Читаем Тайные общества онлайн бесплатно

В большинстве существующих исследований тайных обществ делались попытки дать определение этому уникальному явлению, и все же до сих пор более или менее удовлетворительной ормулировки так и не найдено. Это связано с великим разнообразием признаков, присущих различным секретным организациям; то, что является сутью одной, абсолютно не подходит к другим.

Не все тайные общества можно назвать абсолютно тайными: могут быть известны многие их члены (как в случае с франкмасонами[1]), их цели (например, у розенкрейцеров[2]), их учение (скажем, учение ассасинов[3]). Тайна общества не всегда доступна лишь небольшому числу его членов: например, в примитивных племенах (которые бывают весьма похожи на цивилизованные тайные общества) к магическим ритуалам допускаются обычно все взрослые члены племени, прошедшие обряд посвящения. В таких случаях общество действует не против власти, а в согласии с ней, что опровергает тезис о том, что все тайные ассоциации имеют целью ‹свержение законной власти›.

Интересно отметить, что исследователи этойстранной области человеческой деятельности, кажется, не замечают, что тайное общество вбирает в себя многие элементы, присущие повседневной жизни. Ограниченное членство и соответственно особое значение принадлежности к ‹избранным› наблюдаются в большинстве клубов и ассоциаций, где нет ничего тайного. Во многих организациях люди пользуются условными знаками, паролями и прочими кодами и каждая группа стремится к достижению той или иной цели.

Существует также общая практика ритуалов и верований (‹мифов›). Каждый клан, каждая нация, даже каждая семья обладает целым комплексом таких мифов, которые приобретают особое значение в глазах членов клана.

Это лишь некоторые характеристики тайных обществ. Оригинальность настоящего тайного общества происходит оттого, что оно объединяет и координирует некоторые особо действенные аспекты человеческой мысли, с тем чтобы увлечь и сохранить усилия группы людей, действуя в определенном направлении.

Поскольку многие из них вели противозаконную деятельность, окруженную к тому же глубокой тайной, они заслужили репутацию странных, ненормальных организаций. Но стоит их верованиям завладеть массовым сознанием, как эти идеи моментально перестают считаться ‹антисоциальными›.

Тайные общества, описанные в этой книге, были выбраны таким образом, чтобы представить все разнообразие их форм, ритуалов и верований. Большая часть документального материала была получена из первых рук и публикуется впервые.

Принято считать, что тайные общества антисоциальны по своей сути, что они нарушают установившийся порядок и представляют опасность для большинства людей. Конечно, бывает и так. Коммунистические и фашистские организации в тех странах, где они запрещены законом, действуют как настоящие тайные общества. В Древнем Риме в роли тайного общества выступали первые христиане, и с самого момента возникновения этого учения власти считали его крайне опасным. То же самое происходило и с исламом. Однако можно сказать, что по крайней мере некоторые приверженцы этих, тогда еще тайных, культов были искренне убеждены, что действуют ради будущего блага общества. В наши дни арабы считают евреев самым настоящим тайным обществом, которое имеет целью завоевание мира; впрочем, те же цели друзы[4] и йезиды приписывают самим арабам. Приблизительно так же относятся друг к другу франкмасоны и католики.

Кстати, невозможно заниматься изучением тайных обществ, исключив религиозный аспект, так как в своем большинстве даже явно криминальные организации имеют религиозные корни или по крайней мере претендуют на это. Если взять за критерии ценности тайного общества добро или зло, творимое его членами, то на этом пути нам встретится внушительный камень преткновения. На Борнео самым достойным занятием для членов охотничьих обществ считалась охота за головами. В Полинезии непременными условиями для посвящения в местные тайные общества были детоубийство и разврат и люди, наиболее преуспевшие в этих занятиях, становились столпами племени. В Африке, Северной Америке, Меланезии и других регионах обретение более высокого социального статуса (посвящение в воины и т.п.) было связано с испытаниями, которые зачастую влекли за собой безумие или даже смерть кандидата.

С самых давних времен правители каждой страны пытались сохранить статус-кво, защитить установившийся социальный порядок от немногочисленных групп, претендующих на звание государства в государстве или стремящихся свергнуть существующую власть. Эти усилия редко увенчивались полным успехом, да и вряд ли это вообще возможно. Ни одна власть не способна уничтожить или даже притушить стремление человека войти в круг избранных. Хорошо это или плохо - зависит от точки зрения и от конкретных обстоятельств.

Эта книга не претендует на то, чтобы называться исчерпывающим исследованием теории и истории тайных обществ: подобный труд вряд ли будет написан. Однако здесь описаны характерные формы, 'которые с большим или меньшим успехом принимают эти организации. Ни одну из таких форм нельзя назвать абсолютно позитивной, но практически в каждой можно найти что-то плохое: демократия, установленная автократами; бандитизм ‹друзей порядка›; мистицизм материалистов…

В 1092 году на крепостной стене ‹Орлиного Гнезда› - средневекового замка, расположенного на вершине Персидских гор, - стояли два человека: личный представитель персидского султана Мелик-шаха и мужчина с закрытым лицом, именовавший себя воплощением Бога на земле.

- Видите вон того правоверного, несущего стражу на вершине башни? - спросил Хасан, сын Саббаха, Старец Горы и предводитель ассасинов. - Посмотрите, что сейчас будет…

Он подал знак, и в ту же минуту белый силуэт, подняв руки в прощальном приветствии, бросился в пенистый поток, окружавший крепость двумя тысячами футов ниже.

- В моем распоряжении семьдесят тысяч мужчин и женщин по всей Азии, и каждый из них готов столь же слепо мне повиноваться. Может ли этим похвастаться Мелик-шах, ваш хозяин? И он еще хочет, чтобы я подчинился ему! Вы получили ответ. Уходите!

Эту сцену можно было бы принять за эпизод из фильма ужасов, и тем не менее она имела место в действительности. Хроникер того времени делает единственную оговорку: последователей Хасана насчитывалось ‹всего около сорока тысяч›. Как же удалось этому человеку приобрести столь безграничную власть? Как могли его слуги держать в страхе население многих стран - от Египта до Каспийского моря? Поистине это одна из самых зaгaдочныx страниц в истории тайных обществ… Секта хашшишинов существует и в наши дни; ее непререкаемым вождем является Ага-хан, которому его последователи приписывают божественные черты.

Как и многие тайные общества, секта ассасинов была создана не на пустом месте. Чтобы правильно понять суть этой организации, следует обратиться к ее истокам.

Вспомним, что в VII веке н. э. последователи ислама разделились на две группы: ортодоксов, считающих Магомета посланником Бога, и шиитов, почитающих.Али, последователя Магомета и четвертого имама[5]. Нас интересуют именно шииты.

После раскола шиитам, для того чтобы выжить, волей-неволей пришлось создать мощную организацию, окруженную глубокой тайной. Хотя численность их была не так уж велика, шииты верили, что смогут когда-нибудь подчинить себе весь мусульманский - а может, и не только мусульманский - мир. Они создали целый ряд обществ, члены которых совершали тайные ритуалы, поклоняясь имаму Али. Шиитские войска были обучены для сражений и готовы к завоеванию мира.

Одно из самых процветающих тайных обществ, основанных шиитами, подчинялось ‹Дому Мудрости› в Каире - центру обучения фанатиков, которых самыми хитроумными способами убеждали в том, что они избраны для выполнения особой божественной миссии. Присущие исламу демократические идеи извращались ловкими учителями по приказу правившего в ту пору в Египте халифа из династии Фатимидов[6].

Учеников заманивали обещаниями тайной власти и безграничной мудрости, которые позволят им достичь такого же положения в обществе, как и некоторые их учителя. А халиф следил за тем, чтобы наставники в ‹Доме Мудрости› были людьми непростыми. Среди учителей были верховный судья, главнокомандующий армией и министр Совета. От желающих обучаться отбою не было - и немудрено, раз членами преподавательского корпуса этого университета были высшие должностные лица государства!

Классы - ‹Собрания мудрости› - делились на учебные группы, в которые входили как мужчины, так и женщины. Все учителя тщательно готовились к своим урокам и представляли их планы в письменном виде на рассмотрение халифа, который в случае одобрения ставил на них свою печать. В конце курса все выпускники целовали печать: ведь халиф утверждал, что он прямой потомок Магомета через его зятя Али и Исмаила, седьмого имама. В глазах правоверных он был большим воплощением божества, чем любой тибетский лама.

В ‹Доме Мудрости›, прекрасно оборудованном для того времени, хранились ценные рукописи; ежегодно университет получал от халифа четверть миллиона золотых монет. Его структура была типична для древних арабских университетов (и вполне сравнима с Оксфордом), но истинная цель обучения заключалась в полном изменении сознания ученика.

Студенты проходили девять ступеней посвящения. На первой учителя заставляли учеников усомниться во всех общепризнанных идеях в области религии и политики. Ловко используя приемы диалектики и схоластики, они внушали кандидату, что все прежде полученные им знания являются неполными и неверными. Таким образом, объясняет арабский историк Макризи[7], ученик начинал полностью доверять учителям, уверовав, что лишь их изложение фактов правильно. Преподаватели не уставали повторять, что официальные знания - всего лишь завеса, скрывающая великую тайную истину, секрет которой будет открыт неофиту, когда он будет готов воспринять ее. Эта техника применялась до тех пор, пока ученик не переходил к следующей стадии, для чего надо было добровольно дать клятву слепого послушания одному из своих наставников. Когда студенту открывали текст этой клятвы, а также некоторые тайные знаки, он и получал первую степень посвящения.

Во время обучения на второй ступени ученики узнавали, что имамы (преемники Магомета) являются единственными истинными источниками тайного и могущественного знания. А поскольку учителя несли в себе мудрость имамов, неофит должен был рассматривать мельчайший из их поступков как благословенный божественным промыслом.

На третьей стадии студентам открывались эзотерические имена семи имамов, а также тайные слова, позволяющие их произносить; даже при простом повторении этих имен ученик якобы обретал могущество, которое должен был использовать прежде всего на благо секты.

На следующем этапе кандидат постепенно узнавал имена семи мистических законодателей: Адама, Ноя, Абрахама, Моисея, Иисуса, Магомета и Исмаила - и семи их помощников: Сета, Сима, Исмаила, Аарона, Симона, Али и Мохаммеда, сына Исмаила. Этот последний даже после смерти имел на земле своего таинственного представителя, ‹Повелителя Времени›, который передавал его указания ‹народу Истины›, как называли себя исмаилиты. Этот тайный персонаж позволял халифу укрываться за ‹высшей силой›.

На пятой стадии ученики постигали имена, функции и магическую власть двенадцати апостолов при семи пророках. Считалось, что достигший этой ступени способен воздействовать на других людей силой своего сознания. Один из хроникеров утверждает, что к этому умению можно было прийти, если в течение трех лет тренировать свой разум, произнося магическое слово ‹АКЗАБТ-И›.

На шестую ступень ученик переходил после изучения методов аналитического и критического рассуждения, которое завершалось строгим экзаменом. На седьмой ступени ему открывалась ‹Великая Тайна›: человечество и мироздание составляют единое целое, и каждая вещь является частью Всеобщего, которое включает в себя и созидательную, и разрушительную силы. И только исмаилиты обладают могуществом, способным помочь им победить тех, кто незнаком с громадным потенциалом, заключенным в остальном человечестве. Эту возможность они приобретали благодаря таинственной силе, называемой ‹Повелителем Времени›.

Для достижения восьмого уровня кандидат должен был признать, что все иные религии и философские учения суть обман и единственное истинное предназначение человека в подчинении высшей светской власти - имаму. На девятой - и последней - стадии ученикам открывался секрет бессодержательности любого верования: только действие имеет значение. Мотивы действия определяются лишь руководителем секты.

Итак, организация исмаилитов, описанная нами, была одним из наиболее мощных тайных обществ и привлекала огромное количество последователей, слепо подчиняющихся своему руководителю. Но, как и во многих других подобных структурах, организация здесь оставляла желать лучшего.

Возможно, исмаилитам так и не удалось перейти к осуществлению своего плана завоевания мира; возможно, их идеи ограничивались подготовкой на уровне отдельного человека, но, как бы то ни было, реальный успех за границей был ими достигнут лишь однажды, когда багдадский султан, приверженец исмаилизма, начал в 1058 году чеканить монету с изображением халифа Каира. Впрочем, этот султан очень скоро был убит турками, появившимися в тот момент на исторической сцене и угрожавшими даже существованию секты в Каире. В 1123 году визирь Афдал разогнал общество, а каирская секта исмаилитов по мере усиления турецкого влияния постепенно сошла на нет, и впоследствии о ней практически ничего не было слышно.

Хасану, сыну Саббаха, Старцу Горы, оставалось лишь усовершенствовать систему этого умирающего тайного общества и создать на его обломках новую организацию, которая доказала свою жизнеспособность в течение последующего тысячелетия.