Читаем «Время ли разбрасывать угли?» – История Центральной Азии в современных учебниках онлайн бесплатно
«Время ли разбрасывать угли?» – История Центральной Азии в современных учебниках
Документальная литература / Публицистика / История / Политика / Образование и наукаПредлагаемая публикация основана на анализе доклада российских экспертов «Освещение общей истории России и народов пост-советских стран в школьных учебниках истории новых независимых государств»[1] (далее «доклад»), который был подготовлен на основе двух российских исследовательских проектов:
«Формирование у молодежи неконфронтационных, интеграционных взглядов на историю в России и странах постсоветского пространства» (далее «Проект 1»);
Проект «Восприятие молодежью новых независимых государств истории советского и постсоветского периодов» некоммерческого партнерства «Евразийский монитор» (далее «Проект 2»);
Цель первая — восполнить отсутствие в СМИ откликов историков из ЦА на доклад о содержании учебников истории республик ЦА (далее учебники). Причины отсутствия откликов могут быть следующие: либо доклад проигнорирован в республиках; либо доклад был недоступен в республиках, либо доклад был обсужден и приняты молчаливые выводы. Какие? Будет известно из содержания последующих изданий учебников или возможных последующих откликов и конференций по поводу этого доклада, если таковые состоятся.
Цель вторая и основная — не критика доклада или учебников, а сугубое обоснование следующих выводов в анализе содержания доклада и учебников:
Учебники в определяющей степени спроецировали парадигмы советских историков первой и большей половины ХХ-го века с периода истории Российской империи на весь период истории СССР. Т. о. современные учебники истории Средней Азии — «плоть от плоти, кровь от крови, дух от духа» от советских учебников и монографий, на которых выросли историки Средней Азии.
Результаты опроса мнения об отношении народов ЦА к истории опровергают выводы доклада, которые явно и тенденциозно переоценивают влияние учебников истории на формирование исторической памяти народов, а так же влияние на негативное отношение народов ЦА к России.
Содержание доклада не вполне соответствует заявленной цели Проекта 1 «Формирование у молодежи неконфронтационных, интеграционных взглядов на историю в России и странах постсоветского пространства».
Содержание учебников и доклада выходит за границы истории как науки в пространство политизации доклада и учебников, так как содержание и доклада и учебников основано на политико-идеологических парадигмах, конструируемых политическими элитами стран СНГ. Авторы доклада и сами это невольно подтверждают, когда сообщают: «Независимость освободила историков новых национальных государств от всех ограничений», и тут же, противореча себе, утверждают — «Идеологические и политические задачи на страницах учебников стали решаться без всякого участия науки».
Авторы доклада и учебники избирательно обращаются к событиям и деятелям истории — выделяя тот или иной негатив или позитив в истории — для конструирования идентичности своих граждан в целях их консолидации/мобилизации вокруг элит государств и в их интересах или, проще говоря, для воспитания патриотизма.
Авторы доклада призывают авторов учебников к пересмотру содержания учебников, однако, принимая во внимание выводы авторов доклада, призывать к пересмотру следует «идеологические и политические задачи», т. е. позицию политико-идеологических элит государств, которые определяют как содержание доклада, учебников истории, а так же и современную и будущую историю.
Авторы доклада вывели из своего доклада анализ учебников истории РФ, что при таком названии доклада приводит к невольному выводу — авторы доклада не включают РФ как новое независимое государство в пост-советское пространство.
Цель третья. Предложить читателям по прочтению публикации поставить запятую в заголовке либо после слова «разбрасывать», либо после «нельзя»
Авторы доклада следуют в своих аргументам заключениям В.А. Шнирельмана[2] об особенностях изложения истории в новых государствах. Из содержания самого доклада следует, что для целей теоретического осмысления учебников истории, м. б., следовало бы рассмотреть парадигмы и роль политико-идеологических элит в конструировании учебников истории, тем более, что доклад и сам подводит к этому, обращаясь к терминам «элиты», «конструирование», «руководящие посты» и т. п.
«Империя», «склонение к подданству», «замирение/усмирение разбойников» на «окраинах», «освобождение рабов (подданных державы)», «генерал-губернаторства», «переселение на свободные земли Туркестана», «просвещение инородцев».
«Царская полицейская Россия», «Завоевание и эксплуатация колоний», «колонизация Туркестана переселенцами», «эксплуатация народов» в «тюрьме народов»;
«Царская Россия», «завоевание и эксплуатация колоний», «колонизация Туркестана переселенцами», а с 50-х годов частичная или полная трансформация «завоевания» в «присоединение» и «добровольное вхождение» народов в Российское государство;
«Под руководством ВКП(б)», «обострение классовой борьбы», «ликвидация классового врага», «коллективизация», «религия — опиум для народа»;
Размежевание по национальностям в республиках СССР, развитие в них экономик, образования, здравоохранения в целях строительства социализма;
«Под руководством КПСС», «Единый советский народ», «Победа в Великой Отечественной войне», «Развитие экономики, образования, науки, здравоохранения, национальной культуры», «Строительство коммунизма/социализма в СССР».
«Царская Россия», «завоевание», «колонизация Туркестана переселенцами», «эксплуатация» с частичным признанием в некоторых республиках «присоединения» и «добровольного вхождения»;
«Развитие экономики, науки, образования, здравоохранения в республиках СА», но «оплаченных репрессиями» и «эксплуатацией колоний»;
«В борьбе обрели независимость в национальном государстве», «стабильность», «экономические реформы и развитие», «защита независимости», «возрождение национальной культуры и духовности» без упоминаний классов и пр., что связано с классами.
«Самодержавие, православие, народность»
«Кто был ничем — тот станет всем» в «обостренной классовой борьбе» после «ликвидации классового врага»;
«Даешь индустриализацию, коллективизацию», «Пятилетку в четыре года», «К станку», «На трактор», в «социализм».
«Союз нерушимый народов свободных сплотила навеки Великая Русь»;
«Коммунизм через 20 лет»;
«В социализм, минуя капитализм» в Средней Азии;
«Все во имя человека, все во благо человека»;
«Социализм с человеческим лицом».
«Государство, нация, духовность» (ср. с «Самодержавие, православие, народность» выше).
Таким образом, политические и исторические парадигмы первой половины ХХ-века отразились в учебниках как последовательные трансформации от имперских парадигм — к парадигме классовой борьбы — к парадигме построения бесклассового общества — к парадигме становления и развития национальных и бесклассовых независимых государств.
В прилагаемых цитатах приведены термины парадигм, которые оказали определяющее воздействие на содержание учебников.
Оглавление «Истории народов Узбекистана»[4].
«Глава VIII. Завоевание узбекских ханств царизмом.
1. Начало военного наступления царизма на Среднюю Азию.
3. Падение независимости Бухарского, Хивинского и Кокандского ханств.
4. Установление границ Туркестанского края и англо-русское соперничество.
Глава IХ. Колониальная политика царизма.
Глава Х. Социально-экономические отношения в колониальном Узбекистане.
Глава ХII. Русская колонизация
Глава ХIII. Массовое национально-освободительное и революционное движение в Узбекистане
Глава ХIХ раздел 3. Свержение власти царизма в России и народное движение в Бухарском ханстве.
Один из редакторов монографии 1947 года выше, Непомнин В.Я. в 1954 году пишет уже не о завоевании, а о «Прогрессивном значении присоединения Средней Азии к России"[5].
М.П. Вяткин в том же 1947 году пишет о колонизации Казахстана, об убийствах, насилии и грабежах тысяч казахов казаками Уральского войска, о стравливании царскими чиновниками калмыков, башкир, казахов друг с другом и племен/родов внутри этих этнических групп, о разорении становящегося в ХVIII веке казахского государства, о стремлении казахов к протекторату России, как к военно-политическому союзу против Джунгарии, но «не в форме ограничения внутренней самостоятельности Казахского ханства»[6].
Авторы доклада подчеркивают, что в некоторых учебниках подчеркивается этничность — термин «русские» — «завоеватели, колонизаторы, эксплуататоры». Но этот термин в учебниках появился опять же из публикаций в советских источниках:
Российский и позже советский ученый Е.Д. Поливанов утверждает: «Термины, диктуемые духом колонизации живут в некультурной части русского населения — по адресу узбеков «сарт», «сартишка», «зверь» — сохранившим доныне животную психику полицейского колониального режима»[7].
В Газете «Правда» и «Известия» сообщается:
«"Неравенство в правах европейцев и мусульман в Туркестане проявляется на каждом шагу. Даже сегодня здесь полагают, что только русские могут проводить диктатуру пролетариата в Туркестане… Русская коммунистическая партия и советская власть выгоняют казахов с насиженных мест, применяя не только силу, но и убивая их днем и ночью.»[8]
«Менталитет, сформированный царским режимом у руководящего и привилегированного класса Туркестана, то есть русских, все еще сохраняется. Даже сегодня вызывает удивление пренебрежение, с которым те, кто называют себя коммунистами, относятся к коренному населению, обращаясь с людьми как с рабами. В Ферганской области советская власть не только ничего не предпринимает против разбоя и грабежей, а скорее потворствует им. Более того, там занимаются преследованием мусульманского населения и даже мусульманских коммунистов"[9].
Ниже приводятся аргументы для обоснования содержания раздела «Цели и выводы».
В учебнике Узбекистана сказано: «Истоки российского завоевания Туркестана уходят во времена Петра I, когда в 1717 г. двухтысячный отряд русских солдат во главе Бекович-Черкасским вторгся на территорию Хивинского княжества …».
Авторы доклада недоумевают: «Неужели российский император, создавший к этому времени одну из сильнейших армий Европы и Азии, рискнул двинуть на войну столь малые силы? Отряд Бековича-Черкасского — одна из многочисленных военно-топографических экспедиций. Будь-то действительно военная интервенция, то после разгрома Бековича к границе Хивы двинулись бы более мощные силы».
Вот что сообщает историкам российский источник[10] о целях экспедиции в указе Петра I:
a) «склонить Хиву к подданству» (
b) «обратить Амударью в старое русло» (
c) «устроить военные крепости» и
d) «направить офицеров на поиски золота» (
Следует отметить, что «военно-топографическая» экспедиция состояла всего лишь из 2 купцов и 2 инженеров, но 4000 пеших солдат и 2100 всадников с огнестрельным оружием и 19 пушками. Им противостояло, по разным данным, от 15 000 до 24 000 хивинцев (вооруженных преимущественно холодным оружием). При таком техническом превосходстве в вооружении для победы нужна была лишь трезвая голова. О Бековиче тогда говорили, что он тронулся умом, потеряв жену и детей, которые, к нашему искреннему прискорбию, утонули перед его «топографическими изысканиями», а последние начались с военных действий — трехдневного боя. После чего Ширгази-хан предложил Бековичу разделить войска на постой в разных селениях, где они и были порознь уничтожены.
«Показания снятые с лиц допрошенных в Сенате не говорят в пользу Бековича, и открывают его корыстолюбие в утайке подарков на 70000 рублей…» от хана и Петра I. Не важно — то ли он украл, то ли у него украли, но неудача этой экспедиции для Средней Азии лет на 50 успокоила «завоевательный зуд» царей.
Российский источник отвечает «Несчастие не отвратило бы Петра от предпринятого им намерения; между тем как возраставшие беспокойства в Персии внушили ему другие планы». Кстати, Петр I тогда был намного более озабочен европейской политикой и ему было не до Хивы, так как и перед Хивой экспедиции Петра I потерпели неуспехи на Юге и Востоке почти на всех фронтах военных действий — от Персии до Джунгарии.
Почти через 100 лет «в 1873 г. в г. Мангите русские солдаты ворвались в дома и умертвили до 400 чел. хивинцев, жители ханства смотрели на погром Мангита, как на возмездие за истребление отряда Бековича-Черкасского в 1717 году».
