Читаем Город на краю света онлайн бесплатно
Город на краю света
Вы когда-нибудь бывали в городе, что находится буквально на краю света? Куда доходят лишь жалкие крупицы плотных солнечных лучей, и где царствует серость вместе с беспросветным сумраком, гарантирующим неизвестность завтрашнего дня. Главный герой романа – Клайд Штейн – живёт в нём с самого рождения. Нелёгкая история длиною в восемнадцать лет научила его наблюдать и замечать даже мельчайшие детали человеческой жизни, которую нередко сравнивает с бурной рекой. Когда все спешат, плывут по течению или пытаются ему сопротивляться, Клайд сидит на берегу и наблюдает за всем действием, рассуждая на довольно глубокие и, зачастую, философские темы. И каждая его тяжкая дума является очередной попыткой отыскать выход из сумрака, что постепенно окутывает серую реальность."Город на краю света" – это вовсе не про город, не про конкретное место. Это про сложный выбор, жизненный путь и сложнейшие испытания Судьбы. Это про сумрак, который иногда преследует человека.
РоманыКак же хочется мне оказаться сейчас в каком-нибудь приятном и красивом месте, где можно позволить себе чуть-чуть свободы. И речь идёт далеко не о школе и учёбе. Я имею в виду… сам город – ненавистный мною дом.
В таких разговорах принято говорить “родина” вместо “определённое место жительства”, но, как по мне, это лишняя формальность, которая только лишь сбивает с толку. Разве назовёт адекватный человек родиной клетку, из которой невозможно выбраться в силу чётких обстоятельств? Чётких, но постоянно сменяющих друг друга, причин и условий! Хотя тот самый индивид, использующий это громкое слово, вряд ли станет принимать реальность в расчёт. Он скажет что угодно, только не упомянет самого важного – источник ненависти и печали живущих здесь людей – утопию. Неизменную действительность, навивающую ничего, кроме унылой грусти.
К сожалению, в моём случае эти пессимистичные слова до мельчайших деталей определяют окружающий мир и… чего мне больше всего не хотелось, людей, их характеры и податливые души. Но я вовсе не пессимист, как может показаться на первый взгляд, во мне просто живёт слишком благоразумный реалист с нотками оптимизма. Если, конечно, оптимистичность можно представлять в виде стремления к чему-то большему и амбициозному, в виде непреодолимого желания идти вперёд, не обращая внимания на препятствия и испытания.
Хорошо быть оптимистом – постоянно улыбаться, видеть в проблемах плюсы, а в неудачах важный жизненный опыт. Но вопрос стоит в совершенно другом – сможет ли это светлое качество дать настоящее счастье? Именно счастье, которое нужно поймать и затем ещё постараться удержать в своих исхудавших от голода руках. Именно душевное тепло, сопоставимое с солнечным…
И на этом моменте рассуждений я окончательно проснулся. Пробудился. Снял с переносицы розовые очки. В который раз… в который, мать его, раз… и до сих пор ничего не изменилось: дом, школа, работа, дом, сон и так по кругу, до бесконечности, пока на пороге вместо привычного коридора к лифту встретит тот, кто переправляет души на
До моря не доехать, горы не покорить, не узнать и не попробовать вкус столичной жизни, не достичь какой-либо карьерной вершины, разве что отрицательной – на дне карьера, и, самое главное, не стать тем, кем хочется. Да, люди здесь ограничены в своём выборе. Если поискать, то можно найти врачей, продавцов и водителей в пятом или более поколении – бредово, но такая уж печальная действительность. Утопия. Неизменная картинка в немом кино. Только слова показывают постоянно разные, именуемые обещаниями.
– Мистер Штейн, что вы такого интересного нашли за окном? Почему вы не работаете вместе с нами? – вдруг обратила на меня внимание наша учительница математики, тщательно вырисовывавшая на старой доске никому ненужные и неинтересные формулы.
– Жизнь я там нашёл, мисс Скайль, жизнь. – вежливо, но почти без интонации ответил я, посмотрев на неё. – То, чего не вижу здесь. И вряд ли когда-нибудь увижу.
Ребята, посмотревшие в тот момент на меня, в один голос посмеялись надо мной. “Вы посмотрите какой чудак! Придумывает тут какой-то бред! Да зачем ты вообще в школу ходишь! Как тебя только родители терпят!” – вполне возможно говорили они мысленно в мой адрес. Да и плевать на них, пускай думают всё, что хотят. Я в любом случае останусь при своём мировоззрении.
Мой взгляд случайно скользнул по лицам одноклассников и остановился на Кейт, сидевшей на первой парте и не разделявшей всеобщий ажиотаж, окруживший меня. Она тихонько рисовала на полях в тетрадке причудливые картинки. Маленькие, но безумно интересные и ёмкие по смыслу. Если бы выпал замечательный шанс, я бы пригласил её на свидание, отвёл бы в ресторан или какое-нибудь красивое местечко, где можно очень хорошо провести время вдвоём… эх, мечты!
Правда, у неё, скорее всего, уже кто-то есть, если не в отношениях, то на примете – точно. Такие красивые и милые девушки, ещё к тому же и успешные, как правило, предпочитают выбирать из самых лучших. Но разве должен я из-за какого-то футболиста откидывать прочь мечты однажды взять её за руку, прижать к себе её стройную талию и уверенно поцеловать в милые и нежные губки? Желание посмотреть в её небесного цвета глаза на расстоянии жалких пары сантиметров и полной грудью вдохнуть аромат её белоснежных, пепельных волос, сделанных под каре, пройтись дрожащей ладонью по её щеке, очертаниям её немного детского личика, а затем спуститься чуть ниже, скользнув по шее, к ложбинке…
И прямо во время того, как я увлечённо наблюдал за этими пошлыми представлениями, происходивших в голове, она повернулась и украдкой кинула лёгкий взгляд в мою сторону, будто пыталась не проявлять интереса. Если мне встретилось изумительной красоты личико, то ей – похотливая гримаса, не скрывавшая своей испорченности. Да я просто жалок и глуп, если таким образом веду себя перед девушкой, которая мне очень сильно нравится. Стоп, а нормально вообще иметь такое отношение к своей близкой подруге?
Прозвенел звонок, и большинство ребят, небрежно бросив тетради, письменные принадлежности и учебники в рюкзаки, побежали прочь из класса. Всего лишь за несколько секунд класс опустел на целых двадцать человек, и в нём остался я, мой друг, учительница и Кейт, решившая первым делом надеть наушники, а не пойти домой. Может, мы даже вместе прогуляемся с ней до остановки.
– Клайд Штейн, я вынуждена написать твоим родителям по поводу твоего поведения на занятиях, а также пригласить их на беседу с директором. – вдруг твёрдо сказала учительница.
– Какая же честь! К вашему несчастью, мне совершенно всё равно. Но к вашему счастью, вы увидите моих родителей! Правда, мне до конца не понятно зачем вам лишняя морока. – язвительно ответил я, закинув рюкзак на плечо и направившись к выходу из класса.
– Очень надеюсь, что они научат тебя уму-разуму! – выкрикнула она мне вслед.
Хуже самой школы могут быть только учителя, которые не учат, а ретранслируют материал, данный им “по методическим рекомендациям”. Они даже не плохие, ведь выполняют свою задачу и работу, но ужасно бесят, потому что не проявляют самого главного – человечность и адекватность. Их банально никто не научил быть учителем, учить детей учиться, а не бездумно тратить своё и их время!
И после такой школы министерство и правительство удивляется резким падениям культуры и образованности людей. Хотя здесь изначально нужно уточнять, что они подразумевают под “культурой”. Можно привести в пример патриота, называющим всю страну своей родиной и безумно гордящегося этим словом, и человека, который ненавидит эту самую “родину” из-за её противоречивости в плане гуманности и прочих показателей, не охотно появляющихся в новостях. Как по мне, второй будет намного адекватнее и благоразумнее первого.
– Конечно, ты классные спектакли выдаёшь! – с ухмылкой произнёс Пирс, догнав меня. – У тебя сегодня настроения что ли нет? Обычно ты жалуешься на учителей, но с ними не вступаешь в перепалку.
– Не знаю. Может, действительно настроения нет. – протянул я и, резко схватив его за предплечье, скользнул в сторону, позволив пройти вперёд Кейт, увлечённо смотревшей в свой телефон. – Или, возможно, резко изменился в преддверии чего-то грандиозного.
– Блин, неужели ты решился подойти к ней сегодня? – последовало сильное удивление с его стороны.
Хоть я и дружил с этим человеком, но, порой, мне не особо нравилась его глупость и наивность вперемешку со смышлёностью. Нет, безусловно, такая словесная характеристика описывает его в хорошем, добром плане, ибо далеко не каждый, на самом деле, с юных лет разбирается в науке и прочей заумной сфере, но именно из-за этой характеристики он со своими мыслями летит впереди планеты всей, не обращая внимания даже на свои слова! Чтобы была понятна комичность ситуации, нужно упомянуть сказанное этим высоким и очень добрым юношей, в лице которого прослеживались чёткие еврейские корни: “Да у неё точно парень есть! Тебе лучше даже не пытаться!”.
– Про “сегодня” – вероятно, что правда, а про “неужели ты решился подойти к ней” – нет! Но если вдруг на меня снизойдёт Божья благодать и поможет начать какие-то отношения с ней, то почему бы и не подойти сегодня? – развёл я руками в стороны, после чего продолжил путь до шкафчиков.
Именно, что благодать! Потому что сейчас абсолютно всем девушкам хочется отыскать высокого и “супер-классного”, просто замечательного парня, подходящего под абсолютно любую их хотелку. А я… я просто относительный гном. Или же гном Шрёдингера – пока сверху не посмотришь выгляжу нормальным и вполне симпатичным.
В этом плане очень сильно повезло Пирсу, обладающему изящной смазливой еврейской мордашкой, милыми, по словам его поклонниц, кудрявыми волосами и ростом под метр восемьдесят пять, который помогает ему очень хорошо играть в баскетбол. Каждый грёбанный день, когда мы с ним спускаемся к шкафчикам, мне приходится наблюдать, как на него неоднозначно посматривают девчонки, не замечая другого красавчика – меня! Разве я чем-то хуже?
Подумаешь, вместо футбола, волейбола или баскетбола я занимаюсь спортом в зале, вместо крутых танцев предпочитаю более культурное хобби, а вместо смазливого личика у меня серьёзный и целеустремлённый лик с обворожительной улыбкой (P.S. комментарий моей старшей сестры, которая нередко прикалывается надо мной). Да, у меня длинная чёлка и причёска, в основном, формата undercut, но мне что-то не сильно хочется идти за модой, согласно которой я должен быть лысым и носить шапку. В конце концов, мы живём только для себя, а не для ведущих “модного приговора”.
– Клайд, слушай, а ты же идёшь на сегодняшнюю вечеринку в загородном доме у Майкла? – вспомнил вдруг Пирс.
– Да, это мероприятие и было скрыто за моим “сегодня”! А что? Ты тоже надумал прийти и напиться до бессознательного состояния? – ответил я, надев свои любимые красные кроссовки.
– Знаешь, у меня стоит выбор: сходить к одной девчонке и посмотреть вместе с ней фильм, или всё-таки прийти на вечеринку к Майклу, где, как мне кажется, будет просто супер весело!
Если учесть тот факт, что многие девушки сходят по нему с ума, то, думаю, в первом варианте дело не закончится на одном лишь фильме, а продолжится, скорее всего, более пикантными подробностями. Хотя здесь и думать не надо, чтобы собрать в голове такую картину – и дураку понятно, что его хотят затащить к себе и прибрать к рукам! Конечно, мне очень хочется ратовать за счастье лучшего друга, но… он слишком наивный, чтобы осознавать масштаб и типаж игры, что уже давным-давно развернулся вокруг него! У него банально не получится справиться со всем этим ужасом…
– Будь я на твоём месте, то… – вполголоса протянул я, тяжело и вдумчиво вздохнув, и посмотрел на него. – пошёл бы к девушке. Если, конечно, она симпатичная и тебе нравится. И если буду уверен, что это не какой-то развод для дальнейшего шантажа. Таких происшествий нынче много, всех и не вспомнишь сразу.
– Блин, вот зачем ты заговорил про шантаж? Этот выбор стал теперь ещё сложнее! – цокнул Пирс, накинув на плечи ветровку.
То есть его до моих слов абсолютно всё устраивало, и он был готов пойти домой к девушке и посмотреть с ней фильм? Прошу прощения, но в настоящие няньки я не записывался, когда начинал с ним дружить!
– Лично я пойду на вечеринку к Майклу, потому что мне банально не с кем провести сегодняшний вечер, а играть в компьютер и есть чипсы уже порядком надоело.
– Так ты всё равно там будешь есть одни лишь чипсы, только вместо компьютера будет телефон. – протянул Пирс, серьёзно нахмурившись от непонимания.
– Не суть! Мне просто хочется разбавить обыденность… добавить в неё… немного красок и контраста! – воодушевлённо произнёс я, закрыв свой шкафчик на ключ, и направился к выходу. – Возможно, у меня даже получится подцепить какую-нибудь хорошенькую леди!
