой, стал больше читать, записался в секцию по боксу и пошел учиться на тренера вместе с Рэем. — Получается, ты нашел свое призвание? — Возможно. Но я часто думаю о будущем и о том, чем бы занимался, если бы не Роб. Умею ли я что-то еще? Если честно, я надеялся, что год без работы поможет мне это понять. Его слова эхом отозвались в голове Алексии, заставляя задуматься о собственном будущем и желании отомстить. Это чувство преследовало ее, придавало сил, но теперь она впервые задалась вопросом: а что будет потом? Не приведет ли это к таким же проблемам, с какими столкнулся Кай? Алексия колебалась, раздумывая, стоит ли задавать свой следующий вопрос. Она не знала, как он отреагирует, и боялась, что это может нарушить то хрупкое чувство доверия, возникшее между ними, но любопытство взяло верх, и она наконец спросила: — Ты жалеешь о том, что делал? Кай посмотрел на нее со всей серьезностью, и его взгляд задержался на ее лице на несколько секунд дольше, чем обычно. — Нет, — ответил он наконец и сделал паузу, словно обдумывая, как лучше выразить свои мысли. — Долгое время я был среди тех, для кого такая работа — норма. Никто не смотрел на нее, как на что-то ужасное. Я, конечно, не горжусь тем, что делал, но и сожалеть… какой смысл? Это просто работа. Грязная, опасная, презираемая, но хорошо оплачиваемая. И, если честно, не знаю, чем еще мог бы заниматься. — Ты можешь тренировать других, — предложила Алексия. Кай ненадолго задумался. — Может, ты и права. Просто… я еще не готов принять решение. Алексия кивнула. Оба замолчали, и она ушла в раздумья. За последние несколько месяцев ее жизнь изменилась до неузнаваемости. Сможет ли она теперь представить себя в обычной жизни? И была ли у нее вообще жизнь, к которой она могла вернуться? Мысли невольно переключились на Кая. «Какой выбор он сделает? — задумалась Алексия. — И найдется ли там место для меня?» — Слушай, ты ни разу не упомянул свою мать. Как она отнеслась ко всему этому? — Она ничего не знала, да и вряд ли бы ее это заинтересовало — она была алкоголичкой, а потом подсела на наркоту. Умерла от передоза, когда мне было пятнадцать. Думаю, ей было глубоко наплевать, чем я занимался, и, если честно, когда она умерла, я едва ли что-то почувствовал. Мы не были близки. Смерть Роба ударила по мне гораздо сильнее. Единственное, за что могу ее благодарить — я долго не решался пробовать наркотики и алкоголь, не хотел стать как она. — Так ты все-таки пробовал? Кай вдруг рассмеялся. — Конечно. Думаешь, я святой? Могу раз в год выкурить косяк. Не переживай, я не какой-то там зожный сектант, но в целом стараюсь ничего не употреблять. И тебе того же советую. Они говорили еще некоторое время, обсуждая будущее и вспоминая прошлое. Алексия тоже поделилась с ним некоторыми своими тревогами и сожалениями. Она ощутила, как между ними установилась некая связь, нечто большее, чем просто дружба. Наконец, когда разговор иссяк, она вернулась в кровать к Рэйчел, стараясь ее не разбудить. Лежа в постели, Алексия прокручивала в голове их с Каем беседу. Это был самый искренний разговор за все время их знакомства — никогда ранее он не позволял себе быть рядом с ней таким откровенным. Она вспоминала каждую деталь — его слова, взгляды, интонации, — пытаясь уловить хотя бы намек на взаимность. Это чувство было одновременно волнующим и пугающим. Она не знала, как будут развиваться их отношения дальше, но становилось ясно одно — как прежде уже не будет. И Алексия была готова принять его прошлое и его самого целиком, со всеми светлыми и темными сторонами. Единственное, что ее беспокоило — как дать понять, что она хотела большего, чем просто дружба? Хотел ли Кай того же? Алексия маялась от этих мыслей еще некоторое время и сумела уснуть лишь когда усталость наконец взяла верх. Глава 13 All you gotta do is die a little, die a little Die a little to survive Help me take my precious time All you gotta do is cry a little, cry a little Cry a little to be fine Help me figure out my mind Die a Little, YUNGBLUD Алексия и подумать не могла, что ей будет так не хватать тренировок, но больше всего, конечно же, она скучала по Каю. Они не связывались всю неделю от Рождества до Нового года, и это расстраивало, но писать ему первой она не рискнула — решит еще, что навязывается. Рэйчел и Алексия вновь наведались на Мичиган-авеню, чтобы прикупить наряды к вечеринке Тернера. Платила Рэйчел, и Алексии пришлось с этим смириться, так как в приглашении был указан дресс-код, а подходящего платья у нее не было. В день вечеринки они собрались у подруги дома и помогли друг другу нарядиться и накраситься. В тот вечер, в отличие от Рождества, нужно было выглядеть на все сто. Покончив со сборами, они сели в машину и в половину десятого были уже на месте. Внутри гремела музыка, тут и там сновали официанты в накрахмаленных рубашках, а гости угощались напитками и закусками. Приглядевшись, Алексия заметила, что на подносах была не только еда. — Тот белый порошок — это то, о чем я думаю? — спросила она у Рэйчел. — О да. А те разноцветные круглые штуки — не конфеты, так что будь осторожна. Тернер не забывал о безопасности даже тут: прежде чем войти, Алексии и Рэйчел пришлось пройти досмотр. К счастью, в этот раз сумки и телефоны никто не забирал, но в каждой из комнат Алексия замечала охрану, словно Тернер боялся, что кто-то мог совершить на него покушение прямо посреди вечеринки. Самого хозяина вечера нигде видно не было. Рэйчел перезнакомила Алексию со всеми, кого знала. Спустя некоторое время нашелся Рэй, но он не стал надолго задерживаться рядом с ними и вскоре отошел к каким-то своим знакомым. Вечеринка показалась Алексии скучной. Да, размах был широк, даже имелся пятифутовый фонтан для шоколадного фондю и играл какой-то известный диджей, но Алексии не хватало камерности, которой были пропитаны вечеринки Вайолет. Однако окружающим явно было весело. Возможно, если бы Алексия употребляла алкоголь и другие вещества, ей бы тоже все понравилось. «Жаль, что из-за того, что Вай уехала с родителями в Аспен, следующая вечеринка будет только в феврале — в честь дня святого Валентина», — подумала она с грустью. Иногда Алексия вспоминала Хэллоуин и Тайлера, который с того дня вновь потерял к ней интерес. Аманда продолжила ее игнорировать, и, судя по всему, у них с Тайлером все наладилось, так как Алексия часто видела их вместе. Рэйчел отлучилась в уборную, поэтому, не зная куда себя деть, Алексия села в одно из кресел с бокалом безалкогольного мохито в руках. Найти тут что-либо безалкогольное было непросто, и мохито ей принесли только после личной просьбы к официанту. Проверив телефон и убедившись, что никто из друзей — ни Кай, ни Эрнандо — так и не вспомнили о ней в канун Нового года, Алексия принялась рассматривать гостей и вдруг столкнулась взглядом с Джастином. Она не знала, как долго он наблюдал за ней, но, поймав ее взгляд, тут же двинулся в ее сторону и уселся в соседнее кресло. — Скучаешь? — спросил он. — Немного. — И я. Каждый год одно и то же — ярмарка тщеславия и разврата. — Раз тебе скучно, зачем приходишь? Можно ведь пропустить. Кай, например, не пришел. Джастин рассмеялся и ответил: — Кай совсем не умеет веселиться. Хорошо, что не пришел — испортил бы и без того тухлую вечеринку. — Что такого вы с ним не поделили? — спросила Алексия. Этот вопрос интересовал ее уже давно, и вот наконец подвернулся подходящий момент его задать. — О тебе он отзывается не лучше. Джастин пожал плечами. — Цепляется ко мне из зависти. Мне кажется, ему не нравится, что Билл видит во мне бо́льший потенциал. Кай всегда был любимчиком Роба, и когда того не стало, он потерял позиции в иерархии власти и теперь бесится, что именно я стал правой рукой Билла. — Правой рукой? — удивилась Алексия. — Ну да, или ты думала, что бегать по заданиям с пистолетом наперевес и рисковать жизнью — это работа мечты? Нет уж, каждый из нас мечтает о чем-то большем, и Кай в том числе. В этом году Билл наконец начал передавать мне дела и активнее вовлекать во все процессы. Алексия вспомнила, как Тернер упоминал, что Джастин больше не занимается менторством. Видимо, это стало следствием новой роли в бизнесе. — У Билла есть наследник, — вспомнила она. — Я слышала, у него есть сын. — Да, только видела ли ты этого сына? — Алексия покачала головой, и Джастин ухмыльнулся. — Вот именно. Я единственный, кто унаследует дело Билла. Джастин посмотрел куда-то вправо, и Алексия, повторив его жест, заметила вошедшего в зал Тернера. Тот был одет в белоснежный костюм и держал под руку Рэйчел. Она мило всем улыбалась и держалась как хозяйка вечера. Поймав взгляд Алексии, она виновато улыбнулась и кивнула в сторону Тернера, словно пытаясь намекнуть, что у нее не было выбора. — А что, если Рэйчел займет его место? Не думал о таком? Джастин расхохотался. — Не смеши меня. Никто не будет вести никаких дел с бабой. Тем более с малолеткой. Не обижайся, но это мужской мир. Джастин сделал глоток из бокала, который держал в руках все это время. Он безотрывно наблюдал за Тернером и Рэйчел. — Рэйчел исключительно хороша в роли спутницы босса. Ей незачем становиться боссом самой. — Ты что, на мою подругу засматриваешься? — возмутилась Алексия, перехватив его взгляд. Джастин вновь рассмеялся. — Шутишь? Пусть сначала окончит школу. В отличие от Билла, я к малолеткам равнодушен. — Джастин вдруг окинул Алексию внимательным взглядом и добавил: — Напрасно ты сюда приехала. Ты привлекаешь слишком много внимания. — О чем ты? — поинтересовалась она, чувствуя, как от серьезности его тона по спине пробежал холодок. Джастин лишь усмехнулся уголком губ и отвел взгляд, будто сказал больше, чем стоило. — Неважно. Пойду, пообщаюсь с Биллом. Хорошего вечера. С этими словами он встал с кресла и направился в сторону Тернера, чтобы завести с ним разговор. Рэйчел, пользуясь тем, что тот переключился на Джастина и потерял к ней интерес, вернулась к Алексии и села рядом. — Ты не поверишь, что я только что узнала, — произнесла она заговорщицки. — Во-первых, сучка Дарла уже в отставке. Только представь: устроила скандал из-за того, что Билл отказался брать ее с собой в Нью-Йорк! Требовала, чтобы познакомил с бывшей женой и сыном. И как такая идея вообще пришла в ее куриный мозг! — Может, решила, что он в нее влюблен, раз пошла на такой серьезный шаг? — К этому не было никаких предпосылок. Думаешь, решила пойти ва-банк? Да и черт с ней, если так, она никогда не отличалась особым умом. Вторая новость: я узнала, что случилось с Элисон — столкнулась с рыжей в уборной, и та подтвердила, что Элисон больше не с Биллом. Сама захотела, встретила другого мужчину. Я же говорила: уйти от него можно без проблем. Элисон все еще работает у него секретаршей, и никаких обид. Но на вечеринку приходить не стала, ясное дело. Алексия в свою очередь поделилась с Рэйчел деталями разговора с Джастином. — Да, Билл еще в начале года упоминал, что решил сделать Джастина преемником и все больше погружает его в работу. Но сомневаюсь, что Кая это волнует — он никогда не стремился руководить бизнесом Билла, что бы там Джастин ни утверждал. К тому же он слишком молод — никто попросту не станет с ним считаться. — Надеюсь, Джастин нескоро заменит Билла, — произнесла Алексия задумчиво. — Если это произойдет, Кай наверняка тут же свалит — не думаю, что он согласится работать на человека, которого терпеть не может, а я не хочу менять ментора. — Думаю, в ближайшие лет пять этого не случится. Билл пока не планирует уходить на покой. Но он не дурак и понимает, что у него достаточно врагов, и, если его убьют, как Роба, хочет быть уверен, что бизнес после этого не пойдет ко дну. — Но почему Джастин? Рэйчел лишь пожала плечами. Время медленно, но верно приближалось к полуночи. После праздничного ужина все вновь вернулись к танцам, разговорам и употреблению веществ. Алексия все чаще замечала, как подвыпившие мужчины бесцеремонно лапали эскортниц, нисколько этого не стесняясь. К девушкам подошел Тернер. Он остановился рядом и начал внимательно рассматривать Алексию. Его взгляд был таким пристальным и цепким, что внутри что-то неприятно сжалось. Казалось, он пытался отыскать ее слабости, просканировать на наличие страхов, чтобы найти самый главный и использовать против нее. — Надеюсь, вам все нравится, — заговорил он, переведя взгляд на Рэйчел. Та кивнула, сохраняя вежливую улыбку. Глаза Тернера вскоре вновь задержались на лице Алексии чуть дольше, чем того требовали приличия. — Рэйчел упоминала, что ты помогла ей с одним дельцем. Так держать. Рад, что не ошибся, когда предложил тебе обучение. Алексия на миг растерялась и бросила быстрый взгляд на Рэйчел, словно надеясь получить от нее какую-нибудь реакцию, но подруга лишь ободряюще улыбнулась, не вступая в разговор. Похвала Тернера прозвучала неожиданно, но вместо радости Алексия почувствовала, как ее сердце бешено заколотилось от страха. Почему-то ее вовсе не радовало внимание с его стороны. — Рэйчел, потанцуешь со мной? — предложил Тернер. Подруга согласилась, и Алексия осталась одна. Она прислонилась к стене и принялась наблюдать за танцующими, пытаясь разобраться в своих чувствах. Что именно в этой встрече так ее напрягло? «Он пьян, — осознала она, заметив, как Тернер пару раз оступился, едва не потеряв равновесие. — Мне всегда некомфортно рядом с пьяными. Раньше я не видела его таким, поэтому и напряглась». Иногда она ловила на себе его взгляды и спешно отводила глаза, стараясь сделать вид, будто ничего не заметила. «Мы не виделись с августа, — размышляла она. — С тех пор я сильно изменилась. Неудивительно, что он так пялится». За это время она похудела, поменяла прическу и благодаря стараниям Рэйчел смотрелась сегодня особенно эффектно. Ей хотелось быть красивой на этой вечеринке, блистать, но теперь она мечтала исчезнуть, чтобы не привлекать к себе внимания. «Может, об этом меня пытался предупредить Джастин?» — пронеслось в голове. — Привет. Алексия, верно? — раздался женский голос, прерывая ее мысли. Алексия повернула голову и тут же узнала в собеседнице рыжеволосую секретаршу из офиса Тернера. — Да, это я. Привет. Как тебе вечеринка? — Это моя третья по счету, и с каждым годом становится все роскошней и роскошней, — ответила та с легкой улыбкой, а затем, словно ненароком, добавила: — Не знаешь случаем, Кай не пришел? Алексия внутренне усмехнулась. Она нутром чувствовала, что речь пойдет о нем, так что вопрос ее не удивил. — Нет, — ответила она спокойно. — Насколько я знаю, он встречает Новый год со своей девушкой. Лицо рыжеволосой заметно вытянулось, и Алексия с трудом удержалась от улыбки. Ее собеседница явно не ожидала такого ответа. — Не знала, что у него есть девушка. — Есть, — с легкой ухмылкой подтвердила Алексия. — И, насколько я знаю, у них все очень серьезно. Он ее просто обожает. Слышала, они собираются съехаться… или даже пожениться. Реакция собеседницы была бесценной. Рыжеволосая попыталась сохранить самообладание, но ее разочарование было слишком очевидным. Бросив еще несколько вежливых фраз и пожелав Алексии хорошего вечера, она поспешно удалилась. Когда вернулась Рэйчел, они ушли в соседнюю комнату, и Алексия пересказала подруге этот диалог, после чего обе покатились со смеху. Полночь компания встретила на улице под громкий грохот фейерверков. Алексия и Рэйчел, накинув один плед на двоих, стояли в обнимку, наблюдая за разноцветными вспышками в небе. Рэй подкрался к ним сзади и неожиданно обхватил обеих руками за плечи, пытаясь напугать. Они вскрикнули и разразились смехом, позволяя ему ловко втиснуться между ними и укрыться их пледом. — Только не задерживайтесь, — предупредил Рэй. — Билл уже никакой, а Джастин вряд ли станет следить за порядком. — Мы же не на вечеринке Пи Дидди, — рассмеялась Рэйчел. — Никто нас не тронет. — И все же не стоит рисковать. Я скоро сваливаю, так что, если хотите, могу развезти вас по домам. Алексия коротко кивнула, но ее мысли были заняты другим. Не выдержав, она отправила Каю короткое сообщение: «С Новым годом!», а затем, немного подумав, отослала такое же Эрнандо. — Ты не на мотоцикле сегодня? — удивилась Рэйчел. — Не был уверен, как тут с дорогами на трассе в такую холодрыгу. На машине надежней. Ответ от Эрнандо не заставил себя ждать — тот тут же перезвонил. — Але-е-е-е-екс! — раздалось из динамика. По звукам на фоне становилось понятно, что Эрнандо тоже был на вечеринке. — Нандо-о-о-о-о! — ответила Алексия с улыбкой. Вся злость на него в тот же миг испарилась. Она никогда не могла долго на него обижаться — его энергия и неподдельная радость всегда брали верх. — С Новым годом! Желаю в этом году исполнения всех желаний, а все потрясения прошлого пусть останутся там и никогда не возвращаются! — А я желаю тебе много-много денег! — О, это точно сбудется совсем скоро, — ответил Эрнандо загадочно. — Но детали раскрою при встрече. Напишу на неделе и договоримся, окей? — Хорошо! Приходилось кричать, чтобы Эрнандо мог ее услышать, и сам он тоже пытался перекрикивать громкую музыку и шум. Когда они попрощались, Алексия взглянула на экран телефона и увидела, что Кай ответил на ее сообщение. Там было лаконичное: «И тебя с Новым годом, Алекс». Она улыбнулась. Отчего-то это простое сообщение вызвало у нее необъяснимое тепло в груди. Спустя полчаса машина Рэя везла девушек обратно в Чикаго. Уставшая, но довольная Алексия, едва переступив порог квартиры, приняла в душ, переоделась в уютную пижаму и упала в кровать, решив проспать до полудня. Однако ее отдых долго не продлился — спустя пару дней она уже возвращалась с каникул. Единственное, что ее в этом радовало — возможность снова видеть Кая. Ее все еще преследовали воспоминания о липком взгляде Тернера, поэтому, увидев на экране телефона входящий звонок с его номера, Алексия почувствовала, как участился пульс. — Не отвлекаю? — раздался его спокойный голос. — Нет, я уже закончила тренировку, — ответила она, стараясь скрыть напряжение. — Отлично. Не хочешь поужинать? Есть разговор. Было правильнее отказаться, но Алексия не посмела бы сказать «нет» человеку, чья власть над ее жизнью казалась практически безграничной. Тернер пообещал прислать за ней машину, и спустя час она ехала куда-то в центр. «Может, моя помощь Рэйчел произвела на него такое впечатление, что теперь он хочет поручить мне какое-нибудь задание?» — подумала она с робкой надеждой. В ходе поездки становилось ясно, что маршрут лежал не в сторону офиса. Только ближе к концу пути Алексия догадалась, куда ее везли — в старый добрый La Pirogue. Эта мысль ее не обрадовала. Ей совсем не хотелось столкнуться там с Рэйчел или Джастином и объяснять им, к кому она приехала. К счастью, ее опасения не оправдались: лобби ресторана оказалось пустым, и ее довольно быстро отвели в нужную комнату. У двери стояли неизменные спутники Тернера — его телохранители, и Алексии вновь пришлось пройти привычную процедуру досмотра. Телефон и сумку она тоже оставила у них. Тернер ее ждал. Он сидел в расслабленной позе, курил сигарету и потягивал что-то похожее на виски из граненого бокала. На нем была белоснежная рубашка, а пиджак покоился на сидении рядом. Он сидел за большим столом, за которым могло бы поместиться восемь человек. Алексия могла выбрать любое место, но Тернер указал на диван рядом с собой. Ей не понравилась такая близость, но спорить она не решилась. — Я была здесь несколько раз с Рэйчел, — сказала она, упомянув имя подруги, словно это могло как-то ее защитить. — Да, она рассказывала, — спокойно ответил Тернер, сделав новую затяжку. — Рад, что вы дружите. Больше он ничего не добавил — просто продолжил курить и смотреть на Алексию. Ее нервировал этот пристальный взгляд. Появился официант, и Тернер сделал заказ сам, не дав ей возможности выбрать. Решив довериться его вкусу, она промолчала — Алексия была так взволнована, что едва бы смогла возразить. Ее мысли невольно коснулись их первой встречи. Тогда она чувствовала то же самое — напряжение и страх неизвестности. Она понятия не имела, чего ожидать от сегодняшней встречи, и именно это пугало больше всего. — Как обучение, справляешься? — Да, думаю, скоро смогу начать работать, — ответила она, надеясь, что Тернер оправдает ее надежды и предложит какое-нибудь задание, но он вновь замолчал. Алексия чувствовала себя ужасно неуютно. Казалось, все ее чувства обострились до предела. Она сделала глубокий вдох и медленный выдох, пытаясь успокоиться, но напряжение только нарастало. Она едва не подпрыгнула, когда Тернер, потянувшись к пепельнице, слегка задел ее плечом. Он потушил сигарету, не выкурив ее даже наполовину. — Догадываешься, зачем я тебя позвал? — спросил он наконец. Алексия покачала головой, пытаясь сохранять спокойствие. — Что ж, не буду скрывать — ты заинтересовала меня на вечеринке. Поэтому у меня для тебя есть предложение. Она ощутила его ладонь на своем плече и едва смогла сделать вдох от накатившей паники. — Расслабься, — произнес он тихо. — Ты такая напряженная. Алексии хотелось сбросить с себя его руку, но она побоялась даже пошевелиться, опасаясь, что это усугубит ситуацию. Тернер тем временем начал медленно наглаживать ее плечо, игнорируя ее молчаливое сопротивление. «Он ведь не убьет меня, если я попрошу его остановиться, правда? — думала она, лихорадочно пытаясь найти выход. — Черт, я так боялась, что именно этим все и кончится. Что мне теперь делать?» — Мистер Тернер, — проговорила она наконец, заикаясь. — Вы говорили, работа без интима. — И от своих слов не отказываюсь, — ответил он спокойно, продолжая свои действия. — Все может вернуться к тому, что я обещал изначально. Но, надеюсь, ты как следует рассмотришь мое предложение, прежде чем отказываться. — Хорошо, в чем оно состоит? Слова давались с трудом: челюсть не слушалась, а во рту пересохло. Алексия едва удержалась от брезгливой дрожи, когда ладонь Тернера коснулась ее шеи. — Ты знаешь, как я обхожусь с Рэйчел, — начал он спокойно, будто обсуждая деловые условия. — Поэтому должна понимать, что тебя обижать я тоже не стану, если будешь послушной. Я могу сделать для тебя очень многое. Как сделал для Рэйчел и других девушек. Алексия напряженно молчала, не смея перебивать. — О долге можешь забыть — я все прощаю. Дам достаточно денег, чтобы ты могла жить в комфорте. Помогу устроить будущее. Помогу расправиться с Армином. — Он наклонился ближе, добавив почти шепотом: — Взамен тебе нужно всего лишь приезжать ко мне пару раз в неделю. Ты ведь понимаешь, о чем я? Алексия медленно кивнула, уставившись куда-то перед собой. Ее глаза намеренно избегали взгляд Тернера, будто прямой зрительный контакт мог окончательно сломить ее волю. — Помню, как ты впервые вошла в мой кабинет, — продолжил он, слегка расслабившись, словно наслаждаясь своим монологом. — Такая тихая, скромно одетая, невзрачная. Но я повидал достаточно, чтобы знать — ты была бутоном, готовым вот-вот расцвести. Тернер отпустил ее плечо и нащупал ладонь, чтобы притянуть к губам и оставить на ее пальцах пару легких поцелуев. От этого жеста ей еще сильнее стало не по себе. — И вот я увидел, как ты расцвела. Нужно отдать должное Рэйчел — это и ее заслуга. Она умеет видеть красоту там, где многие по глупости остаются слепы. Алексия сидела, не шевелясь. Она удивлялась тому, что до сих пор не расплакалась. Слова Тернера потрясли ее так сильно, что тело будто заблокировало эту реакцию. Она не осознавала происходящее, не могла поверить, что это и правда сейчас происходило с ней. — Хочешь уйти? Подумай хорошенько, прежде чем это сделать. Каждое его слово звучало как приговор. Он вроде бы давал выбор, но в то же время явно угрожал. Страх переполнил Алексию до такой степени, что она вдруг ощутила полное безразличие, будто кто-то перекрыл поток ее эмоций, как водопроводный кран, отключив на несколько секунд. Но это продлилось недолго. Это секундное замешательство Тернер расценил по-своему: едва она начала вновь ощущать себя, он погладил ее по щеке, а затем грубо схватил за подбородок, повернул лицом к себе и резко, жадно поцеловал. Она уловила запах табака и ощутила, как его щетина больно оцарапала кожу, а затем его язык бесцеремонно проник в ее рот. Все происходило как в замедленной съемке, и она отстраненно наблюдала за этим. Алексия не могла пошевелиться, ее словно парализовало. «Я должна его оттолкнуть, — мелькнуло в голове. — Бежать прочь, плевать на последствия!» Но она ничего не сделала. Тернер полностью владел ситуацией. «Куда я пойду?» — думала Алексия в панике. Точно не к Эрнандо — Тернер просто его убьет. И уж тем более не в полицию. Кай и Рэйчел работают на него, так что ждать от них помощи тоже не стоило. Один неверный шаг — и она пропала, а раз так, было проще и вовсе ничего не делать. Просто ждать, когда все закончится. Впоследствии Алексия будет не раз вспоминать тот вечер и раз за разом прокручивать в голове тот момент, тот поцелуй. Она будет спрашивать себя, почему ничего не сделала, ведь Тернер не удерживал ее силой, не запирал, у нее была возможность уйти. Вероятно, тон его голоса был слишком угрожающим, чтобы она осмелилась рискнуть и сбежать. Или просто испугалась. Она так и не смогла объяснить себе, почему спустя почти полгода тренировок и после всего того, чему ее учили, в тот самый момент, когда ей действительно понадобилось защитить себя, она сдалась и позволила Тернеру совершить с собой это. В дверь постучали, и он, к ее облегчению, отодвинулся. Вошел официант с заказом, быстро оставил блюда на столе и так же молча покинул комнату. Алексии показалось, что дверь закрыли на замок, и теперь она была будто заперта в клетке с тигром. — Ешь, — приказал Тернер, отпив из своего бокала. Алексия взяла вилку и попробовала десерт, который он для нее выбрал. Ей не запомнился вкус: это было что-то сухое, отчего тут же захотелось пить. Не раздумывая, она схватила бокал и сделала глоток, надеясь смыть привкус табака со своих губ, но тут же остановилась, осознав, что это было вино. Ей нельзя было пить алкоголь, но ничего другого на столе не было, а пить хотелось, поэтому она сделала новый глоток. «Мне ведь нет двадцати одного, — мелькнуло в голове. — Неужели официанту настолько плевать? Или никто здесь не смеет перечить Биллу?» Тернер тем временем потягивал свой напиток, наблюдая за ней, и ничего не ел. Алексия не смогла скрыть от него дрожащих рук. — Не бойся, — сказал он неожиданно мягко, что только усилило тревогу. — Я не собираюсь тебе вредить. Он наклонился ближе, провел рукой по ее щеке, заставляя поднять на себя взгляд. Алексия спешно вернула бокал на стол, опасаясь, что разольет его содержимое из-за дрожи в руках. — С этого момента ты под моей защитой, — произнес Тернер. Его голос был спокоен, но в каждом слове она слышала угрозу. — Это значит, я не потерплю измен. Если будешь играть по моим правилам, можешь больше ни о чем не беспокоиться. Приходи ко мне с любой проблемой — и я ее решу. Алексия кивнула. В тот момент она не задумывалась о нужде, из которой так отчаянно мечтала выбраться, и не вникала в то, какую выгоду приобретала, согласившись спать с ним. Ей было не до расчетов и планов. Единственное, что ею двигало, был страх — первобытный, животный, такой, что испытывает газель, спасаясь от льва. Алексия была готова согласиться на все что угодно, лишь бы не разгневать Тернера, лишь бы он позволил ей уйти живой. Его ладонь коснулась ее колена, и даже сквозь плотные колготки она чувствовала, какими холодными были его руки. Второй рукой он обхватил ее за талию и притянул к себе ближе. Алексия застыла, смирившись с тем, что ее ждало, и, преодолевая рвущееся изнутри отвращение, ответила на поцелуй. То, что произошло дальше... она бы предпочла забыть, но оно напоминало о себе горечью на языке. Она потянулась к бокалу с вином и осушила его до дна, но это не помогло избавиться от отвратительного привкуса. Тернер уже вытерся и застегнулся. Он явно был доволен произошедшим. — Можешь идти, — спокойно произнес он. Алексия замерла, не веря, что все действительно кончилось. — Водитель отвезет тебя домой. — Спасибо, — зачем-то пробормотала она, хотя благодарности не чувствовала. Возможно, она просто была рада тому, что наконец могла уйти. Поднявшись и поправив одежду, она двинулась к выходу, но Тернер вдруг ее остановил. Достав из кармана пиджака бумажник, он вынул пять стодолларовых банкнот. — Возьми на временные расходы. Потом сделаю тебе карту, заберешь в следующий раз. — Не нужно, — прошептала Алексия, опасаясь касаться их. — Не бойся. Больше никаких долгов. Я даю их тебе просто так. Бери. Его голос звучал мягко и добродушно, так же как при первых встречах в его кабинете, когда она еще не знала, что ее ждет. Ни намека на угрозу. Не желая испытывать его терпение, Алексия протянула руку и забрала деньги. — Спасибо, — снова сказала она, чувствуя, как гадко было произнести это. Она пулей вылетела из комнаты — так спешила, что чуть не забыла забрать у охранников свои вещи. У самого выхода ее остановил услужливый сотрудник ресторана, напомнив забрать верхнюю одежду из гардероба. Алексия выбежала на улицу, держа пальто в руках, потому что не желала задерживаться внутри ни секунды, чтобы накинуть его на себя. Воздух показался ледяным, но это было даже приятно — холод помогал прийти в себя. Машина Тернера подъехала прямо к крыльцу, и водитель вышел, чтобы открыть ей дверь. Алексия молча села на заднее сиденье, дрожа не то от холода, не то от адреналина. — Есть вода? — спросила она, когда машина тронулась. — Слева от вас в подлокотнике мини-бар, — ответил водитель и пояснил, куда нужно было нажать, чтобы до него добраться. Внутри, помимо нескольких бутылок с алкоголем, оказалась маленькая стеклянная бутылочка Perrier. Воды было слишком мало, чтобы утолить жажду, но Алексия схватила бутылку и начала пить прямо из горла, не думая о том, как это смотрится со стороны, однако неприятное ощущение во рту так никуда и не делось. «Интересно, антисептик бы помог?» — мелькнуло в голове. Эта мысль тут же привела к ночи, когда был ранен Кай, и, естественно, к нему самому. Алексию бросило в дрожь. Казалось, своим согласием спать с Тернером она предала его, хотя между ними никогда ничего не было. «Как он отнесется к этой новости? — думала она с горечью. — Он ведь не осудил Рэйчел, когда та сделала то же самое». Впрочем, мысль о том, что теперь они точно не смогли бы быть вместе, ранила куда сильнее. Рэйчел тоже не выходила у нее из головы. Что она скажет? Как отреагирует? Алексия боялась, что это могло уничтожить их дружбу. «Если Рэйчел перестанет со мной разговаривать, я этого не вынесу», — думала она. Безразличие Кая тоже бы ее убило. Она представляла себе разные его реакции, но равнодушие казалось самым мучительным. Добравшись до дома, Алексия тут же направилась в душ. Она дважды почистила зубы и простояла под струей воды не меньше получаса, но так и не смогла избавиться от ощущения грязи, въевшейся в кожу. Вернувшись в спальню, она подошла к обогревателю и подняла температуру. «После произошедшего я как минимум заслуживаю спать в тепле», — решила она, забираясь под одеяло с головой. Только после этого она позволила себе разрыдаться. Она не знала, как жить дальше. Как рассказать обо всем друзьям? Почему-то меньше всего на свете ей хотелось делиться произошедшим с Эрнандо — он столько раз предупреждал ее и в итоге оказался прав. «Никто не должен знать, что Билл меня заставил, — решила Алексия. — Кроме Рэйчел, мы ведь теперь в одной лодке. Но Каю и Эрнандо скажу, что Билл просто сделал мне выгодное предложение, и я решила согласиться». Ей было стыдно признаться другим, что она не смогла постоять за себя. Алексия раздумывала над тем, чтобы отменить субботнюю тренировку, но в итоге решила этого не делать. Нужно было взять себя в руки и рассказать обо всем Каю, а в воскресенье пригласить в гости Рэйчел — на знакомой территории будет легче поделиться произошедшим. Часть нее боялась рассказать друзьям о случившемся, но другая часть надеялась получить от них поддержку. Глава 14 Lay my head under the water Lay my head under the sea Excuse me, sir, am I your daughter? Won’t you take me back, take me back and see? There’s not a time for being younger And all my friends are enemies And if I cried unto my mother No, she wasn’t there, she wasn’t there for me Under the Water, The Pretty Reckless По субботам Кай и Алексия занимались боксом и бегом, но перед этим уделяли час изучению общих дисциплин. Делали они это в ее квартире, и Кай привозил с собой все необходимое оборудование. Последние несколько занятий были посвящены аудио- и видеонаблюдению: он рассказывал, как устанавливать камеры и прослушки, какие уловки использовать, чтобы скрыться от наблюдения, и как обходить современные системы безопасности. — Есть устройства, предупреждающие о камерах, — рассказывал Кай, — но чаще всего они бесполезны. Такие устройства сообщают о камере, когда ты уже попал в объектив. — Можно надеть парик или очки, — предложила Алексия. — Да, это неплохая идея, но современные камеры все чаще подключают к ИИ. В том же Китае, например, ИИ уже способен идентифицировать человека по изображению буквально на лету. Очки и парик тебя не спасут. Разве что балаклава справится, но это привлечет внимание. — И что тогда делать? — Есть пара трюков, расскажу о самых доступных. — Кай достал телефон и показал несколько изображений. — Вот, например, инфракрасные диоды. Многие камеры снимают не только в видимом диапазоне, но и в инфракрасном. Это нужно для съемки в темноте. Если прикрепить такие диоды к капюшону или головному убору, окружающие их даже не заметят, зато на камере появится засвет, полностью скрывающий лицо. Кай перелистнул фотографию, и на экране появился человек, на месте лица которого виднелась яркая вспышка, не позволяющая ничего рассмотреть. — Это сработает с большинством наружных черно-белых камер — они обычно дешевые и легко глушатся такими средствами, но, например, в загородном доме Билла эта уловка уже не сработает — там стоят дорогие камеры, способные защищаться от подобного. И, к сожалению, такие встречаются все чаще. Еще есть очки, способные слепить камеры, но и они уже потеряли свою актуальность — современные системы научились обходить и их. Еще вариант — специальный макияж, искажающий черты лица, делая распознавание невозможным, но это слишком хлопотно и привлекает внимание, как и балаклава. — То есть рабочих вариантов нет? — Есть кое-что другое. Кай открыл некий сайт, на котором была карта Чикаго с нанесенными на нее иконками. — На этой карте отмечено расположение камер, — пояснил он. — Говорят, покрытие не менее девяноста пяти процентов, правда, эти цифры никто не проверял, но она не раз меня выручала. — Откуда она у тебя? — Карту сделал мой знакомый — он выкупает базу данных у хакеров и регулярно обновляет. Есть софт, позволяющий манипулировать некоторыми из этих камер, но в основном дешевыми, которые легко взломать. Если речь о чем-то более защищенном, понадобится помощь профессионалов, но об этом расскажу, когда придет время, а пока у меня для тебя задание. Кай скопировал ссылку на карту и отправил ее Алексии вместе с логином и паролем для доступа. — На основе этой карты попробуй построить маршрут от дома до школы так, чтобы не попасть ни на одну из камер. Это полезный навык. Перед тем как идти на дело, я всегда проверяю местность по этой карте, чтобы нигде лишний раз не засветиться. Количество иконок с камерами в ее районе намекало на то, что задание будет непростым. Все это время Алексия ломала голову над тем, как рассказать Каю о Тернере. Подходящий момент все никак не находился: они завершили урок, отправились в тренажерный зал, Кай провел тренировку, затем повез ее домой и вот уже остановился у ее дома, а Алексия все никак не могла заставить себя заговорить. — Ты какая-то задумчивая весь день. Что-то случилось? — спросил Кай, когда она отстегнула ремень безопасности, но осталась в машине, не спеша ее покидать. Алексия вдруг поняла, что лучшего момента для признания уже не будет. — Да, — выдавила она из себя. — Все думала, как тебе рассказать. Не знаю, говорил тебе Билл или нет… В общем, я теперь тоже с ним встречаюсь. Как Рэйчел. Кай нахмурился, и в салоне воцарилось напряженное молчание. — Зачем? — спросил он наконец. Алексия медленно выдохнула. Что ж, по крайней мере он не проявил равнодушие, как она боялась. — Тебе не понять. У тебя есть деньги. — Ты из-за денег согласилась? Тон его голоса стал строже, появились нотки осуждения, а в глазах читалась смесь недоумения и разочарования. Это укололо ее в самое сердце, и она ощутила потребность оправдаться. — Говорю же, тебе не понять. Я в долгах, работы нет, я полностью завишу от Билла. — И ты решила зависеть от него еще сильней? — Не смей меня осуждать! — не выдержала Алексия. — Ты не знаешь всех обстоятельств! — Так расскажи мне. Она замолчала и отвела взгляд, уставившись в точку перед собой и сложив руки на коленях. Ей не нравилось, что Кай ее осуждал, ведь он понятия не имел, через что ей пришлось пройти, а рассказать не могла, потому что было стыдно. Кай внимательно изучал ее лицо, а затем вдруг спросил: — Он тебя заставил? Ее сердце забилось чаще. Алексия хотела солгать, но не смогла. Она почувствовала, как по щекам покатились слезы. Рана была слишком свежей — не прошло и суток с того ужасного вечера. Она не могла продолжать притворяться, что все было в порядке, ведь на самом деле ее душа рвалась на части от унижения, обиды и бессилия. Кай ничего не говорил. Его лицо оставалось непроницаемым, и Алексия не знала, о чем он думал, лишь заметила, как его рука сильнее стиснула руль. Его молчание вдруг вызвало у нее гнев. — Что, нечего сказать? — горько пробормотала она, глядя в темноту за окном. — Уже не спешишь меня осуждать? — Извини, что накинулся, не разобравшись, — тихо произнес он. — А хотел ли ты вообще разбираться? — спросила Алексия, резко повернувшись к нему. Она быстро смахнула слезы со щек тыльной стороной ладони и добавила: — Сам ведь говорил, что не хочешь знать, как девушки расплачиваются с Биллом за долги. Что ж, прости, что пришлось поставить в известность. — Мне жаль… — Нет, тебе не жаль! — перебила Алексия. — Иначе не работал бы на такого, как он! Ты говорил, что это грязная, но хорошо оплачиваемая работа, так ведь? Легко относиться к ней так, когда ты парень! Рэйчел говорила, ты тренировал девушку, которая тоже встречалась с Биллом. Не расскажешь, куда подевалась Эль? Кай нахмурился, но ничего не ответил. — Ты не знаешь, что с ней произошло, — продолжила Алексия язвительно. — Потому что тебе плевать. Может, в глубине души и догадываешься, что случилось что-то плохое, но какая разница, если дело не касается тебя лично, не так ли? Кай не сводил с нее глаз, будто не верил, что она выговаривала ему все это, и, выдержав небольшую паузу, ледяным тоном произнес: — Не смей меня осуждать. Ты не знаешь всех обстоятельств. Алексия замерла. Кай вернул ей ее же фразу. — Хорошего вечера, — заявила она бесцветным голосом, открывая дверь и покидая машину. Обычно Кай ждал, пока она дойдет до подъезда, но в этот раз тронулся с места почти сразу, едва захлопнулась дверь. Машина исчезла за углом, оставив Алексию в одиночестве. Она поджала губы и направилась к подъезду. Внутри разливалась горечь. Вчера Алексия не сумела высказать все, что хотелось, в лицо Тернеру, зато облегчила душу сейчас. Накопившиеся за эти сутки боль и гнев наконец нашли выход. Этот вечер она вновь провела в слезах, испытывая жгучий стыд за сказанные в порыве гнева слова. Ее собственные обвинения казались теперь несправедливыми. Несколько раз Алексия порывалась позвонить или написать Каю, но всякий раз останавливала себя. Она боялась, что он оттолкнет ее, и эта новая боль будет невыносимой. Упоминание Эль и обвинения в безразличии казались ошибкой. Кай наверняка не был виноват в том, что произошло с той девушкой, как и в том, что случилось с самой Алексией. На самом деле она вдруг поняла, что ее злость была связана не с Эль — просто ей было горько признавать, что Кай не станет ее защитником, а ей бы так этого хотелось. Но отныне Алексия могла полагаться лишь на себя. Чего она вообще от него ожидала? Может, надеялась, что он позвонит Тернеру и заявит, что произошла ошибка, что она его девушка и тому придется отступить? Или что они вместе сбегут, как Ромео и Джульетта, признавшись друг другу в любви прямо там, в машине? Пора было примириться с жестокой реальностью. Кай ничего не обещал ей, не клялся в любви. Алексия приказала себе с этого момента перестать искать в его словах и взглядах намеки на что-то большее. На следующий день приехала Рэйчел. Как обычно, та была в хорошем настроении, и это означало лишь одно — Тернер еще не успел рассказать ей о произошедшем. — Скверно выглядишь, — заметила Рэйчел, переступив порог квартиры. Алексия молча проводила ее в спальню. Рэйчел устроилась на кровати, приготовившись слушать. Алексия собиралась начать издалека, но, вспомнив ссору с Каем, не смогла сдержаться — по щекам вновь потекли слезы. Казалось, все, что произошло с ней за последние дни, обрушилось разом, и она больше не выдерживала это напряжение. Увидев слезы, Рэйчел поменялась в лице. — Боже мой, что случилось? Потребовалось время, чтобы успокоиться, прежде чем она смогла начать говорить. Алексия рассказала обо всем, что произошло в La Pirogue, завершив рассказ ссорой с Каем. Рэйчел слушала внимательно, не перебивая, а ее лицо становилось все мрачнее и задумчивее. Когда Алексия закончила, в комнате повисло тяжелое молчание. — Что ж, теперь ясно, почему Кай заявился ко мне вчера и начал задавать странные вопросы, — наконец заговорила Рэйчел. Не этих слов Алексия ожидала от нее, но все же поддержала тему, спросив: — Какие вопросы? — Про Билла. Спрашивал, был ли он со мной агрессивен, причинял ли физическую боль, принуждал ли к сексу. — И что ты ответила? Рэйчел на мгновение замялась, будто раздумывая, стоит ли говорить. Наконец она сказала: — Прости, Алекс, но… мне сложно поверить, что Билл мог так поступить. Он… никогда не вел себя так со мной. Я уже рассказывала, как все начиналось: он дарил подарки, присылал водителя, чтобы отвезти на шоппинг или в СПА, позже снял квартиру — не ту, где живу сейчас, первая была скромнее. И наш первый раз… я тогда сама была не против. Алексия не верила своим ушам. Казалось, что Рэйчел, та самая Рэйчел, с которой они были так близки, словно их дружба длилась сотню лет, вдруг куда-то исчезла, оставив вместо себя незнакомку. Рэйчел, похоже, не заметила ее реакцию и продолжила: — Кай жутко напугал меня вчера. Я даже подумала, что с тобой что-то случилось и он пришел сообщить мне плохие новости. — Она выдавила смешок и, заметив, что Алексия осталась серьезной, нахмурилась. — В чем дело? — Ты серьезно сейчас? — произнесла Алексия твердо, с трудом сдерживая гнев. — Я позвала тебя, чтобы рассказать о таком… черт возьми, Рэйч, ты хоть понимаешь, что я чувствую? Я ожидала поддержки, а вместо этого ты говоришь, что с трудом веришь, что Билл мог поступить так со мной! — Нет-нет, ты не так поняла! — воскликнула Рэйчел, спеша оправдаться. — Я не защищаю его! Я верю, что он действительно сделал это, просто… я думаю, он не понимал, что ты боялась ему отказать. Мне кажется, он не осознавал, что для тебя это было принуждением. Алексия ощутила отчаяние. Никто не понимал ее, даже Рэйчел, с которой они всегда были на одной волне. Израненная произошедшим, она искала утешение и поддержку у друзей, но вот уже второй раз все шло не так, как она надеялась. Почему, когда было совершенно очевидно, что жертвой была именно она, Рэйчел думала о чувствах Тернера? — Знаешь, зря я все это затеяла. Я хочу побыть одна. Алексия встала с кровати, давая понять, что разговор окончен, и направилась к двери, намереваясь выпроводить Рэйчел из квартиры. — Алекс! — воскликнула та испуганно, вскочив с места. — Прости, я идиотка, я сболтнула, не подумав! Пожалуйста, давай не будем ссориться! — Я понятия не имею, какие у тебя с ним отношения, — начала Алексия, сурово глядя на Рэйчел, — но, видимо, ты действительно в него влюблена, раз в первую очередь думаешь о том, как бы я не назвала его насильником, а не о том, что он заставил меня отсасывать ему прямо на диване в La Pirogue. Если бы нечто похожее случилось с тобой, я бы тут же встала на твою сторону! Потому что ты дорога мне, и я всегда поддержу тебя, даже если это будет твоей ошибкой! — Я на твоей стороне, Алекс! Просто… мне сложно, понимаешь? — В голосе Рэйчел звучали мольба и отчаяние. — Все эти три года я видела от него только хорошее. Я не могу так сразу его возненавидеть. Да, мне хочется думать, что это просто какая-то ошибка, что вы друг друга не поняли… — Пожалуйста, давай не будем о том, что Билл не осознает, какой властью обладает, ладно? — перебила ее Алексия. — Я сирота, он дал мне квартиру и деньги, уладил вопрос с опекой, и я торчу ему кучу денег. Он прекрасно понимал, что я не смогу ему отказать. Мне шестнадцать! Сколько лет было тебе, когда вы впервые переспали? Ты с ним уже три года, получается, тебе было пятнадцать? Дарла старше тебя всего на год, Элисон выглядит лет на двадцать. Сколько лет было всем его девушкам? Рэйчел пожала плечами. Алексия понимала, что та знала ответ, просто не хотела его озвучивать. — Ты сама говорила, что ему нравятся малолетки, — продолжила Алексия. — Почему он не встречается с ровесницами? Или хотя бы с теми, кто старше двадцати пяти, с образованием, карьерой, жизненным опытом. Почему именно школьницы или едва достигшие совершеннолетия? — Не знаю, — прошептала Рэйчел. Ее голос дрожал, а в глазах стояли слезы. — Но я совершенно точно не хотела, чтобы он тобой заинтересовался. И уж тем более не хотела, чтобы он принуждал тебя к чему-либо. Хочешь, я с ним поговорю? Объясню, что ты просто испугалась, поэтому не отказала сразу… — А насколько ты уверена, что после этого он не выкинет меня на улицу, забрав квартиру, деньги и возможность продолжать обучение? — холодно поинтересовалась Алексия. Рэйчел отвела взгляд. Очевидно, уверена она не была. Алексия и сама думала о том, чтобы позвонить Тернеру и все ему объяснить, но потом вспоминала его тяжелый взгляд и угрожающий голос. Нет, это была лишь видимость выбора. Он знал, что она не сможет отказаться, поэтому и говорил так, будто решение было за ней. Возможно, ему просто хотелось, чтобы она сама дала согласие, пусть и вынуждено, словно он был не при чем. Алексия же в свою очередь не могла рисковать всем тем, что имела, ради призрачного шанса вернуть старую жизнь обратно. — Прошу, не отталкивай меня, — проговорила Рэйчел мягко, делая шаг вперед. — Мне правда больно от того, что тебе пришлось пережить. Если я могу сделать для тебя хоть что-то — просто скажи! Алексия опустила голову. Она устала. От всего. Но слова Рэйчел заставили ее задуматься. Та подошла ближе и крепко ее обняла. Некоторое время они стояли в обнимку, пока Алексия тихо плакала, чувствуя себя слабой и разбитой. Спустя пару минут она успокоилась, и они вернулись к разговору, устроившись на кровати. Злость на Рэйчел никуда не исчезла, но Алексия решила не доводить ситуацию до открытой ссоры, как это случилось с Каем. Она нуждалась в друзьях и их поддержке. — Расскажи, что меня ждет. Как проходят эти встречи? Что придется делать? — спросила Алексия. Рэйчел задумалась на мгновение, словно решая, как лучше объяснить. — Чаще всего Билл пишет за два-три часа до встречи, но может предупредить заранее, если собирается взять куда-нибудь с собой. Обычно я приезжаю после девяти вечера, так что ничего не планирую на это время. Могу отказаться, если работаю, заболела или месячные, но стараюсь этого не делать, иначе он злится. К нужному месту привозит водитель, он же потом возвращает домой. Встречи проходят по-разному: иногда просто секс — и все длится минут двадцать, иногда могу остаться на пару часов, чтобы поболтать или выпить вина. Никогда не остаюсь на ночь, потому что после встречи Билл, как правило, уезжает по делам, но даже если остается дома, все равно не хочет, чтобы кто-то с ним ночевал. Иногда мы куда-нибудь ездим: в рестораны, клубы, пару раз даже брал меня на деловые встречи. Бывает, путешествуем вместе, но редко. — Есть какой-нибудь дресс-код? — Нет, ему плевать, в чем ты одета — все равно придется раздеваться, но будет хорошо, если наведешь красоту. Если позовет в ресторан, предупредит заранее, чтобы оделась поприличней. И еще один важный момент: раз в три месяца нужно сдавать анализы на ЗППП. С тобой свяжется его помощница и все организует. — Он не предохраняется? — Увы, у него в презервативе все сразу падает, — призналась Рэйчел. — В его возрасте не редкость. — А беременность? — Будешь пить таблетки, как я. Поговори с врачом, когда пойдешь сдавать анализы — он выпишет нужные. Только обязательно не забывай их пить! Одна его подружка решила схитрить, перестала пить таблетки и залетела. Думала таким образом обеспечить себя на всю жизнь, но не тут-то было: Билл заставил ее сделать аборт, а потом бросил и после этого перестал в меня кончать — видимо, испугался, что и я могу так поступить. У него же брак по залету был, наверное, боится повторения. Сразу делай тест при задержке, но, если что-то пойдет не так, думаю, Билл все оплатит, просто лучше до такого не доводить. «Почему она не видит, какое он чудовище? — думала Алексия. — Он обращается с девушками как с вещами: захотел — использовал, захотел — избавился. Неужели деньги того стоят?» Но вслух ничего не сказала — после примирения с Рэйчел ей меньше всего на свете хотелось вновь ссориться. — Тебе когда-нибудь приходилось делать аборт? — спросила Алексия осторожно. — К счастью, нет. Вскоре речь зашла о Кае. — Не переживай о нем, — посоветовала Рэйчел. — Просто извинись завтра, и все. Кай не злопамятный. Мне кажется, он искренне беспокоится о тебе. — О тебе он тоже беспокоится, раз приехал вчера с расспросами, — заметила Алексия, почувствовав легкий укол ревности. — Он редко это показывает, но это не значит, что ему все равно. На него всегда можно положиться. Долгое время мне казалось, что у него напрочь отсутствует эмпатия, хотя это логично — с такой работой иначе крыша поедет, но со временем мое мнение изменилось. Вчера, например, приехал, назадавал вопросов, а перед уходом попросил, чтобы сразу рассказала, если вдруг возникнут проблемы с Биллом. — Думаешь, если Билл тебя обидит, Кай ему что-нибудь сделает? — спросила Алексия. Рэйчел пожала плечами. — Не знаю. И проверять не хочу. Если это случится, сама разберусь. Не хочу втягивать Кая или Рэя — они могут натворить глупостей. Рэй бывает слишком импульсивным, когда дело касается моей безопасности. Не хочу, чтобы они из-за меня пострадали. После ухода Рэйчел Алексия долго не могла успокоиться. В голове беспорядочно кружились мысли, мешавшие сосредоточиться на домашних делах. Когда она наконец легла спать, было уже за полночь, и на следующий день Алексия проснулась с тяжестью во всем теле и чувством морального истощения. Но хуже всего было от мысли, что сегодня ей предстояло встретиться с Каем. Раньше она всегда с нетерпением ждала эти встречи, но теперь перспектива объясняться и извиняться перед ним вызывала внутреннее напряжение. В какой-то момент она даже задумалась: а что, если он не приедет за ней сегодня? Что, если Кай вообще отказался ее менторить? К счастью, опасения оказались напрасными: когда уроки закончились, Алексия вышла за школьные ворота и с облегчением увидела его автомобиль на привычном месте. Она быстро подошла, села в машину и поздоровалась. Кай ответил коротким кивком и тронулся с места. Собравшись с духом, она произнесла: — Слушай, я хочу извиниться. Мне не стоило говорить тех слов. Я была зла и растеряна, но это не оправдание. Ты не виноват в моих проблемах, и я не хочу портить наши отношения. Кай мельком глянул на нее и снова сосредоточился на дороге. — Все в порядке, — ответил он. — Я понимаю. Слова прозвучали ободряюще, но в голосе Кая ощущалась прохлада. На первый взгляд казалось, будто все наладилось, но Алексия чувствовала, что извинений было недостаточно. Во время тренировки он вел себя доброжелательно, иногда даже шутил, но она видела, что он закрылся. Месяцы, что она потратила на то, чтобы наладить с ним контакт, казалось, были перечеркнуты одной-единственной ссорой. Она не представляла, сколько времени понадобится, чтобы вернуть прежнюю близость. После тренировки Кай подвез ее до дома и вдруг спросил: — Алекс, я могу тебе чем-то помочь? Вопрос застал ее врасплох, но было приятно, что, несмотря на ссору, он не отвернулся и даже предложил помощь. — Нет… Спасибо, но вряд ли ты сумеешь что-то исправить. Кай нехотя кивнул, на мгновение задержав на ней взгляд. В его глазах было нечто похожее на сожаление. — И все же дай знать, если что-нибудь понадобится, — добавил он, прощаясь. Отношения с Рэйчел тоже изменились, но теперь охладела уже Алексия. Они все еще вместе обедали и проводили время по выходным, но прежнего доверия уже не было. Обжегшись один раз, Алексия теперь дважды думала, прежде чем поделиться с Рэйчел чем-то личным. Она не знала, как скоро получится оставить эту обиду позади. Всю неделю Тернер не выходил на связь, вероятно, давая ей время прийти в себя, но написала его помощница. Алексия, отпросившись с тренировки, направилась на консультацию в указанную клинику. Осмотр и анализы заняли меньше часа, а результаты были готовы уже на следующий день — все было чисто. Врач прописал оральные контрацептивы, но начинать их пить можно было лишь со стартом нового цикла. К сожалению, Тернер ждать не стал — в субботу днем прислал сообщение, предупреждая, что в восемь вечера за ней заедет машина. Алексия решила не наряжаться и не краситься, лишь ограничилась душем после тренировки и побрилась, полагая, что этого будет достаточно. Расчет был прост: увидев ее равнодушие, Тернер разочаруется и, возможно, решит бросить ее сам. Машина подъехала вовремя и повезла ее в сторону загородного дома. Водитель оказался знакомым — он же подвозил ее до La Pirogue и обратно. В течение всего пути он не обращал на нее никакого внимания, так что Алексия просто надела наушники и уставилась в окно. Было непривычно видеть дом Тернера таким пустым, а в холле больше не было праздничной суеты. Алексия столкнулась там с одним из телохранителей, шедшим в сторону гостиной с чашкой кофе в руках. Заметив ее, он вежливо улыбнулся и немного растерялся, раздумывая, куда деть чашку, пока наконец не оставил ее на подоконнике, после чего подошел к Алексии, чтобы провести досмотр. «Серьезно? Даже теперь?» — думала она, отдавая сумку и телефон. Процедура была быстрой, но все равно оставила неприятный осадок. Тернер и второй телохранитель находились в гостиной. Они о чем-то говорили, но при ее появлении тут же смолкли. — Не будем терять времени, — коротко предложил Тернер, жестом указывая следовать за собой. Они поднялись на второй этаж. К счастью, телохранители остались внизу. Комната, в которую он ее привел, оказалась небольшой и была обставлена по минимуму. Во время вечеринки дверь сюда была заперта, поэтому раньше Алексия здесь не бывала. Судя по всему, помещение использовалось исключительно для сна и встреч с девушками. У дальней стены располагалась большая кровать с постельным бельем из темного сатина, а на прикроватной тумбочке стояла лампа и пачка бумажных салфеток. Алексия не сопротивлялась — она вновь ощутила, как легко Тернер подавил ее волю одним своим присутствием. Рядом с ним она боялась проявлять непослушание, а тело двигалось само по себе, словно она была лишь наблюдателем, смотревшим на происходящее со стороны. Так было проще. К счастью, долго это не продлилось. «Надеюсь, у меня хватит сил проходить через это снова и снова», — думала она, с опаской поглядывая на Тернера в ожидании продолжения. К счастью, на второй раз его не хватило. Спустя пару минут он поднялся и начал одеваться, и Алексия последовала его примеру. Когда они спустились, он пригласил ее в свой кабинет. — Вот, как и обещал, — сказал Тернер, протягивая конверт. — Там карта. Лимит на месяц — десять тысяч. Это для начала. Будешь меня радовать — и я его увеличу. Наконец Алексия могла вернуться домой. По пути она написала Рэйчел: «Тебя его охрана тоже досматривает?» «Да, каждый гребанный раз», — пришел быстрый ответ. «Неужели боится, что кто-то из нас попытается его убить?» «Охрана проверяет, все ли в порядке, до твоего отъезда, так что незамеченной не сбежать». «Смотрю, ты это уже обдумывала». В ответ Рэйчел отправила смеющийся эмодзи. Спустя неделю Алексия сделала тест на беременность, и тот оказался отрицательным. Когда начались месячные, она успокоилась окончательно. Вскоре поездки к Тернеру стали привычным делом. Человек привыкает ко всему, а за последний год жизнь Алексии менялась так стремительно, что у нее сложилось ощущение, будто все это время она только и делала, что адаптировалась к новому. Вопреки ожиданиям, деньги, которые давал Тернер, радости не приносили. Теперь, вспоминая, как прежде завидовала роскошной жизни Рэйчел, Алексия могла только горько усмехаться. Она с легкостью вернулась бы к той скромной жизни, когда приходилось жить на куда меньшие средства, постоянно экономить и считать каждый цент, лишь бы не спать больше с Тернером. Свобода оказалась для нее важнее любых богатств. В конце января Кай заменил одну из силовых тренировок походом на скалодром. Алексия рассчитывала, что это будет увлекательно, но вместо этого столкнулась с одной из самых сложных физических нагрузок в своей жизни. Руки и ноги дрожали еще час после тренировки, а на следующий день болели мышцы, о существовании которых она и не подозревала. Но Алексия понимала, что поначалу всегда сложно, поэтому продолжала выполнять все указания Кая, доверяя его методике. Тренировки настолько прочно вошли в ее жизнь, что любой пропуск занятий из-за болезни или месячных вызывал в теле дискомфорт. Кай постоянно находил новые способы усложнить тренировки, например, в одну из суббот отвез Алексию в незнакомый район и заставил ориентироваться на бегу, словно за ней гонятся. Навык подмечать детали оказался весьма кстати: дорожные знаки, потоки людей, направление движения машин и даже окружающие звуки помогали выбирать правильный маршрут, позволяющий затеряться в толпе или оторваться от преследователей. Но самым сложным и тревожным для нее испытанием стало украсть что-нибудь из продуктового магазина. Прежде чем сделать это самостоятельно, она несколько раз ходила туда с Каем, и он объяснял, куда смотреть и как вставать, чтобы кассир ничего не заметил, а само преступление не попало в объектив камеры. Он несколько раз продемонстрировал свои навыки и каждый раз оставался незамеченным. В первый раз Алексия спасовала: так и не решившись на кражу, она выложила украденную вещь на кассе вместе с другими покупками, но во второй раз собрала всю свою решимость и сделала это. Она так сильно нервничала, что, казалось, еще чуть-чуть, и кассир бы обо всем догадался. Но ее не поймали. — Ну все, теперь я точно преступница: вдруг они проверят записи, увидят, что я украла тот дурацкий батончик, и свяжутся с копами? — Мы с Рэйчел будем тебя навещать, — усмехнулся Кай. — А если серьезно, никто эти записи не проверяет — магазины не станут тратить на это время. Запись нужна для полиции, чтобы предъявить доказательства, если тебя поймают с поличным. Позже они разучили систему жестов, чтобы можно было давать команды друг другу без слов. Это оказалось не только полезно, но и увлекательно: постепенно они так к этому привыкли, что некоторые фразы даже не проговаривали — жестами было быстрее. Когда Алексия только готовилась к своей первой краже, то часто задумывалась, удастся ли спрятать что-нибудь от охранников Тернера. Они всегда добросовестно относились к своей работе и забирали у нее даже ключи. Ей стало интересно, можно ли их как-то обмануть, поэтому пыталась пронести с собой украшения для волос, броши и серьги с острыми концами, но их всегда замечали и просили снять. Конечно же Алексия попыталась протащить с собой нож Эрнандо, похожий внешне на помаду, но провести охрану не удалось: взяв нож в руки, те по весу догадались, что это была не просто помада. Однажды она рискнула взять с собой нож в сапоге. К счастью, она предупредила о своей затее Кая, и когда Тернер по ее просьбе позвонил ему, тот соврал, что учил ее в тот день прятать оружие, и они просто решили проверить его охрану. Тернера ее находчивость лишь позабавила, но после этого охранники стали досматривать ее гораздо дотошнее. — Если соберешься провернуть такое снова, предупреди Билла, чтобы он был в курсе и не стал на тебя сердиться, — посоветовал Кай. Но Алексия решила больше не испытывать судьбу и прекратила эти попытки. Было сложно понять, для чего она вообще это делала — неужели и правда рассчитывала убить Тернера брошкой? Это было смешно, к тому же он постоянно держал ее в поле зрения, а значит, всегда был начеку. Алексия решила для начала укрепить свои позиции, накопить денег и подготовиться к моменту, когда однажды ему надоест. В конце концов, другие девушки не продержались и года — вероятно, так будет и с ней, а значит, нужно просто немного подождать. Глава 15 Now turn away ‘Cause I’m awful just to see ‘Cause all my hair’s abandoned all my body Oh, my agony Know that I will never marry Baby, I’m just soggy from the chemo But counting down the days to go It just ain’t living And I just hope you know That if you say goodbye today I’d ask you to be true ‘Cause the hardest part of this is leaving you Cancer, My Chemical Romance Январь кончился, и Алексия заметила, что Эрнандо стал реже выходить на связь. Встреча, которую он обещал ей еще с новогодней ночи, постоянно откладывалась. Сильнее всего она начала переживать, когда он на целую неделю пропал из инстаграма: раньше он ежедневно публиковал сторис, демонстрируя образ успешного тусовщика (вероятнее всего, это помогало искать новых клиентов), так что это внезапное молчание не на шутку ее встревожило. Хоть Алексия и поклялась не звонить ему первой, тревога за него все же одержала верх. — Куда ты пропал? — спросила она возмущенно, когда Эрнандо взял трубку, и услышала тяжкий стон в ответ. — У тебя что, похмелье? — Ах если бы, — протянул он. — Алекс, я в полном дерьме. — Что случилось? — спросила она, сменяя гнев на беспокойство. — Только не говори, что подсел на что-то тяжелое. — Не, все по-старому — ничего тяжелее травки. Не хочешь заехать? Мама на работе до вечера. Не хочу по телефону рассказывать. Алексия согласилась и вызвала Uber. Возможность в любое время ездить на такси стала одной из тех небольших удобств, что оказались доступны благодаря Тернеру, и это помогало примириться с необходимостью спать с ним. Эрнандо выглядел ужасно: взъерошенный, в мятой одежде, будто несколько дней не видевший душ. Они устроились на кухне с кружками кофе. Ее старая кофеварка по-прежнему была у него на службе. — Что случилось? — спросила Алексия. Эрнандо лишь тяжко вздохнул, будто необходимость рассказывать правду причиняла ему боль. — Короче, ты знаешь, что я хочу много бабок. Хочу классные шмотки, мотоцикл, жить не с мамой, а снимать отдельную хату. И желательно в нормальном районе. — Понятно, — ответила Алексия, нахмурившись. — Поставлю вопрос иначе: во что ты вляпался? Он снова вздохнул, словно пытаясь отсрочить неизбежное. — Короче… познакомился я с одной девчонкой, Ниной. Ты наверняка видела ее у меня в инсте — розовые пряди, вся в татухах. Алексия кивнула. Конечно, видела — именно об этой Нине они и говорили с Рэйчел. — Так вот. Нина делала хорошие деньги на крипте, лила в уши, какой это классный способ заработка, сорила деньгами направо и налево, и, конечно, всем нам захотелось быть в теме. Она свела меня и еще нескольких парней со своими дружками, которые мутят проекты на основе коина, что она нам впаривала. Парни не промах: засыпали нас презентациями, наобещали, что скоро их коин выстрелит. Говорили, делают на его основе кучу всего, даже какую-то мета-вселенную. Мол, все будут регистрироваться и делать покупки криптой, и курс взлетит до небес. — И ты повелся? — Все выглядело так убедительно, Алекс! Накупил этих коинов на все деньги, что скопил, а потом с каждой выручки покупал еще и еще… — Понятно. Где сейчас эта Нина? — спросила Алексия. Эрнандо пожал плечами. — А коины? — У меня на кошельке. Только толку! Когда мы познакомились, он стоил несколько баксов, а в конце декабря цена поднималась до шести сотен. Нина утверждала, что скоро он взлетит как биток — до десятков тысяч! Я верил и даже за пятьсот баксов покупал, лишь бы не упустить шанс… — И сколько он стоит сейчас? Эрнандо скривился, достал телефон и открыл какое-то приложение. На экране появился график, резкий обвал которого говорил сам за себя. — Тридцать центов, — пробормотал он. — Но даже за такие деньги их сейчас никто не купит — торги заморожены. Оказалось, это афера. Весь январь мошенники потихоньку распродавали нам свои коины, задирая курс и зашибая на этом огромные деньги, а неделю назад лавочка прикрылась — без новых покупателей курс рухнул вниз. Кто поумнее, успел продать хотя бы часть, а мы, идиоты, наоборот скупали остатки, радуясь выгоде — верили, что курс вот-вот вновь пойдет вверх. Да и Нина нас подбадривала, мол, сама тоже покупает. В общем, это был мыльный пузырь. Эти ребята наследили в Лос-Анджелесе, Денвере и Остине, похоже, группировка у них большая. Федералы в курсе, но подвижек пока никаких. — Много потерял? — спросила Алексия, не зная, что испытывать в данный момент — сочувствие или раздражение из-за его наивности. — Все, что скопил, и часть дохода за полгода. Тысяч двадцать. — Серьезно?! — Да, Алекс, я полный идиот, — согласился Эрнандо, печально кивнув. — А Нина? Удалила инсту, телефон недоступен, съемная квартира пустует. Наверняка уже свалила в другой город и снова кого-нибудь со своими дружками окучивает. Обаяния ей не занимать. Алексия с подозрением прищурилась. — У тебя с ней что-то было? Эрнандо покраснел. — Было. Ну, хоть секс перепал. Она горячая штучка. Но двадцать тысяч! — Ладно, считай, что оплатил себе прививку от криптовалютных разводов, — вздохнула Алексия, а затем добавила, хихикнув: — И элитный секс в придачу. — Ну уж нет, — проворчал он. — Я за секс так много платить не готов, пусть и с классной телкой. «А Билл платит за секс со мной десять тысяч в месяц», — мелькнуло в голове у Алексии, но признаться в этом Эрнандо она так и не смогла — уж больно не хотелось выслушивать сейчас его нотации. Да, он ее предупреждал, но, когда дело коснулось его лично, Эрнандо оказался не таким уж и прозорливым. Вместо этого они просто обменялись новостями и сплетнями, как в старые добрые времена, стараясь обходить тему Тернера стороной. На следующий день во время обеденного перерыва Алексия рассказала о произошедшем Рэйчел. — Боже, это такой старый развод! Неужели кто-то до сих пор ведется? — изумилась она. Алексия лишь пожала плечами. — Как думаешь, ему можно чем-то помочь? — Увы, нет. Даже если бы торги не заморозили, эти шиткоины не продать — других таких дураков ему не найти. Теперь они так и будут болтаться мертвым грузом на его кошельке. Цена им — ноль центов. Создать новый токен — дело пары минут, в сети даже меряются, кто быстрее. — Как это вообще работает? — недоумевала Алексия. — Как они манипулируют курсом? — Мошенники активно скупают свой же собственный токен, чтобы создать видимость спроса, — начала объяснять Рэйчел. — Курс растет, привлекая внимание доверчивых жертв, и те тоже начинают вкладываться. Спрос подталкивает курс еще выше, и на токен обращает внимание все больше покупателей — и так далее. Затем мошенники распродают свои токены на пике цены тем, кто продолжает их скупать, надеясь на дальнейший рост, и когда спрос окончательно исчезает, курс начинает стремительно падать. Вот почему эти токены и зовут шиткоинами. — Звучит прибыльно. Может, и нам стоит попробовать? — За решетку сесть захотела? — ахнула Рэйчел. — Манипуляции на бирже — это мошенничество, вообще-то. Впрочем, не знаю, как обстоят дела на рынке крипты, но на месте комиссии по ценным бумагам я бы точно заинтересовалась. У Алексии зазвонил телефон. Номер был незнакомым, но она все же ответила. Из трубки донеслось: — Могу я услышать мисс Алексию Дэгер? — Это я. — Мисс Дэгер, меня зовут Таниша Трэнтон, я работаю медсестрой в спрингфилдской клинике Memorial Health. Я звоню по просьбе вашей бабушки, Синтии Дэгер. — Бабушка в больнице? — удивилась Алексия. — Что случилось? — Ваша бабушка проходит реабилитацию в нашей клинике. Насколько я понимаю, миссис Дэгер не говорила вам, что у нее был диагностирован рак поджелудочной железы. К сожалению, ее состояние ухудшается, и она приняла решение сообщить вам о своем диагнозе, чтобы вы успели приехать и попрощаться. Алексия еле высидела последующие уроки — поглощенная мыслями о бабушке, она не вслушивалась в то, что говорили учителя. Синтия лежала в больнице и, возможно, прямо сейчас умирала! И пусть Алексия не ощущала той всепоглощающей грусти или ужаса, что испытывала после смерти родителей, ей все равно было не по себе. А еще она знала, что была обязана поехать в Спрингфилд. Она не могла повторить ошибку, что совершила с родителями, и не попрощаться. «Если она умрет, мне придется идти и на ее похороны», — мелькнула в голове страшная мысль. Когда приехал Кай, ни о какой тренировке, само самой, не могло идти и речи. Он отвез их с Рэйчел к Алексии домой, чтобы та собрала вещи. По дороге она позвонила Тернеру и объяснила ситуацию, и он заверил, что с помощью Доминика освободит ее от занятий в школе, а также поручит помощнице забронировать для них номер в отеле. В Спрингфилд Алексия планировала отправиться с Рэйчел на его машине. Она не осмелилась просить Кая поехать с ними — после того, что она ему наговорила, она не была уверена в том, что имела на это право. Попрощавшись с ним, они заглянули к Рэйчел, чтобы та тоже могла собраться. К сожалению, она ехала в Спрингфилд лишь на один день — в школе требовали справку, если нужно было отсутствовать дольше. Алексия не знала, сколько времени придется там провести — Доминик выбил освобождение только до конца недели. С одной стороны, она надеялась, что все разрешится быстро. С другой — хотела, чтобы Синтия прожила как можно дольше. Путь занял почти четыре часа. Рэйчел не гнала, так как на дорогах все еще лежал снег. Когда они прибыли, приемные часы уже закончились, однако их встретила темнокожая медсестра — та самая Таниша Трэнтон, звонившая ранее. Учитывая состояние Синтии, для Алексии сделали исключение и разрешили посетить бабушку вне приемных часов. Синтия спала, и Алексия решила ее не будить. Бабушка выглядела ужасно: исхудавшая, с заметно поредевшими волосами и болезненно желтоватым оттенком кожи. Больше всего Алексию почему-то поразил нос — вздернутый, худой, словно после неудачной ринопластики. Она пробыла в палате недолго, но за это время успела представить, каково будет жить в мире, где у нее больше не останется ни единого родственника. Да, она называла Эрнандо и Рэйчел своими братом и сестрой, но это было другое. Синтия — нудная, придирчивая, не особо чуткая — была связана с ней кровью. Она была матерью ее отца, человека, которого Алексия любила всем сердцем. Не все воспоминания о жизни в доме бабушки были теплыми, но они напоминали о временах, когда родители были еще живы. С уходом Синтии завершалась целая эпоха. Это означало окончательный разрыв с детством. Теперь Алексии предстояло остаться одной, без тыла, и ей было больно терять ту последнюю ниточку, что связывала ее с домом и родителями. Алексия вдруг осознала, почему Синтия, смирившись с отказом в опекунстве, написала, что это было к лучшему. Почему так настойчиво звала провести Рождество вместе. Алексия обещала приехать в следующем году, но бабушка ничего не ответила. Теперь становилось ясно, что та знала, что следующего года у нее уже не будет. Эти мысли вызвали тоску и желание расплакаться, но Алексия сдержалась. Внезапно пришло чувство вины за то, что она отказалась сделать шаг навстречу, когда Синтия протянула оливковую ветвь. Но теперь было уже поздно. Единственное, что она могла сделать — попрощаться. Рэйчел ждала ее в коридоре. После того как Алексия вышла из палаты Синтии, Таниша отвела их в кабинет дежурного врача. — Миссис Дэгер поступила к нам в августе с жалобами на боли в поджелудочной железе, — начала объяснять врач. — До этого у нее две недели держалась небольшая температура, но она думала, что это коронавирус, и обратилась за помощью слишком поздно. Мы сделали тест, но коронавирус не подтвердился. На УЗИ мы обнаружили камень в желчном протоке, потребовалась операция, и во время операции выяснилось, что часть тканей поджелудочной была поражена раковой опухолью с метастазами. На УЗИ этого видно не было — раковая ткань была визуально идентична здоровой. — Я не врач, поэтому простите, если вопрос покажется вам глупым, — произнесла Алексия, — но нельзя ли было что-нибудь сделать во время той операции? — К сожалению, хирургическое вмешательство эффективно только на начальных этапах, — ответила врач. — Метастазы — это уже финальная стадия. Мы использовали химиотерапию и HIFU-терапию, и некоторое время это помогало, была надежда на ремиссию, но после нового года состояние миссис Дэгер резко ухудшилось. Сейчас она может съесть лишь две-три ложки еды, после чего ее рвет. Мы ставим обезболивающие уколы, чтобы она могла уснуть. — Как долго она протянет? Врач вздохнула. — Такие вещи невозможно спрогнозировать, но, боюсь, мы достигли точки невозврата. Миссис Дэгер слишком слаба для химиотерапии, а без лечения… долго она не проживет. В гостиницу ехали молча. Алексия не спешила заводить разговор, а Рэйчел, вероятно, решила, что делиться своими мыслями в такой момент было неуместно. Тернер забронировал для них два номера, но Рэйчел решила остаться ночевать с Алексией. Двуспальная кровать позволила им без проблем разместиться вдвоем. Позже, уже в тишине номера, Алексия все-таки поделилась тем, что творилось у нее на душе: рассказала о страхах, о чувстве вины и о том, как тяжело было смириться с мыслью, что она вот-вот потеряет последнего члена семьи. — Не вини себя, Алекс, — посоветовала Рэйчел. — Это ведь она вела себя с тобой по-свински. Ничего удивительного, что ты предпочла держаться на расстоянии. Каждый получает то, что заслуживает. Ты могла вообще никуда не ехать посреди учебной недели — и была бы права. Завтра утром съездим в больницу, ты извинишься, поговоришь с ней обо всем, что осталось нерешенным, и станет легче. Алексия была благодарна Рэйчел за то, что та поехала с ней в Спрингфилд. Оказаться здесь одной было бы куда тяжелее. Постепенно обида, которую она носила в себе по отношению к подруге все это время, начала отступать. Наутро они вернулись в больницу. Синтия уже не спала, и Рэйчел зашла в палату вместе с Алексией. Атмосфера была гнетущей. Бабушка выглядела крайне слабой, но, кажется, обрадовалась, увидев внучку. Алексия представила Рэйчел, и Синтия выдавила изнеможденную улыбку. — Если бы я знала, что ты болеешь, приехала бы на Рождество, — возмутилась Алексия. — Почему не рассказала? — Врачи давали благоприятные прогнозы, — ответила Синтия. Голос ее звучал тихо и устало, совсем не так, как в июле на похоронах — в нем больше не было той уверенности и строгости. — Не хотела портить тебе поездку. Но я рада, что ты здесь. Знаю, мы не были близки, но я счастлива, что ты приехала, несмотря на обиды. — Да нет у меня никаких обид! — горячо возразила Алексия. Даже если что-то и оставалось, то сейчас казалось таким незначительным, что упоминать об этом не имело никакого смысла. Синтия поделилась своей версией того, как развивались события. Она призналась, что боли в районе поджелудочной бывали и раньше, но она винила во всем жирную пищу. После операции она хотела сообщить Алексии о диагнозе, но решила не беспокоить раньше времени. Это было так на нее похоже — держать все в себе и не жаловаться до последнего. Затем разговор зашел об исполнителе завещания, и Синтия призналась, что обращалась к нему, чтобы внести изменения в собственное завещание. Ранее наследником был ее сын, а после его смерти в качестве наследницы вписали Алексию. «А я-то себе напридумывала! — размышляла она. — Была так уверена, что Синтия хочет отобрать мое наследство, что даже не подумала о самом очевидном объяснении». Решив, что скрывать больше не было смысла, Алексия рассказала бабушке часть правды о гибели родителей: о том, что ее отец работал на некоего бандита, который, скорее всего, и заказал их убийство, а также о пропаже крупной суммы денег со счета за три дня до трагедии. Синтия была шокирована: она не знала об этом и понятия не имела, где ее сын мог прятать наличные. — Но знаешь, прошлой весной он мне звонил, — вспомнила вдруг Синтия, что было удивительно, ведь они были в ссоре и прекратили общение. — Сказал, что отправил посылку, и попросил ее сохранить. Я удивилась, но не стала задавать вопросов. Теперь мне кажется, он уже тогда знал, что мог быть в опасности. — Что было в посылке? — Просто металлическая табличка с каким-то странным текстом — не помню, что там было, она в гостиной, рядом с телевизором — можешь съездить и забрать. Ты ведь помнишь, где я прячу запасной ключ? Алексия кивнула. В палату вошла медсестра с кашей для Синтии, но та едва смогла проглотить несколько ложек — буквально через минуту ее вырвало. Это было жалкое зрелище. Синтия, измотанная и ослабшая, вскоре задремала, и Алексия с Рэйчел оставили ее, решив отправиться за табличкой. Ключ от дома был спрятан на веранде — под третьим слева от двери цветочным вазоном. Войдя в дом, Алексия с неожиданной болью осознала, что ей была знакома каждая деталь. Обстановка почти не изменилась со дня, когда она была здесь последний раз. Табличка, о которой упоминала Синтия, действительно нашлась у телевизора. На ней не было ничего, кроме странного текста. — A funny little artist works hard, drinks sausage and seeks a shoe to visit a rare parade, — прочла Алексия вслух. — Что за бред… — Рэйчел взяла табличку в руки, чтобы осмотреть со всех сторон. — Бессмыслица какая-то. Маленький смешной художник пьет сосиску? Зачем твоему отцу выбивать на табличке нечто абсурдное и отправлять Синтии? — Не знаю. Может, это какой-то пароль? Они два года не разговаривали, но он все равно зачем-то отослал табличку именно Синтии. Он не стал бы этого делать, не будь это важным. Алексия вспомнила про старый ноутбук отца и решила использовать текст с таблички для подбора пароля, когда вернется домой, а пока они отправились обратно в гостиницу. Рэйчел, собрав вещи, крепко обняла Алексию на прощание — следующим утром ей нужно было в школу, поэтому она возвращалась в Чикаго тем же вечером. Тернер не пожалел денег на отель: его помощница забронировала номер повышенной комфортности, где было все необходимое. На первом этаже располагался тренажерный зал, и Алексия решила сходить на пробежку, чтобы выплеснуть скопившееся напряжение. Если бы год назад кто-нибудь сказал ей, что она пойдет на тренировку добровольно, Алексия рассмеялась бы ему в лицо, но сейчас спорт стал неотъемлемой частью ее жизни, и она знала, что тренировка поможет справиться с переживаниями. Усталость после спорта всегда ощущалась приятной и восстанавливающей. Вернувшись в номер и приняв душ, Алексия набрала номер Эрнандо. Его отец умер от рака, и она надеялась, что он сможет понять, через что она проходила. — А кто будет оплачивать медицинские счета? — спросил Эрнандо, когда Алексия поделилась с ним ситуацией и он выразил свои соболезнования. — Не знаю. А кто обычно это делает? Только не говори, что наследник. — Боюсь, что так. После смерти отца его долги перешли маме. Дерьмово, но что поделать. Хотя у твоей бабушки вроде был дом? — Да, в Спрингфилде. — Тогда, скорее всего, государство выставит его на продажу, чтобы покрыть долги. «Это какой-то фарс, — думала Алексия, изо всех сил стараясь не расплакаться. — Папа хранил деньги на банковском счете, но кто-то украл их у меня из-под носа. Я не смогла унаследовать его машину, потому что та была куплена в лизинг. Теперь Синтия оставляет мне дом, но его заберут в счет оплаты ее медицинских долгов. Кажется, Вселенная так и хочет, чтобы я продолжала оставаться в финансовой зависимости от Билла». Наутро Алексия вернулась в больницу. Состояние Синтии заметно ухудшилось: она едва могла говорить и часто проваливалась в сон, но каждый раз, когда приходила в себя, они разговаривали. Алексия внезапно осознала, что не хочет уходить. Напротив, она была уверена, что должна быть рядом, чтобы не пропустить момент, когда бабушка покинет этот мир. Это казалось важным. Синтия вновь заснула, а Алексия осталась сидеть в кресле возле ее кровати. Чтобы отвлечься, она достала книгу, которую предусмотрительно взяла с собой. Вдруг раздался сигнал входящего сообщения. Это был Кай, и он спрашивал, где она. «В Спрингфилде», — ответила Алексия, закатив глаза. Он ведь знал, что она не вернулась в Чикаго. Она представила, как он стоит у школьных ворот, ожидая, когда она выйдет, чтобы отвезти на тренировку, и покачала головой. «Где именно в Спрингфилде? В Memorial Health?» — пришло следующее сообщение. «Да», — подтвердила она и через пару минут с удивлением прочла: «Выйди на парковку». Алексия вышла на улицу и застыла в изумлении: Кай стоял, прислонившись к своей машине, и держал в руках стаканчик с кофе. На капоте стояла картонная подставка с еще одним кофе, явно предназначенным для нее. — Как ты тут оказался? — спросила она удивленно. — К тебе приехал, — ответил он, кивая в сторону кофе, стоящего на капоте. Алексия забрала стаканчик с благодарной улыбкой. — Во-первых, кто-то должен вернуть тебя в Чикаго. Во-вторых, если захочешь потренироваться — я к твоим услугам. Было невероятно приятно видеть его здесь. Несмотря ни на что, он приехал за ней в Спрингфилд, и это согревало душу. — А я, между прочим, вчера бегала, — похвасталась Алексия. — В отеле есть тренажерный зал. — Да, я знаю, где ты остановилась. Снял номер там же. Опершись о капот рядом с ним, она сделала глоток кофе, а затем, немного подумав, наклонилась и поцеловала Кая в щеку. Он удивленно округлил глаза, но тут же улыбнулся. — Не стоит, — произнес он. — Как ментор, я вроде как обязан за тобой приглядывать. — Ой, не ври, что делаешь это, потому что ты мой ментор. Кай улыбнулся, и Алексия поняла, что попала в точку. Он действительно беспокоился о ней, раз проделал весь этот путь. Она вдруг вспомнила Эрнандо, который даже не предложил приехать, хотя когда-то уверял, что обязательно навестит Алексию, если Синтия все-таки увезет ее в Спрингфилд. После разговора с ним остался неприятный осадок. Эрнандо казался зацикленным на деньгах, и, хотя Алексия понимала, что его мысли были заняты недавней потерей крупной суммы, это все равно раздражало, потому что она хотела получить от него сочувствие. «Может, он наконец осознал, что его чувства безответны, и стал отдаляться, — размышляла она. — А еще у него были отношения с этой Ниной. Может, он влюбился в нее и переживает не только из-за денег?» Она не знала, как к этому относиться. С одной стороны, мысль о том, что Эрнандо мог разлюбить ее, приносила облегчение. С другой, перспектива потерять его дружбу вызывала грусть. Только теперь Алексия осознала, почему его присутствие было для нее таким важным: Эрнандо тоже был частью мира, в котором ее родители были все еще живы. Она познакомилась с Каем и начала дружить с Рэйчел уже после их убийства, а вот Эрнандо, как и Синтия с Амандой, принадлежали ее счастливому прошлому. Аманда ушла первой, Синтия вот-вот готовилась покинуть этот мир, и Эрнандо, казалось, предстояло стать следующим. Кай не стал заходить в больницу и остался дожидаться Алексию в машине. Приемные часы все равно заканчивались, так что она ненадолго заглянула к Синтии, чтобы убедиться, что та все еще оставалась жива, и забрать книгу. Прежде чем выйти из палаты, Алексия подошла к кровати Синтии и осторожно коснулась ее руки. Почему-то было важно сделать это именно сейчас. Да, они не были по-настоящему близки, но вдруг завтра для этого жеста будет слишком поздно? Втайне Алексия надеялась, что каким-то немыслимым образом это придаст Синтии сил. Они вернулись в гостиницу, а затем пошли на тренировку. После силовых Алексия отправилась бегать, а Кай приступил к собственной тренировке. Она никогда раньше не видела, как он тренируется. Беговая дорожка располагалась так, что Алексия могла с легкостью наблюдать за ним. В том, как он выкладывался во время упражнений, было нечто гипнотическое, сексуальное. Она впервые могла разглядеть его стройное, гибкое тело так подробно. Кай не был таким крупным, как Тайлер и Джастин, но его фигура все равно казалась идеальной в своей атлетичности. Алексия не могла отвести глаз. Иногда их взгляды встречались, но Кай был полностью погружен в процесс и не замечал, с какой жадностью она его разглядывала. После тренировки они вместе поужинали, а затем немного прошлись по городу. На следующий день он отвез ее в больницу и попросил написать, когда она будет готова вернуться. Войдя в палату, Алексия обнаружила там медсестру и лечащего врача. К ее удивлению, Синтия выглядела намного лучше, чем вчера — ее взгляд был ясным и осмысленным. — Такое ощущение, будто зрение улучшилось, — сообщила Синтия с улыбкой. — У меня даже аппетит появился! Алексия почувствовала слабую искорку надежды, но, взглянув на врача, поняла, что радоваться было рано. Та явно хотела о чем-то поговорить, и они вышли в коридор. — Это ведь хорошо, что она хочет есть? — спросила Алексия. — Боюсь, это затишье перед бурей, — ответила врач. — Я такое часто наблюдала. Думаю, сегодня все решится. Синтия поела с большим аппетитом — умяла почти половину тарелки. Через десять минут ее вырвало. В течение дня ее состояние постепенно ухудшалось, а к вечеру боль стала настолько невыносимой, что медсестра была вынуждена вколоть обезболивающее. После этого Синтия почти все время спала, а когда просыпалась, не узнавала Алексию. Дыхание стало прерывистым и тяжелым. Алексия написала Каю, чтобы он не ждал ее и ложился спать — ей позволили провести в больнице всю ночь. Тот ответил, что останется на связи, поэтому она может написать ему в любое время. Это тронуло до глубины души. Слова Рэйчел о том, что когда-то Кай казался ей неэмпатичным, сейчас вызвали бы у Алексии смех. В сравнении с Эрнандо, сосредоточенном исключительно на своих проблемах, Кай казался невероятно заботливым. «Впрочем, — подумала она, — я не была для Эрнандо хорошим другом. Сама не отнеслась к его беде всерьез, обвинив в доверчивости». Может, в какой-то момент ей было проще решить, что он просто отстранился, нежели признать, что могла оттолкнуть его сама. Синтия умерла в половину пятого утра. Алексия все это время была рядом: то наблюдала за ней, то пыталась читать. Та секунда навечно отпечаталась в ее памяти: дыхание Синтии вдруг участилось, она сделала глубокий и громкий вдох — свой последний вдох — и медленно выдохнула. Послышался писк кардиомонитора. В палату вошли медсестры и дежурный врач, но Алексия не обратила на них внимания — ее взгляд был прикован к лицу Синтии, ставшим совершенно другим — из него будто ушел свет. Мысль о том, что та все-таки умерла, просто не укладывалась в голове. Алексия написала Каю около пяти, и он ответил почти сразу, а спустя двадцать минут уже вез ее обратно в отель. Она не плакала и, вернувшись в номер, тут же уснула. Бронь отеля была оплачена до понедельника, поэтому Кай и Алексия не спешили возвращаться в Чикаго. Алексия проспала до полудня, после чего они вместе пообедали и съездили в больницу, чтобы уточнить детали касательно тела Синтии. Кай связался с Домиником, и тот пообещал взять на себя все вопросы, связанные с организацией похорон. Тернер подтвердил, что покроет все расходы. Все это время Алексия пребывала в некоем оцепенении, будто на автопилоте. Ей было нужно больше времени, чтобы переварить произошедшее. Они вернулись в Чикаго лишь поздним вечером. По дороге Алексия сообщила о смерти Синтии друзьям: Эрнандо отправила короткое сообщение, а Рэйчел позвонила. Та не спала, и они немного поговорили. — Даже не представляешь, как я рада, что ты был со мной рядом все это время, — призналась Алексия, когда Кай припарковался у ее дома. — Прости за те слова… ты знаешь, какие. Я не должна была произносить их. — Давай забудем о той ссоре? — предложил Кай. — Я тогда тоже не был образцом чуткости. А что до твоих слов… они меня не задели. — Он замер на секунду, словно пытаясь подобрать нужные слова, и добавил: — Ты во многом оказалась права. Его ответ застал ее врасплох. Алексия не верила, что он и правда не держал зла. Кай был лучше, чем она позволяла себе о нем думать, и его слова о ее правоте оказались важнее любых извинений. Она и не знала, что так нуждалась в них. Несмотря на то, что было уже поздно, спать не хотелось, и Алексия решила посвятить время попыткам подобрать пароль к ноутбуку отца, используя текст с таблички. Она перепробовала все, что только смогла придумать: полную фразу, первые буквы слов, обратный порядок, отдельные части текста, но ничего так и не сработало. Разочарованная, она спрятала ноутбук и табличку в гардеробной и отправилась спать. Тернер не только взял на себя расходы на похороны, но и погасил долги за лечение Синтии, что позволило сохранить дом в Спрингфилде. Этот жест сильно тронул Алексию, и она стала относиться к нему с бóльшей теплотой. К их следующей встрече она не только навела красоту, но и охотнее вступила с ним в близость. Благодаря ситуации с Синтией она поняла, что на него действительно можно было положиться — Тернер и правда был готов решать ее проблемы. В феврале Алексия сдала теоретический экзамен по вождению и получила ученические права, после чего, наконец, смогла приступить к занятиям в автошколе. Совмещать вождение, тренировки и учебу оказалось непросто, поэтому в дни, когда она посещала автошколу, Кай сокращал занятия и оставлял лишь спорт. Помимо автошколы у нее было достаточно возможностей практиковать вождение: иногда Кай позволял ей сесть за руль своей машины, а по выходным это делала Рэйчел. С каждой новой поездкой Алексия чувствовала себя за рулем все увереннее и однажды задумалась, как бы выпросить у Тернера разрешение брать его автомобили, как это было позволено Рэйчел. — Думаю, так скоро он согласие не даст, — честно призналась Рэйчел, когда Алексия подняла этот вопрос. — Дарле и Элисон он отказал, да и мне позволил брать его тачку только год назад. Но спроси, вдруг сработает. Однако Алексия так и не решилась на разговор с ним и продолжила довольствоваться такси: Тернер уже помог ей после смерти Синтии, и просить его о чем-то еще казалось чересчур. Привилегий у Рэйчел было больше: такую роскошную квартиру, как у нее, он не предлагал, лимит по ее карте был значительно выше, а еще Тернер никуда не брал Алексию с собой — даже в рестораны. Впрочем, ее это не расстраивало: ей вполне хватало того, что он звал ее к себе всего пару раз в неделю и не требовал большего. Глава 16 So give me something to believe ‘Cause I am living just to breathe And I need something more To keep on breathing for So give me something to believe Believe, The Bravery В этом году Рэйчел отметила день рождения на удивление скромно: всего лишь сняла один из лучших СПА-центров Чикаго на целый день и пригласила туда пятерых самых близких подруг. Лучшим подарком для нее стало письмо с подтверждением поступления в университет Чикаго. Рэйчел объезжала дома подруг лично, забирая каждую на роскошном лимузине. В салоне уже распивали шампанское, а для Алексии, соблюдавшей запрет на алкоголь, был приготовлен безалкогольный сидр. Собрав всех, лимузин направился в СПА-центр, и девушки принялись с предвкушением обсуждать предстоящий день. В этом году подруги Рэйчел могли не отвлекаться на съемку сторис — хозяйка торжества пригласила двух фотографов. Пока один делал фотографии, второй обрабатывал уже сделанные, чтобы гости могли как можно скорее опубликовать их в инстаграме. Алексию это мало интересовало, так как она редко что-либо там постила, ведь жизнь в основном состояла из бесконечных тренировок, походов в автошколу и редких встреч с друзьями. О поездках к Тернеру она старалась даже не думать и уж тем более не упоминала о них публично. — Знаешь, Билл все реже приглашает меня к себе, — призналась Рэйчел, когда они с Алексией остались в хаммаме вдвоем. — А меня наоборот чаще: на прошлой неделе я была у него четыре раза. — Мне кажется, он начинает всерьез тобой увлекаться. Так уже было с Эль. Услышанное Алексию не обрадовало. Пусть она и привыкла к встречам с Тернером и уже воспринимала их как неизбежное зло, мысли о его возможном увлечении все равно вызывали у нее тревогу. — Не думаю, что он в меня влюблен, — осторожно возразила Алексия. — Влюблен — это не про Билла, — согласилась Рэйчел. — Но знаешь, как-то раз я спросила, почему он выбрал именно тебя, ведь вокруг полно охотниц за его кошельком, и среди них хватает красивых и молоденьких, и он ответил, что ему просто захотелось попробовать что-то новое — скромную, тихую девочку, не пытающуюся строить из себя искусную обольстительницу. Это звучало правдоподобно. Однажды Алексия поинтересовалась у Рэйчел, как проходят ее встречи с Тернером, и заметила, как сильно они отличаются от ее собственных. Рэйчел разыгрывала в постели бурную страсть, сама проявляла инициативу, набрасывалась на него с поцелуями и делала все, чтобы он чувствовал себя желанным. У Алексии все было совершенно иначе. Тернер явно замечал ее нежелание заниматься с ним сексом, но, похоже, это лишь сильнее разжигало его интерес. А еще на днях он сказал: — Ты меня радуешь. Уверен, ты, как и Рэйчел, задержишься у меня надолго. Эти слова, очевидно задуманные как комплимент, лишь усилили в ней чувство обреченности. Алексия надеялась, что, увидев безразличие, Тернер решит ее бросить, но после того вечера напротив увеличил лимит по ее карте вдвое. Радости это не доставило — денег и так было достаточно, во многом благодаря привычке жить экономно. Каждый месяц она снимала немного наличных, чтобы откладывать хоть что-то на случай непредвиденных проблем. Снимала бы больше, но комиссия за снятие наличных с этой карты была неоправданно высокой. — Знаешь, я давно хотела спросить… — начала вдруг Рэйчел задумчиво. — Что происходит между тобой и Каем? Алексия мгновенно ощутила, как ее бросило в жар, и причиной тому был вовсе не хаммам. — Если ты про ссору, то все в порядке — мы помирились. — Нет, не об этом, — произнесла Рэйчел многозначительно, умолкнув на несколько секунд. Не дождавшись ответа, она продолжила: — Алекс, мы дружим не так уж долго, но я хорошо тебя изучила и вижу, как меняется твое лицо, когда ты о нем говоришь. Думаю, он тебе нравится. — Глупости, — попыталась отмахнуться Алексия. — Я просто провожу с ним слишком много времени, о ком еще мне говорить? Когда я с ним, то постоянно говорю о тебе. Она растерла лицо ладонями, пытаясь скрыть растущее волнение. Ее пугало, с какой легкостью Рэйчел смогла обо всем догадаться. А если узнает Тернер? Или, чего хуже, сам Кай? О взаимности с его стороны она и не думала — даже если он что-то к ней и испытывал, у них все равно не получилось бы быть вместе из-за Тернера. — Я никому не расскажу, обещаю, — произнесла Рэйчел со всей серьезностью. — И даже не буду спрашивать, что ты в нем нашла, потому что уж лучше Кай, чем Тайлер. Алексия устало вздохнула. — Ладно, — сдалась она. — Мы проводим вместе столько времени… неудивительно, что я влюбилась. — Ну да, дело конечно же в том, что вы часто видитесь, — усмехнулась Рэйчел. — Но тогда это сработало бы и для нас с Рэем. Предвосхищая твой вопрос, отвечу сразу: между мной и Рэем никогда ничего не было. — Я давно хотела спросить тебя об этом. Неужели никто из вас не был влюблен в другого? — За Рэя не скажу — понятия не имею, что он ко мне чувствует, но никогда не замечала интереса с его стороны. К тому же мы знаем друг друга с детства, он меня еще мелкой помнит, так что наши гипотетические отношения я воспринимаю как инцест, и он, думаю, тоже. — Кому-то и такое нравится… — Меня сейчас стошнит, — поморщилась Рэйчел. Алексия рассмеялась. — А если серьезно, я довольна твоим выбором. Кай знает? — Конечно нет! Хотя, если ты догадалась, то и он наверняка давно все понял. Эта мысль расстраивала, ведь если Кай действительно все знал, но никак не реагировал, значит, намеренно не позволял их отношениям выйти за рамки дружбы. — Может, это и к лучшему, — задумчиво произнесла Рэйчел. — Билл точно не обрадуется. Он ненавидит измены. Пару раз говорил мне, что убьет, если поймает с другим. И, уверена, он не шутил. Алексия с трудом понимала, как Рэйчел могла так спокойно говорить об этом и продолжать видеть в Тернере хорошего человека. — Почему ты вообще заговорила об этом? Думала, у нас с Каем тайный роман? — Я бы не удивилась. Ты симпатичная, вон, Билл тобой заинтересовался. Думаешь, Кай бы устоял? — У всех разные вкусы. — Алексия сделала паузу, раздумывая, хочет ли знать ответ на следующий вопрос: — Интересно, у Кая есть девушка? Ты что-нибудь об этом знаешь? — Не-а, он в этом плане очень скрытный. Раньше, еще до работы на Билла, он встречался с девчонкой из нашей уличной компании, но, когда мы перестали с ними общаться, Кай с ней порвал. Не удивлюсь, если однажды он захочет жениться и обо всем известит, просто прислав приглашение на свадьбу. Это было бы в его духе. — А вдруг он до сих пор с ней встречается? — Вряд ли. Каю не нравилось, что она злоупотребляла психоделиками. В хаммам вошли подруги Рэйчел, и разговор пришлось свернуть, но с тех пор они регулярно возвращались к этой теме. Теперь, когда Рэйчел обо всем знала, Алексии стало легче. Ее радовало, что можно было обсудить с подругой свои переживания. С кем еще она могла это делать? В середине апреля погода уже вовсю радовала теплом. В одну из суббот Кай решил внести разнообразие в программу тренировок и вместо тренажерного зала повез ее за город. Ехали долго, дольше часа, пока не забрались глубоко в лес. По едва заметной проселочной дороге они выехали на пустую поляну, окруженную деревьями. Вокруг было ни души. — Тут нас никто не побеспокоит, — сообщил Кай, выходя из машины. Он достал из багажника огромный баул и направился пешком вглубь леса, туда, куда машина проехать бы уже не смогла. Алексия, ничего не понимая, пошла следом. — Решил научить меня правильно закапывать трупы? Кай рассмеялся. — Не в этот раз. Сегодня попрактикуемся в стрельбе при движении. В сумке мишени — организую для тебя интерактивную трассу, будет весело. Шли недолго: спустя минуту Кай свернул в небольшую рощицу. Деревья здесь стояли неплотно, и вокруг было достаточно открытого пространства. Алексия помогла развесить мишени: крепила их к веткам и кустам, чтобы каждая находилась не дальше пяти ярдов от следующей, а сама трасса растянулась примерно на триста ярдов. Она должна была пробежать по этому маршруту и попасть в каждую мишень. За восемь месяцев ее навыки стрельбы заметно улучшились, уши привыкли к громкости выстрелов, а плечи — к отдаче. Промахи случались все реже, и большинство выстрелов приходилось на центральную часть мишени. Кай протянул пистолет, который Алексия видела впервые. Зарядив, она собралась снять его с предохранителя, но не поняла, как это сделать. — Предохранителя нет, — пояснил Кай, заметив ее замешательство. — Внешнего тоже. — Как это — нет? Я думала, он у всех есть. — Не у всех. — Но ведь это опасно! Как тогда носить его с собой? — Чтобы совершить выстрел, нужно нажать на спусковой крючок с усилием. Сначала будет непривычно, так что сделай пару пробных выстрелов по первой мишени. Но знаешь, как исключить случайный выстрел полностью? — Просвети меня. — Держи оружие незаряженным. Ни один пистолет в мире не выстрелит без патрона. — Очень смешно, — ответила Алексия, закатив глаза. Она сделала несколько тестовых выстрелов по первой мишени, чтобы привыкнуть к новому пистолету, а затем начала забег. Кай бежал следом, изображая преследование, и это добавляло напряжения. У нее не было времени на тщательное прицеливание: если бы Кай ее догнал, это бы означало автоматический проигрыш. После тренировки они собирались вместе поужинать, и победитель выбирал ресторан, а их вкусы отличались: Алексии нравилась азиатская кухня, а Кай предпочитал средиземноморскую. Для первого раза он пообещал дать ей фору, но задача все равно оказалась непростой: приходилось бежать, целиться, стрелять и одновременно смотреть под ноги — тропы не было, а земля была неровной — с корнями и ямами, из-за которых можно было легко переломать ноги. Добежав до конца маршрута, они вместе направились к старту, по пути анализируя результаты. Около половины мишеней остались нетронутыми: некоторые Алексия не заметила, в другие не попала, а часть пропустила из-за нехватки патронов — просто не успевала перезарядиться на бегу и перед началом забега не проверила, как много их было в магазине. — Не забывай считать патроны, — посоветовал Кай. — И начинай перезаряжаться сразу после последнего выстрела — так успеешь подготовиться к следующей мишени. — Легко говорить! Я никогда не делала этого на бегу. — Для этого мы сюда и приехали. С сегодняшнего дня все субботние тренировки будут проходить в лесу. Вторая попытка оказалась лучше, но Кай все равно остался недоволен. — Может, вместо мишеней развесить чьи-нибудь фотографии? — предложил он с усмешкой. — Например, твоего бывшего. — Можешь развесить фотографии Джастина, — ответила Алексия. — Тогда ни одна мишень не останется нетронутой, потому что ты не сможешь пробежать мимо и не выстрелить. Кай лишь хмыкнул в ответ, а уголки его губ слегка дрогнули в улыбке. Первые несколько суббот они ужинали в греческом ресторане, так как выигрывал Кай, но со временем Алексия начала прогрессировать. Постепенно она научилась перезаряжать пистолет на бегу, на автомате считать патроны и попадать в мишени с первого выстрела. К началу лета она стала уверенней обращаться с разными моделями пистолетов, которые приносил Кай, и больше не зависела от определенного оружия. В середине мая Алексия получила водительские права, но это было лишь формальностью — она все еще использовала липовые права, в которых была старше. Рэй дал ей пару уроков экстремального вождения, но сначала Алексия решила отработать навык водить машину традиционным способом. На этом Кай не остановился. Он все меньше времени уделял теории и больше — практике, например, однажды привез Алексию в гостиничный номер и дал задание установить камеры и прослушку так, чтобы все работало корректно, но оставалось незамеченным. В другой раз он отвез ее на какой-то склад и предложил вскрыть замок. Время было неограниченным, и на взлом ушло почти двадцать минут, но она это сделала. «Представляю, как бы вытянулись лица Элси и Тайлера, если бы на Хэллоуин я вместо поиска ключа просто вскрыла бы замок отмычкой», — подумала Алексия, довольная тем, как справилась с заданием. Они тренировались на разных объектах: почтовых ящиках, шкатулках, несложных сейфах и автомобильных замках. Кай научил ее различать машины, которые можно было угонять, от тех, что были защищены продвинутыми антиугонными системами. До настоящего угона дело не дошло: Кай договорился со знакомыми, предоставившими свои автомобили для тренировки, и Алексия смогла попрактиковаться на них. У нее появился рабочий рюкзак, в котором хранилось все необходимое: отмычки, веревка, провода, аптечка и складной нож, подаренный Эрнандо на день рождения. Летом тренировки стали длиться дольше, ведь Алексии больше не требовалось ходить в школу. Это было отличное время: она видела результаты своих трудов и понимала, что год прошел не зря, а еще проводила много времени с Каем, из-за чего чувства к нему становились лишь крепче. Дружба с Эрнандо тем временем окончательно сошла на нет: он все чаще находил отговорки, чтобы не встречаться, и однажды они даже всерьез поругались из-за этого. У Алексии было достаточно свободного времени для встреч с друзьями, поэтому вместо Эрнандо она все чаще выбирала Вайолет или Рэйчел. Иногда компанию дополняли подруги Рэйчел или Кай с Рэем, так что скучать не приходилось. Начало июля ознаменовалось годовщиной смерти родителей. Это также была годовщина начала ее обучения. День Независимости Алексия проигнорировала, отказавшись идти на вечеринку Вайолет и отклонив предложение Рэйчел поехать с ее подругами смотреть на фейерверки с яхты. Она все чаще задумывалась о том, когда начнет работать. Кай ее хвалил, но тему работы не поднимал, так что Алексия решила спросить его об этом напрямую: — По-твоему я готова к работе? — Думаю, да. — Тогда, может, поговоришь с Биллом об этом? — Я говорил, но все не так просто, — ответил Кай нехотя. — В смысле? — Билл сказал, что тебе пока рано начинать работать, и предложил продлить обучение до нового года, а лучше — до окончания школы. — Что?! — возмутилась Алексия. — Это же еще полгода ждать, а то и целый год! — Я с ним не согласен, но что, по-твоему, я должен был сделать? — Не знаю, убедить, что я готова! — К чему такая спешка? — недоумевал Кай. — Насколько я понимаю, вопрос с долгом решен. А раз так, ты сама говорила, что я могу растянуть твое обучение хоть на пару лет. — Да я это в шутку сказала! — Алексия беспомощно всплеснула руками. — Разве Биллу не нужны девушки для работы? Он тебе аж год перерыва дал, лишь бы ты согласился как можно скорее начать меня тренировать! — Мне кажется, он переживает, что ты недостаточно подготовлена, — предположил Кай, ненадолго задумавшись. — Вы с ним близки. Может, он просто не хочет подвергать тебя риску раньше времени. — Или не хочет, чтобы я начала зарабатывать свои собственные деньги. Пока я полностью от него завишу, он может делать со мной все, что захочет. Алексия решила поговорить с Тернером о работе при следующей встрече, но аккуратно, чтобы не разозлить. Тем же вечером водитель повез ее на Линкольн-Парк. Она любила это место гораздо больше, чем загородный дом в Уиннетке. Квартира впечатляла своим стилем. Рэйчел рассказывала, что оформлением занималась одна из топовых дизайнерских студий США, а мебель привозили из разных уголков мира. Интерьер был выдержан в стиле арт-деко: мраморные полы, покрытые иранскими коврами, диваны и кресла приглушенных тонов от итальянских мастеров, необычные светильники. Высокие потолки и великолепный вид на центр Чикаго делали это место особенно привлекательным. Вид из окон был не хуже, чем у Рэйчел. Сам Тернер, напротив, предпочитал загородный дом, и Алексия этого не понимала. Дом был слишком далеко от Чикаго, и она не любила долгие поездки туда. В своих мечтах она представляла, как живет на Линкольн-Парк — непременно в квартире Тернера, только без него самого. Она фантазировала, как садится в свою собственную машину и едет в школу или колледж, как устраивает бранчи с Рэйчел и другими подругами по выходным, а ночи, конечно же, проводит с Каем. Ни одна ее фантазия не обходилась без него. — Кай сказал, ты решил продлить мое обучение. Почему? Алексия задала этот вопрос уже после секса, зная, что в такие моменты Тернер был настроен на разговоры и пребывал в хорошем расположении духа. — Тебе наскучило обучение? Уже рвешься в бой? — усмехнулся он, потянувшись к тумбочке за сигаретами. Пачка и пепельница всегда находились под рукой. Уборщицы прибирались здесь ежедневно: меняли постельное белье, чистили пепельницы, выносили мусор. Не то чтобы Алексия была брезгливой, но было приятно знать, что она лежала на чистой простыне. — Ну да, ты ведь помнишь — я хочу убить Хайнеманна, но если не начну заниматься реальными делами, никогда до него не доберусь. — Я надеялся, ты передумала, — ответил Тернер, делая затяжку. — В конце концов, никаких доказательств его причастности мы так и не нашли. Убивать просто из-за подозрений? А если ты ошиблась, и заказчик кто-то другой? Не говоря уже о том, что Армин — цель непростая. Это, пожалуй, самый защищенный человек в Чикаго. — Но если не он, то кто? — Если твой отец был ценным кадром, его могли убрать конкуренты Армина — просто чтобы ослабить его позиции. — Например, ты? Тернер рассмеялся, выпуская кольцо дыма. — Например, я. Я отлично подхожу на эту роль, ведь тебе прекрасно известно, что мы с Армином не друзья, и я давно мечтаю его убрать. Но посылать на задание тебя? Дело даже не в отсутствии опыта — это поправимо. Кай хорошо о тебе отзывается, и я доверяю его мнению. Проблема в другом: на это дело не готов пойти даже Кай, а он один из лучших. Если ничего не выйдет, для тебя все кончится плохо, а я этого не хочу — уж слишком ты мне нравишься. От этих слов ей стало не по себе. Тернер погасил сигарету, выкуренную лишь наполовину, и притянул Алексию к себе для поцелуя. Она задержала дыхание, чтобы не вдыхать запах табака. — Я не просто так стараюсь нигде тебя не светить, — продолжил он, когда наконец ее отпустил. — Мы не выходим в люди, никуда вместе не ездим, потому что Армин внимательно следит за всеми, кто появляется в моем окружении. Установить за мной круглосуточную слежку он не может — моя охрана сразу же заметит, поэтому вряд ли он о тебе в курсе, но, если все же узнает и копнет глубже, обязательно заинтересуется, как рядом со мной оказалась дочь его убитого сподручного. И если он действительно причастен к смерти твоих родителей, это может создать ненужные проблемы. — Он мог заметить меня рядом с Каем, — предположила Алексия. — Он не следит за каждым из моих людей — для этого нужно слишком много ресурсов, — ответил Тернер. — Да, он наверняка знает, что Кай на меня работает, но насколько он ценен — никому не известно. Алексия вспомнила, как Рики рассказывал Эрнандо о том, что Рэй и Кай помогли ограбленному дилеру — это был один из тех редких случаев, когда информация о выполненном задании стала известна другим. Рики просил сохранить историю в тайне, но Алексия все же обо всем узнала, а значит, о чем-то подобном мог узнать и Хайнеманн. С одной стороны, она ненавидела его всей душой, а с другой — страх перед ним был слишком реален. Мог ли он уже знать о ее существовании и следить за каждым ее шагом? От этих мыслей у нее по спине пробежал холодок. — И все-таки не понимаю, зачем откладывать окончание моего обучения. Почему я не могу начать работать? Неважно, пойду я убивать Хайнеманна или нет, я уже достаточно подготовлена, чтобы начать. Кай в моем возрасте уже вовсю работал. — Он и начал раньше. — Рэйчел училась всего год. — Да, и ей первое время очень недоставало подготовки. — Вот именно — первое время. А потом она втянулась, потому что у нее была практика. Я тоже могу начать с малого — например, ассистировать Каю как водитель. А если его снова подстрелят, буду рядом, чтобы оказать помощь. Разве ты не хочешь, чтобы он вернулся к работе? — Он уже вернулся. Его перерыв закончился. Эти слова застали Алексию врасплох. Стало немного обидно, что Кай не поделился с ней этой новостью, но она решила, что дело наверняка было в каком-нибудь очередном тупом правиле о конфиденциальности. Ничто в его поведении не выдавало изменений: тренировки шли по расписанию, он не выглядел ни уставшим, ни невыспавшимся. Она вновь поразилась его способности скрывать эмоции и так умело вести двойную жизнь. — Тем более, — продолжила Алексия, — зачем грузить его и работой, и менторством? Я могу помогать ему на заданиях, первое время можешь мне даже не платить — будем считать это стажировкой. — Алексия, дорогая, у нас не стартап. Какая еще стажировка? У меня нет простых заданий, вся работа сопряжена с риском. Уверена, что сможешь кого-нибудь пристрелить, если понадобится? — Рэйчел говорила, ей это ни разу не понадобилось. И ты сам утверждал, что вся грязная работа ляжет на напарника, а я нужна лишь в качестве помощницы. — Да, но сейчас есть только грязная работа, — вздохнул Тернер. — Так что давай вернемся к этому разговору ближе к осени. Я подумаю, что можно сделать. До конца лета оставалось меньше двух месяцев, и Алексия решила не настаивать, однако так и не смогла избавиться от ощущения, что у Тернера были свои причины ей отказывать. Действительно ли он боялся, что она пострадает, потому что привязался к ней? Или ему просто было удобно держать ее на коротком поводке, не позволяя зарабатывать собственные деньги? А может, за этим скрывалось что-то еще? Как бы то ни было, два месяца пролетят быстро, и в следующий раз она будет настойчивей. Уже одевшись и собравшись выйти из спальни, Алексия вдруг вспомнила вопрос, который давно хотела задать. — Билл, почему ты выкуриваешь сигареты только до половины? — спросила она, кивнув в сторону пепельницы. Тернер усмехнулся. — Чем ближе к фильтру, тем больше смол и никотина. Не так вредно. Спустя пару дней, отправившись в кино в компании Кая и Дабл Рэев, Алексия решила уточнить у Рэя, действительно ли тактика Тернера помогала снизить вред от курения. — Это полнейшая чушь, — рассмеялся Рэй. — Не знаю, кто внушил ему это, может, сам выдумал, но для здоровья разницы никакой — он просто будет чаще курить и все равно доберет свою дозу никотина и смол. — Производителям сигарет такая идея понравилась бы, — заметил Кай. — Я бы на их месте постарался распространить этот миф как можно шире. Отличный способ заставить людей тратить на сигареты вдвое больше. — Точно, — подхватил Рэй. — Можно еще проплатить какие-нибудь липовые исследования, как было с сахаром, но от рака легких это не спасет. Билл курильщик со стажем, так что уже давно в группе риска. «Лучше бы он сдох от рака вместо Синтии», — с горечью подумала Алексия. Разговор переключился на другую тему, но она все никак не могла перестать думать об этом и вдруг осознала, что в текущей ситуации смерть Тернера стала бы для нее единственным способом избавиться от него раз и навсегда. На миг ей стало стыдно от этих мыслей, и все же где-то глубоко внутри она искренне захотела, чтобы он вдруг умер. Глава 17 Whatever I feel for you You only seem to care about you Is there any chance you could see me too? ‘Cause I love you I Love You, Woodkid Наступил август, и этот воскресный день Алексия решила посвятить домашним делам. Она как раз искала, что бы включить фоном, чтобы уборка шла веселее, когда услышала сигнал входящего сообщения. Слегка раздраженная тем, что ее отвлекли, она взглянула на часы, чтобы узнать, кто написал, и увидела, что это был Эрнандо. Они не общались целый месяц. Алексия злилась из-за того, что он постоянно игнорировал ее звонки и сообщения, и в какой-то момент просто перестала пытаться связаться с ним. На этом их общение оборвалось. Первым порывом было проигнорировать сообщение — пусть тоже почувствует, каково это, когда тебе не отвечают, но ее насторожил текст — Эрнандо просил срочно встретиться и спрашивал, где она. Чувствуя легкую тревогу, Алексия ответила, что была дома, и решила отложить уборку на потом. Когда Эрнандо заглядывал в гости, это обычно затягивалось надолго. Он приехал спустя полчаса и выглядел напряженным, взвинченным. Войдя в квартиру, он обошел ее, будто проверял, был ли внутри кто-то еще, а затем зачем-то спросил: — Ты одна? — Да, — ответила Алексия удивленно, ведь он только что сам убедился, что в квартире больше никого не было. Его поведение ее насторожило. — Что случилось? Эрнандо растер лицо ладонями, затем прошел на кухню, налил себе стакан воды и осушил его наполовину. С громким стуком вернув стакан на стол, он посмотрел на Алексию. В его взгляде было нечто, что заставило ее сердце сжаться. — Я влип, — сказал он коротко. — Нандо, объясни, что произошло, — попросила Алексия встревоженно. Эрнандо опустился на диван, обхватил голову руками и замер на мгновение, а затем, словно едва сдержав порыв разрыдаться, произнес: — Я убил Рики. Алексия застыла, не в силах произнести ни слова. Убил. Эрнандо убил человека! Эта мысль никак не укладывалась в голове. Да, он мог ввязаться в драку, но убить? — Как?.. — наконец выдавила она. Эрнандо коротко и зло хохотнул, и этот смех заставил ее поежиться. — Все из-за гребанной Нины. Не только без накоплений меня оставила, но и в долги загнала. — Какие долги? Объясни нормально, я ничего не понимаю! Он беспокойно стучал ногой по полу, а взгляд метался по комнате, словно у загнанного зверя. — Я не только свои деньги просрал, но и деньги Рики, — заговорил Эрнандо наконец. — Когда впервые предложил ему вложиться в те коины, Рики сразу почуял, что что-то не так, но я верил Нине и ее дружкам так сильно, что переубедил его. Рики вложил пятьдесят тысяч, а когда афера вскрылась, потребовал вернуть каждый цент, угрожая, что иначе не станет со мной работать. Но это мой заработок, Алекс! У нас еще ипотека не погашена, я не мог так тупо все похерить, поэтому согласился. Пришлось рисковать, лезть в чужие районы, шастать по клубам и подворотням, уговаривать попробовать тех, кто боялся начать… — Ты серьезно?.. — с ужасом и недоверием выпалила Алексия. Она смотрела на него так, словно видела впервые. Ей никогда не нравилось, что он продавал наркотики, но подсаживать на них тех, кто никогда не употреблял? Это было гораздо хуже. Хотелось верить, что Эрнандо просто попал в трудную ситуацию и сделал ошибку, но это все равно никак его не оправдывало. — Что, зашкварился в твоих глазах? — с усмешкой спросил Эрнандо. В его голосе сквозило напряжение. — То, как ты ведешь бизнес — твое дело, а не мое, — солгала Алексия. На самом деле она стала меньше уважать Эрнандо. — Не лги. Вижу же, что зашкварился. Но у меня не было другого выбора, Алекс. Бóльшая часть заработка шла в оплату долга, и я успел погасить лишь половину. Мне нужно было как-то выкручиваться. — Но зачем было убивать Рики?.. — Он требовал, чтобы я вернул оставшуюся половину до сентября. Но это нереально! Я несколько месяцев пахал, чтобы вернуть лишь половину! Я пытался объяснить ему это, но он и слушать не хотел. Говорил, деньги взяты из сейфа, и в сентябре он должен вернуть их Биллу, а если я их не найду, Билл обо всем узнает, и мне конец. Я разозлился, начал с ним спорить. Он стал угрожать, мы сцепились. Я не хотел этого, Алекс! Просто испугался! Гляжу — на столе нож для бумаг. Даже не понял, как это случилось… Эрнандо с чувством выругался. Алексия молчала. Она не знала, что сказать. Ей отчаянно хотелось посоветоваться с Каем. Он наверняка придумал бы, как выйти из этой ситуации, но он работал на Тернера, поэтому обращаться к нему за помощью было слишком рискованно. К тому же Эрнандо вряд ли позволил бы ему вмешаться. Все могло быть иначе, если бы Эрнандо не убил Рики! Алексия могла бы лично поговорить с Тернером, найти способ договориться. Возможно, тот дал бы отсрочку. Или в крайнем случае она могла бы занять деньги у Рэйчел или Кая. Двадцати пяти тысяч у нее не было, но с помощью друзей можно было бы найти выход. Если бы только Эрнандо рассказал ей обо всем раньше! Теперь становилось понятно, почему он все это время отдалялся. Эрнандо уже поступал так после смерти отца. Столкнувшись с проблемами, он всегда предпочитал решать их самостоятельно, никому ничего не рассказывая. — Почему ты скрывал! — воскликнула Алексия, чувствуя горечь и бессилие. — Я могла бы помочь, но теперь… — Теперь уже ни хрена не сделать, — согласился он, снимая с плеч рюкзак. — Вот, смотри. Эрнандо его расстегнул, и Алексия увидела, что внутри лежали пачки денег. Много денег. — Черт… — прошептала она. — Откуда? — У Рики забрал. Из сейфа. Он как раз копался там, когда я пришел, и дверца оставалась открытой. Терять все равно было нечего. — Нандо, тебя убьют! — воскликнула Алексия, побледнев. — Это деньги Билла! Зачем ты их взял! — Потому что меня убьют в любом случае, — ответил он обреченно. — Но с деньгами есть шанс смыться. Никто не знает, что я был у Рики. Отпечатки стер, улик не оставил. Мать уехала в отпуск, сейчас в Такоме у сестры. Я тоже туда поеду. Скажу, чтобы не возвращалась обратно. С этими деньгами можно купить дом где-нибудь в глуши и начать новую жизнь. С квартирой в Чикаго потом разберемся. Даже если кто и заподозрит неладное, найти меня на другом побережье Билл не сможет, он не всесильный. А если останусь, правда рано или поздно всплывет, и меня точно прикончат. Нужно рвать когти, пока не нашли Рики. Алексия устало вздохнула. Ее била мелкая дрожь. Она ужасно боялась за Эрнандо и совершенно не хотела с ним прощаться. Несмотря на обиды, он оставался ее другом. — Когда уезжаешь? — спросила она, стараясь скрыть волнение. — Прямо сейчас, — ответил Эрнандо, избегая смотреть ей в глаза. — Съезжу домой, возьму вещи — и все. И так уже потратил слишком много времени. Я его еще ночью грохнул, просто не знал, что делать, куда бежать… в себя приходил. Хочу слинять незаметно: поеду на автобусе или найду попутку, чтобы не светить документами. Эрнандо замолчал на мгновение, а затем решительно добавил: — Но я пришел не прощаться. Поехали со мной. Прошу. — Что? Куда? В Такому? — изумилась Алексия. — Ну да. Билл знает, что мы знакомы — это ведь я тебя к нему привел. Если правда всплывет, ты тоже пострадаешь. — Билл ничего мне не сделает. Я ни в чем не виновата. — Алекс, не важно, виновата или нет. Зачем тебе оставаться? Забей на этого Хайнеманна! Билл тебя дурит, просто хочет убрать конкурента твоими руками, а кто на самом деле заказал твоих родителей, мы так и не узнаем. Нахрена тебе это? Поехали со мной! Будем жить вместе, снимем квартиру, как всегда мечтали, откроем кафешку или еще что-нибудь. У меня в рюкзаке не меньше двух сотен тысяч! Мы справимся. Алексия молчала, разрываясь между здравым смыслом и собственными желаниями. Слова Эрнандо отчасти звучали логично, но она не могла так просто оставить все позади. Она была уверена, что именно Хайнеманн стоял за убийством родителей, а Тернер, каким бы он ни был, давал ей деньги, покровительство и безопасность. Она знала, что он не поверит в ее причастность к убийству Рики, особенно учитывая, что сейчас он был увлечен ею так сильно, что перестал приглашать к себе Рэйчел. Для Эрнандо все казалось простым, ведь он так до сих пор и не узнал, что Алексию и Тернера связывала не только работа. Что-то подсказывало, что тот не позволит ей сбежать так просто и обязательно ее найдет. Но даже если бы Тернер ее не удерживал, настоящей причиной, по которой она не хотела уезжать, был Кай. — Я не могу, — ответила Алексия тихо. — Поезжай один. — Почему? — В голосе Эрнандо звучало отчаяние. — Потому что я не хочу никуда уезжать, — отрезала она. — Не хочу бросать друзей, не хочу пускаться в бега. И уж тем более не хочу жить на деньги, запятнанные кровью. — Ах вот как ты заговорила, — процедил Эрнандо, и в его голосе послышалась ледяная ярость. — Считаешь себя лучше меня? Думаешь, деньги, которые он тебе дает, деньги, на которые была куплена эта квартира — они не вымазаны кровью? Забыла, кто приносит Биллу основную прибыль? Он убивает людей за эти деньги! Он подсаживает на наркоту за эти деньги! — Странно слышать такие слова от человека, который сам подсаживал людей на наркотики, — ядовито заметила Алексия. Эрнандо побледнел, а его лицо перекосило от злости. На миг Алексия ощутила страх — ей показалось, что сейчас он убьет и ее. В этот момент она окончательно поверила, что он был способен на убийство. — Дело не в деньгах, так ведь? — неожиданно спросил Эрнандо. — Я не идиот, Алекс. Я знаю тебя много лет, знаю, как ты ведешь себя, когда влюблена. Не хочешь уезжать из-за Кая, я прав? Она не ответила, но это молчание говорило больше любых слов. — Тебя всегда привлекали подонки, — продолжил он с горечью. — Что тот мудак из средней школы, с которым я дрался, что ублюдок, с которым ты потеряла невинность. А теперь Кай? Впервые увидев его, я сразу понял, чем все кончится. Ты никогда на меня не смотрела, а ведь я всегда был рядом и поддерживал тебя. Но ты предпочитала тех, кто вытирает об тебя ноги. — Кай не вытирает об меня ноги, — возразила Алексия. — Не смей называть его подонком. — Пока не вытирает, — согласился он. — Но кто знает, что будет дальше? — Ты мне очень дорог, Нандо, — произнесла она, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. Это было непросто, ведь внутри все кипело от злости. Ей не хотелось выслушивать гадости о Кае, ведь Алексия знала, что эти слова были несправедливы. Он был единственным из всех, кто ни разу не причинил ей боль. — Прошу, просто прими мое решение остаться. Я не поеду с тобой, потому что твои чувства не взаимны. Эти слова дались нелегко, но она понимала, что Эрнандо заслуживал честности. Алексия осознавала, что, уехав с ним, лишь обманет его, даст ложную надежду, и от этого станет только хуже. Он устало вздохнул и откинулся на спинку дивана. Его злость угасала, сменяясь усталостью. — Ладно, — пробормотал Эрнандо, вымученно улыбнувшись. — Вижу, уговаривать тебя бесполезно. Не хочу расставаться врагами. Он застегнул рюкзак и поднялся, закидывая его на плечо, а затем привычным жестом раскинул руки, приглашая себя обнять. В этот раз Алексия не стала отказываться. Она подошла и крепко-крепко его обняла, словно в последний раз. Может, они действительно виделись в последний раз. Возможно, однажды она приедет в Такому и найдет его там — счастливого, женатого, с детьми. Но кем бы он ни стал, для нее он всегда будет другом. Братом. Она любила его, но это была другая любовь, совсем не похожая на ее чувства к Каю. И это было уже не изменить. После его ухода Алексия весь день провела в тревоге. Уборка не помогала отвлечься, мысли были рассеяны, а на душе было неспокойно. Она надеялась, что Эрнандо напишет, когда покинет город, но он так этого и не сделал. Его аккаунт в мессенджерах оставался оффлайн — скорее всего, он уже выкинул сим-карту, чтобы не выдавать свое местоположение. Когда телефон наконец издал сигнал о новом сообщении, Алексия мгновенно оживилась, но сообщение было не от Эрнандо — ей писал Кай. «Ты где?» Она ответила, что дома. Почти сразу пришло новое сообщение: «Буду у тебя через двадцать минут. Никуда не уходи». Ее вновь накрыла волна тревоги. Кай почти никогда не беспокоил ее по воскресеньям, и это могло означать лишь одно — произошло что-то серьезное. Неужели Тернер узнал о том, что натворил Эрнандо? — Куда мы? — спросила Алексия, усаживаясь в машину. По выражению лица Кая она поняла, что его тоже что-то беспокоило, и это лишь усилило страх. — К Биллу, в Уиннетку, — ответил он коротко. — Что-то случилось? — Пока не знаю. Надеюсь, ничего серьезного. Она пыталась успокоиться, убеждая себя, что их вызвали по какой-то другой причине, не связанной с Эрнандо, но тревожные мысли все никак не отпускали. Было странно ехать в Уиннетку на машине Кая. Конечно же, он знал, что связывало ее с Тернером, но это не делало ситуацию легче. Казалось, будто он стал невольным свидетелем подобных поездок. Солнце клонилось к закату, заливая дорогу золотисто-красным светом. Кай молчал, а Алексия смотрела в окно, стараясь отвлечься от мрачных мыслей. Время от времени она заглядывала в мессенджер, проверяя, прочел ли Эрнандо ее сообщение, но оно оставалось непрочитанным, и сам он все это время был оффлайн. — Этого еще не хватало, — пробормотал Кай, паркуясь у дома Тернера. — Что случилось? — насторожилась Алексия. — Машина Джастина тоже здесь, — ответил он с явным недовольством. Алексия не знала, почему присутствие Джастина вызвало у Кая такое беспокойство, но тон его голоса не сулил ничего хорошего. Она почувствовала, как задрожали руки. Когда они вошли в дом, их никто не встретил. Телохранители Тернера стояли у входа в кабинет. Один из них кивнул, приглашая подойти ближе. — Он ждет, — произнес охранник с холодной отстраненностью. Досмотр на этот раз был особенно тщательным. Даже телохранители выглядели напряженными, словно сами ожидали чего-то неприятного. Кай и Алексия оставили телефоны в машине, так что, ничего не отдав охранникам, они наконец вошли в кабинет. Ее взгляд сразу упал на стол в дальнем углу комнаты. Там лежал полураскрытый рюкзак Эрнандо, из которого торчали пачки денег. Сердце Алексии болезненно сжалось. Тернер сидел на диване у входа и курил. Его взгляд был пронзительным, напряженным, как у льва, наблюдающего за антилопой. Отпираться не было смысла: разумеется, он заметил, что она узнала рюкзак. — Ну, что расскажешь? — спросил он ледяным тоном. Кай взглянул на нее, явно не понимая, о чем речь. Алексия почувствовала, как по щекам потекли слезы. Она была не в состоянии выдержать это давление. Ее накрыл страх за Эрнандо, за себя и за Кая, который теперь тоже оказался во все это втянут. — Каждый раз одно и то же, — прорычал Тернер, с яростью туша сигарету о пепельницу. Его гнев был почти осязаем. — И как с такими нервами ты собралась работать? Говорил же — рано тебе в это лезть. Возьми себя в руки! Если не способна справиться с эмоциями, о какой работе речь? Бабы… вы только для секса годитесь, и то не все. Он резко встал и направился к столу. Алексия чувствовала себя парализованной. Она не знала, что он собирался сделать, и боялась даже поднять взгляд. — Билл, позволишь? — обратился Кай. — Она напугана, а ты только усугубляешь. — Валяй, — бросил Тернер, махнув рукой. Кай встал перед Алексией, обхватил ее за плечи и слегка встряхнул, чтобы привлечь ее внимание. Они встретились взглядами, и то, что она увидела в его глазах, заставило ее удивиться. Он боялся. Боялся за нее. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читался страх. Его голос прозвучал ровно и спокойно, будто они обсуждали нечто совершенно обыденное, когда Кай сказал: — Алекс, это важно. Расскажи ему все, что говорила мне. «Говорила мне?..» Алексия не понимала, на что он намекал, но по выражению лица Кая догадалась, что сейчас было не время это выяснять. Нужно было притвориться, что она все поняла, и сделать то, о чем он просил. Собрав остатки воли, она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. Слезы начали высыхать, а голос больше не дрожал. — Эрнандо был у меня этим утром, — начала она, стараясь говорить уверенно. — Сказал, они с Рики поссорились, и он… Она запнулась. Стоило ли упоминать убийство? Впрочем, раз рюкзак был здесь, значит, Тернер все уже знал. И тут Алексия похолодела: если рюкзак здесь, то где сам Эрнандо? — Продолжай, — попросил Кай мягким, поддерживающим тоном, сжимая ее плечи чуть сильнее. Это прикосновение странным образом ее подбадривало, несмотря на весь творящийся ужас. Для Кая было бы логичней отстраниться, чтобы ненароком не стать соучастником, однако он предпочел ей помочь. И она этого не забудет. — Эрнандо его убил, — наконец произнесла Алексия. — И забрал деньги из сейфа. Те, что в рюкзаке. Он собирался бежать из города. Она опустила глаза, не уточняя, куда конкретно Эрнандо планировал бежать. Теперь это не имело никакого значения, ведь у него не вышло. Кай с облегчением отпустил ее плечи и повернулся к Тернеру, ожидая его вердикта. — Что ж, твоя версия совпадает с его, — холодно отозвался тот. — Только ты умолчала, что он предлагал бежать и тебе. — Я отказалась! — поспешила оправдаться Алексия. — Даже не думала об этом! — И это разумно, иначе мы с тобой по-другому бы разговаривали, — произнес он строго. Слова Тернера заставили ее окаменеть. Алексия чувствовала, как по спине стекал холодный пот. Впервые ей стало по-настоящему страшно. Какими же глупыми ей сейчас казались мысли о том, что он не причинит ей вреда, потому что был ею увлечен. Как же быстро она позабыла о судьбе Эль. «Каждый раз одно и то же… — крутились в голове слова Тернера. — Я не первая. Девушки до меня… кого-то из них закатали живьем в бетон. Вдруг это была Эль? Что она сделала, чтобы заслужить столь чудовищную смерть? Неужели я сама близка к этому?» — И все же ты могла рассказать мне сразу, — продолжил Тернер. Его голос оставался ледяным. — До того, как я узнал обо всем сам. — Она рассказала мне, — вмешался Кай. — И я тут же позвонил тебе, чтобы договориться о встрече, но ты велел брать Алекс и ехать сюда, так что я не успел. Не хотел обсуждать такие вещи по телефону. Кай лгал. Легко, уверенно, непринужденно. Его ложь звучала так естественно, словно была заранее продумана. Алексию поразило то, как безупречно он владел собой. Тернер, казалось, проглотил эту ложь, не заметив подвоха. Его лицо смягчилось. Поддержка Кая, его пример невероятного самообладания передался и ей. Алексия почувствовала уверенность, которой ей так не хватало. — Билл, прости меня! — воскликнула она почти искренне. — Я просто растерялась! Эрнандо мой друг, я не знала, как поступить, испугалась. Кай сказал, что поможет все уладить. Тернер вздохнул, и напряжение в комнате немного спало. Алексия поняла, что опасность миновала. — В следующий раз не бойся и сразу звони мне, — посоветовал он. — Как ты обо всем узнал? — спросил Кай. Алексия почувствовала благодарность за то, что он задал этот вопрос — ей тоже хотелось узнать, как Тернер вышел на Эрнандо. — Парень не знал про скрытую камеру, — объяснил Тернер. — Это стандартное требование для всех, кто хранит у себя мои деньги. Утром мой человек нашел труп и сразу запросил записи. Узнать убийцу оказалось несложно — у меня досье на каждого дилера. Я отправил людей, чтобы ждали его у дома и еще в паре мест, где он обычно появлялся. Прямо у дома и взяли. «Если бы он сразу сбежал, а не поехал домой за вещами!..» — сокрушалась Алексия. Эта глупая ошибка стала для Эрнандо фатальной. — Его привезли сюда и допросили, — продолжил Тернер. Его голос был равнодушным, словно он рассказывал об обычной деловой встрече. — Хочешь взглянуть напоследок? Идите за мной. Алексии не понравилось сказанное. Она не была уверена, что хотела бы видеть, в каком состоянии сейчас пребывал Эрнандо. Может, было лучше оставить в памяти их последнюю встречу? Но выбора ей не дали: Тернер уверенно направился к двери, явно рассчитывая, что она пойдет следом. Когда они выходили из кабинета, Кай на мгновение обхватил ее запястье так, чтобы этого никто не увидел, и мягко сжал. Его взгляд был коротким, но наполненным смыслом. Он ничего не сказал, лишь кивнул, давая тем самым понять, что она все сделала правильно. Алексия вдруг осознала, как много он поставил на кон, чтобы ее защитить. Это доверие не могло не тронуть до глубины души. Тернер шел первым, а его охрана следовала за ним двумя молчаливыми тенями. Алексия и Кай замыкали процессию. Они спустились в подвал. Она никогда раньше здесь не бывала. Внутри царила гнетущая тишина. Пространство казалось мрачным и пустым, а из узкой щели в стене перед ними пробивался свет. Тернер толкнул ее рукой — и оказалось, что там была раздвижная дверь. Помещение за дверью было ярко освещено. В воздухе ощущался запах крови. Алексия услышала слабый стон и сразу же узнала голос. Ее сердце сжалось от осознания, что Эрнандо был жив, но явно мучался. Увиденное заставило ее содрогнуться. Эрнандо сидел у стены, прикованный наручниками к трубе так, что его руки висели над головой. Он был потрепан, весь в крови и ссадинах, а под правым глазом расплывался огромный синяк. Одежда была запачкана кровью и грязью, и было очевидно, что его сильно били. Он попытался улыбнуться, но его нижняя губа была рассечена и исказила улыбку. Алексия с трудом проглотила всхлип, подступивший к горлу. «Нет, — решила она. — Если разревусь, Билл снова начнет критиковать. Да и Нандо вряд ли станет легче от моих слез. Ему куда хуже, чем мне. Нужно оставаться сильной ради него». В комнате, помимо него, находились Джастин и Хиро. Обычно жизнерадостный и любезный Хиро выглядел сейчас непривычно серьезным. Он ничего не сказал, увидев Алексию, что было на него не похоже. Джастин лишь ухмыльнулся, встретившись с ней взглядом, но тоже промолчал. Смотреть на Эрнандо было мучительно больно, но Алексия не отводила глаз. Он тоже смотрел лишь на нее. Утром она боялась, что больше никогда его не увидит, а теперь была уверена, что видит его в последний раз. Тернер не простит его, и она это знала. Эрнандо был обречен. Они молчали, потому что слова были не нужны: оба слишком хорошо понимали друг друга и догадывались, о чем каждый из них думал. — Что ж, я дал достаточно времени на переглядывания, — произнес Тернер с холодной отстраненностью. — Марк, пистолет. Сначала Алексия решила, что Тернер приказал Хиро убить Эрнандо, но, когда тот протянул пистолет ей, поняла, что замысел был куда страшнее. — Это уже перебор, — вмешался Кай, делая шаг вперед и закрывая ее собой. — Алексия, милая, у тебя два варианта, — начал Тернер, игнорируя Кая. — Первый: ты его убиваешь. Второй: мы оставляем его здесь без еды, воды и лекарств, пока он не умрет сам. Здесь хорошая звукоизоляция, так что никто ничего не услышит. Он будет умирать долго и мучительно, но ты можешь избавить его от этих страданий. Решай сама. В голове мелькнул безумный план: Алексия могла бы схватить пистолет и перестрелять всех в этой комнате, кроме Эрнандо и Кая, а затем подняться наверх, забрать рюкзак с деньгами и сбежать из города. Возможно, заехав за Рэйчел и Рэем, если те захотят присоединиться. Но она сразу же отбросила эту мысль. Страх никуда не делся, но благодаря тренировкам внимание Алексии оставалось острым, и она сразу подметила, что руки охранников были едва заметно заведены под пиджаки — туда, где обычно прятали оружие. Она понимала, что они убьют ее раньше, чем она успеет сделать первый выстрел. Хиро продолжал протягивать пистолет. Он избегал смотреть на нее, будто испытывал стыд за то, что принимал во всем этом участие. Алексия заметила на костяшках его руки свежие ссадины и догадалась, что именно он избивал Эрнандо, потому что руки Джастина были чистыми. — Не втягивай ее, — произнес Кай твердо. — Она ни при чем. — Это не имеет значения. Всем однажды придется замарать руки, и ты знаешь это лучше многих, — ответил Тернер многозначительно. — Раз так, то какая разница, кто это сделает? Пусть буду я, — настаивал Кай. — Решение не обсуждается, — отрезал Тернер. — Не испытывай мое терпение. Кай ничего не ответил, но по выражению его лица становилось ясно, что он с трудом сдерживает раздражение. Его челюсть сжалась, а взгляд стал холодным и колючим. Джастин наблюдал за этой перепалкой с нескрываемым восторгом, а Хиро, все еще стоящий с протянутой рукой, казалось, мечтал провалиться сквозь землю. Алексия знала, что уговаривать Тернера было бесполезно: если не смог даже Кай, то у нее и вовсе не было ни шанса. Она вновь взглянула на Эрнандо, будто надеясь найти подсказку на его лице, но там читалась лишь обреченность. Что бы Алексия ни выбрала, исход был один — для него это означало бы смерть, а для нее — тяжкое бремя вины. Разница была лишь в том, запачкает она руки сейчас или останется чистой, зная, что его последние мгновения будут наполнены мучениями. «Нет, я запачкаюсь в любом случае, — подумала она, принимая решение. — Выбор очевиден». Алексия протянула руку и забрала у Хиро пистолет. Оружие ощущалось тяжелее обычного. Она узнала модель по рукояти — это была Beretta 92FS, популярная модель среди людей Тернера. Сейчас это вдруг показалось важным. Мозг цеплялся за любую малозначительную мелочь, лишь бы не думать о том, что вскоре предстояло сделать. Дрожащими руками она подняла пистолет, чтобы прицелиться. Не позволяя себе передумать, Алексия резко нажала на курок… и ничего не произошло. Спусковой крючок не прожался. — Серьезно? — разразился смехом Джастин. — Чему ты ее учил? Девочка не знает, что такое предохранитель? — Я знаю! — воскликнула Алексия, чувствуя, как загорелись щеки. Кай вступился за нее, а она его позорит. В последнее время она стреляла из пистолетов с другим типом предохранителя и напрочь позабыла про флажковый. — Просто перенервничала, ясно? Я никогда никого не убивала. И тебе лучше не злить меня, если не хочешь стать первым. Джастин замер, изумленный ее реакцией, а затем широко улыбнулся, будто слова Алексии его позабавили. Тернер тоже усмехнулся, но промолчал. Алексия вновь посмотрела на Эрнандо. Несмотря на боль, он попытался улыбнуться, словно хотел поддержать ее даже сейчас, когда она собиралась в него выстрелить. — Прости… за это дерьмо, — выдавил он из себя не без труда. «Я прощаю тебе все обиды, Нандо», — сказала она ему мысленно, опасаясь, что если скажет это вслух, расплачется от напряжения. Сделав глубокий вдох, Алексия большим пальцем подняла флажок предохранителя, и щелчок заставил всех в комнате замереть. Она не стала проверять затвор, зная, что если бы патрона в патроннике не было, пистолет при выстреле просто щелкнул бы вхолостую, а не заблокировал спусковой крючок. Все смотрели на нее, и она ужасно боялась облажаться снова, поэтому постаралась в этот раз внимательнее отнестись к тому, что делала. Алексия прицелилась, стараясь не смотреть прямо на Эрнандо, и, зажмурившись, надавила на спусковой крючок. По комнате разнесся грохот выстрела. Пуля ударила в стену рядом с головой Эрнандо. Алексия целилась в лоб, чтобы смерть наступила мгновенно, но руки дрожали так сильно, что едва не ходили ходуном. — В следующий раз целься в грудь, — посоветовал Джастин с усмешкой. Алексия не понимала, почему он вел себя так. Последний раз они виделись на новогодней вечеринке Тернера, и тогда он был куда любезнее. — Мишень станет больше — не промахнешься. — Может, уже заткнешься? — не выдержал Кай. — Не указывай мне, — ухмыльнулся тот, явно провоцируя конфликт. Напряжение в комнате стремительно нарастало. Джастин явно наслаждался ситуацией, а Кай был готов взорваться. Прежде чем они сцепились, Алексия резко повернула пистолет в сторону Джастина, заставляя того замереть. Краем глаза она заметила, как охранники Тернера тоже повыхватывали оружие и направили дула в ее сторону. Сердце пропустило удар. Тернер жестом приказал им опустить пистолеты, и те тут же подчинились. — Если не понял с первого раза, я повторю, — произнесла Алексия ледяным тоном, чувствуя нарастающую уверенность от поддержки Тернера. — Не зли меня, сукин ты сын, иначе в третий раз вместо слов будет пуля — в грудь, в лоб, в ногу, плевать куда. Уверяю, я спущу всю обойму — хоть одна да попадет. — Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? — начал Джастин, но Тернер его перебил. — Джастин, выйди, проветрись. — Ты серьезно? — Тот повернулся к нему, пораженный услышанным. Очевидно, он не ожидал, что Тернер поддержит Алексию. — Серьезно. Или мне попросить ребят тебя проводить? — Тернер кивнул в сторону телохранителей. Джастин окинул их взглядом, оценивая ситуацию. Охрана Тернера стояла спокойно, их пистолеты были опущены, но не спрятаны. Сам Джастин был безоружен. Вздохнув, он бросил на Эрнандо пренебрежительный взгляд, затем перевел его на Алексию и Кая. Испытывать терпение Тернера он не стал и без единого слова вышел из комнаты. Когда его шаги со стороны лестницы стихли, Алексия почувствовала облегчение. Она вновь повернулась к Эрнандо. Его взгляд был спокоен, без осуждения — в нем скрывалась лишь едва сдерживаемая боль из-за избиений. Алексия подняла пистолет, ее руки все еще дрожали. Целясь в голову, она выстрелила, а затем, испугавшись, что сделает смерть Эрнандо мучительной из-за того, что попала не туда, выстрелила еще трижды. Одна пуля ушла мимо, но две другие нашли цель: первая — в левую скулу, а вторая — в грудь. Эрнандо дернулся и замер. В ушах звенело от оглушающего звука выстрелов. — Мертв, — коротко подтвердил Хиро, осмотрев тело по приказу Тернера. Алексия застыла, глядя на безжизненное тело друга, и с трудом подавила тошноту, подкатившую к горлу. В этот момент она поняла, что преступила черту, откуда больше не было возврата. Она совершила убийство. Этот поступок навсегда запятнал ее душу. Она чувствовала, как внутри что-то надломилось, но вместе с тем родилось нечто новое — холодное и циничное. Теперь Алексия знала, что была способна на все. Интересно, Кай тоже испытал нечто подобное, когда убил впервые? «Раз я смогла убить лучшего друга, что мне теперь другие люди?» — размышляла она, покидая подвал. Когда они с Каем вышли из дома Тернера, Алексия почувствовала себя другим человеком. Она заставила себя запомнить этот момент, запечатлеть в своей памяти как символ перемен, как напоминание о том, что у нее была цель, о которой она успела за этот год позабыть. Жертва Эрнандо не должна была стать напрасной. «Я не прощу Биллу то, что он сделал с Эрнандо, — думала она, стиснув челюсть. — Как и то, что он втянул меня в это, сделав соучастницей. Но сейчас я не могу пойти против него открыто — у него слишком много власти. Сначала разберусь с убийцей родителей — в одиночку мне с ним не справиться. Билл считает, я не подхожу для этой работы? Что ж, я его удивлю. И больше не буду плакать». Время слез ушло. Глава 18 Sing to me, I am not doing well Getting tired of my own words Sing to me ‘cause I can’t hear myself Through the loudness of my own hurts Call me selfish when I say this, say this I’m kinda helpless, and I need you Sing to me ‘cause I’m not doing well Sing to Me, MISSIO Алексия ожидала, что Кай отвезет ее домой, но, добравшись до центра, они неожиданно свернули на восток, и она тут же напряглась. Первая мысль: он по приказу Тернера везет ее куда-нибудь в лес, чтобы избавиться. — Куда мы едем? — спросила она, стараясь сохранять голос ровным. — Хочу показать тебе кое-что. «Если бы Билл хотел от меня избавиться, было бы проще сделать это там, в подвале», — рассуждала она, но это не успокаивало. Алексию злило, что Кай, не спросив ее мнения, решил поехать неизвестно куда, вместо того чтобы отвезти ее домой, где она могла бы наконец побыть в одиночестве. Однако спорить не хотелось. Она устала. Слишком устала. — У Эрнандо осталась мать. Что с ней будет? — спросила Алексия, нарушая тягостное молчание. — Ничего, — ответил Кай, глядя на дорогу. — Билл наказывает только тех, кто провинился. Иначе тебе бы тоже досталось. «Неужели?» — подумала Алексия с горечью, сжимая кулаки. Она знала, что это было не так, ведь ей собственными руками пришлось убить Эрнандо. Разве не это стало ее наказанием? Но по крайней мере Клаудия не пострадает, хотя от этой мысли не становилось легче. Алексия не представляла, как будет смотреть в глаза матери Эрнандо, когда та спросит, где ее сын. Было невыносимо думать об этом. — А что будет с телом? — спросила она спустя некоторое время. — Закопают или сожгут. Так безопаснее. Не переживай, на тебя никто не выйдет. — Я не об этом! — воскликнула Алексия, чувствуя, как все внутри закипает от злости. — Клаудия не сможет даже похоронить его по-человечески! Не будет знать, что с ним случилось! — А ты хочешь, чтобы узнала? — спросил Кай спокойно. Алексия промолчала. Конечно, о том, чтобы рассказать Клаудии правду, не могло идти и речи, но мысль о том, как та будет искать сына и надеяться, что тот вернется, разрывала сердце. Не дождавшись ответа, Кай добавил: — Я поговорю с Биллом. Попрошу, чтобы тело оставили в городе. — Спасибо, — сказала Алексия, испытывая прилив благодарности. Ей стало стыдно из-за того, что она позволила себе сорваться на Кае. — И прости. Ты спас меня сегодня, хоть и не был обязан. Ты тоже мог пострадать. — Все в порядке, — ответил Кай. — В следующий раз не думай — сразу звони мне. Я на твоей стороне. Помнишь первое правило? Доверяй мне. — Разве ты не должен быть на стороне Билла? — Я ему верен, но в первую очередь преследую свои интересы. Мы с тобой уже год видимся почти каждый день, неужели думаешь, что ты для меня никто? Если я могу помочь, то сделаю это. Они ехали вдоль озера Мичиган, но пляжей в темноте было не рассмотреть. Алексия молча размышляла над словами Кая. Было странно, но невероятно приятно осознавать, что за этот год они сблизились настолько, что он был готов рискнуть ради нее. Она поймала себя на мысли, что доверяла ему больше, чем кому-либо другому. Даже Рэйчел. Поездка заняла чуть меньше часа. Когда Кай свернул на бетонную парковку у пляжа, Алексия почувствовала легкое замешательство. Он остановил машину, вышел и, открыв багажник, что-то оттуда достал — это был плед. Она, не дожидаясь приглашения, последовала за ним. Вечер был прохладным, но приятным, а с озера дул легкий бриз. Пляж был пустынным и погруженным в темноту — освещение было лишь на парковке. Озеро выглядело спокойным и безмятежным, а свет полной луны, отражаясь от его поверхности, наполнял ночь тусклым сиянием. Где-то виднелись лодки, а вдали, ближе к горизонту, мерцали огоньки яхт, но ярче всего светили огни Чикаго. Кай расстелил плед и сел, и Алексия, сняв обувь, устроилась рядом. Прохладный песок приятно обволакивал ноги. Она взглянула на воду и задумалась, зачем Кай привез ее сюда. — Что это за место? — спросила Алексия, так и не дождавшись, когда он заговорит. — Я приезжаю сюда, когда нужно прийти в себя после стресса. Ночью здесь никого: другие предпочитают крупные пляжи ближе к городу и продуктовым, а сюда ехать долго и неудобно. Но мне нравится. Главное, есть где припарковаться. — Из-за чего приезжал сюда в последний раз? — спросила Алексия, стараясь не думать о том, каким красивым кажется лицо Кая в свете луны. — Не помню, это было давно, еще до нашего знакомства. — Встреча со мной сделала твою жизнь спокойней? — спросила Алексия, рассмеявшись. — Видимо, — ответил он с улыбкой. — Хотя, скорее, потому что я брал перерыв на год. Вместе с работой из жизни сразу пропал стресс. — До сегодняшнего дня. Кай кивнул, соглашаясь. Удивительно, но напоминание о произошедшем не вызвало у нее желание тут же расплакаться. Возможно, она слишком перегорела, чтобы чувствовать сейчас хоть что-то, но Алексия знала, что ощущения внутри нее не были случайными. Что-то навсегда изменилось в ней после того, как она спустила тот злополучный крючок. Что-то внутри нее навсегда сломалось. Стоило мыслям коснуться Эрнандо, как она тут же ощутила в груди пустоту, словно вместе с ним отмерла частичка ее сердца. — Ты просишь доверять тебе, — начала Алексия. — И сам тоже доверяешь, раз защитил сегодня. — Верно. — Тогда ответишь на вопрос? — Спрашивай. — Билл говорил что-то про то, что всем рано или поздно придется замарать руки, и ты знаешь об этом лучше многих. Что он имел в виду? Кай устало вздохнул. Он медлил, будто обдумывая, стоит ли рассказывать, но когда наконец заговорил, голос его прозвучал спокойно, будто он давно хотел облегчить душу. — Что ты знаешь об Эль? — Только то, что рассказывала Рэйчел. Билл был сильно ею увлечен, даже перестал звать Рэйчел к себе, пока встречался с Эль. Знаю, ты был ее ментором. А потом она исчезла, и никто не знает куда. Когда Рэйчел спросила об этом Билла, тот сказал, чтобы она не лезла не в свое дело. Это все. Кай хмыкнул, словно удивился тому, как много ей удалось узнать. — Эль была твоей ровесницей, шестнадцать или семнадцать лет. Красивая, стройная, с острым языком. Может, немного самоуверенная и высокомерная, но, знаешь, Биллу такие нравятся. Рэйчел порой ведет себя точно так же. Алексия ощутила легкий укол ревности из-за того, что он назвал другую девушку красивой. Кай тем временем продолжил: — Однажды я спросил, почему она согласилась спать с ним, ведь у нее были нормальные родители, состоятельная семья, никаких проблем, которые мог решить только Билл, и она ответила, что это показалось ей интересным приключением. Они познакомились на какой-то вечеринке ее семьи, и Билл был там по приглашению бизнес-партнера ее отца. Во время знакомства он в шутку представился главарем мафии, а она поверила и была задета тем, как холодно он с ней обращался. И решила действовать. Как я понял, она и раньше вешалась на мужчин постарше из круга своего отца, так что Билл был не первым. Ему понравилась ее напористость, и вскоре он был от нее без ума. Конечно, позже она узнала, что никаким главарем мафии он не был, но правда ее тоже устроила. — То есть сначала она начала встречаться с Биллом, и лишь потом ты стал ее ментором? — Да. До этого мы виделись всего пару раз и однажды довольно долго проболтали, пока вместе ждали Билла. Может, тогда она и обратила на меня внимание, а может, просто захотела быть как Рэйчел. Через неделю Билл вызвал меня и поручил ее тренировать, но спустя месяц ей надоело. Думаю, обучение тоже было для нее лишь очередным приключением. Она была совсем не такой, как ты. Эти слова вызвали у Алексии теплоту. Было приятно знать, что Кай считал ее лучше Эль. Он и раньше хвалил ее за трудолюбие, но услышать это в сравнении с девушкой, которую он ранее назвал красивой, было особенно приятно. — Я чувствовал, что нравлюсь ей. Она этого особо не скрывала, флиртовала, часто прикасалась. Думаю, она напросилась на обучение, чтобы со мной сблизиться, но не ожидала, что я и правда стану гонять ее на тренировках. «Интересно, догадываешься ли ты о моих чувствах? — размышляла Алексия тем временем. — Будешь ли однажды рассказывать о них другой девушке так же спокойно? Даже Эрнандо все понял. Ни за что не поверю, что ты настолько слеп». — Она тебе нравилась? — спросила Алексия и тут же пожалела о своем вопросе, заметив, как изменилось выражение его лица. Кай ответил не сразу, и все это время неприятный, ревнивый комок в груди мешал ей спокойно дышать. «Не смей даже мечтать, ты сама сегодня видела, чем все может кончиться, — твердила она себе, но близость Кая, тишина и то, что они были совсем одни на этом пляже и говорили по душам, не могло не заронить в ней надежду. — Если бы я была ему безразлична, он бы просто отвез меня домой. А значит… Вдруг еще не все потеряно? Ведь Элисон смогла уйти к другому мужчине и даже продолжает работать на Билла. Может, на самом деле все проще?» — Да, она мне нравилась, — наконец ответил Кай, и в его голосе послышалась грусть. Он откинулся спиной на плед. — Но не настолько, чтобы идти против Билла. Когда она в очередной раз прогуляла тренировку, я с облегчением написал, что на этом наша работа закончена. Это было к лучшему. Эль попыталась переубедить меня через Билла, но безуспешно. В итоге ее ментором стал Джастин. — Что с ней стало потом? — спросила Алексия, тоже улегшись на плед боком и повернувшись к Каю, чтобы видеть его лицо. — Спустя пару месяцев Билл попросил срочно приехать. Не знаю, зачем он позвал меня, может, хотел преподать урок, хотя я в той ситуации был совершенно ни при чем. Оказалось, Эль переключила свое обаяние на Джастина, и они переспали. — Что?! — Да, я тоже удивился. — И ему ничего за это не было? — Джастин всегда был на особом счету. Я упоминал, что мы с Рэем пришли от Роба, а Джастин с самого начала работал только на Билла. Поговаривают, они вместе приехали из Нью-Йорка, и Джастин работал на него еще там. Наверное, ты заметила, что охрана его не досматривает. Сегодняшняя сцена в подвале — нечто экстраординарное: Билл впервые поставил Джастина на место прилюдно, и он этого не забудет, поэтому, пожалуйста, будь с ним осторожна. Не недооценивай его хитрость и злопамятство. Кай сделал паузу, будто взвешивая, стоит ли продолжать, а затем все-таки добавил: — Уверен, у них с Биллом был сговор по поводу Эль. Может, она пыталась флиртовать с Джастином, как делала это со мной. Она всегда любила мужское внимание. Возможно, Джастин специально переспал с ней, а затем рассказал Биллу, или тот сам попросил его сделать это, когда узнал, что Эль посматривает на другого. Правды я не знаю. — Эрнандо упоминал какую-то девушку, которую живьем закатали в бетон. — Я про это тоже слышал, — ответил Кай. — Но та девушка не спала с Биллом — она торговала наркотиками и подсела на них сама, поэтому ту историю знают в основном дилеры. Она назанимала денег у других дилеров, врала, что ее обманули и ограбили, просила еще, чтобы покрыть долг и взять новый товар. Обещала вернуть с прибыли, а на деле спускала все на очередную дозу. Живьем в бетон ее никто не закатывал — умерла от передоза, но тело действительно спрятали где-то на заброшенной стройке, в бетоне. Народная молва потом все приукрасила, добавив драматичности. Правда о ее долгах всплыла уже после смерти. После этого случая ввели несколько правил. Во-первых, дилеров теперь периодически проверяют на зависимости. Во-вторых, никто не дает деньги в долг, не уведомив координатора — так хотя бы сразу станет известно, если кто-то снова попытается кинуть на деньги сразу нескольких дилеров. И именно с тех пор их стараются вообще между собой не знакомить, хотя это правило регулярно нарушается. Повисла пауза. Кай о чем-то задумался, и Алексия вдруг вспомнила, с чего начался их разговор, осознав, что упустила самое главное. — Рано или поздно придется замарать руки… — тихо повторила она, стараясь держать голос ровным. Мысль, мелькнувшая в ее голове, пугала. — Ты как-то связан с исчезновением Эль? Кай молчал. Она терпеливо ждала, давая ему время собраться с мыслями. Наконец он медленно выдохнул и ответил: — Да. Я ее убил. Его голос прозвучал спокойно, но Алексия уловила в нем тень боли. Она вспомнила, как полгода назад обвинила Кая в равнодушии к судьбе Эль. Тогда она почти сразу пожалела о своих словах, но только теперь по-настоящему осознала, как же сильно ошиблась в своих предположениях. — Она сидела в том же подвале, привязанная к трубе, как Эрнандо сегодня. Билл сказал, что если мы ее не убьем, она будет умирать долго и мучительно, но прежде ее пустят по кругу все желающие из его окружения. Жребий пал на меня и Джастина, но тот сразу заявил, что не станет этого делать. Эль умоляла ее пощадить, просила Джастина о помощи, а тот просто развернулся и ушел. Это стало для нее огромным потрясением. Кай ненадолго замолчал, прежде чем продолжить: — Думаю, это был его звездный час. В самом начале, когда Эль только начала встречаться с Биллом, у них с Джастином постоянно были конфликты. Она была взбалмошной и самоуверенной, знала, что Билл все ей простит, поэтому часто цепляла Джастина и отпускала колкие комментарии. Однажды даже пошутила, что он на хорошем счету у Билла только потому, что хорошо ему отсосал. — Ты шутишь! — воскликнула Алексия изумленно. — Нет, собственными ушами слышал, как он жаловался на это Биллу, и, признаюсь, получил немалое удовольствие, видя, как он кипит, не в силах ничего ей сделать. Но время шло, и ее отношение к нему менялось, возможно, благодаря Биллу. Когда Джастин согласился ее менторить, я даже не удивился — к тому моменту они уже неплохо ладили. Я думал, он ее простил, но, похоже, это было не так. Ничего он ей не простил и не забыл, просто ждал, когда подвернется возможность отплатить. Поэтому, Алекс, не повторяй ошибок Эль — не зли Джастина. — Ее главная ошибка — переспать с ним, — фыркнула Алексия. — А я этого делать точно не собираюсь. Меня от него тошнит. Ее охватила странная смесь злости и обиды за Эль. Алексия легко могла представить себя на ее месте: вот она признается Каю в любви, об этом узнает Джастин, доносит Тернеру, и тот решает наказать ее, подвергнув пыткам и изнасилованиям. Джастин принимает во всем этом живейшее участие, и его белозубая улыбка напоминает ей оскал маньяка. Алексия зовет Кая, но его нигде нет. Она тряхнула головой, пытаясь отогнать эти кошмарные мысли. — Сукин сын, — прошипела Алексия. — Приперся сегодня в подвал, как стервятник. Небось надеялся, что я стану как Эль. Сначала Джастин вызывал у нее симпатию. Она долго прислушивалась к мнению Кая и Рэйчел, пытаясь разобраться, как к нему относиться, и со временем начала чувствовать нечто похожее на то, что описывала Рэйчел. Джастин вел себя доброжелательно, но во время разговора на вечеринке Тернера с него на несколько мгновений спала маска, обнажившая его истинную личину. Тщеславный, властолюбивый, злопамятный — вот кем он был на самом деле. «Но надо отдать ему должное: он попытался предупредить меня во время того разговора, — вспомнила Алексия. — Жаль, я не поняла тогда, что именно он имел в виду». — Джастин терпеть не может девушек Билла, — произнес Кай. — Возможно, все началось с Эль. Рэйчел, кажется, единственная, о ком он говорит без раздражения. Хотя, может, дело в том, что они часто ходили на задания вместе, и он смог узнать ее получше. — То есть я теперь тоже в списке тех, кого он ненавидит? — удивилась Алексия. — Что ж, по крайней мере это объясняет, почему он вел себя сегодня так мерзко. Ты поэтому его не выносишь? — В том числе, — ответил Кай. — Помнишь, как при первой встрече в тире он восхвалял мои навыки стрельбы? Это был не комплимент. Думаю, он намекал на то, что я застрелил Эль. Он и раньше неоднократно припоминал мне это, пытался поддеть. Его явно взбесило, что я избавил ее от мучений. Небось рассчитывал, что перед смертью она хорошенько помучается. — Получается, ты никому не рассказывал о том, что с ней произошло? Даже Рэйчел? Кай кивнул. Алексию почему-то порадовал этот факт. Она знала нечто, чего не знала даже Рэйчел, его подруга детства. Значило ли это, что он доверял Алексии больше нее? — Слушай, а родители Эль? Раз они такие богатые, наверняка пытались выяснить, что с ней произошло? — Понятия не имею, — ответил Кай. — Но она как-то говорила, что им настолько плевать на ее жизнь, что они до сих пор не в курсе, с кем именно она встречается. Вполне возможно, о Билле они так и не узнали. Как я понял, с криминалом они не связаны, а без нужных связей деньги не помогут. «Может, если бы ее родителям было не все равно, она бы не ввязалась во все это, — подумала Алексия. — Если бы мои родители были живы, я бы тоже никогда не оказалась рядом с Биллом». — Спасибо, что предложил сегодня взять на себя роль палача, — сказала она после небольшой паузы. — Если честно, я хотела бы, чтобы Билл позволил тебе это сделать. Кай, немного подумав, произнес: — Прости, но я в некотором роде рад, что он настоял на своем. Кто знает, как бы это повлияло на наши отношения. — О чем ты? — спросила Алексия с недоумением, хотя что-то внутри дрогнуло от его слов. Они прозвучали так, будто между ними было что-то еще помимо дружбы. — Ты могла бы возненавидеть меня после такого, — пояснил Кай. — Ничего подобного! — возразила Алексия пылко, но все же задумалась, так ли это было на самом деле. Она не винила Кая в смерти Эль, потому что сегодня сама совершила убийство. Но будь она чиста, не убивай она Эрнандо, смогла бы понять мотивы Кая и не осуждать за содеянное? Казалось, его радовало то, что она не стала думать о нем хуже. Кай тоже повернулся к ней лицом, и какое-то время они молча смотрели друг на друга. Алексия вдруг поймала себя на мысли, что он, возможно, сейчас ее поцелует, и от этих мыслей бешено заколотилось сердце. Но Кай не сдвинулся, будто передумал в последнюю секунду, и отвел взгляд в сторону. — Я могу понять, почему Билл приказал убить Эрнандо, — продолжила Алексия, стараясь не показывать своего разочарования. — Но Эль… особенно если это была подстава. Как он мог поступить так с ней? Разве он не был от нее без ума? — Мне кажется, в этом и проблема, — задумчиво произнес Кай. — Он увлекся ею так сильно, что, узнав о неверности, взбесился и захотел отомстить. В этот момент Алексия поняла, что Тернер никому ее не уступит. По крайней мере пока она ему не надоест. Но как скоро это случится? «Похоже, остается лишь один вариант, — осознала она. — Как у Тарантино. Убить Билла». Но как? Его охрана тщательно досматривает всех на входе, так что оружие с собой не пронести — она уже пыталась. Надеяться, что под руку подвернется нож для бумаг, как было с Рики? Слишком рискованно. Голыми руками ей его не одолеть. К тому же телохранители Тернера заглядывают в комнату каждый раз, когда она выходит, чтобы убедиться, что с боссом все в порядке. Если они найдут Тернера мертвым, ей конец. «Нужно провернуть все так, чтобы потом суметь сбежать», — размышляла Алексия. Квартира на Линкольн-Парк была слишком высоко, так что через окно будет не выбраться. Дом в Уиннетке подходил лучше — можно было спрыгнуть со второго этажа, но территория была обнесена высоченным забором и везде стояли камеры. Может, подловить его где-нибудь на парковке? Требовалось все тщательно обдумать и предусмотреть, если она хотела не только избавиться от Тернера, но и успешно покинуть место преступления. В голове вновь всплыла картинка из подвала: Алексия прикована к стене и умоляет Кая спасти ее. Он берет пистолет и наводит на нее дуло. Она видит лишь руку на спусковом крючке. Пуля летит к ней словно в замедленной съемке… Алексия зажмурилась, пытаясь прогнать эти мысли. Неужели Кай поступил бы с ней так? Действительно ли она ему нравилась? И стоило ли пытаться избавиться от Тернера, не узнав прежде, хочет ли Кай быть с ней? Эль ему нравилась, но он не стал рисковать ради нее. Станет ли делать это ради Алексии? — Что ты почувствовал, когда впервые убил? — спросила она, просто чтобы хоть как-то заполнить тишину и заглушить тревожные мысли. — Удовлетворение, — ответил Кай. Его губ тронула легкая усмешка. — Удивлена? Не все пребывают в шоке после первого убийства. — Кем он был? — Сожителем матери. Поселился в нашей квартире и подсадил ее на иглу. Не работал, жил за ее счет и получал пособие по безработице. Когда она отказывалась давать деньги, он ее избивал. Иногда и мне доставалось. Однажды он ударил ее так сильно, что она потеряла сознание, и я решил, что он ее убил, и тогда в ярости схватил нож и набросился на него. Он даже не сопротивлялся — просто не ожидал от меня такого. Не помню, сколько раз я его ударил, прежде чем понял, что он больше не встанет. Мне было двенадцать. Я испугался, убежал из дома, нашел Роба и все ему рассказал. Тот помог избавиться от тела и позаботился о матери. — Она узнала? — Нет, конечно. Долго горевала, пыталась его искать, даже в полицию обращалась. Идиотка. Не понимала, как ей повезло, что он ее не убил. Не знаю, куда Роб дел тело, наверное, утопил в Мичигане. Там таких уже целое кладбище. После этих слов пляж перестал казаться уютным. Алексия смотрела на озеро, думая о том, сколько тел скрывала его глубина. — И ты никогда не жалел о том, что сделал? — Ни разу в жизни. Лишь почувствовал разочарование, когда мать привела в дом очередного урода и он тоже стал ее поколачивать. Я думал, что решил проблему, но лишь отсрочил неизбежное, и когда понял, что бороться бесполезно, ушел из дома. Меня приютил Роб. Тогда же я начал на него работать, появились первые деньги, и со временем я смог снять жилье. Сначала арендовал с другими парнями, потом жил вдвоем с Рэем, а когда начал зарабатывать достаточно, поселился один. Так что, если думаешь, что в компании Билла и Джастина я самый чистый, то ты просто плохо меня знаешь. — А ты бы стал подставлять Эль, если бы Билл приказал? Кай задумался. Его молчание продлилось всего несколько секунд, но показалось вечностью. — Не знаю, — ответил он честно. — Но, если я смог ее убить, наверное, смог бы и подставить. Я подчиняюсь Биллу, Алекс. У нас с тобой нет свободы выбора. Сегодня я прикрыл тебя, потому что знал: даже если правда всплывет, я как-нибудь выкручусь. Но если когда-нибудь придется выбирать между тобой и мной, я выберу себя. Так было всегда, поэтому я до сих пор жив. И хочу, чтобы ты поступала так же. Мы не равны в глазах Билла. Я для него ценнее, потому что работаю на него дольше, а значит, ты всегда должна думать в первую очередь о себе. «А я бы выбрала тебя, — подумала Алексия с горечью. — Даже если бы мне грозила смерть». — И как после этого верить твоим словам о доверии? — Верь им, потому что это правда. Потому что пока я не стою перед таким выбором, я буду на твоей стороне. Сегодня ты в этом уже убедилась. Я редко кому доверяю, стараюсь не рассказывать никому ничего лишнего. Ты знаешь обо мне больше, чем многие. Ты и Дабл Рэи — единственные, кому я доверяю. — Но не до конца, — закончила за него Алексия. — Не до конца, — подтвердил Кай. — Мир разочаровывал меня слишком часто, и я не хочу, чтобы однажды ты тоже разочаровалась во мне, поэтому и говорю как есть. Повисла пауза. У каждого было время все как следует обдумать, и Алексия сделала свои выводы. Было больно признавать это, но если бы Кай испытывал к ней те же чувства, что и она к нему, он бы доверял ей полностью. Он бы всегда выбирал ее. Но, несмотря на это, она ценила его честность. Алексия уважала его за то, что он не пытался выглядеть лучше, чем был, и четко обозначил границы, до которых был готов ее прикрывать. Она вздохнула, встала и направилась к озеру. Коснувшись воды кончиком большого пальца ноги, она вздрогнула. «Холодная… Уже август, а я так ни разу и не искупалась». — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы сбежать? — спросила Алексия, не поворачивая головы. — Начать с чистого листа. В каком-нибудь небольшом городке, где никто бы не знал о твоем прошлом. — Нет, — ответил Кай. — Хочешь сбежать? — Не сейчас. Но когда разберусь с убийцей мамы и папы, возможно, уеду из Чикаго. Например, в Такому. Она обернулась, чтобы увидеть реакцию Кая, но в темноте смогла различить лишь едва заметный силуэт. — Где это? — спросил он с легким недоумением. — В штате Вашингтон. Недалеко от Сиэтла. — Почему именно туда? Алексия пожала плечами, а затем вернулась к пледу и села рядом с Каем, выдавив из себя усталую улыбку. — Там, говорят, тихо. И максимально далеко от Чикаго. — Она зачерпнула горсть песка и принялась наблюдать за тем, как он струится сквозь пальцы. — Как покончу со всеми делами, уеду в Такому. «Даже если поеду одна», — добавила она мысленно, хотя ей хотелось бы, чтобы Кай к ней присоединился. Они оставались на пляже до рассвета — обсуждали общих знакомых, прошлое и события минувшего дня. Алексия чувствовала, как боль понемногу слабеет. Она не представляла, как снова ляжет в одну постель с Тернером после всего, что произошло, но понимала, что ей придется это сделать. Так же, как пришлось убить Эрнандо. Так же, как приходится скрывать свои чувства к Каю. Потому что у нее не было свободы выбора. Глава 19 Stay numb and carry on Too young to hate someone Truth is, it was never love Your fault if you thought it was Stay Numb and Carry On, Madison Beer Кай отменил ближайшие тренировки, решив дать Алексии время пережить утрату. Тернер не выходил на связь, и это показалось неожиданно милосердным с его стороны — видеть его сейчас она все равно была не готова. Спустя пару дней позвонила Клаудия: Кай сдержал слово и договорился с Тернером по поводу тела Эрнандо. Сбивчиво, сквозь слезы, та рассказала, что ее сына нашли мертвым недалеко от дома. Похороны назначили на послезавтра, и Клаудия звонила, чтобы узнать, придет ли Алексия. Разумеется, та собиралась прийти. Кай отвез ее на похороны, но сам остался в машине. Алексия понимала, что они с Эрнандо не были настолько близки, чтобы тот захотел прощаться, и была благодарна ему за то, что он предложил ее подвезти. Так было куда проще, чем добираться самой, особенно учитывая, как сильно она сейчас нуждалась в поддержке. Людей на похоронах было много: друзья Клаудии и Эрнандо, ее коллеги, соседи. Клаудия выглядела подавленно, но старалась держаться и не давать эмоциям взять верх. Алексия избегала ее взгляда и переживала, что встретит кого-нибудь, кто мог знать о связи Эрнандо с Тернером. Быть может, кто-то даже был в курсе, что Алексия тоже была с ним связана. Но если кто и знал, то не подал виду. Когда церемония окончилась, Алексия подошла к Клаудии и, испытывая раздирающую изнутри вину, выдавила: — Мне очень жаль, Клаудия. — Спасибо, дорогая. — Та мягко сжала ее руку. — Я рада, что ты смогла прийти. Как ты? Знаю, Нандо очень тобой дорожил. — Я в порядке, — ответила Алексия, недоумевая, как Клаудия в такой момент находила в себе силы думать о других. — А вы? Я могу чем-то помочь? — Мне теперь уже ничего не нужно, — ответила Клаудия, и голос ее дрогнул. — Все самое дорогое предано земле… Но спасибо, что предложила. Я решила продать квартиру и переехать к сестре в Такому. — Она кивнула в сторону женщины, стоявшей неподалеку. — Мы приехали в Чикаго вместе, когда обо всем узнали. Она предложила к ней переехать. Одна я вряд ли потяну ипотеку, а так хотя бы сэкономлю на жилье. Алексия кивнула, пытаясь игнорировать чувство вины, никак не дающее ей покоя. В машину она вернулась с огромным облегчением и была рада оставить гнетущую атмосферу похорон позади. Кай, погруженный в чтение книги с телефона, поднял голову и спросил: — Куда тебя отвезти? — Не знаю, — честно призналась она. Домой возвращаться совершенно не хотелось. Последние дни, проведенные там в одиночестве, только усилили чувство внутренней опустошенности. — Ты занят? Может, просто покатаемся по городу? Кай окинул ее каким-то странным взглядом. — Хочешь постоять в пробках? — Да хоть так. Не хочу домой. «Хочу побыть с тобой». — Хорошо, — наконец ответил он, обдумав что-то. — Могу взять тебя с собой, если мне позволят. Но имей в виду — эта поездка связана с Эрнандо. — Каким образом? — спросила Алексия, чувствуя, как вновь накатила ставшая привычной тревога. Страх был ее постоянным спутником: она боялась, что Тернер все же решит ее наказать, боялась, что все узнают, что именно она убила Эрнандо, боялась потерять Кая и Рэйчел. — Как думаешь, кто настраивал видеонаблюдение координаторам? — Не знаю, кто-то из банды Билла? — предположила она. — В принципе, теперь это могу сделать даже я. — Установить камеры — да, — согласился Кай. — Но это лишь часть работы. Нужно где-то хранить записи, обеспечивать камерам бесперебойное питание, а главное — следить, чтобы координаторы их не отключали. У Билла есть несколько ребят, которым он доверяет подобную работу, и главный среди них — мой приятель Мэтт. Ты, возможно, помнишь, как я упоминал о нем — он разработал ту карту с камерами наблюдения. Мэтт — хакер и компьютерный гений, давно работает на Билла. У него есть доступ к архиву записей. Они хранятся год, но мне нужны лишь те, что были сделаны за неделю до смерти Рики. Хочу кое-что проверить. Правда, Мэтт довольно скрытный, поэтому, прежде чем мы к нему поедем, я должен уточнить, могу ли взять тебя с собой. Если, конечно, захочешь поехать. — Но зачем тебе записи? Разве смерти Эрнандо недостаточно? — Дело не в Эрнандо, — произнес Кай. — Вся эта история дурно пахнет. Начнем с того, что Рики требовал вернуть деньги к сентябрю. Это подозрительно, потому что инкассация происходит постоянно, минимум раз в месяц. Если Рики действительно брал деньги из сейфа зимой, недостачу заметили бы еще тогда. Но знаешь, что самое интересное? Денег в сейфе действительно не хватает, причем гораздо больше, чем двадцать пять тысяч, о которых говорил Эрнандо. — Даже с учетом тех денег, что он взял? — Да, — подтвердил Кай. — Мэтт проанализировал записи. Судя по всему, Эрнандо положил в рюкзак ровно ту сумму, что у него и нашли. Выходит, он не был причастен к основной недостаче. Деньги исчезли после последней инкассации, а она была неделю назад. — Думаешь, это дело рук Рики? — Уверен. И благодаря камерам наблюдения надеюсь узнать больше. — А если он ее отключал? — Это невозможно: у камеры выделенная система электроснабжения, обесточить ее не получится. Закрыть чем-то обзор тоже не вариант: камера подключена к датчику, который моментально уведомит Мэтта, если изображение вдруг исчезнет. Любые манипуляции с камерой сразу привлекут внимание. От камеры Рики оповещений не приходило, значит, она работала исправно, поэтому я возлагаю на записи большие надежды. Ну так что, поедешь со мной? — Конечно, — согласилась Алексия, не раздумывая. Ей и правда было интересно, что могло случиться с теми деньгами. — Тогда подожди минуту, — попросил Кай и, достав телефон, начал набирать сообщение. Она молча наблюдала за тем, как он быстро что-то печатал, а затем ждал ответ. Вскоре его телефон издал короткий сигнал, и Кай, взглянув на экран, удовлетворенно кивнул. — Все в порядке, Мэтт не против, если ты присоединишься. Он провернул ключ в замке зажигания, и машина мягко тронулась с места. — Билл попросил тебя заняться этим? — поинтересовалась Алексия. — Слышала, ты снова начал работать. Узнав, что он вернулся к работе, она то и дело вспоминала их рождественский разговор. У него было достаточно времени, чтобы решить, что делать с собственной жизнью, и ей было любопытно, к каким выводам он пришел. — Да, мой перерыв подошел к концу, — подтвердил Кай, не отрывая глаз от дороги. — Не слышу энтузиазма в голосе, — заметила она шутливо. — Работать никто не любит, — усмехнулся Кай. — Да и дело неприятное, не люблю заниматься расследованиями. Нужно выяснить, куда пропали деньги, и по возможности их вернуть, а информации толком нет. — Может, Рики их просто потратил. Почему Билл считает это таким важным? — Если потратил, мне это лишь на руку: найду доказательства — и дело закрыто. Но если он ввязался в какую-то преступную схему или серьезно кому-то задолжал, это может стать угрозой для всего бизнеса. Билл всегда опасается подобного. Помнишь, как из-за случая с девушкой-дилером ввели проверки на наркозависимость и запрет на знакомство дилеров между собой? Любая подобная ситуация сразу привлекает внимание. Алексия кивнула. Разговор продолжился, и она не заметила, как машина, свернув с оживленной улицы, оказалась в тихом пригороде. Где они находились, она не знала — ехала, не обращая внимания на маршрут. Этот район был совершенно не похож на Уиннетку с ее роскошными особняками — вместо этого их окружали простые одноэтажные дома, выстроенные в ряд и похожие друг на друга. Кай припарковался у одного из таких домов. Тот выглядел вполне заурядно: белый фасад и небольшой газон перед крыльцом. Дверь дома распахнулась почти сразу, как они к ней подошли. На пороге появился хозяин жилища — полноватый мужчина невысокого роста, с легкой щетиной и широкой добродушной улыбкой. На вид ему было чуть больше тридцати, и на нелюдимого он был совсем не похож. Длинная темная челка постоянно падала ему на глаза, и он то и дело заправлял ее за ухо. — Приятно познакомиться, я Мэтт, — представился хозяин дома, провожая гостей в комнату, которая, вероятно, служила ему кабинетом. — У тебя так чисто, — удивилась Алексия, когда вошла внутрь. Комната поражала идеальным порядком: каждый предмет был на своем месте, а провода — либо спрятаны, либо аккуратно сложены проводок к проводку и обвязаны жгутами. Небольшой рабочий стол казался почти пустым, что подчеркивало любовь хозяина к минимализму. На нем лежал макбук, беспроводная клавиатура и мышь, а к столешнице крепился кронштейн с широченным монитором. На специальной подставке с подогревом стояла чашка из-под кофе, а рядом с ней лежал блокнот с ручкой. На столе не было никаких лишних предметов, лишь самое необходимое. — Я думала, у тебя будет больше мониторов, — заметила Алексия, окидывая взглядом рабочее место. — Правда? — удивился Мэтт. — А зачем мне больше? — Ну… ты же хакер, — произнесла она чуть тише, словно это было тайной. — Это все глупости из голливудских фильмов, — рассмеялся Мэтт. — На что мне смотреть в такую кучу мониторов? Для работы достаточно консоли, а если нужно открыть несколько окон — ширины монитора хватает с головой. Алексия бросила взгляд на стену, где на ряде крючков были аккуратно развешаны паяльники, отвертки и другие инструменты, назначение которых было ей неизвестно. Под ними стоял стеллаж с икеевскими коробками. Она была уверена, что даже содержимое этих коробок хранилось в строгом порядке. Каждая деталь интерьера свидетельствовала о продуманности и педантичности хозяина. — У Мэтта обсессивно-компульсивное расстройство, — прокомментировал Кай, словно прочитав ее мысли. — Я просто люблю порядок, — возразил Мэтт. — Дайте мне пять минут, я пока все подготовлю. Кофе сами себе нальете. Алексия последовала за Каем, который, ничуть не стесняясь, уже распоряжался на чужой кухне. — Господи, я в раю, — прошептала она, увидев, как там все было организовано. — Видел? В ящике подставка с круглыми отверстиями для кофейных капсул — так красиво и удобно! Ложечки лежат одна к другой. И для каждого предмета своя подставка! — Я сам спроектировал все органайзеры в Blender и распечатал на 3D-принтере. Такое в магазине не купить, — донесся из кабинета польщенный голос Мэтта. — Я даже ствол могу себе распечатать, если захочу. — И он будет стрелять? — с недоверием поинтересовался Кай, наполняя резервуар кофеварки водой. — Еще как! — отозвался Мэтт. — Слышал историю о парне, который застрелил главу одной страховой компании? Весь интернет тогда гудел. Так вот, поговаривают, он стрелял из пистолета, распечатанного на 3D-принтере. Я даже видел модельки на реддите, хотя кто знает, те ли самые. — Звучит сомнительно, — ответил Кай. Алексия тем временем с интересом открывала шкафчики, изучая их содержимое. — Смотри! Сковородки стоят боком, и у каждой своя подставка. Это же так удобно! Вот бы и мне так! — Боже, Алекс, сколько сковородок у тебя дома? — спросил Кай, закатив глаза. — Одна. Но вдруг куплю еще? И тогда пригодится. — Вот как купишь, попрошу Мэтта сделать тебе такую же, договорились? Какой кофе будешь? — Я не разбираюсь, — ответила Алексия, задумчиво разглядывая ряды капсул. — Давай синенькую. Чтобы в этом ряду тоже появились свободные ячейки. Каждая разновидность капсул для кофе занимала свой ряд, но только ряд с синими капсулами был заполнен до конца, и это выглядело как вызов, как нарушение гармонии, которое было необходимо исправить. Кай вздохнул, но без лишних слов выполнил просьбу. — Мы собираемся смотреть видео с последним разговором Рики и Эрнандо, — предупредил он. — Возможно, они говорили о чем-то, что может мне пригодиться. Если не готова, можешь остаться здесь. — Нет, — уверенно заявила она. — Я тоже хочу посмотреть. — Надеюсь, ты об этом не пожалеешь, — произнес Кай, нахмурившись, и протянул ей кружку с только что приготовленным кофе. — Я тоже, — ответила она тихо и сделала глоток. Когда они вернулись в кабинет, Мэтт уже развернул монитор так, чтобы на него было удобно смотреть с дивана. Он выключил свет и, дождавшись, пока все усядутся, неловко пошутил: — Извините, попкорна нет. — Обойдемся, — отозвался Кай. — Включай. Обстановка в комнате действительно напоминала совместный просмотр фильма у друзей, и Алексия на мгновение представила, что сейчас на экране появится заставка Форреста Гампа. Мэтт устроился на полу у стены, обняв себя за колени, и управлял происходящим на мониторе с помощью беспроводной мыши. Кай и Алексия оставили кружки с кофе на низеньком столике и сели на узкий диван, куда Мэтт бы уже не поместился. Они расположились так близко, что их колени слегка соприкасались. Это мимолетное прикосновение почему-то заставило ее ощутить легкую дрожь, что было странно, учитывая, как часто им приходилось касаться друг к друга во время тренировок. Экран ожил, и там появилось видео с камеры наблюдения. Комната Рики была небольшой, а камера была установлена в углу, так что съемкой было охвачено как само помещение, так и кусок коридора за дверью. Рики подошел к постеру какой-то музыкальной группы, отодвинул его в сторону и распахнул спрятанный за ним сейф. Он некоторое время копался в нем, но внезапно замер и повернул голову в сторону двери. Через несколько секунд он вышел из комнаты, а обратно вернулся уже с Эрнандо. Увидев на экране знакомое лицо, Алексия почувствовала, как что-то кольнуло внутри. Еще утром она была на его похоронах, а теперь видела Эрнандо живым и невредимым. В тот момент он даже не подозревал, чем кончится их разговор. — Чего тебе? — буркнул Рики, усаживаясь за стол. Выражение его лица выдавало раздражение и скрытую враждебность. — Пришел просить об отсрочке, — спокойно произнес Эрнандо. — Хотя бы на пару месяцев. — Нет, — резко ответил Рики, даже не задумавшись. Это так не вязалось с образом веселого и добродушного парня, который Алексия себе представляла. На записи он выглядел нервным и раздраженным. — Почему? — спросил Эрнандо удивленно. Было очевидно, что он ожидал другого ответа. — Того времени, что я дал, более чем достаточно, — отрезал Рики. — Ты же знаешь, что найти двадцать пять штук за три недели нереально! — начал оправдываться Эрнандо. — Я почти полгода пахал, чтобы вернуть такую же сумму! Рики холодно прищурился, глядя на Эрнандо, и склонил голову, словно изучая его реакцию. — Тогда чем тебе поможет отсрочка? Хочешь успеть пересечь канадскую границу? — Я не собираюсь убегать, — заявил Эрнандо твердо, с вызовом глядя на оппонента. — И всегда возвращал тебе деньги. Я хоть раз тебя подвел? — А подставы с криптой недостаточно? — усмехнулся Рики. Его голос сочился сарказмом. — Слушай сюда, Нандо. В сентябре Томас ждет полный отчет, и деньги должны быть на месте. Мне плевать, где ты их достанешь: хочешь — банк ограбь, хочешь — у подружки своей попроси. Она ведь не просто так вертится рядом с Биллом, если ты понимаешь, о чем я. Алексия почувствовала, как руки сами собой сжались в кулаки. Она знала, к чему вел Рики, и понимала, что его слова были недалеки от истины, но Эрнандо понятия не имел о ее отношениях с Тернером. Его лицо потемнело от гнева. — Не втягивай сюда мою подругу, — спокойно, но твердо произнес он. — Деньги я найду. Но учти: после такого я с тобой работать больше не буду, найду другого координатора. Моя подруга, раз уж ты ее помянул, действительно знакома с Биллом, так что проблем с этим не возникнет. Я три года пахал на тебя без нареканий, один раз ошибся — и ты готов меня слить? — Давай-давай, — презрительно бросил Рики, поднимаясь из-за стола и обходя его так, чтобы встать прямо перед Эрнандо. — Посмотрим, кто тебя возьмет после моих рекомендаций. — Тогда я расскажу Биллу, что ты берешь деньги из его сейфа, — спокойно парировал Эрнандо. Рики рассмеялся, но в его голосе мелькнула тень беспокойства. — Да кто тебе поверит? Думаешь, если твоя подружка крутится рядом с ним, ее слова внезапно станут весомей моих? Я почти десять лет на него проработал! Был среди первых его дилеров! «Но на вечеринку в Уиннетке он тебя не позвал. Я не видела тебя среди гостей», — подумала Алексия с тихим злорадством. — Вот и посмотрим, кому он поверит, — произнес Эрнандо уверенно. — Когда там Томас требует отчет? Думаю, Биллу будет интересно узнать, куда подевались деньги. — О, поверь, я удовлетворю его любопытство! — Рики сделал шаг ближе, сжимая кулаки. — Особенно когда расскажу, как ты меня обманул. Как пытался развести на бабки, выманивая деньги из его сейфа. Я с самого начала подозревал, что это кидалово, но ты меня уговорил! А теперь строишь из себя невинного? — Что ты несешь… — А твоя подружка? Забыл, как у нас устроено? Все взаимосвязано! Она тоже пострадает, если не вернешь деньги. Думаешь, Билл не заставит ее расплачиваться? — Она ни при чем! — выкрикнул Эрнандо. Его голос дрожал от ярости. — Уверен? Надеюсь, мне разрешат с ней позабавиться, прежде чем… Договорить Рики не успел: Эрнандо налетел на него, словно смерч, и ударил с такой силой, что тот упал на пол. Эрнандо не был мускулистым, но Рики был ниже ростом и более тощий, к тому же явно не ожидал такой реакции. — Тебе конец! Тебя застрелят, а ее пустят по кругу! — закричал Рики. В этот момент Алексия осознала, что той фразой он подписал себе смертный приговор. Рики попытался подняться, но Эрнандо его опередил. Бросив беглый взгляд на стол, он схватил нож для бумаг и бросился на противника, вонзив тому лезвие в горло. Тот захрипел, и Эрнандо, не дрогнув, нанес еще несколько ударов. Кровь быстро залила пол, формируя алую лужу. Алексия больше не могла смотреть. Она закрыла лицо ладонями и опустила голову к коленям. Плакать не хотелось — хотелось, чтобы кто-нибудь вернул Рики к жизни, потому что она мечтала убить его снова. «Это моя вина. Он мертв из-за меня. Эрнандо не напал бы, если бы Рики его не спровоцировал! А тот точно знал, куда нужно бить, чтобы вывести его из себя». На ее спину легла теплая ладонь Кая. В комнате стало тихо: видео либо закончилось, либо Мэтт его остановил. Она услышала, как кто-то копошится на кухне, и приоткрыла глаза, заметив, что кружек с кофе, стоящих на столике, больше не было. Видимо, Мэтт забрал их, чтобы появилась причина оставить ее с Каем наедине. — Обнять тебя? — предложил Кай тихо. Алексия удивилась, услышав это, но кивнула. Он развернул ее к себе и прижал к груди. Его рука легла ей на спину и начала мягко поглаживать. В этих объятиях было все, чего она так давно хотела. Они казались целебными. Обычно Кай утешал разговорами или действиями, он никогда ее не обнимал, но от этого жест становился лишь ценнее, а ее гнев постепенно угасал. Алексия ощутила аромат его одеколона — нечто едва неуловимое, с нотками хвои и чего-то фруктового. Этот запах можно было почувствовать только при близком контакте. Она подняла голову, и Кай разомкнул объятия. Она бы просидела с ним вот так в обнимку хоть весь день, но было неудобно перед Мэттом. — Как ты? — спросил Кай. — Ненавижу Рики за то, что теперь чувствую вину из-за произошедшего, — призналась Алексия. — Ты тут ни при чем. Рики сам разжигал конфликт. Он прекрасно понимал, что делает, и намеренно злил Эрнандо. Не вини себя, хорошо? — Постараюсь, — выдохнула она, хоть и сомневалась, что сможет это сделать. — Что дальше? — Заберем остальные записи и поедем по домам. Позже я просмотрю их и расскажу, если найду что-нибудь интересное. Кай позвал Мэтта, чтобы договориться о передаче записей, и пока они обсуждали технические детали, Алексия отошла на кухню, чтобы прийти в себя. Взяв в руки телефон, она увидела сообщение от Рэйчел. «Она все еще не знает об Эрнандо, — осознала Алексия. — Нужно рассказать. Интересно, в этот раз она тоже будет защищать Билла?» Решив, что оттягивать неизбежное не было смысла, она набрала номер подруги. — Алекс, какое счастье, что ты позвонила! Эти бесконечные подготовки к колледжу сводят меня с ума! Как ты? Мы не виделись целую вечность! Рэйчел звучала взволнованно и радостно. — Все нормально. Мне нужно с тобой поговорить. Лучше лично, не по телефону. Ты свободна? — Для тебя — всегда, кошечка! Можешь заехать ко мне. Закажем еды, поболтаем. Они договорились встретиться в течение часа, и Алексия, убрав телефон, заметила Кая, стоящего у входа на кухню. — Мы закончили, можем ехать, — сообщил он. Она кивнула и пошла за ним к выходу. Прощание с Мэттом получилось скомканным — мысли Алексии были заняты увиденным видео и предстоящим разговором с Рэйчел. Уже в машине Кай поинтересовался: — Расскажешь ей об Эрнандо? — Да. Именно поэтому и еду. Или нельзя? — Тебе решать, это твоя тайна. Рэйчел любит посплетничать, но секреты хранить умеет. — Тогда расскажу, — решила Алексия. — Она и так знает обо мне слишком много. Даже больше, чем ты. — Она про меня тоже знает больше, чем ты, — с улыбкой парировал Кай. Звучало так, будто он пытался вызвать у нее ревность, но Алексия не повелась. Возможно, потому что прекрасно помнила, что Рэйчел как минимум не знала о судьбе Эль. — Если Рэйчел ничего не знает — а я уверена, что не знает, иначе давно бы мне сказала, — значит, и Рэй в неведении? — Естественно. — Но ведь Рэй давно работает на Билла. Разве он не в списке доверенных? — Никакого списка доверенных нет. Даже Джастин не знает всего. О том, что произошло, знаем только мы с тобой, Билл, его охрана, Хиро и Джастин. Мэтт — только то, что можно понять исходя из записей с камеры. Возможно, еще Томас — он курирует дилеров. Алексия вспомнила, как это имя мелькнуло в разговоре с Рики, но не стала уточнять во время просмотра, кем он был, побоявшись отвлечься и прослушать что-нибудь важное. Только теперь она вспомнила, что именно это имя называл Эрнандо, когда рассказал о том, что Тернер заинтересовался ее историей и захотел встретиться. Он упоминал, что Томас был боссом Рики. — И никому не любопытно, что случилось с Рики? — Любопытно, конечно. Официальная версия такая: некто неизвестный, возможно клиент, пришел убить Рики, а Эрнандо просто оказался не в то время не в том месте. Идет расследование, но никто не знает, что его веду я. Если получится выйти на сообщников Рики, связанных с пропажей денег, вина за эти убийства ляжет на них. Билл старается скрывать внутренние разборки — не хочет, чтобы конкуренты узнали лишнее. В машине повисло молчание. Алексия, погруженная в свои мысли, внезапно поняла: — Помнишь нашу первую встречу? У лифтов в офисе Билла. Ты тогда показал мне скриншот с камеры наблюдения. Мэтт его тебе прислал? Кай усмехнулся. — Догадливая. Да, после того как Билл позвонил мне и предложил стать твоим ментором, я попросил Мэтта поискать твое фото. Хотел на тебя посмотреть. — И какое впечатление я произвела? — поинтересовалась Алексия, приподняв бровь. — Честно? Решил, что ты выглядишь слишком домашней девочкой, поэтому ничего не выйдет. Но ты здорово меня удивила. — Приятно слышать, — с улыбкой произнесла Алексия. Она вспомнила, как поначалу чувствовала скепсис со стороны Кая, и порадовалась, что со временем смогла завоевать его уважение. — Слушай, а почему Мэтт такой скрытный? Кай ответил не сразу, явно обдумывая, стоит ли посвящать ее в такие детали. — Он в федеральном розыске, живет под чужим именем. Настоящего имени я не знаю. Билл прикрывает его, потому что ценит его хакерские навыки. Он курирует пару ребят, которые ему помогают, но я с ними не знаком. — Когда я ходила на дело с Рэйчел, та выполняла чьи-то инструкции, чтобы внедрить троян в чужую сеть. Это были указания Мэтта? — Скорее всего. Или кого-то из его ребят. — Она сказала, что не знает, чьи это были инструкции, и предположила, что их мог предоставить заказчик. Получается, Рэйчел с Мэттом не знакома? Или она тоже старается о нем не распространяться? — Не знакома. Рэй о нем тоже не знает. Мэтт действительно старается оставаться в тени. То, что он позволил тебе прийти в гости и увидеть себя — знак особого доверия. — Он знал обо мне? — Знал, что я твой ментор. И что хорошо справляешься с обучением. — Кай задумался на мгновение и добавил: — А еще я упоминал вашу с Рэйчел вылазку, и ему понравилось, как ловко ты достала пароль от вай-фая. — Правда? — удивилась Алексия, приятно польщенная его словами. — Здорово. Слушай… не дашь мне его контакты? Хочу спросить кое о чем. Кай немного помолчал, обдумывая ее просьбу. — Сначала я должен уточнить у него. Тебе зачем? — Хочу взломать папин ноут. Вдруг найду что-нибудь полезное, например, доказательства, что его убил Хайнеманн. Так расстроилась из-за видео, что напрочь позабыла спросить об этом у Мэтта лично — мы так скомканно попрощались. Кай, удовлетворенный ответом, кивнул, и Алексия продолжила: — Раз Мэтт такой скрытный, как вы вообще умудрились познакомиться? — Работали вместе, когда я искал информацию о Хайнеманне по поручению Билла, — ответил Кай. — И неплохо сдружились. Я оказывал ему пару услуг, а он в ответ доставал нужные мне сведения. Так до сих пор и держим связь. Алексия задумчиво посмотрела на него. Ей всегда казалось странным, что Кай, с его не самой приветливой манерой общения, так легко умел налаживать дружеские контакты, особенно с кем-то скрытным вроде Мэтта. Хотя, возможно, именно это и стало причиной их взаимопонимания. Оба жили в мире тайн и недомолвок, и это роднило их сильнее, чем общие увлечения. А может Мэтту просто было одиноко оставаться в изоляции, ведь дружеское общение необходимо всем, даже тем, кто предпочитает компьютеры людям. Вскоре машина остановилась у дома Рэйчел, и, прежде чем выйти, Алексия сказала: — Приезжай завтра — поедем тренироваться. Кай слегка удивился, но кивнул в знак согласия. Рэйчел встретила Алексию с неподдельной радостью. Говорить об Эрнандо сразу с порога та не решилась — вместо этого они четверть часа обсуждали подготовку к началу первого триместра в колледже, затем решали, что заказать на ужин, и в итоге решили обойтись без него, так как у Алексии все еще не было аппетита из-за пережитого стресса. Только после этого Рэйчел спросила: — Так о чем ты хотела со мной поговорить? Алексия вздохнула, собираясь с мыслями, и начала рассказывать. Она подробно описала все события, начиная с момента, как Эрнандо пришел к ней после убийства Рики, и заканчивая сегодняшней встречей с Мэттом. Его личность она упомянула лишь вскользь, не называя имени. Рэйчел, ошеломленная услышанным, таинственным хакером даже не заинтересовалась. Некоторое время она молчала, переваривая услышанное, а затем тихо произнесла: — Алекс, мне так жаль… Мы с Эрнандо не особо любили друг друга, но я не желала ему зла. Они немного помолчали, и Алексия, собираясь с мыслями, наконец, задала вопрос, который мучил ее последние дни: — Слушай, а Билл с тобой не связывался? Рэйчел пристально посмотрела на нее и слегка прищурилась. — Интересуешься, трахал ли он меня, пока ты пребывала в трауре? Нет. Но, возможно, у него появилась новая девица. Кто знает. Ответ вызвал у Алексии смешанные чувства. Она надеялась, что после случившегося с Эрнандо Тернер потерял к ней интерес, но, судя по всему, ничего не изменилось. Если он не вернул Рэйчел в свою спальню, значит, Алексия по-прежнему оставалась его фавориткой. Рэйчел выглядела задумчивой и немного грустной, и это ее встревожило. Алексия решила задать еще один вопрос, хоть и боялась услышать ответ: — Ты злишься на меня из-за того, что он перестал приглашать тебя к себе? Рэйчел удивленно распахнула глаза. — Конечно же нет! — Тогда почему так погрустнела? Рэйчел шумно выдохнула, словно собираясь с мыслями. — Новости расстроили. И вообще… — Она на мгновение замолчала, а затем добавила: — Я же вижу, как тебе тяжело. Ты, наверное, надеялась, что он охладеет к тебе после произошедшего, да? Алексия кивнула, и Рэйчел неожиданно спросила: — Слушай, Алекс… ты винишь меня в том, что Билл положил на тебя глаз? — Что? Почему я должна тебя винить? — Это ведь я зазывала к нему на вечеринку, помогала сменить имидж… Алексия задумалась. Да, Рэйчел действительно сыграла свою роль в том, чтобы Тернер обратил на нее внимание, но, как ни странно, ей и в голову не приходило винить подругу в произошедшем. Все это казалось лишь злосчастным стечением обстоятельств. — Твоей вины нет, — ответила Алексия уверенно. — Я сама не смогла отказать ему. Значит, виновата только я. — Я ведь видела, что он тобой заинтересовался! — вдруг пылко заявила Рэйчел. — И должна была предупредить! Ты бы не поехала в La Pirogue или хотя бы была готова к разговору и смогла бы отказаться! Алексия удивленно взглянула на нее и мягко положила руку ей на плечо. Рэйчел выглядела так, будто вот-вот расплачется. — Рэйч, все хорошо. Я тебя не виню. Откуда тебе было знать, что он мог угрожать, чтобы добиться своего? С тобой ведь было иначе. — Я не знаю, что со мной было, Алекс, — прошептала Рэйчел едва слышно и, не выдержав, все-таки заплакала. Понадобилось время, прежде чем она смогла успокоиться. Алексия, догадываясь, что могла означать эта вспышка эмоций, не стала настаивать на продолжении разговора, но Рэйчел решила продолжить его сама: — Пообещай, что Рэй ничего не узнает, ладно? И Кай тоже. Но за Рэя я переживаю больше — он импульсивный, может натворить глупостей. — Они ничего не узнают, обещаю, — заверила Алексия, глядя Рэйчел прямо в глаза. — Уверена, что хочешь этим поделиться? — Да, — ответила Рэйчел, вытирая слезы салфеткой. Она выглядела уставшей и подавленной. — Алекс, я не врала, когда говорила, что у меня с Биллом все было добровольно. Я действительно в это верила. Я просто… забыла, как все было на самом деле. Убедила себя в том, что все было по согласию. Она замолчала на мгновение, словно подбирая слова. — Ты знаешь, в каких условиях прошла моя юность, — продолжила она. — В нашей компании изнасилования считались чем-то, о чем было не принято говорить вслух. Когда я услышала твою историю, то удивилась, ведь я не видела в произошедшем ничего неправильного, но твоя реакция заставила меня многое переосмыслить. Теперь я смотрю на то, что случилось со мной, иначе. Рэйчел поднялась и начала ходить по комнате, нервно потирая руки и сцепляя пальцы в замок. Было заметно, как тяжело ей давался этот монолог. — Мне было пятнадцать, и я была такой наивной, — начала она. — Все подарки, все его знаки внимания казались мне проявлением доброты и участия. Какой же я была дурой! Конечно же он делал это, чтобы затащить меня в постель! Я не подумала ничего дурного, согласившись поехать с ним вдвоем смотреть квартиру, которую он собирался для меня снять. А там… там он начал меня лапать. Я попыталась его оттолкнуть, но он стал давить на чувство вины, мол, я поощряла его, принимала подарки, а теперь вдруг пошла на попятную. Он начал злиться, и я испугалась. Подумала, что, наверное, он прав: я ведь действительно отвечала на его ухаживания, а значит, должна была понимать, что рано или поздно за это придется заплатить. Так что он получил свое в тот день. Алексии неожиданно стало легче: теперь она знала, что была не одна. Рэйчел тоже не смогла дать отпор. А значит, и Алексия не была виновата в том, что не сопротивлялась. — Почему ты не ушла? — спросила она. — Ты ведь продержалась дольше всех. — Сначала боялась, — призналась Рэйчел. — Кто знает, что он сделает, если я его разозлю? Спустя полгода он переключился на Эль и оставил меня в покое, а когда она пропала, мне стало страшно стать следующей. Потом просто привыкла. В школе все думали, что я дочка богатых родителей, и все благодаря Биллу. Аренда моей квартиры стоит десятки тысяч долларов в месяц — сама я никогда не смогла бы снять такую. Брендовые шмотки, дорогие поездки, роскошные автомобили… я увязла в этом слишком глубоко, и теперь не выбраться. Поэтому и делаю все, чтобы Билл меня не бросил. Я уже настолько привыкла к роскоши, что убедила себя, что это любовь… — Значит, ты никогда не была в него влюблена? — спросила Алексия. — Кажется, это больше похоже на стокгольмский синдром, — горько усмехнулась Рэйчел. — Я никогда ни в кого не влюблялась. Но знаешь… я не жалею, что это случилось. Билл и правда был добр ко мне все это время, заваливал деньгами, показал мир. Сомневаюсь, что добилась бы чего-то значимого без его помощи. Уж точно не поступила бы в колледж. Но если тебе нужен совет, то не становись такой, как я. Не позволяй собой манипулировать. Чем больше он дает, тем больше свободы отнимает. Если хочешь уйти безболезненно, как Элисон, дождись своего часа, подготовь финансовую подушку и беги. Или действуй, как Дарла — выноси ему мозг, чтобы он сам от тебя отказался. — А ты не знаешь, что сейчас с Дарлой? — Нет, никогда не интересовалась ее жизнью. Возникла пауза. Девушки обменялись обеспокоенными взглядами. — Кажется, Элисон была подписана на ее инстаграм, — задумалась Рэйчел. — Сейчас поищу. Спустя несколько минут они нашли профиль Дарлы и облегченно выдохнули: похоже, с бывшей подружкой Тернера все было в порядке — ее последний сторис был опубликован всего несколько часов назад. — Так или иначе, я вряд ли смогу выносить Биллу мозг. Я слишком его боюсь, — призналась Алексия. — Интересно, он понимает, что творит? Ему нравится чувствовать власть? Или он искренне верит, что мы сами этого хотели? — Уверена, что второе. Он ужасно тщеславен: почти с нуля построил прибыльный бизнес, подмял под себя кучу людей, добился авторитета в криминальных кругах. С такими достижениями трудно не возгордиться. Ему действительно не нужно никого насиловать — та же Дарла сама на него вешалась. — Тогда зачем ему мы? — Просто увидел красивую девочку и решил добавить в свою коллекцию. Алексия невольно вспомнила роман Фаулза «Коллекционер». Тернер напоминал ей главного героя с той лишь разницей, что ему не требовалось никого похищать. Он убеждал себя, что девушки соглашались на связь с ним добровольно, но на самом деле они делали это, потому что им попросту не оставили выбора. Вернувшись домой, она отыскала книгу и решила ее перечитать, осилив за вечер и закончив чтение глубоко за полночь. Когда она читала историю в первый раз, та потрясла ее концовкой — до последнего Алексия надеялась на счастливый финал, но теперь, зная развязку, могла сосредоточиться на своих ощущениях от повествования. Она тоже чувствовала себя бабочкой, насаженной на иглу: красивой, но мертвой. Ей стало страшно, что ее жизнь могла оборваться так же внезапно и трагично, как и у главной героини. Однако в то же время книга придала ей решимости. Алексия окончательно приняла решение сделать то, о чем размышляла последние дни. Тернер не заставил себя долго ждать: спустя пару дней она получила приглашение на очередную встречу — первую после смерти Эрнандо. Алексия была готова. Она мысленно репетировала речь, чтобы не заикаться и не дрожать от страха в решающий момент. Этот разговор должен был стать самым важным в ее жизни. Глава 20 If he’s a serial killer, then what’s the worst That can happen to a girl who’s already hurt? I’m already hurt If he’s as bad as they say, then I guess I’m cursed Looking into his eyes, I think he’s already hurt He’s already hurt Happiness is a butterfly, Lana Del Rey Тернер встретил Алексию в гостиной квартиры на Линкольн-Парк. Он, как обычно, курил и слушал вечернюю сводку новостей. Его охранники остались за дверью — они дежурили парами и сменяли друг друга утром. Всего их было шестеро, и Алексия знала в лицо каждого. — Как ты? — неожиданно спросил Тернер. Обычно его не интересовали ее дела, но Алексия понимала, почему он задал вопрос в этот раз. — Все в порядке. Билл… я хочу с тобой поговорить, — начала она. Тернер приподнял брови, явно удивленный ее просьбой, но все же потянулся к пульту, выключил телевизор и развернулся в ее сторону. — Не знаю, как начать разговор, чтобы ты понял… — продолжила она, чувствуя, как дрожит голос. — Очень надеюсь, что поймешь. Я хочу прекратить наши встречи. Алексия рассчитывала, что он войдет в ее положение. Эрнандо был ее другом, и хотя она осознавала, что тот был сам виноват в случившемся — ему не следовало убивать Рики и уж тем более красть деньги из сейфа, — именно Тернер заставил ее замарать руки. Это чувство раздирало ее изнутри. Ей казалось, он сделал это специально, чтобы наказать, запугать, продемонстрировать, на что был способен, если вдруг однажды она тоже захочет его предать. Жить с осознанием, что она убила собственного друга, было настолько невыносимо, что ее уже не пугала нищета, с которой она могла столкнуться, потеряв покровительство Тернера. В крайнем случае она могла вернуться в родительскую квартиру и продать дом Синтии, чтобы хоть как-то удержаться на плаву, но Алексия все же надеялась, что Тернер позволит ей начать работать, и тогда она сможет обеспечивать себя сама. Он рассмеялся, и его смех прозвучал громко и резко, как пощечина. — Алексия, милая, и как такая глупость вообще пришла тебе в голову? — Но… ты ведь отпустил Элисон. — И что с того? — Его голос стал жестче. — Ты, кажется, не понимаешь, как это работает. Я объясню. Тернер сделал затяжку и жестом указал ей сесть на диван возле себя. Алексия подчинилась, чувствуя внутри тревогу. — Я занятой человек. Каждый день мне приходится решать проблемы, встречаться с кучей людей, которые мне неприятны, и идти на серьезные риски. Это постоянный стресс, и ты, наверное, могла понять это, просто заметив, как часто я курю. По вечерам мне не хочется думать о делах, мне хочется провести время в приятной компании. Он сделал паузу, чтобы потушить сигарету о пепельницу, и продолжил: — Девушек вокруг хватает, и каждая рада согреть мою постель, но я позволяю это лишь нескольким. Выбираю я, само собой, по внешности, но бывает, что кроме красивого личика девушке предложить больше нечего, и тогда я понимаю, что нам не по пути. Именно так было с Элисон. Она могла посчитать это своим решением, но на самом деле решил я. Просто наши желания совпали. — Билл, ты ведь знаешь, через что мне пришлось пройти, — произнесла Алексия, с трудом сохраняя спокойствие. — Неужели думаешь, что после такого… Она замолчала, увидев в его глазах опасный блеск. — Кажется, ты так до сих пор и не поняла, — проговорил он ледяным тоном. — Хорошо, попробую объяснить иначе. Тебе была оказана честь — стать одной из тех немногих, с кем я провожу вечера. Даже больше: сейчас я приглашаю только тебя, потому что только тебя хочу видеть в своей постели. Разве я мало для тебя сделал? Может, денег даю недостаточно? Или ты забыла, кто помог решить вопрос с бабушкой? — Я все отработаю! — выпалила Алексия, чувствуя, что теряет контроль над тем, как развивается этот разговор. — Отработаешь, — согласился Тернер. Его рука резко схватила ее за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза. — Ты уже это делаешь. Он впился в ее губы, и Алексия поняла, что переговоры провалились. Она приготовила речь, набралась храбрости, чтобы сделать попытку освободиться, но не успела даже начать. Его взгляд, полный раздражения, был красноречивее любых слов — терпение Тернера было на исходе. Она ощутила знакомый страх и поняла, что сейчас было глупо продолжать настаивать на своем. Любая попытка неповиновения могла обернуться катастрофой. Алексия видела, что он был не просто раздражен, а опасно близок к тому, чтобы взорваться. Пытаться его переиграть — все равно что танцевать на тонком льду: чтобы провалиться в ледяную воду, было достаточно лишь раз ступить не туда. Она не умела манипулировать им так искусно, как это удавалось Рэйчел: подруга легко могла заставить его поверить, будто все происходило по его воле, а Алексия всегда сдавалась, когда нужно было продолжать бороться и проявлять силу. В этот раз она тоже отступила. Когда все закончилось, он, не застегиваясь, снова закурил. Алексия осталась лежать на диване, прижавшись щекой к жесткой обивке. Глаза щипало от подступавших слез, но она сдержалась. В этот момент она чувствовала себя опустошенной и униженной, будто кто-то вырвал из нее остатки достоинства и растоптал, но все же внутри сохранился некий стержень, не позволивший показать ему слезы. Немного придя в себя, она поднялась и села прямо. Больше всего на свете ей хотелось поправить одежду и убежать, смыть с себя эту липкую грязь, но она решила выждать подходящий момент. — Почему ты хотел, чтобы именно я убила Эрнандо? — спросила Алексия, стараясь говорить спокойно, будто то, что происходило минутой ранее, не сумело выбить почву из-под ее ног. — Хотел посмотреть, как справишься, — ответил Тернер и сделал затяжку. «Просто посмотреть? Для тебя это какое-то дурацкое реалити-шоу? Тебе плевать на то, что мне пришлось пережить?» — кричала она мысленно, но задать эти вопросы вслух не решилась. — А если бы я отказалась? — Тогда все было бы так, как я предупреждал: твой друг умирал бы долго и мучительно, и никто не стал бы утруждаться возвращать его тело матери. Она хотела спросить про Эль — для чего было нужно звать Кая в тот раз? — но не рискнула, боясь, что Кай поделился с ней той историей по секрету. Алексия молча дождалась, когда Тернер докурит, чтобы, наконец, улизнуть домой. — Так что теперь я официально в рабстве, — сообщила она по телефону Рэйчел, поведав о случившемся. — Боже, Алекс, ты реально сумасшедшая! — воскликнула подруга. — Я ни за что на свете не рискнула бы попытаться уйти от него. Помнишь Дарлу? Раньше я думала, она просто чокнутая, раз постоянно злит Билла. Ну серьезно, проситься к его бывшей жене и сыну в Нью-Йорк? Очевидно же, что это тупая идея. Но теперь мне кажется, она сделала это намеренно. Может, поняла, что по-хорошему уйти не получится, и специально разыграла всю эту драму? — Кто знает. Но даже если и так, она все равно чокнутая. Он мог прихлопнуть ее за такую выходку. — Кто не рискует, тот не пьет шампанское, — ответила Рэйчел хмуро. Летние каникулы подходили к концу, но Алексия так и не успела отдохнуть. Напротив, ей казалось, она устала даже больше, чем год назад, когда переживала утрату родителей и привыкала к изнуряющим тренировкам. В этот раз она горевала об Эрнандо и чувствовала опустошение из-за того, что ее жизнь катится непонятно куда. Единственным светлым пятном стала двухнедельная поездка Тернера в Латинскую Америку для переговоров с наркокартелями. Это была рисковая поездка, поэтому никого из своих подруг он брать с собой не стал. Впервые за долгое время он оставлял Алексию так надолго. В день отлета Тернера Кай, как обычно, заехал за ней и по дороге в тренажерный зал сообщил: — Билл говорил со мной утром насчет расследования по делу Рики. Предложил подключить тебя, но без оплаты. Сказал, будет твоей стажировкой. — О, это же замечательно! — воскликнула Алексия с явным облегчением. Когда Кай упомянул расследование, она напряглась, решив, что Тернер, наоборот, захочет держать ее подальше от всего, что могло быть связано с Эрнандо, но теперь ощутила радость и облегчение. — Значит, наше обучение завершено? — Не знаю, — ответил Кай задумчиво. — Как бы там ни было, если думаешь, что на этом с поездками в зал и тир покончено, то ничего подобного. Нужно поддерживать форму, так что теперь будем тренироваться вместе. — Я этому только рада, — заверила Алексия. Когда они добрались до места, Кай задержал ее на минуту, открыл секретную секцию бардачка и показал то, что лежало внутри. Там был пистолет, упакованный в пластиковый пакет. Алексия узнала его сразу — это было оружие, из которого она стреляла в Эрнандо. — Откуда он у тебя? — спросила она, чувствуя, как внутри все сжалось. — Билл передал. Предложил подбросить кому-нибудь из виновных в растрате денег из сейфа. У него в полиции связи, и делу Эрнандо дадут ход. В некотором роде это даст тебе возможность отомстить. — Кому отомстить? — спросила Алексия резко. — Эти люди не виноваты в том, что Эрнандо убил Рики и залез в его сейф. Они его не убивали. Это сделала я, и я не хочу, чтобы за это отвечал кто-то другой. Лучше закопай где-нибудь или утопи в Мичигане, чтобы никто никогда не нашел. В первую очередь она отказалась от этой идеи, потому что не хотела следовать советам Тернера. Они с Каем разберутся с этим делом сами, без его вмешательства. После тренировки, поинтересовавшись, были ли у нее планы на вечер, Кай предложил заехать к нему домой — он обнаружил кое-что интересное среди записей с камеры Рики и хотел ей показать. Он потратил на изучение архива почти неделю, и хотя камера работала только когда в комнате было движение, а сам Рики бывал дома не так уж часто, это все равно заняло много времени. Алексия согласилась, даже если бы у нее были другие планы. Ей хотелось увидеть ту запись, но в первую очередь она была заинтригована возможностью наконец взглянуть на жилище Кая. Его квартира находилась всего в паре кварталов от Иллинойского университета, в котором учился Рэй. Стометровое решетчатое здание было видно издалека и по ночам подсвечивалось. Рэй тоже снимал квартиру где-то неподалеку, потому что его стипендия не покрывала проживание. Дом, в котором жил Кай, был пятиэтажным и выглядел гораздо респектабельнее, чем тот, где жила Алексия. Оставив машину на парковке, они вошли в подъезд и поднялись на пятый этаж. Квартира Кая была односпальной, как и у нее, но просторнее. Вход в спальню находился почти напротив входной двери, и Алексия невольно бросила туда взгляд. Внутри не было такого идеального порядка, как у Мэтта, но благодаря малому количеству вещей спальня выглядела прибранно. Взглянув на небрежно заправленную двуспальную кровать, она направилась в сторону кухни. — Такая маленькая, — удивилась она, осматривая пространство. Ее кухня однозначно выигрывала по размерам. — Да, посудомойку впихнуть не вышло, так что я каждый раз страдаю и мою посуду сам, — пожаловался Кай. — Не знаю, чем думал, когда сюда заселялся, но искать новую лень, так что живу тут уже три года без посудомойки. Кофе будешь? — Буду. Обещаю помыть кружку, как допью. Он рассмеялся. Его кофемашина оказалась капсульной — точно такой же, как у Мэтта, что было неудивительно: кофемашина обычного размера сюда бы просто не влезла. Кай ненадолго исчез в соседней комнате и вернулся с макбуком в руках. — Начнем с записи, — объявил он. — Остальное — на десерт. — Ты что-то еще накопал? — Да. Вчера вечером Мэтт наконец прислал мне устройства Рики — телефон и ноутбук. Потребовалось время, чтобы их разблокировать. — Кстати, он разрешил поделиться со мной контактами? — спросила Алексия, вспомнив о ноутбуке отца. — Разрешил, но пришлось поуговаривать, — признался Кай. — В итоге он согласился, но на своих условиях: я дал ему твой номер, и он пообещал связаться с тобой сам. Пока не звонил? — Нет, — ответила Алексия с ноткой разочарования. — Но буду ждать. Спасибо за настойчивость, Кай. Я очень ценю все, что ты для меня делаешь. Кай кивнул в ответ и слегка улыбнулся. — Я ему напомню еще раз о тебе. Он мог забыть. Он включил макбук, зашел в какую-то папку, выбрал среди нескольких видеофайлов нужный и отмотал запись до середины. — Если честно, ближе к концу архива я начал думать, что эти записи ни к чему не приведут, но одна зацепка у нас все же есть. На экране появилась комната, которая была Алексии уже знакома. Рики сидел за столом, сосредоточенно уставившись в ноутбук. Через мгновение зазвонил телефон. Кай выкрутил громкость на максимум, чтобы было лучше слышно. — Да, узнал, — произнес Рики. — Помню, конечно. Сегодня вечером все будет, я же обещал. Не надо мне угрожать! Остальное будет к сентябрю. До вечера. — Рики с раздражением бросил трубку и выругался: — Чтоб ты сдох, говна кусок. Надо же было так вляпаться. После этого Рики вернулся к своему ноутбуку, и Кай остановил воспроизведение. — И это все? — удивленно спросила Алексия. Запись оказалась короче, чем она ожидала. — Разочарована? Не спеши: через минуту тебе все станет ясно. Как думаешь, что Рики сделает тем же вечером? — с легкой интригой в голосе спросил Кай. — Возьмет деньги из сейфа и куда-то поедет? — предположила она. — Бинго. — Класс, но что нам это дает? Мы же не знаем, куда он поедет. — Знаем. Кажется, этого я тебе еще не показывал. Тебе понравится. — Кай закрыл макбук, встал и вновь ненадолго исчез в соседней комнате. Вернулся он с еще одним ноутбуком в руках. По стикерам на крышке Алексия сразу узнала компьютер Рики. Кай поставил его на стол, а рядом положил телефон, очевидно тоже принадлежавший координатору. — Ты проверил входящие? — поинтересовалась она. — Конечно, — ответил Кай, включая ноутбук. Пока они дожидались загрузки операционной системы, он продолжил: — Рики ничего не удалял, и я нашел тот звонок. Номер не сохранен в контактах, а значит, они с тем человеком не друзья. Звонить не стал — попросил Мэтта пробить владельца. Им оказался некий Джим Киттинг. — Ты его знаешь? — Нет. Есть фото, но в остальном он совершенно не примечательный. Официально нигде не работает, в криминальной хронике не фигурирует, кредитки оплачивает вовремя, соцсетей нет. Он запустил браузер и открыл Google Maps. Рики был залогинен в системе, и Кай перешел в Хронологию. — Google хранит данные о посещенных местах, так что мы сможем узнать, где в тот день был Рики. — Ты шутишь! — изумилась Алексия. — Ни капли. Советую отключить эту функцию в настройках. У меня где-то была инструкция Мэтта о том, как скрывать свои цифровые следы. Как найду, скину тебе — изучи и используй как можно скорее. А пока давай выберем нужную дату и посмотрим, куда ездил Рики. Алексия была уверена, что Кай уже давно выяснил все сам и теперь просто демонстрировал, как это сделал. Оказалось, в ту ночь Рики посетил всего одно место — ночной клуб в районе Вест-Луп. — Сходим на разведку — надо понять, что там, — сказал Кай. — Тебе тоже будет полезно поучаствовать. Судя по фото, это какой-то модный клуб, так что оденься соответственно, но не забудь про удобную обувь — на всякий случай. Можешь посоветоваться с Рэйчел — она знает в этом толк. — Ты тоже по-клубному оденешься? — оживилась Алексия. — Разумеется. Ей было любопытно, как он будет выглядеть. Она привыкла видеть его в спортивной одежде. — Пистолеты брать будем? — Нет, у них наверняка досмотр на входе — даже нож не пронести, — ответил Кай. — Нож Эрнандо, уверена, я с собой пронесу. Она имела в виду маленький складной нож, похожий на губную помаду. Протащить его к Тернеру у нее не вышло, но охранники в клубе вряд ли будут столь же дотошны. С ножом Алексия чувствовала себя спокойнее, хоть и сомневалась, что осмелится пустить его в ход. Вместе они изучили ноутбук и телефон Рики и обнаружили огромное количество порно. Не найдя ничего интересного, они занялись переписками. Рики в основном писали клиенты и дилеры. Когда Алексия наткнулась на переписку с Эрнандо, ее сердце на мгновение дрогнуло. Сообщения были сугубо деловыми: отчеты о продажах, запросы на поставки. Следов конфликта или упоминаний о долге не было. Никаких подозрительных сообщений не нашлось и в других диалогах. С таинственным Джимом Киттингом Рики не переписывался. Когда они закончили, Кай решил показать Алексии гостиную — оттуда он приносил устройства Рики и именно там располагался сейф, в котором хранилось оружие. Комната была просторной и функциональной. В одном углу стоял рабочий стол с аккуратно разложенными канцелярскими принадлежностями, а в другом — небольшой диван из серой ткани. Рядом с диваном располагалась беговая дорожка и стойка с несколькими парами гантелей и другим спортивным инвентарем. — Это если лень ехать в зал, — прокомментировал он. — Если бы у меня было куда поставить дорожку, я бы тоже предпочла бегать дома, — ответила Алексия. Кай открыл сейф и продемонстрировал свой арсенал: три короткоствола, не считая Colt M1911 Rail Gun, который находился в машине, разборная снайперская винтовка и пара ножей, а также несколько коробок патронов разного калибра. Помимо оружия он хранил в сейфе старый кнопочный телефон и конверты с документами и деньгами. Алексия обратила внимание на один из короткостволов, оснащенный глушителем и лазерным прицелом. — Из пистолета с глушителем я еще не стреляла, — заметила она. — Моя недоработка, — отозвался Кай. — Попробуем в следующий раз. Стрельба с глушителем ощущается иначе — как минимум слабее отдача. К тому же глушитель меняет распределение веса — пистолет становится длиннее, и поначалу это непривычно. Признаюсь, я и сам не так часто стреляю с глушителем, но навык полезный. — А почему не стреляешь? — Чаще всего пистолет мне нужен, чтобы кого-нибудь припугнуть, а в этом случае чем громче, тем лучше. Обычный пистолет легче спрятать в кармане, а с глушителем приходится продумывать, что надеть. — А если носить глушитель отдельно и прикручивать перед выстрелом? — Можно, но это не лучший вариант — никогда не знаешь, как изменится точка попадания пули, поэтому, если уж решишь использовать глушитель, лучше не снимать его и привыкать стрелять только с ним. В тире будешь пользоваться моим пистолетом — важно привыкнуть к конкретному глушителю заранее. К тому же у меня все настроено так, чтобы гильзы не летели в лицо, а то такое иногда случается. Еще бывает, пистолет не перезаряжается после выстрела, но у моего такой проблемы нет. — Сколько мороки, — вздохнула Алексия. — Я думала, просто надеваешь глушитель — и все пучком: никто ничего не услышит, стреляй сколько влезет. — В фильмах сильно преувеличивают, — усмехнулся Кай. — Выстрел действительно тише, но полностью звук не исчезает, просто не придется надевать наушники. Да, мороки много, но с глушителем стрелять все равно приятнее: отдача слабее, звук не бьет по ушам, легче целиться. А если нельзя привлекать внимание шумом, других вариантов попросту нет. Алексия наблюдала за тем, как аккуратно он убирал оружие обратно в сейф, и на мгновение представила, какой могла бы быть их совместная жизнь. Она видела их в этой квартире или в какой-нибудь другой, где была бы посудомойка. Она могла бы сама мыть посуду, раз Каю это не нравилось. Ей хотелось заглянуть в его спальню, но она постеснялась попросить его об этом. — Сейф — вторая причина, почему не хочу переезжать, — произнес Кай, закрывая дверцу. — Он весит фунтов двести. Когда я его заказывал, грузчики тащили его на специальной тележке и снимали с нее втроем. — Наверное, решили, что ты миллионер, — рассмеялась Алексия. Кай усмехнулся. — Уж лучше миллионер, чем киллер. — А девушки не интересуются, зачем тебе сейф? — спросила Алексия многозначительно. — Девушки? — переспросил Кай, нахмурившись, а затем, догадавшись, к чему она вела, добавил: — Здесь были только ты и Рэйчел. Алексии показалось, что он слегка смутился. Она почувствовала, как ступила на тонкий лед, но в то же время ощутила азарт. Удержаться от дальнейших расспросов было невозможно. — Получается, ты не заводил отношений все три года, пока жил тут? — спросила она, пристально наблюдая за его реакцией. Кай, немного помедлив, ответил: — Настолько серьезных — нет. А для остального есть отели. Его слова вызвали у нее смешанные чувства. С одной стороны, ее радовало, что он был одинок, а значит, принадлежал ей чуть больше, чем какой-либо другой девушке, пусть между ними и не было ничего, кроме дружбы. С другой стороны, эти слова намекали на то, что у него все же случались романы с другими девушками, пусть и мимолетные. Алексия ощутила горечь и ревность, подумав о том, как кто-то другой целовал его, касался его обнаженного тела и делил с ним постель, пусть и всего на одну ночь. Это было больше, чем она могла себе позволить. — А ты когда-нибудь хотел вступить в серьезные отношения? — спросила Алексия, не в силах остановиться. — Алекс, что за допрос? — рассмеялся Кай, но все же ответил: — Мне кажется, этого хотят все. — Тогда почему ты все еще один? Не нашлась та самая? Ей не следовало лезть в его личную жизнь и задавать такие вопросы, но любопытство пересиливало здравый смысл. В его серо-зеленых глазах мелькнули противоречивые эмоции, но Алексия так и не смогла понять, о чем он думал в тот момент. Ей стоило огромных усилий не опускать взгляд на его губы, хотя что-то внутри подталкивало это сделать. Она боялась, что он заметит и сразу же все поймет. — Не думаю, что найдется, — сказал вдруг Кай, переводя взгляд на сейф. — С моей работой я на такое не рассчитываю. — Уверена, в мире куча девушек, которым совершенно наплевать, чем ты занимаешься, — заверила Алексия. — Может, ты даже встретишь кого-то, кто тоже будет заниматься чем-то криминальным, и тогда вам будет проще понять друг друга. На мгновение она испугалась, осознав, что своими словами могла случайно намекнуть на себя, но Кай неожиданно рассмеялся и сказал: — Будем ходить друг к другу на тюремные свидания? Станем как Бонни и Клайд. А если она окажется из банды Хайнеманна, повторим Вестсайдскую историю. Алексия не удержалась и тоже рассмеялась. Из уст Кая та романтическая картина, которую она невольно рисовала в своей голове, выглядела настолько нелепо, что стало чуточку легче от того, что эти мечты оказались несбыточными. — Даже не знаю, нравится ли мне такая перспектива, — добавил он. — Скорее всего, я кончу как Леон. Если повезет протянуть так долго. — Как-то мрачно ты представляешь себе свою судьбу, — заметила Алексия. — А как свою представляешь себе ты? — неожиданно спросил Кай, заставив ее задуматься. Она пожала плечами. — Не думала об этом. После всего, что случилось, мне страшно снова строить планы. Когда-то мы с Эрнандо хотели уехать из Чикаго, чтобы начать новую жизнь. После смерти мамы и папы он был единственным, на кого я могла положиться, а теперь его нет, родителей тоже, даже Синтия умерла… я вообще не понимаю, куда катится моя жизнь. Если планируешь стать Леоном, то, пожалуй, я не прочь остаться рядом с тобой в роли Матильды. Кай тепло улыбнулся. — Мне нравится эта идея, — произнес он с одобрением. Алексия в ответ тоже улыбнулась — искренне, впервые за долгое время почувствовав, что будущее уже не выглядит таким мрачным. Не желая злоупотреблять его гостеприимством, она поднялась на ноги, сообщив, что пора домой. Она не стала просить его подвезти ее до дома и просто вызвала такси. На следующий день Алексия получила звонок с неизвестного номера. Она подняла трубку и услышала знакомый голос. — Привет, это Мэтт, — донеслось из трубки. В голосе была слышна нотка настороженности. — Ты меня слышишь? — Да, слышу, — подтвердила она. — Спасибо, что связался. — Расскажешь, зачем меня искала? Алексия коротко поведала о ноутбуке отца и о том, что хочет получить доступ к его данным. — Ого, BitLocker, — удивился Мэтт. — Это плохо? — Скажем так, ничего хорошего. Компьютер долго стоял выключенным? — Да, больше года. Не получится? — Получиться-то может и получится, но если бы ноутбук был выключен недавно или находился в спящем режиме, я бы мог попробовать вытащить ключ шифрования из оперативной памяти, и тогда все было бы быстро и дешево, а теперь остается лишь один вариант — перебирать пароль. Я когда-то занимался подобным, у меня должна была сохраниться утилита. Мне понадобится ноут, чтобы скопировать образ диска, но сколько времени займет подбор пароля — понятия не имею. Может, несколько минут, может, несколько дней, а если там какой-нибудь Intel PTT, то вообще без шансов. — Хорошо, меня устроит. Что по деньгам? — Давай так: если ничего не выйдет, ты ничего мне не должна. Если получится, то для своих у меня скидка, и работа будет стоить две тысячи. Идет? Алексия была приятно удивлена, услышав это число. Она думала, придется заплатить пятизначную сумму. Найти две тысячи долларов для нее труда не составляло. — Договорились. Как передать ноутбук? — Позвони Биллу на ресепшн, скажи, нужно отправить посылку Джонатану Фоллу. Это кодовая фраза. Секретарши знают, что делать дальше. — Хорошо. А потом? Я могу позвонить или написать тебе на этот номер? — Ни в коем случае! — воскликнул Мэтт, явно напрягшись от вопроса. — Это не мой номер. — В смысле? — удивилась Алексия. — Я использую Caller ID Spoofing, — пояснил он. — Звоню со своего номера, а у тебя отображается чужой. Так меня будет невозможно отследить. Так что, пожалуйста, не звони на этот номер, окей? — А как тогда с тобой связаться? — Зачем тебе со мной связываться? — поинтересовался Мэтт. — Как закончу с ноутом, сообщу Каю. Алексия замялась, а затем, не успев толком обдумать свои слова, решительно выпалила: — Я хочу, чтобы ты обучил меня хакерству. Мэтт некоторое время помолчал, а затем тихонько рассмеялся: — Хочешь взламывать переписки своего парня? — Нет! — воскликнула Алексия, слегка обидевшись на его предположение. — Хочу научиться делать то, что умеешь ты. Ломать чужие сети, добывать информацию, писать трояны. — Зачем тебе это? — спросил Мэтт теперь уже с явным интересом в голосе. — Я была с Рэйчел на вылазке, — начала Алексия. — Она выполняла чьи-то инструкции, чтобы внедрить троян в чужую сеть. Это было так круто! Я подумала, что тоже хочу так уметь. Быть полезной, ломать сети, находить уязвимости. Меня это драйвит. Мэтт издал протяжный вздох. — Ты хоть представляешь, сколько времени потребуется, чтобы обучиться хотя бы базовым вещам? Это не просто сесть за комп и начать хакать, как в кино. Нужно знать криптографию, сетевые протоколы, программирование… — И я готова всему этому учиться, — перебила его Алексия. — Мне это интересно. Правда. Я чувствую, что могу в этом преуспеть, но нужен кто-то, кто будет меня направлять. — А ты знаешь, что за ошибки в этой области приходится дорого платить? — Да, я слышала, что ты не просто так прячешься, — ответила Алексия максимально аккуратно, стараясь не выдавать свою осведомленность о том, что за Мэттом гонялись федералы. — Учитывая, как успешно ты это делаешь, уверена, ты станешь хорошим учителем. Мэтт громко фыркнул. — Ты умеешь убеждать, — признал он. — Ладно, попробуем. Хакером я тебя вряд ли сделаю, но какой-нибудь script kiddy из тебя, возможно, получится. Но никаких телефонных звонков. Связь только через IRC. Найди меня на канале #crypt000 на сервере Freenode. — IRC? — переспросила Алексия, чтобы выиграть время, пытаясь догадаться, что это такое. Она не хотела показаться невежественной. — Да. А теперь слушай. Установи IRC-клиент и подумай, как скрыть свой реальный IP. Информации в сети полно. Это твой первый тест. Если справишься, подумаю о твоем обучении. Если нет, значит, лучше даже не начинать. — Хорошо. Спасибо, Мэтт. Обещаю, что сделаю все, что смогу. — Посмотрим, — ответил он, усмехнувшись. — Жду твой ноут. До связи. Звонок прервался, и Алексия тут же записала в заметки телефона информацию о сервере и канале, где следовало искать Мэтта. Она почувствовала прилив вдохновения: он не отказал сразу, а дал шанс проявить себя. Теперь оставалось отправить ему ноутбук отца, а для этого нужно было позвонить Тернеру на ресепшен. Найти номер не составило труда, и на том конце провода ответил знакомый голос: — Добрый день, адвокатское бюро «Билл Тернер и партнеры». Слушаю вас. Это была та самая рыженькая секретарша — Алексия запомнила ее голос. — Это Алексия, — представилась она. — Мы виделись на вечеринке Билла, помнишь? Мне нужно оставить посылку для Джонатана Фолла. — О, привет! — Голос секретарши стал заметно теплее. — На какой адрес отправить курьера, чтобы забрал посылку? Алексия назвала свой адрес. — Хорошо, курьер будет в течение часа. Я могу еще чем-нибудь помочь? — Нет, спасибо, — ответила Алексия, удивленная неожиданной теплотой тона. Ей тут же стало стыдно за свою глупую шутку на вечеринке. Через сорок минут, как и было обещано, в дверь позвонил курьер, одетый в черную униформу с небольшим логотипом службы доставки на груди. Он не стал задавать вопросов, лишь попросил расписаться в каком-то документе, после чего забрал ноутбук и сразу же уехал. Алексия вздохнула с облегчением. Минус одна проблема из ее списка. — А теперь надо разобраться с IRC, — сказала она сама себе, усаживаясь за свой собственный ноутбук. Она ненароком вспомнила о том, что приближался вечер пятницы — именно в этот день они с Каем планировали отправиться в клуб, куда Рики отвез деньги из сейфа. Предстоящее приключение вызывало волнение и азарт. Алексия видела в этом возможность проявить себя и доказать, что обучение у Кая не прошло для нее даром. Это был хороший шанс показать Тернеру, что она была готова начать на него работать. Глава 21 These nights are getting darker My claws are getting sharper I’m strong enough to enter the fray You won’t whispering my name Now I’m quietly taking aim And the predator’s becoming the prey Now the beast has come to play Beast, 8 Graves Алексия занялась настройкой IRC тем же вечером. Первое, с чем предстояло разобраться — как спрятать свой IP-адрес. Она не стала изобретать велосипед и воспользовалась VPN, так как не слишком хорошо разбиралась в компьютерных сетях, чтобы прибегнуть к чему-то более технически сложному, а затем скачала IRC-клиент и последовала советам одной из найденных в сети инструкций. Программа выглядела как из девяностых и больше напоминала консоль, чем интерфейс приложения. Вбив адрес сервера и канал, что дал Мэтт, Алексия подключилась к чату. Перед ней открылся дивный новый мир. Список участников был довольно длинным, и это ее удивило. Она думала, такие чаты уже давно вымерли или оставались востребованными лишь узким кругом любителей старого интернета. «Есть же столько куда более удобных мессенджеров, в том числе анонимных, почему они продолжают оставаться здесь?» — недоумевала она. Переписка шла хаотично: какие-то аббревиатуры, фразы, смысл которых был ей не понятен. Кажется, обсуждались какие-то общие знакомые, но без контекста было сложно понять, о ком конкретно шла речь. «Здесь явно своя атмосфера», — подумала Алексия, переключившись на список участников, но он ей не помог — ни один из никнеймов не давал подсказку, кто из них мог быть Мэттом. Вдруг в чате появилось сообщение: [nulltrace]: [Alex] новенький? что у нас забыл? отвечай или получишь шлепок форелью Алексия замерла, перечитывая сообщение. «Шлепок форелью? О чем он? Хочет меня забанить?» — размышляла она. Спрашивать о Мэтте напрямую было глупо, но и уйти с канала, так и не связавшись с ним, она не могла. Решив рискнуть, она написала в общий чат: [Alex]: Я ищу Джонатана Фолла. Участники тут же оживились. [QuantumFlux]: кто это? [bloodrizer]: к нам заглянули гости из FBI? [err0r404]: Да ладно вам [err0r404]: Накинулись с форелью, как стервятники [nulltrace]: джонатан, отзовись! Сообщения сыпались одно за другим, но похоже никто не знал, кого она искала. Алексия начала паниковать. «Что, если я сделала что-то не так? Вдруг Мэтт вообще не здесь?» — мелькнуло в голове, но в окне программы неожиданно появилась новая вкладка. Видимо, это был аналог личных сообщений. [SilentEcho]: привет, это я. Алексия нахмурилась. Нужен был способ убедиться, что это действительно Мэтт, а не кто-то, решивший просто над ней подшутить. Она набрала ответ: [Alex]: Докажи. Как зовут нашего общего друга? Ответ появился почти сразу: [SilentEcho]: Кай Холт. Алексия замерла, увидев ответ. Холт? Она не знала фамилию Кая и ненадолго задумалась, стоило ли верить собеседнику, но в конце концов отбросила сомнения. Имя ее ментора не было таким уж популярным — шанс, что кто-то просто его угадал, был ничтожно мал. Тем временем таинственный SilentEcho продолжил переписку: [SilentEcho]: ты молодец, справилась с задачей, но тут общаться небезопасно, так что предлагаю уйти на мой сервер. [Alex]: Хорошо. Дашь доступ? [SilentEcho]: сначала перейди по одной ссылке и создай ключи. [Alex]: Какие ключи? [SilentEcho]: погугли, что такое асимметричное шифрование. [SilentEcho]: сайт выдаст два файла — private_openssh.pem и public_cert.pem. первый — приватный ключ, который ты должна скрывать похлеще своего SSN — не потеряй, он важен. [SilentEcho]: второй — публичный ключ, который можно показывать кому хочешь. вот его ты и должна будешь мне скинуть. смотри, не перепутай. Через несколько секунд он прислал ссылку. Алексия перешла по ней и увидела простую веб-страницу, на которой была всего одна кнопка — «Сгенерировать». Нажав на кнопку, она запустила процесс генерации ключей. Спустя несколько секунд сайт предложил скачать два файла, о которых говорил Мэтт. Она не сразу поняла, как отправить публичный ключ через IRC, но в итоге справилась и надежно спрятала оба ключа, поместив в скрытую папку в самом удаленном уголке ноутбука. [SilentEcho]: молодец, ничего не напутала. щас пришлю адрес и порт для подключения к моему серверу. [SilentEcho]: канал будет называться #alex_private, но чтобы туда попасть, укажи приватный ключ в настройках своего IRC-клиента. Больше он не писал, и Алексии пришлось снова искать информацию в интернете, чтобы все правильно настроить. Наконец она сумела подключиться к личному серверу Мэтта. Соединение установилось почти мгновенно. В списке участников канала она увидела лишь два имени: свое и SilentEcho. [SilentEcho]: добро пожаловать. здесь только ты и я. теперь можем говорить свободно. [Alex]: Спасибо! Это было познавательно. Не знала об IRC до сегодняшнего дня. [SilentEcho]: правда? тогда ты тем более молодец. но есть парочка советов на будущее. [SilentEcho]: с VPN ты хорошо придумала, но, судя по всему, он бесплатный, а значит, может сливать твой трафик. впрочем, это лучше, чем ничего. [SilentEcho]: никогда не используй личные сети. хорошо, если будешь выходить в сеть через Open Wi-Fi — это сети без паролей, их полно в общественных местах. так я не увижу твой реальный IP, и даже если кто-то перехватит твой трафик, то ничего не докажет. [Alex]: Хорошо, буду знать. [SilentEcho]: еще один совет: работай с одноразового устройства — телефона или ноутбука, который можно будет потом целиком отформатировать. [SilentEcho]: идеально, если купишь отдельный ноут и телефон для этих целей. Алексия откинулась на спинку стула, обдумывая происходящее. Это больше не казалось игрой или простым любопытством — ее интерес к хакерству перерастал во что-то более серьезное. Столь основательный подход к делу не мог не вдохновлять, но в то же время заставлял чувствовать себя чуть ли не преступницей. Однако ей это нравилось. Очень нравилось. [Alex]: Слушай, а какие устройства посоветуешь? [SilentEcho]: любой андроид. [SilentEcho]: не бери айфон — слишком много ограничений для наших задач. что касается ноута — не заморачивайся, бери любой виндовый — подойдет. [SilentEcho]: с настройкой помогу. [SilentEcho]: а пока давай объясню, как настроить прокси, чтобы скрывать IP. это базовый навык, он для всего пригодится. пока дам настройки своего сервера, а позже расскажу, как сделать свой. Алексия достала чистую тетрадь, чтобы записать все рекомендации, которые давал Мэтт, потому что не была уверена, что переписка сохранится, когда она подключится к серверу в следующий раз. Она также параллельно выполняла каждую его инструкцию, чтобы опробовать все на практике, и, когда зашла на сайт для проверки IP, с облегчением убедилась в том, что ее адрес действительно сменился на адрес сервера Мэтта. [Alex]: Сработало! Спасибо! [SilentEcho]: отлично. но помни, что это базовый уровень. настоящая защита — когда никто не сможет отличить твой трафик от трафика обычного пользователя, в особенности Cyber Division. [SilentEcho]: позже научу тебя использовать Tor, SSH-туннели и другие методы. но не сразу, а то у тебя небось уже мозг пухнет. [Alex]: Хорошо. Когда будет следующий урок? [SilentEcho]: когда пожелаешь, я почти всегда онлайн. спать ложусь в районе трех ночи, встаю в десять. [SilentEcho]: если буду занят, просто отвечу позже. [Alex]: Спасибо, что объясняешь так подробно! До завтра! [SilentEcho]: до связи. Алексия закрыла IRC-клиент, испытывая гордость за себя. Впереди было еще много работы, но она успешно справилась с первым шагом. На следующий день она купила новый телефон и ноутбук, и Мэтт помог их настроить. Оказалось, у IRC был клиент и для телефона, что позволяло оставаться с ним на связи, даже когда Алексия была не у компьютера. Это внезапное общение оказалось крайне своевременным, ведь именно Мэтт должен был помогать им во время пятничной вылазки в клуб на Вест-Луп. Кай решил, что будет полезно взять под контроль местные камеры, однако сеть клуба была изолирована и недоступна извне, поэтому Алексия должна была помочь подключиться к ней изнутри. Она также взяла на себя наружные камеры, заранее изучив их расположение с помощью карты Мэтта, благодаря чему знала, какими путями будет лучше отступать, чтобы не попасть в их объектив. Кай и Алексия договорились встретиться уже в клубе и добирались до него по отдельности на такси. Она захватила поддельные документы — в клуб не пускали лиц моложе двадцати одного. Без проблем пройдя фейс-контроль, Алексия почувствовала прилив адреналина. Она достала телефон, чтобы написать об этом в приватный IRC-канал, который создал Мэтт на своем сервере специально для них троих и этого задания. Кай все еще был в пути, так что Алексия решила не терять времени и принялась выполнять инструкции Мэтта. Это задание было важным, и она изрядно нервничала. Ее первой целью было подключиться к Wi-Fi сети для сотрудников клуба. Алексия устроилась в тихом уголке подальше от танцпола, чтобы не привлекать внимания. Достав свой новенький телефон, предназначенный для хакерских задач, она запустила приложение для анализа Wi-Fi, которое установила заранее по указанию Мэтта. «Защита у сети слабая… Отлично, это можно взломать», — подумала Алексия. Она нашла сеть клуба и запустила другой инструмент, позволяющий подбирать PIN через уязвимости WPS. На экране мелькал индикатор прогресса, и каждая секунда казалась вечностью. Алексия то и дело оглядывалась, чтобы убедиться, что за ней никто не следит. Спустя пару долгих минут программа наконец выдала: «PIN accepted. Connected to network», и Алексия тут же уведомила об этом Мэтта. [SilentEcho]: отлично, молодец. теперь пробрось мне мост. С помощью другого приложения она настроила обратный SSH-туннель, через который Мэтт получил доступ к закрытой сети клуба. Инструкции она помнила наизусть — ее феноменальная память позволяла быстро восстанавливать в голове даже длинные bash-команды. [SilentEcho]: я внутри, щас займусь камерами. [Kai]: Я у входа, стою в очереди. Алекс, где тебя искать? Пока она объясняла, как ее найти, Мэтт уже получил доступ к камерам. [SilentEcho]: нашел архивы с записями за прошлую пятницу, сейчас выведу их на мониторы охраны, а затем отключу камеры и сотру сегодняшние архивы. [SilentEcho]: надеюсь, никто не заметит, как потухнут светодиоды. Алексия облегченно выдохнула: она успешно справилась со своей частью работы, и теперь трансляция с камер показывала охране записи прошлой недели, скрывая их визит. Мэтту больше не требовалась ее помощь, поэтому она сосредоточилась на новой задаче — выяснить, кто такой Джим Киттинг. Ее план был прост: найти бармена и разговорить его. Она собиралась направиться к барной стойке, надеясь повторить сцену из какого-нибудь шпионского фильма, где бармен невзначай делится полезной информацией, но реальность быстро развеяла ее иллюзии: за стойкой работали трое барменов, каждый из которых был по уши занят выполнением заказов и вряд ли согласился бы отвлечься от работы, чтобы с ней поговорить. Алексия осталась стоять в уголке и задумалась о том, что делать дальше. Вот-вот должен был появиться Кай, так что обращаться к нему за советом через IRC она не стала. «Снова полагаешься на Кая, хотя выяснять информацию — твоя работа, — с раздражением подумала Алексия. — Зачем ему напарница, не способная справиться с такой примитивной задачей? Возьми себя в руки, Алекс, включи мозг и найди другой способ. Бармен — не единственная опция. Должны быть еще варианты». Она переключила внимание на сотрудников клуба, внимательно наблюдая за их перемещениями и поведением. И вдруг ее осенило: Рики должен был отдать кому-то деньги. Но почему именно здесь, в людном месте, а не в какой-нибудь темной подворотне? «Судя по карте, он пробыл в здании несколько часов, — размышляла она. — Что он делал здесь все это время? Продавал наркоту? Если так, охрана бы заметила. Или он в сговоре с руководством клуба? Тогда, возможно, деньги были нужны, чтобы откупиться». Ее взгляд остановился на VIP-ложе, расположенной уровнем выше. Вход туда охранялся, и попасть внутрь могли явно не все. С места, где она стояла, не было видно, кто находился за ограждением, но ложе выглядело достаточно изолированным для темных дел. Мимо прошла группа людей, и Алексия обратила внимание на дверь, расположенную в полутемном закутке рядом с местом, где она стояла. Табличек на двери не было, но время от времени через нее входили и выходили люди. На сотрудников клуба они похожи не были, а значит, помещение вряд ли было техническим. Каждый из входивших набирал на небольшом электронном табло шестизначный код, чтобы открыть дверь. Это ее заинтересовало. Алексия прищурилась, пытаясь разглядеть, какие именно цифры вводились, но стояла слишком далеко, чтобы суметь разгадать комбинацию. — Что-нибудь узнала? — раздался голос. Сосредоточенная на двери, она не заметила, в какой момент рядом с ней оказался Кай, однако, увидев его, испытала такой прилив облегчения и радости, что едва не бросилась ему на шею. Алексия впервые видела его в клубной одежде, но он смотрелся в ней так органично, что казалось, будто он всегда так одевался. — Нет, даже не знаю, как подступиться. Зато нашла подозрительную дверь, — ответила она, кивнув в сторону закутка. — Через нее периодически кто-то заходит и выходит. Думаю, я разгадала первые две цифры кода, но насчет остальных пока не уверена. Кай глянул куда-то в сторону VIP-ложи, а затем внезапно развернулся к ней всем телом и закрыл собой от кого-то. Его ладонь легла ей на поясницу, и Алексия едва сдержала удивленный вздох. По телу пробежали мурашки от этой неожиданной близости, ведь он никогда раньше не позволял себе ничего подобного. Их взгляды встретились, но лишь на секунду — Кай тут же отвернулся, будто кого-то высматривал, но его рука по-прежнему удерживала ее за талию. Мимо прошли четверо мужчин. Алексия, все еще смущенная близостью Кая, мельком глянула на них, и один из них показался ей смутно знакомым — это был мужчина на вид старше Тернера, слегка полноватый, с седеющими волосами и в дорогом сером костюме. Но прежде чем она успела его рассмотреть, Кай надежно скрыл ее от их взоров. Мужчина в костюме не смотрел по сторонам и уверенно подошел к той самой двери, любезно открытой для него одним из спутников. Через пару секунд четверка скрылась за дверью, и Алексия перевела взгляд на Кая, ожидая от него объяснений. — Узнала? — спросил он, и она покачала головой. — Лицо вроде знакомое, но не припомню, где видела, — призналась Алексия. — А ты? Кай сосредоточенно посмотрел на закрытую дверь, а затем ответил: — Знаю. И ты его тоже знаешь. Это Армин Хайнеманн. Разумеется, Алексия искала информацию о Хайнеманне — найти его фотографии в интернете было несложно. Первое время она была буквально одержима им и постоянно обдумывала, как бы подобраться ближе, чтобы узнать больше. Она часто представляла, как совершает убийство. Со временем эти навязчивые мысли ослабли, и хотя она продолжала фоново помнить, ради чего проходила обучение, их с Хайнеманном встреча всегда казалась событием далекого будущего. Алексия никак не ожидала столкнуться с ним вот так внезапно. — Он знает, кто ты? — спросила она, вспомнив, как настороженно отреагировал Кай. — Понятия не имею, — признался он. — Но решил не рисковать. И тебе перед ним лучше тоже не светиться. Алексия кивнула, соглашаясь. Вряд ли Хайнеманн знал, как выглядит дочь Стивена Дэгера, но полагаться на это не стоило. — Пойдем в ту дверь? — предложила она, чувствуя одновременно и страх, и любопытство. В этой двери было что-то притягательное. В глубине души Алексия была уверена, что за ней скрывался ответ на вопрос, куда отнес деньги Рики. Кай явно колебался, и она уточнила: — Думаешь, слишком опасно? — Если место принадлежит Хайнеманну, наше появление может вызвать ненужный интерес. Это рискованно, особенно сейчас, когда Билла нет в городе, — отметил он, нахмурившись. — Люди входят и выходят, как обычные посетители, — возразила Алексия. — Если будет охрана, просто скажем, что стало любопытно, куда все идут, и спокойно уйдем. — А как объясним, откуда узнали пароль? Вспомнив вылазку с Рэйчел, она ответила: — Скажем, что кто-то придержал дверь. Камеры все равно отключены, мы ничего не теряем. Если что, у меня с собой нож. — Хорошо, — уступил наконец Кай, усмехнувшись при упоминании ножа. — Но будь осторожна и держись рядом. Они подошли ближе к двери, и Алексия сделала глубокий вдох, пытаясь подавить волну беспокойства. Оба старались выглядеть максимально расслабленно, чтобы не привлекать внимания, пока ждали, когда откроется дверь. Кай, склонившись над телефоном, что-то изучал. — Что делаешь? — спросила она. — Хочу понять, куда ведет эта дверь, прежде чем входить, — тихо ответил он, демонстрируя экран. — Скачал поэтажный план этого здания заранее. На схеме здание выглядело довольно простым. За дверью начинался длинный коридор, который пересекался с другим коридором примерно посередине. Левый поворот вел к черному ходу и нескольким помещениям, отмеченным как кухонные, а правый оканчивался лестничным пролетом. — Два этажа и подвал, — пробормотал Кай, просмотрев соседние схемы. — А что там за помещение, если пойти прямо по коридору, не указано. Пока он изучал поэтажный план, дверь вдруг открылась, и к ним вышли двое мужчин, о чем-то оживленно беседующие. Кай моментально убрал телефон, стиснул руку Алексии и потянул за собой. Они прошмыгнули внутрь. Мужчины, увлеченные разговором, не обратили на них ни малейшего внимания. Алексию охватило радостное возбуждение — у них получилось! Кай коротко кивнул, давая понять, что все шло по плану. Они оказались в длинном, ярко освещенном коридоре, который тянулся примерно на пятьдесят ярдов. Стоило двери за их спинами закрыться, как шум клуба заметно стих, сменившись иным фоновым звуком — с другого конца коридора доносилась громкая музыка, возгласы и какой-то грохот. Кай шагал впереди, держа Алексию за руку. Ее сердце бешено колотилось, но она старалась сохранять хладнокровие. Свободной рукой она нащупала в сумочке нож, чтобы убедиться, что в случае чего сумеет быстро его достать. Коридор вывел их к небольшой двери, за которой скрывался зал, наполненный табачным дымом и запахом алкоголя. Алексия сразу поняла, где они оказались — это было нелегальное казино. Помещение было заполнено людьми. В зале располагались игровые автоматы, рулетки и карточные столы. Некоторые люди играли, другие просто наблюдали. Появление Кая и Алексии не вызвало у окружающих интереса. Кай окинул зал взглядом и повел Алексию к одному из столов, чтобы слиться с толпой. Охраны не было, как и Хайнеманна с его свитой. — Он, наверное, свернул в один из поворотов, — предположила Алексия, склонившись ближе к Каю. Тот кивнул, явно догадавшись, о ком она говорила. Они неспешно блуждали меж игровых столов, пока взгляд Алексии случайно не зацепился за знакомое лицо. За одним из карточных столов сидел мужчина, которого они искали — Джим Киттинг. Разумеется, они изучили его фотографии, прежде чем идти в клуб. Сердце пропустило удар. Алексия сжала руку Кая, привлекая его внимание. — Это он, — одними губами произнесла она. Кай бросил быстрый взгляд в ту сторону, затем снова посмотрел на нее и легонько кивнул. Киттинг играл в покер, и партия как раз подошла к концу — его оппонент сгребал к себе внушительную гору фишек. За столом сидели четверо, примерно столько же наблюдали за игрой. Кай и Алексия незаметно приблизились, присоединяясь к зрителям. — Ну Томми, ну ловкач! — засмеялся Киттинг, похлопав победителя по плечу. — Только зашел, а уже срываешь куш! — Новичкам везет, — ответил третий игрок, жестом подзывая официантку. Он что-то шепнул ей, и девушка, кивнув в ответ, покинула зал. Алексия стояла прямо напротив входной двери и проследила за ней взглядом. Официантка свернула в коридор, где были помещения, отмеченные как кухонные. — Ладно, ночь только началась. Посмотрим, кто заберет следующий банк, — продолжил Киттинг, принимаясь раздавать карты. Некоторое время Кай и Алексия наблюдали за игрой. Киттинг явно был завсегдатаем этого места: вел себя раскованно, громко шутил и выглядел так, будто был хозяином этого казино. Остальные игроки, как и зрители, общались с ним уважительно, порой даже почтительно. — Думаешь, Рики тоже сюда приходил? — шепнула она Каю. — Вероятно. Это бы объяснило, куда подевались деньги из сейфа, — так же тихо ответил он. — Но там не хватало больше двадцати пяти тысяч, что ему был должен Эрнандо, — напомнила Алексия. — Возврат долга бы его не спас. — Возможно, Эрнандо был не единственным его должником, — предположил Кай. — Либо Рики рассчитывал отыграться. Судя по разговорам игроков, становилось понятно, что Киттинг не планировал покидать это место до самого утра. Решив, что больше ничего полезного выяснить не получится, Кай обхватил руку Алексии и повел за собой прочь от стола. Они двигались неспешно, чтобы не привлекать внимания, останавливаясь у игровых автоматов и карточных столов. Кай словно тянул время, периодически бросая быстрые взгляды в сторону коридора. Наконец, они направились к выходу. Навстречу им шла та самая официантка, уходившая в сторону кухонь. На подносе она несла бокалы, бутылку бурбона и вазочку со льдом. Ширины коридора хватало, чтобы разойтись, но Кай словно бы случайно задел ее плечом, и поднос угрожающе накренился. Он успел подхватить его, предотвратив падение. — Спасибо вам большое! Простите за неуклюжесть, — рассыпалась в благодарностях официантка. Кай кивнул и, дождавшись, когда она уйдет, вновь взял Алексию за руку, резко ускорил шаг и свернул в левый коридор. Дверь, ведущая к лестничному пролету, оказалась заперта, но он достал карточку и прислонил к электронному замку. Послышался щелчок, дверь открылась, и Кай, потратив пару секунд на то, чтобы осмотреть лестницу, быстро втолкнул Алексию внутрь, вошел следом и закрыл за собой дверь. На лестнице было пусто. — Откуда у тебя пропуск? — прошептала она, глядя на него с недоумением. Кай протянул ей карточку, и все сразу же стало ясно: на пропуске была фотография той самой официантки. — Когда мы только зашли, я заметил, что на двери электронный замок, — пояснил Кай шепотом. — Мэтту понадобилось бы время, чтобы взломать его удаленно, а официантка носила карточку на виду. — Но как ты понял, что у нее достаточно прав, чтобы открыть дверь? — Я не знал. Но решил, что люди за этой дверью тоже могут любить бурбон. Если бы ничего не вышло, просто бы ушли. Цель мы все равно достигли — Джим Киттинг найден, а сюда заглянули просто потому, что оказались рядом. Возможно, удастся выяснить, что тут делает Хайнеманн. Если нароем что-нибудь полезное, постараюсь сделать все, чтобы Билл тебе заплатил. Алексия слегка улыбнулась и в порыве благодарности легонько толкнула его плечом. Она ощущала нарастающее напряжение. В зале казино она чувствовала себя относительно спокойно — на случай вопросов у них была заготовлена легенда, которая могла бы объяснить их присутствие. Но причин быть на этой лестнице у них не было. Они серьезно рисковали, и страшнее всего было то, что объектом их слежки стал Армин Хайнеманн — один из самых опасных людей в Чикаго. Куда двигаться дальше, было неясно, и Кай на мгновение замер, прислушиваясь к звукам. Откуда-то снизу, кажется, доносились приглушенные голоса. Он подал знак следовать за собой, и они двинулись вниз по лестнице. Вспомнив про нож, Алексия сунула руку в сумочку, нащупала свое оружие и молча передала его напарнику. Тот одобрительно кивнул. Голоса становились отчетливее. Спустившись до середины лестничного пролета, Кай жестом приказал Алексии оставаться на месте, а сам двинулся вперед и, прячась за углом, осторожно выглянул. Несколько секунд он наблюдал за происходящим, прислушиваясь к обрывкам разговоров, а затем так же тихо вернулся обратно. — Там охрана, — прошептал он. — Сидят перед мониторами. Судя по разговорам, проделки Мэтта пока не заметили. Давай наверх. Они так же осторожно и бесшумно вернулись на первый этаж, а затем поднялись выше. Дверь второго этажа была приоткрыта, электронного замка на ней не было. Заглянув внутрь, они увидели освещенный пустой коридор с несколькими дверьми. Одна из них была открыта, и оттуда доносились голоса. Кай вновь скомандовал Алексии оставаться на месте, а сам подошел к ближайшей двери рядом с той, что была открыта. Комната оказалась не заперта, и он осторожно заглянул внутрь. Там было темно. Он дал Алексии знак следовать за собой. Она двигалась как можно медленнее, на носочках, чтобы не стучать каблуками, и едва дышала, боясь, что случайно скрипнет дверью, но все прошло гладко. Кай ненадолго включил фонарик на телефоне, чтобы убедиться, что в комнате никого не было. Света, пробивающегося с улицы, хватало, чтобы видеть очертания мебели и силуэты друг друга. Они притаились у стены, за которой находилась комната с открытой дверью, и приложили ухо к розетке. Через нее можно было уловить отдельные фразы, хотя слышимость оставляла желать лучшего. — Узнай, сколько денег он хочет… плевать сколько… это важно… завтра у нас встреча, и мы… Алексия напряженно вслушивалась в разговор, но не понимала, о чем или о ком шла речь. Возможно, о работе, или, скорее всего, о продаже оружия. Устав разбирать обрывки фраз, она перевела взгляд на Кая. Он, все еще прижимаясь ухом к стене у розетки, бросил на нее взгляд и ободряюще улыбнулся. Алексия попыталась улыбнуться в ответ, но это было непросто. Сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди от страха. Как он умудрялся сохранять такую невозмутимость? Казалось, для Кая это был обычный день. «Наверное, так и есть, — подумала она. — У него явно больше опыта в таких делах». Разговор за стеной постепенно стихал. Алексия пыталась понять, чего ждал Кай. Услышал ли он что-нибудь важное? Имелись ли среди обрывков диалога сведения, которые могли бы пригодиться Тернеру? Неожиданно он сунул руку в карман и достал бумажник. Алексия, нахмурившись, наблюдала, как он извлек оттуда маленький предмет. Она узнала его сразу — это был миниатюрный жучок. Активировав его через приложение на телефоне, Кай аккуратно прикрепил устройство к крышке стола снизу. Алексия не знала, чей это был кабинет, но он, видимо, рассчитывал, что жучок окажется полезен. Телефон издал легкую вибрацию, и Алексия увидела сообщение от Мэтта. [SilentEcho]: внимание! в систему вошел администратор и просматривает логи. [SilentEcho]: кажется, охрана все-таки заметила манипуляции с камерами. Кай, покончив с жучком, вернулся к Алексии и взглянул на экран ее телефона. На его лице отразилось напряжение. [SilentEcho]: ему понадобится время на то, чтобы вернуть все на место, но вам лучше поспешить, не знаю, как скоро камеры заработают снова. [SilentEcho]: я почистил следы и отключаюсь. [Alex]: Поняли. Поторопимся. Со стороны коридора послышался шум — из соседней комнаты кто-то вышел. Алексия не смогла определить, был ли среди говоривших Хайнеманн, потому что не знала, как должен звучать его голос. Она мысленно торопила события, желая поскорее выбраться из здания. Она с самого начала понимала, что дело будет рисковым, но не ожидала, что столкнется с чем-то подобным на своем самом первом задании. Вскоре голоса смолкли, а свет в коридоре погас, однако Кай не спешил выходить. Они выждали еще пару минут, прежде чем решиться покинуть комнату. Кай уверенно зашагал вперед, освещая путь фонариком телефона. Вместо того чтобы вернуться на лестницу, он направился в комнату, из которой ранее доносились голоса. «Наверное, хочет оставить там еще один жучок», — догадалась Алексия, следуя за ним. Ей это не понравилось, ведь время поджимало, но спорить она не стала. Они вошли внутрь. К счастью, много времени ему не потребовалось. Она осталась стоять у приоткрытой двери, чтобы следить за коридором. Внезапно там вновь загорелся свет и послышались шаги. Алексия замерла, с трудом сдержав вскрик. Она застыла у двери, охваченная паникой и не знающая, что делать. Весь мир сузился до размеров этой комнаты. Звук шагов становился ближе, и у нее перехватило дыхание. Кто-то подошел к двери и схватился за ручку. Глава 22 Got everyone watchin’ us So baby, let’s keep it secret A little bit scandalous But baby, don’t let them see it A little less conversation and a Little more touch my body ‘Cause I’m so into you, into you, into you Into You, Ariana Grande Кай среагировал молниеносно: в тот миг, когда дверь распахнулась, он оказался рядом с Алексией и бросился на вошедшего с ножом Эрнандо в руке. Незнакомец, явно не ожидавший нападения, даже не успел толком осознать, что произошло. В следующий миг из глубокой раны в районе сонной артерии хлынула кровь, заливая пол, и Алексия вдруг вспомнила, как точно так же Эрнандо набросился на Рики. «Тогда тоже было много крови», — мелькнуло в голове. Красная лужа стремительно разрасталась, и Алексия, словно в трансе, отступила назад, стараясь не запачкать носки туфель, что ей одолжила Рэйчел. Кай склонился над телом, вытер нож и окровавленную руку о рубашку убитого, а затем поднял взгляд на Алексию. Его лицо было напряженным, а глаза внимательно изучали ее реакцию. Видимо то, что он увидел, его обеспокоило, потому что он подошел ближе, положил чистую ладонь ей на щеку и мягко провел подушечкой большого пальца по коже. — Ты как? — тихо спросил он. Его голос был ровным, но взгляд выдавал тревогу. Она кивнула, пытаясь показать, что все было в порядке, но это было не так. Сердце колотилось, как бешеное, а руки дрожали. Алексия была уверена, что за этот краткий миг у нее прибавилось седых волос. Не отводя взгляда, Кай добавил: — Алекс, нам нужно уходить. Я нас выведу, но мне понадобится твоя помощь. Она вдруг заметила, как дрожат его пальцы. Это было единственным, что выдавало в нем испуг, в остальном же он выглядел собранным, почти хладнокровным, но Алексия знала: он испытывал тот же страх, что и она. Мысль о том, что он собирался вывести ее отсюда, придала сил. Сделав глубокий вдох, Алексия энергично закивала и, наконец, ответила: — Я справлюсь. Идем. Кай окинул ее недоверчивым взглядом. Видимо, решив, что это было лучшее, на что он мог рассчитывать, он схватил ее за руку и повел за собой. Его рука была теплой, и это прикосновение дарило уверенность. Алексии пришлось перепрыгнуть через кровавую лужу, чтобы не испачкать обувь. Удивительно, но то, что Кай убил этого человека, ее не потрясло, хотя когда-то она пыталась представить, что почувствует, когда станет тому свидетелем. Она испытала лишь облегчение: если бы он этого не сделал, они могли бы серьезно влипнуть. В тот момент все сводилось к простому выбору — либо человек Хайнеманна, либо они. Алексия не думала о морали, не искала оправданий. Кай защитил их, и этого было достаточно. Она едва помнила, как они спустились. Больше всего Алексия боялась, что за дверью их могли поджидать приятели убитого. Почему он вернулся в кабинет? Возможно, Хайнеманн что-то забыл, и теперь вся компания дожидалась его возвращения на первом этаже? Все еще сжимая в руке нож, Кай сначала прислушался к происходящему за дверью, а затем осторожно приоткрыл ее и выглянул в коридор. К счастью, тот оказался пуст. Из игрового зала доносились разговоры и шум автоматов, а стены едва ощутимо вибрировали от клубной музыки. — Идем через черный ход — я весь в крови, — произнес Кай. Только теперь Алексия заметила, что правая сторона его одежды была заляпана кровью. Возможно, в полутьме клубного зала никто не обратил бы внимания, но было слишком опасно так рисковать. Когда обнаружат тело, они не знали, но человек, покрытый кровью, наверняка вызовет вопросы у охраны на главном входе. Убедившись, что в коридоре первого этажа безопасно, они покинули лестничную клетку. Кай вытер украденную у официантки карточку об одежду, чтобы избавиться от отпечатков, и бросил на пол у поворота, ведущего к казино. — Пусть думает, что обронила, — тихо пояснил он. Они пошли дальше, и коридор свернул направо. В дальнем его конце Алексия увидела дверь, которая, вероятно, вела наружу. Нужно было лишь пройти мимо кухонных помещений. Оттуда доносился звон посуды, шум воды и разговоры. «Пожалуйста, только бы нас не заметили», — молилась она. Но стоило им сделать пару шагов по коридору, как у выхода из кухни показалась официантка с подносом, полным напитков. Кай тут же замер. Она остановилась в дверях, весело с кем-то переговариваясь и не спеша покидать помещение. Ширина коридора не позволила бы им пройти мимо незамеченными, и, увидев кровь на одежде, официантка могла бы поднять шум. Спрятаться было негде. Алексия впервые видела Кая в замешательстве. Убить официантку он не мог, ведь рядом были люди. Словно в подтверждение этих мыслей он спрятал нож, который до этого момента сжимал в руках, в карман. Внезапно у Алексии родился план. Встав спиной к стене, она резко потянула Кая за одежду на себя. Обхватив его шею руками, она посмотрела ему прямо в глаза. На его лице читалось удивление, но она заметила, как его взгляд скользнул по ее губам. Осознав ее замысел, он замешкался лишь на миг, а затем шагнул в ее сторону, прижимая к стене так, чтобы скрыть пятна крови на одежде. Руки обвили талию, и Кай осторожно прижался к ее губам своими. Это едва ли напоминало поцелуй: они просто замерли, касаясь друг друга губами, на несколько долгих ударов сердца, а затем Кай отстранился, но его руки остались на месте, продолжая крепко ее удерживать. Его взгляд стал расфокусированным, словно он напряженно прислушивался к звукам на кухне. Официантка, судя по всему, заканчивала разговор и собиралась выйти в коридор. Алексия тоже пыталась концентрироваться на звуках, но близость Кая, его прикосновения и тепло его тела мешали сосредоточиться. Даже тот поспешный и лишенный страсти поцелуй показался ей воплощением всех мечтаний. Кай вновь посмотрел на нее. Расстояние между ними было минимальным. Их носы почти соприкасались, и он, казалось, размышлял о чем-то важном, а взгляд снова и снова возвращался к ее губам. Наконец он чуть приблизился, но не для поцелуя — его лоб мягко коснулся ее лба. Алексия почувствовала теплоту его дыхания на своей щеке. Глаза Кая были прикрыты, а руки крепко держали ее за талию, не позволяя отодвинуться. Ее охватило странное чувство безопасности, смешанное с бурей эмоций от адреналина. Она почувствовала аромат фруктовой хвои — такой знакомый, навсегда связанный ассоциациями с Каем. Его можно было ощутить, только приблизившись, и даже запах крови, пропитавший одежду, не смог его перебить. В коридоре наконец послышались шаги, и в следующую секунду Кай снова приник к ее губам, но теперь это был совсем другой поцелуй — горячий и жадный, словно внутри него наконец разжалась долго сдерживаемая пружина. Их языки встретились, и от этого ощущения ее пронзила дрожь. Алексия почувствовала, как его пальцы крепче сжали талию, притягивая ее ближе и позволяя ощутить жар его тела даже сквозь одежду. Его губы ловили ее дыхание, а затем вдруг переместились на шею, оставляя на ней смазанные влажные поцелуи. Рука Кая скользнула под край платья и обхватила обнаженное бедро. Пальцы впились в кожу, и она почувствовала их жар. Алексии пришлось невольно прикусить губу, чтобы удержать рвущийся наружу стон. Кай словно ощутил ее реакцию и повел ладонь выше, едва касаясь ягодицы и вызывая внутри новый всплеск дрожи. Его губы снова нашли ее, чтобы увлечь в очередной поцелуй, и она потянулась навстречу, обняв его крепче за шею. В этот момент она позабыла обо всем: об официантке, о камерах и о Хайнеманне. Официантка прошла мимо, не проронив ни слова. Алексия ожидала, что та что-нибудь скажет, может, попросит уединиться в другом месте, но этого не случилось. Кай вдруг замер, будто вспомнил, где они находились. Его пальцы нехотя ослабили хватку, и он неспешно отстранился. Алексия встретилась с ним взглядом и заметила, что в его глазах все еще тлел жар сдерживаемого желания, но лицо уже вернуло привычную сосредоточенность. Кай облизнул губы, словно пробуя на вкус остатки поцелуя, и устало выдохнул. Он на мгновение прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, а затем внимательно осмотрел коридор и, не обнаружив угрозы, жестом скомандовал следовать за собой. Алексия невольно поджала губы, скрывая разочарование. Конечно, сейчас был не лучший момент для проявления чувств, но часть нее все равно злилась на его способность так легко возвращать себе контроль, в то время как внутри нее все еще бушевал пожар. Они направились к двери, ведущей наружу, и Алексия заметила закрепленную над ней камеру. К счастью, светодиод на камере не горел, а это значило, что они сумели покинуть здание незамеченными. Этот факт немного ее успокоил. В лицо ударила прохлада ночного Чикаго. Только теперь Алексия осознала, как же душно было внутри. Или щеки пылали от того, что происходило минуту назад? Пешеходный переулок, в который они вышли, оказался безлюдным — вероятно, Хайнеманн покинул здание через другой выход. Алексия помнила, где находились уличные камеры, и сразу же сориентировалась, как выйти к главной улице, минуя их. Там они попытались поймать такси, и, к счастью, это не заняло много времени. Кай сел первым и назвал водителю ее адрес. Ехали молча, чтобы таксист не подслушал их разговор, хотя Алексии ужасно хотелось обсудить произошедшее. Не только поцелуй. Кай как ни в чем не бывало отписался Мэтту, сообщив, что все прошло успешно. Тот в ответ пожелал им спокойной ночи, предупредив, что через несколько минут удалит этот приватный канал. Почему-то Алексия ожидала, что Кай выйдет из такси вместе с ней, но он остался в машине, явно собираясь ехать к себе домой. Она ощутила легкое разочарование, но постаралась не выдать своих чувств и тепло попрощалась. Он пообещал заехать к ней завтра в районе полудня. «Может, надо было предложить ему заглянуть на кофе? — размышляла Алексия, заходя в квартиру. — Как бы он отреагировал?» Ее мысли метались между нежеланием быть отвергнутой и волнующими фантазиями о том, что могло произойти, если бы он согласился. Пережитый страх уступил место вожделению. Тернер был не в городе, и Алексию не могла не будоражить мысль о том, как удачно сложились обстоятельства для того, чтобы они с Каем смогли провести ночь вместе. Она снова и снова мысленно возвращалась к поцелую, чувствуя, как внутри разгорался пожар. Казалось, она все еще ощущала тонкий фруктово-хвойный аромат его одеколона на своей коже, оставшийся после его прикосновений. Алексия едва смогла уснуть, раздумывая о произошедшем, а наутро не могла найти себе места в ожидании его прихода. Наконец, Кай приехал, и они устроились на кухне. — Мы справились, но не уверен, что кабинет не проверят на наличие жучков после того, что мы там устроили, — произнес он. — Билл знает? — спросила Алексия встревоженно. — Знает, но без подробностей. Расскажу обо всем, как вернется — это будет в конце следующей недели. Ты отлично справилась, Алекс. Я обязательно упомяну об этом. — Шутишь? Я стояла там, как дура, и просто смотрела, как ты убиваешь того типа. — Кстати об этом, — произнес Кай, доставая из кармана нож Эрнандо и протягивая ей. — Держи. Я его отмыл. Или тебе теперь противно? — Нет, — ответила она, забирая нож. — Это одна из немногих вещей, оставшихся после Эрнандо. И вчера он спас нам жизнь. Я буду его беречь. Кай кивнул, соглашаясь, и добавил: — А насчет твоей реакции — не будь к себе строга. Ситуация была опасная. По-хорошему, я должен был пойти один, но хотел на практике показать, как действовать в подобных ситуациях. Ты молодец, что взяла нож. Меня так тщательно осмотрели на входе, что я и иголку бы не пронес. — Если бы ножа не было, что бы ты сделал? Кай пожал плечами. — Пришлось бы импровизировать. Поискал бы оружие или пошел на него с голыми руками. Он был не особо крупным, думаю, я бы справился. Алексия вспомнила ту кровавую лужу. На миг лицо убитого мужчины смазалось в ее памяти, и вместо него она увидела лицо Рики, каким запомнила на видео. Этот образ заставил ее вздрогнуть. — Сегодня вечером наши пойдут на охоту за Киттингом. — На охоту? — Да, так говорят, когда нужно кого-то найти и доставить для допроса в какое-нибудь богом забытое место. — Как Эрнандо? Она не хотела вспоминать об этом, но образ Эрнандо все еще продолжал ее преследовать. Его смерть оставила на ее сердце рану, которая до сих пор кровоточила. — Да, — нехотя подтвердил Кай. Он сверлил взглядом пол, и Алексия вдруг поняла, что за весь разговор он так ни разу и не посмотрел ей в глаза. — И что будете с ним делать? — Нужно выяснить, как он связан с Рики, и попытаться вернуть деньги Билла. — Рики, скорее всего, просто их проиграл. Думаешь, Киттинг их вернет? — Вряд ли, — подтвердил Кай. — Но я попробую его убедить. — Можно посмотреть, как ты будешь это делать? — Уверена? Это не самое приятное зрелище. К тому же может напомнить об Эрнандо. — Справлюсь, — отрезала Алексия раздраженно. — Просто не проси его убивать. Сначала ей показалось, что раздражение было вызвано упоминанием Эрнандо, но почти сразу она поняла, что ее злило совсем другое — Кай вел себя так, будто вчерашнего поцелуя не было. Сам он эту тему не затрагивал, поэтому Алексия решила заговорить первой: — Кай, насчет того, что произошло вчера между нами… — Билл не должен узнать, — перебил ее Кай. Его взгляд наконец встретился с ее, и она увидела строгость в его глазах. Будто это был совсем другой человек, не тот, что прижимал ее вчера к стене и так страстно целовал. — И Рэйчел лучше тоже не рассказывай. Она умеет держать язык за зубами, но я предпочту перестраховаться. Хорошо? — Да, конечно, — ответила Алексия растерянно. Совсем не такой реакции она ожидала. — Ты здорово придумала с этим поцелуем, — добавил он мягче. — Целующаяся пара вызывает у окружающих неловкость, так что официантка вряд ли к нам присматривалась. Раньше я такие методы не использовал. — Надеюсь, тренировок по поцелуям у нас не будет, — попыталась она пошутить, хотя внутри все сжималось от обиды. Кай тоже выдавил смешок, и было видно, что он испытывал смущение, разговаривая на эту тему. На душе скребли кошки. Разговор прошел совсем не так, как она надеялась. Кай явно не собирался признаваться ей в симпатии или как-то иначе выражать свои чувства. Очевидно, он хотел, чтобы она просто забыла о произошедшем. Он не стал долго задерживаться и, пообещав написать ближе к вечеру о времени встречи, уехал. Кай не участвовал в охоте — этим занималась другая команда, поэтому не знал, когда настанет пора допрашивать Киттинга. Закрыв за ним дверь, Алексия подошла к кровати и упала на нее вниз лицом. Она чувствовала, как сильно хотелось расплакаться, но слезы не шли. Было невыносимо думать о том, что Кай, похоже, не собирался отвечать на ее чувства. Вчерашний поцелуй был лишь частью спектакля. Да, он смог обмануть официантку, но больнее всего было то, что он обманул и саму Алексию. Кай сыграл свою роль с таким блеском, что на миг захотелось поверить в искренность его чувств. И все же, какой это был поцелуй. Пусть фальшивый, но все равно потрясающий. Перевернувшись на спину, Алексия уставилась в потолок. «А вдруг он все-таки испытывает ко мне чувства, просто скрывает их? Может, боится, что Билл обо всем узнает, и меня ждет та же участь, что и Эль? — Она вспомнила, как он медлил перед тем, как ее поцеловать. Как вначале его движения были сдержанными, осторожными, словно он боролся с самим собой, и как резко все изменилось, стоило ему поддаться. — Такую страсть не сыграть. Но вдруг это было лишь вожделением? А я напридумывала себе всякого». Стараясь не зацикливаться на поцелуе, Алексия решила немного поспать, чтобы хватило сил на ночную вылазку. В девять вечера пришло сообщение от Кая: он предупредил, что допрос начнется не раньше двух часов ночи. Он заехал за ней ближе к трем, и в районе четырех они оказались в промзоне. Сначала Алексия решила, что они приехали в тир, но быстро поняла, что это были другие склады. Кай припарковал машину рядом с двумя другими — видимо, те принадлежали охотникам. Взяв с собой пистолет, он повел ее к единственному освещенному строению. Внутри было пыльно и пусто, но Алексия сразу узнала это место — именно здесь этим летом она училась вскрывать замки. В дальнем конце помещения стояли трое мужчин, а еще один сидел, прислонившись спиной к бетонной стене. Она узнала его — это был Джим Киттинг. Его руки были связаны за спиной, нос кровоточил, но, несмотря на это, он широко улыбнулся, когда их увидел. — О, а эти лица я помню! — воскликнул он. — То-то вы показались мне подозрительными. Еще и свалили быстро, даже не поиграли. Наводчики, значит? Эй, малышка, не стыдно заниматься уголовщиной? Такая молоденькая, а уже в банде. Мама с папой знают? Упоминание родителей кольнуло больнее, чем она ожидала. — Прикуси язык, — коротко приказал Кай, останавливаясь рядом с охотниками. Алексия заметила среди них Хиро. Она не видела его со дня смерти Эрнандо — они вдруг перестали сталкиваться друг с другом в тире. Поймав ее взгляд, он тут же отвернулся, словно стыдился смотреть ей в глаза, и достал камеру, вероятно, чтобы записать на нее допрос. — О, так ты тут главный? — продолжил Киттинг, пытаясь вытереть кровь с верхней губы о плечо. — Ладно, я готов к сотрудничеству. Не надо меня бить. — Парни, подождите в машине, — вдруг приказал Хиро. Двое других охотников без лишних вопросов покинули склад. Алексия догадалась, что Хиро не хотел, чтобы кто-либо из них узнал, для чего на самом деле был нужен Киттинг. Он наверняка был посвящен в детали дела Рики, раз присутствовал в тот день в подвале Тернера. Возможно, даже руководил командой охотников. Кто знает, может те двое тоже участвовали в поимке Эрнандо. — Энрике Веласкес, он же Рики — тебе знакомо это имя? — начал допрос Кай. Алексия с удивлением отметила, как сильно изменился его образ. В нем больше не было мягкости. Кай выглядел как человек, способный безжалостно решать чужие судьбы. — Знакомо, — усмехнулся Киттинг. — Этот мерзавец должен мне денег. Что, вам тоже задолжал? Если вы схватили меня, чтобы узнать, где он, то зря потратили время. Гаденыш пропал, и я понятия не имею, где он. — Неужели никто из ваших его не искал? — продолжил Кай. Алексия отметила, что он не стал говорить, что Рики мертв. Сама она предпочла молчать, не вмешиваясь в разговор. Хиро тоже не произнес ни слова, лишь внимательно наблюдал за каждым движением Киттинга. В одной руке он держал опущенным пистолет и был готов к любой попытке бегства, а во второй — камеру. Кай, в свою очередь, оружие доставать не спешил. — Искали, — ответил Киттинг с усмешкой. — Ходят слухи, его кто-то грохнул. Вы не в курсе, кто это мог быть? «Хитер, — подумала Алексия не без восхищения. — Сидит связанный, а все равно пытается выудить больше информации. Уверена, он знает, что Рики мертв, но вряд ли догадывается, кто это сделал, однако не прочь это выяснить, провоцируя Кая на откровенность». Кай, похоже, тоже разгадал маневр Киттинга. Его лицо осталось непроницаемым, и он спокойно ответил: — Понятия не имеем. Очень жаль, если это правда. Он действительно должен нам денег, и мы надеялись их вернуть. — Очень вам сочувствую, правда, — произнес Киттинг, с издевкой растягивая слова. — Раз уж мы все выяснили, может, отпустите меня? Кай проигнорировал его тон и продолжил: — Откуда Рики узнал о казино? Как давно его посещал и сколько проиграл? Киттинг тяжело вздохнул, осознав, что без ответов его не отпустят. Очевидно, он понял, что будет проще сотрудничать, поэтому тут же ответил: — Узнал, как и все — через сарафанное радио. Кто ему рассказал — не знаю. Пришел в начале лета, проиграл около сотни тысяч, большую часть вернул, оставшиеся сорок обещал к началу сентября. «Вот зачем он подгонял Эрнандо с выплатой долга, — подумала Алексия. — Но сорок тысяч — это не так уж много для координатора. Разве они мало зарабатывают? Или он спустил на азартные игры все свои сбережения?» Видимо, выражение лица Алексии выдало ее мысли, потому как Киттинг тут же переключил на нее свое внимание. Решив, что она самая слабая из троицы, он попытался добиться реакции уже от нее: — Эй, малышка, может, ты меня отпустишь? Я правда не трогал этого Рики, это какая-то ошиб… Он не успел договорить: Кай резко выхватил из кармана пистолет и выстрелил в пол, аккурат между ног Киттинга, в опасной близости от его промежности. Тот вздрогнул. Его самоуверенная улыбка моментально испарилась. В воздухе повис запах пороха. — Первое и последнее предупреждение, — произнес Кай ледяным тоном. — Еще раз обратишься к ней — и в следующий раз я не промахнусь. Алексия почувствовала одновременно облегчение и странное удовлетворение. Было приятно, что Кай за нее заступился. Киттинг больше не смел даже смотреть в ее сторону, явно осознав, что дело приняло серьезный оборот. — Кто привел Рики в казино? — спросил Кай. — У тебя хорошая память, раз ты нас узнал. Полезно для игрока в покер. Уверен, ты помнишь всех, с кем играл. Рики вряд ли пришел к вам в одиночку в свой первый раз. Кто еще с ним был? Киттинг задумался, его взгляд задержался на пистолете Кая. Он явно взвешивал, стоила ли информация его жизни. Наконец он заговорил: — Его позвал один из наших зазывал, Фредди. Мы платим за каждого, кого к нам приведут. Где они с Рики познакомились — понятия не имею, мне это не интересно. Хоть что со мной делай, я просто не знаю. Но слышал, что Рики и раньше играл в покер, правда, не слишком удачно. Видимо, решил подзаработать у нас. Мы только поначалу даем выиграть, чтобы подсадить. Зазывалы делятся секретами, которые якобы помогают обыграть казино, и жертвы верят в эту чушь. Алексия вспомнила Томми, который выигрывал в тот вечер, когда они с Каем посещали казино. Возможно, из него планировали сделать нового Рики. Ее охватило отвращение к Киттингу. Этот человек не просто втянул Рики в долги — он стал причиной, по которой тот давил на Эрнандо, и оба в итоге лишились из-за него жизней. Алексии тоже пришлось несладко по его вине. — Где найти этого Фредди? — потребовал ответа Кай. — Боюсь, его уже не найти, — ответил Киттинг, чуть ухмыльнувшись. — В тот вечер, когда вы приходили в казино, кто-то грохнул его этажом выше. Киттинг не стал продолжать, но по взгляду, что он бросил на Кая, становилось ясно, что он знал, кто мог убить Фредди. И в этот момент Алексия поняла, что Киттинг обречен. Кай никогда не позволит ему уйти, учитывая, как много тот знал. Сам Киттинг, похоже, пока об этом не догадывался и все еще был уверен, что скоро его отпустят. — Ладно, джентльмены и дама, если у вас еще остались вопросы — я с радостью отвечу, — произнес он. — А если нет, я бы предпочел отправиться домой и отдохнуть. Наш разговор, конечно же, сохранится в тайне — уверяю вас, мне не нужны проблемы. Но Кай останавливаться не спешил. — Кому принадлежит казино? — продолжил он допрос. — Мне. — А клуб? — Тоже мой. — Что находится этажом выше? — Просто кабинеты сотрудников клуба. Бухгалтерия, юристы и прочие полезные ребята. «Он лжет, — догадалась Алексия. — Он не знает, что мы видели Хайнеманна в тот вечер. Боится сдать босса, потому что все еще надеется выйти отсюда живым». Кай кивнул Хиро, а затем взглянул на Алексию и произнес: — Подержи камеру. Она не успела ответить: Хиро молча сунул камеру ей в руки и шагнул к Киттингу, ударив его так сильно, что тот едва не завалился на бок. Алексия замерла на месте, продолжая сжимать в руках камеру, все еще записывающую происходящее. — Не зли меня, Джимми, — посоветовал Кай спокойным, но угрожающим тоном. — Чем быстрее ответишь на мои вопросы, тем быстрее это кончится. Алексия вспомнила, как в канун Рождества он сказал ей, что власть над другими людьми пьянит. Тогда его слова не произвели на нее особого впечатления, но теперь она собственными глазами видела, о чем именно он тогда говорил. Кай полностью контролировал ситуацию и, кажется, наслаждался этим. «Нравится ли мне видеть его таким?» — мелькнула мысль. Его власть над Киттингом была почти осязаемой. Это впечатляло, но и вызывало страх. Алексия вдруг поняла, что и сама испытывала в тот момент нечто похожее. Пусть она была всего лишь наблюдателем, она чувствовала сопричастность. Возможность увидеть, как подонок получает по заслугам, вызывала внутри нечто сродни эйфории. Под глазом Киттинга уже расплывался заметный фингал, зато произошедшее явно развязало ему язык: — Хорошо-хорошо! Армин Хайнеманн владелец. Я управляю казино. Это ты хотел услышать? На втором этаже кабинет управляющего. Армин бывает там, чтобы обсудить дела, но я не знаю, о чем они говорят. Меня на такие беседы не приглашают. — Его люди работают в казино? — Некоторые подрабатывают зазывалами. Но крупье не из его людей — нанимаем со стороны. — Как давно работает казино? — Два года, — нехотя ответил Киттинг. — Вот так бы сразу, — вздохнул Кай, явно устав от затянувшегося допроса. — Осталось только вернуть деньги, и ты свободен. — Какие деньги? — нахмурился Киттинг. — Деньги, которые Рики взял у нашего босса, чтобы проиграть в вашем казино. Восемьдесят четыре тысячи долларов. Вернешь их — и можешь идти. — Ты шутишь? Думаешь, я таскаю с собой такие суммы? — вспылил Киттинг. Кай повернулся к Хиро: — Телефон при нем? Хиро кивнул и извлек из заднего кармана джинсов айфон последней модели. — Умеешь пользоваться криптовалютами? — спросил Кай. — Какие нахрен криптовалюты?! — взорвался Киттинг. — Очень жаль, — с притворной досадой произнес Кай, качая головой. — Стоило бы освоить. Наличка — прошлый век. Ну ладно. Кто сможет привезти тебе деньги? — Никто мне столько не привезет! И вообще, Рики сам их проиграл! Наше казино тут ни при чем! Мы ничего вам не должны! — Ясно, — бросил Кай коротко и повернулся к Хиро. — Заканчивай с ним. Киттинг тут же запаниковал: — Погоди! Дай подумать! Может, найду кого-нибудь! Кай остановился и посмотрел на Алексию. Его лицо не выражало ни единой эмоции, а взгляд был усталым и лишенным всякого тепла, словно у хищника, играющего со своей жертвой. Это был не тот Кай, которого она знала — перед ней стоял человек, для которого страх и насилие стали привычным инструментом достижения целей. Алексия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Но не от ужаса. Ее сердце забилось быстрее, а в голове пронеслись самые разные мысли, но одна прозвучала особенно громко: Киттинг заслужил. В глубине души она не испытывала к нему ни грамма сочувствия. Он разрушил жизнь Эрнандо. Она не желала ему пощады, не считала его достойным милосердия. Безжалостность, с которой Кай обращался с ним, не вызывала у нее отвращения. Наоборот, это завораживало. Его холодная уверенность и умение контролировать ситуацию — все это не могло не впечатлять. Она видела в нем силу, которой ей так не хватало, и внезапно Алексия поняла, что хочет стать такой же. Ей захотелось научиться не просто выживать, а доминировать, как это делал Кай. — Думай быстрее, не испытывай мое терпение, — посоветовал он, вновь поворачиваясь к Киттингу. Тот нервно сглотнул, переводя взгляд с Кая на пистолет в руках Хиро. — Да, кажется, я кое-кого знаю. Из казино. Он сможет достать такую сумму наличными. — Назови код для разблокировки телефона и имя своего человека, — приказал Кай. Киттинг послушался, не пытаясь возражать. Хиро разблокировал телефон, быстро нашел нужный контакт и подошел к нему. — Сейчас ты оставишь голосовое сообщение, — велел Кай. — Просто скажи, чтобы привезли деньги по одному адресу, я продиктую. Как только наш человек их получит, будешь свободен. Алексия не знала, что за адрес назвал ему Кай, но тот явно не совпадал с местом, где они находились. Киттинг продиктовал сообщение без колебаний. Его голос чуть дрожал, но это было ожидаемо. Контакт на другом конце линии тоже оказался сговорчив и не стал задавать лишних вопросов. Через несколько минут пришел ответ: деньги были в пути. — Можешь подождать в машине, — предложил Кай Алексии, забирая у нее из рук камеру и останавливая запись. — Это надолго. Она кивнула и взяла у него ключи. Веки тяжелели, и его совет оказался спасением. Усевшись на переднее сиденье, Алексия прикрыла глаза и мгновенно провалилась в дремоту. Проснулась она от резкого хлопка. Следом за ним прозвучал второй хлопок. Ее сердце застучало так быстро, что потребовалось несколько секунд на то, чтобы прийти в себя и вспомнить, где она находилась. Но одно она знала точно: те хлопки напоминали звук выстрела. Двое помощников Хиро, сидевшие в соседней машине, вышли и направились к складу. Им навстречу вышел Кай. Они обменялись парой фраз, но Алексия не расслышала, что именно было сказано. Кай открыл дверь машины и сел за руль. — Киттинг мертв? — спросила она тихо. — Да, — ответил Кай коротко, заводя двигатель. На его лице была видна усталость, и в тот момент он казался таким спокойным, таким привычным. Вероятно, наедине с ней ему не требовалось надевать на себя маску беспристрастности и хладнокровия. Он мог быть самим собой. — А деньги? — Деньги у нас. Все прошло гладко, не переживай. Парни позаботятся о теле. На тело Киттинга ей было плевать. Алексия чувствовала странное безразличие. Возможно, смерти других людей стали для нее чем-то обыденным. Больше всего ее занимал Кай. Сегодня она увидела его с новой стороны, мрачной и темной, но это не сделало его в ее глазах хуже. Алексия вдруг осознала, что не хотела бы оказаться его врагом, и, как ни странно, в тот момент почувствовала себя в безопасности, потому что они были на одной стороне. Ее мир становился все запутаннее, границы между добром и злом вдруг размылись, но рядом с Каем она по-прежнему чувствовала себя защищенной. Глава 23 I see the doors that I can’t open Adding locks from time to time When it opens something blocks me And I’m asking myself why Did I take the step I wanted? Was it just a state of mind? I feel sorry for myself Every time I close my eyes In Front of Me, Infected Mushroom Наступил сентябрь, и пришла пора возвращаться в школу. Рэйчел, как и большинство ее подруг, выпустилась, поэтому Алексия все чаще проводила время с компанией Вайолет. Она даже помогла с организацией вечеринки в честь начала учебного года. Аманда на нее не пришла, что было вполне ожидаемо — ходили слухи, что этим летом они с Тайлером расстались, а он, как завсегдатай этих тусовок, все так же продолжал на них появляться. Он вел себя с Алексией дружелюбно и даже перекидывался парой фраз, когда они пересекались в тренажерном зале. Поговаривали, его собирались выгнать из школьной футбольной команды из-за пропусков тренировок. Вайолет предположила, что именно поэтому Аманда и рассталась с ним — не захотела портить репутацию из-за его неудач. Эти слова удивили Алексию: она была уверена, что все считали Аманду милой и дружелюбной, но Вайолет, по всей видимости, неплохо разбиралась в людях. К концу первой учебной недели Тернер вернулся из командировки и тут же написал Алексии. Она понятия не имела, организовывала ли принимающая сторона для него эскорт, и, если да, не привез ли он с собой из поездки что-нибудь заразное, учитывая его нелюбовь к предохранению. Она поделилась опасениями с Рэйчел, и та ее успокоила: — Не переживай, я однажды спрашивала его об этом, и он сказал, что все девушки приносят с собой справки. Иначе ему противно. — Какой он брезгливый, — фыркнула Алексия. — А презерватив надевать не пробовал? — Рэйчел только закатила глаза в ответ. — Насколько можно доверять этим справкам? — Не знаю, но пока, к счастью, все мои тесты отрицательные. Так как встреча состоялась в субботу, Алексии пришлось ехать в Уиннетку. Она никогда не оставалась у Тернера на ночь, даже когда он ночевал за городом и точно не планировал ехать по делам после встречи с ней. Может, не любил делить с кем-то постель, а может, просто опасался, что его придушат подушкой во сне. Так или иначе, Алексия тоже не горела желанием ночевать там. Обычно она уезжала сразу после секса, но в этот раз задержалась: Тернер неожиданно принялся показывать ей фотографии из поездки, рассказывать про поля и лаборатории, где производились наркотики, и другие детали командировки. — Почему ездил ты, а не Томас? Разве не он отвечает за дилеров? — поинтересовалась Алексия. — Тебе не стоит забивать себе этим голову, — ответил он уклончиво. — Но я хочу лучше понимать, как устроен твой бизнес, — возразила Алексия. — Я ведь тоже на тебя работаю. — Пока не работаешь, — холодно отметил Тернер. — Кстати об этом: я получил от Кая отчет о вашей вылазке в клуб. И знаешь что? Я просто в ужасе. Тебе пока рано в это лезть. Думаю, стоит потратить на обучение еще год. Алексия застыла от возмущения. Она не ожидала такой реакции. — Ты серьезно? — наконец выдавила она, чувствуя, как в жилах закипела кровь. Она так гордилась проделанной работой! Они с Каем вернули деньги, узнали больше о бизнесе Хайнеманна — и вместо похвалы она слышит это? — Только давай без драмы, — ответил Тернер холодно, бросив на нее свой фирменный предостерегающий взгляд. Но в этот раз Алексия не стушевалась, ведь он перешел черту. — Ну уж нет! — воскликнула она, моментально взорвавшись. — Я больше года потратила на обучение и не собираюсь сидеть без дела! Ты говорил, вам для работы нужны девушки, но что-то не вижу, чтобы тебя это беспокоило. Я не хуже Рэйчел, а может, даже лучше! Ей понадобился всего год на подготовку. Кай сказал, я прекрасно справляюсь. Парням вообще дают всего четыре месяца на обучение. Это нечестно! — Это мое решение, — спокойно, но твердо заявил Тернер. — И я не намерен его обсуждать. — Зато я намерена! — отрезала Алексия, глядя на него с вызовом. — У нас был уговор, Билл! И я честно выполняла свою часть сделки. Ты обещал помочь мне убить Хайнеманна, и я тренировалась каждый день ради этого! Каю больше нечему меня учить, мне давно пора набираться опыта на практике. Или тебе просто нравится держать меня исключительно в качестве любовницы? Если так, то извини, но меня это не устраивает. И если ты вдруг передумал, то давай сразу перейдем к той части, где меня сажают на цепь в твоем подвале и убивают, потому что больше я не намерена тратить свое время. Лицо Тернера вытянулось от удивления. Он явно не ожидал, что вместо испуга и послушания Алексия закатит скандал. В тот момент она почувствовала, как цепи, сковывавшие грудь, вдруг ослабли. Он больше не вызывал страх. Она поняла, что он водил ее за нос все это время. Возможно, он никогда и не собирался брать ее на работу. Никакие девушки им не нужны — это был лишь предлог затащить ее в постель. Но теперь терять было нечего. Алексия так устала от происходящего, что впервые была готова сдаться, и ее уже не волновало, чем мог окончиться их разговор. Тернер некоторое время сверлил ее взглядом, а затем рассмеялся. — Вот это пыл! Не знал, что ты настолько сильно хочешь работать. — Я хочу убить Хайнеманна. — Не факт, что именно он заказал то убийство. Тернер потянулся к тумбочке, достал сигарету из пачки и закурил. Он казался скорее задумчивым, чем сердитым. Вероятно, осознав, что угрозы больше не действуют, он решил сменить тактику. Или же пребывал в настолько хорошем расположении духа, что ее истерика не произвела на него впечатления. Так или иначе, Алексия этому лишь порадовалась. Только теперь она по-настоящему осознала, что эта секундная вспышка ярости могла стоить ей жизни. Тернер не прощал ошибок, а значит, ей следовало быть осторожнее в словах. — Других подозреваемых нет, — напомнила она. — К тому же ты сам мечтал от него избавиться. Или передумал? Только не говори, что вы заключили перемирие. — Армин тут ни при чем, — произнес Тернер. — Я не хочу, чтобы ты рисковала жизнью. — А жизнь Рэйчел не так важна? — А когда она последний раз была на задании? — Тернер усмехнулся. — Думаешь, почему я поощряю ее желание заниматься инвестициями? Зачем профинансировал поступление в колледж? Она сама не в восторге от работы. Я просто подтолкнул ее в нужном направлении. «А со мной это провернуть не вышло, потому что меня толкать некуда», — подумала Алексия. Тернер устало вздохнул. — Не понимаю, зачем тебе эта работа, — произнес он недовольно. — Я готов тебя содержать, давать деньги, решать твои проблемы. Окончишь спокойно школу, а там посмотрим. — Я всем рискнула ради этой работы, — ответила Алексия, и в ее голосе, несмотря на старания, проскочила мольба. — Я не могу ждать. Я просто теряю время. Мы отлично справились во время той вылазки в клуб, вернули деньги. Разве этого недостаточно? Тернер рассмеялся. — Отлично справились, говоришь? Вы наследили — да еще как! Жучки, что вы оставили, уже обнаружили, и ничего полезного они нам не дали. Убиты двое людей Армина, и теперь он ищет виновных по всему Чикаго. Это ты называешь хорошей работой? Это провал! Но тебя я не виню — ты неопытная, доверяла своему напарнику. Кай уже получил выговор за то, что втянул тебя во все это. Вы должны были уйти сразу, как только увидели Армина. — Но тогда мы бы не вернули деньги. — Восемьдесят четыре тысячи — ничто в сравнении с переполохом, что вы устроили, — сухо отрезал Тернер. — Джастин тоже облажался: именно он согласовал убийство Киттинга и настаивал на возврате денег. Он виноват сильнее всех. Будь я в городе, этого бы не случилось. Он с раздражением затянулся, а затем резко выпустил клуб дыма. Тот медленно рассеивался в воздухе, и Алексия чувствовала, как точно так же ее триумф обращался в ничто. — Ладно, с этим заданием не вышло, — произнесла она после небольшой паузы. — Тогда дай мне еще одно. Прошу! Я докажу, что готова к работе. Обещаю, ты не пожалеешь. Рэй и Рэйчел ушли в колледж, Джастин получил повышение, и тебе не хватает людей. Тебе же нужны девушки, в конце концов! Алексия невольно задумалась, что двигало ею в этом споре. Конечно, она твердила себе, что все это было ради мести, ради того, чтобы однажды убить Армина Хайнеманна и восстановить справедливость, но в глубине души знала, что дело было не только в этом. Она не хотела признаваться себе в этом, но все было проще: Алексия вкусила крошечный кусочек власти, и ей понравилось. Кай предупреждал об этом, но желание испытать это чувство снова оказалось сильнее. Это пугало и притягивало одновременно. Возможно, именно поэтому она была готова спорить с Тернером, даже осознавая, насколько это было опасно. Ее жизнь до этого момента была сплошной чередой утрат. Эти трагедии оставили на ее сердце глубокие раны, которые кровоточили до сих пор. Но власть давала ощущение силы. Алексия больше не хотела быть той слабой девочкой, не сумевшей спасти родителей и Эрнандо. Если она станет сильнее, то никто и никогда больше не сможет причинить боль ей и тем, кто был ей дорог. Тернер усмехнулся. — Ты умеешь торговаться, мне это нравится, — произнес он. — Хотя я не в восторге от того, что ты начала показывать зубки. Ладно, дай мне неделю, чтобы придумать для тебя испытание. Но учти: если провалишься, больше никакого нытья о работе еще минимум год. Алексия едва сдержала улыбку. Для нее это была маленькая победа. Она не заметила, что Тернер, по сути, лишь отсрочил решение, но не отменил, однако теперь все зависело от ее навыков. Она нисколько не сомневалась в том, что справится. Кай выглядел удрученным, когда в понедельник заехал за ней после школы. Обычно он сразу трогался с места, как только она садилась в машину, но в этот раз помедлил. — О каком еще испытании ты договорилась с Биллом за моей спиной? — спросил он, бросив на нее усталый взгляд. — А, это, — выдохнула Алексия с облегчением — она боялась, что Тернер придумал еще какую-нибудь отговорку, лишь бы не выполнять обещанное. Она пересказала Каю их разговор. — Черт возьми… — простонал он, опуская голову на руль. — Ты хоть знаешь, что он придумал? Долбанную дуэль. — Э-э-э, что? Будем стреляться на смерть, как в девятнадцатом веке? — Очень смешно, — буркнул Кай. — Дуэль — лишь название, на деле это обычные бои без правил. Наши иногда решают споры таким образом или просто развлекаются, делают ставки. — И с кем я буду драться? — С Джастином. Алексия уставилась на него, не веря своим ушам. — Почему он? — Как ты уже поняла, за клуб и Киттинга влетело всем, особенно мне, Джастину и Хиро, — начал объяснять Кай. — Разве что работой Мэтта Билл остался доволен — тот достал какие-то интересные данные с сервера клуба. Меня и Хиро с парнями штрафанули, оставался Джастин, и тогда Билл решил, что можно совместить твое испытание с его наказанием. Дуэли у нас случаются часто, так что неудивительно, что он выбрал именно такой вариант. Драться будете без оружия, пока один из вас не сдастся или Билл не решит, что победитель очевиден. У тебя месяц на подготовку. Не знаю, что ждет Джастина в случае поражения, но если проиграешь ты — застрянешь на обучении еще на год. В этот момент Алексия осознала, каким же хитроумным и расчетливым был Тернер. Он снова сумел обвести ее вокруг пальца. Она даже не подумала поставить условия или уточнить формат испытания, полностью ему доверившись. Она рассчитывала на задания, которые обычно давал Кай: стрельба по мишеням в лесу, взлом замков на складе или, на худой конец, спортивные нормативы. Но драка? Реальная драка без правил, где ее могли покалечить? Джастин не станет ее жалеть — это она знала точно. — Это нечестно! Очевидно же, что Джастин победит! Он крупнее и опытнее! Это будет избиением младенцев! Я позвоню Биллу и попрошу поменять испытание, — решительно заявила Алексия, доставая телефон. — Не стоит, я уже пытался — Билл непреклонен. Сказал, раз хочешь быть наравне со всеми, значит, должна принимать подобные вызовы без вопросов, а если не уверена в своих силах, то и с обучением завязывать пока рано. И намекнул, что если я продолжу вмешиваться, он найдет тебе другого ментора. Алексия замерла с телефоном в руке. Ее трясло от злости и бессилия. Спорить было рискованно: в случае проигрыша она просто застрянет на обучении еще на год, а если продолжит возмущаться, может потерять ментора. Эта перспектива пугала гораздо сильнее, и не только потому, что Кай ей нравился. Он был превосходным наставником, и они так хорошо сработались, что часто понимали друг друга без слов. Она не хотела привыкать к кому-то другому. — Может, откажешься? — предложил Кай мягко. — Скажу прямо: шансы на победу у тебя невелики. На этих дуэлях всякое случается. Без смертей, конечно, но люди уходили с переломами и сотрясениями, потом долго восстанавливались. Не думаю, что оно того стоит. — Не могу, — отрезала Алексия. — Билл только этого и ждет, разве не видишь? Это не просто дуэль — это проверка. Если откажусь, он решит, что был прав, а если приму бой, тем самым покажу, что настроена серьезно, даже если проиграю. Моя цель — Хайнеманн, а он гораздо страшнее Джастина. Я не могу отступить — я должна показать Биллу, что готова идти до конца. Кай устало вздохнул и на несколько секунд замер, глядя перед собой и обдумывая ее слова, а затем словно о чем-то вспомнил, потянулся к бардачку и достал оттуда свернутую в рулон пачку стодолларовых купюр, перетянутую резинкой. Он протянул деньги Алексии и сказал: — Билл отказался платить за твою работу, но все равно держи. Здесь полторы тысячи. Вычитаю из остатков своего гонорара. Считаю, ты заслужила. — Но это твои деньги. Ты взял на себя всю грязную работу. — Не переживай, у меня осталось достаточно, чтобы не умереть с голоду, — ответил он с улыбкой. — И я бы не справился, не будь тебя рядом. Билл может сомневаться в тебе сколько угодно, но я тренировал тебя лично и уверен, что ты готова. Я бы доверил тебе прикрывать свою спину. Слова Кая пронзили Алексию до глубины души. Услышать от него такое было важнее любых других похвал. Сжимая в руках свой первый заработок, она чувствовала, как горят щеки от смущения. — Спасибо, — сказала она тихо, но искренне, убирая деньги в сумку. — Что ж, раз отказываться от дуэли ты не собираешься — поехали на тренировку, — предложил Кай, проворачивая ключ в замке зажигания. — Нас ждет много работы. Как приедем, расскажу, что будем делать. Несмотря на то, что в расписании значилась стрельба, он повез ее в тренажерный зал. Алексия чувствовала облегчение: хоть Кай и не одобрил ее решение не отказываться от дуэли, он все же собирался помочь с подготовкой — и, судя по всему, у него был план. — Теперь каждый день будем заниматься боксом, — сообщил Кай, когда они встретились в зале для бокса, переодевшись в спортивное. — Потом либо бег, либо силовые. Стрельбу временно убираем, она сейчас не так важна. Двигаешься ты хорошо, стойка уверенная, но мы мало практиковали сам бой, в основном отрабатывали комбинации ударов и защиты, но с сегодняшнего дня основной упор именно на спарринге. В силовых тоже будут изменения: добавим упражнения на скорость, выносливость, имитацию ударов с утяжелением. Готовься, станет труднее. Алексия не была совсем уж плоха в боксе, хотя вначале он давался ей нелегко. Когда они устраивали спарринги, она опасалась ударить Кая, но сильнее боялась получить удар в ответ, поэтому просто бегала от него по всему рингу. Но с каждым занятием страх отступал, и вскоре она привыкла. Однако предыдущие тренировки не шли ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас. Кай больше ее не жалел, словно надеялся, что в какой-то момент чаша ее терпения переполнится, и она все же передумает участвовать в дуэли. Ее тело все чаще покрывалось синяками, даже несмотря на защиту, а из-за усиленной нагрузки в тренажерном зале постоянно ныли мышцы. Кай старался грамотно распределять нагрузку, чтобы давать разным группам мышц время на восстановление, к тому же силовые тренировки были через день, но их интенсивность все равно делала свое дело. — Все, сегодня у меня болят и руки, и ноги, — пожаловалась Алексия спустя полторы недели после начала подготовки. — Мышцы словно каменные, хотя силовая была позавчера и мы делали растяжку. — Ты их разминаешь? — поинтересовался Кай. — Делай самомассаж или сходи к массажисту. Это поможет. — Схожу, но как я буду тренироваться сегодня? — спросила она почти плача. Кай сел на скамейку рядом с ней, положил ладонь ей на плечо и начал осторожно массировать. Алексия чуть не вскрикнула от боли. — Тише-тише, — прошептал он, продолжая медленно и аккуратно проминать мышцы. Он начал с легкого надавливания, постепенно усиливая нажим. Алексия шипела и морщилась каждый раз, когда боль становилась слишком сильной, и на ее глазах выступили слезы. — Сейчас будет больно, но потом, обещаю, станет легче. Сегодня пропустим силовую — обойдемся растяжкой и парой упражнений на мобильность суставов. Если боль долго не проходит, обязательно разминай мышцы сама. Еще можешь принимать горячие ванны. — У меня только душевая кабинка. — У меня есть ванна. Можешь приходить ко мне. — А взамен заставишь мыть посуду? Кай рассмеялся и ничего не ответил, и Алексия так и не узнала, шутил он или действительно приглашал в гости. Закончив с плечом, он перешел к предплечью, аккуратно массируя плечелучевую мышцу, а затем — ко второй руке. Алексия почувствовала, как к первой руке начала приливать кровь. Это было приятное, слегка тянущее чувство, и казалось, боль стала понемногу утихать. — Не уверена, что выдержу еще две с половиной недели в таком режиме, — призналась она. — К счастью, мучить тебя так долго я и не планирую, — ответил Кай. — Сейчас у нас пик интенсивности, чтобы закислить твои мышцы — это стандартный протокол тренировок для спортсменов перед соревнованиями. За десять дней до боя перейдем на более щадящий режим, чтобы ты успела восстановиться, за пять — снова ненадолго усилим нагрузку, а в последний день будешь отдыхать, чтобы выйти на ринг свежей и полной сил. — У тебя прям целая система, — восхитилась Алексия. — Будет обидно, если после такого я все-таки проиграю. — Зато будешь знать, что сделала все возможное, — отметил Кай. — Да, у Джастина преимущество в весе и росте, но все же не зацикливайся на этом. Подготовка и удача могут многое изменить. Атаковать Джастина в лоб — самоубийство, но если он пойдет в атаку и не станет отступать после удара, у тебя появится шанс. Если удастся ударить его в челюсть как следует, то неважно, насколько он больше — один точный удар станет для него последним. — Зато меня вырубить ему будет проще. — Это так, — согласился Кай. — Но, мне кажется, Джастин не из тех, кто будет стремиться побыстрее закончить бой. После того, что произошло в подвале, уверен, он будет пытаться его затянуть, чтобы поиграть с тобой подольше, а это тебе только на руку — будет время разыграть удачную комбинацию. Однако с каждой минутой ты будешь сильнее уставать, поэтому тебе, наоборот, придется постараться завершить бой как можно скорее. Алексия вздохнула и устало пробормотала: — Мне конец. Мы просто тратим время. Ты был прав, когда предлагал отступить. — Знаешь Майка Тайсона? — спросил вдруг Кай. Алексия кивнула. — Его рост — пять футов и десять дюймов. Он был ниже большинства своих соперников, но как-то побеждал. Так что и у тебя есть шанс. Алексию удивляло то, что Кай старался ее подбодрить, несмотря на очевидность исхода. Он не верил в ее победу — это чувствовалось, но все равно говорил так, будто у нее и правда был шанс. Это было странно, но по-своему ценно. Кай продолжил разминать ее мышцы и, закончив со второй рукой, опустился перед ней на колени и положил ладони на ее бедра. Это движение застало ее врасплох, накрыв волной смущения и возбуждения. Их взгляды встретились, и зрительный контакт продлился дольше, чем обычно. Возможно, это было лишь ее воображением, но Алексии показалось, что Кай тоже ощутил неловкость, потому как тут же опустил взгляд и сосредоточился на массаже левого квадрицепса. Его сильные руки приносили одновременно и боль, и облегчение. Алексия, увлеченная его действиями, на несколько секунд позабыла о Джастине и предстоящем бое. Щеки горели, а в мыслях всплывали воспоминания о поцелуе. — Так как ты ниже, Джастину придется постоянно наклоняться и тратить силы, — продолжил Кай после неловкой паузы. — Ты быстрая и гибкая, в этом твое преимущество. Он делает удар — ты уворачиваешься и сразу контратакуешь. Поскольку это не классический бокс, а бой без правил, можешь использовать и ноги, но только в качестве контратаки, когда точно уверена, что Джастин не успеет сделать перехват. Твои кики пока не настолько быстрые, так что лишний раз не рискуй. — Мы их почти не отрабатываем. Только и делаем, что боксируем. — Потому что мне нужно, чтобы ты начала предугадывать мои удары и понимать, какую защиту выбрать и как потом контратаковать. Но сегодня особенный день. Драться со мной — не лучший способ подготовиться к бою с Джастином: ты уже неплохо меня знаешь, а по весу он меня превосходит. Я договорился с одним знакомым. Он немного опаздывает, но скоро будет тут. Я уже упоминал о нем — мы вместе ходили на задания. Его, как и Тайсона, зовут Майк. В руках и ногах Алексии разливалось приятное тепло после массажа. Мышцы, казавшиеся до этого каменными, стали понемногу приходить в себя. Теперь она чувствовала, что была готова продолжать тренировку, хотя никак не могла выбросить из головы момент, когда руки Кая легли на ее бедра. Он провел короткую разминку, и вскоре в зал вошел тот самый Майк. Им оказался темнокожий парень, по габаритам не уступавший Джастину. Возможно, он был даже крупнее. Алексия на мгновение испугалась: неужели Кай собирался поставить ее биться с этим гигантом? Но спустя несколько секунд поняла, насколько гениальной была его задумка. Благодаря своей физической форме Майк был идеальным противником, если она хотела научиться противостоять кому-то вроде Джастина. — Привет, я Алекс, — произнесла она, улыбнувшись. — Приятно познакомиться, Алекс, — отозвался Майк, сдержанно кивнув. Его взгляд мельком пробежался по ее фигуре, задержавшись на руках и плечах. — Надеюсь, до боя с Джастином ты доживешь. Алексия нервно хихикнула, а Майк улыбнулся. Он был уже переодет в спортивную форму, и Кай дал ему несколько минут на разминку, пока перевязывал руки Алексии специальными боксерскими лентами, которые надевались под перчатки, чтобы фиксировать суставы. Без этого она бы уже давно переломала себе все пальцы. — Во время боя с Джастином мне разрешат перевязать руки? — спросила она. — Да, ленты на руки можно, а вот перчаток не будет. Все остальное тоже придется снять. Из защиты разрешены только капа и ракушка. Ракушкой Кай называл защиту для паха. Он всегда использовал ее во время тренировок, чтобы избежать случайного удара между ног, и Алексия подшучивала над ним из-за этого, но Кай неизменно отвечал, что уж лучше терпеть ее насмешки, чем так рисковать. Порой эта защита действительно его спасала, когда Алексия, увлекшись, случайно била ниже пояса. Теперь же мысль о том, что у Джастина будет дополнительная защита, а у нее — нет, вызывала раздражение, хоть она и понимала, что иначе бы бой без правил легко мог кончиться простым ударом между ног. В схватках с Майком ей разрешалось надевать защитный жилет, шлем и капу, что, как она быстро усвоила, стало настоящим спасением. Майк дрался в полную силу, и только теперь Алексия осознала, что Кай все-таки ее жалел. С каждым днем тело покрывалось новыми синяками, а мышцы болели так сильно, что хотелось плакать. Она обрабатывала синяки специальной мазью, ускоряющей заживление, но даже с ней те сходили медленно. Кажется, лишь увидев избитое тело Алексии, Тернер впервые задумался над тем, во что ее втянул. — Вот поэтому я и не хочу, чтобы ты работала, — заявил он строго. — Ты же знаешь: я не отступлю, — ответила она. — Хайнеманн сам себя не убьет. Смотри, на что мне приходится идти, чтобы доказать свою полезность. Синяки говорили громче слов, и, похоже, Тернер действительно задумался. За две недели до боя он неожиданно объявил, что пока не будет приглашать ее к себе, объяснив это нежеланием отвлекать от подготовки. Либо его просто не возбуждали ее синяки. Алексия была лишь рада: тренировки и без того заканчивались поздно, а на учебу она и вовсе забила, что негативно повлияло на успеваемость. — Ты в курсе, как много народу собирается прийти на ваш бой? — неожиданно спросила Рэйчел. Это было воскресенье — единственный день, когда Алексия не тренировалась. Кай настрого запретил ей напрягаться в этот день, и она честно следовала его рекомендациям. Рэйчел предложила сходить в СПА, но Алексия отказалась, не желая показывать синяки. В итоге подруга приехала к ней домой и помогла размять мышцы. — В смысле? Я думала, там буду я, Джастин, Билл и Кай. Еще, может, ты и Рэй, если захотите. — Так и знала, что ты не в курсе! — фыркнула Рэйчел. — Все наши уже знают дату, время и место боя. И почти все собираются прийти! — Что?! — ужаснулась Алексия. Меньше всего на свете ей хотелось, чтобы на их с Джастином бой пришла глазеть целая толпа — она и без того стеснялась, когда кто-то наблюдал за ее тренировками в зале для бокса. А если кто-то начнет выкрикивать обидные комментарии, пытаясь поддержать Джастина? А если она проиграет, и все это увидят? К такому унижению Алексия была не готова. — Да, даже ставки делают. Мне Рэй рассказал. Он, кстати, поставил на тебя три тысячи. Говорит, ставка один к четырем, то есть из пяти человек только один ставит на твою победу. — Надо же, я думала, на меня вообще никто не поставит. Очевидно же, что победит Джастин. — Надеюсь, что нет. Но если он это сделает — обещаю, мы с Рэем и Каем поймаем его в какой-нибудь подворотне и отпинаем! — Билл обо всем узнает, и у вас будут проблемы, так что не стоит. Я приму свой проигрыш достойно, а потом буду реветь тебе в плечо целую неделю. — Мое плечо к твоим услугам в любое время, кошечка, — ответила Рэйчел с нежностью. Алексия была благодарна подруге за то, что та не пыталась убеждать ее в высоких шансах на победу — Джастин превосходил ее по силе и весу, так что она все равно бы не поверила, но глубоко внутри все же надеялась, что, быть может, как-то сумеет одержать верх. Помимо Майка она дралась еще с парой парней, которых приглашал Кай. Все они были разной комплекции и с разным стилем боя, поэтому ей каждый раз приходилось привыкать к новому противнику. Эти бои закалили ее и отточили навыки. За прошедший месяц Алексия так сильно продвинулась, что, оглядываясь назад, не сумела бы ни в чем себя упрекнуть: она выложилась на максимум. Она также не упустила случая упрекнуть Кая в том, что он не предупредил ее о возможных зрителях. Тот искренне удивился, ведь считал это очевидным, когда говорил о популярности боев без правил среди членов банды. В итоге Алексии пришлось смириться с тем, что за их с Джастином схваткой будет следить целая толпа. Даже Мэтт оказался в курсе, что ей предстояло драться с Джастином, но прийти поболеть за нее отказался: сказал, что не любит выходить из дома, поэтому будет следить за боем через камеры наблюдения. Из-за подготовки у Алексии не было ни времени, ни сил на обучение хакерскому искусству, поэтому весь этот месяц они с Мэттом почти не общались, но однажды разговорились, и она вспомнила, что хотела обсудить с ним одну тему. [Alex]: Слушай, Кай говорил, ты нашел какие-то интересные файлы на сервере клуба. Что там было? [SilentEcho]: да, решил, пока вы там делом заняты, скопировать кое-какие папки. [SilentEcho]: оказалось, туда попала часть финансовой отчетности, досье на сотрудников из банды Хайнеманна и даже его личный календарь со списком контактов и встреч за последний год. [Alex]: Зачем он хранил нечто столь ценное на сервере какого-то клуба? [SilentEcho]: хах, какого-то? это не просто клуб, мой дорогой падаван, это, считай, его офис. никто не знал, где он базируется, иначе мы бы уже давно туда сунулись, а теперь все встало на свои места. [SilentEcho]: никто и подумать не мог, что он приезжал в тот клуб по работе, а не просто отдохнуть. [SilentEcho]: клуб зарегистрирован на делавэрское LLC, так что имена конечных владельцев в публичных реестрах не найти, только имя управляющего. [Alex]: Управляющим был Джим Киттинг? [SilentEcho]: вроде он, не запомнил. [Alex]: Значит, благодаря нашей вылазке удалось вычислить, где база Хайнеманна? [SilentEcho]: ага. [SilentEcho]: жаль только, что они усилили меры безопасности. [SilentEcho]: после вас туда посылали других ребят, но эти хитрецы догадались наконец разделить Wi-Fi сеть для сотрудников и локальную рабочую сеть, так что теперь туда так просто не влезть. Эта информация вызвала у Алексии злость. Тернер посчитал их вылазку в клуб провалом, но теперь она знала, что это было не так. Именно благодаря их операции стало известно, где находится офис Хайнеманна, что само по себе означало успех. Однако осознание этого лишь добавляло горечи: ей так или иначе предстояло драться с Джастином, хотя ни он, ни она не были виновны в тех промахах, из-за которых этот бой в принципе должен был состояться. «Обсуждать это с Биллом не имеет смысла, — подумала Алексия. — Он слишком хитер и изворотлив, придумает новую отмазку. С ним нужно действовать иначе». [Alex]: Можно взглянуть на файлы, что ты скопировал? [SilentEcho]: без проблем. [SilentEcho]: припарковал у китайцев — щас скину явки-пароли. Алексия сразу поняла, что речь шла о китайских FTP-серверах, на которых Мэтт часто прятал добытые нечестным путем файлы. Хранить такие данные на своем компьютере или серверах было слишком рискованно: в случае обыска полиция могла получить доказательства незаконного взлома. На всякий случай он копировал данные и на внешний жесткий диск, чтобы не потерять, если кто-то обнаружит его файлы на своем сервере и потрет, но у внешнего диска были свои минусы, например, было куда менее удобно делиться файлами по сети. Наконец настал тот самый вечер. За два дня до боя они с Каем провели заключительную тренировку по боксу — только вдвоем, без приглашенных гостей, а силовые отменили, чтобы дать мышцам отдых. В день боя Алексия лишь слегка размялась, прежде чем отправиться в тир — именно там предстояло сразиться с Джастином. Они приехали за двадцать минут до начала, но тир был уже полон людей. Алексия удивилась толпе: она привыкла видеть это место пустынным, а сейчас насчитала не менее пятидесяти человек, среди которых было много девушек — вероятно, они были подругами парней, работавших на Тернера. В помещении играла громкая музыка — кто-то подключил колонки. Майка она увидела сразу: он, как всегда, возвышался над всеми, и, глядя на него, Алексия утешала себя мыслью, что сегодня ей предстояло драться всего лишь с Джастином. Еще она заметила Хиро в окружении нескольких парней, среди которых были те, кто участвовал в поимке Джима Киттинга. Дорожки над мишенями оставались неосвещенными, и в тире царил полумрак. Свет горел лишь в передней части помещения — у шкафа с арсеналом, который теперь был предусмотрительно заперт на замок. На полу виднелся импровизированный ринг: квадрат со стороной в тридцать футов, обклеенный черно-желтой лентой, которой обычно ограждают места преступления. Рэйчел и Рэй были уже внутри. Завидев Алексию и Кая, они тут же подошли к ним. Рэйчел бросилась к ней с объятиями, и Алексия почувствовала ее дрожь. Казалось, подруга волновалась из-за боя даже больше, чем она сама. — Джастин тут? — поинтересовался Кай. — Да, у шкафа с оружием, — ответила Рэйчел. — Билл тоже здесь — видела его с охраной на парковке. — Ого, Билл нечастый гость на дуэлях, — удивился Рэй. — Хотя, если учесть, кто именно сегодня дерется… — Странно, что нас никто не досмотрел, — произнесла Алексия. — Билл не боится, что кто-то из присутствующих может устроить на него покушение? Рэй и Рэйчел растерянно пожали плечами, а Кай едва заметно усмехнулся в ответ на ее слова. Она огляделась в поисках Джастина. Тот стоял неподалеку от шкафа и, судя по всему, был в отличном настроении. Улыбка не сходила с его лица, пока он говорил с друзьями и обнимал за талию какую-то девушку. Та прижималась к его боку, ловя на себе взгляды окружающих и явно наслаждаясь вниманием. — Вот урод, — пробормотал Рэй, заметив, куда смотрела Алексия. — Неужели и правда будет потом хвастаться, что побил девчонку? Ему никто не ответил. Алексия почувствовала нарастающее волнение и сделала глубокий вдох, пытаясь замедлить дыхание. Она знала, что это не поможет, но все равно надеялась хоть немного унять бешеный стук сердца. Рэйчел, стоявшая рядом, тихонько сжала ее руку, словно напоминая, что Алексия была не одна. В тир вошел Тернер. Он бодро махнул кому-то рукой, прошел вперед и занял место в центре импровизированного ринга. Музыка стала тише, толпа тоже притихла. Тернер обвел всех взглядом, посмотрел на Алексию и слегка улыбнулся, будто радуясь, что она пришла, а не сбежала. Кай легонько подтолкнул ее вперед, побуждая выйти к краю ринга. Джастин встал неподалеку, скрестив руки на груди. — Господа и дамы, рад приветствовать вас этим вечером! — начал Тернер громко и уверенно. — Сегодня нас ждет необычное зрелище. Знаю, дуэли для вас — дело привычное, но впервые за всю их историю одним из противников будет девушка! Зал огласился аплодисментами, свистом и радостными возгласами, но Алексия едва осознавала происходящее. Ей было плевать на то, что говорил Тернер. Сейчас это не имело ни малейшего значения. Она чувствовала, как внутри поднимается гнев. Взгляд метнулся к Джастину, к его самодовольному лицу, и Алексия вспомнила его насмешки, смерть Эрнандо и историю Эль. Эти мысли лишь подстегивали ее ярость. Она почувствовала, как на плечо легла рука Кая. Он посмотрел на нее с такой уверенностью, что на мгновение она и правда почувствовала себя непобедимой. Когда Тернер дал сигнал к старту, Алексия сняла толстовку и отдала ее вместе с телефоном Рэйчел. Кай помог перевязать костяшки рук лентами. Надев капу, она вышла вперед почти одновременно с Джастином. Он улыбался. Алексия заметила, что он не стал надевать капу и ничем не обмотал руки. «Недооцениваешь меня, да? — подумала она, чувствуя, как злость трансформируется в решимость. — Что ж, может, я и не одержу победу сегодня, но совершенно точно тебя удивлю». Глава 24 Get ready to settle the score And get ready to face the floor ‘Cause it’s time to remember it This is war and it’s on tonight So get up and fight! Get up and fight! You’ve had all your life to run and hide Now step up! Now step up! Let’s do this War, Sick Puppies В пределах границ ринга остались только Джастин и Алексия, и толпа тут же перестала для нее существовать. Она встала в стойку, сосредоточив все внимание на сопернике, и в его взгляде мелькнула насмешка, будто его забавляло ее серьезное отношение к бою. Нападать первой она не собиралась, но и он явно не торопился. Джастин стоял прямо, будто понятия не имел, зачем была нужна стойка. «Может, он вообще не умеет драться?» — подумала Алексия с надеждой. Толпа зашумела, требуя начать бой, и Джастин, усмехнувшись, наконец совершил первую атаку. Алексия быстро отступила влево, уходя от удара, потому что предположила, что раз он был правшой, значит, бить правой рукой ему будет привычнее, и не ошиблась. Отступая, она ударила его в живот, и толпа ахнула, а на лице Джастина впервые мелькнуло раздражение. Алексия не стала рисковать и продолжать атаку, хотя такая возможность у нее была. На самом деле она сделала это еще и потому, что руку пронзила неожиданная боль: она привыкла тренироваться в боксерских перчатках, а сейчас на кулаках были лишь ленты, и Алексия не ожидала, что удар окажется таким болезненным и для нее. «Сукин сын, все же ты знаешь что-то о боксе», — мелькнуло в голове, когда она увидела, как Джастин встал в стойку. Очевидно, первый удар был лишь проверкой, но теперь он наконец воспринял ее всерьез. Не теряя времени, он резко двинулся вперед, целясь в ее корпус. Алексия не успела отступить и прикрылась руками, но этого оказалось недостаточно: его кулак пробил ее защиту и угодил в скулу. Перед глазами вспыхнули звездочки. — Алекс, вмажь ему! — раздался крик Рэйчел, и это вывело Алексию из оцепенения. Она попыталась увеличить дистанцию, но Джастин, словно почуяв ее слабость, пошел в атаку с удвоенной силой. Удары сыпались один за другим, и она едва успевала защищаться, периодически что-то пропуская. Мир сузился до пределов ринга. Границы были очерчены черно-желтой лентой, и только этот образ удерживал ее в реальности, остальное размылось: лица зрителей превратились в бесформенные пятна, а звуки слились в один сплошной гул. Яркий свет, освещавший ринг, слепил глаза, из-за чего они слезились. Алексия почти не чувствовала боли, вероятно, из-за адреналина, и боялась потерять равновесие из-за дезориентации в пространстве. В какой-то момент между ней и Джастином встал Майк: он развел их по разным углам, давая Алексии передышку. Она устало выдохнула и почувствовала, как что-то теплое и влажное текло по верхней губе. Проведя там рукой, она увидела кровь. Алексия ощутила жжение в носу и слабую пульсацию, отдающую куда-то в лоб. Дышать через нос стало тяжелее, а перейти на дыхание ртом мешала капа, так что каждый вдох теперь давался с усилием. «Надеюсь, ринопластику делать не придется», — мелькнула мысль. Почему-то та показалась Алексии смешной, но веселье быстро испарилось, стоило ей вновь встретиться с Джастином взглядом. В его глазах читались уверенность и азарт, что только подогревало ее гнев. Нос горел, но ей было плевать. Единственное, о чем она в тот момент думала — как бы посильнее ему вмазать, чтобы тоже залить его самодовольное лицо кровью. Когда Майк дал сигнал продолжать, Алексия вытерла кровь, слезы и пот с лица краем футболки и пошла в бой с новой решимостью. Она стала чаще контратаковать, ловя моменты, когда бил Джастин, чтобы тут же ударить в ответ, пытаясь разыграть одну из комбинаций, которые они заучивали с Каем. Она пыталась добраться до челюсти и ударить как можно сильнее, чтобы хватило для нокаута, и иногда ради этого жертвовала защитой, прекрасно осознавая, что Кай бы не одобрил ее тактику. Но злость затмевала разум. Алексия хотела реванша за каждый пропущенный удар. Однако Джастин был сильнее и вновь перехватил инициативу. В какой-то момент ее атаки ослабли, и она снова начала лишь отступать и защищаться. Удары следовали один за другим, не оставляя ни секунды на передышку. Костяшки его пальцев окрасились в алый, а кожа на них была местами расцарапана. Верхняя губа была рассечена и кровоточила, а сам Джастин тяжело дышал и весь покрылся потом. Алексия ощутила отчаяние, осознав, что месяц тренировок не помог преодолеть разницу в весе и физической силе, дававшую Джастину преимущество. Он был слишком силен. Если в первые секунды боя она хоть как-то могла держаться с ним на равных, то под конец все неизбежно скатывалось к его превосходству. С Майком происходило то же самое, так что ожидать, что бой с Джастином пройдет иначе, было глупо, но без тренировок он бы нокаутировал ее за считаные секунды после начала боя. То, что она все еще держалась на ногах, было заслугой ее упорства и тренировок. Но силы были на исходе, и Алексия чувствовала, что ее предел близок. Сжав зубы, она прорычала — крикнуть не давала капа — и вложила в следующий удар все силы, что у нее оставались. От усталости подогнулись ноги, и каким-то чудом это помогло увернуться от ответного удара Джастина, просвистевшего над ухом. Потеряв равновесие, Алексия приземлилась на колено и ощутила резкую боль в коленной чашечке. Та словно ее встряхнула, заставив тут же ударить в ответ — вслепую, без прицела. Но до живота Джастина Алексия не дотянулась. Удар пришелся ниже. Это был бой без правил, поэтому любые действия, включая удары ниже пояса, были допустимы. Джастин, уверенный в своих силах, не стал ни бинтовать руки, ни надевать капу, но Алексия почему-то была убеждена, что он наденет хотя бы ракушку. Лишь после удара в пах она осознала, насколько сильно он ее недооценил. Удар получился неожиданно точным. Она увидела, как Джастин скрючился от боли и издал глухой стон. Толпа взорвалась удивленным ревом. Не теряя ни секунды, Алексия толкнула его в грудь с такой силой, что он потерял равновесие и рухнул спиной на пол. Она запрыгнула на него сверху и, следуя внутреннему порыву, изо всех сил вмазала кулаком по лицу. Это было именно то, о чем она мечтала последние минуты. Джастин схватился за нос, и, пользуясь секундной передышкой, Алексия избавилась от капы, чтобы было легче дышать через рот. Она вспомнила один из приемов, которому Кай обучал ее еще весной, когда показывал техники из единоборств. Это был болевой захват, известный как «американа». Она прижала плечо Джастина к полу своим весом, одной рукой зафиксировала его запястье, а другую провела под локтем, формируя замок. Удерживая его плечо прижатым к полу, Алексия начала поднимать предплечье, разворачивая плечевой сустав наружу. Джастин слабо дернулся, пытаясь высвободиться, но это движение лишь усилило давление, вызывая у него сдавленный стон. Бой заканчивался, когда один из соперников признавал поражение, но Джастин делать этого не спешил. Тернер мог бы остановить их, но Алексия, опьяненная близостью победы, хотела, чтобы Джастин признал поражение сам. — Сдавайся! — прорычала она, глядя в его перекошенное от боли лицо. Джастин стиснул зубы, кровь текла из его носа, но он упорно молчал, словно не понимал, чего она от него хотела. Алексия надавила сильнее, усиливая нагрузку на плечевой сустав. — Я не шучу! Я ее сломаю! — прокричала она, усиливая нажим. Джастин заорал от боли, но его крик потонул в реве толпы. Зрители неистовствовали, словно сошли с ума, опьяненные неожиданным финалом. Алексия не знала, кого они поддерживали, но ей было плевать, ее захлестнуло нечто куда более мощное — экстаз от осознания своей власти над Джастином. Она контролировала его боль, его движения, даже его крики. Этот момент принадлежал ей целиком, и она наслаждалась им. Появился Майк и попытался отбросить ее руки, чтобы освободить Джастина, но Алексия не сдавалась, поэтому получилось у него это не сразу. Кто-то вдруг обхватил ее за талию и рывком приподнял над полом на пару дюймов. Ее оттаскивали в обратную от Джастина сторону. Алексия кричала, пытаясь вырваться, чтобы вернуться к сопернику и заставить его сдаться, пока не услышала знакомый голос у самого уха: — Успокойся! Хватит! Ты победила! Это был Кай. Только после его слов она перестала сопротивляться. Он все еще крепко держал ее, и уха коснулось его тяжелое дыхание. Позже она узнала, что именно Тернер дал ему знак вмешаться, когда осознал, что Алексия слишком увлеклась и не слышит его призывов остановиться из-за шума толпы, а Майк не справляется в одиночку. Джастин продолжал лежать на полу, скрючившись от боли, а рядом с ним уже сидел Рэй и осматривал его руку. Тернер стоял неподалеку, наблюдая за происходящим с заметным волнением. Алексия не чувствовала, что победила. В ушах гудело, а во рту был привкус железа. — Я не ломала ему руку, — произнесла она, повернув голову к Каю. — Билл ничего мне не сделает, правда же? — Нет, — спокойно ответил он. — Даже если бы сломала. Это же бой без правил. Тернер перевел взгляд на Алексию, и Кай, заметив это, тут же ее отпустил. В глазах Тернера не было ни гнева, ни осуждения, и это успокаивало. Алексия боялась, что могла разозлить его тем, что не услышала сигнал остановиться, и это могло дать ему повод засчитать победу проигрышем, однако Тернер смотрел спокойно, даже несколько обеспокоенно. Подойдя ближе, он приподнял ее подбородок и осмотрел нос. — Сломан? — спросила Алексия. Она не успела понять, насколько серьезной была травма, и его внезапный интерес к ее носу вызвал тревогу. — Я просил не бить по лицу, — процедил он недовольно, а затем посмотрел на Кая и коротко распорядился: — Осмотри ее. Тот наклонился к ее лицу и осторожно ощупал нос. Его прикосновения были легкими, но Алексия все равно инстинктивно сжалась, ожидая боль. — Все в порядке, — резюмировал Кай. — Просто сосуд лопнул. Видимо, задело по касательной, когда Джастин ударил в скулу. — Билл, ты сдержишь слово? — выпалила Алексия, напрочь позабыв о своих переживаниях по поводу носа. Главное, он был не сломан. Остальное можно было пережить. Тернер ответил не сразу. Он пристально разглядывал ее, будто о чем-то раздумывал. Его молчание продлилось всего несколько секунд, но показалось вечностью. — Разумеется, сдержу, — ответил он наконец, а затем усмехнулся и добавил: — Армин даже не подозревает, что у него появился новый повод для беспокойства. Тернер вернулся обратно к Джастину, и рядом тут же возникла Рэйчел. Она обняла Алексию так крепко, что затрещали и без того ноющие ребра. — Идем отсюда, — предложила она, обхватывая их с Каем за плечи и подталкивая в сторону выхода. По пути они слышали одобрительные возгласы — окружающие поздравляли Алексию с неожиданной победой. Внезапно из толпы выскочил какой-то парень и едва не кинулся ее обнимать, но Кай тут же оттолкнул его, освобождая путь. Алексия не расслышала, что именно тот прокричал. — Чего он хотел? — спросила она у Рэйчел, плотно прижимавшуюся к ней сбоку. — Рад, что победила, — усмехнулась та. — Поставил на тебя хорошие деньги. Воздух на улице был прохладным и освежающим, и после душного помещения тира дышать им было невероятно приятно. Втроем они подошли к машине Кая. Внутри нашлась бутылка воды, и Алексия только теперь осознала, как сильно хотела пить. Пока она утоляла жажду, Рэйчел отыскала в машине аптечку, чтобы обработать травмы. Осмотрев свое отражение в зеркале, Алексия обреченно застонала. — Думаешь, заживет до понедельника? — Без шансов, — ответила Рэйчел, нахмурившись. — Поговори с Биллом, попроси, чтобы Доминик выбил тебе больничный. Тебе нельзя появляться в школе в таком виде: администрация тут же донесет опеке, а Биллу не нужны проблемы. Школьные подруги и раньше интересовались ее синяками, и Алексия честно признавалась, что пробует себя в боксе. К счастью, до администрации школы слухи пока не дошли, но появляться там с таким лицом и вправду было опасно. Она решила, что свяжется с Тернером завтра. Еще раз взглянув на себя в зеркало, Алексия попыталась оценить ущерб. Слева на скуле расплывался синяк, а нос был слегка опухшим, но целым. Кровь из него уже не текла. Нижняя губа была рассечена, но в остальном Джастин, кажется, и правда старался не бить по лицу — основные удары пришлись на тело, и теперь, когда бой закончился, Алексия начала ощущать боль в ушибленных местах. Вероятно, просьба Тернера в некотором роде защитила ее от более серьезных травм и нокаута. Зато костяшки пальцев опухли и саднили при каждом движении, и, несмотря на ленты, кожа на них кое-где была содрана. Осматривать себя было страшно, и Алексия предпочла бы отложить это на потом, но Рэйчел настояла на том, что нужно обработать ушибы и царапины мазью. Они устроились на заднем сидении, а Кай остался сидеть снаружи на капоте спиной к ним и ждать возвращения Рэя. — Все очень плохо? — спросила Алексия, оголяя спину. — Нет, на спине не так много. Больше на боках, а еще сильно пострадали руки. — Наверное, потому что я ими защищалась. Когда с обработкой ушибов было покончено, Алексия натянула толстовку и выбралась из машины. Сердце все еще бешено колотилось, но теперь от радости, а не от страха. Ей хотелось кричать и прыгать от осознания, что она пережила этот день и даже больше: она победила. Она доказала Тернеру, что подходит для работы, и вдобавок утерла нос Джастину. Люди постепенно покидали тир. Кто-то курил у входа, кто-то уже уезжал. Алексия заметила, как Тернер в сопровождении охраны направился к своей машине. Не теряя времени и не обращая внимания на толпу, он быстро сел на заднее сиденье и покинул парковку. Вскоре появился Рэй. — Мое уважение, Алекс, — заявил он, подходя ближе. — Джастин не просто побежден — он растоптан и унижен. Но его рука в порядке — легкий вывих, щас поедет к врачу. — Жаль, не сломала, — фыркнула Рэйчел. — Руки ему все равно уже ни к чему: на задания не ходит, а дрочить можно и левой. Хотя после такого удара по яйцам ему, наверное, в любом случае будет не до этого. — Что бы мы делали без нашего эксперта Рэйчи, — рассмеялся Рэй, приобнимая ее за плечи. — Ну что, куда двинем? Победу надо отметить. — Мне рассказывали про классный клуб, называется Viper Room! — тут же оживилась Рэйчел. — Говорят, там можно снять вип-комнату… — И заказать шлюх, — перебил ее Рэй. — Это стриптиз-клуб, Рэйчи, где ты вообще о нем услышала? Алексия вдруг поняла, что меньше всего на свете хотела бы сейчас вновь оказаться в душном помещении, полном людей, громкой музыки и шумных разговоров. Она на мгновение задумалась и поняла, где действительно хотела бы оказаться. — А поехали на пляж? — предложила она, обращаясь к Каю. Тот сразу догадался, на что она намекала. — Какой именно? — спросил Рэй. — Или подойдет любой ближайший? — Я скину тебе геолокацию, — ответил Кай. — Отсюда до места минимум час по пробкам — на мотоцикле доберешься быстрее. — Не, я тоже на машине сегодня. Вы с Алекс езжайте вдвоем, а мы с Рэйчи — за вами. Только заедем в Culver’s по пути? Хочу бургер. По дороге на пляж они сделали остановку, чтобы взять еды. Алексия думала, что аппетита не будет, но, уловив аромат наггетсов и картошки, с удивлением осознала, как же сильно проголодалась. Из-за тревоги она весь день почти ничего не ела и теперь была готова слопать целого быка. Ехали молча. Алексия смотрела в окно, размышляя о сегодняшнем дне. Ей не хотелось лезть в телефон, так как ее начинало быстро укачивать. Она внезапно осознала, что не испытывала злости к Джастину, возможно, потому что наконец поставила его на место. Теперь весь ее гнев был направлен на Тернера. Если бы не их связь, он бы тоже пытался затянуть обучение? Алексия все никак не могла понять, почему он так упорно этого добивался. До того как они с Каем вернулись из того злополучного клуба, все шло нормально. Мог ли Тернер узнать про поцелуй? Но тогда он бы просто поменял ей ментора, а вместо этого оставил Кая и даже планировал продлить его наставничество еще на год, если бы она проиграла. Значит, причина была в другом. Но в чем? Неужели он действительно переживал, что ее могли убить? Пусть Тернер приглашал к себе сейчас только ее, Алексия была уверена, что он не был в нее влюблен. Его отношение к ней было слишком уж потребительским. Даже его просьба не бить по лицу наверняка была связана лишь с его желанием не портить ее внешний вид. Но он не отстранил ее от работы, а лишь предложил взять перерыв. Почему? Что изменил бы этот год? Эти мысли сводили с ума. Тернер был для нее загадкой, закрытой книгой, которую не получалось даже приоткрыть. Когда-то ей казалось, что Кай скрытен, но теперь она понимала, что настоящим мастером недосказанности был Тернер. Даже сейчас она не до конца верила, что он действительно позволит ей работать. «Придумает еще что-нибудь, лишь бы не сдерживать обещание. Сейчас просто сделал вид, что я победила, а через неделю скажет, что нужна новая проверка. Он готов на все, лишь бы я не начала зарабатывать свои собственные деньги», — думала Алексия, стиснув зубы. Наконец машина остановилась. Кай достал из багажника плед, и вся компания направилась к озеру. — Тут так тихо! — восхитилась Рэйчел, выбегая вперед. — Мне здесь нравится. «Не верится, что этот день наконец позади», — подумала Алексия, когда они уселись на плед и приступили к ужину. Справа от нее сидела Рэйчел, а слева — Кай, и Алексия вдруг почувствовала искреннюю радость от того, что рядом были самые близкие люди. И ей не нужна была марихуана, чтобы расслабиться. Рэй и Рэйчел тем временем громко обсуждали произошедшее. — Народ, я вот чего не пойму, — заговорил Рэй, — за каким хреном вообще был нужен этот бой? Кого ни спросишь — никто не знает. Чем ты так разозлила Джастина, Алекс? Или это ты вызвала его на дуэль? — Билл хотел продлить мое обучение еще на год, — ответила Алексия. — Но я попросила дать мне шанс, и он предложил дуэль. А Джастина наказали. — Что-о-о? — удивился Рэй. — Нашему золотому мальчику выписали штрафной? Хочу знать все подробности! Алексия с удивлением осознала, что Кай не сообщил о случившемся Рэю, вероятно, потому что это касалось их задания, но он не стал возражать, когда она все же обо всем рассказала. — Охренеть, — протянул Рэй, когда она закончила. — Рад, конечно, что Джастину прилетело, но дуэль? Это самое тупое наказание, какое только смог придумать Билл. Или он хотел выставить Джастина на посмешище, заставив драться с девчонкой? Вряд ли Билл всерьез полагал, что ты сможешь победить, Алекс. — Ты прав: для наказания слишком тупо, — вступил в разговор Кай. — Мне кажется, Билл выбрал Джастина, чтобы Алекс точно проиграла. Любой другой кандидат в противники мог бы отказаться, но не Джастин. Во-первых, он слишком верен Биллу, его правая рука. Во-вторых, он сильно накосячил, и дуэль — хорошая возможность выслужиться, хоть и таким грязным способом. К тому же он достаточно силен, чтобы одолеть девушку, а если бы лучше озаботился защитой, не проиграл бы. «А еще у него на меня зуб после того, что случилось в подвале», — подумала Алексия. Она понимала, почему Кай не стал поднимать эту тему — в этом случае пришлось бы рассказывать Рэю и о том, что произошло с Эрнандо, а ей бы не хотелось сейчас об этом вспоминать. — Думаешь, это была подстава? — спросила Алексия. Кай молча кивнул, и она поймала себя на мысли, что это вполне могло оказаться правдой. В конце концов, Тернер однажды уже вступал в сговор с Джастином, чтобы подставить Эль. — Проиграть из-за того, что тебе заехали по яйцам! Надеюсь, это унижение он запомнит надолго, — произнесла Рэйчел с кровожадной усмешкой. — Знала бы ты, как это больно, — вздохнул Рэй. — Ладно, не хочу говорить о яйцах Джастина. Алекс, почему Билл решил продлить твое обучение? — Понятия не имею, — честно призналась она. — Может, ему не так уж и нужны девушки в банде? — Да не, бред, — возразил Рэй. — Билл всегда говорил, что девчонки нужны, даже дилеров просил искать подходящих кандидаток. Один наш кореш — Кай его знает, Ларри — взял в декабре девчонку на обучение, и этим летом она начала работать. Косячит, конечно, но вроде есть от нее толк. А ты, насколько мне известно, начала обучение раньше? — Может, поэтому он и решил тебя придержать, — предположила Рэйчел. — Раз есть кому работать. — Но почему именно меня? Я начала обучение раньше, уверена, я лучше нее, — недоумевала Алексия, а затем повернулась к Каю и спросила: — Почему ты не рассказал мне о новой девушке? — Не думал, что это важно, — пожал он плечами. — И не знал, что она уже начала работать. — Ларри говорил, что начала, инфа сто процентов, — подтвердил Рэй. — Значит, Билл просто не хочет, чтобы ты работала, — подвела итог Рэйчел. — Он говорил, что не хочет, чтобы я рисковала жизнью, — вспомнила Алексия. — Еще сказал, что рад, что ты ушла в колледж и перестала ходить на задания. — Видимо, запрет на работу распространяется только на тех, с кем он спит, — раздраженно заметила Рэйчел. — Если он будет спать с каждой девчонкой, что придет на обучение, у нас их всегда будет не хватать, — проворчал Рэй, едва успев прожевать кусок бургера. На этом разговор стих, и все сосредоточились на еде. Покончив с ужином, Алексия убрала мусор в бумажный пакет, в который был упакован заказ, и вдруг почувствовала легкий толчок в бок. Она повернулась к Каю, и он, заметив, что привлек ее внимание, едва слышно спросил: — Как ты? Она пожала плечами. Что можно было ответить? Да, она чувствовала облегчение от того, что этот тяжелый месяц наконец остался позади, но прекрасно понимала, что ничего по-настоящему не закончилось. Впереди ожидалось еще много забот и испытаний, но сейчас ей не хотелось об этом думать. Хватало того, что все ее тело ныло и болело после ударов Джастина. Кай сидел так близко, что их плечи иногда соприкасались, потому что плед был слишком маленьким, чтобы все могли рассесться на достаточном расстоянии друг от друга. Алексия ловила на себе его взгляды, такие же, как прошлой зимой, когда все было проще, до того как Тернер стал неотъемлемой частью ее жизни. Она была уверена, что Кай тоже вспоминал тот поцелуй, хоть они больше и не возвращались к той теме. — Хочу сидеть точно так же, но на побережье Тихого океана, — вдруг мечтательно произнесла Рэйчел. — Представьте: нас четверо, какой-нибудь уединенный пляж вдали от Чикаго и Билла, каждый занимается любимым делом, нашел свою половинку и смотрит в будущее с надеждой. — Это мило, Рэйчи, — признался Рэй с легкой усмешкой, — но звучит слишком уж утопично. — Это не утопия! — горячо возразила она. — Я ведь не прошу невозможного вроде мира во всем мире. Алексия слушала их спор, но не вмешивалась. Она посмотрела на Кая, а он поймал ее взгляд и слегка улыбнулся. Она ответила ему такой же мягкой улыбкой, и в этот момент ей до отчаяния захотелось его поцеловать. Он не знал, что мечта Рэйчел была и ее мечтой тоже, но хотела бы, чтобы знал. «Когда-нибудь я поцелую тебя там, на берегу Тихого океана, в нашем светлом будущем», — пообещала она ему мысленно. — А еще я хочу жить со всеми вами в одном доме, — продолжила мечтать Рэйчел. — Мне кажется, у нас бы получилось. — Боже, только взгляни на Кая, — рассмеялся Рэй. — Ты пугаешь его своими планами. — Зато ему будет гораздо сложнее не открывать нам дверь в свой день рождения, — пошутила Алексия, присоединяясь к веселью. Кай тоже рассмеялся, очевидно вспомнив, как они поздравляли его в этом году. Это была идея Рэйчел. Они прибыли к его дому около полуночи с шариками, тортом, испеченным лично Рэем, и подарками, хоть Кай и не любил, когда ему что-то дарили. В этот раз было решено раскошелиться на подарок подороже: Рэй сообщил, что Кай обмолвился о проекторе, и это был тот редкий случай, когда они точно знали, что ему дарить. Вместе с проектором они притащили еще и экран — огромный длинный тубус, который едва влез в лифт. — Главное, встать напротив глазка, иначе не откроет, — предупредил Рэй, когда лифт добрался до пятого этажа. Разговаривая шепотом и стараясь создавать как можно меньше шума, они достали торт, зажгли свечи и приготовились к поздравлению. Алексия нажала на звонок, но ответа не последовало. — Спит? — предположила Рэйчел, прикладывая ухо к двери. Через мгновение она покачала головой — за дверью было тихо. — Или работает? — добавил Рэй, бросая обеспокоенный взгляд на пылающие свечи. — Надо было позже зажечь. — Давайте я ему позвоню, — предложила Алексия. Через несколько секунд из-за двери послышалась мелодия входящего звонка. — Поздравляю, Алекс, ты у него не на беззвучном, — усмехнулся Рэй. Кай ответил, и Алексия тут же скомандовала: — Открой дверь! Через несколько секунд за дверью послышался шорох, а затем голос Кая: — Что вы тут делаете так поздно? — Я держу торт с зажженными свечами. Как думаешь, что это за ритуал? — поинтересовался Рэй шутливо. — Я не открою, вы с ума сошли. Езжайте по домам, — недовольно пробормотал Кай. — Могу сгонять домой за набором для взлома замков, — предложила Алексия. — Или просто влезем через окно, — добавила Рэйчел. — А если кто-то упадет и разобьется в процессе, это будет на твоей совести, Кай. Через несколько мгновений послышался щелчок дверного замка. Кай открыл дверь, сонный и слегка растрепанный, в футболке, джоггерах и босиком. Несмотря на явное недовольство на его лице, он показался Алексии невероятно привлекательным в этот момент. — Ладно, заходите. Иначе не отстанете, — вздохнул он и отошел в сторону, распахивая дверь шире. Рэйчел, все еще сжимая в руках воздушные шарики, с радостным писком бросилась ему на шею, и Кай неохотно приобнял ее в ответ, позволив поцеловать себя в щеку. Отпустив его и шарики, она вернулась в коридор, схватила коробку с проектором и направилась на кухню. Следом зашел Рэй с тортом в руках. — Задуй поскорее, — умолял он. — Иначе я останусь без бровей. Не забудь загадать желание. Кай закатил глаза, но послушно выполнил его просьбу. Перед этим он на мгновение взглянул на Алексию, будто загадал желание, связанное с ней. Рэй направился на кухню, и она, волоча за собой громоздкий экран для проектора, наконец тоже смогла подойти к Каю. Его раздражение уже спало, и он глядел на нее с улыбкой. — Что это у тебя? — спросил Кай, указав на тубус, а затем отодвинул в сторону привязанные к шарикам ленты, мешавшие ему как следует ее осмотреть. — Твой подарок. — Надеюсь, не катана? — пробормотал он с усмешкой. — Только ее мне не хватало для коллекции. Алексия молча протянула ему экран, и Кай перехватил его и убрал в сторону, даже не удостоив взглядом, а затем вдруг сделал шаг вперед. Их разделяло всего несколько дюймов, и она, не раздумывая, обняла его за шею, а он обвил руками ее талию, прижимая к себе чуть крепче, чем следовало бы для простого приветствия. Это объятие продлилось дольше, чем ожидалось, и Алексия отметила, что он обнимал Рэйчел совсем иначе. «Не хочешь меня отпускать?» — пронеслась в голове приятная мысль. Сначала был торт, потом — возня с проектором, и Кай ворчал, что Алексия уже давно должна быть в постели, чтобы выспаться к завтрашней тренировке, ведь бой с Джастином должен был состояться уже через две недели, на что Рэйчел с хитрым прищуром предложила: — Можем положить ее в твою кровать, раз так беспокоишься. Кай замер, не зная, что ответить, а Рэйчел рассмеялась, уверяя, что не имела в виду ничего такого. Но Алексия подозревала, что это было вовсе не так. Та посиделка затянулась почти до утра, и на следующий день Алексия, измученная недосыпом, боролась со сном на уроках. В этот раз они тоже просидели до утра, потому что Рэйчел очень хотела встретить рассвет у озера, и никто не посмел ей возразить. Сидя на пляже с друзьями и разговаривая обо всем на свете, Алексия наслаждалась спокойствием. Едва небо на востоке окрасилось багровым и появилась маленькая полосочка восходящего солнца, было решено отправиться по домам. Уезжали тоже парами: Рэйчел с Рэем, а Алексия с Каем. — Алекс? — услышала она голос Кая сквозь сон. Она настолько устала, что не заметила, как уснула прямо в машине. Едва приоткрыв глаза, Алексия почувствовала его ладонь на своей щеке: Кай осторожно поглаживал ее скулу большим пальцем. Осознав, что они уже на парковке у ее дома, она встретилась с ним взглядом. Он тут же убрал руку. — Можно я посплю тут? — пробормотала Алексия, надеясь, что он согласится. — Нет, тебе нужно как следует восстановиться после боя, а сон в машине — последнее, что в этом поможет. Ближайшую неделю не тренируемся. Залечивай раны, отсыпайся и отдыхай, — мягко, но уверенно ответил Кай. — У меня нет сил встать, — призналась она, тщетно пытаясь пошевелиться. — Донести тебя до квартиры? — Ты серьезно? Вместо ответа Кай отстегнул ремень безопасности, вылез из машины и обошел ее с другой стороны. «Да ладно, он правда собирается это сделать?» — подумала Алексия изумленно, наблюдая за тем, как он открывал дверцу с ее стороны. — Знаешь, кажется, я вспомнила, как ходить, — пробормотала она, будто пробудившись от оцепенения. Не позволяя Каю помочь себе, она поспешила выбраться из машины самостоятельно. Он лишь приподнял бровь, но никак это не прокомментировал. — До двери дойдешь или тебя проводить? — уточнил он, закрывая за ней дверцу. — Дойду, езжай, — быстро ответила Алексия, избегая его взгляда. Кай кивнул на прощание и вернулся за руль. Поднимаясь по лестнице, она мысленно корила себя: «Почему я отказалась! Он действительно сделал бы это? Черт возьми, я такая идиотка! Поверить не могу, что упустила такой шанс!» Доминик сделал липовую справку, и Алексия могла не посещать школу всю следующую неделю. Тернер тоже не выходил на связь, поэтому она могла спокойно отдыхать. Спустя пару дней после боя Рэйчел сообщила, что он позвал ее к себе. Эта новость лишь обрадовала Алексию: значит, с эксклюзивностью наконец было покончено. И все же оставалось странным, почему он не звал Рэйчел к себе все то время, пока Алексия готовилась к бою. Первую пару дней она наслаждалась бездельем: отсыпалась, смотрела сериалы и позволяла себе ни о чем не думать, но уже к среде ее стало одолевать чувство пустоты. Алексия скучала по тренировкам и Каю, хоть он и писал каждый день, интересуясь ее самочувствием. Она даже успела соскучиться по учебе и за эти дни наверстала все долги по домашкам. Единственным развлечением оставалось обучение у Мэтта: она продолжала разбираться во всех хакерских премудростях, которым он ее учил. Вот уже месяц он пытался взломать ноутбук ее отца и жаловался, что процесс идет медленно, потому что приходится перебирать пароли, а на это уходит уйма времени, так как пароль, по всей видимости, довольно длинный. Он даже обращался за помощью к друзьям, которые разбирались в железе, так как обойти защиту через уязвимости в старых версиях операционной системы не вышло. Наконец он написал: [SilentEcho]: твой ноут сдался, могу отправить курьером сегодня? [SilentEcho]: сменил пароль на входе на 12345678, пароли от сайтов и почты ищи в хроме, разберешься? Эти слова заставили сердце Алексии забиться чаще. Она почти не верила, что это наконец случилось. [Alex]: Спасибо огромное, Мэтт! Я все еще болею, сижу дома и никуда не выхожу, так что можешь отправить курьера в любое время. [SilentEcho]: отлично, пиши, если будут вопросы. деньги можешь отдать курьеру — он привезет, все равно потом по моим делам поедет. Алексия на мгновение застыла, обдумывая, за что возьмется в первую очередь, когда получит ноутбук. Казалось, ответы были так близко, что их можно было ощутить на кончиках пальцев. Глава 25 I don’t wanna be so insecure I don’t know if I’m meant for something more But I will try I’ll try it all over and over and over again Keep breaking my own heart And lying to the mirror I don’t know where to start But I want to see it clearer Hazy, Hey Violet Ноутбук прибыл спустя пару часов, и Алексия тут же принялась его изучать. Она решила начать со скрытых папок, но не нашла ни одной, поэтому переключилась на рабочую почту, однако быстро поняла, что это было лишь тратой времени. Писем оказалось слишком много, и ничего полезного среди них она не обнаружила — лишь рабочие переписки. Потратив несколько часов на просмотр сообщений, она дошла до писем начала года и решила переключиться на что-нибудь другое. Следующей целью стала история браузера. Алексия надеялась найти какие-нибудь намеки, предупреждения или угрозы, оставленные убийцей, но и здесь ее ждало разочарование: отец в основном открывал рабочие сайты, просматривал страницы каких-то компаний, изредка заходил в соцсети, но почти ничего там не постил и редко что-либо комментировал. Личных переписок было мало — в основном вопросы от друзей о работе и семье. В одном из сообщений Алексия увидела, как тепло отец отзывается о жене и дочери, и почувствовала, что пора сделать перерыв. На следующий день она вновь потратила на изучение ноутбука большую часть дня, но уже без прежнего энтузиазма. В этот раз она сосредоточилась на личной почте и анализе перемещений отца за последний месяц. Ничего необычного: работа, дом, магазины, рестораны. Ничего такого, о чем Алексия бы не знала. Ближе к вечеру ее настроение было на нуле, и она решила прервать поиски, чтобы отвлечься на книгу. Из-за подготовки к дуэли у нее почти не оставалось времени на чтение, но сейчас она наконец могла вернуться к любимому занятию. Вскоре Алексия вновь взялась за ноутбук, решив просмотреть более старые письма. Их было так много, что это занятие почти сразу начало ее утомлять, а глаза заболели от монотонного прокручивания. Но внезапно взгляд зацепился за письмо с уведомлением о посылке. «Стоп, я это уже видела. Интересно, что за посылки он получал?» Алексия открыла письмо и кликнула по прикрепленному файлу. Это была счет-фактура. На первый взгляд там не было ничего примечательного — просто стандартный pdf-документ с таблицей, в которой были перечислены какие-то товары, но внимание привлекла пятизначная сумма к оплате. «Ничего себе посылка!» — подумала Алексия. Еще больше ее удивило отсутствие контактных данных отправителя и реквизитов для оплаты. Это показалось подозрительным. Решив копнуть глубже, Алексия ввела адрес отправителя в поиск и обнаружила еще несколько писем. Они приходили раз в три месяца, всегда в первых числах, и выглядели одинаково: оформлены под DHL, с идентичным текстом и вложенными счет-фактурами. Каждая из них содержала один и тот же список товаров, но итоговые суммы немного различались и не совпадали с общей стоимостью товаров. Последнее письмо датировалось маем. «Ну нет, это явно зацепка», — подумала Алексия с воодушевлением. Ее охватил прилив сил: казалось, она наконец нащупала ниточку, которая могла привести к разгадке. Мэтт не обучал ее таким вещам, и то, что она сумела разобраться сама, полагаясь лишь на логику, наполняло ее гордостью. «Нужно проверить, куда папа ездил в начале мая, — решила Алексия и, нахмурившись, осознала, что так далеко по хронологии еще не заглядывала — терпения хватило лишь до начала июня, после чего ей надоело. — Логичнее начать со дня получения письма». Открыв Google Maps, она принялась внимательно просматривать его маршруты, пока взгляд не остановился на записи за ближайшую субботу. Это место бросилось в глаза сразу — оно выбивалось из привычного круга перемещений ее отца. — Погодите, это же… — прошептала она. Правая рука замерла над мышью, а сердце забилось чаще. Она не могла поверить увиденному. Оказалось, в тот день ее отец ездил в клуб Хайнеманна. Ее пронзила неожиданная мысль, и, вскочив с кресла, Алексия кинулась к тумбочке и начала шарить там в поисках документов. Она искала налоговые декларации и выписки со счетов, которые ей когда-то передал Тернер, и бесилась из-за того, что хранила вещи в беспорядке. Наконец она нашла нужные документы и ощутила облегчение от того, что не стала их выбрасывать. «Билл был прав, — размышляла Алексия, листая бумаги. — Последний раз счет пополнялся в мае — в тот же день, когда пришло письмо. И сумма та же, что и в счет-фактуре. Папа действительно работал на Хайнеманна. И тот ему платил. Вот они — доказательства их связи». Эти документы подтверждали то, о чем Алексия пыталась все это время не думать: ее отец действительно мог быть замешан в чем-то опасном, и из-за этого их с мамой могли убить. Продолжая сжимать бумаги дрожащими пальцами, она чувствовала, как рушится ее мир, оставляя под ногами лишь зыбкий грунт. Ей понадобилось несколько минут на то, чтобы прийти в себя. Мысли кружились вихрем, но главной среди них была одна — нужно копать дальше. Вернувшись к картам, Алексия продолжила изучать маршрут отца. После клуба его путь неожиданно уходил на юг, в пригород. Она нахмурилась, глядя на карту. В пункте назначения значились склады индивидуального хранения. «Что ты там прятал, папа? — мелькнула мысль. Взгляд невольно задержался на сумме, указанной в выписке. — Может, деньги? Те самые, что Хайнеманн давал наличными». Воображение рисовало десятки вариантов, но ее интересовала лишь правда. Тут же возникло желание поехать туда как можно скорее. Алексия не думала о том, как получит доступ к боксу: возможно, придется упрашивать владельцев, платить штраф за утерю ключа или даже искать обходной путь, но это было неважно. Она должна была попасть туда, даже если доступ придется получать нелегально. Открыв сайт складского комплекса, она нашла часы работы и, глянув на время, поняла, что было уже слишком поздно — склады давно закрылись. Алексию охватила досада, но повлиять на ситуацию было невозможно. Схватив телефон, она написала Каю: «Ты свободен завтра утром?». Откладывать поездку до вечера она не хотела. Кай ответил, что свободен, и они договорились о встрече. На следующий день Алексия потратила уйму времени, пытаясь замазать синяк на скуле консилером, но замаскировать его полностью ей так и не удалось. Складской комплекс оказался небольшим, и внутри кроме них был лишь пожилой сотрудник. Вероятно, они приехали слишком рано — других посетителей не наблюдалось. — Стивен Дэгер? Сейчас посмотрю, — произнес сотрудник, вбивая имя в компьютер. Он делал это так медленно, что Алексия с трудом сдерживала раздражение. — Да, был такой, но он перестал платить еще в прошлом июле, так что два месяца назад бокс вскрыли, а его содержимое распродали. — Подождите… Как распродали? — переспросила Алексия, чувствуя, как земля уходит из-под ног. От мысли, что там могли храниться деньги, ей стало не по себе. Сотрудник, заметив ее реакцию, посмотрел на нее с искренним сочувствием и добавил: — Мне очень жаль, мисс, но таковы правила: если владелец не платит за бокс больше года, его содержимое распродается с аукциона. Я помню тот бокс, вещей было немного, если вас это утешит. — Но были деньги? — спросил Кай, внимательно глядя на сотрудника. — Или у вас настолько хорошая память, чтобы помнить содержимое каждого бокса? Тот замялся и уклончиво ответил: — Боюсь, я не имею права разглашать эту информацию. По тому, как он отвел взгляд, становилось понятно, что Кай оказался прав. — Но… я только вчера узнала о боксе, — произнесла Алексия дрожащим голосом, словно это могло что-то изменить. — Это бокс моего папы. Он не платил, потому что в прошлом июле его не стало. Она опустила голову, чувствуя, как внутри разливается горечь. Было больно осознавать, что они опоздали всего на два месяца. Столько времени ушло впустую. Теперь деньги, которые отец зарабатывал, рискуя жизнью, были утрачены навсегда. Алексия на пару секунд прикрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, а затем сделала глубокий вдох и предложила вернуться в машину. — Думаешь, есть шанс как-то это оспорить, подать в суд? — спросила она, не слишком-то надеясь на положительный ответ. — Уверен, что нет. Они наверняка предусмотрели подобные ситуации в договоре, чтобы владельцы бокса не могли ничего отсудить. Распродавать вещи за неуплату — нормальная практика, Алекс, так делают все склады. — Как же я устала от потерь… — произнесла она, когда они отъехали от склада и выбрались на главную магистраль. Кай убрал руку с руля и нащупал ее ладонь, чтобы тихонько сжать в попытке хоть немного утешить, но даже этот жест не заполнил пустоту, что росла внутри с каждой минутой. Он предложил зайти к ней домой — видимо, не хотел оставлять в одиночестве в такой момент, и Алексия тоже внутренне этого желала, но все же отказалась. Ей было нужно побыть одной, чтобы все как следует обдумать и смириться с неизбежным. Кай стал бы ее отвлекать. Оставшись одна в своей тихой квартире, Алексия обдумывала произошедшее, ощущая внутри лишь холод и пустоту, но удивительным образом это приносило успокоение, словно нужно было потерять что-то еще, прежде чем наконец обрести внутренний стержень. «Спокойней, — твердила она себе, — еще вчера я даже не рассчитывала на эти деньги. Произошедшее не сделает меня слабее. Я не буду опускать руки. Моя цель — Хайнеманн, а деньги у меня есть. Не так уж много мне нужно для жизни, так что эту потерю я тоже переживу». На следующий день она чувствовала себя значительно лучше. Алексия больше не возвращалась к ноутбуку отца: узнав о судьбе денег, она утратила всякий интерес к дальнейшим поискам. Но она выяснила главное — Хайнеманн действительно платил ее отцу, а значит, Тернер ее не обманул. Теперь у нее не оставалось сомнений в том, что именно Хайнеманн был заказчиком убийства ее родителей. Тернер сдержал обещание, и Алексия начала работать. Ее первые задания оказались довольно простыми, в основном связанными с поиском должников. Например, она разыгрывала из себя бывшую девушку или подругу должника, чтобы выудить информацию у его семьи или друзей. Это было легко, потому что у нее было достаточно практики в социальной инженерии благодаря Каю. Иногда она находила зацепки в социальных сетях. Удивительно, как часто тяга к демонстрации своей жизни в инстаграме шла рука об руку с привычкой влезать в долги. Алексия была поражена: казалось бы, человек, задолжавший опасным людям, должен быть максимально скрытным, а все оказывалось наоборот — чем больше был долг, тем проще было отыскать должника. Часто ей поручали логистику и изучение уличных камер перед тем, как они с Каем отправлялись на дело. Иногда он позволял ей вести разговоры с должниками самостоятельно, но чаще всего они действовали в паре, и Алексия играла роль доброго полицейского. Самыми трудными и опасными оказывались задания, связанные с проникновением в чужой кабинет или жилище для установки камер и прослушки. Однажды ей пришлось пробираться внутрь через узкое окно, потому что Кай в него точно бы не втиснулся. Не менее важной задачей была передача взяток — на такие встречи она ходила одна, стараясь не привлекать внимания. Кай, как она подозревала, тоже выполнял задания, о которых ей не рассказывал — скорее всего, они были слишком рискованными, чтобы ей позволили в них участвовать. Тернер все еще считал, что ее было рано допускать к действительно серьезным делам, и победа над Джастином никак не изменила его мнение. Это раздражало, ведь Алексия знала, что была способна на нечто большее, чем быть просто девочкой на побегушках. Однако пока она решила сосредоточиться на том, чтобы безукоризненно выполнять порученные задания, но к весне планировала поднять вопрос о более серьезной работе. Это было важно не только для опыта, но и для кошелька: за текущую мелкую работу платили так мало, что за месяц она зарабатывала всего две-три тысячи долларов. Однажды, подсчитав доходы и расходы, Алексия осознала, что, если бы у нее все еще оставался долг, такими темпами ей пришлось бы расплачиваться несколько лет. Год приближался к завершению, наступил декабрь, а вместе с ним пришел снег, правда, слишком слабый, чтобы накрыть город такими же сугробами, какие были в прошлом году. С планами на праздники все определилось еще в начале месяца: Рождество Алексия собиралась провести в компании Рэйчел, Кая и Рэя, а Новый год — в Уиннетке у Тернера. Несмотря на насыщенное расписание, совмещавшее учебу, тренировки, уроки Мэтта и работу, это был довольно спокойный период: одноклассники уже разослали документы в колледжи, поэтому нагрузки в школе почти не было, тренировки вернулись в привычный ритм, а работа случалась всего пару раз в неделю, так что Алексия успевала отдыхать. А еще Тернер стал уделять ей меньше внимания. Сначала она решила, что это было из-за работы, и даже задумалась, не поэтому ли он так не хотел, чтобы она работала, ведь это отнимало бы время, которое она могла посвящать ему. Возможно, ему не нравилось, что теперь она уже не бежала к нему по первому зову, а могла отмазаться тем, что планировала идти на дело тем же вечером. В итоге выяснилось, что у него просто появилась новая девушка. Благодаря этому Алексия бывала у него не чаще пары раз в неделю, а иногда и того реже. — Жду не дождусь, когда увижу ее на новогодней вечеринке, — сказала как-то раз Рэйчел, явно заинтригованная новой девушкой Тернера. — Что в ней такого интересного? — удивилась Алексия. — Разве что любопытно, насколько она нас с тобой младше. — Ей вроде шестнадцать, модель, снимается для каталогов. Классная фигура и сиськи. Очень хочется взглянуть. — На сиськи? — Думаешь, покажет? — рассмеялась Рэйчел. — А вообще она молодец. Слышала, с помощью Билла подписала контракт с каким-то именитым модельным агентством. Кует железо пока горячо, а ведь встречается с ним всего пару месяцев. Алексия лишь раздраженно вздохнула. Она невольно сравнивала себя с другими: Рэйчел поступила в колледж, новенькая подружка Тернера строила карьеру модели, а Алексия не только не видела никакой выгоды от отношений с ним, так еще и была вынуждена бороться за то, что по праву принадлежало ей. Вряд ли бы он был так против ее работы, если бы они не встречались. Если бы Алексия знала, чем занималась напарница Ларри, сумевшая обойти ее по срокам начала работы, возможно, было бы легче понять, насколько сильно Тернер ее ограничивал, но информация о заданиях была скрыта, и эта секретность вновь играла ему на руку. Алексия не могла открыто возмущаться, не зная, насколько проще была ее работа в сравнении с конкуренткой. Впрочем, бывали моменты, за которые она все же испытывала благодарность. Когда умерла Синтия, Тернер действительно ей помог. Это была, пожалуй, единственная помощь, которую он ей оказал, но пришлась она весьма кстати. Иногда подобные мысли тревожили и злили. Алексия не могла избавиться от ощущения, что жизнь постепенно выходит из-под контроля, а будущее становится все более неопределенным. Особенно остро это чувство накрыло на второй неделе декабря, когда Кай внезапно уехал из Чикаго на неделю. За несколько дней до отъезда у них состоялся странный разговор, который лишь усилил беспокойство. Поздно вечером, возвращаясь с задания, Алексия поделилась с ним своими тревогами. Она призналась, что боится, что Тернер не даст ей нормально работать и будет держать рядом лишь в качестве любовницы, пока ему не наскучит, а зная его привычку держать фавориток рядом даже после появления новой пассии, казалось, эта связь будет длиться еще очень долго. Она заодно призналась, что пыталась выйти из этих отношений, но Тернер ее не отпустил. — Если бы однажды я пришел к тебе с билетами на самолет и поддельными документами, предлагая бежать из Чикаго прямо сейчас туда, где нас никто не найдет, и оборвать все контакты с прошлым, ты бы поехала? — неожиданно спросил Кай после того, как ее выслушал. Сердце Алексии забилось чаще. Картина, которую он рисовал, казалась несбыточной, и все же она без раздумий ответила: — Конечно. Но только если Рэй и Рэйчел поедут с нами. — Они не поедут, — добавил Кай. — Только ты и я. Согласилась бы? Она вздохнула и, наконец, кивнула. Да, расставаться с Рэйчел было бы больно, но если бы Кай действительно предложил побег, она бы ни за что на свете не стала отказываться. Когда он сообщил об отъезде, Алексия, сама того не осознавая, надеялась, что он задумал именно бежать. Втайне она ждала, что он придет к ней с билетами на самолет, и когда этого не случилось, почувствовала разочарование. За пару дней до его предполагаемого возвращения она вдруг начала тревожиться и прокручивать в голове самые мрачные сценарии. Вдруг они больше никогда не увидятся? Может, Кай давно вынашивал план побега и хотел взять ее с собой, но что-то сорвалось, и тогда он решил исчезнуть в одиночку? Алексия знала, что поездка была как-то связана с работой, но все равно не могла отбросить тревожные мысли. Он не выходил на связь, а писать ему первой она не решилась — вдруг не ответит, и она станет волноваться еще сильнее. Он был оффлайн в мессенджерах. Рэйчел сказала, что Кай отключил геолокацию в Find My, поэтому тоже не знала, куда он мог деться. Что Алексия будет делать, если он так и не вернется? Эта мысль была невыносимой. Без Кая она продолжала тренироваться самостоятельно. Он составил для нее план заранее, так что она знала, чем занять себя в зале и тире. Как-то раз, направляясь в раздевалку после тренировки, Алексия случайно столкнулась в коридоре с Тайлером. С удивлением она осознала, что давно не видела его в школе. Они поздоровались, и она спросила его об этом. — Меня отстранили на две недели, — признался Тайлер с кривоватой улыбкой. — За драку. — Серьезно? — удивилась Алексия. Не то чтобы Тайлер был пай-мальчиком, но ей всегда казалось, что он был достаточно умен, чтобы не нарываться на неприятности. — С кем? — Да есть у нас в команде один, — начал он, раздраженно пожав плечами. — В этом году его сделали капитаном, и меня это бесит. Какого хрена именно его? Еще цепляется ко мне постоянно, я тупо не выдержал. Теперь он в гипсе и какое-то время не может играть, а меня выкинули из команды и отправили на обязательные курсы по управлению гневом, представляешь? Он рассмеялся, а она лишь выдавила слабый смешок, хотя ситуация веселой ей не казалась. — На тебя могут подать заявление, — отметила она серьезным тоном. — Не, родители все уладили. — А как же колледж? Это могут занести в личное дело. — Похоже, с колледжем пролет, — признался он, пожав плечами. — Исключение из команды оформили как дисциплинарное взыскание, так что шансы на поступление у меня теперь невелики, это факт. Но ничего, я уже придумал, чем займусь после школы. — Тайлер, ты творишь какую-то дичь, — не выдержала Алексия, раздраженно закатив глаза. Ее бесило, что кто-то так беспечно относился к своему будущему, когда как сама она постоянно думала о том, что упустила кучу возможностей из-за прошлых ошибок. — Ну зачем ты устроил эту драку? Ты хоть понимаешь, что это загубило тебе жизнь? — Кто бы говорил, Алекс, — ответил он с легкой ухмылкой. — Видел на днях одно видео. Друг дал посмотреть. Я бы тебе показал, но у меня его нет — пересылать запрещено. Скажи, имя Джастин тебе ни о чем не говорит? Алексия на мгновение потеряла дар речи. Ее охватила паника, но она быстро взяла себя в руки. Несколько секунд она просто смотрела на Тайлера, пытаясь понять, как много ему было известно. — Что было на видео? — наконец спросила она. — Будто не догадываешься. Ты сломала руку парню выше и тяжелее себя. Участвуешь в боях без правил? Зарабатываешь этим? Кай точно твой парень или просто тебя тренирует? Может, получает процент с твоих выигрышей? «Ты ни черта не знаешь, — с облегчением выдохнула она. — Это хорошо. У меня и в мыслях не было, что кто-то мог заснять наш бой и показать друзьям. Это очень серьезная проблема». Кая в городе не было, и посоветоваться, как правильно действовать в подобной ситуации, ей было не с кем, но Алексия знала, что должна была выяснить, кто именно показал видео Тайлеру. — Откуда у твоего друга это видео? — спросила она, стараясь казаться спокойной. — Сам его снял, — ответил он. — Меня с собой тоже звал, но у нас была игра, и я не пошел. Знал бы, кого увижу на ринге, непременно заглянул бы. Не думал, что ты у нас такая боевая штучка. — Как его зовут? — А тебе зачем? — Его лицо вдруг посерьезнело. — Извини, Алекс, но друга я сдавать не стану. Мало ли что. Он послабее Джастина будет, а я видел, на что ты способна. С этими словами Тайлер исчез в мужской раздевалке, оставляя Алексию в растерянности. Она сжала кулаки, подавляя желание что-нибудь сломать. Оставлять это так просто она не собиралась. — Привет, мне нужна помощь, — сообщила Алексия, набрав номер Тернера. Она вспомнила, что не только Кай мог решать ее проблемы. Тернер был обязан помочь. Разве не для этого она терпела все их встречи? — Что случилось? — спросил тот заинтересованно. Вероятно, его тоже удивило, что она вдруг обратилась к нему за помощью. — Кто-то заснял наш с Джастином бой — один парень из школы сказал, что видел запись. — Съемка не запрещена, — ответил Тернер, явно не разделяя ее волнений. — Главное, чтобы видео не заливали в сеть и не пересылали людям не из банды. Твой знакомый получил копию? — Нет, смотрел с телефона друга. — Тогда все в порядке, никто ничего не нарушил. — Билл, ты не понимаешь, — перебила его Алексия, с трудом сдерживая раздражение. — Если инфа о видео всплывет в школе, администрация заявит в опеку. И что тогда? Уверен, что сможешь откупиться? Оно вообще тебе надо? Напоминаю: я все еще несовершеннолетняя. На том конце линии повисла тишина. Тернер явно обдумывал ее слова. Наконец он произнес: — Хорошо. Я выясню, кто это был, и попрошу парней быть осторожнее. — Я хочу знать имя. И поговорить с ним лично. Удивительно, но Тернер не стал спрашивать, зачем ей было это нужно, а просто согласился, и у Алексии словно открылось второе дыхание. Вот как это работает! Просто звонишь и просишь! Возможно, Рэйчел чувствовала себя именно так, когда добивалась своего. — И еще кое-что, — добавила Алексия, решив закрепить успех. — Можно мне одну из твоих машин? Кай в отъезде, а с такси возиться надоело. Не все согласны ехать в тир, потому что это промзона, и водителя каждый раз приходится искать целую вечность. Мне подойдет любая развалюха, лишь бы ездила. — Не вопрос. Попрошу пригнать что-нибудь к твоему дому. Она едва верила, что смогла так легко решить обе проблемы. Тернеру понадобилась всего пара часов на то, чтобы узнать, кто дружил с парнем по имени Тайлер Брукс, и тем же вечером, получив ключи от своей новенькой машины, Алексия направилась в тир, чтобы с ним пообщаться. Она не до конца понимала, зачем ей была нужна эта встреча, но, когда та состоялась, не пожалела о своем импульсивном решении. Парень, с которым она встретилась, был одним из охотников, и до этого они не пересекались. Оказалось, он тоже поставил на ее победу хорошие деньги, поэтому был рад ответить на все ее вопросы. Так Алексия узнала, что Тайлер планировал вступить в банду Тернера и находился в листе ожидания с весны. Это многое объясняло, включая его слова о мечте и планах на жизнь после школы. Кто бы мог подумать, что они тренировались ради одной и той же цели! К счастью, о том, что она спала с Тернером, Тайлер пока не знал, как и о том, кем ей приходился Кай на самом деле. Его друг вообще старался поменьше рассказывать о Тернере и его людях, по крайней мере пока Тайлер не станет частью банды. Перед уходом Алексия попросила его переслать ей то видео, потому что хотела посмотреть на себя со стороны. — С ума сойти, ты прям валькирия, — воскликнула Рэйчел, когда Алексия показала ей запись. — Я тогда едва дышала от волнения и даже не обратила внимания на то, как классно ты дралась. Бой не продлился и десяти минут — видео обрывалось на моменте, когда Кай оттаскивал ее от Джастина. Алексия вновь удивилась тому, каким сильным он был, раз сумел рывком приподнять ее над полом и не сорвать при этом спину. — Интересно, сколько людей видело этот ролик? — задумалась она. — Были ли среди них другие мои знакомые? — Если и были, то лишь Тайлер оказался достаточно туп, чтобы сообщить тебе об этом, — ответила Рэйчел с усмешкой. — Очевидно же, что о таких вещах стоит помалкивать. Не уверена, что он годится для работы после такого. — Я попыталась убедить Билла вычеркнуть его из листа ожидания, но тот сказал, что это не мое дело, — вздохнула Алексия. — Говорит, Тайлер уже прошел вступительные испытания, и о нем хорошо отзываются. Ну и черт с ним. Когда он узнает, что я тоже в банде, сюрприз ему гарантирован. Рэйчел отметила, что Алексия сильно изменилась за последние месяцы — стала жестче и увереннее. Год назад она стеснялась отстаивать свои границы, беспокоилась о том, что о ней могли подумать другие, сомневалась в своих решениях, а теперь действовала быстро и четко. Возможно, дело было в том, что ей было больше нечего терять. Хладнокровие, о котором говорила Рэйчел, на самом деле было выгоранием и смирением. Алексия просто устала постоянно бояться. Кай вскоре вернулся, и она ощутила огромное облегчение. Он снова был рядом, а не исчез, как она втайне опасалась. В ответ на вопрос о своем отсутствии он лишь пошутил, что подыскивал им с Алексией убежище для побега. Она ему не поверила, потому что знала, что он отсутствовал по работе и не мог делиться подробностями, но фантазировать на тему побега было приятно. Кай вернулся прямо ко дню ее восемнадцатилетия, который отпраздновали вчетвером в тихом дружеском кругу, несмотря на бурное недовольство Рэйчел, мечтавшей закатить грандиозную вечеринку. Как Алексия и надеялась, Кай действительно подарил ей пистолет, но вместо Colt выбрал Heckler & Koch USP, пояснив, что тот вмещал вдвое больше патронов и был легче в обслуживании. Вскоре наступило Рождество, и оно прошло по традиционному сценарию: ветчина, безалкогольный пунш, Форрест Гамп и обмен подарками. Алексия приехала на машине Тернера и радовалась тому, что больше не зависела от такси. Кай пытался научить ее играть в бильярд, но она то и дело промахивалась. Он усмехался и наклонялся ближе, чтобы направить ее руку, а она чувствовала его дыхание у себя над ухом и нарочно ошибалась, чтобы вынудить его прикасаться к ней чаще. Рэйчел наделала кучу снимков для инстаграма и вновь попросила Кая обнять Алексию для фото, чтобы создать видимость, будто они пара. Позже, просматривая эти снимки, Алексия с горечью размышляла о том, что тоже стала частью толпы, лгущей в соцсетях ради красивой картинки, но вместе с тем ей казалось, что Кай обнимал ее искренне, и несмотря ни на что сам праздник был для нее таким же светлым и радостным, как и на снимке. Поэтому то, что произошло позже, стало для нее полной неожиданностью. Рэйчел тихонько посапывала, а Алексия лежала на спине, глядя в потолок. Сон не шел. Что-то беспокойно шевелилось внутри, требуя внимания, но она никак не могла понять, что именно. Ей было тревожно, будто в воздухе ощущалось напряжение. Может, причина была в том, что она находилась не у себя дома, а в чужой квартире и кровати? Раньше она уже ночевала у Рэйчел и тогда тоже не сразу сумела уснуть. «Может, стоит немного походить?» — подумала она и осторожно встала с кровати, стараясь не разбудить подругу. Оказавшись в коридоре, Алексия остановилась, размышляя, куда пойти. В гостиной ночевал Рэй, и она не хотела его беспокоить. Если бы там был Кай, было бы проще. Идти к нему в гостевую комнату она постеснялась — решит еще, что задумала его соблазнить. Немного подумав, Алексия направилась в гостевую ванную. Включив свет, она остановилась перед зеркалом и долго рассматривала на свое отражение, словно видела себя впервые. Лицо показалось чужим, каким-то незнакомым. Грудь внезапно сдавило, и стало тяжелей дышать. «Что это?» — пронеслось в голове. Она попробовала вдохнуть глубже, но воздух словно застрял на полпути. «Черт возьми, что со мной? Может, это аллергия? — размышляла Алексия, судорожно хватая воздух ртом. Руки вдруг стали ватными, и ее охватила паника. — Я сейчас умру! Прямо здесь! И никто не узнает! Нужно разбудить Рэйчел…» Но ноги не двигались, и вместо этого Алексия медленно сползла на пол у раковины, чувствуя, как в груди бешено колотится сердце. Во рту пересохло, а голова закружилась так сильно, что она уже не была уверена, что дойдет до спальни Рэйчел. «Так вот как умирают люди? Может, это отек Квинке? Тогда скорая не успеет… Сейчас же праздники, они вообще работают? Что я могла съесть? А если ребята тоже отравились и умирают сейчас так же, как и я?» Ее мрачные мысли прервал Кай, заглянувший в ванную с озадаченным выражением лица. Он выглядел совершенно нормально, явно не страдал от отравления и, очевидно, не умирал. — Алекс, что случилось? — спросил он, опускаясь рядом с ней на корточки. В его взгляде мелькнуло беспокойство. Она лишь покачала головой, едва сумев жалобно прошептать: — Я умираю… И разрыдалась. Кай замер, удивленно уставившись на нее, и его можно было понять, ведь Алексия не плакала даже после смерти Эрнандо. — Алекс, в чем дело? — Я не могу дышать, — выдавила она. — Мне не хватает воздуха… Кай, я умру! Нужно вызвать скорую! Он нахмурился, внимательно осмотрел ее лицо, а затем проверил зрачки и осторожно взял за запястье, чтобы измерить пульс. Алексия и без того знала, что тот зашкаливал. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. — Опиши, что чувствуешь, — попросил он. — Тебе тяжело вдохнуть или выдохнуть? — Вдохнуть… Будто что-то мешает. У меня, наверное, легкие отказывают! — Успокойся, они так быстро не откажут, — заявил он уверенно, обхватив ее лицо ладонями, чтобы заставить на себя посмотреть. — Руки ватные? — Да… Ты знаешь, что со мной? Я умру? — Нет, не умрешь. У тебя паническая атака. Она ему не поверила. — Какая еще паническая атака?! Кай, если я сейчас умру, ты будешь жалеть, что так долго тянул с медпомощью! Он не отвел глаз, продолжая удерживать ее лицо ладонями. — Алекс, я не вру. Одышка, онемение конечностей, страх смерти — это классическая паническая атака. Я такое уже видел. Ты не умираешь, клянусь. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы осознать услышанное. Неужели паническая атака способна вызвать столь сильные физические ощущения? Это казалось невероятным. Алексия никогда не задумывалась о значении этого термина. Она считала, это просто сильный испуг или легкий приступ волнения, но теперь поняла, как же ошибалась. Она не ожидала, что будет настолько невыносимо. — Как это прекратить? — спросила Алексия тихо, с трудом подавляя слезы. Кай тяжело вздохнул и мягко взял ее за руки, аккуратно массируя тыльную сторону ладоней большими пальцами. — Не знаю, — признался он. — Кажется, придется подождать, пока не пройдет само. Сейчас, когда делаю массаж, становится легче? Она покачала головой, все еще чувствуя, как грудь сжимает стальным обручем. — Я не могу ждать, Кай, — выдохнула она, высвобождая руки и вытирая слезы со щек. — Нужно сделать что-нибудь прямо сейчас. — Попробуй подышать в сложенные лодочкой ладони, — предложил он. Она подчинилась, хоть и не особо верила, что это поможет. — Дыши медленно, не торопись. Считай вдохи, если так легче. Хочешь, будем считать вместе? — Нет, я сама, — ответила она едва слышно. Удивительно, но это начало помогать. Симптомы панической атаки не отступили полностью, но рядом с Каем тревога становилась чуть менее оглушающей. Постепенно дышать стало легче, хотя полной свободы Алексия так и не почувствовала. Ей все еще было трудно сделать глубокий вдох, появлялось желание зевнуть, словно тело искало другой способ насытить себя кислородом. — Пойду в кровать, — сказала она, осторожно вставая на ноги. Руки больше не казались ватными, и это давало слабую надежду. Кай поднялся вместе с ней, слегка придерживая ее за локоть и вместе с ней покидая ванную. Сделав всего пару шагов по коридору без его помощи, Алексия почувствовала, как тревога начала накрывать ее вновь. Она остановилась и растерянно обернулась к Каю, словно ища в нем опору. Он сразу заметил ее замешательство, подошел ближе и взял за руку. — Можешь лечь со мной, — предложил он, словно прочитав ее мысли. Она не могла поверить, что он предложил это, но благодарно кивнула, позволяя ему перехватить инициативу. Они вместе направились в гостевую комнату. Там горел ночник, а постель была уже расстелена. Алексия села на краешек кровати, размышляя о том, что делать: лечь сразу или подождать, пока тревога немного ослабнет. — Алекс, я загляну на минуту в ванную и сразу вернусь, — предупредил Кай. — Никуда не уходи, ладно? Она кивнула, и он вышел. Оставшись одна, Алексия злилась на себя и свое состояние. «Почему это произошло именно сегодня? Почему вообще произошло?» — думала она, залезая под одеяло и накрываясь им с головой, чтобы скрыться от раздражающего света. Кай вернулся, как и обещал, спустя минуту, тихо прикрыл за собой дверь и залез в кровать. — Ты как там? — спросил он, приподнимая край одеяла. — Выключи свет, пожалуйста, — попросила она. Без лишних вопросов он подчинился, и свет ночника погас. Когда комната погрузилась в темноту, Алексия высунула голову из-под одеяла, повернулась лицом к Каю и, не увидев его, просто придвинулась ближе в поисках утешения. Тот обнял ее, позволив устроить голову у себя на груди. Она сжалась в комочек у его бока, чувствуя, как его спокойствие медленно передается и ей. Ей хотелось наслаждаться моментом их близости, но из-за своего состояния она была не способна почувствовать сейчас хоть что-то, кроме тревоги. Тем не менее присутствие Кая постепенно помогло расслабиться, и вскоре Алексия погрузилась в сон, забравший с собой последние отголоски пережитого страха. Глава 26 If you wanna play it like a game Well, come on, come on, let’s play ‘Cause I’d rather waste my life pretending Than have to forget you for one whole minute Crushcrushcrush, Paramore Всю ночь Алексия то и дело просыпалась. Панической атаки больше не было, но чувствовалось нечто остаточное. Это ощущение было сложно описать словами, оно парило на краю сознания, словно молчаливое напоминание о пережитом. Кай лежал рядом, и всякий раз, пробуждаясь от беспокойного сна, Алексия тянулась к нему с объятиями, прежде чем уснуть снова. Иногда он спросонья обнимал ее в ответ, будто инстинктивно стремился защитить от всего, что могло ее беспокоить, и это позволяло почувствовать себя в безопасности. В какой-то момент она поняла, что так часто просыпалась из-за непривычного ощущения чужого присутствия в кровати. Вероятно, по этой же причине ей было сложно уснуть рядом с Рэйчел. Алексии стало интересно, что чувствовал Кай, зная, что она лежит рядом. Она проснулась от резкого шума, раздавшегося из глубины квартиры. Кто-то уронил что-то на кухне, затем послышалось громкое шиканье Рэйчел, и все снова стихло. Алексия лежала на боку и ощущала руку Кая на своем животе — он обнимал ее сзади, прижимаясь грудью к ее спине. Было тепло и приятно, но он, вероятно, тоже проснулся из-за шума и спустя мгновение осторожно убрал руку и отодвинулся. Алексия повернулась к нему и увидела, как он потирает глаза, лежа на спине, растрепанный и сонный, но такой привлекательный. — Как ты? — спросил он, заметив, что она на него смотрит. — Сойдет, — ответила Алексия. — Тебе стоит сходить к врачу, — посоветовал Кай со всей серьезностью. — Будет паршиво, если нечто подобное случится во время работы. — Я схожу, — пообещала Алексия, разворачиваясь к нему всем корпусом. Кай лежал так близко, что было достаточно лишь наклониться, чтобы его поцеловать. Их взгляды встретились, и они несколько секунд не размыкали зрительного контакта. Казалось, у каждого было что сказать, но никто не решался заговорить первым. Алексия ждала хоть какого-то знака, намека, и когда Кай на мгновение взглянул на ее губы, решила действовать. Он остановил ее в последний момент, мягко положив ладонь ей на щеку и прижав подушечку большого пальца к губам. Его голос был низким и хриплым, когда он произнес: — Не искушай меня. — Почему нет? Мы оба хотим этого, — прошептала она, глядя ему в глаза. — Верно, — согласился Кай, — и оба понимаем, что будет, если об этом узнает Билл. Я не могу дать тебе того, чего ты хочешь. А просто секс… не стоит такого риска. Алексия ощутила разочарование, но отодвигаться не спешила, потому что ее вполне устраивал даже просто секс, а на риски ей было плевать. Тем более что вторая рука Кая вдруг оказалась на ее талии, а подушечка его большого пальца начала очерчивать изгиб ее нижней губы. От этих прикосновений по всему телу пробежали мурашки. — Кажется, теперь ты искушаешь меня, — прошептала Алексия, чувствуя напряжение внизу живота. — Не могу устоять, когда ты так близко, — ответил Кай еле слышно. Когда она коснулась подушечки его пальца кончиком языка, он шумно выдохнул, притянул ее к себе и накрыл губами ее губы: сначала мягко и осторожно, но с каждой секундой все требовательнее. Алексия ощутила, как его язык нетерпеливо скользнул внутрь, пробуждая волну жара, а руки пробрались под край ее футболки, касаясь обнаженной кожи и вызывая дрожь. Его дыхание было тяжелым и горячим, как и ее собственное, и ей до безумия хотелось просто раствориться в этом моменте. Набравшись смелости, Алексия провела ладонью по его торсу, постепенно опускаясь ниже, но в тот миг, когда пальцы почти коснулись ширинки, Кай резко перехватил ее руку и, словно пытаясь вернуть себе утраченный контроль, перевернул ее на спину и навис сверху, прижимая ее руку к кровати. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, пытаясь восстановить дыхание. Затем Кай медленно отстранился. — Снова будешь делать вид, будто ничего не было? — спросила Алексия, глядя в потолок, потому что боялась, что, если посмотрит на него, расплачется от обиды. Кай сидел на краю кровати спиной к ней. — Это не помогает, — произнес он с горечью и обернулся. Алексия все-таки посмотрела на него в ответ. Его взгляд скользнул по ее телу, такой жадный, заставивший пламя внутри нее вспыхнуть вновь. — Однажды мы не удержимся, Алекс. Но не сегодня. Возможно, будет правильнее подыскать тебе другого напарника. — Только попробуй, — заявила она холодно. — Клянусь, я сломаю тебе что-нибудь на прощание, если вздумаешь от меня избавиться. Кай рассмеялся и встал с кровати. Направляясь к двери, он бросил через плечо: — Не беспокойся. Черта с два я отдам тебя другому. Алексия осталась лежать на спине, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Вожделение постепенно отпускало. Решив не залеживаться, она поднялась и вышла из комнаты, столкнувшись в коридоре с Рэйчел. Та стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на нее с многозначительной ухмылкой. — Рэй готовит вафли, и я как раз шла звать вас на завтрак, — сообщила она и, схватив Алексию за руку, потащила к себе в спальню и закрыла дверь. — Рассказывай! Только быстро: не хочу, чтобы парни догадались, что мы сплетничаем. — Ночью у меня была паническая атака, и Кай мне помог. Между нами ничего не было. — Врешь! Ты вся красная! — Ладно, мы целовались, — призналась Алексия, закатив глаза. — Подробности расскажешь после завтрака, когда парни уедут. Мне тоже есть чем поделиться. Кай занял гостевую ванную, так что можешь умыться в моей. «Неужели она и Рэй?..» — мелькнуло в голове Алексии, но уточнить она не успела — Рэйчел уже скрылась за дверью. Вздохнув, Алексия направилась в ванную. Приведя себя в порядок, она присоединилась к остальным на кухне. Рэй крутился у вафельницы, а Кай стоял у кофеварки в ожидании своего капучино. Рэйчел сидела за столом, и Алексия заняла место рядом с ней. На столе красовалось блюдо с золотистыми вафлями, а рядом стояли мисочки со свежими ягодами, джемом и сливками. Рэйчел наполнила свой стакан апельсиновым соком из стеклянного кувшина. — Эти последние, так что вы вовремя, — сообщил Рэй, освобождая вафельницу. Пахло изумительно, и Алексия почувствовала, как просыпается аппетит. Кай поставил перед ней чашку со свежеприготовленным кофе, и она поблагодарила его взглядом. Оба старались вести себя как обычно, будто между ними ничего не было. — Ты в этом году снова не едешь к Биллу? — спросила Рэйчел у Кая, когда тот занял место за столом рядом с Алексией. Он кивнул. Алексия задумалась, хотела ли сама ехать на эту вечеринку. Был ли у нее выбор? Или даже в этом она была несвободна? — Ты ничего не теряешь, там каждый год одно и то же: бухло, порошок и оргии, — сообщил Рэй, перекладывая пару вафель с общего блюда себе на тарелку. — А, еще фейерверки в полночь. — Будь там только фейерверки, я бы, может, и пошел, — ответил Кай с усмешкой. — Остальное не интересно. Алексия представила, как они с Каем уединяются в одной из комнат в доме Тернера, и снова ощутила, как по телу разлилась волна возбуждения. Ей было достаточно малейшего намека, чтобы вспыхнуть вновь, как спичка. — Жаль. Рыженькая секретарша до сих пор тебя ждет, — протянула Рэйчел с театральным вздохом. — Представляешь, Алекс в прошлом году заявила ей, что ты встречаешь новый год с девушкой и чуть ли свадьбу не планируешь. Мы так хохотали! Алексии хотелось провалиться сквозь землю от стыда, когда она увидела, как изменилось выражение лица Кая. Он смотрел на Рэйчел так, словно собирался сказать ей что-нибудь грубое. Алексии даже стало немного легче от того, что его взгляд не переместился на нее: столкнуться с таким же презрением с его стороны она была не готова. — Глупая шутка, — ответил Кай сухо. — Лесли ничего вам не сделала. — А по мне вышло забавно, — пожал плечами Рэй, не замечая напряжения в воздухе. — Кстати, она и меня про тебя спрашивала, и, честно говоря, я едва удержался, чтобы не ответить что-нибудь в том же духе. Серьезно, сказал бы уже девчонке в лицо, что не собираешься перезванивать, а то так и будет за тобой бегать. Теперь напряженный взгляд Кая был адресован Рэю. — Только не говори, что спал с ней! — воскликнула Рэйчел, удивленно вскинув брови. — Давайте сменим тему, — предложил Кай. Алексия заметила, как быстро его лицо сменило выражение с раздражения на абсолютное безразличие, но то, как намеренно он избегал ее взгляда, выдавало его с головой. Очевидно, Рэйчел была права. По всей видимости, Рэй чувствовал себя виноватым в том, что проболтался, поэтому спешно принялся расспрашивать Рэйчел об учебе в колледже, и она охотно подхватила тему. Напряжение в воздухе стало понемногу угасать. После завтрака у Алексии так и не нашлось возможности переговорить с Каем с глазу на глаз — они с Рэем тут же стали собираться по домам. Кай лишь коротко уточнил: — Тебя подвезти? — Нет, я на машине, — ответила Алексия. — Тогда увидимся в следующем году, — произнес он с легким кивком. Слова прозвучали драматичнее, чем должны были, даже несмотря на то, что до нового года оставалось всего несколько дней и вскоре после этого они снова возвращались к тренировкам. На лице Кая не было ни разочарования, ни радости, и Алексия не смогла понять, что он чувствовал в тот момент, но знала, что чувствовала сама — в ней зарождалась странная тоска из-за скорой разлуки. Когда Рэй и Кай уехали, Алексия осталась наедине с Рэйчел, и та сразу же начала задавать вопросы, явно предвкушая горячие подробности. Пришлось рассказать и об их с Каем первом поцелуе в клубе. — Думаешь, ему только секс интересен? — спросила Рэйчел спустя небольшую паузу. Она выглядела немного разочарованной, будто рассказ не оправдал ее ожиданий. — Он упоминал, что никого не приглашал к себе домой, кроме тебя и меня, значит, не слишком-то заинтересован в серьезных отношениях. И прямо сказал, что не может дать мне того, чего я хочу. Зато упоминал, как водил кого-то в отели. — Думаешь, Лесли он тоже в отеле трахал? — Мог ездить к ней домой, — предположила Алексия, чувствуя, как от этой темы портится настроение. Теперь смеяться над рыженькой секретаршей было уже не так весело. Алексия даже представить себе не могла их с Каем вместе, в одной постели — мысль об этом вызывала отторжение. Она вдруг почувствовала жалость к Лесли, представляя, как больно ей, наверное, было осознавать, что для Кая их ночь ничего не значила. Хотела бы она сама пройти через такое? — Он разобьет мне сердце, вот увидишь, — призналась Алексия. — Я это чувствую. — Может, тогда и правда лучше попросить у Билла другого напарника? — осторожно предложила Рэйчел. — Мне не нужен никто, кроме него. Мы отлично понимаем друг друга, нам комфортно на заданиях и тренировках. С новым человеком придется снова притираться, привыкать, а я этого не хочу. Нужно просто держать дистанцию. Мы смогли общаться как раньше после того поцелуя в клубе — сейчас тоже сможем. Алексия поймала себя на мысли, что после того поцелуя их с Каем отношения все же были уже не такими, как прежде, но решительно отмахнулась от этой мысли. Она не имела ни малейшего понятия, поверила ли Рэйчел ее словам, но если и нет, то это лишь значило, что подруга отлично ее знала, потому что в глубине души Алексия была уверена, что как только подвернется подходящая возможность, она поцелует его снова. Сопротивляться этому искушению было невозможно. Алексия вспомнила, что Рэйчел тоже обещала кое-что рассказать. — Да, у меня тоже завязался тайный роман кое с кем, — подтвердила она. — Дай угадаю: его имя Рэй? — усмехнулась Алексия. Рэйчел закатила глаза. — Как банально и скучно. Нет, говорила же — Рэй мне как брат, я их с Каем вообще как мужчин не воспринимаю. — Значит, кто-то из колледжа? — Да. Его зовут Джордан, со второго курса, учится на бизнес-экономике. Сын какого-то бизнесмена из old money семьи. Алексия присвистнула. — Неплохая партия. Я думала, к таким мальчикам так просто не подкатить. — Но и я по легенде не из бедных, — с усмешкой ответила Рэйчел. — Мы познакомились на вечеринке для первокурсников, организованной его братством. Он сразу прицепился ко мне и, представь, пообещал сделать что угодно в обмен на поцелуй. — И что ты загадала? — У него Тесла Model S самой полной комплектации. Предлагал на ней покатать, но я отказалась — нашел чем впечатлить. Я и на более дорогих машинах ездила. Но сказала, что поцелую, если он ее разобьет — битой, бутылками, чем угодно. Главное, чтобы она как следует пострадала. — И он это сделал?! — Конечно, — с гордой улыбкой ответила Рэйчел. — Правда, пришлось просить братство о помощи — эту чертову машину не так-то просто покалечить. Но получилось красиво, у меня даже фото есть. Она достала телефон и показала снимок. Машина выглядела удручающе: разбитые стекла и царапины на корпусе, но по итогу все оказалось не так ужасно, как Алексия думала. — Страховая наверняка все возместит, — предположила она. Рэйчел равнодушно пожала плечами, словно ей это было абсолютно безразлично. — Так ты его поцеловала? — Да. В щеку, — ответила Рэйчел, и Алексия уставилась на нее с широко раскрытыми глазами, а затем разразилась смехом. — Ну, он же не уточнил, куда именно целовать! — попыталась оправдаться Рэйчел, широко улыбаясь. — Но все равно сиял, как дурак. Братство, конечно, захотело это оспорить, но другие девчонки встали на мою сторону, угрожая покинуть вечеринку, если от меня не отстанут, и те сдались. — Уверена, после такого Джордан либо возненавидел тебя, либо влюбился по уши. — Второе, — с довольным видом произнесла Рэйчел, и ее глаза загорелись еще ярче. Алексия не могла припомнить, видела ли когда-нибудь в них столько огня. Тернер, как бы ни старался, точно не делал ее такой счастливой. — Два месяца упрашивал меня пойти с ним на свидание! Сначала я не слишком-то ему доверяла, да и его попытки впечатлить меня деньгами не сработали — спасибо Биллу за это. Но в итоге согласилась, и это было потрясающе. — Куда он тебя повел? — В The Chicago Theatre. Сидели в VIP-ложе и слушали, как оркестр исполняет саундтреки из фильмов. А затем, — Рэйчел положила руку на грудь и сделала драматичную паузу, — вдруг объявляют, что следующая композиция посвящается Рэйчел Эртц. И, ты не поверишь, оркестр начинает играть главную тему из Форреста Гампа! — Ты говорила, что любишь этот фильм? — Нет! В том-то и дело! Он сам как-то узнал. Может, спросил у подруг, не знаю. Но в тот момент мое сердце дрогнуло. Я никогда раньше ни в кого не влюблялась, Алекс, я тебе уже говорила, но, похоже, в тот миг все изменилось. Я так расчувствовалась, что, когда они закончили, поцеловала его в губы! Просто не смогла удержаться. А потом мы пошли в Alinea пробовать особое дегустационное меню, и там с каждым блюдом подавали специально подобранное вино. И никто не спрашивал документы! Это было волшебно. Билл никогда не водил меня в такие места. — Главное, чтобы он не узнал, — заметила Алексия, нахмурившись. — Вдруг в театре был кто-то из его знакомых… — О, не переживай, — отмахнулась Рэйчел. — Билл в такие места не ходит, а его друзьям и вовсе нет никакого дела до того, как зовут его любовниц. Уверена, они даже имя мое не вспомнят, не то что фамилию. Да и я осторожна: сказала Джордану, что родители разозлятся, если узнают, что я бегаю по свиданиям вместо учебы, и ему даже понравилось, что я такая рассудительная. — У вас уже был секс? Рэйчел покраснела и прикрыла лицо руками, тихонько кивая. — Алекс, это было нечто! У меня никогда не было проблем с оргазмами, ты же знаешь, я много раз кончала с Биллом. Но с Джорданом… это не описать. Это было единение душ, а не секс. Рэйчел продолжила восторженно делиться подробностями своих отношений с Джорданом, а Алексия слушала, испытывая смешанные чувства. Она радовалась за подругу, но одновременно с этим боялась за нее. Слишком многое в этой истории напоминало ей саму себя. Алексии было понятно, почему Рэйчел так беспечно относилась к собственной безопасности. Ей слишком хорошо было знакомо ощущение, когда страсть и адреналин от запретной связи затмевают любые рациональные мысли. Их с Каем случайные прикосновения и продолжительные взгляды, полные скрытых значений, были глотком свежего воздуха в ее удушающей повседневной жизни. Она была вынуждена спать с человеком, которого не любила и боялась, и чем сильнее становились ее чувства к Каю, тем больше она осознавала опасность своего положения. Но даже этот страх не мог заставить ее перестать мечтать, и теперь, слушая Рэйчел, Алексия осознавала, что подруга испытывала нечто похожее. Возможно, они просто хотели почувствовать себя живыми, узнать, что были способны любить и быть любимыми, даже если это могло окончиться для обеих пулей в темном подвале. Спустя пару дней Алексия все-таки нашла врача, несмотря на праздничные выходные, и получила рецепт на антидепрессанты. Пакет с таблетками доставили в ближайшую аптеку. Она почувствовала облегчение, потому что боялась, что паническая атака повторится, особенно если она будет дома одна. Алексия понимала, что могла бы позвонить Каю, и он наверняка бы приехал даже посреди ночи, но твердо решила сдерживать такие порывы. В какой-то момент она задумалась, не зря ли так долго запрещала себе плакать. Возможно, если бы она позволяла себе делать это чаще, панические атаки не настигли бы ее так внезапно. Ей бы удалось по-настоящему оплакать смерть Эрнандо, а заодно и все остальные жизненные неурядицы, что обрушились на нее за последние полгода. Вместо этого она пыталась держаться и не показывать слабость и теперь пожинала плоды этой стойкости. В канун нового года ей было не по себе. Они с Рэйчел договорились встретиться у нее, чтобы вместе отправиться на вечеринку к Тернеру, но с самого утра Алексия чувствовала, что ей будет невероятно сложно заставить себя поехать туда и всю ночь изображать веселье. Она лениво лазила по интернету, пытаясь отвлечься, но становилось лишь хуже. Она с трудом затащила себя в душ, высушила волосы, но на большее не хватило сил. Достать платье из гардероба, нанести макияж, вызвать такси — все это казалось непосильной задачей. Когда настал момент ехать к Рэйчел, Алексия вдруг ощутила знакомую тяжесть в груди. Возможно, снова начиналась паническая атака. Это было уже слишком. Она написала Рэйчел, что плохо себя чувствует и никуда не поедет. Та ответила грустным смайлом, но не стала задавать вопросов. Алексия знала, что подруга поймет и прикроет перед Тернером, если потребуется. Единственное, чего она боялась — что тот захочет привезти ее на вечеринку силой. «Если он это сделает, поеду как есть: в банном халате, без макияжа, с неуложенными волосами. Пусть потом всю ночь прячет меня от гостей», — думала Алексия с раздражением. К счастью, Тернер никак не отреагировал на ее отсутствие, даже не написал. Помаявшись от тревоги до половины десятого, Алексия постепенно начала успокаиваться. Она ощутила облегчение, осознав, что никто не собирался тащить ее на вечеринку силком. И именно в тот момент в голове зародилась безумная идея. «Интересно, что сейчас делает Кай?» — думала она, листая ленту инстаграма. Знакомые уже наперебой делились фото и видео с новогодних празднований, но Алексия не чувствовала зависти или грусти от того, что не была частью этой шумной толпы — наоборот, она была рада, что ей не нужно было притворяться счастливой. Показное и натужное веселье других ее скорее раздражало, поэтому она закрыла приложение и задумчиво уставилась на экран. Палец завис над иконкой Google Maps. Она долго колебалась, не решаясь поддаться соблазну. «Что я творю…» — шептала она, но мысли о Кае не давали покоя. В конце концов она сдалась. Алексия не знала его точный адрес, но приблизительно помнила, где находился его дом, ориентируясь по положению башни Иллинойского университета. Пришлось перейти в режим просмотра улиц, и в конце концов она нашла нужное здание. Быстро переодевшись во что-то более приличное, чем банный халат, она спустилась к парковке. Дорога была долгой из-за пробок, однако машина медленно, но верно продвигалась к цели, а Алексия терзалась сомнениями. «Может, надо было предупредить? — размышляла она, разглядывая соседей по пробке. Кто-то спешил домой, кто-то — на вечеринку в центр, а куда ехала она? — Нет, если его не будет дома, я просто поеду обратно, и он ни о чем не узнает. И тогда мне не будет так стыдно за свою выходку». Наконец она оказалась на месте. Припарковавшись, Алексия огляделась, пытаясь припомнить, действительно ли это был тот самый дом. Других похожих зданий поблизости не было, поэтому она направилась к подъезду и вдруг поняла, что совершенно не помнит номер квартиры Кая. Она точно знала, что квартира была на пятом этаже, но вот какая буква следовала за цифрой пять, напрочь забыла. На его этаже было шесть квартир, и на домофоне указывались лишь их номера — фамилий жильцов не было. Нажимать на кнопки от 5А до 5F наугад в надежде попасть куда нужно она не стала, потому что не хотела общаться с соседями и что-либо им объяснять, решив вместо этого дождаться, пока кто-нибудь не выйдет из подъезда. Тем временем с неба посыпался мокрый снег, а ветер усилился. Алексия не брала с собой ни шапку, ни шарф, а у пальто не было капюшона. Руки замерзли, и она спрятала их в карманы, но возвращаться в машину не спешила: вдруг кто-то из жильцов выйдет наружу, и тогда она не успеет придержать дверь. Алексия простояла у подъезда минут десять, чувствуя, как холод пробирается к пальцам ног, пока наконец не сдалась: она нажала на одну из кнопок домофона в надежде, что кто-нибудь из соседей пожалеет ее и откроет дверь, но ответа не последовало. Выждав несколько секунд, Алексия нажала на другую кнопку, но ее вновь проигнорировали. «Здесь вообще живет хоть кто-нибудь, кроме Кая?» — раздраженно размышляла она, сделав третью попытку дозвониться. Вариант написать Каю она пока не рассматривала: и так чувствовала себя глупо, решившись на эту авантюру. Но судьба наконец над ней сжалилась: у подъезда остановилось такси, из которого никто не вышел, и это могло означать лишь одно — водитель ожидал кого-то из жильцов. Спустя пару минут дверь подъезда распахнулась, и на улицу выпорхнула девушка, одетая явно для вечеринки. Обменявшись неловкими улыбками, они разминулись: девушка направилась к такси, а Алексия скользнула в подъезд, испытывая облегчение от того, что наконец оказалась в тепле. Еще немного, и она получила бы обморожение ног. «Было бы неловко признаваться Каю, почему у меня больше нет пальцев на ногах, — мысленно потешалась Алексия, заходя в лифт. — Я потеряла их, стоя как дура у дверей твоего подъезда, потому что хотела устроить тебе сюрприз на Новый год!» Квартира Кая находилась недалеко от лифта, и Алексия была уверена, что стояла сейчас перед его дверью, однако, поднимая руку к звонку, внезапно остановилась. «Что, если он не один?» — ужаснулась она. До этого момента она предполагала, что Кай мог быть не дома, даже с усмешкой представляла, что он все же решил отправиться на вечеринку к Тернеру и теперь искал ее там. Но мысль о том, что он мог проводить время с другой девушкой, возникла лишь сейчас, когда Алексия оказалась у его дверей. «Это будет бумеранг космических масштабов, — подумала она, вспомнив, как год назад подшутила над Лесли. — Но, как ни крути, заслуженный. Мне не стоило издеваться над ней, будучи в том же положении». Отгоняя тревожные мысли, Алексия сделала глубокий вдох и решительно нажала на звонок. «В худшем случае это будет минута позора, после которой я просто поеду домой. Зато буду знать, что сделала все возможное», — пыталась она себя успокоить. Встав так, чтобы ее было видно в глазок, Алексия принялась терпеливо ждать. Ей уже начало казаться, что дома никого нет, когда дверь наконец открылась. Кай выглядел немного сонным и был одет по-домашнему. Он смотрел на свою нежданную гостью с удивлением и, к ее радости, не казался рассерженным ее ночным визитом. — Алекс, что ты тут делаешь? — спросил он, отходя в сторону, чтобы пропустить ее внутрь. «Уже хороший знак, — подумала она с облегчением. — Если бы он был не один, не стал бы этого делать». — Ты вся в снегу. Шла пешком от метро? — Нет, — покачала головой Алексия, снимая пальто. — Ждала, пока кто-нибудь откроет дверь. — Почему не написала? Я бы открыл. Вот теперь она действительно почувствовала себя глупо. Зря она в нем сомневалась. Кай бы не прогнал ее. — Телефон сел, — солгала она, надеясь, что никто не решит позвонить ей в этот момент, тем самым раскрыв ее обман. — Можешь поставить на зарядку в гостиной, — предложил Кай, явно встревоженный ее неожиданным появлением. — Что-то случилось? — Нет-нет, все в порядке, — быстро ответила Алексия, стаскивая ботинки. Пол приятно согревал замерзшие ступни. Ненадолго заглянув в гостиную, чтобы поставить телефон на зарядку, и предусмотрительно положив его экраном вниз, чтобы Кай не заметил, что на самом деле батарея была заряжена как минимум наполовину, она присоединилась к нему на кухне. — Кажется, у меня где-то был ромашковый чай, — задумчиво пробормотал Кай, осматривая кухонные полки. — Вот он. Сейчас заварю, чтобы ты согрелась. Алексия села на стул, наблюдая за тем, как он наливал воду в чайник, а затем читал инструкцию на коробке с чаем, чтобы понять, как его заваривать. Она приехала к нему не за чаем, но не стала спорить. Алексия уже получила то, чего хотела — она его увидела. Кай сел на соседний стул, ожидая, когда закипит чайник. Они молча смотрели друг на друга, пока Алексия не улыбнулась. Ее сердце забилось быстрее, когда он улыбнулся в ответ. Было нечто чарующее в простоте этого момента: тихая кухня, Кай рядом, и никто их не беспокоит. «Разумеется, я приехала не просто так, — думала она. — Я хочу большего. Ты тоже этого хочешь. Как быстро ты сдашься?» Будто прочитав ее мысли, он спросил: — Алекс, зачем ты здесь? Она сделала паузу, пристально глядя на него, и, чувствуя, как дрожит голос, ответила: — А ты разве не догадываешься? Кай задержал взгляд на ее лице, словно ища там подтверждение своим мыслям или ответы на вопросы, которые не решался задать. Он явно все понимал, но медлил, будто давая ей шанс отступить, отшутиться или сменить тему. «Ни за что, — твердо решила она. — Если хочешь оттолкнуть меня, делай это сам. Я не собираюсь облегчать тебе задачу». Чайник уже вскипел и выключился, но Кай, казалось, не замечал этого и не двигался с места. Тишина между ними стала почти осязаемой. Наконец он хрипло произнес: — Алекс, послушай… Он обхватил ее ладони своими и слегка сжал. Было видно, как сильно он нервничал. Его руки поднялись выше, скользнули по ее плечам, а затем Кай осторожно убрал прядь волос ей за ухо и замер, внимательно осматривая ее лицо. Он ненадолго прикрыл глаза, будто борясь с собой, а затем со вздохом резко бросил: — А впрочем… пошло оно все к черту. Иди сюда. Он мягко потянул ее к себе, и Алексия не стала сопротивляться — молча встала со стула и устроилась у него на коленях. Кай обнял ее за талию, помогая усесться поудобнее, и тут же потянулся к ее губам. Она только этого и ждала и сразу же ответила на поцелуй, наслаждаясь теплом его рук и тем, как легко пала его защита, стоило ей проявить лишь немного твердости. Глава 27 Don’t kid yourself And don’t fool yourself This love’s too good to last And I’m too old to dream Blackout, Muse Поцелуй был недолгим. Оторвавшись от ее губ, Кай с легкостью подхватил Алексию на руки и встал со стула. Она удивилась тому, как надежно чувствовала себя в его руках, уверенная в том, что он ее не уронит. Он отнес ее в спальню и бережно уложил на кровать, нависая сверху. Его взгляд скользил по ее лицу, а пальцы неспешно очерчивали контуры щек и губ. Алексия инстинктивно потянулась к ним за лаской, как кошка. Когда он вновь приник к ее губам, поцелуй был совсем другим — не таким, как в клубе, когда он набросился на нее с такой жадностью, словно пытался утолить мучительную жажду близости за те несколько доступных им секунд. В этот раз поцелуй был неторопливым, глубоким, тягучим, словно у них было все время мира. Но постепенно неторопливость сменялась импульсивностью. Движения Кая становились резче и требовательнее. Его руки исследовали ее тело, а губы осыпали поцелуями лицо, шею и ключицы. Когда он стал расстегивать пуговицы на ее одежде, Алексия почувствовала, как все внутри сжалось от предвкушения. Руки сами потянулись к его футболке и скользнули под ткань, чтобы ощутить горячую кожу и напряженные мышцы. Поддавшись импульсу, Алексия потянула край футболки вверх, желая наконец увидеть его торс без одежды. Кай ненадолго замер, словно позволяя себя осмотреть, и она, откинув футболку прочь, наслаждалась увиденным. Каждое движение мышц подчеркивало, каким атлетичным было его тело. В одежде он казался меньше, но теперь было очевидно, что Кай не зря проводил время в тренажерном зале. Его руки, уверенные и теплые, скользили по ее телу, словно желали изучить каждый дюйм. Когда Кай нащупал молнию на ее джинсах, у нее перехватило дыхание — они никогда не заходили так далеко. В ту же секунду Алексия испугалась, что их могли прервать, но ничто так и не нарушило их уединения, и он уверенно продолжил ее раздевать, пока не снял всю одежду и, оставляя влажную дорожку из поцелуев, не добрался до места, где ее еще никогда не касались языком. Это было опьяняюще и порочно, но так приятно, что временами Алексия забывала дышать, полностью погруженная в новые, доселе незнакомые ощущения. Тело отзывалось на каждое прикосновение, и она, обычно сдержанная в проявлении чувств в постели, уже не пыталась приглушать стоны, не заботясь о том, что их мог кто-то услышать. Ее переполняли эмоции, и Каю понадобилось не так много времени, чтобы довести ее до оргазма. Тот накрыл ее с такой силой, что на несколько мгновений Алексия утонула в собственных ощущениях, забыв обо всем вокруг. Впервые она испытала нечто подобное благодаря другому человеку. Она даже переживала, что была не способна кончать с кем-то еще по каким-либо физиологическим причинам, но Кай доказал обратное и показал, что все возможно, когда мужчине рядом с тобой не все равно. Тернер никогда не стал бы тратить столько усилий на что-то, что не приносило удовольствия ему лично. Кай взял бутылку воды с прикроватной тумбочки, сделал пару глотков и предложил Алексии. Она отказалась, не желая нарушать эту сладкую расслабленность и напрягаться, чтобы поднять голову. Вместо этого она продолжила лежать, наслаждаясь остатками приятной неги. — Как ты? — спросил Кай, вернув бутылку на место. Она заметила довольную полуулыбку на его лице и лишь невнятно кивнула в ответ, но этого было достаточно, чтобы он все понял. — Готова продолжать? Или посмотрим фильм? Только сейчас Алексия заметила, что на экран, висящий на стене напротив кровати, было выведено изображение с проектора. Видимо, Кай что-то смотрел, когда она пришла, и на полотне застыла сцена незнакомой ей истории. Но та ее не заинтересовала. Произошедшего было недостаточно, чтобы утолить ее голод. — Продолжим, — произнесла Алексия хрипло. Кай внимательно осмотрел ее, будто оценивая, насколько она была уверена в своем желании, затем молча кивнул и направился к креслу у окна, где лежал его рюкзак. Он спокойно достал оттуда презерватив и, не торопясь, снял с себя остатки одежды. Алексия впервые видела его полностью обнаженным. Ее взгляд задержался на его фигуре, и она позволила себе насладиться этим моментом, разглядывая его без тени смущения. Это было так странно — видеть Кая таким, каким никогда прежде не видела, но часто представляла в своих фантазиях. И теперь он стоял перед ней, нисколько не стесняясь своей наготы, и она не могла отвести глаз. Надев презерватив, он вернулся на кровать и притянул Алексию ближе к себе за бедра. Он двигался неторопливо, а его взгляд неотрывно следил за выражением ее лица, словно Кай хотел знать, если ей вдруг станет больно, но этого так и не случилось. Он опирался на одну руку, а другой ласково касался ее лица и смотрел в глаза, внимательно и пристально, и это делало момент едва ли не интимнее самого процесса. Обычно, занимаясь сексом, Алексия закрывала глаза, но в этот раз ей хотелось его видеть. Она разглядывала его лицо, отмечая каждую деталь: губы, на которых виднелись следы ее поцелуев, густые ресницы и серо-зеленые глаза, в полумраке комнаты казавшиеся почти черными. Его кожа была горячей, почти обжигающей, словно у него была лихорадка. Алексия наслаждалась каждым прикосновением, каждым движением, каждым звуком, что издавал Кай. Ей было приятно просто ощущать его внутри и чувствовать, как крепко он сжимал ее в объятиях в моменты наибольшего наслаждения. Его дыхание смешивалось с ее собственным, сбивчивым и неровным. Алексия знала, что, скорее всего, не сумеет достичь оргазма, но это казалось неважным, ведь она чувствовала рядом с ним особую близость, которую никогда не испытывала с другими. Это выходило за пределы простого телесного контакта. Это была связь, значимость которой не нуждалась в объяснениях. Спустя некоторое время его движения замедлились: даже Кай, такой спортивный и выносливый, нуждался в передышке. Остановившись, он лег рядом, глубоко дыша. Алексия повернула голову, чтобы посмотреть на него, и улыбнулась, заметив, каким утомленным он выглядел. Не раздумывая, она потянулась к его губам, и он ответил на поцелуй, прижимая ее к своему разгоряченному телу. Она не могла поверить, что все это происходило в действительности. Реальность превзошла даже самые смелые фантазии. Его страсть, его забота, его невероятная чуткость по отношению к ее телу — все это было таким идеальным, что казалось, будто Алексия погрузилась в волшебный сон и теперь боялась проснуться и узнать, что на самом деле ничего из этого не происходило. Кай был просто безупречен. Жаль, что он мог предложить ей лишь секс. Он не принадлежал ей — и она ни на секунду не позволяла себе забыть об этом. Стараясь не зацикливаться на этой мысли, Алексия медленно провела ладонью по его груди и животу, ощущая жар кожи. Они вновь поцеловались. Хвойно-фруктовый аромат его одеколона сводил ее с ума. Его рука, скользнув по спине, притянула ее ближе, заставляя их тела соприкоснуться как можно плотнее. — Какая же ты красивая… — прошептал Кай, нарушая тишину. Они лежали в обнимку, и тело Алексии окутала приятная усталость. Постель все еще хранила их тепло, а подушка пахла его шампунем, напоминая о близости, которую они недавно разделили. Она закрыла глаза, словно хотела запечатлеть этот момент в памяти, и мысленно позволила этим ощущениям проникнуть глубже, стать ее частью, скользнув пальцами по его разгоряченной коже. Как вдруг тишину нарушил грохот. Алексия вздрогнула, услышав этот звук, и перевела взгляд на Кая. Он медленно поднялся и выглянул в окно, внимательно осматривая улицу. — Похоже, уже полночь, — догадался он. — Со стороны озера запускают фейерверки. Жаль, отсюда почти ничего не видно. С Новым годом, Алекс. Она легонько тапнула по экрану часов, чтобы узнать время. — Новый год идет уже целую минуту, — прокомментировала она. — Ну, может, хоть этот окажется нормальным. Кай принялся одеваться. Алексия оставалась обнаженной, и это нисколько ее не смущало, однако спустя мгновение она все же поднялась с кровати, чтобы надеть белье, а затем, не раздумывая, выхватила из рук Кая его футболку. — Ты ведь не против? — спросила она и, не дождавшись ответа, принялась натягивать футболку на себя. Он лишь усмехнулся в ответ. Нижний край футболки едва прикрывал ягодицы, и Алексия поймала жадный взгляд Кая на своих обнаженных бедрах. — Хочешь перекусить? — поинтересовался он, и она с готовностью кивнула, осознав, что после такого энергозатратного занятия небольшой перекус пришелся бы весьма кстати. — А что у тебя есть? — поинтересовалась она, следуя за ним на кухню. — Могу сделать омлет или сэндвичи, — предложил Кай, задумчиво осматривая холодильник. — Есть греческий йогурт и ягоды, если ты не очень голодная. Алексия закатила глаза и усмехнулась. Разумеется, он следил за питанием. — А что-нибудь вредное у тебя найдется? Может быть, пицца? Я очень голодная. — Пицца? — переспросил он и рассмеялся. — Нет, такое я дома не держу. Но могу сделать блинчики. — Небось какие-нибудь особые блинчики без сахара, на овсяной муке и с миндальным молоком? — спросила она с подозрением. — Нет, самые обычные, вредные, калорийные блинчики, — ответил Кай, усмехнувшись. — И у меня даже найдется к ним джем. — Тогда одобряю, — ответила Алексия с улыбкой и устроилась на стуле, наблюдая за тем, как он собирал все необходимое для готовки. Они ели, сидя за кухонным столом и обмениваясь ленивыми репликами. После страсти, что разгоралась ранее, этот момент казался таким домашним и спокойным. После перекуса они решили запустить заново фильм, который Кай смотрел до ее прихода, однако сосредоточиться на просмотре не получилось: спустя несколько минут Алексия поймала на себе его взгляд, полный желания, и они занялись любовью снова. Во второй раз все было спокойнее и нежнее, и в какой-то момент она осознала, что происходящее значит для нее гораздо больше, чем она готова была признать. Алексия была влюблена в Кая и не знала, было ли это взаимно или же он просто утолял собственную похоть, поэтому каждый его поцелуй и прикосновение делали мгновения рядом с ним одновременно невыносимо сладкими и болезненными. — Что читаешь? — спросила она, когда они закончили, заметив на тумбочке книгу. Алексия потянулась за ней, чтобы рассмотреть поближе, и прочла название вслух: — Эхопраксия. Интересная? — Неплохая, — ответил Кай. — Люблю научную фантастику. Это вторая часть, первая зашла больше. Ее даже номинировали на Хьюго. Хочешь почитать? Алексия кивнула, и он встал с кровати и подошел к стеллажу, пара полок которого была заставлена книгами. Библиотека у Кая была небольшая, и он без труда отыскал нужный томик. Вернувшись к кровати, он протянул находку Алексии. — Спасибо, — ответила она, забирая книгу, и улыбнулась, осознав, каким значимым для нее стал этот момент. Это было чем-то сакральным, глубоко личным, более интимным, чем то, что они делали в постели. Связь с Тернером давно изменила ее отношение к сексу: она воспринимала его как нечто механическое, лишенное особой значимости, как обычную физиологию. И хотя секс с Каем ощущался иначе, в общем и целом, это был всего лишь процесс, который мог принести удовольствие, но не рождал настоящую привязанность между двумя людьми. Но книги… Книги были на другом уровне. Делить с кем-то любимую литературу — все равно что позволить человеку заглянуть вглубь своей души, приоткрыть дверь в собственный мир, в свои мысли. И то, что именно Кай стал для нее в этом смысле первым, придало моменту еще больше ценности. Алексия осталась у него на ночь. Утром Кай приготовил завтрак, после чего она засобиралась домой. Ей хотелось бы остаться подольше, но в глубине души она боялась, что ее присутствие начнет его напрягать. Несмотря на то, что он заверил, что она может оставаться в его квартире сколько угодно, Алексия чувствовала, что будет лучше уйти. — Довезти тебя до дома? — предложил Кай. — Не нужно. Я приехала на машине Билла. Он кивнул, будто принимая ее выбор, и по его лицу было сложно определить, хотел ли он, чтобы она осталась, или ему было плевать. Алексия подошла ближе и, прежде чем успела передумать, поцеловала его на прощание. Его губы были мягкими, и она заметила, как он подался чуть вперед, словно хотел продлить этот момент еще на один миг. Алексия отстранилась, все еще чувствуя на губах тепло его поцелуя. Она на мгновение прикрыла глаза, пытаясь запомнить эти ощущения. В тот момент ей захотелось остаться. Захотелось, чтобы Кай удержал ее, чтобы сказал, что она не должна уходить. Но он промолчал, лишь проводил взглядом, когда она перешагнула порог. Уходя, она чувствовала, как оставляет с ним частичку своего сердца. Спустя пару дней они встретились вновь, но уже на тренировке. Алексия ожидала, что Кай, как это было после поцелуя в клубе, начнет вести себя так, будто ничего не происходило, но в этот раз все было иначе. Они не обсуждали случившееся, но и не пытались притворяться, будто между ними ничего не было. Алексия ловила на себе его взгляды, которые было невозможно истолковать иначе, кроме как интерес. Она даже подумала, что, возможно, он всегда смотрел на нее так, просто раньше она этого не замечала. Или, быть может, теперь Кай решил, что больше не было смысла делать это украдкой. Каждое его прикосновение казалось наполненным скрытым смыслом, и пусть он не позволял себе лишнего, каждый раз, когда его рука задерживалась на ее плече или спине чуть дольше обычного, у нее перехватывало дыхание. Обычно на тренировки ее подвозил Кай, но в этот раз он попросил взять машину Тернера, объяснив, что не сможет отвезти ее домой после занятий. Он не уточнил, чем был так занят, и Алексия не стала допытываться. Она предположила, что, возможно, он решил избегать ситуаций, при которых она могла пригласить его к себе, а он не смог бы отказаться. Однако после тренировки Кай все же обо всем рассказал: оказалось, ему дали нового стажера, и сразу после их тренировки он собирался провести занятие для новичка. — Честно говоря, я так привыкла к нашим тренировкам, что даже не подумала, что ты теперь свободен для менторства, — призналась Алексия. — Да, с октября, что довольно нетипично — обычно новый стажер находится за пару недель, у нас ведь лист ожидания, но в этот раз все затянулось: распределением менторов обычно занимается Джастин, однако из-за вашей дуэли он некоторое время провел на больничном, а когда вернулся, его тут же завалили более важными делами. Он теперь еще и задания распределяет, кстати. — Серьезно? — возмутилась Алексия. — Он проиграл, а в итоге получил повышение? — Кто знает, может, для него это наказание, — предположил Кай с усмешкой. — В общем, дело из-за него затянулось. Потом проводились испытания, и несколько кандидатов из верхушки списка показали себя не очень. Плюс ко всему освободилась еще пара менторов, так что до меня очередь дошла не сразу. — Видел уже своего стажера? — Да, встретились вчера, чтобы обсудить план подготовки. — И как он тебе? Или это девушка? Кай сделал небольшую паузу, словно обдумывая ответ. Это не ускользнуло от внимания Алексии, и внутри что-то неприятно кольнуло. «Неужели девушка? — мелькнула в голове мысль. — Думает, начну ревновать? Мне неважно, кто станет его стажером. Это все равно ничего между нами не изменит». Проведенная вместе ночь не стала для нее лекарством от чувств, но совершенно точно позволила немного расслабиться. Пусть это был всего лишь секс, на миг ей все же удалось заполнить пустоту, что так долго ее мучила. Алексия ожидала, что станет хуже, ведь она мечтала о большем, но случившееся, напротив, помогло ей закрыть некий гештальт, не дававший покоя все это время. — Алекс, — заговорил наконец Кай, осторожно подбирая слова, — моим стажером стал Тайлер. Ей понадобилось несколько секунд на то, чтобы осмыслить сказанное. — Тайлер?.. — повторила она, словно проверяя, правильно ли услышала. — Ты о моем бывшем? Кай кивнул. Алексия прикрыла глаза, давая себе немного времени на то, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. Руки непроизвольно сжались в кулаки, и она, заметив это, тут же их расслабила, а затем медленно выдохнула, открыла глаза и спросила: — Говоришь, Джастин распределяет менторов? — Да, но не думаю, что он в курсе, что Тайлер — твой бывший. — Но точно знает, что мы знакомы. Я ведь… — Алексия замолчала, внезапно осознав, что так и не рассказала Каю о той истории с видео. — Точно, ты ведь был в отъезде, когда это случилось. Он нахмурился, очевидно ожидая от нее пояснений. Алексия неловко потерла лоб и продолжила: — Пока тебя не было, я встретила Тайлера здесь, в зале. Он сказал, что видел мою драку с Джастином… Она продолжила, а Кай внимательно слушал, не перебивая, и по мере рассказа его лицо становилось все мрачнее. Алексия ощутила легкий укол вины. Она была так довольна, что разобралась с ситуацией самостоятельно, что даже не подумала поделиться с ним этой историей после его возвращения, ведь его вмешательства уже не требовалось. — Не думаю, что Джастин пытался тебе отомстить, — произнес наконец Кай. Кажется, его не задел тот факт, что она не рассказала ему о своей стычке с бывшим. — Когда Тайлер проходил испытания, я оставался единственным свободным ментором — остальных уже разобрали. Так что это просто совпадение. Алексия шумно выдохнула. Она пыталась понять, почему ее так тревожил тот факт, что Кай стал ментором Тайлера. — Когда закончится обучение, кто станет его напарником? — спросила она. — Его друг — охотник, и я предполагала, что Тайлер будет обучаться с ними. Ты говорил, охотники часто тренируются вместе. — Верно, но, как я уже говорил, свободных менторов, кроме меня, не было. А что касается напарника — пока не знаю, с кем он будет работать, но если переживаешь, что Тайлер займет твое место, то не беспокойся: я уже говорил, что никому тебя не отдам. Алексия вздрогнула, услышав эти слова снова. «И как ему удается так легко выбивать меня из равновесия? Всего одна фраза — и я забываю, как дышать», — размышляла она, пытаясь скрыть эмоции. Ей хотелось верить, что эти слова касались не только работы. Даже легкий намек на то, что кто-то мог претендовать на ее место рядом с Каем, вызывал болезненное беспокойство. — И да, Тайлер уже знает про тебя и Билла, — добавил он, нахмурившись. — Его друг-охотник, похоже, донес. — Спрашивал уже, кем ты был для меня на самом деле? — Разумеется. Пришлось солгать, что между нами ничего не было. — А раньше лгали, что было, — заметила Алексия с иронией. Кай выдавил смешок, и следом повисла неловкая тишина. Она чувствовала, что он тоже вспоминал их ночь — это выдавал его рассеянный взгляд, скользнувший по ее лицу и задержавшийся на губах на пару секунд дольше, чем следовало. Это будоражило и вместе с тем оставляло привкус горечи. — Неужели он и правда все это время мечтал работать у Билла? — удивлялась Алексия, вспоминая их с Тайлером разговор в фитнес-баре. — У него были все шансы построить блестящее будущее, поступить в хороший колледж, может, даже попасть в сборную города или штата, а оказалось, что все это время он ходил сюда тренироваться не ради футбола, а чтобы пройти испытания и попасть на обучение. Какой же он тупой! Поверить не могу, что спала с ним. — Учитывая, чем я зарабатываю на жизнь, звучит немного обидно, — неожиданно произнес Кай. — Надеюсь, мне не доведется услышать нечто подобное от тебя в свой адрес. Он улыбнулся, пытаясь показать, что это была шутка, но в его взгляде или тоне голоса было нечто такое, что заставило Алексию почувствовать себя неуютно. Ей показалось, будто Кая действительно задели ее слова, хоть он и попытался это скрыть. — А если бы у тебя была возможность пойти в хороший колледж или устроиться на работу к Биллу, что бы ты выбрал? — спросила она, стараясь сгладить неловкость. — Не знаю, потому что у меня такого выбора не было, — ответил Кай. — И мы не знаем, что двигало Тайлером. У меня сложилось впечатление, что деньги — не его главная цель. Возможно, что-то в его прошлом заставило сделать такой выбор. Кто знает, может, он тоже задумал месть. Подобная мысль не приходила Алексии в голову. Она знала, что Тайлер рос в хорошей семье, его родители были живы и здоровы, а братьев или сестер, которым могла понадобиться помощь Тернера, у него не было. «Но это не значит, что у него нет причин работать на Билла, — подумала она. — На самом деле за тот короткий срок, что мы были вместе, я мало что о нем узнала. Возможно, я поспешила с выводами на его счет. Вдруг Тайлер, как и я, просто оказался вынужден обратиться к Биллу, потому что другого выхода не было?» Алексия ощутила легкое угрызение совести за свои мысли. — Ладно, уговорил, не буду жалеть, что спала с ним, — произнесла она с усмешкой, а затем добавила: — Бедный Тайлер! Ему достался ментор, который мигом отучит его курить. — Он сказал, что уже бросил, — ответил Кай, пожав плечами. Тренировка подошла к концу, и им оставалось лишь попрощаться. Испытывая неловкость, Алексия сделала шаг в сторону Кая, собираясь не то его обнять, не то поцеловать, но вовремя остановилась, ведь их мог увидеть Тайлер, так что теперь подобное проявление чувств было рискованным. А еще этого мог не хотеть сам Кай. Однако он, заметив ее замешательство, тоже сделал шаг навстречу и, не раздумывая, притянул ее к себе за талию. Алексия обвила его шею руками и прижалась к нему всем телом, вдыхая аромат одеколона, смешанный с запахом его кожи, такой знакомый, на мгновение лишивший способности думать о чем-либо другом. Сильные руки обнимали так крепко, словно не собирались отпускать, и они простояли так несколько секунд, наслаждаясь близостью. Алексия разомкнула объятия первой, и Кай тут же ее отпустил. Их взгляды встретились, и она прочла в его глазах желание. «Может, я зря открыла этот ящик Пандоры, — пронеслось в голове, — но, признаться, приятно видеть, что я имею над тобой такую власть». Алексия скрыла волнение за легкой улыбкой и, попрощавшись, направилась в раздевалку. По пути из тренажерного зала она, к счастью, не встретила Тайлера. После той стычки из-за видео она видела его несколько раз в школе — вероятно, ему разрешили вернуться к занятиям. Они так и не обсудили произошедшее. Алексия задавалась вопросом, как его друг-охотник отреагировал на то, что Тайлер проболтался ей о видео, что привело к разбирательствам с Тернером, однако расспрашивать его об этом не хотелось. Ей казалось правильным как можно меньше контактировать с ним. Сев в машину, Алексия отправила сообщение Рэйчел, предупреждая, что будет у нее дома через полчаса. Они договорились встретиться после тренировки, чтобы обсудить последние новости, и Рэйчел даже не подозревала, какие горячие сплетни везла с собой Алексия. «Расскажу еще и про Тайлера, хотя эта информация вряд ли затмит новость о том, что я переспала с Каем», — подумала она с легкой усмешкой, предвкушая реакцию подруги. — Я в курсе, — лениво протянула Рэйчел, стоило начать разговор. — Что, удивлена? Ладно, не буду томить: после полуночи заглянула в Find My, чтобы проверить, уехал ли Рэй с вечеринки или можно попросить его подбросить меня до дома. Видела бы ты мое лицо, когда я обнаружила на карте ваши с Каем иконки возле его дома. — Мы могли просто смотреть фильм, — возразила Алексия. — Я бы так и подумала, если бы не знала, что вы творили в моей гостевой комнате, — парировала Рэйчел с усмешкой. — Почему тогда ничего не спрашивала? — Хотела посмотреть, как скоро сама признаешься. Про поцелуй ведь несколько месяцев молчала, — напомнила она с ехидством. Алексия закатила глаза, но в глубине души понимала, что Рэйчел была права. Она действительно долго сомневалась, стоит ли рассказывать подруге о произошедшем. В отличие от их первого поцелуя, в этот раз Кай не просил ничего скрывать. Возможно, осознавал, что сохранить это в тайне от Рэйчел все равно не выйдет, а может, его больше не волновало, узнают ли друзья о том, что произошло между ними. Когда Алексия продолжила, Рэйчел не перебивала, лишь иногда приподнимала брови или улыбалась. В общем и целом, казалось, что именно такого рассказа она и ждала. — И что, вы теперь встречаетесь? — спросила Рэйчел. — Нет, все сложно, — вздохнула Алексия. — Если честно, пока не хочу думать о статусе наших отношений. Лучше расскажи, как прошла вечеринка. Билл про меня не спрашивал? Как тебе его новая девочка? — О, ты пропустила такой скандал! Билл и Джастин поругались, но из-за чего — не знаю. Я так поняла, Джастин недоволен тем, что Билл не подпускает его к серьезной работе, но, мне кажется, там было что-то еще. Билл наотрез отказался обсуждать эту ссору, так что подробностей я не знаю. Джастин покинул вечеринку еще до полуночи, представляешь! — Видимо, та ссора и стала причиной, почему Джастин теперь не только менторов распределяет, но и задания, — ответила Алексия, вспомнив сегодняшний разговор с Каем. — Серьезно? Поверить не могу, что Билл согласился на это! — возмутилась Рэйчел. — Чую, Джастин далеко пойдет. Но ладно, в остальном ты не пропустила ничего интересного — вечеринка была похожа на прошлогоднюю. Элисон, кстати, уволилась — ее мужчине предложили работу в Техасе, и они переехали в Даллас. А насчет Билла не переживай: я сказала, что ты слегла с температурой, и он нормально отреагировал, к тому же ему было на кого отвлечься. Его новая подружка оказалась довольно милой. Она или безумно в него влюблена, или потрясающая актриса, раз способна так искусно изображать чувства. Рассказывала, как он помог ей продвинуться в модельном бизнесе. Кажется, она готова памятник ему ставить. — А как Билл вел себя с ней? — Практически не отходил весь вечер. Не удивлюсь, если она станет новой фавориткой. Так что, возможно, у вас с Каем есть шанс. — Как и у вас с Джорданом, полагаю? — спросила Алексия. Рэйчел внезапно нахмурилась. — У нас тоже все сложно, — призналась она, устало вздохнув. — Он тут заикнулся, что собирается познакомить меня с родителями и хочет отвезти к ним на Пасху в Лейк Форест. Я сказала, что буду занята, но… я в ужасе, Алекс! Я не готова к такой масштабной лжи. Одноклассники — это одно, но его родители — совсем другой уровень. Люди их круга наверняка попытаются узнать обо мне все, что только можно, чтобы понять, с кем встречается их сын. А это значит, что рано или поздно мне придется рассказать ему правду. А я… я просто не готова. — Почему не готова? — попыталась выяснить Алексия. — Думаешь, он тебя бросит, узнав правду? Рэйчел отвела взгляд и задумчиво накрутила прядь волос на палец. — Не знаю, — наконец призналась она, словно боялась озвучить правду. — Джордан… он слишком хороший, понимаешь? Слишком искренний, заботливый, честный. Я не знаю, как он воспримет правду. Вдруг просто уйдет? Рядом с ним я не играю роль, я… нормальная. Та, кем могла бы быть, если бы не Билл, если бы не вся эта жизнь. Но ведь без Билла я бы никогда не встретила Джордана! Мы из совершенно разных миров, но чудом оказались вместе, и теперь мне страшно разрушить все это, открыв однажды рот. Алексия молча кивнула, прекрасно понимая, что имела в виду Рэйчел. Ей тоже приходилось вести двойную жизнь, но ей повезло больше, ведь Кай знал обо всем, что происходило в ее жизни. Хотя, размышляя об этом, она вдруг поймала себя на мысли, что даже отсутствие секретов не всегда делало вещи проще. — Даже если соберусь и все ему расскажу, — продолжила Рэйчел с горечью, — его родители все равно никогда меня не примут. Ты же знаешь, какие они, люди этого круга. Я для них никто. Грязное пятно на биографии их сына. Думаю, пора смириться с тем, что долго это не продлится. Все зашло слишком далеко. Эти отношения были обречены с самого начала. Алексия ощутила, как слова Рэйчел больно задели что-то внутри. В них было столько отчаяния и обреченности, что вдруг стало тяжелей дышать, потому что Рэйчел озвучила именно то, в чем Алексия давно боялась себя признаться. «Джордан хотя бы искренне хочет быть с Рэйчел, — размышляла она. — А Кай? Обещает, что никому меня не отдаст, но на деле ничего не меняется. Он знает, что я все еще с Биллом, а значит, уступает меня ему. Если продолжу обманывать себя, то рано или поздно превращусь в очередную Лесли, и останется лишь молиться, чтобы не кончить, как Эль. Могло ли у нас с Каем быть что-то настоящее? Мне кажется, ответ на этот вопрос становится все очевиднее. И он вовсе не такой, каким мне хотелось бы его видеть». Она ненавидела себя за эти мысли. Ее разум отчаянно пытался найти оправдание собственным чувствам и не находил. Мечтать о совместном будущем с Каем казалось почти преступлением. Алексия знала, что если однажды все рухнет, она рискует никогда от этого не оправиться. Глядя на Рэйчел, слыша ее горечь и отчаяние, она видела не только боль. Алексия видела в этих словах собственное будущее. Глава 28 I ’ ll take these problems to my grave Throw my soul away to you Bite my tongue, I’m a disgrace Can’t seem to face the ugly truth What’s the use, nothing new Take the pain away Bite my tongue, I’m a disgrace Can’t seem to face the ugly truth Ugly Truth, Layto Весна в этом году пришла рано, и пробежки снова вернулись в парк. Кай опять собирался покинуть Чикаго и, как и в прошлый раз, не стал сообщать, куда направлялся, лишь уточнил, что это было связано с работой. Рэйчел подтвердила его слова, упомянув, что у Тернера было достаточно авторитета, чтобы знакомые из других штатов обращались к нему за помощью, к тому же Алексии самой случалось выезжать за пределы Чикаго по работе, но она ни разу не покидала Иллинойс. Их отношения по-прежнему оставались странными. После той ночи между ними ничего больше не было — даже поцелуев, но Алексия была уверена, что, окажись она инициатором вновь, Кай снова не устоял бы, однако после разговора с Рэйчел решила держать дистанцию. Поначалу он отреагировал на это с недоумением, но со временем смирился и больше не позволял себе лишнего. Теперь их отношения можно было вновь назвать дружескими, хотя иногда они могли шутливо упомянуть ту ночь. Ее радовало, что несмотря ни на что никто не делал вид, будто ничего не происходило. Интерес Тернера к Алексии постоянно менялся: порой он мог забыть о ее существовании на пару недель, а иногда звал к себе чуть ли не каждый день. Рэйчел в этом плане повезло больше: он вспоминал о ней не чаще двух-трех раз в месяц, и она была этому безумно рада, потому что сохранила отношения с Джорданом, несмотря на свои слова о том, что их роман был обречен. Глядя на подругу, Алексия испытывала особенную гордость за себя: она справилась со своей привязанностью к Каю и не подпускала его к себе близко, хотя желание быть с ним никуда не исчезло. Тем мартовским вечером она, как обычно, возвращалась домой после тренировки. Оставив машину Тернера на парковке, она направилась в подъезд, предвкушая встречу с Рэйчел — та обещала поделиться какой-то сногсшибательной новостью, но сначала хотелось принять душ, переодеться и немного перекусить — Алексия в тот день успела лишь позавтракать. Она не обратила внимания на мужчину, вошедшего в подъезд вслед за ней. У двери своей квартиры она заметила еще одного. Его лицо показалось ей знакомым, а в его глазах мелькнуло нечто подозрительное, и Алексия замерла, а затем невольно отступила на полшага, когда тот двинулся ей навстречу. В тот же миг руки второго мужчины, оставшегося позади, сомкнулись вокруг ее груди, лишая возможности двигаться. Ее накрыло всплеском адреналина, и Алексия, не раздумывая, попыталась ударить удерживающего ее человека головой в нос, но тот разгадал ее маневр и ловко увернулся. Тем временем второй мужчина подошел ближе, и она заметила в его руках кусок ткани. «Это что, анестетик?» — пронеслось в голове. Кай не раз говорил, что, если противников больше одного, лучшая тактика — отвлечь внимание и бежать. Если она сумеет вырваться и добраться до машины, у нее будет шанс от них оторваться. Резко сгруппировавшись, Алексия оттолкнулась ногами от пола и, повиснув на руках удерживавшего ее мужчины, изо всех сил ударила ногами в грудь второго. Тот явно не ожидал атаки и пошатнулся, затем выронил из рук ткань и, сделав пару неловких шагов назад, упал. Но радоваться победе было рано: почувствовав сопротивление, первый нападавший, не раздумывая, с силой впечатал ее головой в стену. Перед глазами вспыхнули звездочки, а в виске мелькнула острая боль. Сознание на несколько секунд провалилось в мутную пустоту, и этого оказалось достаточно, чтобы второй мужчина успел подняться и, пока Алексия приходила в себя, прижать поднятую с пола ткань к ее лицу. Она успела сделать лишь короткий вдох и тут же задержала дыхание, пытаясь оттолкнуть от себя нападавших, но из-за борьбы легкие быстро опустели, и она сделала еще один невольный вдох, тут же почувствовав слабость в мышцах. Алексия с трудом могла сохранять концентрацию, мысли начали путаться. Голоса нападавших казались далеким гулом, а их слова теряли смысл. Она не запомнила, в какой момент отрубилась. Первое, что она ощутила, придя в себя — резкую и всепоглощающую тошноту. Алексия лежала на чьем-то диване, и его кожаная обивка неприятно холодила щеку. Ее тут же скрутило, и, едва осознавая окружающий мир, она перевернулась на живот, свесившись к полу. Ее сотрясли слабые спазмы, но желудок был пуст — из горла вырвалась лишь желчь. Тело казалось тяжелым, а мышцы едва слушались, но с дыханием, к счастью, проблем не было. Сердце бешено колотилось в груди, голова кружилась. С огромным усилием Алексия приподнялась, чтобы осмотреться. И в этот момент осознала, что была здесь не одна. Ранее она улавливала приглушенные голоса, но разговор оборвался, едва она начала приходить в себя. Алексия обвела взглядом помещение и обомлела. Эта комната. Та самая, в клубе Хайнеманна. Именно здесь Кай убил одного из его людей. Алексия судорожно всхлипнула. Присмотревшись, она узнала всех присутствующих. Главным среди них был Армин Хайнеманн: он вальяжно устроился в кресле за столом, сложив руки на груди, и разглядывал ее с ленивым любопытством. По обе стороны от него стояли двое мужчин — те самые, что ее схватили. Их лица не просто так показались ей знакомыми. Возможно, именно они сопровождали Хайнеманна в тот вечер, когда они с Каем устроили вылазку в клуб. — Ну как, пришла в себя? — раздался голос Хайнеманна. Он говорил спокойно, с хищной уверенностью. — Понимаешь, что говорю? Кивни, если да. — Алексия с усилием кивнула и попыталась сесть. — Не советую, — продолжил он невозмутимо. — Полежи на боку минут десять, а то опять вырвет. Она почувствовала странную неловкость из-за того, что ее стошнило прямо на его пол. Оспаривать указания не было смысла, и она подчинилась, перевернувшись на бок и положив под щеку ладонь, чтобы не касаться холодной кожаной обивки. Хайнеманн наблюдал за ней без малейшего намека на дружелюбие. В его взгляде не было ни раздражения, ни гнева, лишь холодная отстраненность. Этого было достаточно, чтобы начать испытывать страх, но вместе с тем к ней пришло другое, еще более мучительное чувство — бессилие. Даже если бы у нее оставались силы на побег, ситуация все равно казалась безвыходной. Хайнеманн коротко глянул на одного из своих людей и сказал: — Принеси ей воды. Пока все ждали возвращения его сподручного, Алексия украдкой разглядывала Хайнеманна. Несмотря на возраст, он выглядел крепким, пусть и слегка полноватым. В седых волосах еще сохранялись темные пряди, а резкие черты — высокие скулы, глубоко посаженные глаза и слегка опущенные уголки губ — придавали лицу суровый, безжалостный вид. В речи слышался легкий акцент — раскатистая «р» и приглушенные гласные, делавшие его реплики более жесткими. — Думаю, тебе интересно, зачем ты здесь, — продолжил Хайнеманн. — Возможно, форма приглашения не самая подходящая для девушки, но выбора у меня не оставалось. После того, что ты и твой друг тут устроили, не вижу причин с тобой церемониться. Дверь вновь открылась, и в комнату вернулся помощник со стаканом воды в руках. Алексия приподнялась на локтях и с жадностью схватила стакан, спеша смыть мерзкий привкус желчи во рту. Хайнеманн терпеливо дожидался, пока она напьется. Когда Алексия поставила пустой стакан на пол, он лениво наклонился вперед и, глядя ей прямо в глаза, произнес: — Отвечай на мои вопросы честно — и умрешь быстро. В ее жилах застыла кровь. Тон его голоса не оставлял сомнений в том, что это был не блеф, не игра — он действительно только что вынес ей смертный приговор. Еще минуту назад он проявлял показную заботу, а теперь с той же холодной невозмутимостью говорил о смерти. Мысль о том, что это могли быть последние часы, а возможно, минуты ее жизни, казалась абсурдной, невозможной. В это было сложно поверить, и Алексия отчаянно искала хоть малейший намек на то, что это была всего лишь шутка. «Кай не узнает, что со мной случилось, — подумала она с ужасом. Конечно же первая ее мысль была о нем. — Он не в городе и не сможет помочь». Внезапно ее накрыло сожаление. Два последних месяца Алексия упорно отталкивала его, убежденная в том, что их отношения были обречены из-за Тернера. Она и представить себе не могла, что все кончится ее смертью. Если бы она знала об этом исходе заранее, не стала бы тратить время на глупости. Хайнеманн между тем продолжил: — Я знаю, что ты и твой приятель пробрались в мой клуб, отключили камеры, установили жучки, а затем убили двух моих людей. Говори, что вы тут искали. Голова отказывалась переваривать услышанное, а в виске пульсировала боль, не дававшая сосредоточиться, но Алексия понимала, что молчание лишь усугубит ситуацию. Она медленно выпрямилась, пытаясь потянуть время, чтобы придумать убедительный ответ. — Я не понимаю, о чем вы, — произнесла она, решившись на блеф. — Не лги мне! — сорвался вдруг на крик Хайнеманн. Алексия вздрогнула: от резкого звука в висках вспыхнула боль, и она непроизвольно прижала к ним ладони. Хайнеманн заметил ее реакцию и заговорил уже спокойнее: — Камера в моем кабинете питается от автономного источника и подключена к выделенному серверу — вы бы не смогли ее отключить. Пусть качество съемки в темноте оставляет желать лучшего, разглядеть вас все же удалось. Потребовалось время, чтобы вас отыскать, но я подозревал, что в этом деле наверняка замешан Билл, так что искал среди его людей. А еще вас узнала официантка, у которой вы так ловко стащили пропуск. Так что можешь не отпираться. Алексию охватило чувство дежавю. Они допустили ту же ошибку с камерой, что и Эрнандо, будто сама судьба насмехалась над ней, подводя к тому же финалу, что постиг и его. Не дождавшись ответа, Хайнеманн наклонился еще немного вперед и вперил в нее пристальный взгляд. — Не расскажешь ты, заговорит твой друг. Как только мы его поймаем. А он уже у нас на крючке. Алексия не думала, что что-то было способно затмить ее страх за собственную жизнь, но это случилось: она начала бояться за жизнь Кая. Даже зная, что сама скоро умрет, она испытывала ужас при мысли, что могла его потерять. Этот страх был таким парализующим, что не давал рассуждать здраво. Решив, что терять уже нечего, она призналась: — Хорошо, мы действительно были здесь. И убили вашего человека, потому что он едва нас не поймал. Мы пришли сюда, потому что я хотела узнать, почему вы заказали убийство моих родителей. Словно цепляясь за последнюю надежду спасти Кая, Алексия попыталась взять вину на себя. И раз уж ее судьба была предрешена, смысла отпираться больше не было, зато у нее появился шанс узнать, чем ее родители так насолили Хайнеманну. Тот нахмурился. В его взгляде мелькнуло недоумение. Он сложил руки на столешнице и спросил: — Как их звали? Я стольких заказал за свою жизнь, что без подсказки не упомнить. Алексия похолодела. Вдруг он их даже не вспомнит? Что, если родители были для него лишь пешками, приказ об устранении которых он отдал, даже не задумавшись? Но отступать было некуда, и она ответила: — Стивен и Каролина Дэгеры. Глаза Хайнеманна сузились. Очевидно, эти имена были хорошо ему знакомы. — С чего ты решила, что их заказал я? — спросил он таким тоном, словно и правда был удивлен ее предположением. Впервые за все время Алексия почувствовала сомнение. «Неужели ошиблась? Если это действительно он, зачем ему лгать? Я ведь все равно ничего не смогу ему сделать», — подумала она. — Я знаю, что папа на вас работал. Помогал отмывать деньги и вкладывать их в инвестиционные проекты своего банка. Вы платили ему, и каждые три месяца он приезжал в этот клуб за наличными. Осведомленность Алексии, похоже, удивила Хайнеманна. Впервые за время разговора он выглядел заинтересованным. — Как узнала? — Нашла письма в его компьютере, — соврала она, умышленно не упоминая Тернера, потому что не знала, как отреагирует Хайнеманн, услышав имя конкурента. Ее не заботила безопасность Тернера, скорее, она надеялась, что если не станет говорить о нем, то сумеет избежать гнева Хайнеманна. — И после этого решила, что его убрал я? — Хайнеманн усмехнулся. — Чушь. Большего бреда в жизни не слышал. — Он вдруг рассмеялся, и двое его людей, обменявшись взглядами, тоже ухмыльнулись. — Стив отлично выполнял свою работу, зачем мне его убивать? Я бы сам пришиб того, кто его грохнул. — Значит, это были не вы? — спросила Алексия, окончательно сбитая с толку. Разговор пошел совсем не так, как она ожидала. — А вы искали убийцу? — Разумеется, искал, — недовольно буркнул Хайнеманн, а затем, повернувшись к одному из своих людей, бросил: — Поищи ее документы. Тот направился к дивану, и Алексия напряглась, ожидая, что он полезет осматривать ее карманы, но вместо этого он схватил рюкзак, который, как оказалось, все это время лежал рядом. Она хотела было возразить, но вовремя прикусила язык, решив не создавать лишних проблем. — Имя на водительских правах — Алексия Дэгер, — сообщил мужчина, порывшись в ее рюкзаке. Хайнеманн удовлетворенно кивнул, словно окончательно удостоверился, что перед ним действительно была дочь Стивена Дэгера, но на этом проверка не закончилась: его человек заодно достал из рюкзака ее телефон, осмотрел его, а после сунул себе в карман. Заметив ее возмущенный взгляд, он равнодушно добавил: — У тебя несколько пропущенных от какой-то Рэйчел. Алексия не знала, чего хотела больше: чтобы подруга нашла ее и попыталась спасти или чтобы оставалась в безопасности, подальше от происходящего. Отвечать что-либо человеку Хайнеманна она не стала — это было бы слишком необдуманно. Если Хайнеманн знал, кто был убийцей, Алексия могла предложить ему сделку — устранить виновного в обмен на жизнь, и тогда было лучше его не злить. — Вы выяснили, кто убил моих родителей? — Нет, — ответил Хайнеманн раздраженно. — Кто-то хорошо замел следы. Честно говоря, я был уверен, что это сделал Билл. Его почерк. Так что удивлен, что ты на него работаешь. По телу Алексии пробежали мурашки. Не то чтобы она никогда не допускала мысли о том, что заказчиком мог быть Тернер, ведь его люди тоже занимались заказными убийствами, но почему-то она всегда верила, что это был не он. «Почему я так решила? — задавалась она вопросом, пытаясь припомнить, когда окончательно поверила в виновность Хайнеманна. — Сначала я была слишком благодарна Биллу за помощь с опекой, а потом? Спустя месяц он сказал, что отец был связан с Хайнеманном. Показал документы. Даже пытался отговаривать его не убивать. Но других подозреваемых не было! Конечно же после этого я решила, что Хайнеманн точно виноват! Неужели все это время Билл водил меня за нос, отводя от себя подозрения?» Ее охватил леденящий ужас. Она не просто работала на человека, заказавшего убийство ее родителей. Она спала с ним. — Судя по твоему лицу, ты его даже не подозревала, да? — усмехнулся Хайнеманн. «Стоп, у него нет доказательств, — попыталась взять себя в руки Алексия. — Вдруг он просто играет со мной? Нет… Уверена, он не убивал маму с папой. Он не прячет эмоции, они легко считываются по его лицу. Да и зачем ему лгать? Просто он ненавидит Билла, поэтому и обвиняет, а убийцей может оказаться вообще кто-то третий. В этот раз я не стану спешить с обвинениями». — Доказательств, что это был он, у вас нет, — напомнила Алексия. — Только догадки про почерк. — Верно, — согласился Хайнеманн. — Но у других кишка тонка дерзнуть перейти мне дорогу. А у Билла и киллеры хорошие, и работают они, как правило, чисто, поэтому ставлю на него. — Если это действительно Билл, я найду доказательства, — произнесла Алексия с ледяной уверенностью. — И убью собственными руками. А взамен прошу сохранить мне жизнь. Хайнеманн удивленно уставился на нее, молча изучая в течение нескольких секунд, а затем вдруг громко рассмеялся. Она едва заметно поморщилась — в районе затылка мелькнула вспышка боли, но, по крайней мере, она больше не чувствовала тошноту. Слабость немного отступила, а мысли прояснились — возможно, благодаря адреналину. — Теперь понятно, почему он взял тебя к себе, — произнес Хайнеманн. — Ты своего не упустишь. Не хочешь на меня поработать? — Я работаю на него только ради мести, — ответила Алексия, чувствуя, как страх понемногу сменялся холодной решимостью. — Как только добьюсь своего, вернусь к обычной жизни, и вы обо мне больше никогда не услышите. — И какая мне с этого выгода? — прищурился Хайнеманн. — Да, было неприятно потерять Стива, но, если честно, мне уже все равно, кто его заказал. Я достаточно быстро нашел ему замену. Зато из-за твоего желания мстить у меня минус два человека. — Минус два? — переспросила Алексия, изобразив искреннее удивление. — Откуда взялся второй? Мы убили только одного, в этом кабинете. Она прекрасно понимала, что речь шла о Джиме Киттинге, но полтора года развития навыков социальной инженерии не прошли даром: Алексия все еще испытывала страх, но, увидев шанс спасти жизнь, тут же за него ухватилась. Это давало силы сочинять ложь на ходу и делать это настолько убедительно, насколько было возможно в столь плачевной ситуации. «Теперь понимаю, что ты имел в виду, когда учил лгать так, словно от этого зависит моя жизнь… — думала Алексия. — Если выживу, это будет твоей заслугой, Кай». — Я потерял двоих, — продолжил Хайнеманн. — Второй исчез буквально на следующий день после того, как вы вломились в мой клуб. Даже труп не нашли. — Клянусь, мы больше никого не убивали! — воскликнула Алексия, разыгрывая искреннее недоумение. — Неужели вы так редко теряете людей, раз решили, будто эти смерти связаны? Я просто хотела получить информацию! Будь моя воля, мы бы и первого парня не тронули. — Второй был связан с казино, — пояснил Хайнеманн. — Вы были там и видели его. Официантка вас запомнила. — Мы зашли туда, чтобы разведать обстановку, и довольно быстро ушли. Спросите официантку — она подтвердит, что мы ни с кем не играли. Вашего человека мог убрать кто угодно. Вдруг это был кто-то из проигравших? — предположила Алексия. — Или он сам потерял крупную сумму и не смог отдать. Если нет трупа, то не факт, что он вообще мертв. Может, прячется от кредиторов? Хайнеманн перевел взгляд с одного помощника на другого, явно обдумывая ее слова. «Ну же, у тебя нет доказательств, что это сделал кто-то из людей Билла, — мысленно уговаривала его Алексия. — Ты знаешь, что Киттинг обманывал людей, сам нарывался. Это и правда мог быть кто-то из его должников, к тому же в ту ночь он просил привезти кому-то деньги, и ты наверняка об этом знаешь. Билл неспроста скрывал правду о смерти Рики, а я говорила, что мы пришли в клуб только ради информации об убийстве родителей. Тебе не за что зацепиться». — Ладно, — наконец произнес Хайнеманн. — Допустим. Что ты готова предложить в обмен на жизнь? Алексия пыталась выглядеть испуганной и готовой рассказать что угодно, лишь бы спасти свою жизнь, и после его слов облегченно выдохнула. Не то чтобы ей пришлось особо стараться ради этой роли. В начале беседы она действительно была не в себе, и Хайнеманн вряд ли ожидал, что она придет в себя так быстро и сумеет сочинить убедительную ложь на ходу. — Я все равно полезу в документы Билла, чтобы найти доказательства, что именно он заказал убийство мамы и папы, — начала Алексия. — Могу поискать что-нибудь полезное и для вас. А взамен оставьте в покое меня и моего напарника. Хайнеманн чуть приподнял бровь, будто удивленный ее дерзостью. — Напарника? Того самого, что убил моего человека? Нет, так дело не пойдет. — Назовите цену, — спокойно повторила Алексия. — Я готова платить. Судя по тому, что вы сказали о моем отце, смерть одного человека не настолько важна, чтобы мечтать о мести, не так ли? А если Билл и правда виноват, напарник поможет мне его убить. Он на моей стороне. Смерть Билла ведь будет вам на руку, верно? Хайнеманн усмехнулся, задумчиво постучал пальцами по столу, а затем произнес: — Хорошо. Найди для меня контакты его поставщиков из Латинской Америки. Хочу знать, с кем он работает, какие у них маршруты поставок, какие чиновники его крышуют. Даю три месяца. Мои люди будут за тобой присматривать. Вздумаешь исчезнуть — найду где угодно. Если трех месяцев не хватит, пеняй на себя. Но если справишься в срок, гарантирую: ни ты, ни твой напарник не пострадаете. Если, конечно, не решите снова сунуться ко мне без приглашения. — Не сунемся, — заверила Алексия. — Напишите на электронную почту папы, куда отправить информацию, когда я все найду. — Займись этим, — бросил Хайнеманн одному из своих людей, поднимаясь с кресла. Тот кивнул в ответ. Алексия качнулась, поднимаясь с дивана, и с удивлением замерла, когда Хайнеманн протянул ей руку. Чуть помедлив, она ее пожала. Это было не просто рукопожатие — это была сделка. Информация в обмен на жизнь. — Отвезите ее домой, а то сама не доедет — вон качается до сих пор, — приказал Хайнеманн. Алексия не стала спорить, так как тоже не была уверена, что осилит самостоятельную поездку. Раз они привезли ее сюда, будет весьма любезно с их стороны вернуть ее обратно. «Рэйчел, наверное, с ума сходит от беспокойства, — подумала Алексия. — Надо попросить ее приехать ко мне. Сегодня я до нее точно не доберусь». Люди Хайнеманна вывели ее в коридор, а затем проводили вниз по лестнице на цокольный этаж. Она помнила, что там находился пункт охраны, но мужчины свернули в другую сторону. Оказалось, под клубом находилась подземная парковка. «Теперь понятно, куда подевался Хайнеманн в ту ночь», — подумала Алексия, позволяя проводить себя к машине. Она устроилась на заднем сиденье, а мужчины сели спереди. Она предвкушала, как будет рассказывать обо всем Рэйчел, а потом Каю. Они наверняка будут в ужасе, но Алексия гордилась тем, как ловко сумела выкрутиться. Теперь нужно было придумать, как достать информацию, которую она пообещала Хайнеманну, но с этим она разберется завтра. Сегодня хотелось привести в порядок нервы и просто пообщаться с подругой. «Кстати о Рэйчел, — спохватилась Алексия. — Нужно написать, чтобы не ждала меня у себя, а ехала ко мне домой». И вдруг вспомнила, что один из людей Хайнеманна забрал ее телефон. — Вернете телефон? — попросила Алексия. Она была уверена, что просьбу выполнят без вопросов, но мужчина, сидевший на пассажирском сиденье, медленно повернулся к ней с неприятной ухмылкой и уточнил: — Какой еще телефон? — Мой телефон, — ответила Алексия. Теперь, когда угроза в лице Хайнеманна оставалась позади, она чувствовала себя увереннее. — Вы забрали его, когда рылись в моем рюкзаке. — А-а-а, этот, — протянул он с омерзительной улыбкой, переглянувшись с водителем, а затем все-таки вытащил телефон из кармана, продемонстрировал экран и, двинув шторку вниз, включил авиарежим. Убедившись, что она это увидела, он вновь спрятал телефон в карман. — Верну, как доберемся до места. Она успела заметить кучу пропущенных от Рэйчел и задумалась, для чего было нужно включать авиарежим. Чтобы подруга не надоедала звонками? — Он нужен мне сейчас, — заявила Алексия твердо, не желая сдаваться. В следующий миг мужчина полез за пазуху, достал оттуда пистолет и направил дуло прямо ей в лоб. С его лица исчезло самодовольство — теперь он смотрел напряженно и сосредоточенно. Алексия застыла. Она медленно перевела взгляд на оружие и, прищурившись, поняла, что это была не игрушка. Пистолет был настоящим. — Я же сказал: верну, как доберемся до места. Сиди смирно, иначе пожалеешь. — Я заключила сделку с вашим боссом, — напомнила Алексия, стараясь не демонстрировать агрессию. Она понимала, что важнее всего было их не спровоцировать, но в то же время хотела дать понять, что угрожать ей было не лучшей идеей. — Он ждет от меня информацию. Мужчины вдруг рассмеялись. — Веди себя тихо — и останешься цела, — ухмыльнулся водитель. — А если будешь нарываться, мы просто от тебя избавимся, а Армину скажем, что ты пыталась дать деру из Чикаго, — добавил второй. Алексия вновь ощутила страх и беспомощность. Она все еще не до конца отошла от анестетика, которым ее накачали, а значит, рассчитывать на быструю реакцию не приходилось. В прошлый раз у нее не вышло справиться с этими двумя, и сейчас из-за ее состояния шансы были еще ниже. — Если убьете меня, ваш босс потеряет важного информатора, — попыталась она воззвать к логике. Мужчина с пистолетом скривился. — Да насрать нам на твою информацию, — процедил он сквозь зубы. — Из-за тебя грохнули нашего кореша, так что мы не дадим тебе так просто слиться. — Он угрожающе подался вперед, вперив в нее озлобленный взгляд. — Твоя договоренность с Армином — это одно, а наши с тобой дела — совсем другое. Не надейся, что он за тебя вступится. Ты жива лишь потому, что он рассчитывает, что от тебя будет толк, но никто особо не верит, что ты действительно сумеешь достать что-нибудь стоящее. Ты просто самоуверенная малолетка, возомнившая себя непойми кем. — Он окинул ее презрительным взглядом и добавил: — Думала, раз влезла в наш клуб, теперь все по плечу? Пожалуй, стоит преподать тебе урок. Алексия напряглась. — Что вам нужно? Впрочем, она и так догадывалась, чего именно они от нее хотели. Машина неслась все дальше на юг, в сторону промзон — они ехали не в сторону Гарфилд-Парка. Теперь, когда Алексия водила машину сама, она ориентировалась на дорогах Чикаго гораздо лучше и примерно понимала, где они находятся. — Развлечешь нас немного, — ответил мужчина с пистолетом. — Потом вернем тебя домой, и на этом будем считать, что за смерть нашего кореша ты расплатилась. Алексия поджала губы и не стала ничего отвечать — ее мысли тут же переключились на поиск решения этой проблемы. После того, что с ней уже однажды сотворил Тернер, ей меньше всего на свете хотелось повторения. Отбрасывая страх и мысли о том, через что ей, возможно, придется пройти совсем скоро, она отчаянно пыталась придумать план. «Итак, мой телефон в авиарежиме, — размышляла Алексия. — Они словно знали, что Рэйчел могла следить за моей геолокацией. Или включили его, потому что не хотели, чтобы она и дальше названивала? Не сумев связаться со мной, Рэйчел наверняка заглянет в Find My и увидит, что я была в клубе Хайнеманна. Кай не в городе, и она, скорее всего, обратится за помощью к Биллу. И тогда… — Алексия замерла. — Что это даст? Даже если Билл отправит кого-нибудь в клуб, как они узнают, куда меня увезли? Нет, рассчитывать на Рэйчел бессмысленно. Придется спасаться самой». И все же она решила попытаться связаться с подругой — возможно, удастся отправить сообщение со своим примерным местоположением. Алексия опустила взгляд на часы, когда мужчина с пистолетом отвернулся, убедившись, что она не собирается создавать проблем. «Стоп. Если телефон в авиарежиме, почему на часах нет иконки отсутствия связи с ним? — осознала вдруг Алексия, изо всех сил стараясь сохранять невозмутимость. — Может, я смогу отключить авиарежим через часы?» Она незаметно нажала на боковую кнопку, вызывая меню, и нашла в списке иконку с самолетом. Та была неактивной. Алексия тапнула по ней, и авиарежим включился теперь и на часах. Она тут же вырубила его обратно, мысленно надеясь, что таким образом сумела отключить его и на телефоне. «Будет проще проверить, получилось ли, на телефонном звонке, — рассуждала Алексия. — Если начну набирать сообщение на крошечной клавиатуре часов, привлеку внимание». Крутанув колесико, она отыскала среди приложений иконку с телефонной трубкой. Найдя в списке избранных номер Рэйчел, Алексия нажала на вызов и затаила дыхание. Спустя секунду звонок оборвался, и на экране высветилось сообщение: «Call Failed». Телефон оставался в авиарежиме. Ее попытка это изменить провалилась. «Что ж, тогда буду действовать, как учил Кай», — решила Алексия. Она отвела взгляд в сторону окна, делая вид, что рассматривает проплывающие мимо улицы. Рядом, на сиденье, лежал рюкзак, а в его боковом кармашке находился складной нож, который ей подарил Эрнандо. Алексия скрестила руки на животе и правой рукой осторожно потянулась к молнии. Она действовала медленно, не торопясь. У нее была всего одна попытка. Спустя пару минут ей удалось расстегнуть кармашек достаточно, чтобы просунуть внутрь два пальца. Едва дыша, она осторожно нащупала футляр ножа, напоминавший помаду, обхватила его и медленно потянула наружу. Еще полминуты — и нож оказался в ладони. Выждав момент, Алексия сменила позу, пряча его в карман. Осторожным движением большого и указательного пальцев она сняла с ножа крышку и разогнула лезвие, чтобы был наготове, когда настанет момент пустить его в ход. «Будет забавно, если я раню кого-то из вас тем же ножом, что убил вашего друга, из-за которого я влипла в эту переделку», — усмехнулась она мысленно. Сжав нож в кармане, она ощутила уверенность. Алексия попыталась очистить разум от лишних мыслей. Впереди ждала битва за собственную жизнь, и ничто не должно было ее отвлечь. Они ехали на юго-запад, и она догадывалась, куда ее могли везти. Эта часть города была известна своими индустриальными руинами — заброшенными заводами, складами и фабриками, оставленными после кризисов и релокаций производств. Такие места привлекали как любителей урбанистики, так и криминальные группировки. Тир, куда они с Каем ездили стрелять, находился в похожей зоне, как и склады, где охотники допрашивали Джима Киттинга. «Надеюсь, они не везут меня в свое логово, — подумала Алексия, почувствовав, как от этой мысли похолодели руки. — Если мы едем куда-то вроде нашего тира, где их будет целая толпа, сбежать не выйдет». Она старалась не думать о том, что ждало ее в таком случае. «Нет, они не станут так рисковать, — попыталась она себя успокоить. — Уверена, Хайнеманн не знает о том, что они задумали. А значит, свидетели им ни к чему». Алексия оказалась права: автомобиль свернул на территорию какого-то заброшенного завода. Вокруг стояла тишина, а свет исходил лишь от фар их машины. Они притормозили у невзрачного одноэтажного здания с заколоченными окнами. Водитель, не раздумывая, направился к двери, вытащил из кармана ключи и попытался ее отпереть. Видимо, это место было хорошо ему знакомо. Второй мужчина, все еще сжимая в руке пистолет, выбрался из машины и, не дождавшись, пока Алексия сделает то же самое, открыл дверь с ее стороны и приказал вылезать наружу. Сделав вид, что до смерти напугана, Алексия накинула на плечи рюкзак и медленно выбралась из машины. Ее правая рука незаметно скользнула в карман, где лежал наготове нож. Они с Каем успели отработать несколько приемов крав-мага, и тело помнило, что нужно было делать. Резким, отточенным движением она вогнала нож в правую руку мужчины и, прежде чем выдернуть лезвие, слегка провернула. Тот явно не ожидал сопротивления: дернулся, вскрикнул и выронил пистолет, а затем скрючился, прижимая раненую руку к себе и тем самым давая ей возможность нанести еще один удар — Алексия обхватила его голову руками и со всей силы ударила коленом в нос. Раздался хруст. «Жаль, нельзя добить, — подумала она с досадой. — Этого мне Хайнеманн точно не простит». Оттолкнув мужчину от себя, Алексия бросилась в темноту, не дожидаясь, пока ее настигнет его напарник. Она неслась вперед, в сторону заброшенных построек, с трудом различая дорогу в непроглядной тьме. Путь ей освещала лишь луна. Глава 29 If I sound like I’m scared I probably am I wanna let go Would you cut off my hand? I don’t know if you know But I hope there’s a plan I hope there’s a plan Tuning Out, 8 Graves Алексия чудом не споткнулась и ни во что не врезалась, пробираясь в темноте в поисках укрытия. В какой-то момент ей пришлось идти буквально на ощупь — света луны едва хватало, чтобы различать силуэты. Петляя меж заброшенных строений, она осторожно продвигалась вперед, время от времени останавливаясь, чтобы прислушаться к происходящему вокруг. Казалось, где-то в темноте прятались ее похитители, готовые вновь накачать ее анестетиком и довершить начатое. Вскоре она наткнулась на груду мусора и поняла, что двигаться дальше в темноте становится слишком опасно. Прижавшись спиной к холодной стене какого-то здания, Алексия затаилась, пытаясь уловить хоть малейший звук, который выдал бы приближение кого-то из преследователей. Заметив, что все еще сжимает в руках нож, она спрятала лезвие и убрала его обратно в карман, чтобы в случае необходимости был под рукой. Убедившись, что вокруг по-прежнему тихо, она сняла с плеча рюкзак и принялась шарить по карманам в поисках фонарика. К счастью, еще летом она снарядила его так, чтобы быть готовой к любым неожиданным заданиям Кая, а когда начался учебный год, просто вытащила большую часть вещей, оставив внутри небольшую аптечку, нож, фонарик и набор для взлома замков. Сейчас Алексия была искренне благодарна себе за такую предусмотрительность, правда, жалела, что не захватила пистолет — тот остался дома. Впрочем, это было к лучшему: если люди Тернера даже телефон у нее забрали, пистолет могла ожидать та же участь. Фонарик имел три режима яркости, и, на ощупь выбрав самый слабый, она рискнула его включить, чтобы осмотреться. Сердце бешено колотилось в груди, и казалось, что в следующий миг она получит пулю в лоб от одного из преследователей, только и ждавших, когда она себя выдаст. К счастью, этого не случилось. Алексия стояла у какого-то длинного здания с разбитыми окнами, по виду напоминавшего старый цех. Прикинув, сколько времени потребуется, чтобы дойти до его конца, она погасила фонарик и, касаясь стены рукой, двинулась дальше. Она примерно помнила, где должна была находиться машина. Благодаря урокам Кая Алексия неплохо ориентировалась в пространстве, хотя никогда прежде не делала этого в темноте. Она продвигалась вглубь заброшенной территории, время от времени ненадолго включая фонарик, чтобы осветить путь, и искала место, где можно было бы укрыться до утра, но окна были либо заколочены, либо расположены так высоко, что до них было невозможно дотянуться. Двери тоже были закрыты, и Алексия не рискнула пытаться их отпереть, опасаясь привлечь внимание шумом. В какой-то момент она услышала звук мотора. Резко обернувшись, она заметила вдали свет приближающихся фар и со всех ног бросилась к ближайшему повороту. Вокруг было достаточно пространства для автомобиля, поэтому Алексия могла лишь надеяться, что машина проедет мимо и не заметит ее. «Ясно, решили не тратить время на пешие поиски», — подумала она, двигаясь дальше и лихорадочно пытаясь отыскать хоть какое-нибудь укрытие. Она замерла меж двух зданий, стоящих достаточно близко друг к другу. Машина бы здесь не проехала, и Алексия решила остановиться, чтобы перевести дух и обдумать дальнейшие действия. Убедившись, что похитители направились в другую сторону, она на несколько секунд зажгла фонарик, чтобы осмотреться. Прямо над собой она заметила металлическую лестницу, ведущую к двери на втором этаже. Это была единственная незаколоченная дверь. Алексия не имела ни малейшего понятия, куда та вела, но это место казалось подходящим укрытием. Она была уверена, что мужчины знали, что спрятаться на этой территории было негде, но, возможно, не догадывались о существовании этой лестницы, если просто проезжали мимо на машине. А значит, они, скорее всего, предположили бы, что Алексия прячется где-то за зданиями или пытается добежать до шоссе. По крайней мере, будь она на их месте, рассуждала бы именно так. Лестница казалась ненадежной, и, сделав первый шаг, Алексия зажмурилась, ожидая услышать металлический скрип, но, к счастью, этого не случилось. Решив, что ползти на четвереньках будет надежней, она медленно кралась все выше и выше в полной темноте, опасаясь, что в любой момент машина вновь проедет мимо и она окажется на виду. Каждый звук, издаваемый лестницей, заставлял вздрагивать, но Алексия упрямо продвигалась наверх, молясь, чтобы та не рухнула под ее весом от ржавчины. Добравшись до площадки у двери, она включила фонарик и с разочарованием обнаружила висячий замок. Алексия оглянулась на лестницу, размышляя, что же делать дальше. Было два варианта: вернуться вниз и продолжать играть в кошки-мышки с преследователями или попытаться вскрыть замок в надежде, что за дверью найдется надежное укрытие, рискуя при этом быть обнаруженной, если не сделать этого достаточно быстро. Немного подумав и оценив сложность взлома замка на глаз, Алексия решила рискнуть и выбрать второй вариант. Время поджимало — машина могла вернуться в любой момент. Нащупав в рюкзаке набор для взлома замков, она достала подходящую отмычку и положила фонарик в рюкзак так, чтобы тот светил прямо на замок. Рюкзак блокировал рассеивание света, и в случае опасности Алексия могла просто накрыть его собой. Последний раз она пользовалась отмычками летом, но ее навыков оказалось достаточно, чтобы справиться за минуту. Сняв замок, она закинула отмычку обратно в рюкзак и, не теряя времени, потянула дверь на себя. Алексия не знала, что ждало ее за этой дверью, и была немного напугана этой неизвестностью. Фантазия рисовала мрачные картины, в том числе штабели мертвецов, позабытых здесь много лет назад, поэтому, увидев небольшую пустую комнату, она ощутила приступ разочарования. Быстро юркнув внутрь, Алексия прикрыла за собой дверь, оставив узкую щель, чтобы можно было наблюдать за происходящим снаружи. Она осветила комнату фонариком, пытаясь рассмотреть обстановку. Внутри стоял пыльный стол и раскрытый шкаф с покосившимися дверцами, полки которого были пусты. «Если кто-нибудь заметит лестницу и поднимется сюда, мне будет негде спрятаться», — подумала Алексия, ощущая себя в ловушке. Оставалось лишь надеяться, что никто не станет искать ее здесь. Скрываться тут было лучше, чем прятаться от машины, перебегая от здания к зданию. Из-за длины некоторых строений и расстояния между ними автомобиль имел в этой погоне явное преимущество. Здесь же Алексия могла рассчитывать на безопасность, надеясь, что преследователи не станут выходить из машины, безрезультатно покатаются по территории, а затем устанут и уедут. Она собиралась просидеть здесь как минимум до утра. «Если они работают на Хайнеманна, то вряд ли станут торчать тут весь день в ожидании, когда я вылезу, — размышляла она. — У них наверняка найдутся дела поважней. К тому же одному из них нужна медицинская помощь». Алексия села на пол у двери так, чтобы можно было наблюдать за происходящим снаружи через щель, но это мало помогало — за дверью царила кромешная тьма. Спустя несколько минут она заметила свет фар проезжающей мимо машины, и все тело напряглось от страха. К счастью, автомобиль, как и прежде, проехал мимо, не останавливаясь. После этого он больше не возвращался. Алексия взглянула на часы. Было еще не так поздно — время только-только перевалило за девять вечера. «Возможно, им надоест торчать тут еще до полуночи», — надеялась она. Теперь все зависело от ее осторожности и терпения. Во время этой передышки она смогла немного осмыслить происходящее, и на нее накатила волна ужаса от осознания, как близко сегодня мимо нее прошла смерть. То, что она выжила, было настоящей удачей, но Алексия не могла не признавать, что в первую очередь ее спасла подготовка. Не такого она ожидала, соглашаясь работать на Тернера, но вместе с тем ощутила гордость от того, какой сильной и ловкой стала за эти полтора года, раз сумела выбраться из такой передряги. Возможно, она не сошла с ума от страха лишь потому, что все еще пила антидепрессанты — без них пережитое наверняка обернулось бы панической атакой. Алексия ясно помнила, что ощущала в ту рождественскую ночь, но сейчас разум оставался ясным, и несмотря на то, что она все же испытывала страх, тот не мешал действовать. Опершись боком о стену, она обняла себя за колени и уронила на них голову. Алексия была на грани, измотанная и голодная, и уже сомневалась, что сможет просидеть здесь всю ночь. В рюкзаке лежала бутылка воды, наполненная лишь на треть — остальное было выпито во время тренировки. Решив экономить воду до последнего, она старалась не думать о жажде. Когда адреналин начал спадать, Алексия почувствовала, как пробирает холод. Она плотнее укуталась в куртку, спрятала руки в карманы и время от времени вставала, чтобы размяться и разогнать кровь. Прошло примерно полчаса с момента, как машина последний раз проехала мимо здания, где она пряталась, когда Алексия вдруг услышала посторонний звук. Возможно, ей просто показалось, но на мгновение внизу будто мелькнул свет фонарика. Сердце, едва успевшее успокоиться, вновь забилось с пугающей силой. Она замерла, почти перестав дышать и опасаясь выдать себя даже малейшим движением, и напряженно вглядывалась в темноту, пытаясь вновь увидеть тот свет. «Может, просто воображение разыгралось?» — пыталась она себя успокоить. Прошло несколько минут в полной тишине и темноте, как вдруг странный шорох послышался вновь. Подняв голову, Алексия посмотрела в сторону двери и теперь была абсолютно уверена в том, что в прошлый раз ей не показалось. Свет фонарика падал прямо на ее дверь, и она отчетливо это видела. Затаив дыхание, она осторожно отползла назад, стараясь скрыться в глубине комнаты, где ее не достал бы свет. Внезапно послышался слабый скрип лестницы. Кто-то поднимался прямо к ней. Сердце Алексии бешено заколотилось, готовое выскочить из груди от страха. Она встала, выхватила нож и приготовилась бороться за свою жизнь. Фонарик, направленный прямо в ее сторону, слепил глаза, и рассмотреть, кто приближался, было невозможно. Спустя пару мгновений фигура замерла у двери, пытаясь осветить комнату сквозь щель. Алексия вжалась в стену и зажмурилась, молясь о том, чтобы все это оказалось лишь дурным сном. Она до боли сжимала рукоять ножа и дышала ртом, пытаясь совладать с паникой. Еще немного — и она бы кинулась на нежданного гостя с ножом, но в следующий миг до нее донесся тихий, до боли знакомый шепот: — Алекс? Ты тут? Голос был едва слышен, но Алексия мгновенно его узнала. Судорожно всхлипнув, она ответила: — Рэйч? Дверь тихо приоткрылась, и в проеме показалась фигура Рэйчел. Она опустила телефон, которым освещала себе путь, чтобы не слепить Алексию, и шагнула внутрь. Увидев подругу в глубине комнаты, она с облегчением выдохнула. В тот момент, осознав, что опасность наконец позади, Алексия не выдержала и, шатаясь, сделала несколько шагов вперед. Нож выпал из ослабевших рук, а по щекам сами собой покатились слезы. Рэйчел поспешила навстречу, и они крепко обнялись. Некоторое время они просто стояли в обнимку, не произнося ни слова, пока Алексия приходила в себя. Она понятия не имела, каким образом Рэйчел сумела ее найти, но сейчас это было неважно. Главное, что она пришла к ней на выручку, и Алексия наконец была не одна. — Кошечка, ты в порядке? Они тебя не тронули? — спросила Рэйчел обеспокоенно, тихонько поглаживая ее по спине. — Нет, все хорошо, — выдавила из себя Алексия, осторожно выпуская ее из своих объятий. Быстро смахнув с лица слезы, она с сомнением оглядела подругу, словно все еще не верила, что та действительно была рядом. — Надо убираться отсюда, — предложила Рэйчел. — Но придется искать другой выход: те уроды, что привезли тебя сюда, встали у поворота на трассу, и если попытаемся выйти через центральный вход, нас заметят. Я припарковалась чуть дальше, примерно полмили от въезда на территорию, так что уехать сможем без проблем, но нужно как-то дойти до машины. Придется пройтись. Готова? Алексия кивнула. Рэйчел, похлопав ее по спине, направилась к выходу первая, освещая себе путь телефоном. Алексия подняла с пола нож, спрятала его в карман и последовала за подругой, но та ее остановила: — Давай сначала я. Эта лестница не внушает мне доверия. Мне кажется, двоих она не выдержит. Алексия согласно кивнула и осталась стоять у порога, наблюдая за тем, как Рэйчел медленно спускалась, внимательно глядя себе под ноги. Когда та спрыгнула на землю, Алексия направилась следом. Спуск обошелся без происшествий, и Рэйчел повела ее дальше. Они пошли в обратную от центрального входа сторону, так как, если верить карте, там находился еще один выезд с территории. К счастью, так оно и оказалось, и спустя полчаса они наконец добрались до машины. Усевшись на пассажирское сиденье, Алексия пристегнулась, а затем достала из рюкзака бутылку воды и осушила ее до последней капли. Рэйчел не стала терять времени и завела двигатель. — Ты первая рассказываешь, что произошло, — потребовала она, как только они выехали на дорогу. Уже спустя пару минут машина влилась в поток оживленного шоссе. Алексия не стала возражать. Немного обдумав произошедшее, она решила поделиться лишь частью правды: подробно описала, как ее похитили и как она очнулась в кабинете Хайнеманна, рассказала, как потребовала у него объяснений по поводу убийства родителей, но умолчала о том, что заказчиком мог быть Тернер, сказав вместо этого, что убийцей был кто-то третий, потому что Хайнеманн, по ее мнению, не лгал. Также она не стала упоминать о сделке, которую тот предложил в обмен на их с Каем жизни, чтобы не волновать Рэйчел лишний раз, соврав, что Хайнеманн пощадил их из уважения к ее отцу. — Прошу, не говори Биллу, — попросила Алексия. — Проблема решена, так что нет смысла обострять их с Хайнеманном вражду из-за произошедшего. — Хорошо, не буду. Но Хайнеманн совсем обалдел такое устраивать, — возмущенно заявила Рэйчел. — Каю расскажешь? — Конечно. Алексия задумалась над тем, какую часть правды ему раскрыть. Если заказчиком был Тернер, то кто тогда исполнитель? Этот вопрос волновал ее больше всего, и именно поэтому она не стала делиться с Рэйчел всей правдой. Теперь доверие становилось роскошью, которую она больше не могла себе позволить. Алексия не сомневалась, что подруга была непричастна к смерти родителей, ведь она никогда никого не убивала. Сомнений в этом не было: Рэй пару раз пошутил на тему того, что Рэйчел так и не довелось запачкать руки, и даже Кай однажды заметил, что та была единственной из их четверки, кто так до сих пор и не лишил никого жизни. Зачем им было врать о таком? Но Рэйчел дружила с Каем и Рэем, а это значило, что Алексия не могла доверять ей до конца. Она все еще помнила, как когда-то подруга встала на защиту Тернера. Друзей она стала бы защищать не менее яростно. «Кай говорил, у Билла в банде около сорока человек, но не все занимаются заказными убийствами, — размышляла Алексия. — Эту работу, как я поняла, доверяют менторам и другим опытным ребятам. Значит, круг подозреваемых сужается. Кого из них я вообще знаю?» Она начала перебирать знакомых, мысленно загибая пальцы. «Джастин, по идее, уже не должен был работать к тому времени — Рэйчел говорила, Билл начал передавать ему дела еще в начале года, но быть на сто процентов уверенной в его непричастности я не могу. Еще знаю Майка, он был напарником Кая, значит, тоже мог заниматься убийствами. Он довольно опытный — это было заметно при общении. А Хиро? Явно не просто охотник, раз присутствовал при казни Киттинга и Эрнандо. Могли ли ему поручать заказные убийства? Наверняка да. Рэй не работает из-за учебы, но Кай упоминал, что летом, во время каникул, он все же брал задания, чтобы подзаработать. Значит, тоже мог быть причастен». Нехотя она перешла к последнему подозреваемому, больше других не дававшему покоя. «Наконец, Кай». Эта мысль больно ранила. Кай был достаточно опытным, чтобы провернуть подобное убийство, а его скрытность во всем, что касалось рабочих заданий, лишь усиливала тревогу. «Почему он не сказал, куда уехал? Что еще он от меня скрывает? — не могла успокоиться Алексия. — Что, если все это время он отталкивал меня не потому, что боялся гнева Билла, а потому что знал, что убил моих родителей, и не хотел из-за этого усложнять наши отношения…» Чем дольше она об этом думала, тем сильнее себя накручивала, находя все новые детали, подтверждающие мрачную догадку. — Алекс, ты в порядке? — спросила Рэйчел, бросив на нее быстрый взгляд. — Ты вдруг замолчала. — Прости, задумалась, — ответила Алексия, натянув на лицо фальшивую улыбку. — День, как видишь, выдался тяжелый. Я все рассказала, теперь твоя очередь. Не могу придумать ни единого объяснения твоему внезапному появлению в моем укрытии, кроме как считать это божественным вмешательством. Рэйчел рассмеялась. — Все верно, я твой ангел-хранитель, — с усмешкой произнесла она, доставая из-за пазухи так и не пригодившийся пистолет и убирая его в бардачок. Затем ее голос стал серьезнее: — Сегодня я впервые была готова совершить убийство, и все ради тебя, Алекс. Я за тебя кого угодно порву, даже не сомневайся. Эти слова тронули Алексию. Она положила руку на плечо Рэйчел, пытаясь этим жестом выразить всю свою благодарность, но где-то глубоко внутри не могла не задуматься, как бы та отреагировала, если бы узнала, что Кай мог быть причастен к убийству родителей ее близкой подруги. «Хватит, Алекс! — одернула она себя мысленно. — Ты еще ничего не выяснила, а уже обвиняешь его в убийстве, хотя киллером мог оказаться кто угодно, даже тот, кого ты никогда в жизни не видела. Ты даже не уверена, что это был кто-то из людей Билла». — Ты обещала написать после тренировки, но вдруг пропала, и я решила позвонить, — продолжила Рэйчел, сосредоточенно глядя на дорогу. — После трех пропущенных я проверила Find My, и вот сюрприз! Оказалось, ты в том самом клубе, куда вы с Каем вломились прошлой осенью. Разумеется, я помню, кому он принадлежит, и мне стало интересно, что ты забыла у старины Хайнеманна. Решив, что вероятнее всего ты влипла в неприятности, я села в машину и направилась в Вест-Луп. По дороге пыталась с тобой связаться, но твой телефон вдруг стал недоступен. — Его забрали и перевели в авиарежим, — сообщила Алексия. — Как ты поняла, куда мы поехали? Как-то вычислила нашу машину в потоке других? — Нет, на такую зоркость я не способна, — рассмеялась Рэйчел. — Зато знаю, как работает Find My Network. — Это еще что? — Анонимная зашифрованная сеть от Apple, — ответила Рэйчел. — Недостаточно просто включить авиарежим, чтобы скрыть тебя в Find My — нужно заодно отключить Bluetooth. Если этого не сделать, твой телефон будет пытаться связаться с любым ближайшим устройством Apple, у которого есть выход в интернет, чтобы продолжать передавать геолокацию. Удобно, если тебя обокрали. Эта сеть устройств и называется Find My Network. Стоило мне подъехать к клубу, как твоя точка начала двигаться на юг, и я поехала следом. — Теперь понятно, почему часы не писали, что не могут связаться с телефоном, — догадалась Алексия. — Получается, все это время ты видела мое местоположение, несмотря на включенный авиарежим? — Именно, — подтвердила Рэйчел. — Видимо, у твоих похитителей тоже были айфоны, и они сливали твою геолокацию, даже не подозревая об этом. Я старалась держаться на расстоянии, а когда въехала в промзону, выключила фары, чтобы меня не засекли. Припарковалась в стороне, взяла пистолет и двинулась в твою сторону. Пока шла, услышала чей-то крик, но, к счастью, не твой. Спряталась неподалеку и увидела, что один из похитителей сжимал окровавленный нос, а второй накладывал ему повязку на руку. Это ты его так? Алексия взглянула на подругу с мстительной улыбкой и коротко хмыкнула в знак согласия. Рэйчел продолжила: — Я не слышала, о чем они говорили, но вряд ли отзывались о тебе с теплотой. Вскоре они сели в машину и поехали вглубь территории, и я начала переживать, что они тебя найдут, поэтому вышла из укрытия и последовала за ними. — Они могли тебя поймать, — заявила Алексия обеспокоенно. — Ты очень рисковала. — На самом деле не очень: твоя точка на карте все это время следовала за ними, так что я догадалась, что они забрали твой телефон, и благодаря этому видела, где они были все это время. Машина немного покружила по территории, не делая остановок, а затем направилась к выходу. Я решила, что раз не было ни остановок, ни шума, значит, они тебя не нашли. — А как поняла, что я наверху? Увидела лестницу? — Эту лестницу хрен заметишь! — фыркнула Рэйчел. — Я трижды обошла здание, пока не догадалась, где ты прячешься. — Значит, мне не показалось в тот раз, — осознала Алексия, вспомнив, как впервые услышала подозрительный шорох. — Но как ты узнала, что я где-то рядом? Там столько зданий! Хотя… погоди, я поняла. — Алексия посмотрела на подругу с широко раскрытыми глазами, разгадав всю простоту, но в то же время гениальность плана Рэйчел. — Часы тоже умеют связываться с Find My Network? — Угу, — подтвердила Рэйчел с улыбкой. — Я бродила от здания к зданию и ждала, когда твои часы используют мой айфон, чтобы отправить в Apple твою геолокацию, и когда это случилось, смогла вычислить здание, в котором ты, вероятнее всего, пряталась. План рисковый, но я побоялась тебя звать — вдруг те уроды бы услышали. Кстати, они так до сих пор и торчат у въезда — тебя караулят. С одной стороны, Алексия была в ужасе от того, как далеко шагнули технологии, если даже без связи Рэйчел сумела отыскать ее там, где, казалось, никто бы не смог, при этом используя лишь телефон и часы. С другой стороны, она не могла не восхищаться тем, с какой решимостью Рэйчел действовала. Заметив подругу на вражеской территории, та сразу сообразила, что что-то было не так, и не раздумывая поспешила на выручку. Эта готовность прийти на помощь, несмотря на риск, вызвала у Алексии искреннюю благодарность и уважение. — Ты просто сумасшедшая, — произнесла она, покачав головой. — Поверить не могу, что ты сделала это ради меня. — Только не говори, что поступила бы иначе, — усмехнулась Рэйчел. — Ну конечно! Кто я, по-твоему, Чудо-женщина? — Даже ради Кая бы не стала? — Ради него я пошла бы на это с еще меньшей охотой, — ответила Алексия. — Сам бы выбрался, раз такой опытный. Это же чистое самоубийство! Ты просто чокнутая! Черт возьми… — Алексия сделала паузу, пытаясь перевести дух. — Знала бы ты, как я рада, что ты такая чокнутая… Вспомнив пережитое, она ощутила ком в горле и с трудом удержалась от слез. — Я счастлива, что сумела помочь тебе, Алекс, — произнесла Рэйчел с улыбкой. — Для этого и нужны друзья. — Да, но этим должен был заниматься мой драгоценный напарник, а не ты, — заявила Алексия раздраженно. — А он даже на связь не выходит! Я могла умереть сегодня, меня могли изнасиловать или покалечить, что угодно могло случиться, пока он хрен знает где. Мне чертовски повезло, что ты знаешь, как работает Find My Network, и что ты моя подруга. — Не злись на него, — попросила Рэйчел тихо. — Хорошо, что все обошлось. Сегодня ночуешь у меня, а завтра после учебы попросим Рэя съездить с нами к тебе домой. Соберешь вещи и поживешь у меня какое-то время, хотя бы до возвращения Кая. А еще нужно купить тебе новый телефон. При мыслях о потерянном телефоне Алексия тяжко вздохнула и ответила: — Жаль, что они его забрали. Это был подарок родителей на шестнадцатилетие. Хоть дома у Рэйчел и было безопасно, Алексия все никак не могла почувствовать облегчение. Она переживала, что похитители могли из злости вернуться и что-нибудь сделать с ее машиной или квартирой. В таком случае пришлось бы объяснять все Тернеру, а посвящать его в эти события не хотелось. Ее телефон все еще передавал данные о геолокации, и было странно видеть на карте иконку со своими устройствами в разных местах Чикаго. К счастью, вторая точка находилась далеко от ее района — судя по всему, похитители так и не дождались ее появления и заглянули в какую-то забегаловку по пути в центр. — Так что там была за сногсшибательная новость, о которой ты собиралась рассказать? — вспомнила Алексия. — А, точно, — отозвалась Рэйчел, и ее голос звучал уже не так воодушевленно, словно после всех сегодняшних событий новость потеряла свой блеск. — Я призналась Джордану, что вовсе не богачка. Рассказала, что родилась в Вест-Сайде и что мои родители из самого низа, а подняться мне помог Билл, с которым я сплю, так что мы с Джорданом больше не можем быть вместе. Про работу не говорила — это было бы уже слишком. — Боже… — выдохнула Алексия, пытаясь осознать услышанное. — Раз новость сногсшибательная, значит, он тебя не бросил? — Угу, — ответила Рэйчел. — Сначала был в шоке, мы даже немного повздорили. Это был тяжелый разговор. Когда я предложила расстаться, сказал, что не хочет, но попросил взять паузу. На следующий день предложил встретиться и признался, что его семья вовсе не из old money. На самом деле они нувориши, и богачи из Лейк Фореста обходят их стороной, так что его родителям будет плевать, что я из бедной семьи. Более того, их даже порадует тот факт, что я получила стипендию в университете Чикаго — значит, я умная, а им такие нравятся. Про Билла, конечно, он им рассказывать не собирается. — А сам он что про Билла думает? — Ему все это, ясное дело, не нравится. Я пообещала расстаться с Биллом, но объяснила, что быстро этого не сделать. И с самим Биллом не знаю, как поговорить. Помню, как он отказал тебе, и боюсь, что мне тоже откажет. Стараюсь пока об этом не думать, но рано или поздно придется. — А что у тебя с планами на Пасху? — спросила Алексия, вспомнив о приглашении Джордана. — Похоже, все-таки еду в Лейк Форест, — ответила Рэйчел с улыбкой. Она постелила Алексии в гостевой комнате, и та долго не могла уснуть, все вспоминала, как лежала здесь с Каем, и думала о том, что будет, если выяснится, что именно он убил ее родителей. С одной стороны, она понимала, что для него это была бы всего лишь работа, и, возможно, если бы он знал, чем все кончится, не стал бы этого делать. С другой стороны, она не могла лгать самой себе: это бы навсегда изменило ее отношение к нему. Такое было бы невозможно простить. Рэйчел одолжила Алексии одежду и косметику, чтобы та могла отправиться на учебу опрятной, и подбросила до школы по пути в колледж. Они договорились, где и во сколько встретятся после занятий, так как у Алексии не было с собой телефона. Это вызывало жуткий дискомфорт: она так привыкла, что тот всегда был под рукой, словно стал ее извечным спутником с того самого дня, когда ей купили первый смартфон. После уроков Алексия нашла машину Рэя в оговоренном месте. — Смотри, что у меня для тебя есть, — сообщила Рэйчел, когда Алексия расположилась на заднем сиденье, и протянула телефон. Это был телефон, украденный похитителями. — Откуда?.. — только и сумела выдавить Алексия, ошеломленно забирая его из рук подруги. — О, это очень веселая история, — с готовностью приступила к рассказу Рэйчел. — Твой телефон оставался в той забегаловке. Иногда сигнал о его местоположении пропадал, а затем появлялся снова, и это показалось мне странным. Рэй предположил, что похитители просто выбросили его где-то поблизости. — И вы поехали за ним? — спросила Алексия, чувствуя, как от благодарности защемило в груди. — Это могло быть опасно! — Ну, я была с Рэем, — хихикнула Рэйчел. — К тому же ты сказала, что это подарок родителей, а значит, он тебе дорог. Мы обошли здание, я даже проверила мусорные баки поблизости. Ждала, когда твои часы поймают сигнал телефона. В итоге мы нашли его прямо в той забегаловке. — Подожди, мои часы? — удивилась Алексия, а потом вспомнила, что оставляла их заряжаться у Рэйчел и забыла утром надеть. — Прости, что взяла их без спроса, — произнесла Рэйчел с виноватым видом, — но я была уверена, что они пригодятся. Сначала мы поговорили с сотрудниками забегаловки, и я сказала, что оставила телефон в их заведении, но, увы, они ничего не находили. Тогда попробовала пингануть его через часы, и это сработало — нашли по звуковому сигналу. — И где он был? — В мужском туалете, — ответил Рэй, поморщившись. — Просто кинули в урну, никакой фантазии. А мне пришлось доставать. Советую хорошенько продезинфицировать перед использованием. Степень загрязнения телефона Алексию не слишком волновала: она была безмерно счастлива, что вещь, которую ей два года назад подарили родители, была снова с ней. Когда они подъехали к ее дому, Рэй взял с собой пистолет и попросил девушек остаться в машине, пока он все не проверит. Спустя пару минут он написал, что все было чисто. Алексия собрала одежду на несколько дней и кое-какие вещи, которые могли бы пригодиться у Рэйчел, а также скоропортящиеся продукты, которые было жаль выкидывать. Сборы заняли около получаса, и все это время Рэй стоял у входа в квартиру на случай, если похитители появятся снова. Собрав все нужное, девушки пересели в машину Алексии, а Рэй попрощался с ними и отправился по своим делам. — Если Билл захочет встретиться, придется просить водителя забрать меня у твоего дома, — произнесла Алексия угрюмо. — Если это повторится, Билл наверняка заинтересуется, что я у тебя так часто делаю. — Скажи, что нашла таракана на кухне и вызвала дезинфекцию, поэтому несколько дней поживешь у меня, — предложила Рэйчел. — Нечто подобное было у Кая с Рэем, когда они жили вместе. Им пришлось три дня торчать в мотеле, прежде чем можно было вернуться. — Это всего на три дня, а потом? И вообще, как скоро я смогу вернуться домой? — Давай дождемся возвращения Кая, может, он предложит что-нибудь дельное. Тот вернулся спустя пару дней, в субботу утром. Рэйчел получила уведомление от Find My о том, что Кай снова начал делиться своей геолокацией, и сразу же сообщила об этом Алексии, но та и так была в курсе: он первым делом написал ей, интересуясь, во сколько она собиралась поехать на тренировку. Алексия попросила его как можно скорее навестить ее у Рэйчел. Раз она рассказала о случившемся даже Рэю, Кай тоже должен был обо всем узнать. Разговор затянулся. Рэйчел постоянно вставляла свои комментарии, дополняя рассказ уточнениями о том, что в тот момент делала сама. С каждой минутой Кай становился все мрачнее и задумчивее. Когда Алексия закончила, он некоторое время молчал, прежде чем наконец сказать: — Будет безопаснее, если останешься у Рэйчел, но, если хочешь вернуться домой, думаю, это возможно. Буду провожать тебя до школы и после тренировок. Если эти парни и правда из свиты Хайнеманна, не думаю, что они станут караулить тебя у дома — у них наверняка и без этого хватает дел. Еще можно попросить Билла подыскать тебе новое жилье. — Не нужно, — ответила Алексия решительно. — Я в любом случае не вернусь в ту квартиру. Когда я говорила о доме, имела в виду родительскую квартиру. Она долго обдумывала эту идею и поняла, что спустя полтора года после трагедии ее отношение к этому месту изменилось. Негативные эмоции, переполнявшие ее после убийства родителей, притупились. Алексия и раньше размышляла, не вернуться ли обратно, но всегда отмахивалась от этой мысли, не желая возиться с переездом. Сейчас же обстоятельства вынуждали ее сделать это, и, возможно, это было к лучшему. Ее тянуло к месту, где она когда-то была счастлива, в ее родной дом. Казалось, только он мог защитить ее ото всех бед. Она нуждалась в этом чувстве безопасности, словно родительская квартира была окутана магическим щитом из Гарри Поттера, скрывающим от всякого зла. — Значит, придется снова расчищать багажник, — вздохнул Кай. Алексию порадовал тот факт, что он не стал спорить с ее решением или отговаривать. «Если бы ты был убийцей, вряд ли бы захотел, чтобы я возвращалась на место твоего преступления, — размышляла она. — Либо ты настолько хорош в сокрытии своих эмоций, что я просто не способна тебя раскусить». Алексия вспомнила, что хотела показать Каю еще кое-что, и сходила в гостевую комнату за ноутбуком. — Похоже, те двое действительно из списка его приближенных, — сообщила она, протягивая ноутбук Каю. — У меня есть небольшое досье на них. Кай внимательно изучил оба pdf-документа и спросил: — Откуда они у тебя? — Мэтт нашел на сервере клуба, когда мы взломали их сеть, — ответила Алексия. Рэйчел удивленно приподняла бровь, и Кай, заметив это, пояснил: — Мэтт — мой знакомый хакер, помог нам с камерами. Рэйчел все еще не знала ни о Мэтте, ни о том, что он обучал Алексию своему ремеслу. Та упомянула о нем лишь однажды, когда рассказывала о смерти Эрнандо. Постоянные тайны и необходимость помнить, кто о чем знал и не знал, начинало утомлять. «И теперь я вновь лгу друзьям, — подумала Алексия. — В какой момент все стало таким запутанным? Кому я вообще теперь могу доверять?» — Это ведь они были в тот день в клубе с Хайнеманном? — спросила Алексия. У нее была отличная память на даты и цифры, а вот лица она запоминала плохо, особенно если видела человека лишь раз. В этом плане Кай был ее полной противоположностью — у него память на лица была феноменальной. — Да, — подтвердил Кай. — Хорошо, что ты не стала рассказывать им о Киттинге. Судя по всему, парень, которого я убил, был лишь шестеркой, раз именно его зачем-то отправили в кабинет. Если бы у Хайнеманна были доказательства нашей причастности к смерти Киттинга, он бы нас так просто не отпустил. Можешь скинуть мне этот архив? И вообще все, что нашел Мэтт. — Конечно, без проблем, — ответила Алексия. Кай вернулся в папку с досье на других членов банды Хайнеманна, и Рэйчел заметила: — Судя по количеству файлов, тут только верхушка. На него ведь работают сотни. — Да, мелкие сошки ему не интересны, — согласился Кай. — Нам, впрочем, тоже. Рэйчел не стала возражать против столь скорого отъезда подруги, хотя было видно, что ее это расстроило. Алексии тоже понравилось жить с ней, но все же хотелось вернуться в свое собственное жилище — туда, где ей принадлежала бы каждая вещь. Хоть Рэйчел и окружила ее заботой и уютом, Алексия всегда помнила, что была в ее квартире лишь гостьей. Кай предложил подбросить ее до родительской квартиры, и сначала она хотела отказаться, ведь ее машина все еще оставалась на парковке Рэйчел, а вещей было не так много, чтобы не справиться самой, но пристальный взгляд Кая навел на мысль о том, что он хотел о чем-то с ней поговорить. На его лице читалось волнение. «Что такого ты хочешь обсудить со мной, раз не решился говорить при Рэйчел?» — задавалась она вопросом, пока они следовали к парковке. Кай не стал тянуть с разговором. Едва они сели в машину, он бросил на нее внимательный взгляд и произнес: — Прости, что не был рядом, когда это случилось. В его голосе чувствовалась вина. Алексия лишь кивнула, не зная, как реагировать. — Будь ты в городе, что бы изменилось? — спросила она. — Если бы ты поехал с Рэйчел, мог бы натворить дел. Ты бы не стал щадить похитителей, не удержался бы, и нам пришлось бы разгребать последствия. Вряд ли бы Хайнеманн обрадовался, узнав, что потерял из-за нас еще двоих. Кай нахмурился и отвернулся к окну. Его челюсть сжалась, а пальцы на руле побелели от напряжения. — Может, ты и права, — ответил он и спустя небольшую паузу добавил: — Хорошо, тогда расскажешь, что ты на самом деле пообещала ему в обмен на наши жизни? Глава 30 I still feel alive When it is hopeless, I start to notice That I still feel alive Falling forward, back into orbit still feel, halfalive Вопрос Кая застал Алексию врасплох, ведь она считала свою историю достаточно правдоподобной. Видимо, она выдала себя каким-то жестом или эмоцией, раз он так легко распознал ложь. Заметив ее растерянность, он добавил: — Я уже рассказывал, что Билл поручал мне следить за Хайнеманном после смерти Роба, и я хорошо изучил его как личность, поэтому знаю о нем так много. После того, что мы устроили у него в кабинете, он ни за что на свете не отпустил бы тебя просто потому, что ты дочь одного из его людей. Семейные узы и дружеские привязанности его не волнуют — он во всем ищет выгоду. Алексия откинулась на спинку сиденья и устало выдохнула. Она не планировала рассказывать Каю о сделке, по крайней мере сейчас, но снова недооценила его проницательность. — Ладно, — сдалась она наконец. — Я пообещала достать информацию о поставщиках Билла. Маршруты, контакты, имена крышующих чиновников. И на все это три месяца. Кай ответил не сразу. Было видно, что он обдумывал услышанное. — Звучит правдоподобно, — наконец заключил он. — Хайнеманн знает про вас с Биллом? — Вроде нет. Если бы знал, упомянул бы. В последнее время я редко езжу к Биллу, и если за мной начали следить недавно, могли не узнать о нашей связи. — То есть Хайнеманн не в курсе, насколько близко ты способна подобраться к Биллу, — задумчиво произнес Кай. Алексия бросила на него обеспокоенный взгляд, пытаясь понять, на что он намекал. — О чем ты? Кай снова сделал паузу, обдумывая что-то. — Не уверен, что он выполнит обещанное. Что мешает дождаться информации, а потом избавиться от тебя как от ненужного свидетеля? Алексия тоже думала об этом, но все же надеялась, что Хайнеманн сдержит слово. Он ведь даже руку ей пожал. «Но его людям было плевать на нашу сделку, — вспомнила она. — Они были готовы меня убить, лишь бы получить свое. Возможно, и сам Хайнеманн не так от них далек. Кай прав: рассчитывать на его порядочность наивно». — Хорошо, что тогда предлагаешь? — спросила Алексия, ожидая от него решения. — Не знаю, — признался Кай устало. — Нужно все обдумать. Но на всякий случай попробуй добыть ту информацию, только не спеши отправлять — у нас три месяца на то, чтобы решить, что делать. Сама справишься или попросить помощи у Мэтта? — Думаешь, Мэтт станет красть у Билла? Тот все-таки помог ему спрятаться от федералов. — Кто знает, — пожал плечами Кай. Алексия впервые видела его в таком смятении. Обычно у него всегда находился ответ на любой ее вопрос, но теперь он выглядел таким же потерянным, как и она. — Расскажи обо всем, что происходило в кабинете Хайнеманна, но на сей раз ничего не скрывай. Мне важна каждая мелочь. Алексия принялась за рассказ и в этот раз не стала скрывать свои подозрения по отношению к Тернеру. Кай лишь молча кивнул, услышав ее предположения, словно знал, что такое было возможно. Ее вновь охватили сомнения. Было невыносимо думать о том, что Кай мог оказаться убийцей. Доехав до дома, она попросила его подняться вместе с ней. Прошло почти два года с тех пор, как она последний раз переступала порог родного дома — с того самого дня, как они с Эрнандо искали тайник. Почему-то было боязно идти туда одной. К счастью, Кай возражать не стал. Вместе они поднялись на третий этаж и прошли мимо квартиры, когда-то принадлежавшей семье Каррера. За дверью была слышна музыка — вероятно, Клаудия все же продала жилье. Из ее родной квартиры не доносилось ни звука. Стоило Алексии схватиться за ручку и попробовать ее повернуть, как вдруг отчего-то бешено заколотилось сердце. Тогда, в день убийства, дверь была не заперта — уходя, убийца не стал закрывать ее на замок. В этот раз дверь не поддалась. Достав ключи, Алексия с удивлением осознала, что все еще помнила, какой именно ключ был нужен. Знакомым движением она отперла замок, и они вошли внутрь. Все в квартире оставалось таким же, каким она помнила, разве что появилось больше пыли. Алексия прошла немного вперед и оставила дорожную сумку у дивана, замерев у места, где когда-то обнаружила кровавое озеро. Кай вошел следом и закрыл за собой дверь. Обернувшись на звук, она вдруг поняла, что должна узнать правду прямо сейчас. Больше она не могла мириться с этим неведением. — Кай, насколько ты со мной честен? — спросила Алексия, не решаясь напрямую задать вопрос, ответ на который интересовал ее больше всего. — У меня есть секреты, как и у всех, — ответил он, подходя ближе. Его лицо было серьезным, почти непроницаемым. Казалось, он чувствовал, что речь шла о чем-то важном. Его ответ не принес облегчения, скорее наоборот, словно приближал к правде, которую она сильнее всего боялась услышать. — Тогда прямо сейчас я задам вопрос и хочу услышать честный ответ, — попросила Алексия. — Пожалуйста, не лги и не увиливай. Это важно. Кай некоторое время изучал ее лицо, словно пытаясь угадать, о чем она собиралась спросить, чтобы быть к этому готовым. Наконец он коротко кивнул и сказал: — Хорошо. Спрашивай. — Ты убил моих родителей? Выражение его лица ответило быстрее любых слов. Казалось, он был готов к какому угодно вопросу, но не к этому. На его лице застыло удивление, а глаза широко распахнулись, будто Кай не мог поверить в то, что она всерьез подозревала его в чем-то подобном. — Конечно же нет! — заявил он и замолчал, глядя на нее так ошарашенно, словно не знал, как подобрать нужные слова, чтобы оправдаться. — Алекс, я бы не стал… я бы никогда не поступил так с тобой. «Можно ли тебе верить? — задавалась она вопросом. — Ты так хорош в искусстве лжи. Вдруг и сейчас пытаешься меня обмануть?» Кай видимо уловил сомнение в ее глазах и открыл рот, будто хотел что-то добавить, но замер на полуслове, а затем прикрыл глаза, словно собираясь с мыслями. Наконец он вновь посмотрел на нее и спросил: — Ты говорила, это случилось в День Независимости, верно? Алексия кивнула, и он продолжил: — У меня есть алиби. В тот день я был на пирсе Navy Pier с Рэем и Рэйчел. Она давно хотела посмотреть на фейерверки оттуда, наделала кучу фото. Можешь попросить показать. Потом мы двинулись пешком вверх по Восток-Огайо-стрит и зашли в какой-то мексиканский ресторан. Рэйчел там понравилось, она наверняка его запомнила. Кай смотрел на нее с вызовом, будто ожидая, что она вот-вот бросится проверять его слова. Алексия подошла к дивану и села, поджав под себя ноги. Она обдумывала услышанное, пытаясь обнаружить в его рассказе изъян, зацепку, которая помогла бы вывести его на чистую воду, но ничего не находила. В итоге она взяла телефон и открыла переписку с Рэйчел. Кай подошел ближе, облокотился на спинку дивана и принялся наблюдать за ее действиями, глядя ей через плечо. «Кай говорил, вы ходили в какой-то классный мексиканский ресторан после фейерверков 4 июля. Не помнишь, что за место? Мне вдруг захотелось тако», — написала она, стараясь сформулировать вопрос так, чтобы тот звучал как можно непринужденнее. Подруга не должна была заподозрить, для чего Алексии была нужна эта информация. Рэйчел ответила почти сразу: «Да, где-то рядом с Navy Pier», а затем добавила: «Подожди, я фоткала вывеску, чтобы не забыть название». Спустя минуту пришло селфи Рэйчел на фоне вывески. Судя по длине ее волос, это вполне могло происходить полтора года назад. Следом она попросила: «Если соберетесь туда, возьмите меня с собой!». Немного подумав, Алексия напечатала: «С радостью! А давно вы там были? Может, они уже закрылись? Что-то не вижу их в Google Maps», на что Рэйчел ответила: «Не может быть, это было всего полтора года назад!» и спустя полминуты прислала ссылку на сайт ресторана. Алексия сослалась на то, что написала название ресторана с ошибкой, поэтому и не нашла его на карте, и предложила Рэйчел съездить туда завтра, на что та ответила согласием. С облегчением отложив телефон, она запрокинула голову, встречаясь с Каем взглядом. Он все еще стоял за ее спиной и видел их с Рэйчел переписку, а значит, знал, что та полностью подтвердила его алиби. Вместе с ним из списка подозреваемых вычеркивался и Рэй. — Я бы никогда не поступил так с тобой, Алекс, — повторил Кай, глядя ей прямо в глаза. В его взгляде читалась обеспокоенность. — Если бы это и правда был я, я бы признался. Пусть не сразу, но признался бы. Алексия судорожно выдохнула, чувствуя, как с плеч рухнула целая гора. Она привстала на коленях и развернулась к нему всем телом, а затем обхватила руками за шею, испытывая огромное облегчение от того, что он оказался невиновен. Кай ответил на объятие, прижав ее к себе так крепко, как того позволяла спинка дивана, разделявшая их. Алексия чувствовала, как дрожали его руки. — Прости, что сомневалась, — прошептала она. — Я не знаю, кому верить. Все вокруг только и делают, что пытаются меня использовать. — Она чуть отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза, и добавила: — Я доверяю только тебе. Он едва заметно улыбнулся и наклонился, чтобы коснуться лбом ее лба. Его губы были так близко, но Алексия не посмела их коснуться, и Кай тоже не стал пересекать черту. Они замерли в таком положении на несколько секунд, а затем она отстранилась, и объятия распались. Он не стал задерживаться. Убедившись, что дальше она справится без него, Кай ушел. Алексия еще немного посидела на диване, пытаясь свыкнуться с мыслью, что теперь снова будет здесь жить. Из квартиры Эрнандо больше не доносилось ни звука, и, чтобы хоть как-то заполнить тишину, она включила телевизор. Алексия знала, что Доминик продолжал оплачивать счета, которые когда-то должны были плюсоваться к ее долгу за обучение, о котором уже все давно позабыли. В квартире было электричество, вода и интернет. Алексия попросила Кая поделиться контактами клининговой службы и, связавшись с ними, договорилась об уборке на завтра. Она обошла каждую комнату, вспоминая, как там все было устроено. Она не боялась входить в спальню родителей, ведь они с Эрнандо уже были там после их смерти. Задумавшись об их вещах, Алексия сама не заметила, как приступила к сортировке: что-то решила выбросить, а что-то — отдать на благотворительность. Это занятие помогло отвлечься, и она погрузилась в него с головой. Проголодавшись, Алексия заказала еды и отвлеклась на телефонный разговор с Вайолет, после чего снова вернулась к уборке. Она занималась этим до самого вечера, и процесс оказался на удивление медитативным. Избавляться от прошлого было не больно, наоборот, это приносило облегчение. Алексия была готова отпустить его и идти дальше. Обустраивая квартиру под себя, она словно вдыхала в нее новую жизнь, наполняя своим присутствием и уютом. Чем быстрее она снова почувствует, что это ее дом, тем легче станет жить здесь. На следующий день, пока клининговая служба приводила родительскую квартиру в порядок, Кай и Рэйчел помогали Алексии с переездом. Вещей было немного — за эти полтора года она покупала лишь одежду, так как сначала на лишние траты не было денег, а потом — ни желания, ни сил, ведь все ресурсы уходили на тренировки и учебу. Часть старых вещей она выбросила, а остальное сложила в коробки, оставшиеся после первого переезда и все это время ждавшие своего часа в гардеробной. Переезжали на двух машинах: Рэйчел пригнала машину Тернера, которую Алексия оставила на парковке у ее дома, а Кай приехал на своей, так что управились быстро и, бросив коробки нераспакованными, отправились в тот самый мексиканский ресторан, о котором говорили накануне. Позже Кай развез девушек по домам, и следующие несколько дней Алексия постепенно освобождала коробки, никуда не спеша. Разумеется, она понимала, что если люди Хайнеманна сумели отыскать ее квартиру однажды, ничто не мешало им сделать это снова, однако чувствовала себя в большей безопасности в родном доме. Она надеялась, что те двое решат оставить ее в покое: возможно, у них не было времени следить за ней, а просить кого-то еще значило бы привлечь внимание Хайнеманна. Тем более что сам Хайнеманн обещал, что за ней будут присматривать на случай, если она попытается сбежать из города, и, если этим будут заниматься другие люди, любая попытка отомстить Алексии непременно будет замечена. Чтобы быть готовой к повторному нападению, она купила перцовый баллончик и теперь всегда носила его с собой. Каждый раз, заходя в подъезд, она крепко сжимала его в руке и внимательно оглядывалась по сторонам, но, к счастью, никого, кроме соседей, не встречала. А еще они с Каем наконец добавили друг друга в друзья в Find My, и Алексия время от времени развлекала себя тем, что наблюдала за его перемещениями по Чикаго, гадая, не занимался ли он тем же, следя за ее местоположением. Она также отказалась от машины Тернера, решив вернуться к использованию такси — так было проще путать следы. Конечно, с личным автомобилем было удобнее, но и у такси находились свои плюсы, например, можно было просто расслабиться в дороге, доверив управление транспортом другому человеку. Кроме того, не нужно было заботиться о бензине и переживать, как бы случайно не поцарапать корпус. Тернер отнесся к ее решению переехать в родительскую квартиру и вернуть автомобиль спокойно, без особого интереса. Алексия объяснила все тем, что ей просто надоело водить, а в прежнюю квартиру вернулась, потому что та была больше. Такое объяснение его вполне устроило. Он так и не узнал о похищении и о том, что Алексия уже вовсю обдумывала, как бы пробраться в его компьютер. Она и раньше замечала, что Тернер никогда не расставался со своим ноутбуком. Иногда, когда ему звонили, он открывал его, чтобы что-то уточнить, но ни разу не оставлял без присмотра. Алексия не имела ни малейшего шанса даже притронуться к устройству, не говоря уже о попытке взломать. Значит, доступ к нему можно было получить лишь удаленно. Сначала она планировала сделать это через домашнюю сеть. Взлом пароля от Wi-Fi проблемой не был — сложности начинались с момента, когда она переступала порог дома Тернера и охрана забирала у нее всю технику, включая телефон. Единственное, на что Алексия могла надеяться — поймать сигнал сети, пока шла к двери. Ей понадобилось несколько попыток, чтобы воплотить план в жизнь. В первый раз она притворилась, что отвечает на сообщение, чтобы задержаться у входа и запустить сканирование сети и подбор пароля. Оставив телефон в сумке, она направилась к Тернеру, а когда уходила, пароль от Wi-Fi был уже подобран. Во время второго визита, прежде чем отдать сумку охраннику, Алексия попросилась в туалет и с телефона вошла в админ-панель роутера, наудачу вбив в браузер стандартный IP-адрес: 192.168.1.1. Но дальше все зашло в тупик: логин и пароль оказались нестандартными. Она испробовала базовые комбинации вроде admin/password, но сеть явно настраивал кто-то грамотный, потому что часто используемые заводские реквизиты для входа не сработали, а спустя несколько попыток сработало ограничение на число неверно введенных паролей, и форма входа оказалась временно заблокированной. Оставаться в туалете дольше она не могла, так что пришлось уйти ни с чем. Она сделала еще одну попытку подобрать пароль к админ-панели роутера, но пробраться в домашнюю сеть Тернера у нее так и не вышло. «Вероятно, единственный способ добраться до твоих данных — войти через офисную сеть», — размышляла Алексия. Она понимала, что корпоративная сеть могла быть защищена куда лучше домашней, но не видела другого выхода. Возможно, в этом случае ей пришлось бы обращаться за помощью к Мэтту, но он был ее запасным вариантом на самый крайний случай. Если именно он отвечал за настройку сети адвокатской конторы Тернера, возник бы серьезный конфликт интересов. Однако ничто не мешало ей использовать хакера для наведения справок. Аккуратно, в ходе самых обычных разговоров Алексия начала расспрашивать Мэтта о его работе, но без привязки к Тернеру. Выяснилось, что он не раз помогал компаниям с IT-инфраструктурой, и тогда она, словно из праздного любопытства, спросила, насколько сложно защищать такие сети и какие ошибки в безопасности встречаются чаще всего. Мэтт принялся делиться своими знаниями с большим энтузиазмом. Оказалось, во многих фирмах кибербезопасность часто недооценивали: IT-службы обычно ограничивались базовыми настройками, и даже в крупных компаниях случались проколы, например, администраторы могли забыть сменить стандартные пароли на маршрутизаторах. Алексия как бы невзначай отметила, что в адвокатской конторе Тернера наверняка все было настроено как надо стараниями Мэтта, но тот ответил, что эту сеть настраивал не он, а сторонняя компания, предоставляющая такие услуги фирмам без собственного IT-отдела. При этом он не упустил возможности ее покритиковать: по его словам, из-за большого числа клиентов подобные компании не всегда относились к работе с должной добросовестностью. Алексия впитывала информацию, как губка. Услышанного оказалось достаточно, чтобы без сомнений приступить к разработке плана взлома офисной сети Тернера. Было несложно определить самое слабое звено в этой системе. — Расскажешь, что у тебя было с рыженькой секретаршей? — спросила Алексия как-то раз у Кая. Он удивленно посмотрел на нее, явно обдумывая, как бы уклониться от ответа, но, вероятно, решив, что от правды хуже не станет, нехотя ответил: — Мы встречались. Недолго. — Даже так, — удивилась Алексия. — После слов Рэя я решила, что ты коварно переспал с ней, а затем бросил. Кай закатил глаза: — Он наверняка так и считает. Рэй знает, что у нас с Лесли что-то было, но без подробностей. Мы не обсуждаем личную жизнь друг друга. «Парни такие скучные», — подумала Алексия, вспомнив, какими откровенными бывали ее разговоры с Рэйчел. Без этого их дружба была бы и вполовину не такой увлекательной. — Как вы вообще начали встречаться? Кай пожал плечами, словно сам не понял, как так получилось. — Она была сестрой одного из моих стажеров. Я упоминал о нем — это он сломал ногу и не смог доучиться. — Алексия кивнула, припоминая ту историю. — Мы часто проводили время в тире, Лесли тоже там появлялась. Встречалась с одним парнем, а когда они расстались, переключила внимание на меня. Мы начали общаться, переписываться, пару раз сходили на свидание. — Как романтично, — отметила Алексия, ощущая легкую обиду из-за того, что у нее с Каем все было иначе. «Впрочем, какая другая пара может похвастаться тем, что их первый поцелуй случился сразу после того, как они вломились в кабинет местного криминального авторитета и убили там человека? — подумала она. — Будет что рассказать внукам». Кай лишь хмыкнул в ответ, и она спросила: — А из-за чего расстались? — Оказалось, Лесли из тех, кто пытается заполнить собой все твое пространство. Владеть твоим временем без остатка. Я постоянно должен был быть с ней рядом. Меня это напрягало, особенно когда она начала проявлять интерес к моей работе. Спустя пару месяцев я понял, что такие отношения не для меня, и предложил расстаться. Она была против, писала мне, уговаривала попробовать снова. Это было невыносимо. В какой-то момент я просто начал ее игнорировать, и только после этого она успокоилась. С моей стороны это было по-свински, но я уже не знал, как иначе от нее отвязаться. — Она тогда уже работала у Билла? — Нет, устроилась к нему через несколько месяцев после нашего расставания. Насколько я знаю, она проходила двухлетнее обучение, что-то связанное с административным управлением. Думаю, как раз к тому моменту получила диплом и напросилась к Биллу. — И он взял ее без опыта? — удивилась Алексия. Кай пожал плечами и ответил: — Как видишь. Может, брат помог или она с кем-то еще из той компании замутила. Я лишь знаю, что ей тоже предлагали обучение, как и тебе, но, в отличие от брата, она не захотела заниматься ничем криминальным. — Думаешь, она пошла к Биллу, чтобы быть ближе к тебе? Кай с сомнением покачал головой: — Мне кажется, Лесли просто увидела хороший карьерный шанс и воспользовалась им. Неплохо для ее возраста — мы ведь с ней ровесники. Алексия не знала, как относиться к Лесли. С одной стороны, та ее раздражала, так как тоже была влюблена в Кая. С другой, было в ней что-то, что вызывало симпатию. Она почти всегда вела себя дружелюбно. Единственный раз, когда Лесли проявила строгость, был при первом визите Алексии в офис Тернера, но Эрнандо тогда сам напросился. В остальном не было ни ревности, ни попыток подколоть, хотя Лесли точно знала, что Кай и Алексия были напарниками. — А какие у вас сейчас отношения? — спросила она, возвращаясь к тому, что ее действительно интересовало. — Никакие, — ответил Кай. — Мы не общаемся. — Я не об этом. Как она ведет себя с тобой? Если попросишь об услуге, как отреагирует? Кай задумался. — Думаю, выполнит. — А ты случайно не знаешь, насколько она технически подкована? Кай нахмурился и внимательно посмотрел на Алексию, пытаясь понять, к чему она вела. — Алекс, что происходит? Ты задаешь очень странные вопросы. — Я собираюсь достать информацию для Хайнеманна, — наконец призналась она. — Мне нужен доступ к ноутбуку Билла, но получить его через домашнюю сеть не вышло, так что остается рабочая. Хочу попробовать заполучить права администратора домена, а для этого мне нужен компьютер кого-нибудь из сотрудников, но я никого, кроме секретарей, там не знаю. Элисон уволилась, так что остается только Лесли. — И ты хочешь, чтобы я тебе помог, — догадался Кай. — Верно, — кивнула Алексия. — Вот что я предлагаю… Кай внимательно ее выслушал и после недолгих размышлений согласился принять участие в ее авантюре. В последнее время он выглядел напряженным и уставшим — возможно, сказались недавние события, произошедшие с ней. Алексия была рада, что, несмотря на свое состояние, он все же не стал отказываться. В один из ближайших дней они направились в офис Тернера, чтобы обсудить новое задание. Вот уже несколько месяцев их распределением занимался Джастин, и в адвокатской конторе у него был свой кабинет. Обычно для связи использовался мессенджер, замаскированный под приложение банковских услуг, и чтобы получить доступ к скрытому функционалу, нужно было зайти в определенный раздел и ввести пароль. Через это приложение сотрудники получали новые задания и отчитывались об их выполнении, так что необходимости ездить в офис не было — это происходило лишь в тех случаях, когда возникали трудности или нужно было обсудить детали с Джастином лично. Обычно этим занимался Кай, но иногда его сопровождала Алексия. В этот раз она тоже поехала с ним. В свете событий прошлой осени ни она, ни Кай не были в восторге от необходимости встречаться с Джастином, но, к удивлению Алексии, тот ни разу не повел себя как мудак: разговаривал сдержанно, по делу, без высокомерия и подколов. Неожиданно спокойным оставался и Кай: в его голосе не было привычного напряжения и раздраженности, словно они с Джастином заключили перемирие, забыв предупредить ее об этом. Обсудив задание, Кай и Алексия направились к Лесли. Кай заранее уточнил, до скольки та работала, чтобы застать ее на месте. Был конец рабочего дня, и вторая секретарша уже ушла, так что никто не смог бы помешать им осуществить задуманное. — Слушай, могу попросить тебя распечатать кое-что для меня? — поинтересовался Кай с улыбкой. — Мне для работы, а светиться в копировальном центре не хочется. Он умел втираться в доверие, когда было нужно. Его голос звучал уверенно, а дружелюбная улыбка не вызывала ни малейших подозрений. Лесли, кажется, даже не задумалась о том, чтобы отказать: она без лишних вопросов забрала флешку из его рук и вставила в порт компьютера. Для нее это была всего лишь просьба, исходящая от человека, который ей нравился. Она даже не догадывалась, что в тот момент сделала первый шаг к тому, чтобы открыть для Алексии доступ в корпоративную сеть. — Вот этот файл, — произнес Кай, указывая на специально подготовленный excel-документ. Его содержимое Алексия позаимствовала из архивов, украденных у Хайнеманна. Это был самый обычный финансовый отчет, который не представлял особого интереса, однако она внесла в него одно важное изменение — встроила макрос. Главной задачей было заставить Лесли его запустить, так как по умолчанию выполнение макросов в Excel было отключено. Именно для этого и нужен был Кай. Алексия надеялась, что симпатия Лесли к нему сыграет свою роль и заставит ее довериться. Чтобы добавить документу значимости, Алексия поставила на него пароль. — Придется разрешить редактирование и запустить макрос, — подтвердил Кай с досадой, когда Лесли, введя продиктованный им пароль, увидела предупреждение от Excel и на мгновение зависла, раздумывая, что же делать. — Это из-за секретности: часть данных скрыта, чтобы никто случайно их не увидел, но чтобы вывести их на печать, нужно сначала отобразить их в файле, а для этого придется выполнить макрос. Лесли колебалась, но все же сделала так, как он просил. Отказывать объекту своей симпатии ей явно не хотелось, да и оснований ему не доверять у нее тоже не было — ей бы и в голову не пришло, что кто-то из людей Тернера попытается навредить компании. Как только макрос отработал, в ячейках стали появляться цифры, ранее скрытые за серой заливкой, и Лесли, увидев это, заметно расслабилась. — Теперь понимаешь, почему я прошу тебя, а не иду в копировальный центр? — спросил Кай с усмешкой. Лесли хихикнула, бегло просматривая документ перед тем, как отправить на печать. Уверенность и доброжелательность Кая действовали на нее успокаивающе. Алексия тоже поддержала эту непринужденную атмосферу улыбкой, хотя все внутри сжималось при мысли, что что-то могло пойти не так. Внезапно на лице Лесли появилось замешательство, и она нахмурилась. — Что-то случилось? — с легким любопытством поинтересовался Кай. — Странно… — пробормотала Лесли, — принтер куда-то пропал. Она озадаченно кликнула по настройкам, явно не понимая, в чем дело. Кай наклонился к экрану, словно пытаясь помочь ей разобраться, но в итоге лишь развел руками. — Так не хочется просить еще кого-то, — с разочарованным стоном произнес он, оглядывая опустевший офис. — Может, обратишься в техподдержку? Если принтер исчез, тебе так или иначе придется его вернуть, иначе не сможешь печатать свои документы. — Да, ты прав, — ответила Лесли с готовностью, пролистывая планер в поисках нужного номера. — Наша техподдержка еще должна работать, они в Сан-Франциско. Думаю, это не займет много времени — они всегда отвечают быстро. Кай кивнул и встал позади нее, не желая мешать ее общению с техподдержкой. Алексия тихонько подошла к нему и тоже принялась наблюдать за процессом. Она чувствовала, как напряжение постепенно ослабевает. Первая часть плана прошла как по маслу: Лесли не заметила, как вместе с обновлением данных в файле макрос выполнил еще кое-что в фоновом режиме. Он не только удалил все сетевые принтеры с ее компьютера, но и незаметно скачал с удаленного сервера Алексии Mimikatz — утилиту, позволяющую извлекать пароли из памяти системы и выполнять другие полезные для хакеров вещи. Чтобы убедиться, что все пройдет гладко и останется незамеченным как для пользователя, так и для антивируса, Алексия заранее протестировала этот сценарий на своих ноутбуках, например, запускала Mimikatz напрямую из памяти, а не с диска. Ее главной целью было заполучить административный доступ к контроллеру домена сети. Если все пройдет успешно, она сможет подключаться к сети офиса, не выходя из дома, и получит доступ к любому компьютеру, что в ней находится, в том числе и к ноутбуку Тернера, когда тот подключит его к корпоративной сети. А это значило, что Алексия наконец сможет добраться до файлов на его компьютере. Лесли тем временем уже дозвонилась до техподдержки и объясняла ситуацию. Некоторое время она ждала на линии, пока ее переключали на специалиста, обслуживающего компанию Тернера. Алексия внимательно слушала, стараясь делать вид, что происходящее нисколько ее не волнует. Она поймала обеспокоенный взгляд Кая и тихонько кивнула ему, давая понять, что все шло как надо. «Мне ужасно повезло, что настройкой системы безопасности занимался не Мэтт», — подумала Алексия. Он бы никогда не позволил секретарю обладать правами администратора на компьютере, а без них макрос не сумел бы ни удалить принтеры, ни запустить Mimikatz. В этом случае Лесли просто распечатала бы файл, так никогда и не узнав, что такая мелочь сумела предотвратить атаку на ее корпоративную сеть, и Каю с Алексией пришлось бы уйти ни с чем. Специалист на другом конце линии выслушал Лесли, задал несколько уточняющих вопросов, а затем сообщил, что сейчас подключится к ее компьютеру удаленно, чтобы все исправить. Алексия едва заметно улыбнулась — именно этого она и ждала. Он действовал по стандартной схеме, и это было ей лишь на руку. В тот момент, когда сотрудник техподдержки подключился к компьютеру Лесли, ловушка захлопнулась. Он не проявил бдительность, не стал проверять фоновые процессы или запускать антивирусную проверку — очевидно, решил, что принтеры удалились случайно, поэтому не стал тратить время на то, чтобы разобраться, почему это произошло. Мэтт оказался прав: сотрудники техподдержки не слишком-то добросовестно относились к своей работе. Пока специалист восстанавливал доступ к сетевым принтерам, Mimikatz незаметно извлек из памяти Kerberos ticket и запустил атаку с использованием DCSync. Злоумышленник может использовать этот механизм, чтобы притвориться контроллером домена и тоже получить данные об учетных записях пользователей (для этого он показывает Kerberos ticket сотрудника техподдержки, у которого есть права на участие в таком обмене), благодаря которой Алексия получила бы Golden Ticket — специальный ключ, дававший ей неограниченный доступ к контроллеру домена. Но оставался лишь последний шаг. — Перезагрузить компьютер? — переспросила Лесли. — Хорошо, сейчас сделаю. «Вот и все», — подумала Алексия, внутренне ликуя. Она знала, что администратор попросит Лесли перезагрузить компьютер — это было стандартной процедурой для корректной установки драйверов принтера. Mimikatz уже создал в планировщике задач скрытую задачу, которая должна была запуститься сразу после перезагрузки системы. Задача исполняла скрипт, который использовал Golden Ticket для создания нового администратора домена — учетной записи с полным доступом ко всей сети, а также настраивал ssh-туннель, позволявший удаленно подключаться к офисной сети через компьютер Лесли — главное, чтобы тот оставался включенным. Дополнительно скрипт установил утилиту, автоматически восстанавливающую соединение при разрыве, так что теперь, даже если Лесли решит перезагрузить компьютер, связь восстановится и Алексия не потеряет доступ. «Но лишь до тех пор, пока моего администратора не обнаружат, — напомнила она себе, стараясь не радоваться раньше времени. — Если у них все в порядке с системой мониторинга, взлом заметят. Но следы обнаружить не должны, а значит, на меня выйти не смогут». Она и это предусмотрела: скрипт должен был удалить Mimikatz и связанные с ним файлы, почистить логи и историю команд, а также стереть следы подключения к удаленному серверу Алексии на случай, если кто-то захочет изучить сетевой трафик. Теперь, даже если кто-то из администраторов и заметит нового пользователя с неограниченными правами, понять, откуда он взялся, будет практически невозможно. Разве что кто-нибудь догадается связать звонок Лесли с аномальной активностью в сети, но Алексия надеялась, что этого не произойдет. Лесли, так до сих пор ни о чем не подозревая, радостно сообщила, что принтер снова появился в списке, и поблагодарила сотрудника техподдержки за помощь. Единственное, на что она пожаловалась — на более медленную работу компьютера, но Алексия предположила, что тот мог просто не успеть прийти в себя после перезагрузки, и этого объяснения оказалось достаточно. Лесли положила трубку, распечатала нужный файл, отдала его Каю вместе с флешкой и с довольным видом сообщила, что была рада помочь. Тот, не теряя своего обаяния, горячо ее поблагодарил, а затем по-дружески поинтересовался, не собиралась ли она домой. — Ты вроде возле Гарфилд-Парка живешь? — спросил Кай. Лесли кивнула, явно довольная тем, что он помнил, где она жила. — Квартира Алекс рядом, и раз уж я все равно везу ее домой, могу и тебя заодно подбросить. Лесли согласилась на его предложение с большим энтузиазмом, и Алексия с трудом сдержала раздражение: она хотела обсудить с ним произошедшее, но теперь это было невозможно. Однако спорить не стала: вероятно, Кай испытывал вину из-за того, что использовал симпатию Лесли в корыстных целях, и теперь пытался таким образом ее загладить. «Если бы она знала, что иначе тебе грозила бы смерть, уверена, сделала бы все возможное, чтобы тебе помочь, — размышляла Алексия. — Может, и сама бы в компьютер Билла влезла». Ей тоже не нравилось обманывать людей, тем более она не знала, какой вред нанесет добытая информация. Вдруг это разрушит бизнес Тернера? В таком случае многие, включая ее саму и Лесли, потеряют работу. «Но иначе нам с Каем конец», — напомнила она себе. У нее попросту не было иного выбора. Алексия села на заднее сиденье, чтобы никто не увидел, как она пыталась подключиться к сети адвокатской конторы по ssh со своего телефона на андроиде. Все прошло без проблем. От осознания, что у них действительно получилось, хотелось кричать от радости. Чтобы не вызвать подозрение своим молчанием, Алексия принялась расспрашивать Лесли о работе у Тернера, стараясь ненавязчиво вытянуть из нее еще какую-нибудь полезную информацию. Она то и дело ловила на себе многозначительные взгляды Кая в зеркале заднего вида. Он явно осознавал ее намерения и не участвовал в разговоре, однако останавливать тоже не стал. До дома Алексии было ближе, так что сначала Кай направился туда. Попрощавшись с ним и Лесли, она почти бегом бросилась к себе в квартиру. Едва успев скинуть верхнюю одежду и обувь, она села за компьютер, лихорадочно проверяя, не обнаружили ли ее администратора. К счастью, все было в порядке: она вновь без проблем вошла в сеть и начала просматривать подключенные компьютеры в поисках ноутбука Тернера. Лесли упоминала, что тот уже покинул офис, но Алексия все равно немного расстроилась, не обнаружив его устройство в списке. Она продолжила рыскать по компьютерам сети, изучая, что интересного можно было там найти. Чувства, что она испытывала в ту минуту, были сродни наркотическому опьянению. Ее накрыла эйфория от осознания, что она провернула столь сложную операцию практически в одиночку, лишь с небольшой помощью напарника. В целом Лесли была достаточно дружелюбна, чтобы Алексия сумела выполнить все от начала до конца самостоятельно, но Кай делал успех более вероятным. Ей захотелось ощутить это снова, взломать еще что-нибудь просто ради самой возможности это сделать, ради того, чтобы доказать себе, что это была не случайность, а результат ее стараний. Эта мысль пугала. «Если заиграюсь, однажды тоже попаду в поле зрения федералов, как Мэтт», — подумала Алексия, пытаясь взять себя в руки. Она настолько увлеклась своим занятием, что, почувствовав вибрацию часов на руке и увидев, что звонит Кай, ответила прямо с них, не желая тратить время на поиски телефона. — Как успехи? — поинтересовался Кай. — Все прошло как по маслу, — похвасталась Алексия, испытывая гордость от проделанной работы. — Если ты не против, предлагаю отменить завтрашнюю тренировку, чтобы я успела снова войти в сеть Билла после школы, прежде чем отправимся на работу. Хочу застать его в офисе. Надеюсь, другие администраторы ничего не заметят, и мой доступ продержится до завтра. — Без проблем, — отозвался Кай. — Если нужно больше времени, могу поехать на дело один. — Давай решим завтра. Пока не знаю, сколько времени это займет, — предложила Алексия и, не удержавшись, поинтересовалась: — А как прошло у вас с Лесли? — В смысле? — спросил Кай с недоумением. — Я довез ее до дома, все в порядке. — На кофе подняться не предлагала? — Нет, — ответил он раздраженно. — Но даже если бы предложила, я бы не пошел. — Ясно, — произнесла Алексия, злясь на себя за то, что почувствовала радость и облегчение от его слов. Она и так знала, что Кай не стал бы связываться с Лесли во второй раз — он был не настолько глуп, чтобы ступать на эти грабли снова. И все же некая едва уловимая тревога не позволяла ей до конца в это поверить. — Алекс, — произнес вдруг Кай, и в его голосе послышалась горечь. — Почему тебя так волнует, кого я подвожу до дома и с кем могу пойти на кофе? Такое ощущение, будто ты пытаешься упрекнуть меня в том, что я общаюсь с другими девушками. Раз уж ты сама решила сохранять между нами дистанцию, тебе не кажется, что это немного не честно? Ее словно окатили ледяной водой. Алексия застыла, не зная, что ответить. Ему удалось попасть точно в цель: она действительно не имела ни малейшего права интересоваться его личной жизнью. Позвала его Лесли к себе или нет — это не должно было ее волновать, ведь сам Кай не проявлял любопытства, когда дело касалось ее отношений с Тернером. — Ты прав. Извини, — произнесла она после небольшой паузы. — Больше не буду лезть с такими вопросами. Казалось, он рассчитывал на другой ответ и немного замешкался, прежде чем сменить тему и заговорить о предстоящем задании. Когда звонок завершился, Алексия ощутила смущение из-за своих вопросов о Лесли. Она понимала, что Кай не стремился ее пристыдить, скорее, просто обозначил границы, но все равно весь вечер не могла перестать думать о том, что преступила черту, которую преступать не следовало, ведь она сама когда-то решила положить конец тому, что только начало зарождаться между ними после той новогодней ночи, что они провели вместе. И теперь жалела об этом. Глава 31 I’m falling in this great divide The earth, it splits, and my feet on both sides And all my faith is shaking, I I got to keep on hoping Keep on hoping When it all feels broken Got to keep your hope alive Hoping, X Ambassadors Сидеть на уроках, зная, что дома ждут файлы Тернера, было пыткой. Мысли постоянно возвращались к тому, что Алексия могла бы делать прямо сейчас, будь у нее такая возможность, к тому же атмосфера в классе была расслабленной: одноклассники постепенно получали письма из колледжей, так что никакой пользы от учебы все равно не было. Алексия ощутила укол зависти, услышав, что Аманда поступила в университет Сент-Джонс. Еще в средней школе они мечтали уехать в Нью-Йорк, представляя, как круто было бы учиться вместе в колледже и одновременно наслаждаться жизнью в этом городе. У Нью-Йорка была своя собственная атмосфера, отличная от других крупных городов США, и теперь Аманда исполнила свою мечту, а Алексия застряла в Чикаго рядом с нелюбимым мужчиной значительно старше нее без каких-либо надежд на благополучное будущее, даже не уверенная в том, что через три месяца все еще будет жива. За пару уроков до конца учебного дня она не выдержала и зашла в адвокатскую сеть с телефона, чтобы убедиться, что доступ не прикрыли. К счастью, так оно и оставалось. «Будь у них нормальный мониторинг, давно бы уже заметили моего администратора и заблокировали, — пыталась успокоить себя Алексия. — Чем больше времени проходит, тем выше шанс, что никто не спохватится. Такие вещи ловят по горячим следам». Вернувшись домой, она сразу же принялась искать ноутбук Тернера среди подключенных к сети компьютеров. Их стало больше по сравнению со вчерашним вечером, но ни один не соответствовал нужным параметрам. Все машины именовались согласно названию отдела и фамилии сотрудника, которому принадлежали, однако среди них не оказалось ни одного компьютера, что мог быть связан с Тернером. «Может, он не в офисе сегодня?» — предположила Алексия и набрала номер ресепшена. Трубку сняла Лесли. — Привет, это Алекс. Билл приходил сегодня? Кай как-то раз звонил секретарше с таким же вопросом, так что Алексия не боялась, что это покажется Лесли подозрительным. — Как обычно приехал после обеда и весь день принимает посетителей, — ответила та приветливо. — Ясно, спасибо, — сказала Алексия и, попрощавшись, положила трубку. «Неужели он не подключал ноутбук к сети?» — задумалась она. И тут ее пронзила тревожная мысль. «И как я сразу не подумала об этом… — сокрушалась Алексия, приложив ладонь к лицу. — Это же его личный ноутбук. Зачем ему вообще подключаться к корпоративному домену?» На миг ее охватило отчаяние. Она провернула столь сложный и впечатляющий взлом, но даже не задумалась о том, что тот ничего бы ей не дал. Тернер мог не использовать корпоративную сеть так, как она предполагала. Глядя на экран, Алексия пыталась придумать, как обойти эту проблему. Мозг уже сам подкидывал возможные варианты. «Ладно, пусть тебя нет в домене, — размышляла она, — но ты точно подключался к корпоративному Wi-Fi. А значит, тебе должны были выдать IP-адрес». Она быстро разыскала DHCP-сервер и просмотрела логи всех выданных IP-адресов. Глаза пробежались по наименованию устройств, и наконец она нашла то, что искала. Это точно был ноутбук Тернера. Казалось, вселенная услышала ее вчерашнее желание взломать что-нибудь еще и подкинула новую задачу. Внутри вновь вспыхнул азарт, и пальцы торопливо застучали по клавишам. Алексия набирала bash-команды, значение которых помнила наизусть. К счастью, Тернер предпочитал ноутбуки на Windows макбукам, и это значительно упрощало ей работу. Она решила просканировать порты на его ноутбуке, чтобы проверить, был ли открыт 445 порт. Если он открыт, компьютер может принимать подключения от других устройств этой же сети.. Шансы на это были высоки: Тернер наверняка пользовался сетевыми принтерами или папками, а значит, у него должен был быть включен SMB-протокол. Так оно и оказалось. Алексия попробовала просто зайти на его компьютер по IP, но, как и ожидалось, ничего не увидела — Тернер не открывал общий доступ к папкам на своем ноутбуке, однако это не было проблемой — она решила проверить сервер печати, вдруг там сохранилась информация о его учетной записи, ведь он наверняка использовал сетевые принтеры. Ее догадка оказалась верна, и теперь Алексия могла воспользоваться PsExec, чтобы создать нового локального администратора на его компьютере. Шанс, что Тернер заметит у себя еще одну учетную запись, был ничтожно мал. Если даже корпоративные администраторы не обнаружили ее взлом, он тем более вряд ли станет проверять список пользователей на своем ноутбуке. Никто никогда этого не делал, никто не задумывался о том, что на их личном устройстве могла вдруг появиться чужая учетная запись. «Но даже если ты найдешь моего администратора, никогда в жизни не подумаешь на меня, — размышляла Алексия. — Ведь о том, что я на такое способна, знают только Кай и Мэтт, и ни один из них меня не выдаст». Возможно, она была не до конца уверена в Мэтте, так как не знала, насколько тот был предан Тернеру, но за время общения с ним поняла одну очень важную вещь — он высоко ценил анонимность и ненавидел стукачей. Он не стал бы ее выдавать, потому что это противоречило бы его моральным принципам. Наконец, ей удалось создать локального администратора на ноутбуке Тернера. Алексия медленно выдохнула, чувствуя, как от напряжения свело пальцы. Она вошла в систему и получила доступ ко всем его файлам и папкам. Но больше всего ее интересовал раздел «Мои документы» — судя по всему, именно там Тернер хранил рабочие материалы. Ей нестерпимо хотелось просто скопировать все разом себе на диск, но рисковать было нельзя. Она остановилась, чтобы перевести дух. Передача такого объема файлов по корпоративной сети не останется незамеченной: резкий рост сетевого трафика вызовет подозрение даже у самого нерадивого системного администратора. «Ты прошла слишком длинный путь, чтобы все запороть из-за собственной торопливости», — напомнила себе Алексия. Она сходила за чашкой растворимого кофе, параллельно раздумывая, с чего бы начать. Приступив к изучению каждой папки, она пыталась понять, насколько ценной была находящаяся там информация. Внутри нашлось много бухгалтерских отчетов, связанных с различными транзакциями, но определить, касались они легального бизнеса Тернера или его подпольной деятельности, было невозможно. Алексия ничего не смыслила в финансовых документах, зато сразу поняла, о чем шла речь, когда наткнулась на список должников и обнаружила там пару знакомых фамилий. Нашлись и какие-то контракты. На первый взгляд казалось, что это были вполне легальные соглашения о поставках оборудования, но за ними вполне могло скрываться нечто криминальное, просто из-за недостатка опыта Алексии было сложно это увидеть. В какой-то момент она почувствовала, что начинает скучать. Но вскоре ей улыбнулась удача. В одном из файлов она наконец наткнулась на контакты поставщиков Тернера из Латинской Америки. В документе подробно описывалось местоположение складов и лабораторий, маршруты, по которым товар попадал в США, данные о грузах и людях, отвечавших за перевозку. «Нужно обязательно проверить его почтовую переписку, — отметила она про себя. — Там наверняка тоже найдется тонна интересного». Данные много не весили, поэтому, скопировав эту папку целиком себе на диск, Алексия ощутила удовлетворение. Наконец она нашла действительно ценную информацию, которую можно будет отправить Хайнеманну. Отвлекшись на приготовление еще одной чашки растворимого кофе, она вернулась к поискам. Когда Алексия наткнулась на папку с фотографиями и видео, ее охватило отвращение. Пары файлов хватило, чтобы понять, что это были допросы и пытки. Для чего они Тернеру, она не знала, да и продолжать просматривать содержимое этой папки не было ни малейшего желания. Она лишь бегло осмотрела файлы двухлетней давности — вдруг найдутся упоминания о родителях, но, к счастью, за эти даты в папке ничего не обнаружилось. После этого она пролистала список видео за прошлый сентябрь и наткнулась на то, что ожидала увидеть — запись допроса Киттинга, но смотреть его не стала. Послышался стук в дверь. Алексия сразу догадалась, что это был Кай: они договорились встретиться у нее дома перед тем, как отправиться на работу, к тому же ему было любопытно, удалось ли найти что-нибудь интересное среди файлов Тернера. Звонком он не пользовался — всегда стучал, поэтому Алексия сразу понимала, что это был он, еще до того, как посмотрит в глазок. — Я нашла кое-что для Хайнеманна, — с торжеством сообщила она, демонстрируя Каю все, что удалось накопать к тому моменту. Все более-менее интересное она сразу сохраняла себе на диск, чтобы не потерять, если Тернер вдруг отключится от сети или аккаунт ее администратора наконец заблокируют. — Алекс, ты изумительна, — произнес Кай, когда она закончила. В его глазах стояло восхищение, и она невольно смутилась. Он никогда не скупился на похвалу, но сейчас все было иначе: раньше он хвалил ее за то, чему обучал сам, а теперь она показывала ему то, что он делать не умел, и это вызывало у него уважение. — Благодари Мэтта за это, — попыталась оправдаться Алексия, а затем устало добавила: — Файлов так много, что на разбор уйдет несколько дней. Но так как фото и видео мне не нужны, думаю, можно рискнуть и скопировать на диск все остальное, включая календарь и почту — это не должно много весить и не займет много времени. Судя по всему, Билл использует Outlook, так что экспорт не станет проблемой. Поставлю копирование в фоновом режиме, и можем ехать работать. Удивительно, но даже тот факт, что с ноутбука Тернера была скопирована целая куча файлов, не вызвал у системных администраторов ни малейших подозрений. Конечно, Алексия подтерла за собой следы, но подобная халатность все равно вызывала разочарование. Эйфория от проделанной работы постепенно угасала: слишком многое объяснялось не ее мастерством, а безответственностью тех, кто должен был следить за безопасностью сети. Она решила не удалять своего администратора из домена — он мог еще пригодиться, но локального администратора из ноутбука Тернера все же убрала, чтобы хозяин устройства точно никогда не узнал, что его компьютер подвергался взлому. Если понадобится, она всегда могла вернуться туда снова. Теперь, имея в распоряжении все его файлы у себя на диске, Алексия могла спокойно их изучать, зная, что у нее было на это достаточно времени. Кай предложил помощь, и она скинула ему часть файлов. Больше всего ее интересовало то, что происходило два года назад, так что первым делом она полезла в календарь. Алексия надеялась найти хоть что-то, что можно было бы связать с убийством родителей, однако единственной интересной деталью, на которую она наткнулась, были ее собственные первые визиты в офис Тернера. Он внес эти встречи в свой календарь, словно она была важным гостем или деловым партнером. Это вызывало смешанные чувства. «Почему он предложил мне работу? — размышляла она. — Чем его так зацепила моя история про убитых родителей? Зацепила настолько, что он дал Каю год перерыва, лишь бы уговорить стать моим ментором. Может, Билл уже тогда знал, кто убийца, и решил держать меня рядом, чтобы контролировать? Или я просто все это себе придумала, и он позвал меня лишь потому, что в банде и правда не хватало девушек». Спустя пару дней Кай сообщил, что нашел кое-что любопытное. В одной из папок оказалась целая гора отчетов, и Алексия не придала им особого значения, решив, что это очередные бухгалтерские документы, в которых она ничего не смыслит, однако Кай обратил внимание на несколько деталей, которые заставили ее пересмотреть свою точку зрения. Отчеты охватывали определенный месяц, а в самой папке хранились данные за последние несколько лет. Каждый документ содержал таблицу с четырьмя колонками. В первой колонке были самые обычные GUID, и Кай понятия не имел, что они могли значить, а во второй — даты. В третьей колонке были указаны некие пятизначные числа, первые два символа которых были нулями, и в каких-то ячейках было всего одно такое число, а в каких-то — несколько. Четвертая колонка содержала сумму в долларах. Кай открыл последний отчет — за февраль. — Мне кажется, эти отчеты — именно то, что ты ищешь, — произнес он и ткнул пальцем в одну из строк. — Видишь число? Это ты. Он указал на третью колонку, где стояло число 00456. Алексия с недоумением уставилась на эту ячейку, а затем перевела взгляд на Кая. — В смысле? — спросила она так, словно он нес полную чушь. — Эти цифры — коды сотрудников. 00456 — твой код. В этой же ячейке рядом с тобой указан мой код — 00037. Только теперь до нее дошел истинный смысл этого документа. Она взглянула на дату и вспомнила, что в тот день они с Каем были на задании. Пробежавшись глазами по длинному списку, она нашла и другие даты. В каких-то строчках значились они вдвоем, в других — только она. Были строчки, в которых фигурировал только Кай. О большинстве из них она знала: он предупреждал, что в эти дни будет занят. Видимо, он наложил даты их с Алексией заданий и сумел вычислить, какие из пятизначных чисел кому принадлежали. — Гениально, — прошептала она, широко раскрыв глаза. — Но постой… Что это за суммы? Они явно больше тех, что нам платят. — Верно, — согласился Кай. — Раз в десять больше. Это стоимость работы для заказчика. Допустим, клиент платит пятьдесят тысяч, а нам с тобой на двоих в лучшем случае перепадет пять. — Это несправедливо! — возмутилась Алексия, чувствуя себя обманутой. Порой им приходилось рисковать жизнями, а большую часть прибыли забирал Тернер. — Это бизнес, — равнодушно отметил Кай. — Не у всех заданий есть заказчик, иногда мы работаем по приказу Билла, но он за это тоже платит. Как думаешь, из каких средств? — Он сделал паузу и осмотрел список. — Интересно, кто те тридцать шесть человек, обогнавших меня в списке. Я ведь один из старейших его работников. — Хотел быть под номером 007? — Не отказался бы, — усмехнулся Кай. — Но придется быть 00037. Алексия задумчиво посмотрела на свой номер. — Неужели на Билла работает почти пять сотен человек? — Думаю, большинство уже не работает, — предположил Кай. — Если взять этот отчет и посчитать количество уникальных кодов, выйдет что-то около тридцати. Остальные либо ушли, либо сели за решетку, либо уже мертвы. Он закрыл февральский отчет и вернулся в папку. Алексия, затаив дыхание, наблюдала за тем, как он переключился на документ за июль позапрошлого года. — Как видишь, четвертого июля я не работал, — произнес Кай, словно все еще опасался, что она могла считать его причастным к убийству родителей. — Зато хватает других номеров. — Можно исключить строчки, где номеров больше одного, — предложила Алексия. — Оставить только одиночек. — На заказные убийства ходят и парами, — не согласился Кай. — И тогда их будет больше десятка. Вычислить, кто есть кто, вряд ли выйдет — ты же знаешь, мы не делимся друг с другом деталями заданий. К тому же нет гарантии, что среди этих строчек есть та, что связана с твоими родителями. — Нужно выяснить, что означают эти GUID, — произнесла Алексия мрачно. — Отчеты явно формируются автоматически. Никто не будет запоминать коды стольких сотрудников, даже я на это не способна. Значит, должна существовать некая база данных, где все это хранится. Она указала на названия отчетов и продолжила: — Видишь? В имени файла timestamp. Это дата генерации отчета. Судя по тому, что дата на всех отчетах — первое число следующего месяца, а время — час ночи, можно предположить, что отчеты выгружаются автоматически по ночам в ту самую папку, откуда я их скачала. Только не понимаю, зачем они Биллу, если в них нет данных о самих заданиях. — Возможно, эти файлы передаются в бухгалтерию, — предположил Кай. — А им достаточно знать коды сотрудников, даты и суммы. — Значит, придется снова лезть к нему в комп, — вздохнула Алексия. — Нужно проверить историю браузера. Эта база данных наверняка хранится на каком-то сайте. — Ты же помнишь, что завтра Билл улетает в Нью-Йорк на пасхальные праздники? — напомнил Кай. — И заберет ноутбук с собой. — Точно, — вспомнила Алексия. Тернер сам говорил ей об этом несколько дней назад, когда она последний раз к нему приезжала. — Тогда попробую провернуть все завтра утром. Он кивнул и начал собираться, а она поднялась, чтобы его проводить. — Кай, — тихо произнесла Алексия, глядя на него с тревогой. — Ты в порядке? В последнее время выглядишь уставшим. Много дел? — Типа того, — отмахнулся он, выдавив слабую улыбку. — Столько всего навалилось. — Ты про Хайнеманна? Кай лишь кивнул в ответ. Она подошла к нему чуть ближе, всем сердцем желая коснуться или даже обнять, но все же не смея преступать черту. «Странно… Когда я была в кабинете Хайнеманна, жалела, что отталкивала тебя, — подумала Алексия. — Сейчас ничто не мешает мне перестать это делать, но я все равно продолжаю, словно по инерции. Наверное, потому что мне отчаянно хочется, чтобы в этот раз именно ты сделал первый шаг. Хочу видеть, что ты готов действовать, даже зная, насколько это рискованно». Уже стоя на пороге, Кай вдруг обернулся, задержал взгляд на Алексии и спросил: — Ты пока ничего ему не отправляла? — Нет, — ответила она. — Как думаешь, когда лучше это сделать? У меня все готово, а до истечения срока меньше двух месяцев. — Времени достаточно, — произнес Кай после небольшой паузы. — К тому же ты можешь найти еще что-нибудь, так что лучше не торопиться. Раз какие-то данные у нас уже есть, можем ненадолго расслабиться и сосредоточиться на поисках убийцы твоих родителей. Остальное решим позже. Алексия кивнула, а затем, почти не отдавая себе отчета в том, что творит, сделала еще пару шагов в его сторону и положила руку ему на плечо. Жест вышел до смешного нелепым, и она мысленно закатила глаза. Ну конечно. Положить руку на плечо. Самое идиотское, что только можно было придумать, когда на самом деле хочется совсем другого. Кай посмотрел на нее с удивлением, словно не был готов к этому прикосновению. На секунду он замер, не отстраняясь, но и не отвечая, будто пытаясь понять, что это значило и можно ли было и ему позволить себе что-нибудь подобное в ответ. Наконец, так ничего и не решив, он просто попрощался и вышел из квартиры, оставив ее в полнейшей растерянности. Алексия устало выдохнула и закрыла за ним дверь. Нужно было вернуться к работе, но от всех этих документов уже кружилась голова, и с каждым разом становилось все сложнее сосредотачиваться на их содержимом. Из-за того, что она так и не нашла ничего, что можно было связать с убийством родителей, с каждым днем лишь сильнее хотелось все бросить, но она продолжала, потому что только это давало ощущение, что ее существование не было бессмысленным. Пока сверстницы поступали в колледжи, строили планы на будущее и жили нормальной жизнью, Алексия могла лишь надеяться, что сумеет выжить и отомстить за смерть родителей, предпочитая не задумываться о том, что будет потом. Даже реакция Кая на ее прикосновение стала лишь еще одним напоминанием о том, чего она была лишена из-за собственных глупых решений. Тернер не заезжал в офис следующим утром, и Алексии пришлось отложить свои планы пробраться в историю его браузера на три дня. Рэйчел вернулась в воскресенье вечером, полная впечатлений о встрече с родителями Джордана. Она с восторгом рассказывала о том, как прошел визит, описывая роскошный, но уютный дом в Лейк Форест, куда съехалось множество гостей. Просторные комнаты с панорамными окнами, идеально ухоженный сад, дорогая мебель и автомобили — все это подчеркивало зажиточный статус семьи Джордана. По словам Рэйчел, атмосфера была легкой и праздничной, столы ломились от множества блюд, а его родители были бесконечно милы и хорошо ее приняли. — Гостей много было? — поинтересовалась Алексия с тревогой. Она хотела бы порадоваться за подругу, но не могла не думать о том, какими проблемами могла обернуться эта поездка. Знакомые Тернера ни разу не видели Алексию, а вот Рэйчел всегда была на виду, и если кто-то из них тоже присутствовал на празднике, мог ее вспомнить и заинтересоваться, что она там делала. — Да, но я старалась не привлекать внимания, — заверила Рэйчел, будто почувствовав ее беспокойство. — Не волнуйся, я внимательно всматривалась в лица. Если бы там оказался кто-то из друзей Билла, я бы заметила. Она на мгновение замолчала, а затем добавила: — Но знаешь… даже осознавая все риски, я не могла не наслаждаться моментом. Впервые за долгое время почувствовала, что живу именно той жизнью, какой хочу. На пару дней позабыла о Билле, о прошлом, обо всем. Мне не нужно лгать Джордану, и от этого так легко на душе. Меня так достало вранье, Алекс! Как бы мне хотелось всегда быть со всеми честной. Эти слова тронули что-то в душе Алексии. Впервые она ощутила, как тайны, которые она так долго прятала внутри, вдруг попросились наружу. Рэйчел была ей дорога, и если все могло пойти по плохому сценарию, та должна была быть в курсе. — Ты права, — произнесла Алексия после короткой паузы. — Поэтому я хочу быть с тобой полностью честной. Присядь. Рэйчел, которая все это время ходила вдоль дивана, рассказывая о своей поездке, сразу же посерьезнела и села рядом, мгновенно уловив значимость момента. — Когда меня схватили люди Хайнеманна, тот не собирался отпускать меня живой, — начала Алексия. — На самом деле ему плевать на моего отца. Моя жизнь ничего для него не значила. Он позволил мне уйти лишь потому, что я пообещала достать для него кое-какую информацию. Лицо Рэйчел словно окаменело. Она не произнесла ни слова, и Алексия продолжила рассказ, поведав о том, как училась хакерству у Мэтта, не раскрывая его личности, и как эти знания помогли ей проникнуть в корпоративную сеть адвокатской конторы Тернера. Затем она рассказала о своих подозрениях касательно участия Тернера в убийстве родителей и о том, что какое-то время считала Кая причастным. На этих словах Рэйчел наконец заговорила, горячо подтверждая алиби Кая и Рэя. Она тут же достала телефон, чтобы найти фотографии, сделанные в тот день. Хоть Алексия уже не сомневалась в их невиновности, она все же взглянула на снимки, просто чтобы окончательно поставить в этом вопросе точку. — Получается, вы все еще в опасности? — спросила Рэйчел тихо. Алексия заметила в ее глазах слезы. — И что мне делать, если вас убьют? Алексия ожидала чего угодно: что Рэйчел начнет снова заступаться за Тернера или обвинит в том, что та все это время молчала, но никак не слез. Не раздумывая, Алексия обняла подругу и положила ее голову себе на плечо, пытаясь утешить. В этом было что-то детское, капризное, словно Рэйчел плакала не из-за того, что могла потерять друзей, а потому что не знала, сможет ли это пережить. Когда она немного успокоилась, разговор продолжился. — Покажешь, что удалось найти? — попросила Рэйчел. Алексия кивнула и сходила за ноутбуком. Сначала она продемонстрировала материалы, которые планировала отправить Хайнеманну. Архив получился внушительным, и она надеялась, что, увидев, как добросовестно она отнеслась к заданию, тот ее пощадит. — Может, стоило согласиться на него работать, — пробормотала Алексия со смешком. — А ты можешь связаться с ним и сказать, что передумала? — внезапно предложила Рэйчел. — Вдруг это поможет вам выжить? — Ого, не ожидала, что ты поддержишь эту идею, — усмехнулась Алексия, почувствовав, что была несправедлива к подруге. Да, год назад Рэйчел действительно удивила ее своими попытками защищать Тернера, но с тех пор многое изменилось. — Это может серьезно навредить Биллу. — Ваши с Каем жизни для меня важней, — заявила Рэйчел с легким оттенком обиды в голосе. — Мне плевать, что будет с Биллом, особенно если он и правда виноват в смерти твоих родителей. Если я могу как-то помочь, просто скажи. Я на твоей стороне, Алекс, можешь быть в этом уверена. После того как Рэйчел, не раздумывая, бросилась за ней в клуб Хайнеманна, а потом отыскала на заброшенном заводе, рискуя собственной жизнью, Алексия больше не могла сомневаться в ее словах. Она улыбнулась, тихонько сжала плечо подруги и кивнула, стараясь взглядом передать всю свою признательность. Они продолжили разбор документов. Алексия показала файлы, которые обнаружил Кай, и Рэйчел подтвердила, что такие отчеты действительно могли предназначаться для бухгалтерии, но сказать, в какой программе они создавались, не смогла, зато ее внимание привлекли другие электронные таблицы. Когда Алексия открыла их, в глазах зарябило от обилия цифр и формул. Вчитываться в них не хотелось, а вот Рэйчел, напротив, заинтересовалась. — Кажется, это сводка по поставкам дилеров, распределению прибыли и объему проданных товаров, — предположила она. — С чего ты так решила? — поинтересовалась Алексия. — Смотри, — Рэйчел указала на одну из колонок, — здесь опять идут пятизначные коды. Снова сотрудники, вероятно, координаторы дилеров. А рядом — количество товара. Снег — это кокаин, лед — метамфетамин, зеленка — марихуана. Эти сокращения все знают. — Я не знала, — ответила Алексия, вчитываясь в документ. После объяснений Рэйчел структура таблицы становилась понятнее: можно было увидеть, сколько товара было у каждого дилера в начале месяца, сколько было продано, какая сумма оставалась у каждого на руках и как часто проводились инкассации. — Ого, у кого-то даже скидки есть, — удивилась Алексия, заметив, что некоторые строчки с товаром повторялись, но уже с пометкой о дисконте. — Вероятно, для постоянных клиентов. Такое тоже бывает, — пояснила Рэйчел. — Может, у них и программа лояльности есть? — предположила Алексия, и обе рассмеялись. Рэйчел пролистала отчет до конца, и выражение ее лица стало задумчивым. — Выручка исчисляется десятками миллионов долларов, — заметила она. — Конечно, часть суммы уходит дилерам, координаторам и поставщикам, а еще нужно оплачивать расходы на логистику и взятки, так что чистая прибыль будет меньше, но даже с учетом всех расходов получается внушительная сумма. — Думаешь, если Хайнеманн получит данные о поставщиках, это поможет уничтожить бизнес Билла? Рэйчел задумалась. — Это лишь часть бизнеса, — ответила она. — Вряд ли Хайнеманн уничтожит его полностью, но может серьезно подорвать. Возможно, Биллу придется искать новых поставщиков или менять маршруты. Так или иначе проблемы у него точно возникнут, прибыль упадет, и Хайнеманн сможет воспользоваться этим, чтобы занять освободившийся рынок сбыта. Она на секунду замолчала, а затем с беспокойством добавила: — Но меня больше волнует другое, Алекс. Если Хайнеманн, получив информацию, начнет действовать, Билл сразу поймет, что в банде крыса. И начнет ее искать. Уверена, что вы с Каем нигде не наследили? — Я уже ни в чем не уверена, — произнесла Алексия, устало откидываясь на спинку дивана. — Хайнеманн нашел нас спустя несколько месяцев, когда я уже и думать забыла про тот клуб. Мы с Каем были уверены, что угроза миновала. Да, Билл предупреждал, что Хайнеманн нас ищет, но никто не думал, что он и правда сможет на нас выйти. Если бы я знала, где допустила ошибку, уже попыталась бы ее исправить, поэтому не могу ответить на твой вопрос. Такое ощущение, что одна проблема тянет за собой следующую, и мы словно вляпались в снежный ком, который все нарастает и нарастает. Рэйчел бросила на нее сочувственный взгляд, не зная, что сказать. Обе понимали, что ситуация была сложной, и никто не мог предсказать, чем все закончится. — Слушай, а можешь показать письмо, что они отправили твоему отцу? — вдруг попросила Рэйчел. — Может, там были уточнения, что именно они хотят от тебя получить? Я бы не стала высылать все сразу. Можно отправить только часть и пообещать выяснить больше, чтобы потянуть время. — Звучит как уловка Шахерезады, — усмехнулась Алексия, вставая с дивана, чтобы сходить за ноутбуком отца. — Ее план, между прочим, сработал, — заметила Рэйчел, проводив подругу взглядом. Алексия нашла письмо и показала Рэйчел. Она всерьез опасалась, что вообще его не получит, так как Хайнеманн поручил отправку одному из своих людей, и это был тот, кого она тем же вечером порезала ножом. Алексия была уверена, что после такого он нарочно проигнорирует приказ, чтобы ее подставить, и тогда ей пришлось бы искать другой способ отправить данные Хайнеманну. К счастью, тот, видимо, не решился ослушаться босса и все же выполнил поручение. В письме не было ничего конкретного: отправитель лишь указал, что ожидает посылку не позднее одиннадцатого июня — ровно через три месяца после похищения. В письме указывались реквизиты облачного хранилища, куда следовало загрузить файлы, и просьба подтвердить отправку ответным письмом. — Зачем столько сложностей с облаком? — недоумевала Рэйчел. — Файлы слишком тяжелые для почтового вложения, — пояснила Алексия. — К тому же так безопасней. Рэйчел собиралась захлопнуть крышку ноутбука, как вдруг ее внимание привлекла голубовато-фиолетовая иконка в трее. — Ого, твой отец увлекался криптой, — заметила она. — В смысле? — спросила Алексия. — У него Exodus стоит, — ответила Рэйчел, а затем, заметив, что это по-прежнему ни о чем не говорило Алексии, добавила: — Криптовалютный кошелек. — Давай посмотрим, что там, — загорелась Алексия, ругая себя за то, что при первом осмотре ноутбука пропустила такую важную деталь. — Увы, нужен пароль, — вздохнула Рэйчел, когда перед ними открылось окошко с полем для ввода пароля. — Без него ничего не выйдет. — Можно глянуть в браузере, — предложила Алексия, забирая у подруги ноутбук, чтобы проверить это самостоятельно. Увы, проверка браузера не дала результата — сохраненного пароля для Exodus там не было. Она ощутила знакомое разочарование, словно у нее снова увели нечто важное прямо из-под носа. Такое уже случалось ранее: сначала с машиной, потом с деньгами, которые отец прятал на банковском счете и на складе индивидуального хранения. Теперь еще и это. Алексия злилась на отца за то, что он спрятал свои сбережения так тщательно, что теперь даже родная дочь не могла их найти. — Давай проверим файлы на компьютере? Вдруг он записал пароль где-нибудь? — предложила Рэйчел. — Так часто делают, потому что его невозможно восстановить. Я слышала, как один мужчина даже к гипнотерапевтам обращался, чтобы вспомнить кодовую фразу, но у него ничего не вышло. Люди часто записывают seed-фразу или пароли так, чтобы не бросалось в глаза. Слышала, кто-то набил себе татуху с QR-кодом, другой спрятал фразу по частям в книге рецептов жены, а один гений решил выгравировать ее на металлической табличке и закопать… Рэйчел внезапно замолчала, многозначительно посмотрев на Алексию. Та тоже замерла, осознавая, что обе подумали об одном и том же. «Папина табличка!» — пронеслось у нее в голове. Алексия резко вскочила с дивана и принялась осматриваться, пытаясь вспомнить, где видела ее последний раз. Табличка нашлась возле телевизора. Почему-то казалось правильным хранить ее там же, где это делала Синтия, словно Алексия бессознательно продолжала семейную традицию, не понимая ее истинного смысла, зато благодаря этому табличка нашлась почти мгновенно. Рэйчел уже нетерпеливо ждала ее на диване, открыв окно восстановления пароля, требовавшее фразу из двенадцати слов. — A funny little artist works hard, drinks sausage and seeks a shoe to visit a rare parade, — прочла Алексия выгравированную на табличке фразу. Та все еще казалась бессмыслицей, но теперь по крайней мере становилось понятно, зачем она была нужна отцу. — Здесь больше двенадцати слов. — Давай выкинем артикли, союзы и предлоги, — предложила Рэйчел. — А глаголы поставим в инфинитив. — Тогда их ровно двенадцать, — произнесла Алексия, мысленно пересчитав оставшиеся слова. Сердце забилось чаще от осознания, что она сумела разгадать еще одну тайну. Даже если кошелек окажется пустым, сам факт, что она наконец раскрыла загадку этой странной таблички, уже приносил удовлетворение. — В каком порядке будем вводить? — Давай так, как написано, — решила Рэйчел. — Если не сработает, придется перебирать все возможные комбинации, а это… — она на мгновение задумалась, — факториал двенадцати. Не знаю, сколько точно, но поверь — это очень большое число. Будем до пенсии вбивать. — Ладно, пробуем, — вздохнула Алексия. — Я диктую, а ты вводишь. Она видела, как дрожали руки Рэйчел, пока та вбивала слова в поля для ввода, словно от этого зависела ее жизнь. Каждая внимательно перечитывала введенное слово, проверяя на опечатки. Наконец, когда все двенадцать полей были заполнены, Рэйчел бросила настороженный взгляд на подругу и нажала на кнопку восстановления пароля. Комбинация сработала. Программа потребовала придумать новый пароль, и Алексия, забрав ноутбук у Рэйчел, ввела один из своих старых, усложнив его по известному лишь ей шаблону. После сохранения пароля программа загрузила главную страницу Exodus с перечнем доступных криптовалют. — Черт возьми… — прошептала Алексия, заметив, что баланс был вовсе не пуст. На счету были деньги. И их было очень много. — Поздравляю, ты теперь богачка, — произнесла Рэйчел с облегчением, восторженно глядя на цифры. — Тут больше четырех миллионов, Алекс! Алексия уставилась на экран, не веря своим глазам. После всех потерь, после всего, что у нее отняли, она наконец обрела хоть что-то. Вернее, она обрела очень много. Рэйчел тем временем предложила перейти на вкладку с историей транзакций. — Когда с банковского счета твоего отца исчезли деньги? — спросила она, указав на последнюю транзакцию. — Первого июля, — ответила Алексия, осознавая, что раскрыла еще одну тайну. «Ты не прятал их в оффшорах… — догадалась она. — Ты вывел их на крипто-кошелек». — Но даже если так, откуда тут так много денег? — недоумевала Алексия. — Неужели курс так сильно вырос? На банковском счете было несколько сотен тысяч, никак не миллионы. — Судя по истории, были и другие пополнения, — ответила Рэйчел, осматривая список. — Но да, биткоин за это время сильно вырос, а он, если верить графикам, занимает почти половину портфеля. — Она подняла взгляд на Алексию и нахмурилась. — Эй, ты почему не радуешься? Ты же вернула доступ! Благодаря этой табличке сможешь входить в кошелек с любого устройства. — Просто… не могу поверить, — призналась Алексия. — Такое чувство, будто в любую секунду кто-то может прийти и все отнять. — Ну, теоретически это возможно, — произнесла Рэйчел задумчиво. — Хранить столько денег на горячем кошельке — не лучшая идея. Если Exodus кто-нибудь взломает, ты все потеряешь. Лучше перегнать их на аппаратный кошелек. Это как флешка, только для крипты. — Я ничего в этом не смыслю, — простонала Алексия. — Голова кипит. За последние дни столько всего пришлось изучить, я просто не успеваю это осмысливать. Рэйчел тяжко вздохнула, но улыбнулась. — Представь, что твои деньги лежат на банковском счете. Банк можно ограбить, мошенники могут украсть твою карту и потратить деньги в каком-нибудь магазине. Это горячий кошелек. А аппаратный — это когда ты сняла наличку и спрятала в сейф. Никто не сможет до них добраться, если не знает пароль от сейфа. Главное — сама его не забудь. — Рэйчел сделала паузу, а затем мрачно добавила: — И не рассказывай никому о своем сейфе, а то уже бывали случаи, когда людей похищали и выбивали пароль от крипто-кошелька пытками. А некоторых потом находили разрубленными по частям. — Жуть, — произнесла Алексия, вздрогнув. — Ладно, давай закажем этот твой аппаратный кошелек. Я не чувствую, что деньги в безопасности. Поможешь? — Конечно, — заверила Рэйчел. — И можешь не волноваться: я никому не расскажу о твоем сейфе. — Я тебе верю, — ответила Алексия и со всей серьезностью добавила: — Если Хайнеманн все-таки меня убьет, деньги твои. Я их тебе завещаю. Табличка будет у телевизора. — Не смей даже заикаться о таком! — резко перебила ее Рэйчел. — И слышать не желаю ничего о твоей смерти! Мне не нужны эти деньги. Лучше придумай, как их использовать, чтобы скрыться от Хайнеманна. Спустя пару дней прибыл заказанный Алексией аппаратный кошелек, и Рэйчел помогла перенести туда всю криптовалюту с аккаунта Exodus. С этими деньгами она впервые ощутила хоть какую-то безопасность и даже задумалась, что, возможно, у нее все-таки было будущее. Глава 32 Do you have enough love in your heart To go and get your hands dirty? It isn’t that much, but it’s a good start So go and get your hands dirty Do you love your neighbor? Is it in your nature? Do you love a sunset? Aren’t you fed up yet? Do you have enough love in your heart To go and get your hands dirty? Dirty, grandson Несмотря на предостережения Рэйчел, Алексия все же рассказала Каю о крипто-кошельке, ожидая, что он удивится или начнет задавать вопросы, но он лишь кивнул, не выказывая заинтересованности. В последнее время он казался отстраненным, словно происходящее вокруг мало его заботило. Кай слушал рассказы Алексии о новых находках в файлах Тернера без особого интереса, словно присутствовал лишь телом, но не мыслями. Его взгляд часто бывал рассеян, а под глазами залегли тени, выдающие недосып. Пару раз он отменял тренировки без объяснений, и это не могло не настораживать. Алексии казалось, что он снова что-то скрывал. Она хотела как-то дать ему понять, что он не был обязан тащить все на своих плечах, что мог на нее положиться, и злилась из-за того, что полностью ему доверилась, а он не спешил отвечать тем же. В ближайшую субботу Кай вызвался отвезти ее домой сам, не объяснив, что случилось с тренировкой Тайлера. Казалось, он хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы о чем-то поговорить, но разговор не клеился. Она не настаивала. Когда машина остановилась у подъезда, Алексия не спешила выходить. Некоторое время они с Каем просто смотрели друг на друга, словно пытались понять, о чем думал другой. — Знаешь, Эрнандо перед смертью вел себя так же, — сказала она вдруг, удивляясь собственным мыслям. Вот оно — то, что так тревожило ее последние дни. Кай отстранялся от нее точно так же, как и Эрнандо, до последнего скрывавший свои проблемы, хотя она была в силах помочь ему с их решением. Алексия не хотела, чтобы та же участь постигла и Кая просто потому, что он решил не ставить ее в известность о том, что происходило в его жизни. — Думаешь, знак? — спросил он вроде бы шутливо, но тон его голоса оставался серьезным. Этот вопрос лишь усилил ее беспокойство. Было бы проще, если бы он просто отмахнулся и сказал, что она все это себе придумала. — У тебя какие-то проблемы? Кай отвел взгляд и уставился куда-то вперед, сквозь лобовое стекло. Губы его чуть дрогнули, словно он хотел что-то сказать, но сдержался. В воздухе повисло напряжение. Наконец он вздохнул, выдавил слабую улыбку и проговорил: — Не беспокойся. Просто нервы сдают. Тебя происходящее разве не нервирует? — Нет. Ты же знаешь — я все еще на антидепрессантах, — напомнила Алексия. Помолчав пару секунд, она добавила: — Может, тебе тоже стоит попробовать? Кай пожал плечами, и по выражению его лица стало понятно, что мысль об антидепрессантах его не вдохновляет. Страх за его жизнь подстегнул ее действовать, и Алексия, поколебавшись мгновение, протянула руку и коснулась его щеки, вынуждая на себя посмотреть. Кай послушно повернул голову. Она слегка наклонилась вперед, замечая, как его взгляд невольно задержался на ее губах, и внутри что-то дрогнуло, словно он наконец дал ей разрешение, которого она так ждала. «Хватит бегать, — подбодрила она себя мысленно. — Просто сделай это». — Я всегда готова тебя поддержать, — тихо пообещала Алексия и, не давая себе времени передумать, потянулась к нему и осторожно коснулась его губ своими, словно проверяя, как он отреагирует. Кай не отстранился. Напротив, он подался навстречу с неожиданной готовностью, но спустя несколько секунд Алексия резко прервала поцелуй. В его глазах мелькнуло разочарование, и она отметила это с мстительным удовлетворением. Его нежелание доверять ей вдруг пробудило в ней странное желание немного с ним поиграть. — Увидимся в понедельник, — произнесла она с легкой улыбкой, после чего открыла дверцу, выскользнула из машины и быстро направилась к подъезду. Сердце гулко стучало в груди, отзываясь эхом в висках. Было сложно понять, от чего у нее дрожали руки — от адреналина или чего-то еще? Все-таки было в этой игре нечто притягательное, будоражащее, хотя она не могла не задаваться вопросом, кто из них двоих в итоге окажется в ней победителем. Пока она шла к квартире, мысли вновь охватила тревога. Тернер уже вернулся из Нью-Йорка, но Алексия все никак не могла попасть в его ноутбук. Лесли взяла неделю отпуска сразу после пасхальных праздников, чтобы продлить отдых и съездить к родителям, и ее компьютер оставался выключенным, из-за чего Алексия не могла подключиться к корпоративной сети. Она не рискнула пробрасывать ssh-туннель напрямую с сервера контроллера домена и теперь жалела об этом. Лесли должна была вернуться на следующей неделе, и ожидание сводило Алексию с ума. Она едва успела переодеться в домашнее и вымыть руки, когда услышала стук в дверь. Гостей она не ждала, но по стуку сразу догадалась, кто мог ждать за порогом. Глянув в глазок и убедившись в верности своей догадки, она открыла дверь. — Что-то забыл? — спросила Алексия удивленно. Кай лишь кивнул и шагнул вперед, стремительно сокращая расстояние между ними. Она не успела осознать происходящее, когда его губы накрыли ее в требовательном, горячем поцелуе. Алексия услышала, как захлопнулась дверь, и в следующий миг оказалась прижатой к ней спиной. Кай держал ее крепко, словно боялся, что она отстранится, и продолжил целовать. Его руки жадно заскользили по ее телу, изучая каждый изгиб. Алексия не сопротивлялась. Игра, в которую она втянула его несколько минут назад, была увлекательной, но то, что происходило сейчас, казалось неизмеримо желаннее, так что она позволила ему все и даже не задумалась о том, чтобы остановить. Она ведь так ждала, когда он сделает первый шаг! Каждое движение Кая отзывалось внутри жаркой волной, и с каждым прикосновением это пламя разгоралось все сильней. Поцелуй в машине, очевидно, стал для него последней каплей. Теперь он не ждал от нее инициативы и не следовал за ее решениями — он взял контроль в свои руки. И ей нравилось видеть его таким — решительным, требовательным и даже немного резким. Кай на несколько секунд отстранился, чтобы взять краткую передышку, и посмотрел на нее взглядом, полным желания и одержимости, а затем развернул к себе спиной. Его правая рука поднырнула под резинку ее домашних штанов, кончики пальцев мягко скользнули по ткани белья, и этого было достаточно, чтобы заставить ее выгнуться и судорожно выдохнуть от нахлынувших эмоций. Кай прижался губами к ее шее и оставил несколько влажных поцелуев на коже. Она слышала его тяжелое и прерывистое дыхание у своего уха и закрыла глаза, отдаваясь во власть его рук и этих ощущений. Он не торопился, словно ждал, когда она начнет умолять о большем. И Алексия действительно захотела этого. Но не его пальцев. Внутреннее напряжение росло, стирая все остальные мысли и оставляя лишь одно желание — почувствовать его внутри. Нащупав рукой его бедро, Алексия повела ладонь дальше — в сторону молнии на его джинсах, но Кай вдруг перехватил обе ее руки и прижал к двери над головой. Он удерживал ее запястья оставшейся рукой, и Алексия в любой момент могла освободиться, но не делала этого, потому что это ощущение власти и подчинения сводило ее с ума. Ей не нужно было видеть лицо Кая, чтобы понимать, как отчаянно он ее хотел. Это чувствовалось по тому, как сильно он прижимался к ней сзади. — Ну же… — не выдержала Алексия, и голос ее дрогнул. — Войди в меня наконец. Кай замер на пару мгновений, словно пытаясь вернуть над собой контроль, а затем послышался характерный звук расстегивающейся молнии, и сердце Алексии застучало быстрее от опьяняющего предвкушения близости. Прикрыв глаза и прикусив нижнюю губу, она уперлась лбом в дверь и чуть выдохнула, давая себе привыкнуть к этому столь желанному ощущению внутренней наполненности. В этой близости было нечто первобытное, неистовое, словно оба слишком долго ждали этого момента. Кай все глубже погружался в собственные ощущения, не замечая ничего вокруг, и ей это нравилось. Всегда такой собранный и спокойный, в этот момент он больше не владел собой, и Алексии была приятна мысль, что именно она стала тому причиной. Но эта поза начала быстро утомлять. Алексия повернулась к Каю и, встретившись взглядом с его потемневшими от желания глазами, тихо предложила: — Пойдем в спальню? Она не стала дожидаться ответа и просто выскользнула из его объятий, на ходу сбрасывая с себя остатки одежды. Оказавшись в своей комнате, Алексия легла на кровать, а Кай последовал за ней и ненадолго замер у порога, будто не мог оторвать глаз от этого соблазнительного зрелища. Его взгляд жадно скользил по ее телу, словно пытаясь запечатлеть этот миг в памяти. Наконец он приблизился и лег рядом, ловя губами ее приглушенный стон. Его движения были рваными и нетерпеливыми, а в глазах читалась нежность, которую он обычно скрывал за маской отстраненности. Невыносимо быстрый темп не оставлял ни единого шанса приблизиться к разрядке, но это не имело для Алексии никакого значения. Ей хотелось прочувствовать сам момент их единения, ощутить горячее дыхание Кая у своей шеи и напряжение его рук на своем теле. Это казалось важнее любого оргазма. Даже будь он по-настоящему груб, ей бы понравилось. Это лишь усиливало их взаимное возбуждение. Впрочем, Кай никогда не переступал грань, и, возможно, именно поэтому его действия вызывали у нее не отторжение, а восторг. Алексия обвила руками его шею и, уткнувшись лицом в его плечо, не смогла сдержать усталый вздох. Она была влюблена в него так сильно, что ее переполняли эмоции. Он наконец снова был рядом, и она могла обнимать его, касаться его губ своими и не думать о последствиях. Когда дыхание Кая постепенно выровнялось, он улегся рядом, внимательно посмотрел на нее и спросил: — Ты не кончила? Алексия покачала головой, и на его лице отразилась досада. Заметив это, она улыбнулась. «Похоже, ты единственный из всех, с кем я спала, кому не плевать, кончила я или нет», — усмехнулась она мысленно. Расстроенной она себя не чувствовала. Не все в сексе сводилось к оргазму: иногда сам процесс дарил несравнимо большее наслаждение, чем разрядка. Особенно когда это происходило с любимым человеком. — Теперь будешь мне должен, — пошутила Алексия, перевернувшись на бок и глядя на него с игривой улыбкой. Кай усмехнулся и обнял ее за талию, притягивая к себе ближе. — Верну с процентами, — пообещал он, накрывая ее губы своими. Эти слова вызвали внутренний трепет: она услышала в них желание повторить и встретила этот намек с явным одобрением, потому что тоже хотела, чтобы это случилось вновь. Чтобы это повторялось постоянно. К черту все прошлые мысли о том, что у них не было будущего. Ее больше не волновало, что он не пытался отбить ее у Тернера. В конце концов, через пару месяцев она могла умереть, так стоило ли тратить это время на глупые обиды? — Останешься на ночь? — попросила Алексия, когда поцелуй закончился, с надеждой заглядывая ему в глаза. Лицо Кая мигом помрачнело. — Не могу, — ответил он с искренней грустью в голосе. — Работаю сегодня. Она лишь кивнула, принимая объяснения без лишних вопросов, и не стала предлагать поехать с ним, так как знала, что могла оказаться обузой. Побыв с ней еще немного, Кай собрался и уехал, а Алексия вернулась к просмотру оставшихся файлов Тернера. Архив для Хайнеманна время от времени пополнялся новыми данными. Она проснулась от вибрации часов. Оповещения о звонках и сообщениях были отключены для всех, кроме Кая, Рэйчел и Тернера, поэтому Алексия поспешно тапнула по экрану и увидела, что ей написала Рэйчел — та прислала какую-то ссылку и ряд шокированных эмодзи. Почувствовав внутри необъяснимую тревогу, Алексия схватила телефон и перешла по ссылке на некий новостной сайт. Заголовок гласил: «Кровавая расправа в центре Чикаго: известный бизнесмен расстрелян на парковке элитного клуба». Сначала Алексия решила, что речь шла о Тернере. Почему-то именно он пришел в голову первым, словно подсознательно она хотела, чтобы это был он, но правда оказалась куда неожиданнее — жертвой стал Армин Хайнеманн. Сердце сжалось от странного смешения чувств: удивления, растерянности и едва уловимой радости. Пробегая глазами по строчкам, Алексия жадно выискивала подробности. Информации было мало: писали, что убийство произошло прошлой ночью в одном из элитных клубов Вест-Луп, но название заведения не упоминалось, хотя она и так догадывалась, о каком клубе могла идти речь. Преступники застрелили Хайнеманна и двух его охранников, после чего скрылись. Полиция не располагала сведениями о личностях убийц и просила всех, кто мог что-либо знать, связаться с ними. В конце статьи была краткая биография Хайнеманна, но там упоминался лишь его легальный бизнес, однако журналисты все же предполагали, что убийство могло быть связано с бандитскими разборками. «Могло быть? — фыркнула Алексия мысленно. — Даже после его смерти боитесь в открытую назвать его криминальным бароном?» Но больше всего ее интересовал вопрос, кем были убийцы. Подозрительное поведение Кая в последние дни сразу же делало его главным подозреваемым. Он казался отстраненным и напряженным, словно мысленно прокручивал в голове какой-то план, а еще упоминал, что работал прошлой ночью, и это тоже подтверждало ее догадку. Отправив в ответ на сообщение Рэйчел лаконичное «охренеть», Алексия тут же позвонила Каю через Signal — они всегда пользовались этим приложением, когда нужно было обсудить что-то, связанное с работой. Каждый гудок казался мучительно долгим. Наконец на том конце линии раздался его голос. — Видел новости? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие, но голос все же дрогнул, выдавая волнение. — Про убийство в клубе? — уточнил Кай. На фоне слышался шум улицы. Вероятно, он находился где-то снаружи, а значит, не мог быть с ней полностью откровенным. — Видел. — Ты как-то с этим связан? — Да. Ее мгновенно накрыло волной самых разных эмоций: злости, тревоги и даже некоего разочарования. — Мог бы предупредить, — произнесла Алексия ледяным тоном. — Что это, черт возьми, вчера было? Гребанное прощание? — Я хотел рассказать тебе, честно, — ответил Кай устало. — Но так и не придумал, как начать. — Тогда мог бы не давать надежду, обещая вернуть долг с процентами, — заявила она резко. Алексия не знала, почему именно эта деталь вчерашнего вечера так ее задела. — Зато у меня была мотивация вернуться к тебе живым, — заметил Кай неожиданно оживленным, шутливым тоном. Раздался хлопок закрывающейся двери, и шум улицы смолк. Алексия догадалась, что он сел в машину. — Это нечестно, Кай, — произнесла она уже спокойнее. — Ты не имел права так поступать. Я должна была знать, что ты идешь на такое опасное задание. Если бы тебя убили… я бы никогда тебе этого не простила! Я и сейчас-то не уверена, что хочу тебя видеть после всего этого. Храни свои секреты сколько угодно, но в этот раз ты перешел черту. У всего есть пределы. — Прости, — ответил Кай неожиданно мягко. — Ты права. Я поступил как мудак и обещаю, что больше так не сделаю. Злись на меня, обижайся или, хочешь, врежь при следующей встрече — я на все согласен. Только не отталкивай, ладно? Я убил Хайнеманна ради тебя. Если бы он угрожал только мне, я бы просто залег на дно и как-нибудь выкрутился. Он не первый, кто точит на меня зуб. Если честно, мне плевать, убьют меня или нет — я не слишком-то дорожу жизнью. Но я не мог подвергать такой опасности тебя. Теперь, когда его не стало, мне спокойнее, потому что тебе больше никто не угрожает. Слова были простыми, но такими искренними. Они вмиг ее обезоружили. Было невозможно продолжать на него злиться, ведь Тернер годами мечтал убрать конкурента, но Кай отказывался от этого задания, сколько бы денег ему ни предлагали, однако все же сделал это, когда Хайнеманн начал ей угрожать. От этой мысли к горлу подступил ком, и Алексия испугалась, что если откроет рот, чтобы что-нибудь ответить, то не выдержит и заплачет, но все же взяла себя в руки и произнесла: — Ну и лжец же ты… все твои слова о том, что ты всегда будешь выбирать себя, не стоят и цента! Так красиво втирал мне тогда на пляже, что каждый сам за себя, а сам мог погибнуть, пытаясь убить Хайнеманна из-за меня! Кай рассмеялся. Ее обвинения явно нисколько его не задели. — Тогда я действительно так думал. Но люди меняются, поменялся и я. — Она услышала, как он зевнул. — Давай завтра поговорим? Я не спал всю ночь, а утром мы с Биллом и парнями ждали подтверждение от полиции. Хочу вернуться домой, принять душ и отрубиться до завтра. Последние недели были слишком напряженными… И хоть вчера ты помогла мне расслабиться, нужно больше времени, чтобы прийти в себя. — Хорошо, — ответила Алексия. Сбросив звонок, она некоторое время сидела на кровати, сжимая телефон в руке, и не знала, за что взяться. Прежде всего следовало рассказать обо всем Рэйчел, но Алексия не была уверена, что сумеет поговорить сейчас хоть с кем-то. Устало вздохнув, она направилась в душ, чтобы смыть с себя остатки сна и то странное оцепенение, что не отпускало ее после разговора с Каем, а после, сделав чашку растворимого кофе, все же позвонила Рэйчел. — Это был Кай, — произнесла Алексия после короткого приветствия. — Знаю, Рэй рассказал, — ответила Рэйчел бесцветным тоном, словно эти новости и ее парализовали. — Тоже был с ними этой ночью, но подробностей я не знаю. В новости упоминалось, что убийц было несколько, но только теперь Алексия по-настоящему осознала этот факт и почувствовала странное облегчение. По крайней мере Кай был не настолько безрассуден, чтобы пойти на столь опасное дело в одиночку. — Мы договорились обсудить произошедшее завтра, — сообщила Алексия. — Как узнаю больше, все тебе расскажу. — Если даже Рэй ничего не говорит, думаешь, Кай расскажет? — усомнилась Рэйчел. — Ты же знаешь, как он печется о конфиденциальности. — В этот раз расскажет, — заявила Алексия уверенно. Объяснять, почему так думала, она не стала. Честность честностью, но то, что происходило между ней и Каем сейчас, хотелось хотя бы ненадолго сохранить втайне от остальных. Весь день Алексия провела как на иголках, томясь от желания узнать, как именно Кай сумел организовать убийство столь влиятельного и хорошо охраняемого человека. Она то и дело пролистывала новости в поисках подробностей, но везде писали примерно одно и то же, и вскоре ей это наскучило. Никто не смог бы рассказать о случившемся лучше, чем Кай. Но по крайней мере Алексия знала, что полиция не вышла на след убийц, и это успокаивало. Кай, как обычно, заехал за ней после школы. Едва сев в машину, она тут же потянулась к нему, чтобы обнять. Он явно не ожидал такого порыва, но с охотой обнял ее в ответ. Она сделала медленный вдох, наслаждаясь знакомым ароматом его одеколона, и прошептала: — Спасибо. И прости: я вчера так за тебя испугалась, что наговорила всякой ерунды. Забудь об этом. Я просто рада, что ты жив. — А уж я-то как рад, — усмехнулся он. Алексия приподняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, и Кай тут же наклонился к ней, прижимаясь к ее губам своими и увлекая в поцелуй. Его ладонь легла ей на талию и, слегка приподняв край кофты, скользнула дальше и дотронулась до обнаженного бока. Это прикосновение заставило ее вздрогнуть. — Стой, вдруг Тайлер увидит, — прошептала она, разрывая поцелуй, хотя отчаянно желала продолжить. Кай быстро оглядел двор, словно проверяя, был ли Тайлер поблизости, а затем с легкой усмешкой заметил: — Ты права. На парковке возле тренажерного зала будет укромнее. От этих слов внутри разлился жар. Это звучало как обещание, и Алексия лишь кивнула, надеясь, что они доберутся до тренажерного зала как можно скорее. Но сначала Кай должен был рассказать о том, что произошло в ночь убийства Хайнеманна. — Я начал готовить эту операцию сразу после того, как ты рассказала о похищении, — заговорил он. — Пришлось признаться Биллу, что Хайнеманн узнал, что именно мы были в клубе той ночью. О самом похищении не упоминал, соврал, что получил информацию от доверенного источника. Билл не стал задавать лишних вопросов и одобрил мой план. — Значит, он знал обо всем с самого начала? — Да. Нужно было убедиться, что за нами не было слежки, а в одиночку я бы не справился. Похоже, Хайнеманн просто хотел тебя припугнуть — никакой слежки в итоге не было, и тогда мы приступили к сбору информации. Из всех мест, где он бывал, клуб оказался самым подходящим для убийства. Хайнеманн всегда окружал себя толпой охранников, но в клуб заходил лишь с парой-тройкой сопровождающих — остальные ждали в машине на парковке. Логики в выборе охраны не было, поэтому из тех двоих, что участвовали в твоем похищении, убит только один. Но не переживай, от второго я тоже избавлюсь — слишком опасно оставлять его в живых. Голос Кая звучал спокойно, но под этой внешней сдержанностью скрывалась угроза, и Алексия невольно сглотнула, радуясь, что он был ее союзником. Ей нравилось, что он испытывал ту же ярость, что и она, учитывая, что Алексия никогда не смела думать о мести после похищения. Она боялась, что если сделает это, Хайнеманн обязательно узнает и в этот раз точно ее убьет, но теперь он не представлял для нее угрозы, и благодарить за это стоило Кая. — Хайнеманн посещал клуб в разные дни, но по пятницам и субботам бывал там всегда. Приезжал до полуночи, какое-то время проводил в VIP-зоне, а затем уходил к себе в кабинет. Клуб, как правило, покидал после двух ночи, никогда не задерживался дольше половины третьего. Пробраться в его кабинет повторно не вышло бы: после нашего вторжения в коридоре, ведущем к лестнице и казино, теперь постоянно кто-то дежурит. — Неужели догадались усилить охрану? — ухмыльнулась Алексия. — Да, на технологии больше не рассчитывают, — ответил Кай с усмешкой. — Проникнуть в VIP-зону было бы проблематично, да и оружие через центральный вход не пронесешь. Черный ход тоже отпал — без пропуска с улицы туда не попасть. Мы пробовали добыть его через казино — один из наших ходил туда, надеясь просканировать чужой пропуск, но сотрудники больше не носят их на виду. Похоже, с ними тоже провели воспитательную беседу. Алексия покачала головой, будто не веря, что столько мер было предпринято всего лишь из-за их вылазки. — Сколько человек участвовало в операции? — спросила она. — Я, Майк и еще двое, ты их не знаешь. Раздувать команду было рискованно: чем больше людей, тем выше вероятность утечки, так что взяли самых опытных и надежных. — Рэйчел говорила, Рэй тоже участвовал, — вспомнила Алексия. — Только в ночь убийства. У него экзамены на носу, не до работы, но пришлось позвать, потому что только Рэй имеет опыт управления фургонами. — Фургонами? — удивленно переспросила Алексия и вспомнила, что убийство произошло на парковке клуба. — Вы на нем проникли внутрь? — Да, парковка была самым доступным вариантом, — подтвердил Кай. — Мы наблюдали за машинами, что въезжали и выезжали из клуба, и выяснили, что несколько раз в неделю туда приезжал фургон из магазина элитного алкоголя. Среди документов с сервера клуба, которые достал Мэтт, нашлись счет-фактуры из этого магазина, так что мы достали похожий фургон, перекрасили его в нужные цвета, закупили товар и раздобыли форму грузчиков. Кстати, униформа у них отличная — легко спрятать пистолет. Номера на фургонах повторялись, и мы взяли самый популярный. Рэй придумал убедительную ложь на случай, если охрана заинтересуется, куда делся прежний водитель, но это не пригодилось — они даже документы не стали проверять, удивительная беспечность. — После того, что вы устроили, они наверняка и там усилят охрану, — заметила Алексия. — Возможно, хотя охранять им теперь некого, — усмехнулся Кай. — С безопасностью они сильно прокололись. Работники бара, конечно, удивились, что мы приехали раньше обычного — фургон как правило приезжал к пяти утра, но никто не стал задавать вопросов. Даже охранники, ожидавшие Хайнеманна на парковке, не обратили на нас внимания. — Пришлось поработать грузчиком? — поинтересовалась Алексия, не сдержав ухмылки. — О да, — рассмеялся Кай. — Правда, я особо не напрягался — следил за выходом на парковку, чтобы дать Майку и второму парню сигнал, когда появится Хайнеманн. Алексия хихикнула, представив себе эту картину. «И чем только ни приходится заниматься на заданиях», — думала она, вспоминая, как однажды притворялась уборщицей, чтобы пробраться в нужное здание. К счастью, полы мыть не пришлось — нужно было лишь установить камеру и жучки в одной из комнат. — Долго ждали? — Нет, мы все рассчитали заранее и успели выгрузиться лишь наполовину. Рэй тоже следил за выходом на парковку и как только увидел Хайнеманна, дал сигнал нашему пятому участнику. Тот стоял у трансформаторной будки, питающей клуб электричеством, и устроил им короткое замыкание. — В клубе наверняка был резервный генератор, — предположила Алексия. — Был, но, судя по электротехнической схеме здания, его запуск занял бы минуту-две, а этого времени более чем достаточно, чтобы успеть устроить переполох. — А схему где достали? — Не поверишь: в городском департаменте строительства и разрешений, — усмехнулся Кай. — Это публичная информация, даже Мэтта напрягать не пришлось. — С ума сойти. Но ладно. Значит, когда электричество вырубилось, парковка погрузилась в темноту… — начала рассуждать Алексия, восстанавливая цепочку событий. — Но как вы поняли, куда стрелять, если ничего не видно? — Мы все видели — на парковке были аварийные лампы, — пояснил Кай. — К тому же на нашей стороне был эффект неожиданности. Мы специально тренировались в тире, чтобы подготовить глаза к резкому отключению света и научить их быстрее адаптироваться к полутьме. Охрана нас не подозревала, их внимание было рассеяно — ночь все-таки. Мы договорились, что я беру на себя Хайнеманна, а Майк и второй парень — его сопровождение. Охранники в машинах даже не успели ничего толком осознать, когда мы, покончив со всем, вскочили в фургон и помчались прочь из клуба. — Решили их не устранять? — Не вышло бы — машины бронированные. Даже граната бы не справилась. Да и главной целью был лишь Хайнеманн, остальные не так важны. — Погоня была? — Не знаю. Если и была, то мы быстро оторвались. Рэй отлично водит, а в такое время на дорогах почти никого. Мы составили маршрут заранее, чтобы в случае погони было легче сбросить хвост. Доехали до одного из переулков, подожгли фургон и пересели в другую машину. Алексия судорожно выдохнула, осмысливая услышанное. На первый взгляд все казалось простым, но она догадывалась, сколько времени и усилий было вложено, чтобы собрать информацию, продумать план и подготовиться к столь сложной операции. Теперь становилось ясно, почему Кай в последнее время выглядел таким уставшим. Это задание требовало максимальной сосредоточенности, ведь одна-единственная ошибка могла стоить им жизни. — Почему ты ничего мне не рассказал? — спросила Алексия. — Почему не попросил помощи? — Ты и так настрадалась из-за Хайнеманна, к тому же была занята взломом сети Билла, и я не хотел тебя отвлекать. Не забывай, что твое лицо видел и сам Хайнеманн, и его люди. Если бы тебя засекли при подготовке, это могло сорвать всю операцию. — Твое лицо они тоже видели. Хайнеманн говорил, что и за тобой следили. — Поэтому я и не участвовал в сборе информации, чтобы не подвергать команду риску, — пояснил Кай. — А перед поездкой в клуб мы тщательно загримировались, так что оставшиеся в живых охранники не смогут нас опознать. После того как они перевели систему видеонаблюдения во внутреннюю сеть, мы уже не могли отключить камеры, и наши лица наверняка попали на записи, но благодаря маскировке им это ничего не даст. Алексия устало вздохнула, испытывая противоречивые чувства. С одной стороны, она ощущала облегчение от того, что проблема с Хайнеманном наконец была решена. С другой — ее немного расстраивало, что это сделала не она, а Кай. Целых полтора года Хайнеманн был ее главной целью, но в итоге покончила с ним не она. — Алекс, не думай, что я не позвал тебя из-за того, что это было опасно или сложно, — добавил Кай, бросив на нее беглый взгляд. — Я сам тебя готовил и знаю, на что ты способна. Без раздумий доверил бы тебе прикрывать спину. Просто в тот раз было разумнее подключить тех, кто не примелькался. — Не переживай, я все понимаю, — ответила Алексия искренне. Ее радовало, что Кай не пытался опекать ее так же навязчиво, как когда-то Эрнандо. Было бы странно ожидать, что он запретит ей участвовать в подобных заданиях лишь потому, что боится за ее жизнь, учитывая, что именно он готовил ее для этой работы. Впрочем, задания, на которые она ходила, редко бывали сопряжены с риском, так что Каю было не о чем беспокоиться. Но даже когда риск присутствовал, Алексия никогда не чувствовала с его стороны ни сомнений в ее силах, ни недоверия. Он действительно хорошо знал, на что она была способна, и относился к ней всерьез — как к напарнице, на которую можно было положиться. — Кстати, со всеми этими делами забыл сказать, что Тайлер больше не стажер, — сообщил Кай, паркуясь у тренажерного зала. — Теперь он работает в небольшой команде охотников. Они давно друг друга знают и уже брали его на пару заданий. Я составил ему программу тренировок, так что в зал он теперь будет ходить один. Прежде чем выйти из машины, он коснулся ее ладони, словно проверяя, не будет ли она возражать, если они задержатся на минуту. Поняв его намек, Алексия подалась вперед и с готовностью ответила на поцелуй. Тем же вечером ей наконец удалось подключиться к корпоративной сети Тернера и без труда пробраться в его ноутбук, однако история браузера оказалась пуста: похоже, он пользовался приватным режимом. Вздохнув, Алексия решила пойти более сложным путем: поскольку Тернер выходил в интернет через корпоративный Wi-Fi, она могла просмотреть логи DNS-запросов и выяснить, какие сайты посещал его IP-адрес, который она уже помнила наизусть. Большинство доменов было ей знакомо, а остальные она решила перепроверить. Все сайты оказались безобидными, кроме одного — его главная страница сразу же запрашивала логин и пароль. Алексия пробила домен через whois и выяснила, что тот был зарегистрирован несколько лет назад на Privacy Protection Service, что означало, что истинный владелец домена был скрыт. Это лишь усилило ее подозрения. Вернувшись к браузеру, Алексия убедилась, что там не было ни сохраненных паролей, ни автозаполнений. Немного покопавшись в системе, она обнаружила установленный 1Password. Было разумно со стороны Тернера использовать менеджер паролей, но и эту проблему можно было обойти. Алексия оставила в ноутбуке кейлоггер — программу, способную перехватывать все, что печаталось с клавиатуры. Как только Тернер введет мастер-пароль от 1Password, кейлоггер тут же его перехватит, после чего у нее в руках окажется доступ ко всей его базе данных с паролями. Возможно, где-то там найдутся данные для входа и на тот таинственный сайт. Глава 33 Tell me what you want to hear Something that will light those ears I’m sick of all the insincere So I’m gonna give all my secrets away This time Don’t need another perfect lie Don’t care if critics ever jump in line I’m gonna give all my secrets away Secrets, OneRepublic На следующий день после установки кейлоггера Тернер позвал Алексию к себе. Ранее у нее не было возможности обсудить с ним убийство Хайнеманна, и она с нетерпением ждала, когда он поднимет эту тему. Ей хотелось узнать, как он воспринял случившееся. Рад ли устранению конкурента? А еще она надеялась услышать свежие сплетни о том, что происходило в группировке Хайнеманна после гибели их главаря. Но Тернер не спешил заводить разговор — прежде всего его интересовало то, ради чего он ее приглашал. К счастью, это не заняло много времени, но что-то в его поведении показалось ей странным. Он наблюдал за каждым ее движением, каждым вздохом, будто проверял реакцию. Когда все закончилось, Тернер, как обычно, закурил. Уловив в его позе расслабленность, Алексия решила не упускать момент и спросила: — Как тебе последние новости? Порадовали? Тернер усмехнулся, выпуская в потолок клуб дыма. — Разумеется, — ответил он. — А тебя? Ты ведь так мечтала его убрать. — Даже не знаю, что чувствовать, — пожала плечами Алексия. Она не могла признаться, что не испытала удовлетворения, потому что смерть Хайнеманна утратила для нее всякий смысл после того, как она узнала, что не он был заказчиком убийства ее родителей. — Наверное, потому что сама не приложила к этому руку. — Зато цель достигнута — и это главное, — произнес Тернер с самоуверенной ухмылкой. — К чему был весь этот цирк с работой, если в итоге ты получила все, что хотела? Я ведь предлагал заняться чем-то более интересным. Тебе повезло получить мое покровительство, так зачем напрягаться? Пусть другие марают руки. Если пока не решила, чем хочешь заниматься, возьми больше времени, поразмысли над будущим. Я никуда не тороплю. — Мне нравится работать, — возразила Алексия. Она не лукавила. Работа помогала ощутить контроль над собственной жизнью — то, чего не могло дать ничто другое. В такие моменты она знала, что была на своем месте — сильной и нужной, а каждое успешно выполненное задание давало такой выброс эндорфинов, что хотелось пережить это снова. Однако, обладая столь внушительным капиталом на своем крипто-кошельке, Алексия все чаще задумывалась, не найти ли альтернативу работе на Тернера, ведь эта деятельность, как минимум, была сопряжена с риском. Теперь, когда она могла не беспокоиться о деньгах, можно было задуматься о том, чего она хотела от жизни на самом деле. Иногда ей в голову приходили мысли о колледже. Возможно, Алексия могла бы поступить на какую-нибудь компьютерную специальность. Мэтт рассказывал о своей учебе в MIT, и это разожгло в ней интерес. Она все чаще жалела о том, что не отнеслась к сдаче SAT серьезнее и получила невысокий балл, так как не планировала поступать в колледж и сдала экзамен абы как, потому что он был обязателен для всех выпускников в Иллинойсе. «Когда я ломала сеть Билла, испытывала то же чувство контроля, что давала работа, — вспомнила Алексия. — Может, сделать это своей профессией? Или найти что-нибудь, связанное со взломом, но без риска для жизни и свободы». Еще одной причиной, по которой она продолжала работать на Тернера, был Кай. Ей нравилось проводить с ним время, учиться у него, ощущать их особую связь, становившуюся лишь крепче благодаря совместному участию в чем-то не совсем легальном. Но в последнее время она замечала, что и Кай все чаще заговаривал о том, чем бы занялся, если бы не работал на Тернера. «Возможно, рано или поздно к этой мысли приходят все, — думала она. — Джастин тоже говорил, что это не работа мечты, и, если появляется достойная альтернатива, люди начинают задумываться об уходе». Тернер ничего не ответил, словно не хотел снова вступать в старый спор. Он молча курил, и Алексия решила вернуться к первоначальной теме: — Как поживает группировка Хайнеманна? Есть шанс, что они догадались, кто все это спланировал? — У Армина хватало врагов, так что список подозреваемых длинный, — усмехнулся Тернер. — Но не сомневаюсь, что мое имя в верхних строчках. Однако доказательств у них нет. Я лично курировал это дело, так что в этот раз Кай не облажался. К тому же им сейчас не до поисков убийц: после смерти Армина к власти пришел его преемник, но, насколько мне известно, поддерживают его далеко не все. В группировке намечается раскол, так что в ближайшее время преемнику придется потратить силы на укрепление позиций. — Показательная порка пошла бы на пользу его имиджу, — заметила Алексия. Тернер рассмеялся. — Ты права, — согласился он. — Может, попробуешь себя в маркетинге? Я бы пристроил тебя к кому-нибудь из знакомых. Алексия покачала головой, и Тернер, не став настаивать, продолжил: — Порка уже состоялась: всех, кто в ту ночь должен был охранять Армина в клубе, расстреляли за то, что не уберегли суверена. Что, впрочем, нам на руку: меньше свидетелей — меньше проблем. Конечно, новый глава начнет искать организаторов убийства, но вряд ли станет слишком усердствовать, скорее всего, найдет козла отпущения для отвода глаз и все. Во-первых, смерть Армина расчистила ему дорогу к власти, так что он должен быть нам благодарен. Во-вторых, если мы смогли убрать такого защищенного человека, как Армин, то уберем и преемника, начни он копать глубже, чем следует. Сейчас у него нет той власти, что была у предшественника, и ему стоит быть осторожнее. — Не таким уж и защищенным оказался в итоге Хайнеманн, — пробормотала Алексия. — Все ошибаются, — спокойно ответил Тернер, гася сигарету о пепельницу. — Нам повезло, что годы спокойствия и безнаказанности усыпили его бдительность. Обычно после сигареты он начинал одеваться — это был своего рода ритуал, но в этот раз Тернер задержался, словно хотел обсудить что-то еще. Его взгляд задержался на Алексии, и она невольно напряглась, уловив в его глазах нечто холодное и настороженное. — Кай рассказывал, что попросил в обмен на жизнь Армина? — спросил Тернер, пристально глядя на нее своими льдисто-серыми глазами. В их глубине сверкнула сталь, и от этого взгляда по спине Алексии пробежал неприятный холодок. — Нет, — ответила она, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри уже поднялась тревога. Когда Тернер становился таким серьезным, это редко сулило что-то хорошее. — И что же он попросил? — Ничего особенного, — произнес Тернер. — В этом-то и странность. Я ведь уже поручал ему собирать информацию об Армине несколько лет назад — хотел убрать его уже тогда, но Кай отказался, сказал, задание невыполнимо. А я, между прочим, предлагал за это миллион долларов. Другие соглашались, но все потерпели крах. Хорошо, что Армин так и не выяснил, что это были мои люди. И вот полтора месяца назад Кай вдруг приходит и заявляет, что готов взяться за это дело, ссылаясь на какого-то анонимного информатора. Только вот за все годы работы я ни разу не слышал от него ни о каких информаторах, особенно из окружения Армина. И, уж поверь, я достаточно хорошо знаю Кая, чтобы понимать, что он пошел на это не из страха за собственную шкуру. Мне кажется, он сделал это из-за тебя — ты ведь так хотела отомстить. У Алексии пересохло во рту, а сердце бешено заколотилось от страха. Она смотрела на Тернера широко раскрытыми глазами и лихорадочно пыталась придумать, что сказать, как опровергнуть эти подозрения. Подходящие слова не находились, но она все же постаралась взять себя в руки и спокойно, даже несколько оскорбленно спросила: — Уж не думаешь ли ты, что у нас роман? — Успел прикинуть и такой вариант, — ответил Тернер туманно. — Может, ты что-то пообещала ему за это убийство? Что-то, что не могу дать ему я, ведь на деньги он не польстился. Значит, это что-то нематериальное. Лицо Алексии вспыхнуло. Он оказался слишком близок к правде, и она боялась выдать себя неосторожным жестом или выражением лица, но страх за Кая был сильнее, поэтому она собрала всю свою волю в кулак, чтобы постараться сбить Тернера со следа. — Ничего я ему не обещала! — заявила она нарочито обиженно. — Я вообще обо всем узнала только на следующий день после убийства. Ты же знаешь, как он любит играть в свои шпионские игры. — Тогда почему он все-таки пошел на это? — не сдавался Тернер. Он явно надеялся услышать от нее признание в том, что у Кая были к ней чувства, но Алексия не собиралась этого делать. — Армин вычислил вас двоих и полтора месяца ждал, когда Кай убьет его, вместо того чтобы сразу же от вас избавиться? И почему Кай не предложил тебя спрятать, словно был уверен, что тебе ничего не грозит? А существовал ли тот информатор в самом деле или Кай его выдумал, чтобы обосновать, почему передумал убивать Армина? — Потому что информатором была я! — выпалила Алексия, понимая, что дальнейшая ложь лишь усугубит ситуацию. Было лучше рассказать часть правды, чтобы спасти положение. Глаза Тернера расширились от удивления, и Алексия поспешила продолжить: — Я не планировала тебе рассказывать, потому что не знала, как отреагируешь. Не хотела все усложнять. Полтора месяца назад, когда Кай уезжал из Чикаго, люди Хайнеманна поймали меня прямо у двери квартиры, вырубили и отвезли в клуб. Хайнеманн собирался избавиться от меня, а потом и от Кая. Если бы он тогда не уехал, они наверняка бы это сделали. В обмен на наши жизни я пообещала достать информацию о твоих поставщиках из Латинской Америки. Мне дали на это три месяца. Тернер внимательно смотрел на нее, словно сканировал на наличие лжи, а Алексия глядела ему прямо в глаза, стараясь выглядеть максимально искренней. Говорить полуправду действительно было проще, чем лгать. Тернер, похоже, поверил. — Я не собиралась за тобой шпионить, — добавила Алексия, предупреждая его вопросы. — Да и не смогла бы. Но в тот момент я пообещала бы что угодно, лишь бы он меня отпустил. Поэтому и съехала из твоей квартиры — боялась туда возвращаться, жила у Рэйчел какое-то время. Не стала тебе говорить, так как не хотела признаваться, что именно должна была принести Хайнеманну в обмен на свою жизнь. Когда Кай вернулся, я все ему рассказала, и он пообещал разобраться. Я думала, он просто достанет нужную информацию, а оказалось, его план был куда радикальнее. Тернер нахмурился. Некоторое время он молчал, словно обдумывал ее слова, а затем протянул руку к тумбочке и взял новую сигарету. Сжав ее в пальцах, он задумчиво крутанул зажигалку. По лицу было видно, что он купился. В конце концов, это была не совсем ложь — Алексия лишь опустила часть фактов и слегка исказила другие. — Надо было сразу все мне рассказать, — произнес он суровым тоном, словно отчитывал ее, как ребенка. — Мне не нравится, что вы с Каем замышляете что-то за моей спиной. Вы мои подчиненные, и я должен быть в курсе каждого вашего шага. — Прости, — проговорила Алексия жалобно. Она склонила голову и посмотрела на него снизу вверх, стараясь выглядеть как можно более раскаявшейся. — Это я попросила Кая ничего тебе не рассказывать. Так перепугалась тогда, что не могла мыслить трезво… Она сжала пальцы на коленях, чтобы не выдать дрожь в руках. Тернер затянулся и молча посмотрел на нее. В его глазах все еще тлело подозрение, но черты лица постепенно смягчались. Наконец он спросил: — Армин упоминал твоих родителей? «Почему тебя так это волнует? — пронеслось в голове Алексии. — Боишься, что Хайнеманн проговорился, что не убивал их? Ты знаешь, что я не успокоюсь, пока не докопаюсь до правды, и, если заказчиком и правда был ты, тебе это совсем не на руку. Найти нового подозреваемого, чтобы сбить меня со следа, теперь будет непросто, ведь прошло слишком много времени». — Нет, видимо, не знал, чья я дочь, — соврала она. — А я не говорила, боялась, что если узнает, то точно убьет. Тернер лишь коротко кивнул в ответ, похоже, удовлетворившись услышанным. Внезапно ее осенила догадка. «Ты не хотел, чтобы я на тебя работала, — размышляла она, отводя взгляд в сторону, чтобы он не догадался, о чем она думала. — Отговаривал убивать Хайнеманна, но не потому, что было недостаточно доказательств его вины, а потому что боялся, что я начну распутывать этот клубок и докопаюсь до правды? Держал меня в тени, не показывал партнерам, в отличие от Рэйчел… Может, опасался, что кто-то из банды проболтается о своем задании убрать моих родителей, и я соотнесу факты? Скормил фальшивую цель и надеялся, что я смирюсь с тем, что она недосягаема, и успокоюсь. Но все пошло не по плану: я продолжила мечтать об убийстве Хайнеманна, и тогда ты начал вставлять мне палки в колеса, чтобы как можно дольше не подпускать к работе». У нее все еще не было доказательств, что именно Тернер был виноват в смерти родителей, но внутреннее чутье подсказывало, что он неспроста задал этот вопрос. Что-то в его поведении, тоне голоса и взгляде не давало ей покоя. Интуиция нашептывала, что в этот раз Алексия была на верном пути, и оставалось лишь найти тому подтверждение. Докурив сигарету, Тернер наконец встал с кровати и начал одеваться. Она медлила, скрывая, как сильно стремилась поскорее вернуться домой, чтобы смыть с себя его запах и воспоминания о его прикосновениях. — Билл, ты ведь знаешь, что Кай тебе предан? — спросила она, желая убедиться, что опасность действительно миновала. — Знаю, — отозвался он задумчиво. — Но не собираюсь повторять ошибку Армина и терять бдительность. Сегодня ты даешь человеку все, безоговорочно веришь ему, а завтра он тебя предает. Я сталкивался с этим слишком много раз. Что-то в его словах заставило ее оторопеть. Он явно неспроста сказал это. Закончив одеваться, Тернер коротко кивнул на прощание и вышел из комнаты, оставив ее наедине с тревожными мыслями. По дороге домой Алексия снова и снова прокручивала в голове его слова, пока не выдержала и не написала Каю: «Свободен? Нужно поговорить. Можешь приехать?». Ответ пришел почти сразу: «Ок». Он не стал спрашивать, что случилось. Кай знал, что если она просила о встрече, для этого всегда находилась веская причина. Алексия успела принять душ, с облегчением смыв с себя липкие воспоминания о прошедшем дне, и немного перекусить. Стоило Каю переступить порог, как она тут же шагнула к нему и крепко обняла, прижавшись всем телом. Его ладони мягко скользнули по ее спине, и от этого прикосновения тревога начала постепенно отступать. На мгновение она позволила себе закрыть глаза и просто расслабиться, вдыхая аромат его одеколона, всегда даривший ощущение безопасности. Позже они устроились на диване, и Алексия решила не тянуть с интригой: — Мне пришлось рассказать Биллу о похищении, — призналась она и, увидев недоумение на лице Кая, добавила: — Он начал докапываться, почему ты вдруг решил убрать Хайнеманна, хотя раньше отказывался делать это даже за миллион баксов. Решил, ты выдумал информатора, чтобы обосновать, почему передумал, а на самом деле пошел на это, потому что между нами что-то есть. Кай молча смотрел перед собой, переваривая услышанное, а затем вдруг тихо рассмеялся. Он снова стал таким, каким был до убийства Хайнеманна — потерянным и обессиленным. — Такое чувство, будто я решил собрать все грабли, — произнес он с горькой усмешкой. — Мне столько лет везло, но, видимо, удача наконец решила от меня отвернуться. Я стараюсь скрывать от тебя происходящее, чтобы, если вдруг что-то пойдет не так, тебя не зацепило по касательной, но в итоге все равно тяну за собой на дно. Алексия накрыла его руку своей ладонью и слегка сжала, словно пытаясь сказать, что он не был причиной всех ее бед и не должен был винить себя за это, а затем мягко предложила: — Так, может, пора сменить тактику? Если тайны лишь все усложняют, почему бы не поделиться со мной ими, чтобы мы наконец стали действовать как команда? Разве мы не напарники? Когда ты начнешь доверять мне по-настоящему? Позволишь не только прикрывать спину на заданиях, но и знать все свои секреты? Кай ответил не сразу. Несколько секунд он молчал, словно взвешивал ее слова, а затем устало выдохнул и кивнул. — Хорошо. Спрашивай. Я отвечу на любой твой вопрос. Алексия на мгновение замолчала, обдумывая, с чего бы начать. Вопросов было слишком много, и пришлось постараться, чтобы выбрать самый важный. — Билл спрашивал, знаю ли я, что ты попросил у него в обмен на жизнь Хайнеманна, — наконец произнесла она. — Судя по всему, это были не деньги? Кай прикрыл глаза и медленно выдохнул, словно именно на этот вопрос ему хотелось отвечать меньше всего. Но, как и обещал, он не стал увиливать. — Верно. Я не просил денег, хотя остальным за эту работу заплатили щедро. Единственное, что я потребовал взамен — чтобы Билл оставил тебя в покое. Алексия удивленно посмотрела на него, не до конца понимая, что имелось в виду. — Ты хотел, чтобы Билл со мной расстался? — уточнила она. Он кивнул. Теперь уже Алексия тяжело выдохнула, осознав наконец, почему Тернер решил, будто у Кая могли быть к ней чувства. При этом сама она понятия не имела, что он к ней испытывал, даже несмотря на все, что между ними происходило. — Я знал, что рискую, — продолжил Кай. — Но тогда мне казалось, что хуже уже не будет. Я не знал, как иначе добиться, чтобы он тебя отпустил. Наверное, это был жест отчаяния. Я пытался объяснить Биллу, что тебе тяжело в этих отношениях — ты ведь уже рассказывала, как хотела уйти, но не смогла, значит, он должен был понимать, что ты не в восторге от того, что спишь с ним, но продолжаешь делать это лишь потому, что боишься остаться без его помощи в убийстве Хайнеманна. Еще сказал, что ты стала для меня близкой подругой — как Рэйчел — и что вся эта ситуация влияет не только на тебя, но и на нашу работу. Я старался обосновать все так, чтобы у него и мысли не возникло, что ты можешь мне нравиться. — Не думаю, что у тебя получилось, — ответила Алексия печально, а затем, почувствовав, как ускорилось сердцебиение, спросила: — Значит, я тебе нравлюсь? — Заметив удивление в его глазах, она добавила: — Мы ведь так ни разу это и не обсудили. Я не знаю, что ты ко мне испытываешь. Он молча обнял ее за плечи и притянул к себе. Алексия ощутила легкий поцелуй на виске и прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Этот жест ответил лучше любых слов, но Кай, похоже, решил раз и навсегда поставить точку в этом вопросе и заговорил: — Представь ситуацию: ты каждый день видишься с симпатичной девушкой, и постепенно она начинает тебе нравиться. Сначала это кажется чем-то несерьезным, но чем больше ты ее узнаешь, тем яснее понимаешь, что это не просто физическое влечение. У вас много общего, тебе нравится с ней разговаривать и просто быть рядом. Нравится ее целеустремленность, трудолюбие и нежелание сдаваться. В какой-то момент ты замечаешь, что это чувство взаимно, и пока раздумываешь, стоит ли игра свеч, ведь ты на несколько лет старше и к тому же ее наставник, она вдруг приходит и сообщает, что теперь спит с твоим боссом. Кай коротко усмехнулся, словно только теперь осознал, как смешно выглядели его переживания из-за разницы в возрасте на фоне ее отношений с Тернером, которого такие мелочи, похоже, нисколько не заботили. Он говорил, продолжая крепко сжимать ее в своих объятиях, и Алексия чувствовала, как тяжело ему давались эти слова. В тот момент он словно обнажал перед ней душу, и она боялась разрушить эту хрупкую атмосферу доверия, окутавшую их, неосторожным вздохом. — И что было дальше? — тихо спросила она, когда он замолчал. Ей хотелось услышать продолжение этой исповеди, узнать больше о чувствах, в которых он наконец ей признался. — Никогда в жизни я не чувствовал себя таким обессиленным и лишенным контроля. Привык, что всегда добиваюсь того, чего хочу. Если мне что-то нужно — я просто прикладываю усилия и получаю это. Но с тобой… — Кай провел рукой по лицу, словно хотел стереть воспоминания о тех эмоциях. — Впервые оказалось, что моих сил недостаточно. И это осознание было настолько неприятным, что я решил держаться от тебя подальше и стал убеждать себя, что ты лишь мимолетное увлечение, так что твоя связь с Биллом не должна меня волновать. Горько усмехнувшись, он добавил: — Может, это бы сработало, если бы мы виделись от случая к случаю, но ты была перед глазами каждый день, а чем запретней плод, тем он желаннее, и вскоре я совсем потерял голову. — Продолжай, — произнесла Алексия с лукавой усмешкой, перекидывая ногу через его бедро, чтобы обнять еще крепче. — Мне нравится слушать, как ты признаешься в собственной беспомощности. Кай тихонько рассмеялся. — Издеваешься? — Он задержал на ней взгляд, скользнул пальцами по ее бедру и чуть тише добавил: — Не делай вид, будто не испытывала того же. — Ты прав, — согласилась Алексия. — В тот день, когда ты ввалился в мою квартиру, истекая кровью, и я впервые испугалась, что могу тебя потерять, я поняла, что ты был для меня не просто ментором. И даже не просто другом. Ты стал для меня очень важен. Кай смотрел на нее так, словно весь мир в тот момент перестал для него существовать. Его взгляд был наполнен нежностью и любовью, которые он больше не скрывал. Он слегка наклонился в ее сторону, и Алексия, задержав дыхание, потянулась навстречу, приникая к его губам. Это был неспешный, тягучий поцелуй, в котором было больше понимания и принятия, чем страсти. Ладонь Кая скользнула по ее спине, притягивая ближе к себе, словно он боялся, что если ее отпустит, то она исчезнет. Когда поцелуй прервался, он легонько провел большим пальцем по ее щеке и произнес: — Задавай следующий вопрос. Алексия задумалась лишь на мгновение, прежде чем спросить: — Куда ты уезжал, когда покидал Чикаго? И зачем? — Я не лгал — ездил по работе. В декабре — в Сиэтл, в марте — в Денвер. — Кай сделал короткую паузу, словно раздумывая, стоит ли продолжать, и в итоге добавил: — С делами в Сиэтле я разобрался быстро, так что оставалось время, и я заглянул в Такому. — В Такому? — удивленно переспросила Алексия. — Ты упоминала о ней, помнишь? — Да, — протянула она растерянно, вспоминая их разговор на пляже. — Там жила тетка Эрнандо, и он собирался бежать туда после того, как убил Рики. Зачем ты туда поехал? — Просто стало любопытно, почему ты хотела уехать именно туда. Ты ведь не уточняла, что это было связано с Эрнандо, — пояснил Кай. — И как тебе Такома? — После Чикаго и Сиэтла не впечатляет, — усмехнулся он. — Хотя городок симпатичный, рядом залив, а набережная чем-то напоминает нашу. Но в целом город небольшой, много частных домов, хотя, если нужно залечь на дно, это только плюс. Эдакий американский аналог Брюгге. — Боже, ты тоже смотрел этот фильм! — рассмеялась Алексия. — Я тоже дружу с Рэйчел, — напомнил Кай. — В общем, я потратил полдня на осмотр города и решил, что это неплохое место, чтобы начать жизнь с чистого листа. — Хочешь уехать? — удивилась Алексия и тут же вспомнила его слова о том, что бы она сделала, если бы он появился у нее на пороге с поддельными документами и билетами на самолет в руках. «Значит, эта мысль крутилась в твоей голове уже тогда», — догадалась она. Его шутки про поиск убежища внезапно перестали казаться шутками. — Не то чтобы уехать, — задумчиво произнес Кай. — Скорее, готовлю пути к отступлению. Вернувшись в Чикаго, я связался кое с кем по рекомендации Мэтта. Этот человек занимается изготовлением поддельных документов, но, в отличие от поддельных водительских прав, которые ты достала в даркнете, данные в этих документах принадлежат реально существовавшим людям. Это не просто подделка, легко вычисляемая при первой же серьезной проверке. — То есть он крадет чужие личности? — спросила Алексия, нахмурившись. — А если реальные владельцы узнают? — Не узнают, — спокойно ответил Кай. — Это личности умерших людей. Точнее, детей. Поскольку те не успели засветиться в базах данных, никаких несоответствий с твоей легендой не возникнет. Некоторые дети получают SSN сразу после рождения. Получить номер социального страхования с нуля сложно, а вот восстановить утерянный — вполне реально, а если есть SSN, можно восстановить и другие документы, и они будут абсолютно легальными. Это не подделка — все номера без проблем бьются по правительственным базам данных. ФБР часто использует эту схему для сокрытия личности своих агентов и участников программы защиты свидетелей. — И ты добыл себе новую личность? — Да, документы были готовы как раз к моей следующей поездке в Денвер, — ответил Кай. — На обратном пути я вновь заглянул в Такому и заключил договор с агентством по аренде квартир. Предварительно открыл банковский счет на новое имя и внес туда деньги, чтобы подтвердить платежеспособность. В остальном они не так требовательны к документам, как в Чикаго, и таких очередей на просмотр квартир нет, так что все оформили быстро, и я получил ключи в тот же день. — Получается, у тебя в Такоме квартира? — Да, — подтвердил Кай. — Чтобы, если придется резко срываться с места, было куда въехать, не мелькая в отелях. — Может, и мне стоит завести поддельную личность, — задумалась Алексия. — Это дорого? — Дорого. Но не беспокойся: вам с Рэйчел документы уже делают, — сообщил Кай, осторожно убирая прядь волос ей за ухо. — Не стал делать сразу — хотел сначала проверить, стоит ли доверять тому человеку, но, как Мэтт и обещал, все прошло гладко. Надеюсь, документы будут готовы к концу месяца. — А Рэй? — Он слишком привязан к Чикаго, — ответил Кай, и в его голосе мелькнула едва заметная горечь. — Его жизни ничего не угрожает. К тому же здесь его родители, учеба и девушка. — Девушка? — удивилась Алексия. — Рэйчел о ней не рассказывала. — Потому что она не знает, — признался Кай, явно сожалея о том, что проболтался. — Только не говори ей, ладно? Рэй пока хочет сохранить все в тайне. — Это кто-то из наших знакомых? — Нет, из его университета. Просто Рэй понимает, какую бурную реакцию вызовет эта новость у Рэйчел. Алексия усмехнулась, догадываясь, на что он намекал. Если бы Рэйчел узнала о девушке Рэя, то непременно захотела бы с ней встретиться, причем не просто познакомиться, но и подружиться. И если бы девушка ей не понравилась, это наверняка привело бы к бессмысленной драме. К тому же Рэй и сам мог быть пока не до конца уверен в своих чувствах. — Но если Рэй не поедет, поедет ли Рэйчел? — размышляла Алексия. — У нее здесь тоже родители, учеба, друзья… — И парень, — добавил Кай и, заметив удивление на ее лице, пояснил: — Да, про Джордана я тоже в курсе. — Поверить не могу, что ты все про всех знаешь, а мы про тебя — почти ничего! — воскликнула Алексия, шутливо ударив его по плечу. — Как ты узнал? — Рэй рассказал. Рэйчел сама ему призналась, — ответил Кай. — Он переживает за нее. Рэйчел сильно рискует из-за этих отношений. Хочет она уезжать из Чикаго или нет, но, если Билл обо всем узнает, выбора у нее не останется. Я не допущу, чтобы с ней произошло то же, что и с Эль. — Хоть ставки делай, о чьей измене Билл узнает раньше, — вздохнула Алексия, обвивая руками шею Кая и прижимаясь к нему так, словно только он мог уберечь ее от опасности. — Перед уходом он сказал, что теперь будет бдителен и не повторит ошибку Хайнеманна. Что уже сталкивался с предательством и больше этого не допустит. Нам стоит быть осторожнее. — В смысле? — Кай удивленно поднял голову, чтобы взглянуть ей в глаза. — О какой осторожности речь? Я выполнил свою часть сделки. Он что, не расстался с тобой? Алексия покачала головой, глядя на него в полной растерянности. За всем этим разговором она упустила главное: Кай ведь и правда оплатил ее свободу жизнью Хайнеманна, а значит, ее с Тернером отношения уже должны были прекратиться. — Он спросил, знаю ли я, что ты попросил у него за эту работу, — начала она, пытаясь рассуждать вслух. — Я ответила, что нет. Может, решил воспользоваться этим, чтобы продолжать водить меня за нос? Кай нахмурился и задумчиво уставился в одну точку. Некоторое время он молчал, словно обдумывал услышанное, а затем произнес: — Неужели думал, я не узнаю? Или что ты ни разу не упомянешь о том, что до сих пор к нему ездишь? Наивно с его стороны полагать, что я не проверю, выполнил ли он свою часть сделки. Алексия раздраженно вздохнула и спросила: — Почему ты не рассказал мне, что именно у него попросил? Я могла бы поднять вопрос о нашем расставании уже сегодня. — Кай лишь пожал плечами в ответ, словно уже и сам сожалел о своем решении. Его стремление к секретности в очередной раз сыграло с ним злую шутку. — Что будем делать? — Я с ним поговорю. Но нужно сделать это с умом, — ответил Кай таким тоном, словно на его плечи вновь опустилась вся тяжесть мира. — Уверен, смерть Хайнеманна не только обрадовала его, но и напугала. Он не просто так заговорил о предательстве. Теперь он знает, что если я смог убрать его конкурента, ничто не помешает мне устранить и его самого. Думаю, он чувствует исходящую от меня опасность. Особенно сейчас, когда мы оба из-за тебя соперничаем. — Но разве это плохо? — предположила Алексия. — Раз он тебя боится, значит, сделает все, что обещал, лишь бы тебя не злить. Разве нет? Кай покачал головой: — Это не в его характере. Он не из тех, кто уходит в защиту. Если кто-то пытается его подвинуть, он становится агрессивнее и делает все, чтобы одержать верх. Так было после смерти Роба. — Хочешь сказать, он может попытаться избавиться от тебя? — спросила Алексия, чувствуя, как эти слова пробрали ее до мурашек. Мысль о том, что она могла потерять Кая сейчас, когда они наконец открылись друг другу, приводила ее в ужас. Кай лишь мрачно кивнул в ответ. Глава 34 Headlights on your back tonight Kill the weight, now we’re fast and light Please don’t cool my war machine Performance high and deafening Blood dries on the sparkling lead paint Kill the competition I bleed your fuel, I’m siphoning The soul left out Death of an Executioner, Pierce the Veil Кай провел ночь в ее квартире, но между ними ничего не было — на это не нашлось ни сил, ни настроения. Алексия часто просыпалась от тревожных мыслей и искала утешение в его объятиях, сама не до конца понимая, чего пыталась этим добиться: почувствовать себя в безопасности или защитить его, укрыв собой от всего мира. Утром Кай был молчалив и погружен в мысли, и это ее встревожило. Алексия уже видела его таким — в те дни, когда он готовился к убийству Хайнеманна. Словно пытаясь то ли развеять свои опасения, то ли отвлечь его, она пошутила: — Снова планируешь убийство? Кай усмехнулся и ответил: — Пока только разговор. — И когда собираешься поговорить с Биллом? — Сегодня. Алексия замерла. Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он не шутил. — К чему такая спешка? — недоумевала она. — Сам утверждал, что сначала нужно все просчитать. — Я просчитал. И я сыт по горло ожиданиями, Алекс, — ответил Кай раздраженно. — Я уже однажды решил не спешить и сделать все с умом, и к чему это привело? Если бы тогда, в нашу первую рождественскую ночь мы бы поговорили не о моем прошлом, а о нас… Возможно, ты осталась бы со мной на новый год. И не привлекла бы его внимание. Внутри что-то сжалось от осознания, что Кай хотел признаться еще тогда, больше года назад. Эта новость не стала неожиданностью — Алексия и раньше подсознательно чувствовала, что все к этому шло: по его взглядам, по осторожным прикосновениям, по неким едва заметным сигналам, исходившим от него в ту ночь. Она ощутила горечь, когда представила, что все могло быть иначе. Но не было. И уже ничего нельзя было исправить. — Может, ты и прав, — произнесла Алексия тихо. — Но это не повод спешить. Сейчас, когда мы наконец вместе, нужно быть осторожней вдвойне. — Она устало выдохнула, стараясь подобрать правильные слова и сдержать слезы, подступившие от страха. — Я боюсь, Кай. Когда на одной чаше весов мы с тобой, я больше не хочу рисковать. Все, чего я хочу — дождаться, когда будут готовы документы, и сбежать с тобой в Такому, чтобы начать все заново. Я уже стольких потеряла… Я не вынесу, если потеряю еще и тебя. Кай ничего не ответил — просто подошел ближе и обнял ее, будто этим жестом мог защитить от всего, что так ее пугало. Его объятия были крепкими, уверенными, и Алексия уткнулась лбом ему в грудь, чувствуя, как становится легче. Он провел ладонью по ее спине и сказал: — Я понимаю твои страхи. Поверь, я чувствую то же самое, но больше не могу тянуть с этим разговором. Хочу решить все раз и навсегда. Сегодня. — Давай дождемся, когда будут готовы документы? — попросила Алексия, приподняв голову, чтобы взглянуть ему в глаза. — Может, Билл все же сдержит слово, и нам не придется ничего делать. — А может, устроит еще одну идиотскую дуэль? — бросил Кай с насмешкой, и в его голосе вновь послышалось раздражение. — Почему нет? Он же зачем-то устроил тот цирк вместо того, чтобы просто позволить тебе работать. А я должен буду снова стоять и смотреть, как ты истекаешь кровью на потеху другим. Не надоело, что он распоряжается твоей жизнью, как пожелает? Мне вот надоело быть зрителем. Мне каждый раз приходится сдерживаться, чтобы не вмешаться, потому что не хочу сделать хуже, но мое терпение на исходе. Что он придумает в следующий раз? Поделится тобой с Джастином? Прикажет убить Рэйчел? Кай прижал ее к себе так крепко, словно боялся, что ее и правда могли отдать кому-то другому, если ослабить хватку хоть на миг. В этом прикосновении не было нежности, лишь яростное желание оградить и защитить. И вдруг Алексия поняла, что действительно была дорога ему. Ей не нужно было спрашивать об этом — она знала это всем своим существом. Это чувствовалось в каждом его слове, в тоне голоса, в напряжении его тела. Кай ни с кем не хотел ее делить, и от этого осознания все внутри похолодело. Это пугало не меньше, чем восхищало. Быть нужной кому-то так сильно было опасно, но еще страшнее было никогда этого не почувствовать. — Он больше меня не коснется, — пообещала Алексия. — С тех пор как появилась новая девчонка, он и так стал реже меня приглашать. Если позвонит, совру, что заболела чем-то по-женски и сейчас лечусь. Он дико боится заразиться, так что оставит меня в покое на какое-то время. Этого хватит, чтобы дождаться, когда будут готовы документы. Такой вариант тебя устроит? Кай устало выдохнул и задержал взгляд на ее лице. Алексия видела, что он не хотел соглашаться. Он боролся с собой и своим нежеланием продолжать участвовать в играх Тернера. Она и представить себе не могла, каково ему было — жить все это время в ожидании, что тот вот-вот оставит ее в покое, и тогда уже ничто не будет мешать им быть вместе. И все же в конце концов Кай кивнул — потому что она просила его об этом. Алексия чуть улыбнулась, приподнялась на носочках и мягко его поцеловала, пытаясь унять бурю, вызванную этим разговором. После школы она наконец добралась до ноутбука Тернера, где ее ждал кейлоггер. Все данные о нажатиях клавиш сохранялись под видом системных логов в одной из служебных папок — Алексия изначально настроила все так, чтобы не пересылать информацию по сети и не привлекать тем самым ненужное внимание. Тогда казалось, так будет безопаснее, но, учитывая, что ее системный администратор так и не был обнаружен, вероятно, об этом можно было уже не беспокоиться. Открыв текстовый файл, в который кейлоггер сохранял данные, Алексия вбила в поиск «1Password» и мысленно скрестила пальцы. Если Тернер действительно заботился о безопасности, то мог использовать аппаратный токен или биометрию вместо мастер-пароля, и в этом случае она ничего не смогла бы сделать. Но ей повезло: Тернер несколько раз обращался к программе, и мастер-пароль сохранился в файл. Алексия тут же запустила 1Password, но помимо логина и пароля программа запросила еще и секретный ключ. Немного покопавшись в интернете, она выяснила, что тот выдавался при регистрации и запрашивался каждый раз при входе с нового устройства. Тернер его не вводил, потому что его учетная запись уже находилась в списке доверенных. «Получается, нужно запустить 1Password с его учетки? — размышляла Алексия. — Но я не знаю пароль. Билл вообще его не вводит — входит по отпечатку пальца. И как это обойти?» Она задумчиво постучала пальцами по столешнице, перебирая варианты. На ум приходил лишь один — сбросить пароль и войти под его учетной записью, но в этом случае Тернер точно догадается, что кто-то его ломал. Других идей не было, и, поморщившись, Алексия открыла IRC. [Alex]: Ты тут? [SilentEcho]: тут. [Alex]: Представь, что у меня на компе под виндой есть учетка локального админа. Я могу как-то с ее помощью войти под другим пользователем, не зная пароль? [SilentEcho]: раз ты админ, просто сбрось ему пароль и все. [Alex]: Он не должен узнать, что кто-то заходил в его учетку. [SilentEcho]: тогда хз. что конкретно ты хочешь сделать? зачем входить именно под этим юзером? [Alex]: Хочу запустить одну программу от его имени. Из-под админа не вариант — нужны данные его сессии. [SilentEcho]: что за программа? Алексия застыла, размышляя, стоит ли говорить конкретное название. Вдруг Мэтт догадается, кого она пытается взломать? После того похищения она стала с большей осторожностью относиться к тому, что рассказывала другим, опасаясь новых проблем. «Но Мэтт доверился мне в тот раз, когда пустил к себе домой, несмотря на то что за ним охотятся федералы, — напомнила себе Алексия. — Значит, я тоже могу ему доверять. Осторожность важна, но и превращаться в параноика тоже не стоит». [Alex]: 1Password [SilentEcho]: понял. тогда просто скопировать папку из AppData не выйдет — там небось все зашифровано и привязано к учетке юзера. можно попробовать украсть его сессию и запустить программу от его имени: узнать ID через query session и, если сессия активна, подключиться к ней через tscon. [SilentEcho]: но учти: юзер увидит все, что ты будешь делать, и может перепугаться не на шутку, когда 1Password вдруг откроется сам по себе прямо у него на глазах. а если комп заблокирован, тебе снова потребуется пароль. мне кажется, проще все же его сбросить. Алексии пришлось потратить время на поиски информации в сети — Мэтт все чаще ограничивался общим алгоритмом и уже не расписывал конкретные шаги, как раньше. Во всем приходилось разбираться самой, сверяясь с документацией в интернете. Поблагодарив его за совет, она открыла консоль и ввела команду, чтобы получить ID сессии Тернера. На мгновение она задумалась, не работал ли тот сейчас за своим компьютером. Можно было рискнуть и перехватить сессию, чтобы проверить, не двигается ли курсор, но даже если нет — это ничего бы не значило. Тернер вполне мог сидеть прямо перед экраном, не трогая мышь, и видеть все, что она будет делать. «Ну, Алекс, что выберешь? — размышляла она. — Какой из этих рисков пугает тебя меньше? Предпочтешь довериться Мэтту или понадеешься, что Билл не будет сидеть за ноутом, когда ты зайдешь в его сессию и попытаешься стянуть один из паролей в 1Password?» Ответ был очевиден. [Alex]: У тебя ведь есть доступ к камерам в офисе Билла? Помню, ты слал Каю скриншоты. [SilentEcho]: есть. [Alex]: поделишься? Она не поверила своим глазам, когда Мэтт без лишних вопросов отправил ей ссылку на сайт с видеотрансляцией, а вместе с ней — логин и пароль для входа. В личном кабинете она обнаружила сетку из примерно двух десятков камер, охватывавших весь офис. На одной из них она увидела Лесли, беседующую с другой секретаршей, на других — сотрудников адвокатской конторы. Джастин вышагивал по кабинету и разговаривал с Домиником. Он активно жестикулировал, словно пытался убедить собеседника в чем-то. Тернер тоже сидел в своем кабинете и, разумеется, курил. Он общался с посетителем, а ноутбук стоял прямо перед ним, и хотя он не смотрел на экран, наверняка заметил бы, если бы Алексия перехватила его сессию и открыла 1Password, а значит, она поступила верно, решив обратиться к Мэтту за помощью. [Alex]: Даже ни о чем не спросишь? [SilentEcho]: о, мой дорогой падаван, ни в коем случае! я ничего не хочу знать о твоих взломах. если кто станет задавать вопросы, то я вообще никогда тебя не видел и уж тем более ничему не учил, договорились? [Alex]: Конечно! Понятия не имею, кто такой SilentEcho, и никакие доступы ни к каким камерам он мне никогда не давал. [SilentEcho]: во! так держать! Алексия с облегчением выдохнула. Ей даже не пришлось ничего объяснять — Мэтт сам предпочел не лезть в ее дела, и теперь она лучше понимала, почему Кай так его ценил. Иногда казалось, что вечные тайны и недомолвки лишь мешают, но сейчас она по-настоящему оценила, как порой важно было уметь держать язык за зубами. Следить за камерами и одновременно подключаться к компьютеру Тернера с одного экрана оказалось неудобно, поэтому она взяла ноутбук отца и открыла нужную камеру на нем. Тернер по-прежнему беседовал с каким-то мужчиной. О чем они говорили, Алексия не знала — камера передавала лишь изображение. Возможно, где-то можно было включить звук, но она не нашла. «И сколько мне ждать? — подумала она с раздражением, наблюдая за их размеренной беседой. — Надо бы как-то его отвлечь… Но как? Позвонить и о чем-нибудь попросить? Но о чем?» Она прождала еще несколько минут, собираясь с мыслями, как вдруг Тернер поднялся с кресла и вместе с собеседником вышел из кабинета. Алексия с удивлением уставилась на экран — неужели ей наконец улыбнулась удача? Дрожащими пальцами она пролистала список камер и нашла ту, что располагалась напротив двери его кабинета. Там была лишь охрана, а Тернер и его посетитель уже шли по коридору, и спустя несколько секунд она увидела их у ресепшена. Похоже, тот решил проводить гостя до выхода, но раз охрана оставалась на месте, значит, покидать здание он не собирался. «Надо спешить!» — осознала Алексия, тут же возвращаясь к его ноутбуку. К счастью, Тернер все еще оставался у ресепшена, так что она приступила к перехвату его сессии. Больше всего на свете она боялась увидеть экран блокировки, ведь у нее не было пароля от его учетной записи. Сбрасывать его она не хотела: пусть Тернер и использовал для входа отпечаток пальца, после смены пароля система будет считать этот отпечаток недействительным. Этот вариант оставался на самый крайний случай — да, тогда она гарантированно сможет войти под его именем, но после этого Тернер точно поймет, что его аккаунт был взломан, и может догадаться, что другие пароли тоже скомпрометированы. В этом случае он может попросить кого-нибудь сменить пароль и на интересующем ее сайте, чтобы обезопасить данные, и тогда все ее труды пойдут насмарку. К счастью, ноутбук оказался не заблокирован. Она судорожно выдохнула и тут же открыла 1Password. Как и ожидалось, программа потребовала логин и мастер-пароль, но в этот раз не просила секретный ключ. Мастер-пароль был под рукой, и Алексия тут же ввела его, краем глаза наблюдая за происходящим с камеры. К ее ужасу, Тернер уже попрощался с гостем и шел в сторону кабинета. У нее оставалось меньше минуты. Вбив в поиск домен нужного ей сайта, она нашла единственную запись. Понимая, что времени на переписывание логина и пароля уже нет, она нажала на значок с иконкой глаза, чтобы отобразить замаскированный пароль, и просто сфотографировала экран телефоном, после чего закрыла 1Password и разорвала подключение к удаленному компьютеру, чувствуя, как бешено колотится сердце. Она успела все провернуть буквально за считанные секунды до того, как Тернер опустился в кресло. С напряжением наблюдая за трансляцией с камеры, Алексия пыталась понять, успел ли он что-нибудь заметить, но Тернер даже не взглянул на ноутбук — он потянулся к рабочему телефону и кому-то позвонил. Некоторое время она наблюдала за его разговором, и когда звонок завершился, он наконец переключился на ноутбук и уставился в экран. Судя по всему, Тернер ничего не заподозрил — его сосредоточенность была явно связана с работой. Решив, что операция прошла успешно, Алексия вновь подключилась к его компьютеру, чтобы удалить кейлоггер и локального администратора и стереть все следы своего пребывания — она никогда не забывала о правилах безопасности. После этого она закрыла сайт с камерами и поднялась, чтобы немного пройтись — из-за напряжения у нее дрожало все тело. Понадобилось около десяти минут на то, чтобы прийти в себя, прежде чем она сумела снова сесть за ноутбук и наконец открыть тот самый сайт, из-за которого так рисковала. «Надеюсь, оно того стоило», — подумала Алексия, решив открыть сайт с компьютера Лесли на случай, если доступ был ограничен определенными IP-адресами, ведь офисный адрес точно был в списке доверенных. Она вбила логин и пароль Тернера в появившуюся на странице форму и без проблем залогинилась. Интерфейс чем-то напоминал стандартные CRM-системы. На главной странице отображалась таблица, не требовавшая дополнительных пояснений — это были задания, выдаваемые сотрудникам Тернера. В колонках можно было увидеть заголовок дела, имена исполнителей, статус, стоимость в долларах и дату выполнения. Заметив свое имя, Алексия тут же кликнула по этой строке, чтобы посмотреть, что было внутри, и перешла на страницу с деталями задания. Внезапно она поняла, что уже видела этот текст. Достав телефон и открыв приложение, которое использовала для получения заданий и отметок об их выполнении, она сверила текст — и все совпало. Видимо, сайт и приложение обращались к одной базе данных. «Логично. Зачем плодить несколько систем, если можно держать все в одном месте, — подумала Алексия, вернувшись к просмотру страницы. В самом низу она увидела небольшую таблицу, которой не было в приложении — там отмечалось, какая сумма выплачивалась каждому исполнителю. Увиденное ее возмутило: — Ну кто б сомневался. Разумеется, Каю заплатили больше, чем мне». Поиск по фразе «Стивен Дэгер» ничего не дал, так что Алексия вернулась на главную страницу и отфильтровала только те задания, что были выполнены почти два года назад — четвертого июля, в день убийства родителей. Немного подумав, она добавила в поиск третье и пятое июля — на всякий случай, чтобы ничего не упустить. Количество отфильтрованных записей примерно совпадало с тем, что они находили в тех странных таблицах среди документов Тернера. Открыв первое задание, Алексия обратила внимание на адресную строку и усмехнулась, увидев, что в качестве идентификатора записи действительно использовался GUID. Она переходила от одного задания к другому, внимательно вчитываясь в описание, чтобы не упустить то единственное, что так долго искала. Никакого разделения по категориям не было — заказные убийства шли вперемешку с выбиванием долгов, кражами и сбором информации. Но если это действительно было убийство, в описании всегда указывалось имя цели и краткая справка о ней. Алексия пролистала все записи, но нигде не встретила упоминание Стивена Дэгера. Закрыв последнюю, она замерла перед экраном, обдумывая, что же делать дальше. «Неужели все-таки не Билл? — размышляла она. — Хайнеманн ошибся? Но если это так, то что мне теперь делать? Это была моя последняя зацепка». Алексия ощутила отчаяние. Казалось, ответы были так близко, и все же вновь оказалось, что она шла по ложному следу. Желая сбежать от этих неприятных мыслей, она решила позвонить Каю — он всегда знал, как ее утешить. Она помнила, что сегодня он работал, поэтому не стала набирать номер сразу — просто оставила сообщение, попросив перезвонить в Signal, как только у него будет возможность. Кай откликнулся почти сразу. — Привет. Прости, что отвлекаю, — произнесла Алексия, взяв трубку. — Но мне нужно было с тобой поговорить. — Все в порядке, я пока дома, — ответил Кай. Его голос звучал мягче обычного, возможно, потому что теперь ему не приходилось скрывать свои чувства к ней. — Нашла что-нибудь? Кай знал, что Алексия собиралась вновь пробраться в ноутбук Тернера, так что, скорее всего, ждал от нее новостей. Она коротко пересказала события вечера. — Думаю, насчет Мэтта можно не волноваться: раз сказал, что не станет тебя сдавать, значит, так и будет, — произнес Кай, выслушав ее рассказ. — А в остальном… у тебя там сплошной экшн, не то что у меня. Ты как? — Сойдет, но я точно поседею с этой работой, — ответила Алексия. — Правда, с опасностями, кажется, покончено. Не знаю, что еще придумать. Поговорю с тобой и, наверное, сяду пересматривать все по второму кругу — вдруг что-то упустила. — Я могу помочь. — Спасибо, буду только рада, — отозвалась Алексия, лениво просматривая главную страницу. — О, нашла твое сегодняшнее задание. Погоди… Ты что, изменяешь мне с Майком?! — Ага, — ответил Кай, усмехнувшись. — Но мы оба знаем, кто мой любимый напарник. — О, не льсти. Я все равно обижена. Жди саботажа на следующем задании, — произнесла она с шутливой угрозой. Кай рассмеялся. — Тебе, кстати, не пора? — Нет, буду выезжать через час. Можешь пока зачитать, что нашла — подумаем вместе, можно ли как-то связать это с убийством твоих родителей. — Думаешь, это все-таки Билл? — Не знаю. Возможно, просто тяну время, чтобы слышать твой голос. Алексия смущенно хихикнула, вновь применяя фильтр к таблице. Разговор, возможно, мало походил на беседу влюбленных, но внутри все равно вспорхнули бабочки. Кай, как правило, сохранял серьезность, но иногда мог сказать что-то такое, от чего пробирало до мурашек. — Как думаешь, есть смысл смотреть задания за третье июля? — спросила она, раздумывая, с чего бы начать. — Наверное, нет. Полиция говорила, их убили во время фейерверков? Посмотри лучше те, что помечены как выполненные после девяти вечера четвертого июля. — Хорошая идея, — согласилась Алексия и отмотала страницу вниз, чтобы пропустить задания за третье июля и часть за четвертое. — Вот, например, выполнено в половину десятого: «Новый бэгмен для AHM». Давай зайдем и посмотрим… Информации почти нет, так что это вряд ли заказное убийство — у них обычно все сразу расписано, вплоть до номера социального страхования жертвы. А тут просто сказано, что нужно помочь с заменой бэгмена и связаться с Томасом для подробностей. Он же, кстати, и заказчик. Кто такой этот бэгмен? Я подумала, может, он как-то связан с наркотиками — Томас же отвечает за дилеров. — Бэгмен занимается финансами группировки, — задумчиво произнес Кай. Алексия на мгновение замолчала. Ее отец тоже имел отношение к финансам, и признать это — все равно что допустить, что речь могла идти о нем. — А кто тогда AHM? — спросила она. — Понятия не имею, но звучит знакомо… Кто исполнитель? — Хмм… некий Марк Гейнсборо. Знаешь его? — Нет, — ответил Кай. — Но я не всех наших знаю по именам. — Погоди, Хиро же звали Марк, — вспомнила Алексия. — Может, он? — Возможно, — согласился Кай. — Проверь на каком-нибудь задании. Например, на том, что было в конце августа — с Джимом Киттингом. Алексия открыла соседнюю вкладку, чтобы отфильтровать задания за конец августа, и довольно быстро нашла запись, связанную с Джимом Киттингом. В списке исполнителей значились четверо, и помимо Кая Холта там упоминалось и имя Марка Гейнсборо. — Да, это Хиро, — подтвердила она. — Ого, нехило вас штрафанули… Так, тут сказано, что тебе заплатили полторы тысячи. Уж не те ли самые, что ты отдал мне? Кай устало вздохнул и отшутился: — Ты хуже налоговой. Если честно, уже начинаю жалеть, что ты получила доступ к этой базе. — Алексия рассмеялась. — Нет, это другие полторы тысячи. Их заплатили за нашу вылазку в клуб — там должно быть второе задание, где в списке исполнителей я и Мэтт. Алексия вернулась к таблице и почти сразу нашла запись, относившуюся к вылазке в клуб. Исполнителей действительно было двое — Кай и Мэтт, только второй был записан под именем Джонатана Фолла. Алексию в список не внесли, вероятно, потому что тогда она еще не работала на Тернера. Мэтту заплатили пятнадцать тысяч, и Каю должны были тоже, но из-за штрафа сумма уменьшилась в десять раз. — Штрафы просто жесть, — возмутилась Алексия. — Мы там чуть по-крупному не влипли, а тебе заплатили всего полторы тысячи? Мэтт получил всю сумму, хотя сидел дома в безопасности! Он бы вообще не смог добыть те данные, если бы я не пробросила мост! — Вот поэтому я и отдал тебе те деньги, — пояснил Кай. — Билл платит не за риск, а за результат. Мэтт справился, ты тоже, а я облажался — значит, мне платить не за что. Изначально та вылазка вообще была неоплачиваемой, так как была частью общего расследования по делу Рики, но раз мы достали полезную информацию с их сервера, Билл решил расщедриться. — И все же… — Алексия хотела что-то добавить, но слова застряли в горле. Она вдруг забыла, что собиралась сказать, потому что взгляд упал на знакомую аббревиатуру. — Кай… тут сказано, что клуб принадлежит AHM. — Хочешь сказать, AHM — это Армин Хайнеманн? — спросил Кай. — Звучит логично… Не зря оно показалось мне знакомым. Кажется, в задании на его убийство он тоже упоминался как AHM. Повисла пауза. Оба молчали, переваривая услышанное. Наконец Алексия произнесла: — «Новый бэгмен для AHM» — что это вообще должно значить? — Хороший вопрос. Напомни, что еще было в задании, кроме указания связаться с Томасом. — Что нужно помочь с заменой бэгмена… — проговорила Алексия и вдруг почувствовала, как внутри все сжалось. — То есть избавиться от старого? — Возможно, — ответил Кай после небольшой паузы. — Томас тоже, по сути, бэгмен. Может, у него был свой человек, которого он хотел посадить на это место, поэтому его и указали как заказчика. — Но почему тогда в исполнителях Хиро? Разве он не охотник? — Он достаточно опытен и для заказных убийств. Снова наступила тишина. Алексия молча обдумывала все, что удалось узнать. Еще несколько минут назад казалось, что она вновь уперлась в тупик, но теперь детали этого пазла начали наконец складываться. Она выяснила, кто был исполнителем убийства ее родителей и кто — заказчиком. Вот только была ли она готова к этой правде? Алексия все еще чувствовала, что за этим скрывалось нечто большее — оставался еще один фрагмент, без которого нельзя было увидеть полную картину. Возможно, бэгмен Армина Хайнеманна — вовсе не ее отец, и в этом случае она не окажется наивной дурочкой, которую все это время водил за нос Билл Тернер. Но задание было помечено выполненным примерно в то же время, когда их убили. Вероятней всего, именно Хиро оказался тем, кто дождался начала фейерверков, пробрался в ее квартиру и убил ее родителей так хладнокровно и четко, будто делал это сотни раз, а затем собрал гильзы и спокойно ушел, не вызвав ни у кого подозрений. И пусть заказчиком значился Томас, Тернер не мог не знать об этом задании, ведь именно он в то время занимался их распределением. Он лгал ей, а она верила и позволила ему себя использовать. Алексия не заметила, в какой момент по щекам покатились слезы. — Просто потому, что им был нужен свой человек у Хайнеманна… — произнесла она дрожащим голосом. — Просто потому, что папа им мешал. Они убили мою семью ради своих дурацких игр во власть! Голос сорвался на последнем слове, и Алексия зажмурилась, чтобы не разрыдаться. В горле застыл ком, а пальцы сжали телефон так сильно, что онемели суставы. Внутри переплетались гнев, отчаяние и бессилие, с которыми она была едва способна справиться. На другом конце линии повисла тишина. Кай молчал, но Алексия почти физически ощущала, как он напрягся. Его дыхание стало тише, сдержаннее, словно он боялся сделать хуже неосторожным звуком. Наконец он спросил: — Хочешь, приеду? — Ты работаешь сегодня, — напомнила Алексия, смахивая слезы. — Перенесем на завтра. Майк поймет. — Не нужно, я в порядке. — Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. — Поплачу немного и перестану. А ты работай и ни о чем не думай. Как закончишь — сразу езжай ко мне, ладно? Я не буду ложиться, дождусь тебя. — Хорошо, — отозвался Кай нехотя. Она чувствовала, что он искал способ как-то ее поддержать, но не знал, как сделать это по телефону, поэтому просто промолчал. — Зря мы затеяли это сегодня, — добавила Алексия уже спокойнее. — Тебе работать, а тут такое… — Все нормально. К счастью, сегодня не заказное убийство, — ответил Кай. — Просто поговорим кое с кем. — Ты хотел сказать, говорить будешь ты, а Майк — грозно напрягать мышцы? — усмехнулась она. Несмотря на тяжелые новости, Алексия старалась не поддаваться унынию и цеплялась за любую возможность хоть ненадолго отвлечься и позволить себе улыбнуться. Кай тоже выдавил смешок. — Именно так, — подтвердил он и спустя небольшую паузу добавил уже серьезнее: — Поверить не могу, что Билл поступил так с тобой. Вернее… я знал, что он способен на подобное, но почему-то верил, что он до такого не опустится. Это не должно сойти ему с рук. — Сначала разберемся с Хиро, — предложила Алексия. — Нужно поговорить с ним и убедиться, что именно он убил моих родителей, ведь в задании не сказано, что цель — Стивен Дэгер. — Слушай, Алекс, у тебя случайно нет доступа к материалам дела об убийстве твоих родителей? — неожиданно спросил Кай. — Нет. А что? — Тогда можешь позвонить в полицию, в отдел по нераскрытым преступлениям, и узнать номер дела и статус? Достаточно назвать дату убийства, имена жертв и адрес. Это открытая информация — тебе, как дочери убитых, не откажут. — Хорошо, но зачем? — Хочу получить доступ. Если дело числится как нераскрытое — а в нашем случае, скорее всего, так и есть — можно подать FOIA-запрос. У тебя, как у близкой родственницы погибших, есть на это право. Документы, скорее всего, пришлют в отредактированном виде, но если указать, что они нужны для обращения к частному детективу, шанс получить их без цензуры будет выше. — Кай, зачем тебе материалы дела? — Возможно, найдутся зацепки. Просто показать Хиро задание и сказать, что он убийца твоих родителей, недостаточно — он будет все отрицать, даже если станем угрожать. Он не дурак, сразу поймет, что мы не просто так интересуемся. А если он и правда знает, кого убил, то тем более ни за что не сознается. Но если у нас будут улики, ему не отвертеться. — Хорошо, позвоню в полицию завтра. Она чувствовала опустошение и усталость — казалось, события последних месяцев выжали из нее остатки сил. Они поговорили еще немного, но вскоре Каю нужно было собираться на работу, и они попрощались. К счастью, ненадолго: уже спустя полтора часа он написал, что скоро приедет. Оказалось, дело решилось всего за десять минут — похоже, мускулы Майка сработали безотказно. Услышав долгожданный стук в дверь, Алексия тут же поспешила ее открыть. Кай стоял на пороге и выглядел немного уставшим и задумчивым, но в его взгляде не было ни жалости, ни сочувствия — лишь спокойная уверенность в том, что они со всем справятся. Она не сказала ни слова и просто шагнула к нему, прижимаясь лбом к его груди, будто только теперь позволила себе быть слабой рядом с тем, кто, как она знала, мог ее защитить. Только ему она позволяла видеть себя в таком состоянии — сломленной, вымотанной, без сил, потому что знала, что он не воспользуется этим, не осудит, не станет искать в этом выгоду, а просто будет рядом. Алексия ничего не говорила, лишь вжималась в него, чувствуя, как понемногу отпускает дрожь. Кай тоже молчал и гладил ее по спине и волосам. Только спустя пару минут она отступила на шаг и впустила его в квартиру. — Я выяснила, кто из сотрудников скрывался под номером 007, — начала разговор Алексия, когда они устроились на диване в обнимку. — Ответ не особо удивляет, так что попробуй угадать. — Неужели Джастин? — Он самый, — подтвердила Алексия. Они с Каем переглянулись и усмехнулись. — А еще посмотрела, кому сколько заплатили за убийство Хайнеманна. По триста двадцать тысяч каждому! — Не совсем. Рэю дали только сорок, — поправил Кай. — Но он был с нами всего один вечер, так что для него это все равно хорошие деньги. — А у тебя стоял гордый ноль и пометка, что условия оплаты обсуждались отдельно, — добавила Алексия. — Не думал, что стоило взять деньги? Мы бы потом просто сбежали с ними в Такому. Кай усмехнулся и покачал головой. — Нет, не думал, — ответил он. — И если бы я попросил деньги, сумма была бы меньше. Общий фонд — миллион долларов, и его пришлось бы поделить на четверых. С учетом Рэя, каждому досталось бы по двести сорок тысяч. — Все равно много. — Думаешь? — спросил Кай с ноткой сомнения. — Знаешь, деньги теряют смысл, когда они у тебя есть. А я хотел то, чего у меня не было. В тот момент я думал лишь о том, как бы вытащить тебя из лап Билла. Это казалось важнее любых богатств. Алексия молчала, уткнувшись подбородком ему в плечо. Несколько секунд она не двигалась, лишь тихонько сжимала пальцами ткань его футболки и размышляла о его словах. — Иногда ты говоришь такие вещи, что мне становится страшно, — прошептала она, не поднимая головы. — Потому что я не понимаю, чем все это заслужила. Чем заслужила тебя. Кай чуть склонил голову и посмотрел на нее с легкой улыбкой. — А обязательно что-то заслуживать? — спросил он. — Разве я не могу просто хотеть быть рядом? Потому что ты — это ты. Он протянул руку, мягко коснулся ее щеки и тихо выдохнул, будто собирался с мыслями, прежде чем продолжить: — Прости, что так долго не решался действовать. Все это время я жил в мире, где приказы превыше всего, где не задаешь вопросов, а просто делаешь то, что говорит Билл. Наверное, ты была права, когда сказала, что тринадцать лет — слишком рано для работы в этой сфере. Мне понадобилось десять лет, чтобы понять, что можно жить иначе. Что то, что я называл осторожностью, на самом деле было трусостью. Но теперь я точно знаю, что нет ничего хуже бездействия. Пока ты молчишь, кто-то другой принимает за тебя решения. А я так больше не хочу. Кай ненадолго замолчал, едва заметно усмехнулся и добавил: — Так что, если уж на то пошло, это мне стоило бы спросить, чем я тебя заслужил. Алексия удивленно посмотрела на него. Такой взгляд на вещи даже не приходил ей в голову. Ей всегда казалось, что это она должна быть благодарна за то, что он обратил на нее внимание, и теперь, осознав, насколько по-разному они смотрели на одни и те же вещи, невольно улыбнулась. Мысль о том, что он мог сомневаться в своей ценности рядом с ней, казалась абсурдной и все же тронула до глубины души. — Тебе не нужно ничего доказывать, оправдываться или что-то заслуживать, — возразила она. — Я знаю, что могу на тебя опереться, и этого достаточно. Сказав это, Алексия потянулась к Каю и коснулась его губ своими, стараясь дать понять, что принимает его таким, какой он есть — со всеми ошибками и сомнениями. Ведь она тоже была далека от идеала, и все же он выбрал ее и полюбил. Глава 35 Well, if you say it’s better off this way It’s time that I let you go It’s been on my mind for days And well, the truth’s I already know What you’ve done and where you’ve been I know exactly every move you make It’s time that I give up on our mistakes Turning Away, Sum 41 В то время как Алексия пыталась выяснить, кто стоял за убийством ее родителей, ее сверстники уведомляли колледжи о своем решении и готовились к выпускному балу. Сама она идти туда не планировала — не хотелось притворяться, будто все было в порядке. Рэйчел, узнав об этом, попыталась ее переубедить, но ничего не вышло. Алексия пока не делилась с ней причинами, по которым не хотела веселиться — предпочла сначала дождаться разговора с Хиро, чтобы точно убедиться, что всему виной был Тернер. Тем временем Кай получил материалы дела и несколько дней их изучал. Алексия помогать ему не стала — была так истощена всеми этими расследованиями, что не находила сил продолжать, к тому же было невыносимо вновь вспоминать день убийства родителей. Кай не возражал. Спустя некоторое время он пришел к ней и продемонстрировал некую папку. — Что это? — спросила Алексия. — Улики, — ответил Кай, доставая первый документ. — Это копия баллистической экспертизы, которую проводила полиция. Пули, попавшие в грудную клетку, были деформированы незначительно, так что оказались пригодны для идентификации оружия. А это, — он указал на второй документ, — экспертиза пистолета Хиро. Beretta 92FS, помнишь? Ты просила от него избавиться, но, к счастью, я этого не сделал — и, как оказалось, не зря. Я передал его в частную лабораторию для контрольного отстрела, а затем запросил сверку с полицейскими данными. Он положил сверху третий документ. Алексия быстро пробежалась по нему глазами и остановилась на строчке в самом внизу. В заключении говорилось, что контрольные пули по индивидуальным признакам совпали с теми, что были извлечены из тел погибших. Это значило, что выстрелы были сделаны из одного и того же оружия. — Хочешь сказать… — начала она и тут же осеклась: голос предательски дрогнул. — Хочешь сказать, я застрелила Эрнандо из того же пистолета, из которого убили маму с папой? Кай коротко кивнул. Алексия медленно прикрыла глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Это было уже слишком. Слишком жестоко, слишком цинично. Она стиснула челюсть, не находя слов, чтобы выразить гнев. Мог ли Тернер знать об этом? А Хиро? Это было спланировано или оказалось лишь чудовищным стечением обстоятельств? Тернер мог нарочно подсунуть ей пистолет, чтобы посмотреть, как она поведет себя, когда обо всем узнает. Чтобы проверить, насколько далеко она готова зайти. Или, может, просто хотел, чтобы она испачкалась еще сильнее и никогда не смогла от этого отмыться? — Что ж… теперь у нас есть улики, — произнесла она наконец. — Можешь договориться с Хиро о встрече? — Уже, — ответил Кай. — Встречаемся сегодня в полночь у складов, где убили Киттинга. Алексия молча кивнула в знак благодарности. Что ж, сегодня все решится. Готовясь к встрече, она достала свойHeckler & Koch USP. До этого она ни разу не брала его на задания — не было подходящего случая, но множество раз стреляла из него в тире и теперь была готова пустить свое оружие в ход. Когда они подъехали к складам, машина Хиро уже стояла на месте. Завидев их, тот выбрался наружу. Он был один, не выглядел вооруженным и, похоже, даже не подозревал о том, какая опасность ему грозила. Кай и Алексия взяли с собой пистолеты, но доставать их не спешили — сперва хотели попробовать просто позадавать вопросы. — Доброй ночи, — произнес Хиро, когда они подошли ближе. — О чем хотел поговорить, Кай? — И тебе доброй ночи, — ответил тот, стараясь держаться спокойно и не проявлять агрессии. Алексия здороваться не стала. — Есть вопрос по одному твоему заданию. Нам нужна информация. Поможешь? — Ты же знаешь — мы о заданиях не болтаем, — ответил Хиро настороженно. «Если ты знаешь, что убил моих родителей, значит, уже обо всем догадался», — подумала Алексия, убирая руку за спину и готовясь выхватить пистолет. Этот жест не остался незамеченным для Хиро — он нахмурился и сделал шаг к машине, и в тот же миг Кай и Алексия одновременно достали оружие. Похоже, он действительно пришел без пистолета — возможно, тот лежал в машине, но добраться до него Хиро уже не успевал. Смирившись с поражением, он поднял руки. — Ну так что? — продолжил Кай спокойно. — Поговорим? — Ладно, о каком задании речь? — спросил Хиро с раздражением. Его лоб, как обычно, покрывала бандана, и сегодня она была ярко-красного цвета, словно он заранее знал, что мог получить пулю в лоб. Алексии вдруг стало интересно, надевал ли он бандану, когда шел убивать ее родителей. — Два года назад тебе поручили убрать бэгмена Хайнеманна, — произнесла она, перехватывая инициативу. — Заказчиком был Томас, и ты должен был связаться с ним для уточнения деталей. — Было такое. Что дальше? — Помнишь имя жертвы? — Конечно нет, прошло столько времени, — ответил Хиро. — Я даже деталей того дела не особо помню, но, может, что-то всплывет, если дашь больше информации. — Это случилось в День независимости, — продолжила Алексия. — Скорее всего, во время фейерверков. Хиро ненадолго задумался, а затем кивнул. — Вспомнил, — произнес он. — Целью был мужчина, но Томас приказал убить всех, кто окажется в квартире, чтобы не оставлять свидетелей, так что его жену я тоже застрелил. Алексия медленно выдохнула, стараясь контролировать эмоции. Это были они. Хиро убил ее родителей. Он бы и ее убил, если бы не вечеринка Вайолет. Результаты баллистической экспертизы ясно указывали на его виновность, но в глубине души Алексия все же надеялась, что это была какая-то ошибка, однако после его слов эти надежды рухнули. Пальцы сжали рукоять пистолета чуть сильнее, и он слегка задрожал в руке, но в тусклом свете фар это было почти не заметно. — Знаешь, зачем Томасу понадобилась их смерть? — поинтересовался Кай, воспользовавшись паузой. — Я так понял, на место мужчины собирались поставить своего человека, — ответил Хиро, по-прежнему не замечая реакции Алексии. Похоже, он все же не подозревал, кого именно убил в тот день. — Сначала пытались договориться, долго обрабатывали, но без толку — тот слишком боялся Хайнеманна. Может, думал, это какая-то проверка. Когда стало ясно, что продавить не выйдет, решили просто убрать. «Значит, папа неспроста вывел те деньги в крипту, — догадалась Алексия. — Он что-то подозревал. Может, ждал сигнала или подходящего момента. Но почему тогда не заговаривал о переезде? Не был уверен или просто не хотел пугать нас раньше времени? Или они с мамой обсуждали это без меня. Хайнеманн не знал, что папе угрожали люди Билла, иначе упомянул бы об этом в нашем разговоре, но почему папа ничего ему не рассказал? Не верил, что тот поможет? Столько вопросов… И ответов на них я уже никогда не получу». — Как это случилось? — продолжил Кай. — Как ты попал в квартиру? — Когда начались фейерверки, я позвонил в дверь и представился соседом этажом ниже. Сказал, их квартира меня заливает, — ответил Хиро. — Дверь открыл мужчина. Увидев пистолет, он попытался убежать, может, хотел укрыться в другой комнате или добраться до оружия, не знаю. Но не успел. Женщина вышла на шум, но, увидев меня, тоже попыталась спрятаться. Пришлось убить и ее. Я обошел квартиру и, к счастью, больше никого не встретил. Забрал гильзы и ушел. Алексия мысленно представила эту картину, и ее замутило. Она прижала ладонь ко рту и начала часто дышать, сдерживая подступившую тошноту. Это был не просто рассказ — это была исповедь убийцы ее родителей. Хиро говорил спокойно, будто пересказывал фильм, не осознавая, какую боль причинял ей каждым словом. — Алекс, — произнес Кай, — ты в порядке? Он на мгновение бросил на нее взгляд, а затем вновь переключился на Хиро, хотя тот не делал попыток сбежать — лишь с недоумением глядел на Алексию, не понимая, чем была вызвана такая реакция. Она убрала ладонь от лица и заставила себя выпрямиться. Голова все еще кружилась, но Алексия не могла позволить себе показаться слабой. Не перед ним. Не перед Хиро. — Знаешь, кого ты убил в ту ночь? — процедила она сквозь зубы. — Моих родителей. Хиро застыл. Его глаза расширились, а рот чуть приоткрылся. Он, похоже, засомневался, правильно ли ее расслышал. — Что?.. — выдавил он. — Погоди… Это была твоя семья? В его взгляде не было раскаяния — лишь шок и растерянность. Алексия кивнула, глядя на него с отвращением. Она все еще держала в руках пистолет, хотя сжимала его не так уверенно, как того требовала обстановка. Осознав это, она усилила хват и навела дуло прямо на голову Хиро. — Помнишь моего друга? — продолжила она допрос, не сводя с него глаз. — Тогда в подвале Билл приказал мне застрелить его из твоего пистолета. — Помню, — ответил Хиро. Он по-прежнему стоял с поднятыми руками. В его голосе слышалось напряжение, а в глазах промелькнула усталая обреченность, будто он уже знал, к чему все шло, и просто смиренно ждал своей участи, осознавая, что сбежать не выйдет. — Это ты его поймал? Ты его избил? — Я и мои парни, — едва слышно произнес он. — Это был приказ. Не думай, что мы получали от этого удовольствие. Алексия вспомнила недавние слова Кая о том, что он всю жизнь следовал приказам и только недавно понял, что все могло быть иначе. Хиро тоже был всего лишь пешкой и все же вызывал у нее омерзение. Она бы никогда не смогла простить ему убийство родителей и участие в поимке Эрнандо. — А тот пистолет, что ты мне дал, — напомнила она. — Билл знал, что именно из него ты застрелил моих родителей? — Вряд ли, — ответил он с удивлением. — Я и сам забыл, что это была та же пушка. «Получается, отдавая пистолет Каю, Билл не знал, что по сути передал ему улику, ставшую главным доказательством вины Хиро, — подумала Алексия. — Значит, он все же не хотел, чтобы я узнала правду. Видимо, планировал и дальше морочить мне голову». На несколько секунд повисла тишина. Хиро упорно избегал смотреть на нее, уставившись куда-то в сторону. Алексия тоже отвела взгляд — ей было физически неприятно даже просто видеть его лицо. Когда пауза слишком затянулась, Кай спросил: — Алекс, у тебя еще остались вопросы? — Нет, — ответила она. Хиро рассказал все, что она хотела узнать. Кажется, тот тоже это понял и медленно опустил руки, словно его уже не волновало, что будет дальше. Плечи заметно опали, как если бы ее слова поглотили остатки его сил. Он отвел взгляд, и на миг на его лице не осталось ничего, кроме пустоты — не было ни страха, ни злости, только глухая, обреченная усталость. Та, что приходит, когда уже не на что надеяться. Кай сделал шаг назад, словно уступая ей право совершить эту казнь. Алексия вдруг ощутила дежавю — то же чувство было у нее в подвале, но тогда все было иначе. Теперь перед ней стоял человек, убивший ее родителей, и у нее наконец появилась возможность отомстить, но отчего-то от этого не становилось легче. Ей было все так же сложно нажать на этот чертов курок. — Марк, — позвала она, нарочно не используя прозвище. Он сам когда-то говорил, что только друзья звали его Хиро, а они друзьями не были. — Если мы когда-нибудь вновь пересечемся, держись от меня подальше. Никогда больше со мной не заговаривай. Я не желаю тебя знать. А теперь садись в свою тачку и проваливай. Хиро застыл, не веря в происходящее. Он медленно поднял на Алексию взгляд, и в его глазах отразилось искреннее изумление. Похоже, он был уверен, что все закончится его смертью, и уже внутренне смирился с этим исходом, но вместо этого неожиданно получил помилование. Она опустила пистолет, давая понять, что действительно не собирается стрелять. — И только попробуй рассказать кому-нибудь об этом разговоре, — добавил Кай. — Иначе я за тобой приду. Билл, если что, об этой ситуации в курсе и не хочет, чтобы она стала достоянием общественности. Хиро нервно облизнул губы и молча кивнул. Сделав несколько неуверенных шагов назад, он медленно отступил к машине, будто все еще не верил, что так легко отделался. Усевшись за руль, он даже не пристегнулся — так спешил поскорее уехать. Спустя полминуты Алексия и Кай остались одни, и только свет фар его стоящей в отдалении машины все еще озарял окрестности. Кай подошел ближе и положил ладонь ей на плечо. Алексия охотно прижалась к его груди, ища поддержку и утешение. — Я не смогла, — прошептала она. — Он стоял передо мной — человек, которого я так мечтала убить, но когда настал момент выстрелить, я вдруг поняла, что не испытываю к нему ненависти. Только жалость и брезгливость. Почему так, а? В прошлый раз, когда мы были здесь, мне понравилось то чувство власти над Киттингом, но я больше этого не ощущаю. Мне лишь противно — и все. В первую очередь от себя. — Просто ты знаешь, что Хиро не виноват по-настоящему, — ответил Кай. — Он лишь инструмент. Рука, нажавшая на спусковой крючок в тот вечер. На его месте мог быть кто угодно. В том числе и я. — Ты прав, — согласилась Алексия. — Не он принял решение убить моих родителей. Значит, и отвечать за это тоже должен не он. — Она подняла голову и посмотрела Каю в глаза. — Мы никуда не уедем, пока я не поквитаюсь с Томасом и Биллом. — Конечно. Я пойду с тобой до конца. — Думаешь, я совершила ошибку, отпустив Хиро? — Я бы на твоем месте отпускать его не стал, — ответил Кай. — Но это твоя месть, а не моя. — Я скорее про то, как бы он не разболтал кому-нибудь о произошедшем. — Не разболтает, — заявил он уверенно. — Хиро не трепло, и проверять мои слова о том, что Билл в курсе, тоже не станет — у них не настолько доверительные отношения. Кай обнял ее за талию и повел к машине. Было уже поздно, и у них не было причин оставаться здесь. Какое-то время они молчали, пока он заводил двигатель и выруливал на дорогу, но спустя пару минут Кай вдруг заговорил: — Томаса убрать будет проще. Он старается держаться в тени — всю коммуникацию с наркокартелями ведет Билл, поэтому конкуренты не воспринимают Томаса всерьез и никогда на него не охотились, так что и охраны у него нет. Поэтому, как только мы от него избавимся, Билл начнет искать виноватых, и в первую очередь — среди своих. — Мой пистолет пока нигде не засветился, — напомнила Алексия. — Так что я сама его убью. А ты приготовь себе железное алиби. Если что, Рэйчел меня прикроет. — Биллу прекрасно известно, что Рэйчел может тебя прикрыть, — возразил Кай. — Ты станешь первой в списке подозреваемых, ведь именно тебе выгодна смерть Томаса. — Значит, придется убирать их один за другим или одновременно, чтобы Билл не успел ничего предпринять, — заключила Алексия. — Главное — понять, как до него добраться. Я много раз пыталась пронести оружие, но ничего не вышло. Ни малейшей идеи, как это провернуть. — Зачем что-то придумывать? Просто расстрелять охрану — и все. За столько лет они вряд ли станут ожидать от нас нападения. — В кабинете Билла бронированная дверь. Увидев по камерам, что охрана мертва, он просто нас не впустит. — В офисе — да. Но в Уиннетке или квартире на Линкольн-Парк двери самые обычные. Алексия на мгновение задумалась. Этот вариант казался простым и надежным, ведь если даже столь многочисленная охрана Хайнеманна не смогла защитить своего босса, телохранители Тернера тоже вряд ли окажутся лучше. И все же в этой идее было что-то, что вызывало у нее внутреннее сопротивление. — В этом случае придется убить охрану, а я этого не хочу, — призналась Алексия. — Они ни при чем. Они не виноваты в смерти мамы и папы и всегда хорошо ко мне относились. Если я даже Хиро отпустила, неужели после этого спокойно лишу жизни тех, кто просто выполняет свою работу? — Это издержки их профессии. Они сами ее выбрали. — Как и папа, — ответила Алексия с горечью. — Он мешал Биллу — и его убрали. Охрана мешает нам — и мы ее тоже уберем? Чем тогда мы лучше Билла? Я готова на убийство, только если не останется другого выхода или речь будет идти о наших жизнях. Иначе во всем этом просто нет смысла. Кай молча следил за дорогой. Он не стал спорить, но ее слова, похоже, заставили его задуматься. Спустя некоторое время он произнес: — Ладно. Что-нибудь придумаем. В его защите должна быть брешь, просто мы пока ее не видим. По дороге они перебирали возможные варианты, но в каждом находили изъян и в итоге так ни на чем и не остановились. Кай отвез ее домой и остался у нее ночевать. Он стал все чаще проводить время в ее квартире, и она шутила, что причиной тому была посудомойка. Прошло несколько дней. Все это время Алексия втайне опасалась, что Хиро ослушается Кая и все-таки сдаст их Тернеру, поэтому регулярно заходила на сайт с заданиями, чтобы проверить, не появилось ли там что-нибудь связанное с их поимкой. Она не сомневалась, что Тернер, решив от них избавиться, непременно занесет это в базу данных, ведь вся информация об оплате отсылалась оттуда в бухгалтерию. Казалось, в список заданий заносилась каждая мелочь, за которую выплачивалось хоть какое-то вознаграждение. Еще Алексия старалась держать поблизости пистолет, чтобы быть готовой к любому развитию событий, а рюкзак, спасший ее этой весной, всегда оставался укомплектованным самым необходимым. В течение всего этого времени Тернер не выходил на связь, словно все же решил исполнить просьбу Кая, просто не счел нужным сообщить ей об этом. Его кредитная карта по-прежнему работала, но Алексия решила больше ею не пользоваться. Как только ей исполнилось восемнадцать, она открыла собственный сберегательный счет и даже сумела обзавестись парой студенческих кредитных карт с лимитом в пятьсот и восемьсот долларов — максимум, на что она могла рассчитывать без официального дохода и кредитной истории. Она гасила эти карты с банковского счета, на который положила несколько тысяч долларов из накопленных за последний год, и все чаще задумывалась, что будет, когда эти деньги кончатся. У нее все еще оставались наличные и криптовалюта, но она переживала, не возникнут ли у банка вопросы к происхождению этих средств. — Я просто указываю часть дохода в налоговой декларации, — сказал Кай, когда она спросила, как он гасит свои кредитки. — Регистрировать компанию не нужно, работаешь как физлицо и просто вписываешь в декларацию вид деятельности. Я указал, что работаю тренером. Им все равно, как ты получаешь деньги — наличными или по безналу. Я открыл отдельный счет и вношу деньги через банкомат. — А если они решат проверить, действительно ли ты работаешь тренером? — поинтересовалась Алексия. — Никто ничего проверять не будет. Не нужны ни договоры, ни лицензии, но могут сверить, насколько правдоподобные суммы указываешь. Если напишешь, что выгуливаешь собак, а сама задекларируешь шестизначный доход, у налоговой возникнут вопросы. — Похоже на то, как папа отмывал деньги Хайнеманна. — Много кто так делает. Рэй тоже пользуется этой схемой, — подтвердил Кай. — Государству плевать, откуда у тебя деньги, если ты с ним честно делишься. Алексия решила отложить вопрос с налоговой декларацией до следующего года — все равно отчитаться перед государством она сможет только следующей весной. К тому же было неизвестно, от чьего имени придется это делать: Кай сообщил, что их с Рэйчел поддельные документы наконец были готовы. С одной стороны, это радовало — теперь они могли в любой момент исчезнуть из города, а с другой — волновало, потому что Алексия вдруг осознала, что все это время считала дату готовности документов чертой, после которой придется окончательно решить, как избавиться от Томаса и Тернера. Она до сих пор не имела ни малейшего понятия, как они это провернут, но надеялась, что Кай что-нибудь придумает. Школьные дни стремительно подходили к концу. После выпускного, на котором Аманда получила свою долгожданную корону королевы бала, никто уже не думал об учебе — одноклассники ждали, когда можно будет уехать в колледж, устроиться на работу или отправиться на поиски своего призвания. Начался обеденный перерыв, и Алексия направилась к выходу из кабинета, чтобы пойти в кафетерий, как вдруг кто-то коснулся ее локтя. Обернувшись, она увидела, что это был Тайлер, и резко выдернула руку, бросив на него испепеляющий взгляд, однако уходить не стала. Только когда кабинет окончательно опустел, она спросила: — Чего тебе, Тайлер? — Какая ты колючая, — отозвался он, слегка растерявшись от ее тона. — Забыл, как прошел наш последний разговор? — напомнила она холодно, даже не пытаясь быть вежливой. — Меня ждет Вай, так что говори быстрее. — Надо было сразу к Каю идти, — раздраженно бросил Тайлер. — Но ладно, я проигнорирую твой враждебный тон и перейду к сути — разговор касается твоей подруги. — Какой конкретно? — Рэйчел. Она ведь тоже встречается с Биллом, не так ли? — спросил он, но Алексия промолчала. Она не была уверена, знал ли он правду, и раскрывать секреты Рэйчел не спешила. — В общем, мне за такое может прилететь — ты же знаешь, нам запрещено болтать о заданиях. Но молчать тоже не могу — она ведь вам с Каем не чужая. — Ладно, о каком задании речь? — спросила Алексия чуть более мягким тоном. Если он и правда пытался защитить Рэйчел, это хотя бы заслуживало внимания. Сам факт, что он решил нарушить правила и поделиться деталями задания, ее ничуть не удивил — она и без того знала, что Тайлер то еще трепло. — Знаешь, кто такой Джордан Блэкмор? — Возможно, — ответила Алексия. Она не знала, какая фамилия была у парня Рэйчел, но раз разговор как-то ее касался, в голову приходил лишь один вариант. — Нам с парнями поручили его выследить, вывезти в промзону и как следует отделать, — перешел к делу Тайлер. — В задании не уточнялось, за что, но наш главарь обсуждал дело с Джастином, и тот проболтался, что Блэкмор замутил с одной из подружек Билла. Я сразу подумал на тебя, но главарь сказал, что девушку зовут Рэйчел. В задании упоминалось, что Блэкмор учится в Чикагском университете — там же, где и твоя подруга. А еще она тоже работает на Билла. Многовато совпадений, не находишь? Алексию охватила тревога. Если Джордан Блэкмор и впрямь был парнем Рэйчел, это не сулило ничего хорошего. Возможно, подруге грозила смертельная опасность. А вдруг Тернер уже что-то ей сделал? «Спокойно. Если бы появился заказ на поимку Рэйчел, я бы увидела, — пыталась успокоить себя Алексия. — А вот имя Джордана Блэкмора я помню — кажется, оно мелькало в списке заданий пару дней назад, но откуда мне было знать, что речь шла о ее парне? Одного Чикагского университета недостаточно, чтобы сделать такой вывод». Она вытащила телефон и отправила Рэйчел сообщение, попросив связаться с ней как можно скорее. Тайлер наблюдал за ее действиями, а затем спросил: — Все-таки она? — Не знаю, — ответила Алексия. — Пытаюсь выяснить. Но да, она тоже встречается с Биллом, раз тебе так интересно. — Рэйчел никогда не была мне интересна. В отличие от тебя. Надеюсь, ты спуталась с Биллом не потому, что хотела забыться после нашего расставания. — Ну и самомнение у тебя! — не выдержала Алексия. Она не ушла сразу лишь потому, что была благодарна за то, что он предупредил ее об опасности, грозившей Рэйчел, но теперь жалела об этом. — Билл обещал найти убийцу моих родителей. — И как, нашел? — Нашел, — ответила она с вызовом. — А ты что у него забыл? Неужели и правда решил променять блестящее будущее успешного игрока в футбол на роль его шестерки? Тайлер рассмеялся и покачал головой. — Откуда ты вообще взяла всю эту чушь про блестящее будущее, Алекс? Ты вообще в курсе, как у нас дела? Мы на самом дне турнирной таблицы. Когда ты последний раз была на нашей игре? Алексия равнодушно пожала плечами. — Мне было не до игр, уж извини. — Но делать выводы тебе это не мешает, — произнес Тайлер саркастично. — В прошлом сезоне я трижды упустил мяч и до исключения чаще сидел на скамейке запасных, чем выходил на поле. Думаешь, почему меня не сделали капитаном? Я подался в восемь колледжей, но только два из них согласны меня взять, однако предлагают такие нищенские гранты, что придется брать студенческий займ. Так о каком блестящем будущем ты говоришь? Ты слишком занята собой, чтобы замечать, что у других вообще-то тоже бывают проблемы. — Моих родителей убили, Тайлер! — вспыхнула Алексия. — Ты всерьез считаешь, что это одно и то же? — Ну, а мои родители уже два года разводятся и все никак не поделят имущество, — парировал Тайлер. — У каждого уже новый партнер, и на меня им плевать. Будто и нет меня. Все равно что умерли — никакого участия в моей жизни с их стороны. Даже когда меня отправили на курсы по управлению гневом после той драки, думаешь, хоть кто-то из них обратил внимание? Даже не накричали — настолько им плевать. Дали денег, чтобы отозвать иск, и все. И да, я не совсем дегенерат и понимаю, что тебе было хуже. Но, думаешь, мне от этого легче? Все это началось еще до нашего расставания — ты хоть заметила, как хреново мне было? Нет. Тебя лишь одно волновало — что мои друзья узнали о том, что мы переспали. Это ведь нечто невообразимое — переспать с собственной девушкой! Об этом никому нельзя рассказывать! Да, расставаться по телефону — отстой, но так было проще, чем объяснять тебе все это. И курить я начал, чтобы хоть как-то успокоиться. Без тебя прекрасно понимал, что вредно, бросил в итоге, если тебе вдруг интересно. Алексия ощутила укол вины. Она действительно замечала, что с Тайлером было что-то не так, но в тот момент не придала этому значения. Это были ее первые серьезные отношения, и она ждала от него внимания, ставя на первое место собственные чувства. Было неприятно осознавать, что она не стала для него той поддержкой, на которую он, возможно, рассчитывал. Да, он мог и сам о ней попросить, но теперь уже не имело смысла выяснять, кто из них был больше неправ. Оставалось лишь принять это как урок и двигаться дальше, стараясь не допустить повторения этой ошибки в своих отношениях с Каем. — Прости, я не знала обо всем этом, — тихо произнесла Алексия. Тайлер ничего не ответил, и от неловкого молчания ее спасла вибрация часов — наконец написала Рэйчел. Та сообщила, что сейчас на лекции и сможет перезвонить только через десять минут. Алексия ответила, что подождет, и снова перевела взгляд на Тайлера. — Как ты попал на работу к Биллу? — спросила она, воспользовавшись тем, что он не спешил уходить. — Друзья из средней школы познакомили с компанией ребят постарше, — ответил Тайлер. — Мы какое-то время тусовались вместе, и со временем стало понятно, что один из них замешан в чем-то криминальном, но в детали никто не вдавался. Он заметил, что я в хорошей форме, и предложил пройти обучение. Заодно рассказал, чем занимается, свел со своими парнями, и те провели тестирование. По их словам, я подходил идеально, так что меня внесли в лист ожидания. — Погоди, твой друг-охотник сказал, что тебя внесли в лист ожидания только прошлой весной, — вспомнила Алексия. — Да, год назад. — Тогда о какой мечте ты говорил в фитнес-баре? — Ты что, думала, я мечтал работать на Билла? — хохотнул Тайлер. — Это не мечта, а отчаяние, Алекс. Моя настоящая мечта — поступить в Академию ВВС США. Знаешь, какой жесткий там отбор? Я тренировался каждый день, чтобы соответствовать их требованиям. А еще они смотрят на оценки и лидерские качества. И, конечно, нужна рекомендация от члена Конгресса, но в Чикаго с этим напряг — много кто подается, конкуренция дичайшая. Я все поставил на эту карту, но рекомендацию сенатор мне не дал. Пробовал попасть в их летнюю программу, надеялся, может, это поможет, но и туда не взяли, хотя шанс был один к четырем. А потом тренер объявил, что назначил капитаном команды другого, потому что я стал слишком рассеян, и все посыпалось окончательно: оценки скатились, неудачно сдал SAT. Аманда пыталась помочь, но учеба всегда давалась ей легче, и она просто не понимала, что я не могу ничего исправить, как бы ни старался. В конце концов ей надоело со мной нянчиться. Алексия почувствовала неловкость. Было странно видеть Тайлера таким откровенным — он никогда раньше не делился с ней своими переживаниями. Наверное, после того как Аманда его бросила, ему было не с кем поговорить по душам, вот он и вывалил все на свою бывшую. Она не знала, что сказать: стоило ли попытаться поддержать, дать совет или было лучше просто промолчать? В итоге лишь спросила: — Но раз не вышло с Академией, можно же было поступить в место попроще. Почему ты все-таки выбрал Билла? — Просто впервые за долгое время я оказался среди людей, которым действительно нужен, — ответил Тайлер задумчиво. — Которым идеально подхожу. Кай сказал, по силе и выносливости я превосхожу многих в банде. Я завершил обучение всего за три месяца — это почти рекорд. Может, это и есть мое блестящее будущее? Я даже подумываю стать ментором, но для этого нужно проработать на Билла хотя бы пару лет. Алексия не стала упоминать, что его в любой момент могли убить или посадить — не ей было рассуждать об этом. Она сама работала на Тернера и тоже рисковала. К тому же Тайлер давно перестал быть в ее жизни кем-то значимым, и его судьба ее уже не волновала. Он взрослый, сам решит, что делать со своей жизнью, а у Алексии и без того хватало забот. — Спасибо, что предупредил о Рэйчел, — произнесла она, давая понять, что разговор подошел к концу. — Не за что, — отозвался Тайлер. — Знаю, ты считаешь меня мудаком. Может, и не без оснований. И все же я не мог пройти мимо. Кивнув на прощание, Алексия вышла из кабинета. И хотя она действительно считала его мудаком, в этот раз он поступил правильно. Предупредив об опасности, он, возможно, помог уберечь Рэйчел от беды, и Алексия была искренне благодарна ему за это. Подруга должна была вот-вот перезвонить, так что, написав Вайолет, что не сможет пообедать с ней и остальными, Алексия направилась на стадион — туда, где можно было поговорить по телефону без свидетелей. Наконец раздался звонок от Рэйчел. — Привет, — произнесла Алексия, едва сняв трубку. — Какая фамилия у твоего Джордана? — Блэкмор. А что? — Вот черт, — выдохнула Алексия и пересказала все, что узнала от Тайлера, умолчав о его личных проблемах — сейчас это было неважно. На том конце линии повисла напряженная тишина, и Алексия, не выдержав, спросила: — Когда ты последний раз говорила с ним? — Вчера вечером, — ответила Рэйчел. Ее голос заметно дрожал. — Алекс… можно я тебе перезвоню? Попробую до него дозвониться. — Конечно. Без проблем. Рэйчел положила трубку, и Алексия принялась ждать ее звонка, с тревогой поглядывая на часы. Обеденный перерыв подходил к концу, но она не могла сейчас вернуться к урокам. К счастью, Рэйчел перезвонила уже через пару минут. — Он не отвечает! — воскликнула она, почти плача. — Черт, и что мне делать?! — Где ты сейчас? В колледже? Как долго там будешь? — Еще лекция — и поеду домой. — Нет, домой нельзя! Вдруг тебя поджидают охотники? Оставайся в кампусе. У меня еще три урока, а потом мы с Каем заедем за тобой и отвезем ко мне. Там решим, что делать дальше. — Алекс… Тайлер не сказал, как сильно они избили Джордана? — спросила Рэйчел, уже не сдерживая рыданий. — Вдруг они переборщили?.. Почему он не отвечает?.. — Может, он в больнице? — предположила Алексия. — Если бы его убили, думаю, Тайлер бы сказал. А еще он мог потерять телефон. — Или просто не хочет больше меня знать, — прошептала Рэйчел с отчаянием. — Я чувствовала, что нельзя тянуть! Но не могла так просто взять и уйти от Билла! Я езжу на его машине, живу в его квартире, расплачиваюсь его картой… Хотела сначала разобраться со всем этим. Господи, и что мне теперь делать… — Рэйч, мы все решим! Главное, чтобы ты сейчас не наделала глупостей, слышишь? Сиди в кампусе и никуда не выходи! Я заканчиваю в три, и мы с Каем сразу едем к тебе. — Хорошо, — еле слышно произнесла Рэйчел. Они попрощались, и Алексия устало вздохнула. Она не знала, услышала ли ее Рэйчел, но рассчитывала на ее здравомыслие. Хотя до конца учебы оставалась всего неделя, а экзамены были уже позади, Алексия не могла просто взять и сбежать с уроков. Происходящее вызывало тревогу, но по крайней мере у них на руках были поддельные документы, а значит, они могли в любой момент отправить Рэйчел в Такому, прежде чем до нее доберется Тернер. Алексия понятия не имела, как они после этого объяснят ему, куда пропала Рэйчел, но сейчас было не время переживать об этом. Глава 36 If I die today, it won’t be so bad I can escape all the nightmares I’ve had All of my angry and all of my sad Gone in the blink of an eye I’ve seen the devil, I’ve shaken his hand I’ve seen the evil that dwells in a man For all of my wisdom, I can’t understand Oh, mercy me, mercy my Bury me Low, 8 Graves Несмотря на все опасения, Рэйчел все-таки дождалась их в кампусе. Ее глаза покраснели, а на ресницах не было туши — очевидно, она пролила немало слез, но когда садилась в машину Кая, уже не плакала. — Похоже, я серьезно влипла, — произнесла она, когда они тронулись с места. — Хотела оплатить кофе кредиткой Билла, а оплата не прошла. Позвонила в банк, и там сказали, что карта заблокирована. Это не совпадение. Уверена, это сделал Билл. — Если хочешь, могу позвонить ему и попытаться что-нибудь выяснить, — предложила Алексия. — Но сначала надо проверить сайт с заданиями. — Что еще за сайт с заданиями? — спросила Рэйчел с недоумением. — Ах да, ты же не в курсе, — спохватилась Алексия. — Помнишь, я рассказывала, как влезла в сеть адвокатской конторы Билла? Она кратко пересказала, как получила доступ к паролям Тернера, опуская технические детали. Подробнее она остановилась лишь на встрече с Хиро — та вышла короткой, и скрывать было особо нечего. О планах по устранению Тернера и Томаса она умолчала: никаких конкретных шагов у них пока не было, и Алексия решила не тревожить подругу раньше времени. — Вот же подонок! — вспыхнула Рэйчел, явно имея в виду Тернера, а не Хиро. — Поверить не могу, что он обманывал и использовал тебя все это время! — Ничего, зато теперь я в курсе, — ответила Алексия равнодушно. — И в следующий раз пощады не будет. Поскольку Рэйчел была слишком расстроена происходящим, а Кай сидел за рулем, Рэю написала Алексия — ситуация казалась слишком серьезной, чтобы держать его в неведении. Тот ответил, что сможет подъехать только через пару часов, так как был занят, но пообещал выяснить, не поступал ли в какую-нибудь больницу пациент по имени Джордан Блэкмор. Рэй заканчивал третий курс и уже прошел клинические ротации: успел поработать в одной из больниц дежурным на приемке и обзавестись полезными контактами. Из-за строгих законов о конфиденциальности обзванивать больницы и спрашивать, не поступал ли к ним Джордан, было бесполезно, но благодаря практике у Рэя был шанс разузнать хоть что-то. Когда они добрались до дома Алексии, та первым делом проверила сайт с заданиями. К счастью, имя Рэйчел нигде не упоминалось, зато нашлась запись, связанная с Джорданом Блэкмором. Тайлер не обманул — в описании действительно говорилось, что жертву нужно было припугнуть, но не убивать, однако Рэйчел все равно переживала из-за того, что Джордан так до сих пор и не вышел на связь. Кай просмотрел список исполнителей и признался, что ни с кем из них не общался, так что было решено позвонить Тайлеру — вдруг он сможет прояснить ситуацию. — Помнишь, в каком состоянии вы его оставили? — спросил Кай, поздоровавшись и объяснив причину звонка. — Точно не убили? — Да кто ж знает… Вроде не должны были, — ответил Тайлер. Кай поставил звонок на громкую связь, чтобы все могли слышать их разговор. — Мы его в промзоне оставили. Честно говоря, не знаю, смог ли он оттуда выбраться… Услышав это, Рэйчел расплакалась. Алексия села рядом и обняла ее за плечи, стараясь хоть как-то утешить. Кай тяжело вздохнул. По его лицу было заметно, что он уже жалел о том, что включил громкую связь. — Помнишь, куда его увезли? — спросил он. — Можешь съездить со мной и показать место? — Да, конечно. Я как раз свободен. Они договорились о месте встречи, после чего Кай убрал телефон и встретился с Алексией взглядом. Не нужно было слов, чтобы понять, что он испытывал то же, что и она: усталость, тревогу и бессилие. Рэйчел все еще плакала, и Кай подошел ближе, опустился рядом на корточки, положил ладонь ей на руку и тихо произнес: — Мы его найдем. Обещаю. — Спасибо… — прошептала Рэйчел сквозь слезы. Он кивнул и поднялся. Алексия тоже встала, чтобы его проводить. Прежде чем уйти, Кай оглянулся на диван. Убедившись, что Рэйчел была слишком поглощена своим горем, чтобы что-то заметить, он притянул Алексию к себе за талию для поцелуя. Даже сейчас, в кругу друзей, он все еще с опаской проявлял чувства. Настоящая раскованность просыпалась в нем лишь тогда, когда они оставались наедине. Закрыв за ним дверь, Алексия вернулась в гостиную и села рядом с Рэйчел. Понадобилось несколько минут, прежде чем та сумела взять себя в руки. Все это время они молчали, потому что Алексия не знала, какие слова смогли бы утешить Рэйчел. Оставалось лишь ждать: Джордана найдут либо Кай с Тайлером, либо Рэй. Обе надеялись, что это будет второй. — Я так больше не могу, — произнесла Рэйчел, прерывая молчание. — Я должна позвонить Биллу. Он не сможет убить меня по телефону. Не хочу оставаться в неведении, это просто невыносимо… — Уверена? — спросила Алексия. — Я могу сама позвонить. Тебе не обязательно делать это. — Нет, — возразила Рэйчел. — Я заварила эту кашу, значит, мне ее и расхлебывать. Тяжело вздохнув, она полезла в сумочку за телефоном и с некой надеждой взглянула на экран, явно рассчитывая увидеть пропущенные звонки или сообщения от Джордана, но тот по-прежнему не выходил на связь. Дрожащими пальцами она отыскала в списке избранных номер Тернера и нажала на вызов, заодно включив громкую связь. Встретившись с Алексией взглядом, она выдавила из себя слабую, измученную улыбку. — Здравствуй, Рэйчел, — раздался голос Тернера. В нем не было тепла, и она, услышав это, явно растеряла уверенность в себе. — Привет, Билл, — ответила Рэйчел хрипло и тут же прочистила горло, пытаясь взять себя в руки. — Моя карта заблокирована. Не знаешь, в чем дело? Тернер вдруг рассмеялся. — Давай оставим эти игры, милая, — предложил он издевательским тоном. — Причина известна нам обоим. Что скажешь? — Билл, я… давно собиралась с тобой поговорить. Просто… — Я предупреждал, что не потерплю измен, — перебил он. — И, узнав обо всем, дал достаточно времени, чтобы ты одумалась и сама бросила своего мальчишку. Но намеков ты не поняла. — Как давно ты знаешь? — спросила она сдавленно, бросив на Алексию тревожный взгляд. Рэйчел была бледной, как полотно, а ее губы дрожали. — Больше месяца. Алексия мысленно посчитала даты, и все встало на свои места. Вот о каком предательстве говорил Тернер! Речь шла не о Кае — он имел в виду Рэйчел. Впрочем, его это тоже могло касаться. Вдруг Тернер узнал и об их с Алексией отношениях и теперь тоже ждал, когда она одумается и бросит Кая? Не зря же он тогда все это ей высказывал, словно тоже намекал на что-то. От этих мыслей все внутри похолодело. — Ты убьешь меня? — спросила Рэйчел тем временем. Это пробрало Алексию до мурашек, но не потому, что Тернер мог ответить утвердительно, а из-за равнодушия, с каким был задан ее вопрос. Казалось, Рэйчел была готова к любому его решению, и ее собственная судьба больше не имела для нее никакого значения. — О, моя милая Рэйчел, — произнес Тернер с нежностью. — Ты была рядом так долго, я просто не могу так с тобой поступить. К тому же я знаю, как ты дорога Алексии, Каю и Рэю. Уверен, твоя смерть сильно их огорчит, а мне не хотелось бы портить с ними отношения. Так что можешь быть спокойна — я тебя не трону. Более того, даже дам целых три дня на то, чтобы ты смогла собрать вещи, съехать с квартиры и вернуть машину. Надеюсь, у тебя есть деньги на оплату учебы, потому что финансировать твое образование я больше не собираюсь. Увы, работы для тебя у меня тоже нет. Береги себя. С этими словами Тернер положил трубку, не оставив ей ни единого шанса что-либо ответить. Рэйчел ошеломленно уставилась в экран, словно не могла поверить, что он действительно поступил с ней так. Алексия почувствовала облегчение от того, что опасность миновала, но сама Рэйчел, похоже, рада этому не была. Казалось, она вот-вот разрыдается снова. — Но на что я буду жить… И где? — прошептала она, отбрасывая телефон в сторону. — Я ни за что не вернусь к родителям! Она схватилась за голову и снова расплакалась. Алексия положила ладонь ей на плечо и горячо возразила: — Мы тебя не бросим, не переживай. У нас у всех есть деньги — скинемся и оплатим твою учебу. А жить можешь у меня — родительская спальня все равно пустует. Шкаф, правда, маловат для твоего гардероба, но что-нибудь придумаем. — Черт возьми… — выдохнула Рэйчел. — Алекс, почему я такая дура? Почему начала откладывать деньги только полгода назад? Так кичилась тем, что разбираюсь в финансах, а сама!.. — Ты ведь что-то инвестировала? — напомнила Алексия. — Говорила, у тебя был пробный портфель. — А на чьем, по-твоему, брокерском счете он лежал? — с горечью отозвалась Рэйчел. — Мне было шестнадцать, я не могла открыть счет на свое имя. Все активы принадлежат Биллу, и он их мне не отдаст. Он даже на работу меня не берет! А Элисон после расставания еще год на него работала! Не верю, что он поступил так со мной! Как мне теперь жить, если я даже зарабатывать не могу? Мне нужно найти двадцать три тысячи к сентябрю, чтобы оплатить осенний триместр, иначе мне не позволят выбрать курсы… Она тонула в своем отчаянии и, похоже, не слышала слова Алексии о том, что друзья ее не бросят. Для человека, всегда ценившего деньги и роскошь, оказаться на грани нищеты стало настоящим ударом. Отчасти Алексия ее понимала: она чувствовала нечто похожее после убийства родителей и могла полагаться лишь на помощь Эрнандо. Она не знала, как заставить Рэйчел успокоиться, и надеялась, что Рэй как можно скорее выйдет на связь с хорошими новостями. «Только бы Кай и Тайлер не нашли Джордана мертвым, — подумала Алексия. — Это ее добьет». — Не понимаю, к чему был весь этот цирк с избиением Джордана, если Билл так или иначе собирался тебя бросить, — недоумевала Алексия, испытывая гнев и обиду за подругу. Как минимум та не переживала бы сейчас из-за своего парня. — Чтобы тот тоже меня бросил, — ответила Рэйчел обреченно. — И я бы осталась ни с чем. Алексия нахмурилась. Это было бы слишком мелочно со стороны Тернера, но все же могло оказаться правдой. — Эй, Рэйч, — позвала она, делая последнюю попытку хоть как-то достучаться до подруги. — Помнишь, как Форрест говорил? Что-то про шоколадные конфеты… — Жизнь как коробка конфет: никогда не знаешь, какая начинка тебе попадется. — Точно! Но конфет еще много, просто сейчас тебе досталась не та. — Ага, с начинкой из дерьма. — Кажется, это уже что-то из Гарри Поттера, — рассмеялась Алексия, но Рэйчел не улыбнулась в ответ. В конце концов она отошла в ванную, чтобы умыться, а Алексия осталась сидеть на диване, вновь возвращаясь к мыслям об их с Каем отношениях и о том, что Тернер мог о них узнать. «У него нет таких рычагов влияния на меня, как на Рэйчел, — подумала она. — Я живу в своей квартире, машину вернула, а его картой больше не пользуюсь. У меня есть криптовалюта, и этих денег хватит надолго. Если мы убьем Билла, кто займет его место? Джастин? Кажется, он неплохо относится к Рэйчел. Может, согласится взять ее на работу обратно». Рэйчел вернулась минут через десять. Она уже не плакала, но выглядела подавленной. Алексия спросила, не хочет ли та чего-нибудь поесть или выпить, но Рэйчел отказалась и попросила оставить ее в покое. Алексия не обиделась и предложила подруге отдохнуть в комнате родителей, пока не появятся новости, на что та согласилась с большей охотой. Спустя полчаса наконец позвонил Кай. — Мы его не нашли, — сказал он, едва Алексия сняла трубку. — Судя по следам крови, он дошел до трассы. Есть шанс, что его подобрала проезжавшая мимо машина и отвезла в больницу. Как там Рэйчел? — Отстойно, — ответила Алексия и пересказала разговор с Тернером. — Двадцать три тысячи — ерунда, пусть даже не переживает, — произнес Кай, выслушав ее. — Поможем доучиться, а если не захочет брать деньги просто так, потом как-нибудь вернет. Надеюсь, Рэй найдет Джордана как можно скорее, и ей станет легче. А мы поехали обратно, скоро буду. Алексия попрощалась и принялась ждать. Заглянув на минутку к Рэйчел, она некоторое время наблюдала за тем, как та спит, свернувшись в клубок. На миг у нее сжалось сердце — в этот момент подруга казалась совсем ребенком. Без привычного макияжа она выглядела моложе, и это лишь усилило злость Алексии на Тернера. Она думала о том, скольким девушкам он испортил жизнь. А скольким повезло меньше, чем Рэйчел? Наверняка Эль была не единственной, от кого он избавился, и даже ее состоятельные родители не смогли ничего поделать, раз он до сих пор на свободе. «Скорее всего, меня убивать он тоже не станет, — подумала Алексия. — Побоится реакции Кая и Рэя. Хотя… что мешает ему просто от них избавиться? Он мог соврать Рэйчел, лишь бы нас успокоить. Кай уже чувствует, что потерял его расположение. Если Билл его убьет, сможет ли Рэй пойти против босса в одиночку? Все-таки тот оплачивает его учебу. Я не настолько хорошо знаю Рэя, чтобы быть уверенной в том, что он выберет: рискнет бросить вызов Биллу или предпочтет отступить, лишь бы не стать следующим». Раздался стук в дверь. Для Кая было слишком рано, и Алексия невольно напряглась. Она подошла к двери с пистолетом в руке — просто на всякий случай — и тихо спросила: — Кто там? — Это я, Алекс, — раздался голос Рэя. С облегчением выдохнув, она открыла дверь. Рэй, заметив оружие в ее руках, одобрительно кивнул. — Как там Рэйчи? — Спит, — ответила Алексия, пропуская его внутрь. — У меня для нее хорошие новости: ее Джордан жив, но основательно помят, — сообщил он. — Сломано ребро, много ушибов, возможно, сотрясение мозга, но угрозы для жизни нет, он в обычной палате. Привезли прошлой ночью прямо в медицинский центр университета Чикаго, в родную альма-матер. — Думаю, ради такой новости можно ее и разбудить, — предложила Алексия. Рэй кивнул, и она отвела его в родительскую спальню. Он сел на край кровати и легонько потрепал Рэйчел по плечу, пытаясь разбудить, но та была слишком сонной. Ее движения были заторможенными, а взгляд — рассеянным. Казалось, она с трудом понимала, что происходит. Рэй явно недоумевал, почему она вела себя так, потому что это мало походило на реакцию человека, которого только что разбудили. — Эй, Рэйчи, посмотри на меня, — попросил Рэй, всматриваясь в ее зрачки. — Ты что, пьяна? Почему тебя так трясет? Рэйчел не смогла ответить, и Рэй, нащупав ее пульс, обернулся к Алексии и сказал: — Алекс, звони в скорую. Мне это не нравится. Похоже на передоз. Та бросилась искать телефон, по пути лихорадочно размышляя, как и в какой момент это случилось. Алексия была уверена, что Рэйчел не употребляла наркотики — разве что могла выпить вина. Сбитая с толку и напуганная происходящим, она с трудом сумела объяснить диспетчеру, что произошло и куда нужно было приехать. Скорая обещала прибыть в течение десяти минут. Алексия вернулась к Рэю. Тот уложил Рэйчел на бок, чтобы убедиться, что ничто не мешало ей дышать. — Помощь нужна? — спросила Алексия. — Если она что-то приняла, может, попробовать вызвать рвоту? — Уже поздно, она может захлебнуться, — отозвался Рэй. — Скорая в пути? — Алексия кивнула. — Тогда ждем. Можешь пока поискать, что именно она выпила — врачам пригодится. Она вернулась в гостиную и осмотрела сумочку подруги в надежде найти хоть что-то, что могло бы дать ответ. «Рэйчел ходила умываться и долго не возвращалась, — вспомнила Алексия. — Похоже, именно тогда она и сделала это. В остальное время она постоянно была у нас на виду». Алексия поспешила в ванную и проверила мусорное ведро, решив, что Рэйчел могла выбросить упаковку, но ничего подозрительного там не нашлось. В отчаянии она принялась осматривать комнату внимательнее, пока взгляд не упал на оранжевый пузырек с белой крышкой — в нем хранились ее антидепрессанты. Алексия держала его в ванной, чтобы не забывать принимать таблетку сразу после умывания. Схватив пузырек, она тихо выругалась: внутри было пусто, хотя содержимого должно было хватить еще на две недели. — Она выпила мои таблетки! — воскликнула Алексия, вернувшись в родительскую спальню и протянув пузырек Рэю. — Сертралин, — прочел он надпись на этикетке. — Много там было? — Запас на полмесяца. — Хмм… Ладно, это не должно быть смертельно. Уж лучше серотониновый синдром, чем передоз какими-нибудь опиоидами. Ждем скорую. Молодец, что нашла его. Рэй, в отличие от нее, сохранял спокойствие. Он неотрывно следил за дыханием и пульсом Рэйчел, и, наверное, для врача это было правильнее всего. Алексия была рада, что он оказался рядом — сама она вряд ли бы смогла что-либо сделать. Когда за окном раздался вой сирены, она с облегчением выдохнула и поспешила в коридор подъезда, чтобы встретить бригаду скорой помощи и проводить их в квартиру. Пока Рэй объяснял что-то медикам, Алексия, осознав, что больше ничем не сможет помочь, вернулась в гостиную и устало опустилась на диван, пытаясь успокоиться. Вспомнив, что Кай все еще оставался в неведении, она отправила ему сообщение, кратко описав произошедшее. Минуту спустя Рэйчел вынесли из квартиры на носилках. — Алекс, я поеду следом, — сообщил Рэй, подойдя ближе. Несмотря на спокойный тон, она чувствовала, что он тоже был встревожен. — Останься и дождись Кая, хорошо? Как только узнаю, куда ее отвезли, напишу. Вам ехать нет смысла — никого из нас к ней все равно не пустят, но я попробую разузнать больше, вдруг на месте найдутся знакомые. И позвони своему врачу: опиши ситуацию и попроси, чтобы прислали новый рецепт. Резкое прекращение приема сертралина может вызвать синдром отмены. Поверь, тебе не понравится. Алексия кивнула. За всем этим она даже не подумала о том, что осталась без лекарства и теперь нужно было срочно решить и эту проблему. Закрыв за Рэем дверь, она позвонила в клинику, где проходила лечение. Те пообещали отправить рецепт как можно скорее, чтобы уже следующим утром она могла забрать из аптеки новый пузырек. Кай приехал спустя двадцать минут, и Алексия поделилась с ним полной версией произошедшего. — То есть пока мы с Рэем разыскиваем Джордана по всему Чикаго, она решила подкинуть нам еще проблем? — бросил он раздраженно. — И тебя подставила: пришлось искать новые таблетки и переживать все это, будто в твоей жизни и без того недостаточно стресса и смертей. — Это все Билл, — ответила Алексия. — Уверена, она пошла на это после разговора с ним. — У Билла хватает грехов, но попытка самоубийства Рэйчел точно не на его совести, — отрезал Кай. — Это ее решение. Не подумала ни о тебе, ни о нас с Рэем. Она всегда думает только о себе! — Кай, — мягко произнесла Алексия, прижимаясь к нему в попытках хоть немного успокоить, — она была в отчаянии. Я тоже злюсь, но мы должны показать, что поддерживаем ее. Она буквально в один миг потеряла все, что имела. Это нелегко принять. Кай лишь устало вздохнул в ответ. Теперь им оставалось дожидаться возвращения Рэя. — Все в порядке, прошло не так много времени, так что угрозы для жизни нет, — сообщил он, как только приехал. — Ей промыли желудок, ввели седативные и миорелаксанты. Пару дней проведет в токсикологии, поговорит с психиатром — и ее выпишут. — Ее могут отправить в психушку? — спросила Алексия обеспокоенно. Она не знала, как обычно поступали с теми, кто пытался покончить с собой. — Вряд ли, разве что у нее с горя совсем поехала крыша, — ответил Рэй. — Думаю, все будет в порядке. — Когда мы сможем ее увидеть? — спросил Кай. Алексия надеялась, что он спрашивал не для того, чтобы устроить подруге разнос. — Как только придет в себя и пройдет психиатрическую оценку. Возможно, уже завтра. Я оставил свой номер на случай, если она захочет связаться со мной, когда очнется. Так что будем ждать. На следующий день с Рэем действительно связались по просьбе Рэйчел и сообщили, что та дала согласие на посещение. Собравшись, все трое отправились в больницу. Вопреки ожиданиям, она выглядела вполне неплохо, была рада их видеть и не походила на человека в депрессии. Первым делом она конечно же расспросила друзей о Джордане, и Рэй сообщил, что с ним все было в порядке. — Можете не читать нотации, я и сама понимаю, что поступила тупо, — произнесла Рэйчел с ноткой сожаления. — Хорошо, что ты осознаешь это, Рэйчи, — отозвался Рэй. В его голосе чувствовалась прохлада. — Мы не хотим, чтобы история повторилась, как только тебя выпишут. — Я не собираюсь повторять, — заверила она. — Я в норме, правда. — Тогда зачем ты вообще это сделала? — спросил Кай с недоумением. Алексия знала, что он все еще злился из-за ее безрассудного поступка, хоть и старался говорить спокойно. — Ты правда думала, что мы тебя бросим? Столько лет вытаскивали из разных передряг — разве этого недостаточно, чтобы понять, что мы всегда готовы помогать друг другу? Рэйчел тяжко вздохнула, собираясь с мыслями. — В том-то и дело, — сказала она. — Зачем вам лишняя обуза в моем лице? У вас и так хватает забот, особенно теперь, когда выяснилось, что именно Билл виноват в смерти родителей Алекс. — Чего?! — удивленно воскликнул Рэй, переводя взгляд на Кая с Алексией. — Потом расскажу, — ответил Кай. — И тебе, Рэй, тоже сейчас не до меня, — продолжила Рэйчел. — Я знаю, как тяжело тебе дается учеба со всеми этими ротациями, а впереди еще резидентура. И можешь не притворяться — я в курсе, что у тебя появилась девушка. Я не дура и уже давно обо всем догадалась. Кай метнул взгляд в сторону Алексии, явно подозревая, что это она проболталась, но та покачала головой, тем самым пытаясь сказать, что не имела к этому никакого отношения. Рэйчел, похоже, заметила их переглядывания и добавила: — Ну вот, даже Алекс знала. А мне пришлось строить догадки по тому, как глупо ты улыбался, когда с кем-то переписывался, и по запаху женских духов, которыми пропахла твоя машина. — Мы только недавно начали встречаться, — попытался оправдаться Рэй. — Не хотел беспокоить тебя раньше времени. — Да знаю я, почему ты молчал, — произнесла Рэйчел с грустью. — И понимаю, что сама в этом виновата. Эти двое тоже скрывают, что живут вместе, и мне обидно, что я утратила ваше доверие. Такое чувство, будто я вам мешаю. — Это не так! — воскликнула Алексия, вновь встретившись с Каем взглядом. — И мы не живем вместе. Кай… иногда остается у меня, и все. — По-моему, это я должен возмущаться, что мне ничего не рассказывают, — заявил Рэй, бросив на Кая с Алексией многозначительный взгляд, а затем вновь посмотрев на Рэйчел. — А про них ты как узнала? — Увидела в ванной Алекс вторую зубную щетку и мужскую бритву, — ответила она. — Про Кая просто предположила. — Вижу, тебе хватило времени как следует осмотреться, прежде чем решиться покончить с собой, — произнес Кай. — Надеюсь, толчком к этому послужила не моя бритва. — Конечно же нет, — ответила Рэйчел. — Но ты бы вряд ли обрадовался, если бы я переехала к Алекс. Не хочу вам мешать. Не хочу быть обузой. Не хочу, чтобы вы тратили на меня свои деньги. Родителям я не нужна, Биллу тоже, да и Джордан наверняка не захочет больше меня знать. Всем было бы лучше, если бы я просто исчезла и перестала создавать проблемы. — Ты не создаешь проблемы, — возразил Кай. — Кроме одной: твоей дурацкой попытки наложить на себя руки. И ты не помешаешь, если переедешь к Алекс — мы взрослые люди и как-нибудь разберемся. Забыла, как сама мечтала жить вчетвером? Рэйчел выдавила смешок, вспомнив, как полгода назад делилась своими мечтами, сидя с ними на берегу Мичигана. — Ладно… раз ты не против, я перееду к Алекс, — согласилась она. — Но надо придумать, куда деть большую часть моих вещей. В комнату ее родителей все это не влезет. — Можешь разместить у меня в гараже, — предложил Рэй. — Там полно места. Распродашь со временем, а к Алекс отвезешь только то, что действительно нужно. Главное, чтобы завтра тебя выписали, иначе придется руководить сбором вещей по FaceTime — лично я понятия не имею, что там твое, а что нужно будет оставить в квартире. — Кстати, Алекс, можешь принести мой телефон? — вспомнила Рэйчел. — Я тут совсем без связи. Вдруг Джордан написал? Алексия кивнула. Они немного обсудили предстоящий переезд Рэйчел и оплату следующего триместра ее учебы, и та клятвенно пообещала вернуть всем деньги, как только окончит учебу и устроится на работу. Накоплений у нее было немного, но она все же сумела отложить несколько тысяч долларов на черный день, а еще собиралась продать некоторые вещи и украшения, чтобы выручить еще немного денег. У нее было много одежды и сумок люксовых брендов, которые она уже не носила. Алексия вернулась домой вместе с Каем. Если Рэйчел все же выпишут завтра, это был последний вечер, который они могли провести в этих стенах наедине. В глубине души ее напрягала мысль, что в ее квартире будет жить кто-то еще, но она просто не могла поступить иначе. У Рэйчел не было лишних денег на аренду отдельного жилья, к тому же когда Алексии самой понадобилось убежище после похищения, подруга без колебаний пустила ее к себе. В крайнем случае у Кая тоже оставалась квартира, и при желании они могли уединиться там. — Получается, зря делали документы? — спросила вдруг Алексия. — Рэйчел в безопасности, а нам с тобой уже не нужно прятаться от Билла. — Лишними не будут, — ответил Кай. — Хорошо, что не пригодились, но и жалеть о том, что их сделали, тоже не стоит. Никогда не знаешь, что ждет впереди. А вот квартира в Такоме, похоже, уже не понадобится. — Почему? — удивилась Алексия. — Я все еще планирую уехать туда, как разберемся с Томасом и Биллом. Не хочу оставаться в Чикаго. — Значит, жить вместе с Рэйчел нам осталось недолго, — усмехнулся Кай. — А если в Такоме не понравится, уедем куда-нибудь еще. Мысль о том, что как только все закончится, они с Каем уедут из Чикаго и смогут начать жизнь с чистого листа, радовала Алексию. Больше всего ее грело осознание, что они будут вдвоем. Она боялась покинуть привычное окружение в одиночку, но рядом с Каем чувствовала себя в безопасности и была готова отправиться с ним хоть на край света, зная, что вместе они справятся с чем угодно. К счастью, на следующий день Рэйчел выписали, и вся компания отправилась в ее квартиру собирать вещи, ведь Тернер дал на это всего три дня. Алексия привезла подруге ее телефон — нашла на диване полностью разряженным. Зарядив его и включив накануне вечером, она с облегчением увидела несколько пропущенных звонков и сообщений от Джордана. Видимо, он как-то узнал, что Рэйчел снова в сети, так как спустя всего пару минут от него поступил новый звонок. Джордан насторожился, услышав незнакомый голос, но Алексия быстро все ему объяснила. Несмотря на то, что новости были не из веселых, он все же обрадовался, узнав, что Рэйчел была в порядке. Сам он все еще находился в больнице и был бы рад, если бы та его навестила. После того как вещи были собраны, часть коробок отвезли к Алексии домой, а остальное — в гараж к Рэю, после чего Рэйчел уговорила его подбросить ее до больницы Джордана. — Как все прошло? — поинтересовалась Алексия, когда та вернулась домой. — Он не злится! — произнесла Рэйчел с облегчением. — Хотя имеет на это полное право. Из-за меня его избили, и теперь он проведет в больнице несколько дней. А ведь он еще не все экзамены сдал! Но вместо того, чтобы переживать о себе, этот дурак радуется, что я больше не с Биллом, и считает, что оно того стоило. Говорит, с радостью снимет для нас квартиру и будет всюду возить меня на своей Тесле, лишь бы я не расстраивалась. Но я все равно пока поживу у тебя, Алекс. Я только-только перестала зависеть от Билла… не уверена, что хочу снова стать чьей-то содержанкой так скоро. Вам я хотя бы обещала все вернуть. Она даже собиралась посчитать среднюю стоимость аренды квартиры Алексии, чтобы внести половину этой суммы в свою таблицу с долгами перед друзьями, но та сказала, что в этом случае Рэйчел лучше не распаковывать вещи, потому что на таких условиях она ей жить у себя не позволит. Единственное, на что Алексия согласилась — делить пополам коммунальные платежи, но так как их все еще оплачивал Тернер, об этом можно было пока не думать. — А где Кай? — спросила Рэйчел, когда они закончили подсчитывать, кто кому сколько был должен. — Я все-таки его спугнула? — Нет, он на работе, — ответила Алексия. — Сказал, заедет, как закончит. Знал, что ты спросишь. — И как вам живется вместе? — поинтересовалась Рэйчел, явно представляя, как бы сама жила с Джорданом, если бы они все-таки съехались. — Безудержный секс каждый вечер? Скандалы уже были? — Скандалов не было, — усмехнулась Алексия. — Секс не каждый вечер — если работаем допоздна, на это просто нет сил. Чаще лежим в кровати, обнявшись, и читаем каждый свою книгу. Рэйчел скривилась. — Боже, вы как будто уже двадцать лет женаты! — воскликнула она с явным неодобрением. — Я бы сдохла со скуки. Но Алексию все устраивало. Она не видела ничего плохого в том, чтобы просто лежать рядом с Каем в тишине. После всего, что им пришлось пережить, такие вечера казались роскошью. К тому же это спокойствие было хрупким и временным: им все еще предстояло разобраться с Тернером и Томасом, и никто не мог гарантировать, что они это переживут. Да, они строили планы и обсуждали, чем займутся после переезда в Такому, но это будущее казалось слишком зыбким, поэтому они просто радовались тому, что были вместе, пока это было возможно. Глава 37 I never believed that I would concede And get myself blown asunder You strung me along, I thought I was strong But now you have pushed me under I’ve opened my eyes and counted the lies And now it is clearer to me You are just a user and an abuser And I refuse to take it Won’t Stand Down, Muse Вопреки опасениям Рэйчел, Кай не стал бывать в квартире Алексии реже. Напротив, чаще всего именно Рэйчел исчезала по вечерам: сперва навещала Джордана в больнице, а после его выписки бегала к нему на свидания. Но в тот вечер она осталась дома, и все трое вместе поужинали, а потом устроились в гостиной. Кай и Алексия собирались работать той ночью, но в половину одиннадцатого Кай вдруг получил сообщение и, прочитав его, нахмурился, а затем сказал: — Кажется, работа на сегодня отменяется. — Что-то случилось? — спросила Алексия обеспокоенно. — Да, — отозвался он и устало вздохнул. — Джастин просит приехать. Нужно срочно расследовать убийство Томаса. Алексия на пару секунд потеряла дар речи и только спустя небольшую паузу спросила: — …Томаса убили? — Погодите, — вмешалась Рэйчел. — Того самого Томаса, которого собирались убить вы? Кай кивнул и перечитал сообщение Джастина, словно надеясь найти в нем больше информации. Алексия сидела рядом и увидела текст. Никаких деталей в нем не было, лишь уточнялось, что убийство произошло три часа назад. — Кто мог его убить? — спросила она растерянно. Кай пожал плечами. Оба знали, что ни один из них этого не делал — они весь день провели вместе. — Только не говори, что собираешься поехать к Джастину, — заявила Рэйчел, глядя на него с тревогой. — Ребята, вам двоим нужно срочно валить из Чикаго. — Если он и правда хочет, чтобы я участвовал в расследовании, значит, мы с Алекс вне подозрений, — возразил Кай. — Это может быть ловушкой, — не уступала Рэйчел. — Тогда зачем сообщать, что Томаса убили? — спросил Кай. — Будь я подозреваемым, Джастин придумал бы другую причину для моего приезда. Алексия не знала, что и думать. Доводы Кая звучали логично, но тревога Рэйчел передалась и ей. Эта смерть оказалась слишком внезапной и не к месту, не говоря уже о том, что кто-то посмел убить человека, которого она планировала убрать сама. Алексия не хотела бежать из Чикаго, не избавившись и от Тернера тоже, так что теперь им нужно было сделать это как можно скорее, ведь даже если они и не имели отношения к смерти Томаса, их все равно могли обвинить в этом, так как у них был мотив и не было железного алиби. — Куда он тебя позвал? — спросила Рэйчел, когда Кай поднялся с дивана, явно намереваясь отправиться к Джастину прямо сейчас. — В тир, — ответил он. — Я не буду отключать телефон, так что сможете отслеживать мою локацию. И постараюсь быть на связи, чтобы вы не волновались. Алекс, собери вещи на всякий случай — вдруг придется вылетать в Такому первым же рейсом. — А ты? — спросила Алексия, чувствуя нарастающую панику. Ей не хотелось уезжать так внезапно: на следующей неделе она должна была получить диплом об окончании школы, а еще они вместе с Вайолет и другими девчонками готовили прощальную вечеринку. Алексия хотела пожить в спокойствии еще хоть немного, прежде чем ее жизнь изменится раз и навсегда. — Я все собрал еще на прошлой неделе, — ответил Кай. — Сумка в багажнике, а остальное перешлет Рэй, так что не бери с собой слишком много. Он поцеловал ее на прощание и уехал. Алексия и Рэйчел обменялись обеспокоенными взглядами. Обсуждать происходящее было тревожно, и все же они принялись размышлять, кто мог убить Томаса и зачем, даже предполагали, что это могло быть связано с бандой Хайнеманна — вдруг бэгмен, заменивший отца Алексии, все же оказался разоблачен. Но все эти рассуждения оставались лишь догадками, ведь они даже не знали, получилось ли у Томаса внедрить своего человека к Хайнеманну. Алексия следила за тем, как точка с фотографией Кая перемещалась по Чикаго, пока не замерла возле тира. Она надеялась, что он отпишется, как только появятся хоть какие-то новости, но Кай молчал. Рэйчел помогла собрать сумку, а после они вместе проверили расписание рейсов. Самый ранний прямой рейс в Такому отправлялся из аэропорта О’Хара в шесть утра, после чего самолеты вылетали туда почти каждый час-два. Алексия была готова купить билеты прямо сейчас — у нее хранились их с Каем поддельные документы и ключ от квартиры в Такоме, но Рэйчел посчитала это преждевременным. Они проверили сайт с заданиями, но не нашли ничего, что касалось бы смерти Томаса. Вероятно, в таких случаях задания создавались позже, ведь важнее было как можно скорее начать действовать, а бюрократические процедуры можно было соблюсти и потом. Кай по-прежнему не выходил на связь, а писать ему первой Алексия не решалась, просто ждала, когда он сделает это сам. Она вдруг вспомнила о сайте с камерами, который ей когда-то скидывал Мэтт, и зашла туда в надежде найти трансляцию из тира. К счастью, там действительно были отдельные разделы с камерами из других локаций, например, из домов координаторов, и тир среди них тоже был, однако камеры были установлены только в зале с мишенями и на парковке, а там было пусто. После полуночи телефон Алексии наконец зазвонил, но это был не Кай. Ее сердце ушло в пятки в тот момент, когда на экране высветилось имя Тернера. — Не бери, — посоветовала Рэйчел, но Алексия не могла так поступить — неизвестность пугала ее куда сильнее. Она сняла трубку и тут же включила громкую связь. — Здравствуй, Алексия, — раздался леденяще-спокойный голос Тернера. — Где ты? — Дома, — выпалила она, прежде чем заметила активно протестующий жест Рэйчел. «Черт, надо было соврать», — подумала она с запоздалым сожалением. — Прекрасно, — произнес Тернер. — Сейчас отправлю за тобой машину. Буду ждать на Линкольн-Парк. — Билл, я не могу, — ответила Алексия, бросая взгляд на Рэйчел в надежде, что та подскажет правильные слова, а потом вспомнила отмазку, которую планировала использовать, когда обсуждала подобную ситуацию с Каем: — Я заболела, так что… — Я жду тебя по другой причине, — перебил ее Тернер. — Машина будет в течение получаса — я напишу, как подъедет. Она будет ждать тебя десять минут. — А если я не выйду? — Подумай хорошенько, — произнес он холодно. — Возможно, это твой последний шанс увидеть Кая живым. От этих слов все внутри оцепенело. Рэйчел выглядела не лучше: вся побледнела, а ее глаза расширились от ужаса. Алексия не успела ничего ответить — Тернер положил трубку. — Что это, черт возьми, значит? — прошептала она, глядя на Рэйчел и с трудом сдерживая слезы. Та тут же бросилась проверять Find My, и, к счастью, точка Кая все еще находилась рядом с тиром. Алексия открыла Signal и написала, чтобы он срочно перезвонил, но сообщение осталось непрочитанным. Сгорая от тревоги, она не выдержала и набрала номер Кая в надежде, что он все же ответит, пусть и разозлится из-за того, что она отвлекает его от работы. Абонент был в сети, но трубку так никто и не взял. — Что будем делать? — спросила Алексия в отчаянии. — Я позвоню Рэю, — предложила Рэйчел. — Подожди минуту. К счастью, тот ответил сразу. Было видно, что подруге стоило немалых усилий сохранять спокойствие, пока она разъясняла ситуацию. Рэй вызвался съездить в тир, чтобы выяснить, что там происходит, и Рэйчел напросилась поехать с ним. Удивительно, но он не стал возражать — видимо, за время работы убедился, что она могла быть полезна. — Вы с Алекс можете вызвать такси и встретить меня на остановке на углу Сисеро-авеню и Девяносто пятой, напротив сэндвичной, — предложил он. — Чтобы я не делал крюк, заезжая за вами, и не тратил время. — Я не поеду, — тут же возразила Алексия. Рэйчел удивленно уставилась на нее, ожидая объяснений. — А если Кай и правда в опасности? Я не могу упустить последнюю возможность его спасти. Как только Билл напишет, что машина приехала, выжду минут семь, прежде чем спускаться — вдруг успеете за это время добраться до тира и сообщить, что происходит. Но с вами я не поеду. — Алекс, не глупи! — воскликнула Рэйчел. — Это ловушка! — Согласен с Рэйчи, — поддержал Рэй. — Билл его не отпустит, даже если согласишься на все его условия. Если есть шанс вытащить Кая, сделаем это втроем, а если не выйдет, мы гарантированно спасем хотя бы тебя. — Да не нужно мне никакое спасение, если Кая убьют! — воскликнула Алексия, чувствуя, как по щекам потекли слезы. — Вы что, не понимаете? Мы только теряем время на пустые разговоры. Рэйч, вызывай такси и езжай к остановке. Может, успеете вытащить Кая до того, как я сяду в машину Билла. Такой шанс и правда был: Рэю и Рэйчел понадобилось бы около получаса, чтобы добраться до тира — столько же, сколько и машине Тернера. Они действительно могли успеть. Решив не тратить время на споры, все трое сошлись на этом варианте. Алексия отдала Рэйчел свой пистолет, ведь у той не было собственного оружия — тот, что она брала с собой на заброшенный завод, тоже принадлежал Тернеру, и его пришлось вернуть. — Не хочу, чтобы ты ехала к нему безоружной, — произнесла Рэйчел, принимая пистолет. — Ты же знаешь, что пронести его с собой не получится, — ответила Алексия. Ей самой было страшно идти к Тернеру с пустыми руками, но других вариантов не оставалось. В конце концов, она умела драться, так что совсем уж беззащитной не была. — У тебя же был нож, — вспомнила Рэйчел. — Тот, что подарил Эрнандо. — Я уже пробовала его пронести. Охрана в курсе, что это не помада. — Есть одно место, куда они точно не сунутся, — произнесла Рэйчел загадочно, бросая взгляд куда-то ниже ее талии. Алексия сразу поняла, что та имела в виду, и ахнула от неожиданности. Ей и в голову не приходило столь простое решение, но это могло сработать, ведь охранники никогда не касались ее интимных мест — они всегда вели себя максимально деликатно во время досмотра. — Думаешь, просто вложить в белье будет достаточно? — спросила Алексия. — А если выпадет в самый неподходящий момент? — усомнилась Рэйчел. — И потом, всегда остается риск, что его все-таки нащупают. Нужно спрятать поглубже. Алексия поморщилась. Этим ножом убили человека, и хотя после этого он был тщательно вымыт, мысль о том, чтобы сунуть его в себя, все равно вызвала отвращение. Заметив ее сомнения, Рэйчел предложила: — Оберни в презерватив. — У меня нет, — призналась Алексия, прикидывая, где поблизости может быть круглосуточная аптека. После той новогодней ночи они с Каем больше не предохранялись — она продолжала пить противозачаточные, а с Тернером спать перестала. — У меня вроде были, — спохватилась Рэйчел и бросилась в свою комнату. Вернулась она с пачкой презервативов в руках. — Не знала, вы с Джорданом предохраняетесь, — удивилась Алексия. — Да, боялась, вдруг чем-нибудь заражу, — пояснила Рэйчел, передавая пачку Алексии. — И хоть я уже не с Биллом, все равно используем по привычке. Ладно, Алекс, я побежала. Пожалуйста, оставайся хоть ты на связи! Постараемся разобраться как можно скорее. — Мне придется оставить телефон и часы охране, — напомнила Алексия. — Черт, точно… тогда оставайся на связи так долго, как сможешь. Они обнялись на прощание, и Рэйчел выбежала из квартиры. Алексия, глядя на пачку презервативов в руках, обреченно выдохнула. Она достала один из квадратных пакетиков и на мгновение прикрыла глаза, все еще не веря, что действительно собирается сделать это. В мыслях она подгоняла Рэя и Рэйчел, молясь, чтобы они успели добраться до тира и вытащить Кая до того, как ей придется сесть в машину Тернера. Но сообщение от него пришло спустя всего пятнадцать минут после ухода Рэйчел. Алексия тянула до последнего, прежде чем спуститься к парковке, но сначала обернула нож Эрнандо в презерватив и сунула его в себя. Водитель оказался знакомым — долгое время он возил ее на встречи к Тернеру. Как и прежде, он не проявил интереса к своей пассажирке и повез ее в сторону центра. Алексия сжимала в руках телефон, надеясь получить весточку от Кая, но тот так и не вышел на связь. Рэйчел написала, что они с Рэем встретились и уже едут к тиру, и очень расстроилась, узнав, что Алексия тоже была в пути. Охранники Тернера были напряжены — это бросалось в глаза сразу. Видимо, их предупредили, что Алексия могла попытаться пронести оружие, поэтому обыскали ее с особой тщательностью. Если бы нож был просто спрятан в белье, его наверняка бы обнаружили. К счастью, совет Рэйчел оказался настоящим спасением — нож Эрнандо так и не нашли. Входя в квартиру, Алексия чувствовала себя уверенно, ведь теперь она была вооружена. Тернер ждал ее в кабинете. Она редко бывала там — обычно они проводили время в гостиной или спальне. В этот раз он выглядел взвинченным, и она впервые видела его таким. Вероятно, смерть Томаса не на шутку его обеспокоила. Он задержал на ней долгий, оценивающий взгляд, и было невозможно понять, о чем он думал. Алексия молчала, не рискуя начинать говорить первой. Она боялась за Кая и переживала за Рэйчел и Рэя, которые тоже могли пострадать, пока она находилась здесь. Они уже не смогли бы связаться с ней, так как телефон остался у охраны. — Молодец, что приехала, — наконец произнес Тернер. — Интересно, сделала бы ты это, если бы я не упомянул Кая? — Где он? — не выдержала Алексия. В глубине души она надеялась, что Кай тоже окажется тут, но, судя по тишине в квартире, они с Тернером были одни. В этом, впрочем, был и плюс: в одиночку у нее было больше шансов одолеть его, когда настанет время пустить в ход нож. — В очень большой беде, — ответил Тернер с усмешкой. — Беспокоишься? Не удивлен. Так и знал, что ты в него влюбишься. В конце концов, ты не первая. — Первой была Эль? — вырвалось у Алексии прежде, чем она успела обдумать последствия собственного признания, а затем, решив, что хуже уже не будет, добавила: — Ты поэтому приказал Каю ее убить? Тернер лишь хищно ухмыльнулся в ответ. Его взгляд прожигал, и по спине Алексии пробежали ледяные мурашки. Она понятия не имела, как он узнал о чувствах Эль к Каю — догадался сам или та проговорилась во время допроса, но теперь это уже не имело никакого значения. — То, что она увлеклась кем-то еще, меня мало заботило, — произнес Тернер ровным голосом. — Девочки в ее возрасте часто бывают влюбчивы. Но то, что она держала меня за идиота, я ей простить уже не мог. Думала, я не замечу, как она липнет к моим подчиненным, тем самым подрывая мой авторитет. Так что она не оставила мне выбора. А Кай… мне просто стало любопытно, как он поступит в этой ситуации. «Он знает про нас с Каем, — пронеслось в голове у Алексии. — Точно знает. Как узнал про Джордана и Рэйчел. Иначе бы не говорил мне все это. В глубине души я и так догадывалась об этом. Но ведь Рэйчел он отпустил, не убил… Может, и нас с Каем отпустит? В конце концов, Кай убил Хайнеманна в обмен на мою свободу». Эта мысль вспыхнула в ней слабой искоркой надежды, но вслед за этим ее охватило сомнение, ведь Тернер не был похож на человека, способного давать второй шанс. — Знаешь, если бы Кай пришел и прямо сказал, что принесет мне голову Армина в обмен на тебя, я бы все равно согласился, — продолжил Тернер тем временем. — Да я бы ему всех троих подарил, лишь бы он это сделал. Ни одна из вас не настолько ценна. Но он почему-то стал увиливать, врать, что вы просто друзья. Почему? — Может, потому что боялся, что в следующий раз ты прикажешь ему застрелить меня? Тернер задумчиво хмыкнул. — То есть вместо того, чтобы довериться мне, он начал вести свою игру за моей спиной, — произнес он холодно. — Причем вы уже не первый раз действуете, не ставя меня в известность. Это вызывает беспокойство, ведь я ожидаю от вас безоговорочной преданности. — Ты поэтому решил его убить? — изумленно спросила Алексия, все еще не понимая, каким образом Кай оказался в смертельной опасности. — Разумеется нет. Ваш глупый подростковый роман — ерунда, не стоящая моего внимания. А вот то, что он убил Томаса — проступок куда серьезнее. Алексия удивленно распахнула глаза, не веря, что Тернер и правда подозревал Кая в этом. — Он этого не делал! — воскликнула она. — Мы весь день были вместе! Это какая-то ошибка! — У Джастина есть неопровержимые доказательства. Но не переживай: я позволю вам увидеться перед смертью. Алексия знала, что Кая подставили, и все внутри нее дрожало от ярости и бессилия, но она понятия не имела, как убедить Тернера в его невиновности. Любые ее слова он посчитает ложью и попыткой защитить возлюбленного. — Ты с самого начала все это задумал, да? — спросила Алексия, едва сдерживая слезы. Она была уверена, что Тернер знал, что Кай был невиновен, и, возможно, даже сам приложил руку к тому, чтобы его подставить. — Поэтому и не расстался со мной, когда Кай попросил об этом. Ведь в чем смысл, если он все равно умрет. Тернер хохотнул. — Не делай из меня злодея, милая. Когда я в последний раз звал тебя к себе? Я выполнил его просьбу. — Но ни одному из нас об этом не сообщил. И карту не заблокировал. Хотя, когда поймал на измене Рэйчел, сделал это первым же делом. — О, это был мой тебе подарок в честь смерти Армина, — ответил Тернер с усмешкой. — Ведь именно благодаря тебе мой заклятый враг наконец отправился в мир иной. Ты всегда обходилась мне дешево — даже оплата медицинских долгов твоей бабушки была пустяком в сравнении с тем, сколько тратила Рэйчел всего за пару-тройку месяцев. Так что я решил не мелочиться. А еще мне стало любопытно, как вы с Каем поведете себя в этой неопределенности. Хотел проверить, насколько далеко простирается ваша верность. «То есть это была проверка?» — ужаснулась Алексия, задумавшись, как давно он следил за ними. Знал ли, что ей удалось взломать его ноутбук и вытащить пароль от сайта с заданиями? Догадывался ли, что она выяснила, что именно Томас заказал убийство ее родителей? Тернер отвлекся на телефон и лишь спустя минуту вновь посмотрел на нее. Его взгляд был холодным и жестким, но в то же время в нем сквозило странное удовлетворение. Казалось, он наслаждался ее страхом и отчаянием, словно именно ради этого и затеял всю эту игру. — Почему именно ты? — спросил он вдруг. — Почему он выбрал тебя, а не Рэйчел или Эль? Они ведь красивее и харизматичнее. Я бы мог подумать, что дело в сексе, но и в постели ты, мягко говоря, ничем не выделяешься. Алексия почувствовала себя оскорбленной. Не то чтобы ей было важно мнение Тернера на этот счет, но все равно было обидно выслушивать все это. Казалось, он намеренно добивал ее, будто угрозы для жизни Кая было недостаточно, чтобы сломить ее окончательно. — Ты ведь тоже почему-то меня выбрал, — напомнила Алексия, сжимая кулаки. — И даже какое-то время звал к себе только меня. А ведь мог отпустить, когда я впервые попросила об этом. Зачем держал рядом, если, по твоим словам, во мне не было ничего особенного? Тернер усмехнулся, не торопясь с ответом. — Ты выделялась кое-чем другим, — произнес он с легкой улыбкой. — Мне всегда нравилась твоя покорность. Ты боялась меня и слушалась, и это было чем-то необычным, новым, словно глоток свежего воздуха. Такой была Рэйчел поначалу. А потом это вдруг ушло: вы обе стали огрызаться, спорить, требовать. Может, именно это и зацепило Кая? Или это он тебя изменил? — Тернер подошел ближе и схватил Алексию за подбородок, внимательно осматривая ее лицо, будто пытаясь отыскать там следы влияния Кая. — Если он исчезнет, старая Алексия ко мне вернется? Его слова вызвали тошноту. Казалось, он видел в ней лишь вещь, которая вдруг сломалась и теперь требовала починки. Она старалась не показывать слабость, но его цепкий и испытующий взгляд пробирал до костей. «Старая Алексия больше никогда не вернется, — решила она про себя. — Не дождешься». — Кай не убивал Томаса, — продолжила она настаивать. — Сам подумай, зачем ему это? Что Томас мог ему сделать? — Это Джастин как раз и выясняет, — ответил Тернер, отпуская ее подбородок. — И поверь, он докопается до истины. Времени у нас предостаточно. Даже самые крепкие в итоге ломаются. «Они что, выбивают из него признание пытками? — ужаснулась Алексия. — Хоть бы Рэй и Рэйчел успели вовремя!» — Прошу, поверь мне! — воскликнула она, почувствовав, как по щекам все же покатились слезы. Ее разрывало отчаяние, а нервы были расшатаны так сильно, что в один миг она могла казаться твердой и решительной, а в другой вдруг срывалась на плач. — Пусть Джастин покажет свои доказательства! Что, если они не такие уж и неопровержимые? Кай служил тебе почти десять лет! Неужели это ничего для тебя не значит? Он всегда был тебе верен, даже убил Хайнеманна! Он отличный ментор, отличный киллер. Не совершай ошибку! — Я проверю доказательства, не сомневайся, — произнес Тернер. — И, если Кай и правда ни при чем, его оправдают. Но я не могу не верить Джастину — он все-таки моя правая рука. «Чертов Джастин! — вспыхнула Алексия мысленно. — Так и знала, что эта вражда рано или поздно нам аукнется. Убив Кая, он заодно отомстит и мне. Джастину плевать, кто настоящий убийца, он использует смерть Томаса для сведения личных счетов, а Билл слепо верит ему, потому что тоже хочет избавиться от Кая». — Что мне сделать, чтобы ты поверил мне, а не ему? — спросила Алексия сквозь слезы. — Встать на колени и умолять? Тернер неожиданно рассмеялся. — О, я буду не против, если ты встанешь на колени, милая, — протянул он вкрадчиво, делая шаг ближе. — Может, и впрямь сумеешь убедить меня взглянуть на ситуацию иначе. Было очевидно, что речь шла вовсе не о мольбах. Алексия растерянно огляделась, пытаясь понять, действительно ли он ждал, что она станет делать это ради спасения Кая, или просто издевался. Тернер заметил ее замешательство и добавил: — Не здесь. Идем в спальню. И направился к двери, нисколько не сомневаясь, что она пойдет следом, ведь она знала, что он любил ее покорность и ожидал именно этого. Алексия колебалась всего пару секунд, а затем повернулась и последовала за ним. В коридоре она замедлила шаг и тихо попросила: — Можно мне умыться? Тернер благосклонно кивнул и отпустил ее в ванную, а сам направился к спальне, на ходу снимая с себя пиджак. Закрыв за собой дверь на замок, Алексия облегченно выдохнула. Она подошла к раковине, открыла кран и зачерпнула немного воды в ладони, а затем несколько раз окатила ею лицо, смывая слезы. Она подняла голову, осмотрела собственное отражение в зеркале и удивилась. Алексия ожидала увидеть себя сломленной и слабой, но вместо этого заметила в глазах решимость. «Я обещала Каю, что больше не лягу в постель Билла, — напомнила она себе мысленно. — И сдержу это обещание. Сегодня я войду в его спальню в последний раз». Она сделала глубокий вдох, промокнула лицо и руки полотенцем, а затем расстегнула джинсы, чуть приспустила белье и осторожно вытянула нож за края презерватива. Поморщившись, Алексия избавила нож от резинки и бросила ее в мусорное ведро. Все это казалось унизительным, грязным, но выбора не было. Зло должно быть наказано. Она пощадила Хиро, так и не сумела убить Томаса, так что это был ее последний шанс наконец свершить возмездие собственными руками. Сняв крышку и выпрямив лезвие, Алексия убрала нож в карман толстовки. Еще раз взглянув на свое отражение в зеркале, она вышла из ванной, полная решимости довести дело до долгожданного конца. Тернер уже ждал ее. Верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, а пиджак покоился на кровати. Он смотрел на нее с жадным предвкушением, будто все это время задавался вопросом, когда же она приползет к нему, униженная и полная отчаяния, наплевав на все, что сделал Кай ради ее свободы. — Ну что ж, вставай на колени, — приказал он властно, делая шаг навстречу. Алексия чуть крепче сжала рукоять ножа в кармане. Ублажать Тернера не входило в ее планы. Она подошла ближе и, изобразив легкую обиду, произнесла: — Даже не поцелуешь? Тернер хмыкнул, раздраженно дернув уголком губ, но все же приблизился к ней вплотную, обнял за талию и впился в губы. Алексия успела позабыть, как неприятно кололась его щетина и каким отвратительным казался запах табака, всегда сопровождавший их поцелуи. Подавив подступившую тошноту, она ответила, обхватив его за шею. В одной руке она все еще сжимала нож, и Тернер даже не догадывался, в какой опасной близости от его горла находилось лезвие. Он был слишком увлечен происходящим: его ненасытные пальцы скользили по ее бедрам и ягодицам, а язык жадно сплетался с ее языком. В какой-то момент он даже тихонько застонал ей в губы, словно успел по ней соскучиться и теперь был рад наконец получить желаемое. Когда поцелуй прервался, Тернер взглянул на нее, опьяненный похотью и желанием. Алексия собралась с силами и спросила: — Билл, почему ты скрывал, что именно Томас заказал убийство моих родителей? Глаза Тернера удивленно расширились, а губы приоткрылись. — Что? — прохрипел он. — Откуда ты… Пользуясь тем, что он был сбит с толку ее осведомленностью, она резко вонзила нож ему в горло. Алексия не дала ему договорить — у нее не было времени выслушивать оправдания или ложь, и все же она мысленно отметила, что Тернер так и не узнал о том, что она все-таки докопалась до правды. Он дернулся, захрипел и попытался вырвать клинок, но пальцы беспорядочно заскользили по рукоятке. Кровь заливала губы и подбородок, а белоснежная рубашка пропиталась багровыми пятнами. Глаза Тернера распахнулись еще шире, но уже не от удивления, а от ужаса перед надвигающейся смертью. Он отшатнулся назад, споткнулся о край кровати и рухнул на нее, захлебываясь в собственном хрипе. Тело задергалось в конвульсиях, но движения становились все слабее и заторможеннее, пока Тернер наконец не замер, уставившись мертвым взглядом в потолок. Алексия стояла, тяжело дыша, и смотрела в его потухшие глаза, все еще не веря, что и правда лишила его жизни. Внутри нее смешались страх, отвращение и некое едва уловимое облегчение. Собравшись с силами, она подошла ближе и выдернула нож из его горла. Лезвие вышло с влажным, тошнотворным звуком, и Алексия в панике отшатнулась, словно боялась, что Тернер вдруг оживет и схватит ее за руку. Но этого не произошло. Он был мертв. Его рука больше никогда ее не коснется. Кинув на безжизненное тело пустой взгляд, Алексия направилась прямиком в ванную. Бросив нож в раковину и включив воду, она принялась яростно оттирать ладони, а затем столь же исступленно смывать с лезвия кровь. Осмотрев себя, она заметила на футболке и рукавах толстовки несколько багровых пятен и вдруг разрыдалась, осознав, что не сможет переодеться прямо сейчас и какое-то время придется оставаться в этой пропитанной кровью одежде. Это стало последней каплей для ее и без того расшатанных нервов. Опустившись на пол, она обняла себя за колени и какое-то время плакала, не в силах остановиться. Алексия проливала слезы не из жалости к Тернеру — она ненавидела его всей душой. Просто столь долгожданное возмездие не принесло облегчения. Она так долго ждала этого момента, столько раз представляла его смерть, грезила о том, как наконец станет свободной, но вместо освобождения пришла пустота, а вместо торжества — горечь. Она плакала от усталости, от страха за жизни Кая и Рэя с Рэйчел и от осознания, что смерть Тернера все равно не вернет ей родителей. Ничто на свете не могло их вернуть. Она вновь оплакивала их, будто на миг вернулась в тот день, когда нашла их убитыми, и почувствовала себя грязной, словно содеянное лишь сильнее запятнало ее душу и не принесло покоя. Спустя какое-то время Алексия пришла в себя, поднялась и снова умылась. Осмотрев себя в зеркале, она застегнула толстовку на молнию и закатала рукава, пряча пятна крови, а затем вытерла нож полотенцем, накрыла лезвие крышкой и спрятала в карман. Произошедшее было лишь минутной слабостью, и теперь Алексия была готова двигаться дальше. Где-то глубоко внутри она понимала, что этот путь был пройден не зря. Она не испытывала облегчения, однако от того, что теперь этот мир, пусть на чуть-чуть, но все же стал безопаснее, становилось спокойнее на душе. Человек, приносивший другим лишь боль и страдания, отныне никому и никогда больше не навредит. Это стоило того, чтобы замарать руки. А теперь ей следовало решить, что делать дальше. Охранники Тернера всегда проверяли, где был их подопечный, когда она покидала квартиру, а значит, предстояло придумать, как пройти мимо них, не вызвав подозрений. Алексия не задумывалась об этом, когда ехала сюда с ножом, отложив принятие решения до момента, пока не настанет пора покидать квартиру. И вот эта пора наконец настала. «Может, сказать, что он пошел в душ, а труп накрыть одеялом? — размышляла она, глядя на остывающее тело Тернера. — Но что, если охранники решат его позвать? И если он не откликнется, пойдут проверять, и моя ложь вскроется. Может, включить воду в ванной? Тогда они могут решить, что он просто не услышал их зов из-за шума воды. А если заглянут в спальню? Крови слишком много, придется отмывать пол и накрыть чем-то простыни…» Каждая идея, приходившая в голову, казалась слишком ненадежной. Многое зависело от удачи. Единственным более-менее внушающим доверие вариантом оставалось просто выйти из квартиры, и пока один из телохранителей отдавал бы ей вещи, а второй проверял Тернера, у нее был бы шанс рвануть к лестнице, пользуясь тем, что охранники не ждут от нее сопротивления. Решив, что ничего лучше уже не придумает, Алексия подошла к телу Тернера, собираясь закинуть его ноги на кровать и накрыть одеялом, как вдруг раздался стук входной двери. Она застыла, испуганно ахнув, а ее сердце ухнуло куда-то в пятки. — Билл? — послышался голос Джастина. «Какого черта ты тут забыл?» — выругалась Алексия мысленно. Не дождавшись ответа, он направился исследовать квартиру. Тишину пронзал гулкий стук его шагов, и Алексия знала, что рано или поздно ее обнаружат. Времени спрятать труп у нее не было — она даже не знала, куда деть себя. Шкаф стоял прямо напротив входа, и если бы она подошла к нему, Джастин сразу бы ее увидел, а кроме шкафа других укрытий в комнате не было. Она достала из кармана нож и оголила лезвие. Джастин наконец вошел в спальню и увидел мертвое тело Тернера, а затем перевел изумленный взгляд на Алексию. Решив не терять времени, она отринула страх и бросилась на своего заклятого врага, готовая либо убить его, как несколькими минутами ранее убила Тернера, либо погибнуть. Глава 38 I might be a hypocrite I just want an end to all of this Do you know what I mean? After everything we’ve seen I’m scared that I’d love to see a guillotine Guillotine, 8 Graves & Saint Slumber Джастину понадобилось меньше секунды на то, чтобы оценить ситуацию. Он был достаточно опытен в бою и физически сильнее Алексии, поэтому увернулся от ее первого удара, а затем остервенело накинулся на нее, выбивая из рук нож. Потеряв оружие, она тут же бросилась за ним и попыталась взять в руки снова, но Джастин обхватил ее со спины и прижал к себе так крепко, что она едва могла пошевелиться. Алексия вырывалась, толкалась и пиналась, даже попыталась ударить его головой в нос и укусить, но Джастин оказался на удивление ловким и в два счета подавил ее сопротивление. «В этом положении он легко свернет мне шею», — мелькнуло в ее голове. Она вцепилась пальцами в его руку, пытаясь убрать ее с себя, как вдруг заметила, что вторая его рука исчезла, а следом ощутила прикосновение к виску. Скосив глаза, Алексия поняла, что Джастин приставил к ее голове пистолет, и испуганно замерла. — Успокоилась? — спросил он раздраженно. — Теперь готова к разговору? — Еще чего, — прорычала она. — Я знаю, что ты подставил Кая! — И что с того? Как это мешает разговору? Алексия ненадолго задумалась, оценивая ситуацию. Джастин держал ее всего одной рукой, но если она попытается вырваться, он ее просто пристрелит. Даже если согласиться на разговор, чтобы усыпить его бдительность, а потом в нужный момент рвануть к двери, пуля все равно окажется быстрее. Других вариантов не оставалось, и Алексия сказала: — Ладно. Говори. — Ты его прикончила? — спросил Джастин, явно имея в виду Тернера. — Я. — Вот и славно. Не придется самому марать руки. Сказанное ее ошеломило. Алексия была убеждена, что Джастин и Тернер действовали заодно, и потому ожидала, что смерть босса вызовет у него ярость. Неожиданно в памяти всплыли слова Тернера о преемнике Хайнеманна, и все встало на свои места. — Радуешься, что расчистила тебе дорогу? — Еще как. Знал бы, что ты так умеешь, добавил бы и тебя в свой план, — усмехнулся Джастин. — Но нестрашно. Все в итоге закончилось так, как и должно было. — И что теперь? Что со мной сделаешь? Джастин не спешил отвечать и тихонько рассмеялся, отчего ей стало не по себе. — Проведу мимо охраны к лифтам, если обещаешь не пытаться меня прикончить, — произнес он вдруг. «Он и правда это сделает? — подумала Алексия с надеждой. — Или это очередная ловушка?» — Сначала скажи, зачем ты подставил Кая, — потребовала она. Не то чтобы его ответ что-то бы изменил, но она все равно не могла не спросить. — Где он? И что ты с ним сделал? — С ним все в порядке, он в тире, жив-здоров, но за ним наблюдают, — ответил Джастин. — Как только дам сигнал, его отпустят. — Зачем он тебе? — Сам расскажет, как встретитесь. Очевидно, он мог говорить это лишь для того, чтобы ее успокоить. Если она будет верить, что вскоре вновь увидит Кая, Джастину будет проще обвести ее вокруг пальца. «Но если Кай и правда в тире, Рэйчел и Рэй его вытащат, — пыталась убедить себя Алексия. — Сейчас я уже ничего не смогу изменить. Единственное, что я могу — попытаться спасти себя, а для этого придется поверить Джастину». — Хорошо, я не буду на тебя нападать, — пообещала она. — Но заберу нож. На нем мои отпечатки. — Валяй, — усмехнулся Джастин и убрал руки. Алексия двинулась не сразу. Она ненадолго замерла, будто проверяя, действительно ли он был готов ее отпустить или просто играл, прежде чем застрелить, но все же сделала пару шагов к ножу, медленно подняла его, закрыла крышкой и спрятала в карман. Все это время Джастин наблюдал за ней, направляя пистолет в ее сторону. — Ты правда хотел убить Билла? — спросила Алексия, убедившись, что он не собирался в нее стрелять. По крайней мере пока. — Из-за чего? Из-за власти? Он же позволил тебе распределять менторов и задания, разве этого мало? Уверен, что потянешь весь его бизнес в одиночку? Джастин хмыкнул, будто ее неверие в его силы показалось ему забавным. — Не думай, что я занимался только менторами и заданиями. За эти два года я успел изучить все направления бизнеса, даже предлагал идеи по улучшению процессов и нашел новых поставщиков на случай, если со старыми что-то случится. Правда, Билл начал всех уверять, что сделка состоялась лишь потому, что онпринимал участие в переговорах. — Джастин сделал паузу, взглянул на мертвое тело Тернера и выдавил смешок. — Такой вот он был человек. И это не единичный случай. — Вы из-за этого поругались на новогодней вечеринке? — В том числе. Билл обладал удивительной способностью внушать всем вокруг, что он самый умный и продуманный, хотя в последнее время только и делал, что присваивал себе чужие заслуги. Но он не настолько незаменим, уж поверь. Алексия вспомнила, как Тернер хвастался, что убить Хайнеманна удалось лишь потому, что он все контролировал. Слова Джастина походили на правду. — И поэтому ты решил его убить? — спросила она. — Чтобы вернуть себе заслуженные лавры? — Нет, просто убрал бесполезное звено в цепи, пока он не утащил нас всех на дно, — ответил Джастин. — И теперь никто не будет мешать мне наводить порядок. Адвокатскую контору заберет Доминик в обмен на лояльность и помощь в оформлении всех активов банды на мое имя, мне она не нужна — я, в отличие от Билла, школу права не оканчивал, а с остальным разберусь сам, опыта у меня достаточно. Билл мог бы уступить мне власть добровольно — все равно в последнее время его больше занимали его телки, чем дела, — но, увы, он не любит делиться. — С чего бы ему уступать тебе власть? — удивилась Алексия. — Ты просто его подчиненный. — Я его сын. Алексия удивленно уставилась на Джастина, отказываясь верить в реальность сказанного, но, присмотревшись к его лицу, вдруг начала замечать знакомые черты: светлые глаза и волосы, одинаково насмешливые ухмылки, схожая форма челюсти и тот самый взгляд исподлобья. Это открытие ошеломляло и в то же время казалось очевидным. «Теперь понятно, почему охрана никогда его не досматривала, — догадалась Алексия. — Рэйчел упоминала, что у Билла был сын, но мы думали, он в Нью-Йорке. Видимо, они приехали в Чикаго вместе, поэтому Роб его и не тренировал». — То есть… ты хотел убить родного отца? — осознала она. Джастин рассмеялся. — Тебе, наверное, трудно это принять, ведь ты была так зациклена на поиске убийцы своих родителей. Как видишь, в некоторых семьях бывает иначе. — Неужели ты настолько любишь власть? — Скорее, не цепляюсь за наши кровные узы. Это трудно объяснить… Только представь, каким отцом нужно быть, чтобы позволить своему пятнадцатилетнему сыну убивать людей? Тогда, конечно, это не казалось мне чем-то странным, но если вдуматься — дичь же, да? Не говоря уже о том, что после переезда в Чикаго я перестал звать его отцом, так что для меня этот человек всегда был всего лишь боссом, не более. Алексия никогда не задумывалась о том, каким отцом был Тернер. Она знала, что каждую Пасху и Рождество он ездил к семье в Нью-Йорк, и ей казалось, что если после развода он продолжал общаться с бывшей женой и сыном, значит, отношения у них были нормальные. Тернер никогда не говорил о них, а Алексия не спрашивала. Возможно, он тоже относился к Джастину всего лишь как к подчиненному. «Рэйчел сказала, что брак Билла был по залету, — вспомнила она. — Джастин был нежеланным ребенком, но Билл все же взял его с собой в Чикаго и всегда выделял на фоне других членов банды. Ну и семейка! Зато теперь понятно, почему Джастин так ненавидел подружек Билла. И его связь с Эль на фоне этого кажется еще более мерзкой». — Ладно, с моими причинами все ясно, — продолжил он. — Но что Билл сделал тебе? Я думал, ты его любимица. — Заказал моих родителей. Эти слова явно стали для него неожиданностью. Джастин приподнял брови и посмотрел на нее с недоверием, а затем усмехнулся, покачал головой и опустил пистолет, будто окончательно убедился в том, что они на одной стороне. — Уверена? — уточнил он, словно все еще сомневался в ее словах. — Да, — ответила Алексия. — Хиро во всем признался. Он был исполнителем. — Хиро? — переспросил Джастин удивленно и хмыкнул. — Окей. Тогда зачем была нужна смерть Томаса? — Он тоже замешан, — ответила Алексия, решив не вдаваться в детали, чтобы случайно не выдать, откуда обо всем узнала. Она думала добавить, что Томаса они не трогали, но Джастин явно захотел спросить что-то еще, и она поспешила отвлечь его вопросом: — А какая у тебя фамилия? Явно же не Тернер. Казалось странным, что Джастину удавалось так долго скрывать их с Тернером родство, ведь достаточно было просто сопоставить фамилии. — Материнская, — пояснил он, отвечая на ее невысказанную мысль. — Так безопаснее: Билл не хотел, чтобы конкуренты прознали, что я его сын. В Нью-Йорке это уже обернулось для нас проблемами. — Джастин вдруг улыбнулся и добавил: — Но что-то мы с тобой заболтались. Разве ты не хотела как можно скорее увидеть Кая? Я провожу, чтобы охрана не стала задавать вопросов. Он указал на дверь, и Алексия сделала несколько осторожных шагов в сторону коридора, снова думая о том, не выстрелит ли он ей в спину. Пройдя чуть вперед, она обернулась и увидела, как он прячет пистолет в карман. Это помогло немного расслабиться, и она чуть увереннее направилась к входной двери, все еще не веря, что скоро этот кошмар наконец останется позади. — Билл просил его не беспокоить, — произнес Джастин, когда они вышли за порог. Охранники лишь кивнули, поверив ему на слово, и остались на своих местах. Алексия слишком устала, чтобы задумываться о том, что он им скажет, когда правда об убийстве их подопечного вскроется, и как будет избавляться от тела. Она молча забрала свои вещи и на негнущихся ногах направилась к лифтам в сопровождении Джастина. Когда она нажала на кнопку вызова лифта, он вдруг снова вытащил пистолет. Сердце Алексии пропустило удар — она испугалась, что он все-таки ее убьет, но вместо этого Джастин открыл магазин, один за другим вынул патроны, спрятал их в карман и протянул пистолет ей. — Вернешь Каю, — пояснил он. — Скажи, не пригодился. Только теперь, взяв оружие в руки, Алексия осознала, что это был пистолет Кая — Colt M1911 Rail Gun, который он хранил в машине. Она понятия не имела, что все это значило, а спросить не успела: в этот момент створки лифта распахнулись, Джастин подтолкнул ее внутрь, нажал на кнопку первого этажа и вернулся в холл. — Надеюсь, больше не увидимся, — произнес он на прощание и махнул рукой. Алексия ошеломленно уставилась на него, продолжая крепко сжимать пистолет в руках. — Ты отпустишь Кая? — крикнула она, когда створки начали закрываться. — Уже, — успел ответить Джастин, прежде чем лифт поехал вниз. Сердце Алексии все еще бешено колотилось от страха, но чем ниже она спускалась, тем спокойнее становилось. За пару этажей до первого она словно сбросила с себя оцепенение и вспомнила о Кае. Кинув пистолет в сумку, она выскочила из лифта, едва тот открылся, и попыталась на ходу разыскать телефон. Она увидела десятки пропущенных звонков и сообщений, но важнее всего было то, что часть из них принадлежала Каю, а значит, он был жив. Алексия тут же набрала его номер. — Где ты? — спросили они одновременно, едва Кай снял трубку. — Я возле дома Билла, на Линкольн-Парк, — ответила Алексия. — А ты? — Как раз подъезжаю, буду через пару минут, — сообщил он. — Стой у подъезда, ладно? Решив не отвлекать его от вождения, она согласилась и попрощалась. Алексия мерила шагами тротуар, не в силах дождаться, когда же появится Кай. Наконец его машина остановилась возле подъезда, а сам он выбрался наружу и поспешил к ней навстречу. — Зачем ты поехала к нему… — прошептал Кай, погружая ее в крепкие объятия. — А ты какого черта не отвечал на звонки? — спросила она, чувствуя, что вот-вот снова расплачется. Она ужасно злилась на него из-за этого, но у нее не было сил ругаться. — Прости, я не мог. Объясню все в машине. Он попытался отстраниться, но Алексия лишь сильнее вцепилась в него, не желая отпускать. — Еще немного, — попросила она. — Я так боялась… так боялась, что больше никогда тебя не обниму! Кай снова заключил ее в объятия, и Алексия позволила себе расплакаться, наконец ощутив себя в безопасности. Главное, что он был цел, и теперь она могла хоть немного выдохнуть. Кай погладил ее по волосам и осторожно произнес: — Алекс, прости, но нам нужно спешить. — Куда? — Сначала домой, а потом в аэропорт. — Мы покидаем Чикаго? — Да, — ответил Кай, отпустив ее и заглянув в глаза. — Я все объясню по дороге. Она кивнула и позволила ему проводить себя к машине. Мысль о том, что они должны были вот-вот уехать из Чикаго, вдруг вызвала странную тоску. В последнее время Алексия часто представляла, как они будут жить в Такоме, и даже ждала, когда это наконец случится, но сейчас, когда отъезд происходил так внезапно, вдруг осознала, что была не готова расстаться с этим городом. «Джастин сказал, что надеется больше никогда меня не увидеть, — вспомнила она. — Связано ли это с тем, что мы должны уехать так скоро?» Кай резко тронулся с места — было видно, что он спешил, ведь обычно он водил машину куда аккуратнее. Алексия невольно ахнула, и он немного сбросил скорость, заметив ее реакцию. — Прости, я все еще на нервах, — пояснил он. — Если честно, я был уверен, что не переживу эту ночь. — Все в порядке. Зачем Джастин позвал тебя на самом деле? — Чтобы обвинить в убийстве Томаса. — Но ты его не убивал! — Да, Рэйчел оказалась права, когда предположила, что это была ловушка. Томаса убили по приказу Джастина. Алексия тяжко вздохнула. Эта ночь вымотала ее так сильно, что раскалывалась голова, и она с трудом понимала суть происходящего. — Джастин собирался убить Билла, — произнесла она. — Сам признался. — Собирался? — спросил Кай. — То есть он его еще не убил? — Я его опередила. А еще он отдал мне твой пистолет. Просил передать, что не пригодился. Она полезла в сумку, вытащила пистолет и открыла бардачок, чтобы спрятать оружие в потайном отсеке. — В смысле… — произнес Кай ошеломленно. — Алекс… Билла убила ты? — Да, ножом Эрнандо, — ответила она и подробно рассказала обо всем, что произошло после его отъезда к Джастину. Часть из этого Кай уже знал — наверняка благодаря Рэйчел, но остальное повергло его в шок. И все же Алексия видела, что новость о смерти Тернера принесла ему не только потрясение, но и заметное облегчение. — Как ты? — спросил он, когда она закончила. — Бывало и лучше, — призналась Алексия. — Надеюсь, больше никогда не придется никого убивать. Это было отвратительно, хоть я и рада, что с Биллом наконец покончено. А теперь расскажи обо всем, что происходило в тире. Кай устало вздохнул и принялся за рассказ. — Когда я приехал, Джастин находился на втором этаже с другими парнями. Всего их было четверо — похоже, те, кому он полностью доверяет. Возможно, были не все, уверен, на него работают и другие. И Хиро с ними. — Он все-таки нас сдал? — прошипела Алексия, чувствуя, как уже жалеет о своем милосердии. Она задумалась о том, как давно Хиро работал на Джастина. В тот день, когда она впервые посетила тир, Джастин появился там спустя всего полчаса — это было просто совпадение? Или его предупредил Хиро, потому что тот заинтересовался новой девчонкой в банде? — Скорее всего, — ответил Кай. — Джастин как-то узнал о том, что мы можем попытаться убить Томаса, а рассказать ему об этом мог только Хиро. — Джастин не знал, что Билл замешан в убийстве моих родителей. — Думаю, его не волновали причины, по которым мы хотели убрать Томаса — он просто решил извлечь из этого выгоду, потому что Томас ему мешал. — Чем? — Джастин хотел захватить власть и, как я понял, уже переманил на свою сторону Доминика, но Томас всегда был слишком верен Биллу. Думаю, Джастин решил посадить на его место своего человека. — Вот тебе и карма, — усмехнулась Алексия, вспомнив, как по той же самой причине Томас избавился от ее отца. — Но неужели он всерьез рассчитывал обвинить тебя в убийстве Томаса, не имея никаких доказательств? — Все куда сложнее. Джастин планировал повесить на меня не только смерть Томаса, но и Билла. Только представь: убиты двое самых влиятельных членов банды, но если признаться, что это сделал Джастин, чтобы захватить власть, то среди тех, кто был искренне предан Биллу, начнутся волнения. Все станут спрашивать, с чего вдруг Джастин решил, что имеет на это право. — Потому что он сын Билла. — Что?.. — удивился Кай, а затем на мгновение задумался и добавил: — Ну и ночка сегодня, столько откровений… Что ж, это многое объясняет. Но остальные не знают, чей он сын, так что вопросы все равно бы возникли. Но если сказать, что Билла и Томаса убил кто-то из своих, например, тот, кто переметнулся на сторону другой группировки, доверия к новому лидеру будет больше, особенно если именно он найдет убийцу, покарает его и возьмет на себя управление бандой в тот момент, когда она обезглавлена. — Но почему он выбрал именно тебя? Неужели до сих пор припоминает тебе тот случай с Эль? Или правда ждал, когда ты убьешь Томаса? — В точку, — подтвердил Кай. — Узнав, что я могу попытаться его убить, Джастин приставил за мной слежку, чтобы собрать компромат. Частично им это удалось — какое-то время я действительно интересовался Томасом, и это не осталось незамеченным. — Вот Джастин удивился бы, окажись убийцей я. — Думаю, это спутало бы ему все планы. Но я рад, что мы повременили с убийством, потому что в конце концов терпение Джастина лопнуло, и его люди убрали Томаса сами. Кто знает, что было бы, сделай это мы. — Но почему он сообщил тебе о смерти Томаса, когда позвал на встречу? — Рассчитывал, что, узнав об этом, я попытаюсь сбежать из Чикаго. Его люди следили за нами весь день, и если бы я поехал не в тир, а куда-нибудь еще, меня расстреляли бы по пути. Алексию прошиб холодный пот. Сегодня Кай и правда был опасно близок к смерти, а они даже не подозревали об этом. «Шпионка доморощенная, — думала она с горечью. — Была так уверена, что все под контролем, что никто ничего не видит. А нам просто повезло остаться в живых сегодня». — Почему ты не отвечал на мои звонки и сообщения? — Едва я вошел, на меня тут же навели оружие и забрали пистолет с телефоном, так что я не мог тебе ответить. Я слышал звонки и догадывался, что это была ты, но ничего не мог поделать. Извини. Алексия лишь кивнула, прекрасно осознавая, что в такой ситуации было бы глупо продолжать обижаться. Сейчас она просто была рада, что Кай вернулся к ней невредимым. — Как тебе удалось уйти из тира живым? Рэй и Рэйчел помогли? — Нет, но было очень мило с их стороны броситься мне на выручку, — произнес Кай, рассмеявшись. — Меня спасло то, что Джастин решил меня пощадить — он с уважением отнесся к тому, что я не стал трусливо сбегать, услышав о смерти Томаса, а еще кто-то из его людей попросил сохранить мне жизнь. Подозреваю, это был именно Хиро, потому что с двумя другими я не общался. — Надо же, — удивилась Алексия. — Кто бы мог подумать, что он станет тебе помогать. — Возможно, решил таким образом искупить вину за смерть твоих родителей, — предположил Кай. — Или испугался, что если меня убьют, ты точно его пристрелишь. Алексия усмехнулась, услышав это. Он говорил так, будто она и правда могла внушать страх кому-то вроде Хиро. Но она не чувствовала в себе такой силы, даже несмотря на то, что сумела убить Тернера. Сейчас она ощущала лишь усталость и мечтала о том, чтобы все это поскорее закончилось. — Но если Джастин тебя пощадил, почему мы покидаем Чикаго? — Потому что он в любом случае обвинит меня в смерти Томаса и Билла, ведь других кандидатов на роль убийцы у него нет, а новых за столь короткий срок не найти. Взамен я должен покинуть Чикаго до полудня, потому что потом начнется охота, и если меня поймают, пощады уже не будет. Но ждать до обеда я не собираюсь — лучше уехать как можно скорее. Я не доверяю Джастину. Услышав это, Алексия ощутила отчаяние, ведь это значило, что Кай уже не сможет вернуться в Чикаго. — Можно было свалить все на банду Хайнеманна, мол, узнали, что их босса убили люди Билла, и решили отомстить, — предложила она. — Доказательств нет, а на слово никто не поверит, — ответил Кай. — Джастин знает, что я следил за Томасом, и его люди смогут подтвердить это фотографиями. А еще именно я предложил убрать Хайнеманна и все организовал. Как мне удалось провернуть столь сложное убийство? Все просто: мне помог кто-то изнутри. Например, преемник Хайнеманна, для которого я так удачно расчистил дорогу к власти. Никто так толком и не выяснил, кто убил Хайнеманна. Почему? Может, потому что преемнику было выгодно все замять, ведь именно он и подослал убийцу? Подделать нашу с ним переписку проще простого: пара скриншотов — и моя вина доказана, никто не станет проверять их подлинность. И никто не знает, что я попросил за то убийство, но известно, что денег я не брал. Может, потому что мне заплатил кто-то другой, кто тоже заинтересован в этом деле? Смерть Хайнеманна усыпила бдительность Билла, и это помогло избавиться от боссов двух влиятельных группировок разом. — Ты так убедительно это описываешь, что я и сама начинаю сомневаться, не работал ли ты на преемника Хайнеманна и в самом деле. Кай рассмеялся. — Конечно нет. Мне и в голову бы не пришло переметнуться на сторону другой банды. Я пошел против Билла только из-за тебя. Алексия тихонько улыбнулась, услышав это признание. Она и так обо всем этом знала, но его слова все равно ее тронули. Она смогла зайти так далеко только благодаря его поддержке. — Что было потом? — спросила она. — Дабл Рэи как-то пытались тебе помочь? — О да. Спустя некоторое время Джастин поехал к Биллу, и сразу после этого заявился Рэй. Вошел один и сделал вид, будто просто приехал пострелять, а наверх заглянул, чтобы проверить, кто там. На деле он собирался разведать обстановку и, если получится, помочь мне бежать. Рэйчел осталась в машине с заведенным двигателем, чтобы в любой момент можно было дать деру. Я видел, что парни не особо поверили в этот спектакль, так что сразу сказал Рэю, что все под контролем и мы лишь ждем, когда Джастин даст сигнал меня отпустить. — Но зачем было ждать? — недоумевала Алексия. — Почему он не отпустил тебя сразу? — Думаю, потому что не до конца мне доверял. Может, опасался, что я побегу предупреждать Билла, — ответил Кай, пожав плечами. — Или вовсе не собирался отпускать, хотя в таком случае ничто не мешало ему пристрелить меня сразу. К счастью, это не входило в его планы, иначе бы Рэй тоже не ушел живым. Как только мы все обсудили, Рэй сообщил, что ты поехала к Биллу. Фраза была короткой, но в голосе Кая были отчетливо слышны досада и тревога. Очевидно, эта новость ему не понравилась, и Алексия могла лишь гадать, сколько переживаний ему это принесло. — Хиро предложил позвонить Джастину, — продолжил он спустя небольшую паузу. — Вряд ли из-за того, что переживал за тебя, скорее предположил, что твое появление у Билла может помешать планам Джастина. Тот тоже не обрадовался, узнав, что Билл будет не один, но пообещал что-нибудь придумать, да и появление Рэя явно его напрягло — мало ли кто еще знал, куда и зачем я поехал. Возможно, он решил не рисковать жизнями тех троих, с кем меня оставил, так что все же позволил нам уйти, но напоследок сказал, что, если его план сорвется, он тебя убьет. — Он явно не предполагал, что я сама прикончу Билла, — усмехнулась Алексия. — А что насчет твоего пистолета? Как он оказался у Джастина? — Забрал, чтобы использовать как улику, — ответил Кай. — Те, с кем я работал, знают, из какого оружия я обычно стреляю, к тому же на нем мои отпечатки, и этого хватит, чтобы склепать более-менее убедительное доказательство моей причастности к убийству Билла. А из какого оружия был убит Томас, никто проверять не станет. Но раз ты использовала нож, смысла возиться с пистолетом уже нет. Алексия устало выдохнула. Город постепенно просыпался, а озеро осветили первые лучи солнца. В глубине души она никак не могла поверить, что все действительно закончилось, что они наконец могли уехать и быть вместе вдали от криминального мира Чикаго. Ей казалось, что Джастин в любой момент мог передумать и послать за ними кого-нибудь, чтобы устранить, ведь они слишком о многом знали. Когда они добрались до дома Алексии, Рэйчел и Рэй уже ждали их там. Рэйчел заметно нервничала, но, увидев Алексию и Кая живыми и невредимыми, расплылась в счастливой улыбке, хоть ее глаза и были полны слез. — Так вы и правда уезжаете? — спросила она огорченно. — Джастин не передумал? — Боюсь, что нет, — ответила Алексия. — Но можешь навестить нас в Такоме, если хочешь. Я даже готова оплатить тебе билет, если обещаешь не вносить его стоимость в свою дурацкую табличку. Рэйчел рассмеялась и потянулась к Алексии, чтобы ее обнять. — Мы заглянем к вам через месяцок, как все уляжется, — пообещал Рэй. — Устроим с Рэйчи грандиозное путешествие через всю страну на тачке Кая. Думаю, за неделю доберемся, заодно привезем ваши вещи, а что не влезет — оставим у Алекс в квартире или у меня в гараже. — Можешь пока пользоваться, — произнес Кай, протягивая Рэйчел ключи от своей машины. Они с Алексией планировали добираться до аэропорта на такси. Рэйчел была в восторге от его предложения и пообещала заботиться о его машине, как о своей собственной. — Точно не хотите, чтобы мы вас проводили? — спросил Рэй, когда Алексия наконец переоделась и все четверо подошли к входной двери. — Лучше не стоит, вдруг за нами хвост, — ответил Кай. — Не хочу рисковать вашими жизнями. Рэйчел, осознав, что они и правда вот-вот расстанутся, расплакалась. Алексия тоже не сдержала слез и крепко ее обняла, а затем окинула квартиру печальным взглядом. «Кто знает, когда я вернусь сюда в следующий раз, — думала она. — Джастин не требовал, чтобы я покинула Чикаго, но его прощальные слова намекали на это. Да и будет ли смысл приезжать сюда, если рядом не будет Кая?» Рэйчел осталась в квартире, а Рэй проводил их до парковки и усадил в такси. Когда машина тронулась, он помахал им на прощание, и Алексия снова заплакала. — Если все закончилось и мы живы, почему мне так грустно? — прошептала она, глядя в окно. Кай мягко улыбнулся, притянул ее к себе и поцеловал в макушку. — Потому что новое начинается только тогда, когда умирает старое, — ответил он. — И неважно, что мы остались живы. Нам так или иначе придется похоронить прошлое. Глава 39 This is my commitment , My modern manifesto I’m doin’ it for all of us Who never got the chance For Amy and for Whitney And all my birds of paradise Who never got to fly at night ‘Cause they were caught up in the dance Get Free, Lana Del Rey Пробок не было, и они довольно быстро добрались до аэропорта О’Хара. Он был огромен, и им пришлось потратить время, чтобы найти нужный терминал и кассу, где можно было купить билеты. К счастью, желающих улететь в Такому первым же рейсом оказалось немного, так что трудностей с покупкой не возникло. Алексия взяла билет в руки и с удивлением уставилась на имя, напечатанное на картоне. Оно было чужим, непривычным. Теперь ее звали Сэйди Маркс. Кай настоял на использовании поддельных документов, чтобы Джастин не смог отследить их маршрут, хоть и был уверен, что тот вряд ли станет этим заниматься. «Но никто из нас не верит Джастину, — подумала она. — Его обещания ничего не стоят, и полагаться на них слишком опасно». После регистрации они направились к зоне досмотра, и Алексия вдруг заметила знакомую фигуру в очереди к конвейерной ленте. Подойдя ближе, она негромко позвала: — Аманда? Привет. Симпатичная светловолосая девушка тут же обернулась и с удивлением посмотрела на Алексию, а ее губ коснулась вежливая, чуть натянутая улыбка. — Алекс! — воскликнула Аманда. — Вот это да! Куда летишь в такую рань? — Да так, хотим навестить друзей в Лос-Анджелесе, — соврала она. — А ты? Алексия схватила лоток и положила туда рюкзак, телефон и документы, перевернув билет обратной стороной вверх, чтобы Аманда случайно не заметила чужое имя и истинный пункт назначения. — А я лечу в Нью-Йорк на неделю, — ответила Аманда. — Записалась на летнюю адаптационную программу в Сент-Джонсе. Решила пройти в первой волне, чтобы потом отдыхать все лето. — Ого, не знала, что они запускают их так рано, — удивилась Алексия. — Будешь жить в кампусе всю неделю? — Нет, только три дня, а остальное время проведу у родственников. Я вроде упоминала, что у меня там папина родня. Успею вернуться к вручению дипломов. Алексия кивнула, сглотнув ком, внезапно вставший в горле. Планы Аманды звучали так просто и правильно — именно такими они должны были быть и у нее, будь она обычной школьницей. — Одна летишь? — спросила Алексия, не заметив рядом с Амандой никого из знакомых. — Да, но меня встретят по прибытии, — ответила та. — А ты с кем? Аманда посмотрела куда-то за спину Алексии, и та, обернувшись, встретилась взглядом с Каем. Тот моментально разобрался что к чему, обнял ее за талию и представился: — Привет, я Кай. Он не стал пояснять, кем они с Алексией приходились друг другу, потому что это было понятно без слов. Аманда вновь натянуто улыбнулась и тоже представилась. В этот момент подошла ее очередь проходить сканер, и она направилась к рамке. Алексия повернулась к Каю, положила ладонь на его руку у своей талии и едва слышно прошептала: — Спасибо. А то я едва не почувствовала себя полным ничтожеством. Кай оставил легкий поцелуй на ее виске, и Алексия, заметив, что Аманда прошла досмотр, тоже направилась к рамке. Проблем не возникло, и вскоре они с Каем уже забирали свои вещи с ленты. Прежде чем уйти, Аманда вновь подошла к ней и спросила: — Увидимся в школе? — Мы улетаем на все лето, — ответила Алексия растерянно. — Я попросила переслать диплом по почте. — Ого, — удивилась Аманда. — Значит, уже не встретимся? — Да, маловероятно, — признала Алексия, поджав губы. Повисла напряженная пауза, в течение которой обе обдумывали, что сказать. Наконец Аманда, словно преодолев внутреннее сопротивление, проговорила: — Я рада, что у тебя все наладилось, Алекс. Правда. Хоть мы и не были близки в последнее время, мне никогда не было на тебя плевать. Порой мне было даже слишком не плевать. Алексия неловко рассмеялась в ответ. — О, поверь, мне тоже. Я из-за расставания с Тайлером так не переживала, как из-за того, что наша дружба угасла. — Тайлер этого не стоил, — с горькой усмешкой произнесла Аманда. — Что ж… может, тогда обнимемся на прощание? — С радостью, — ответила Алексия и шагнула к ней навстречу. Аманда крепко обняла ее, и на мгновение это вернуло Алексию в прошлое. В те дни, когда они еще дружили. Когда были живы родители. Когда Эрнандо забегал после школы, чтобы поболтать. Когда нужно было ездить к Синтии на Рождество. «Все-таки это было хорошее время, — подумала Алексия. — Но я ни за что не променяю его на то, что имею сейчас. Тогда я еще не дружила с Рэйчел и не знала о существовании Кая. Они дали мне куда больше, чем я могла когда-то представить. И несмотря на все плохое, что мне пришлось пережить, теперь я понимаю, что оно того стоило». Выйдя из зоны досмотра, они с Амандой попрощались и разошлись каждый к своему гейту. Алексия испытывала смешанные чувства. Кай взял ее за руку, словно пытаясь напомнить, что он был рядом и она могла на него положиться. — Знаешь, я так ей завидовала, — произнесла Алексия. — У нее была нормальная жизнь: любящие родители, спортивные победы, куча подруг, парень, от которого я была без ума. А теперь она поступила в классный университет и улетает в Нью-Йорк. Она живет так, будто исполнила американскую мечту. Нет, хуже — она исполнила мою мечту. И мне было так больно от этого. Но сейчас… сейчас я понимаю, что изначально у каждой из нас был свой путь. Может и неплохо, что мы перестали быть подругами. Наверное, я просто заразилась ее мечтой, позабыв о своей. — И какова же твоя мечта на самом деле? — поинтересовался Кай. — Ну… — Алексия ненадолго задумалась. — Мне бы хотелось пойти учиться на какую-нибудь компьютерную специальность. Продолжать заниматься спортом, ходить с тобой в тир. Может, поездить по стране, чтобы найти город, что сможет заменить Чикаго в моем сердце. — Она обернулась к нему и хитро улыбнулась. — Но кое-что из моей старой мечты я все же хочу оставить. Правда, оно уже сбылось: я и правда встречаюсь с парнем, от которого без ума. Кай рассмеялся и вдруг заключил ее в объятия, а затем поцеловал. На миг сердце Алексии дрогнуло, но не от радости, а от страха. Она слишком привыкла к тому, что им приходилось постоянно скрываться. Они никогда не целовались на людях — только дома или в машине, поэтому, не привыкшая к подобному проявлению чувств, она рефлекторно отпрянула. Кай, заметив это, спросил: — Что-то не так? — Нет, все в порядке, — соврала она и спустя паузу добавила: — Просто… это наш первый поцелуй на людях. Так непривычно. — И правда, — произнес он, оглянувшись. Они стояли в широком коридоре возле одного из гейтов. В такую рань людей вокруг было мало, но для Алексии даже это было слишком людно. — Не волнуйся, мы привыкнем. Он вновь наклонился к ней, чтобы поцеловать, и в этот раз она не отстранилась. Было непросто избавиться от старых привычек, но Кай был прав — однажды они привыкнут. Она крепче прижалась к нему, пытаясь прочувствовать момент и поверить в то, что у них и правда могло быть будущее без страха. Возле их гейта было так же немноголюдно, и они уселись на свободные сиденья, ожидая начала посадки. Кай достал телефон и погрузился в книгу, а Алексия, устроив голову у него на плече, принялась смотреть телевизор, висевший в зоне ожидания. Там шли новости без звука. Ужасно хотелось спать, и глаза то и дело слипались, но Алексия решила перетерпеть, рассчитывая отоспаться в самолете, ведь полет должен был занять почти пять часов. Однако взгляд вдруг зацепился за знакомое лицо на экране. Алексия замерла, пытаясь вспомнить, откуда знала эту девушку — всю в татуировках, с пирсингом и розовыми прядями в волосах. И тут ее словно ударило током. Она резко подняла голову, вглядываясь в экран в надежде увидеть то лицо снова, но картинка уже сменилась, и тогда Алексия сосредоточилась на титрах. — В чем дело? — спросил Кай, заметив, что она убрала голову с его плеча. — Кажется, я видела Нину, — прошептала она. Ведущая переключилась на другую новость, и Алексия достала телефон, чтобы поискать информацию в интернете. К счастью, запрос «арест крипто-мошенников» сразу привел ее к нужной статье. На фото, что прилагалось к новости, была запечатлена вся банда, и среди них ярким черно-розовым пятном выделялась Нина. Даже спустя год Алексия все еще помнила ее лицо — уж слишком часто оно мелькало в инстаграме Эрнандо. — Кто такая Нина? — спросил Кай, заглянув в экран ее телефона. — Из-за нее Эрнандо вложил деньги Рики в крипту и влез в долги. — Кажется, вселенная решила наконец раздать всем по заслугам, — усмехнулся Кай. — И сколько ей светит? — Пишут, что комиссия по ценным бумагам квалифицировала их действия как мошенничество, и так как эпизодов было несколько, срок дадут за каждый, а это десятки лет тюрьмы. — Алексия застыла, ошарашенно глядя на Кая. — Получается… Эрнандо тоже будет отомщен. Долгое время она старалась не думать об Эрнандо — было слишком больно вспоминать день, когда его не стало, ведь именно она стала причиной его смерти. И Алексия винила себя в этом гораздо сильнее, чем Нину. Но теперь, узнав, что та получила по заслугам, она ощутила облегчение, словно кто-то наконец снял с нее тяжкий груз, который она несла в себе слишком долго. Все это время ей казалось, что за смерть Эрнандо так никто и не заплатил. Тернер был виноват лишь в том, что именно ее рука нажала на тот злополучный курок, а в остальном Эрнандо сам вырыл себе яму, решив обчистить тот сейф. Рики, из-за которого Эрнандо пошел на это, уже не смог бы понести наказание, а Нина исчезла, и Алексия, не зная, где ее искать, просто вычеркнула ее из памяти, ведь так было проще, чем мучаться из-за невозможности отомстить за друга. Но теперь Нину ждало правосудие, и пусть Алексия не приложила к этому руку, это все же принесло ей долгожданный покой. «Ты говорил, что веришь в бумеранги, — вспомнила она их с Эрнандо разговор. — И оказался прав: возмездие действительно настигло Нину. Жаль, ты этого не увидел… Но увидела я, и теперь мне легче». Вскоре объявили посадку, и они подошли к стойке, чтобы сесть в самолет и покинуть Чикаго, не зная, смогут ли когда-нибудь вернуться обратно. Полет прошел спокойно, и когда они приземлились, на улице все еще стояло утро. Самолет сел в аэропорту, который делили между собой Такома и Сиэтл. Кай арендовал машину, чтобы добраться до квартиры, снятой им еще полгода назад. Алексии не терпелось увидеть их новый дом. Квартира оказалась небольшой, но уютной, и располагалась недалеко от центра Такомы. Из просторной гостиной открывался вид на залив Комменсмент, а вокруг тянулись ряды одно- и двухэтажных домов — непривычное зрелище после плотной многоэтажной застройки Чикаго. Совсем рядом находился небольшой парк, невольно напомнивший Алексии о Гарфилд-Парке. Помимо гостиной в квартире имелась кухня, небольшая спальня и санузел. На полу лежал ламинат, стены были выкрашены в светлые тона, а мебель выглядела новой и современной. Пространства хватало, чтобы разместить все необходимое и обустроить рабочий уголок, но вот беговая дорожка, о которой Алексия иногда подумывала, здесь явно не поместилась бы. — Со временем можем снять дом, если станет тесно, — предложил Кай. — Я не стал рисковать и взял квартиру, потому что никогда не жил в собственном доме и понятия не имею, какие там подводные камни в его обслуживании. — Я тоже, — призналась она. — Давай начнем с квартиры, а там посмотрим. Кухня казалась раза в три больше той, что была в прежней квартире Кая, и, зайдя туда, Алексия первым же делом проверила посудомойку. К счастью, та была на месте. — Я бы не прокололся так дважды, — рассмеялся Кай. Они взяли с собой не так уж много вещей, поэтому с распаковкой багажа покончили быстро. В самолете кормили, но еда оказалась настолько невкусной, что они ограничились кофе и теперь решили отправиться на поиски нормального завтрака. Кай настоял на прогулке еще и потому, что им предстояло привыкнуть к смене часовых поясов, а лучше всего с этим помогало пребывание на солнце. Разница между Такомой и Чикаго составляла всего два часа, но им все равно нужно было дотянуть до вечера, чтобы лечь спать уже по местному времени, а с учетом того, что они всю ночь не сомкнули глаз, задача предстояла непростая. Позавтракав, они отправились изучать окрестности и вскоре наткнулись на тренажерный зал и пару продуктовых. После продовольственных пустынь Вест Сайда это казалось настоящим спасением, хотя с машиной это в любом случае не вызвало бы проблем. Алексия осматривала улицы, стараясь представить, как однажды они станут для нее привычными, но пока все казалось новым и вызывало интерес. Она сделала несколько фото, но тут же вспомнила, что выкладывать их в инстаграм теперь было небезопасно, и решила отправить их Рэйчел, как только вернется домой. Ее телефон все еще находился в авиарежиме, хотя новые сим-карты на поддельные документы они купили еще в аэропорту. Кай уже активировал свою, чтобы отписаться Рэю и Рэйчел о том, что они благополучно долетели, и сообщить новый номер, а Алексии было лень возиться со всем этим, так что она отложила это на потом. Вернувшись домой, они составили список покупок и сели в машину, чтобы доехать до торговых центров. День казался бесконечно долгим и изматывающим, но в том, чтобы бродить по магазинам вместе с Каем и выбирать вещи для их нового дома, было нечто на удивление умиротворяющее. С этой точки то, что происходило буквально несколько часов назад, казалось невероятно далеким, словно из другой жизни. И только в этот момент Алексия ощутила, что ее душа начала понемногу исцеляться. Покончив с покупками, они вновь вернулись домой, намереваясь больше никуда не выходить хотя бы до тех пор, пока не выспятся. Алексия все же подключилась к сети, чтобы написать Рэйчел. Та ждала известий и сразу же предложила созвониться по FaceTime. — Представляешь, мне написал Тайлер! — сообщила Рэйчел, когда они обменялись новостями. — Наверное, услышал про Билла, но не смог связаться ни с тобой, ни с Каем, поэтому стал докучать мне. — И что ты ему ответила? — Чтобы забыл о вашем существовании, — раздраженно заявила Рэйчел. — Мы оба знаем, какое он трепло. Спасибо ему, конечно, что предупредил о Джордане, но я не собираюсь быть его информатором. Это было лишь к лучшему. Алексия понимала, что их внезапное исчезновение породит уйму домыслов и вопросов, но иначе было нельзя. Единственное, чего она не могла не сделать — написать Вайолет, все-таки та была ее подругой, к тому же Алексия помогала ей с организацией прощальной вечеринки, на которую так в итоге и не попадет. Она сказала Вайолет то же, что и Аманде: что они с Каем неожиданно уехали на все лето в Лос-Анджелес к друзьям, а диплом ей перешлют по почте на домашний адрес. Оставалось лишь договориться об этом со школой, но особых проблем это вызвать было не должно, и тогда Рэйчел сможет привезти диплом с собой, когда они с Рэем навестят их в Такоме. И хотя Вайолет верила, что они с Алексией еще встретятся — она не планировала покидать Чикаго, так как поступила в местный университет, — Алексия знала, что, скорее всего, этого не случится. Прощаться с Вайолет было грустно, но иначе было нельзя. Алексия начинала новую жизнь в Такоме с чистого листа. Кай был прав, когда говорил, что для этого придется похоронить прошлое. Позже она зашла на IRC-сервер Мэтта. Тот словно ждал ее и сразу написал: [SilentEcho]: ну наконец-то! я уж начал размышлять, кого бы из ваших друзей взломать, чтобы узнать правду о произошедшем. Кай реально грохнул Билла? [Alex]: Нет, это сделала я. Но Кай помогал. [SilentEcho]: вот дерьмо! тут всех переполошили, Джастин потребовал удалить записи с камер из тира за вчера и сегодня, но я сохранил их у себя на всякий случай. зачем ты убила Билла? [Alex]: Оказалось, это он заказал моих родителей. Влезла к нему в комп и все выяснила. Мэтт не мог не догадываться о том, кого она ломала в тот день, когда попросила доступ к камерам в офисе Тернера, так что скрывать это больше не имело смысла. Это даже принесло облегчение — наконец можно было не врать тем, кому она доверяла. [SilentEcho]: охренеть! сочувствую, это просто жесть. [SilentEcho]: так вы теперь в бегах? вас вроде ищут, но ко мне за помощью пока, к счастью, не обращались, а то даже не знаю, как бы выкручивался. [SilentEcho]: думаю, раз Билл почил, может, и мне удариться в бега. что-то мне новый босс не особо нравится. Новость о том, что Мэтт подумывает бросить Джастина, отозвалась внутри Алексии холодным, мстительным удовлетворением. Хоть тот и оставил их в живых, теперь из-за него все считали Кая убийцей Тернера. Впрочем, Алексия надеялась, что Мэтт будет не единственным, кто усомнится в словах Джастина. «Наверное, поэтому Тайлер и связался с Рэйчел, — подумала она. — Может, рассчитывал, что та его успокоит и подтвердит, что Кая подставили. Но болтать об этом небезопасно прежде всего для самой Рэйчел. Жаль, нельзя раскрыть Тайлеру правду, но так будет лучше. Он планировал и дальше работать на Билла, даже хотел стать ментором. Уверена, он будет работать и на Джастина, а значит, доверять ему нельзя». [Alex]: А ты разве уже не в бегах? Мы с Каем хотя бы не в федеральном розыске. Вряд ли у Джастина найдутся там связи. [SilentEcho]: ха-ха! а я, к слову, тоже больше не в розыске. пять лет с того самого взлома уже истекли, и дело закрыли. [Alex]: Серьезно? Я думала, тебя будут искать до самой пенсии. Если не секрет, что такого ты им сделал? [SilentEcho]: да влез куда не следовало, украл данные. инфраструктуру не трогал, деньги не крал, от моих действий никто особо не пострадал, так что это не настолько серьезное преступление, чтобы гоняться за мной всю жизнь. [SilentEcho]: главное, помни: никогда не бухай перед взломом. а то обязательно забудешь что-нибудь за собой подтереть. [SilentEcho]: скорее всего, за мной гонялись потому, что я знаком с ребятами, замешанными в более серьезных киберпреступлениях. наверняка рассчитывали меня поймать и вынудить сотрудничать, а я не поймался! [Alex]: Это же круто! Теперь тебе не нужно ни от кого прятаться. Даже немного завидно. Не уверена, что мы сможем вернуться в Чикаго в ближайшее время. У меня телефон весь день стоял в авиарежиме, потому что боялась случайно спалить свое местоположение. А еще все никак не привыкну к новому имени. Алексия была искренне рада за Мэтта, хоть и подозревала, что в его жизни это мало что изменит: скорее всего, он продолжит жить так же скрытно, как и раньше, проводя большую часть времени в интернете. [SilentEcho]: а какое имя выбрала, если не секрет? [Alex]: А его можно было выбрать?! Кай об этом не упоминал. Я теперь Сэйди Маркс. [SilentEcho]: да, парень, которого я советовал Каю, за доп. плату может предложить несколько вариантов. [Alex]: Учитывая, что Кай оплачивал документы себе, мне и Рэйчел, думаю, расходов и так хватало, чтобы еще и на это тратиться. Меня вполне устраивает мое новое имя. Да и не думаю, что мы будем и дальше пользоваться поддельными документами — это было нужно на первое время, чтобы нас нельзя было отследить. Документы в колледж буду подавать от своего имени, так как диплома Сэйди у меня нет. [SilentEcho]: о, куда хочешь поступать? [Alex]: Пока не знаю, на что-нибудь связанное с компьютерной безопасностью. Вроде есть двухлетнее обучение по этой специальности, и я как раз успею подать документы до начала осенней четверти. [SilentEcho]: Алекс, я так тобой горжусь! *прослезился* Беседа плавно перешла на тему образования и будущего Алексии. В какой-то момент она вдруг ощутила, что ей впервые не страшно строить планы, ведь теперь она обрела почву под ногами и могла двигаться дальше. Как нормальный человек. Словно для нее еще не все было потеряно. [Alex]: Мэтт, ответишь на личный вопрос? [SilentEcho]: омг. спрашивай. [Alex]: Кто такой Джонатан Фолл? [SilentEcho]: моя поддельная личность. как твоя Сэйди. [Alex]: А как тебя зовут на самом деле? [SilentEcho]: ахахах, Алекс, ты чего! меня зовут Мэтт. Мэттью Палмер, если точнее. [SilentEcho]: можешь погуглить дело, из-за которого я был в розыске. не Митник, конечно, но тоже наделал шума в узких кругах. «То есть он с самого начала доверял нам, — осознала вдруг Алексия, проникшись к Мэтту теплотой. — Показал свой дом, сообщил свое настоящее имя. А ведь я когда-то сомневалась в нем, боялась, что он слишком предан Биллу. Но Кай умеет выбирать друзей». [Alex]: Ты платил за то, чтобы выбрать имя? [SilentEcho]: конечно! я ж планировал всю жизнь с ним жить, не знал тогда, насколько серьезно влип. [SilentEcho]: там было штук двадцать вариантов, но я сразу остановился на Джонатане Фолле. Фолл — девичья фамилия моей любимой бабули. к счастью, она умерла до того, как на меня подали в розыск. хорошо, что она не видела всего этого… [SilentEcho]: а Джонатан — в честь чайки. [Alex]: Погоди… Ты про чайку по имени Джонатан Ливингстон? [SilentEcho]: да-да, про нее. а чего ты так удивляешься? я тоже читаю книжки вообще-то. Казалось, Алексия не могла зауважать Мэтта сильнее, но он снова сумел ее удивить. Она всегда радовалась, когда встречала на своем жизненном пути людей, разделявших ее любовь к книгам, а теперь оказалось, что их с Мэттом объединял не только интерес к компьютерам. [Alex]: Я прочла ее, когда мне было десять, и у меня после нее однозначно психологическая травма. [SilentEcho]: ха-ха, я тоже взялся за нее слишком рано, но это одна из моих любимейших книг. [SilentEcho]: я как раз перечитывал ее, когда началась вся эта катавасия с федералами, и вдруг стал ассоциировать себя с Джонатаном. я ведь тоже по сути изгой, но из-за чего? потому что увлекался взломами? совершенствовался в том, что наше общество считает неправильным? я был разочарован в людях так же, как и Джонатан в стае чаек, и кайфовал от того, что перестал быть их частью. [SilentEcho]: сейчас я уже не столь категоричен и с изъянами нашего общества давно смирился. но многое из его слов отзывается во мне до сих пор. [Alex]: Я понимаю, о чем ты. Мы ведь теперь тоже в изгнании. Правда, не уверена, что мы радуемся этому так же, как он. [SilentEcho]: Джонатан научил меня одной важной вещи: нужно искать единомышленников. если вам двоим не дают летать в Чикаго, значит, пора искать более совершенный мир, где вас примут такими, какие вы есть. и там вы сможете летать так, как никогда бы не смогли в Чикаго. [SilentEcho]: я нашел свое место среди хакеров и впервые почувствовал себя на своем месте. однажды и вы найдете такое место. Эти слова отозвались в ней гораздо сильнее, чем она ожидала. Они с Мэттом поговорили о книге еще немного, а затем попрощались, но Алексия все никак не могла перестать думать о его совете окружить себя единомышленниками. Пока у нее был лишь один — Кай. Она не вынесла бы того, что выпало на ее долю за два последних года, если бы его не было рядом. Возможно, со временем они найдут друзей и в Такоме, но пока ей было достаточно лишь одного Кая — того, на кого можно было положиться без оглядки. Алексия нашла его в гостиной — он стоял напротив стены, задумчиво разглядывая пространство, словно видел там что-то, чего не замечала она. Подойдя ближе, она тоже уставилась на стену, пытаясь понять, что его так заинтересовало. — Хочу купить стеллаж, — наконец произнес Кай. — Для книг. Думаю, можно поставить его сюда. Алексия чуть наклонила голову, прикидывая, как это будет выглядеть, и ответила: — Как по мне, отличная идея. Хочешь перевезти свои книги? — Да. Честно говоря, больше мне ничего и не нужно. Одежду купим новую, памятных вещей у меня нет, а беговую дорожку в машину не засунешь. Разве что проектор… — А как же сейф? Кай рассмеялся. — Представляю, как Рэй тщетно пытается дотащить его до машины, а потом сдается и нанимает грузчиков, — произнес он, а затем обхватил Алексию за плечи и добавил уже серьезней: — Зачем он нам здесь? Оружие отдам Рэю. Он привезет только мой кольт и патроны к нему. Этого хватит. Все остальное было нужно для работы, а я не собираюсь возвращаться к старому. В нашей новой жизни оружие больше ни к чему. Она улыбнулась, чувствуя, как от его слов на душе стало чуть теплее, ведь он говорил не только о себе — он говорил об их общем будущем, и это было так непривычно, но так правильно. — Чем планируешь заняться дальше? — поинтересовалась Алексия, заглянув ему в глаза. — Пойдешь работать тренером? — Думаю, да, — ответил Кай. — На двери тренажерного зала, что мы видели сегодня, висело объявление о найме тренеров. Схожу к ним завтра. — А я, пожалуй, изучу местные колледжи. Кай одобрительно кивнул. Он знал, что она хотела продолжить учебу, и не стал задавать вопросов. Алексия вновь посмотрела на стену и задумалась о том, что попросить Рэйчел привезти из Чикаго. За последние месяцы она поняла, что на самом деле ей было нужно не так уж много вещей. Одежду и правда можно было купить новую, как и технику, но были вещи, заменить которые было нельзя: фотографии, книги и другие напоминания о жизни и людях, что остались позади. — Нужно купить стеллаж побольше, — произнесла Алексия после небольшой паузы. — Чтобы мои книги тоже влезли. — О, у нас будет общая библиотека, — усмехнулся Кай. — Звучит как начало серьезных отношений. — А до этого они были несерьезные? — спросила Алексия, прищурившись. — До этого все было сложно, — ответил он, прижимая ее к себе. — В первую очередь из-за Билла. Но теперь ты только моя. Он сказал это тихо, почти шепотом, и от его теплого дыхания по коже пробежала дрожь. Кай чуть наклонился и, заметив ее улыбку, улыбнулся в ответ, а затем приник к ее губам. На одну минуту они забыли обо всем и просто растворились в моменте, наслаждаясь друг другом. Алексия знала, что он слишком долго ждал, когда наконец перестанет делить ее с Тернером и сможет назвать только своей. И она ждала этого не меньше. «Ты тоже только мой», — подумала она, крепче обхватывая его за шею. Едва поцелуй прервался, Алексия вдруг спохватилась: — Черт! Забыла выпить таблетки. Обычно она принимала их по утрам, а сейчас был уже вечер, и такой перерыв не сулил ничего хорошего. Алексия бросилась к рюкзаку, который так и не успела разобрать после самолета. Он весь день таскался с ней, пока они бродили по округе и ездили за покупками, а она даже не вспомнила о своих таблетках. Во внутреннем кармане она нащупала заветную оранжевую баночку с антидепрессантами и прописанные когда-то контрацептивы и сходила на кухню, чтобы запить их водой. — Кстати об этом, — произнес Кай. — Получится переслать рецепт в местную аптеку? — Не знаю, — ответила Алексия, пожав плечами. — Если честно, я хочу слезть с антидепрессантов. Поищу врача, чтобы проконсультировал, как правильно это сделать. — Уверена? Она ненадолго задумалась, а затем кивнула, чувствуя, что уже давно была внутренне готова к этому. — Да. Теперь, когда Билл и все, что было с ним связано, осталось в прошлом, думаю, стресса станет меньше, и я смогу справляться с ним сама. — Я помогу, если что, — произнес Кай мягко. Она улыбнулась ему в ответ, и в тот момент сердце сжалось от странного, удивительно теплого чувства. Вероятно, именно так и выглядела настоящая жизнь. За эти два года Алексия почти забыла, как жила до убийства родителей, но знала, что Кай поможет ей вспомнить. Он тоже жил без семьи, и, глядя на него, она понимала, что все эти простые мелочи вроде обустройства их общей библиотеки значили для него не меньше, чем для нее. Ей хотелось сделать все, чтобы окутать их общий дом уютом, чтобы показать ему, какой способна быть жизнь, если наполнить ее любовью. Глядя на Кая, Алексия впервые за долгое время ощутила себя дома. Эпилог Baby, not a chance, not a chance, not a chance That I’ll ever let you go to waste You put me in a trance, in a trance, in a trance Now I can’t even see my face Got me like: ooh, damn I just wanna know someone like the back of my hand Yeah, ooh, man Honey, we should live this life, go slow as we can Red Light Green Light, OneRepublic Солнечные дни в Такоме случались нечасто, но Рэю с Рэйчел повезло — на те несколько дней, что они собирались провести в этом городе, прогноз обещал хорошую погоду. Кай и Алексия предложили устроить пикник в парке Пойнт Дефианс, куда часто наведывались по выходным, и четверка расположилась на одном из пляжей у воды. От залива веяло прохладой и солью, а легкий бриз развевал флаги у проплывавших мимо лодок. Все вокруг дышало по-летнему ленивым покоем — тем, что наступает после окончания учебы, когда уже предвкушаешь каникулы и строишь планы на отдых. У Алексии, к сожалению, оставались лишь две недели на передышку: весенняя четверть в колледже Пирс только закончилась и вскоре должна была начаться летняя. Она проходила двухлетнюю программу по кибербезопасности и через год рассчитывала получить диплом младшего специалиста. Мэтт советовал не останавливаться на этом и перевестись в университет Сентрал Вашингтон, чтобы через два года получить степень бакалавра. Эта идея ей понравилась. Алексия и Кай прожили в Такоме год, и не все шло гладко. Первое время было легко, но вскоре начался период притирания, временами доходивший до ссор. И все же им удавалось находить общий язык — возможно, потому что они уже научились работать вместе как напарники, и это помогало лучше понимать друг друга. Со временем Алексия осознала, что человек рядом — не просто партнер, с которым можно смотреть сериалы, ходить на спорт и заниматься любовью, а отдельная личность со своими желаниями, травмами и взглядом на мир. Но это открытие не стало для нее болезненным — напротив, со временем оно лишь укрепило их отношения. — Ну вот, Рэйчи, смотри — Тихий океан, — произнес Рэй, доставая сэндвичи, которые приготовил сам. — Все как ты и хотела: сидим на пляже вдали от Чикаго, все по парам и… как ты там говорила? Смотрим в будущее с надеждой! — Это не Тихий океан, — возразила она. — Это какой-то залив с непроизносимым названием. И я имела в виду пляжи Калифорнии. — Такое надо сразу уточнять, — усмехнулся Кай. — Мы бы тогда поселились не в Такоме, а где-нибудь в Сан-Франциско. Но переезжать уже не будем, уж извини — только-только отошли от прошлого переезда. Два месяца назад они наконец сняли дом и лишь недавно закончили там ремонт. Алексия мечтала об отдельной комнате, где можно было бы спокойно учиться, а Кай оборудовал нечто вроде небольшого спортзала и тира в подвале. Гостевые комнаты для Рэя и Рэйчел у них тоже нашлись, так что друзьям не пришлось ютиться в отеле. — Когда начнется твоя резидентура? — спросил Кай, забирая у Рэя один из сэндвичей. — В начале июля, через пару дней после того, как вернемся в Чикаго, — ответил Рэй. — Мы теперь будем учиться в одном университете! — воскликнула Рэйчел с воодушевлением. — Медицинский центр университета Чикаго и сам университет Чикаго — это разные вещи, Рэйчи, — возразил Рэй. — Я буду проходить практику в настоящей больнице. И очень надеюсь, что не встречу тебя там. — Получается, ты теперь настоящий врач? — спросила Алексия. — Ну, почти. Формально да, но пока длится резидентура, работать буду под присмотром старших врачей. По моей специальности это три года. — Рэй теперь такой важный, — восхитилась Рэйчел. — Не то что я. — Не прибедняйся, тебя взяли на стажировку в Chicago Ventures, — парировал Рэй. — Кстати, когда начинаешь? — Тоже в начале июля, — ответила она. — Но мне помогли связи мамы Джордана. Там такая конкуренция! К счастью, Кристин знакома кое с кем из совета директоров и переслала ему мое резюме. Она такая замечательная! Часто в разъездах, но когда возвращается в Чикаго, всегда зовет на бранч. — О-о-о, налаживаешь отношения с будущей свекровью? — хихикнула Алексия. Рэйчел рассмеялась и махнула рукой, будто отрицая все намеки. — Но знаете, смех смехом… — начала она вдруг заговорщицким тоном, — а Джордан на днях спросил, какой бы я хотела видеть нашу свадьбу. Это было так неожиданно! Я ужасно растерялась и быстро свернула тему, но на последней встрече с Кристин заметила, что на ее пальце больше нет помолвочного кольца, которое до нее носила бабушка Джордана! — Тебе не кажется, что вам пока рано думать о свадьбе? — осторожно поинтересовалась Алексия. Для нее брачные планы подруги стали неожиданностью, потому что у них с Джорданом тоже случались ссоры, причем гораздо чаще и с куда большим накалом, чем у нее с Каем, к тому же Рэйчел была старше нее всего на год, а сама Алексия пока не задумывалась о замужестве — ей хотелось сперва закончить учебу и найти работу. Не то чтобы она никогда не представляла себя женой Кая, но этот шаг казался слишком серьезным. Она обрела настоящую свободу всего год назад и теперь хотела насладиться ею. Поймав взгляд Кая, она поняла, что он подумал о том же, и они обменялись улыбками. — Может и рано, — произнесла Рэйчел задумчиво. — Но если он сделает предложение, это ведь не значит, что мы сразу должны пожениться? Можем отложить свадьбу, пока не окончу университет и не устроюсь на работу. Мы ведь только-только съехались. Как думаете, из Джордана выйдет хороший муж? Рэйчел привезла с собой ключи от квартиры Алексии, так как всего три недели назад съехала оттуда и переехала жить к Джордану. Алексия пока не знала, что делать с жильем. Мысли об аренде по-прежнему ей не нравились, но и оставлять квартиру простаивать тоже не хотелось. Возможно, она все же решится продать ее, как недавно поступила с домом Синтии, который совершенно точно не был ей нужен. — Не переживай, Рэйчи, — сказал Рэй. — Джордан весьма неплохой вариант для твоего первого мужа. Кай и Алексия рассмеялись, а Рэйчел шутливо толкнула Рэя в бок. В такие моменты Алексия все отчетливее осознавала, как же соскучилась по этим дружеским посиделкам и временам, когда можно было просто болтать обо всем подряд и подразнивать друг друга. То, что сейчас они наконец были вместе, наполняло ее тихим счастьем. — Кстати, Кай, а почему ты ничего не рассказываешь о своей работе? — спросила вдруг Рэйчел. — Я хочу знать все подробности! — Работа как работа, — ответил Кай, пожав плечами. — Наконец никто не пытается меня прикончить, больше никакого стресса, и по ночам я не шатаюсь по району в поисках приключений, а сижу дома. Вряд ли тебе будет интересно. Возможно, в его словах было мало энтузиазма, но Алексия знала, что на самом деле Кай был очень рад, что теперь работал тренером. Три дня в неделю он проводил тренировки в зале неподалеку, а в остальное время ездил к клиентам на дом. За годы работы ментором он успел набраться опыта, и на его услуги был стабильный спрос, так что расценки постепенно росли, и Кай все чаще задумывался о том, чтобы окончательно уйти из зала и работать только на себя. Конечно, теперь он получал меньше, чем когда работал на Тернера, но зато эти деньги не были вымазаны кровью. — Без стресса и ночных перестрелок реально лучше, — добавил Рэй. — Нисколько не скучаю по этой части своей жизни. Рэйчел согласно кивнула. Никто из них так и не вернулся работать к Джастину, хотя тот был не против и даже писал им, предлагая неплохие условия. Пусть Рэйчел и нуждалась в деньгах, ее возмутило, что из-за него Алексия и Кай были вынуждены покинуть Чикаго, поэтому ни за что не согласилась бы работать на него после этого. Рэй был того же мнения. — Как там Джастин поживает? — поинтересовалась Алексия. Она давно ничего не слышала о нем и его банде. — О, мы же совсем забыли вам рассказать! — воскликнула Рэйчел. — Сами буквально на днях узнали. Джастин свалил в Нью-Йорк, и банда Билла окончательно распалась. Кого-то забрали к себе другие группировки, а Хиро вроде пытается сколотить новую, но не знаю, получилось ли. Да и как-то пофиг, что у них там теперь — все равно те, с кем мы дружили, ушли еще год назад. Она имела в виду Майка и других парней, с которыми работали Рэй и Кай. Те не поверили в то, что именно Кай стоял за убийством Тернера, и, когда прошел слушок, что за этим мог стоять Джастин, к большому облегчению Алексии один за другим покинули банду. Джастин на тот момент был недостаточно силен, чтобы вернуть их угрозами или выгодными предложениями. Пусть он утверждал, что Тернер считал себя самым продуманным, на самом деле это была их семейная черта. Уверенный в том, что его план сработает безупречно, он не учел множество разных вещей: например то, что Кай проработал на Тернера слишком долго и успел обзавестись множеством дружеских связей внутри банды, а еще сам Джастин допустил слишком много промахов. Он и представить себе не мог, что у Кая окажется настолько хорошая репутация, чтобы вызвать у членов банды вопросы касательно смерти Тернера, что в итоге и спровоцирует массовый исход. — А из-за чего уехал Джастин? — спросил Кай. — Я слышал про покушение на убийство — вроде бы один из его телохранителей серьезно пострадал. Неужели он испугался и решил сбежать? После смерти Тернера Джастин оставил себе его телохранителей. Алексии стало любопытно, кем был тот несчастный, пострадавший во время покушения. Вдруг она его знала? — Думаю, это тоже сыграло роль, — ответил Рэй, — но финальным гвоздем в крышку гроба стала массовая облава на поставщиков Джастина. Думаю, он сбежал в Нью-Йорк не от тех, кто пытался его прикончить, а от федералов. Да и там ли он вообще? Может, уже в Европе прохлаждается, прячется где-нибудь на лазурном берегу Франции. Или удрал в Арабские Эмираты. — А так нахваливал себя, когда говорил, что наведет порядок и уж точно управится с бизнесом Билла в одиночку, — усмехнулась Алексия, ощутив мстительное удовлетворение. — Но жизнь все расставила по местам. — Лично мне все стало понятно после того, как он позволил нам уйти, — сказал Кай. — Билл никогда не стал бы так рисковать: пусть не сразу, но попытался бы найти нас и устранить. Могу только представить, сколько еще подобных ошибок успел допустить Джастин. Неудивительно, что бизнес в итоге пошел ко дну. — Все так, — подтвердил Рэй. — Причем с наркотиками еще куда ни шло, а в остальном парни еще в начале года жаловались, что работы почти нет. Репутация Билла говорила сама за себя, и многие обращались именно к нему, потому что знали, что его люди не подведут, особенно после того, как не стало его главного конкурента в лице Хайнеманна. У Джастина такого авторитета не было, и поток заказов со временем иссяк. Из-за этого случился второй массовый исход из банды, а уж когда и с наркотой стало плохо… Один Доминик процветает, правда, теперь его контора зовется не «Билл Тернер и партнеры», а «Адвокатское бюро Уолстенхолма». Но он всегда был достаточно умен, чтобы понимать, когда пора соскочить. — А Тайлер, кстати, ушел служить по контракту, — добавила Рэйчел. — Инста подкинула мне его прощальный пост. Сказал, едет учиться на какую-то военную базу в Техасе и будет без связи. Он вроде тоже ушел из банды в начале года. — Все-таки пробрался в ВВС США? — усмехнулась Алексия. — Ну, может, оно и к лучшему — все-таки это была его мечта, а в банде Билла он лишь тратил время. Прошел всего год, но все, что было связано с Чикаго, теперь казалось сном. Иногда Алексия сомневалась, происходило ли все это с ней и в самом деле. Разговор о знакомых из прошлого звучал так, словно речь шла о героях книги, которую они когда-то читали вместе. Было трудно поверить, что эти люди когда-то значили для нее так много. Что она действительно плакала из-за того, что Тайлер ее бросил. Но когда Рэйчел поделилась новостью о нем, внутри ничего не дрогнуло. Было разве что любопытно узнать, как сложилась его судьба, но Алексия позабыла о нем уже спустя минуту. Из всех, кто остался в Чикаго, она поддерживала связь лишь с Рэйчел и Мэттом. Хакер, вопреки своим обещаниям удариться в бега, все же никуда не уехал, но прекратил сотрудничать с Джастином и устроился на нормальную работу. Он все грозился навестить их в Такоме, но Алексия знала, что этого никогда не случится — скорее, они сами когда-нибудь приедут в Чикаго и нагрянут к нему в гости. Переписка с Вайолет постепенно сошла на нет, но Алексия не расстроилась — она знала, что рано или поздно жизнь разведет их по разные стороны. С остальными знакомыми она даже не попрощалась — просто исчезла из их жизни, сменив номер телефона и заведя новые, анонимные аккаунты в соцсетях, чтобы не привлекать внимание Джастина. В Такоме у них действительно появились новые друзья — пусть не такие близкие, каким был Рэй для Кая или Рэйчел для Алексии, но кто знает, вдруг со временем это изменится. Алексия в основном общалась с ребятами из колледжа, Кай — с клиентами и посетителями спортзала. Иногда они вместе выбирались на барбекю или хайкинг. Некоторые их знакомые даже покорили гору Рейнир — самую высокую точку штата Вашингтон, и тогда Алексия впервые задумалась, не попробовать ли заняться альпинизмом, ведь когда-то они с Каем ходили на скалолазание, и ей это нравилось. — Раз Джастин уехал, вы могли бы вернуться в Чикаго, — произнесла вдруг Рэйчел. — Вами и раньше никто особо не интересовался, а теперь всем и вовсе будет наплевать. — Не знаю, — пожала плечами Алексия. — После окончания колледжа я хотела перевестись в университет Сентрал Вашингтон, чтобы получить диплом бакалавра. Не думаю, что у колледжа Пирс есть договоренности с иллинойскими университетами. — Даже если прямой договоренности нет, можно попробовать зачесть часть дисциплин, а остальное досдать, — предложил Рэй. Удивительно, но слова Рэйчел будто оживили его, словно и он хотел, чтобы они вернулись в Чикаго. Алексия взглянула на Кая. Тот не выглядел воодушевленным этой идеей. — Каю придется искать новых клиентов, — сказала Алексия, чувствуя, что мысль о возвращении в Чикаго ему не по душе. «А мне самой хотелось бы этого? — подумала она, чувствуя, как сердце забилось сильнее от этих мыслей. — Как минимум я могла бы навестить могилы родителей и Эрнандо. К ним, наверное, никто не ходит». Однажды она случайно увидела Клаудию — недалеко от госпиталя MultiCare. Вероятно, именно там та и работала после того, как переехала в Такому. Клаудия ее не заметила — была увлечена разговором с мужчиной, шедшим рядом. Алексия не знала, кем он ей приходился — может, просто знакомым, но ей было приятно думать, что после всего пережитого Клаудия сумела наладить личную жизнь, по крайней мере она выглядела счастливой и много улыбалась. Алексия не решилась подойти к ней, опасаясь своим присутствием напомнить о смерти Эрнандо. Хоть Такома и была меньше Чикаго, ее население превышало миллион человек, и шанс встретить Клаудию вновь был ничтожным, так что Алексия предпочла остаться незамеченной и просто проводила ее взглядом. — Можно найти новых клиентов, — возразила Рэйчел. — Дело не в клиентах, — наконец заговорил Кай. — Я не хочу возвращаться к старому. — Насильно никто тебя не вернет, — сказал Рэй. — Но не советую селиться в Вест-Сайде — там точно кто-нибудь прицепится. Снимите квартиру в районе поприличней, и все будет ок. Похоже, слова Рэя заставили Кая задуматься. Заметив это, Алексия ощутила воодушевление. Она и не думала, что так сильно соскучилась по родному городу. Ей вдруг захотелось вновь пройтись по знакомым улицам, увидеть озеро Мичиган, посетить любимые места. Возможно, город был уже не таким, каким она его помнила. Впрочем, Чикаго бы ее теперь тоже не узнал. — Мне так или иначе нужно доучиться еще год, — напомнила Алексия, поймав взгляд Кая, которому явно было интересно ее мнение. — А там решим, что делать. — Как же я буду счастлива, если вы вернетесь! — воскликнула Рэйчел. — Я так скучаю по нашим воскресным посиделкам, Алекс! Было так скучно отмечать Рождество без вас! — Что, Джордан отказался смотреть Форреста Гампа? — рассмеялся Рэй. Рэйчел бросила на него возмущенный взгляд и фыркнула: — Если этот фильм вас так бесит, можем смотреть что-нибудь другое. — Ну что ты, Рейчи! — тут же запротестовал Рэй. — Я не посмею нарушить традицию. — Он сделал паузу, а затем добавил уже серьезнее: — Готов смотреть Форреста Гампа каждое Рождество до конца своей жизни, лишь бы вы трое тоже были рядом. Рэйчел улыбнулась и потянулась к нему, чтобы приобнять за плечи, а Алексия сказала: — Джордана и твою девушку мы ведь тоже позовем? — Конечно! — ответил Рэй, обнимая Рэйчел в ответ, а затем добавил, указывая пальцем на Кая и Алексию: — Главное, чтобы вы двое не расстались, а то будет неловко. — Этого не случится, — заявил Кай уверенно, обхватывая ладонь Алексии своей и встречаясь с ней взглядом. — Я ни за что тебя не отпущу. Алексия смущенно улыбнулась ему в ответ. Они встретились при мрачных обстоятельствах и пережили столько всего вместе, но это их не сломило. В те далекие моменты, наполненные страхом, болью и отчаянием, она и представить себе не могла, что жизненный путь приведет ее сюда — в этот летний день, наполненный смехом друзей и теплотой ладони Кая. Все, что когда-то казалось потерянным и разрушенным навсегда, теперь наконец обрело смысл, и из обломков прошлого выросло нечто новое. Алексия сжала руку Кая чуть крепче, пытаясь как можно сильнее проникнуться моментом. Пусть впереди их ждала неизвестность, это было приятное чувство, ведь она знала, что теперь благодаря поддержке друзей и любимого человека справится с чем угодно. Удивительно, но из всех дорог, по которым Алексия могла бы пройти, она выбрала именно ту, что привела ее в будущее, о котором она действительно мечтала. И она шла по этому пути не одна. Конец