Читаем Ты просто Космос, или Не беси меня, дракон! (СИ) онлайн бесплатно

Пролог про розовый "кисель"

Пролог

Мелкие пылинки кружили в воздухе, на миг вспыхивая в солнечном свете — узкие окна не давали лучам простора разогнать сумрак. Крупный чёрный жук, неизвестно как оказавшийся в закрытом охотничьем домике, монотонно стучался в окно. Он пока не потерял силы и надежды, чтобы биться в стекло. Иногда только падал на раму и скрёб по прозрачному препятствию лапками под скрежет хитинового панциря.

А там за окном был лес. Зелёные листья трепетали на лёгком ветерке, пели птицы, фыркал в корнях деревьев барсук. Лишь где-то далеко был слышен гудок поезда, заходящего в поворот. Единственный знак, что цивилизация не так далеко. Это, кстати, и стало причиной редкого использования домика по назначению.

Жук стрекотнул крыльями, пробегая по раме туда-сюда, но щели в растрескавшемся дереве были для него слишком узки. А в это время на стене, рядом с висящей на вбитых клинышках проржавевшей утварью начинало разрастаться пятно.

Можно было бы заподозрить, что дальше последует что-то страшное, но пятно оказалось весёлого розового цвета. Если бы его увидел дракон, то назвал это оттенком «зардевшейся невесты» или «розовой колыбельной» — смотря как падал свет. Но дракона тут не наблюдалось. Пока.

Когда габариты розово-инородного вещества растянулись от пола до потолка, заходя немного на балку, в комнату ступил очень высокий молодой мужчина. Настолько высокий, что в первый момент он наклонился, чтобы не задеть перекрытие. Всё его тело казалось похожим на не слишком хороший стилет — такое же узкое, вытянутое, но выкованное как будто хуже, чем задумывалось. Зато «заточка», подчёркнутая острым холодом серых глаз, была высшего качества. Этого не могла скрыть даже игривая тёмная чёлка, доходившая наискось до скулы.

Мужчина цепким взглядом прошёлся по единственной комнате. Отметил и несколько деревянных лавок со столом, и покосившиеся сундуки, в которых хранились одеяла, а зимой любили жить мыши. Оценил почерневший камин в половину противоположной стены. Несколько камней, выпавших из кладки, подтверждали, что тут давно не грелись, зато топка была способна вместить в себя тушу кабана. Досталось от прибывшего даже жуку, в этот момент продолжившему биться в стекло. Так лихорадочно, словно ему срочно стало тесно в хижине.

Розовое пятно, так похожее на кисель, пошло волнами, как будто кто-то качнул стакан, и в комнату вступила девушка. Если присмотреться, скорей девочка-подросток. Возраста прибавляли длинное строгое платье, застёгнутое под самое горло, сложно заплетённая взрослая причёска и, опять же, взгляд. Который выдавал, что детство этого «ребёнка» закончилось сотню лет назад.

На локте девушки висел тёмный кожаный ридикюль с металлическими чуть потёртыми уголками, а на руках расположился огромный кот. Милый такой, белый и пушистый. Красноглазый и недовольный. Пытавшийся когтем подцепить розовый ошейник с задорным серебряным бубенцом.

— Перестань, Маник, — одёрнула любимца девушка. — Мы потом заменим тебе артефакт личины. Чтоб этим эльфам листья не в ту сторону росли. А пока терпи. Мантикорам в этом мире несладко живется. А главное — очень коротко.

Кот надулся, становясь от этого ещё шире даже мордой, осмотрелся и прямо с рук прыгнул. Но не на пол, который оценил брезгливым к грязи взглядом, а на стол. При этом несколько метров как будто пролетев. Даже было слышно тихое хлопанье крыльев.

— Не светись, — поморщилась девушка.

Стол с трудом, но с достоинством выдержал упавшие на него груз и честь. Лишь хрустнул ножкой, когда кот попытался вылизать заднюю лапу.

— Маник! Умываться только в ванне! — одёрнула питомца хозяйка.

Кот недоумённо осмотрел комнату, где ванну могли заменить разве что деревянная кадка и давно потерявший цвет рукомойник. Но язык спрятал. Сел, обняв лапы хвостом, нервно постукивая им по столешнице. И звук выходил совсем не мягкий, как положено пушистой конечности, а с жёстким хрустким стуком.

Розовый «кисель» втянулся сам в себя, будто его и не было.

— Ну что, братик Кадочка, какие у нас планы? — девушка намерилась было поставить ридикюль на лавку, но потом пальчиком в перчатке провела по пыльной поверхности и передумала.

— Не зови меня так, — чуть свёл брови мужчина. — «Ронкад» можно сократить и по-другому.

— А я думала, тебе «братик» не нравится, — захлопала ресничками девица, будто пыталась вымести поднятым ими ветром пыль из помещения. — Буду сокращать, как хочу! Я же так тебя люблю, мой братик! — улыбнулась она так, что даже небольшие клычки стали казаться более выступающими.

— Да, прав был Рем — послушную девочку из тебя не сделать даже ему, — покачал головой Ронкад.

— Вот и придумали бы что-нибудь более подходящее!

— А что приличное и незаметное может подойти ведьмачке, Матильда? — мужчина даже голову наклонил набок, будто приготовился очень внимательно слушать что-то интересное, но тут же сам продолжил: — К тому же с внешностью маленькой девочки.

— Я не маленькая! — рыкнула та самая маленькая ведьмачка. — Это ты сильно длинный.

— Ну хоть на девочку не возражаешь, — вздохнул притворно Ронкад. — Хорошо Рем справился.

И увернулся от полетевшей в него кружки, забытой кем-то давно на столе.

— Нечестно! — возмутилась Матильда то ли тому, что не попала в цель, то ли своим последующим мыслям: — Почему мне легенду сделали, а тебе — нет?

Девушка раздражённо потёрла предплечье, где пряталось уже невидимое тату*. Этот магический рисунок вкладывал в сознание сотрудников Организации основы поведения их прикрытия.

— Может потому, что на меня не действует магия и это бесполезно? — предположил Ронкад, выглядывая во все окна попеременно.

— Ну и что? Хотя бы попытались! Не люблю, когда в моём сознании ещё кто-то топчется. Я, вообще-то, там мысли думаю.

— И пакости, — подсказал Ронкад, на что ведьмачка лишь пожала плечами — как же без этого. — Легенда и закрепление на партнёре были условием рао Данрока. Всё-таки ты пока официально заключённая, а я не штатный сотрудник, чтобы брать ответственность. Подержи, — попросил он поморщившуюся Матильду, раскладывая на столе карту. Свёрнутая до этого в небольшой цилиндр бумага постоянно стремилась вернуть исходное положение.

Матильда с грохотом поставила сверху свой ридикюль, перекрывая почти половину нарисованных видов. Ронкад раздвинул карту и уперся вторым краем в сидевшего на столешнице кота. Под взглядом мужчины зверь с ленивой неохотой переставил лапу, будто так ему сидеть было удобнее. Но теперь когтем держался и второй край.

Третий угол прижала брошенная совсем недавно кружка.

— Вот смотри, мы должны быть тут, — Ронкад обвёл небольшой кусочек, испещрённый символами ёлочек. — Вот он Мидлтон, немного севернее Лоусона. Мы можем…

— Подожди, — прервала его планы ведьмачка, — мой дорогой брат, — произнесла она явно по инерции и тихо рыкнула, потирая место тату. — Дело, выданное рао Данроком, гораздо важнее, чем то, что случилось сотню лет назад.

— Семьдесят восемь, — поправил Ронкад. — Этот мир удалён от центральной Двадцатки, и время тут течёт относительно медленнее.

— В любом случае Организация спонсирует этот твой поход. А уж тем, кто следит за магическими правонарушениями, явно важнее нынешняя ситуация, чем уже давно всё расследованное!

— Ну вот, а говорила, не получится из тебя хорошей девочки. Смотри, как стремишься помогать Организации, — хмыкнул мужчина, на что ведьмачка сморщилась, будто её не похвалили, а лимонами накормили. — И мне гораздо интереснее, что творилось в Мидлтоне, чем какие-то сбои в маг-замерах. А главный у нас я, — улыбнулся Ронкад, тоже сверкнувший клыками более длинными, чем у обычного человека.

Попытки возмущаться и призвать к разуму не поменяли решения мужчины.

Поэтому из дверей хижины, уже забывшей, что такое открываться, вышло странное трио. Высокий, едва заметно улыбающийся мужчина, достающая макушкой ему до подмышки крайне угрюмая девочка и белый кот, похожий настроением на хозяйку.

Бубенчик на ошейнике тихо позвякивал, чем явно раздражал кота. Ни резкие прыжки, ни вкрадчивые шаги не избавляли от навязчивого звука, поэтому Маник прижал уши и стал выглядеть ещё более недовольным, чем Матильда.

— Начальства на тебя нет, братик Кося, — пробурчала ведьмачка.

— А Косю-то ты из чего образовала? — не понял Ронкад. Он осмотрелся, прикрыл глаза, будто к чему-то прислушивался, а потом мотнул головой. — Станция там.

— Твоё же второе драконье имя — Космос, — пояснила Матильда новообразование ласкательной формы. — Мося, кстати, тоже очень милый вариант.

Пока Ронкад не видел, ведьмачка разжала кулак и стряхнула захваченного из хижины жука. Насекомое тут же зажужжало крыльями, возмущаясь недавней тесноте и одновременно радуясь листьям и цветам.

Матильда слишком хорошо знала, что такое длительное заключение без возможности выхода.

_________________________________

История для конкурса «Мир Двуликих Светланы Субботы» (кто не читал эти истории, мы, авторы, горячо рекомендуем к прочтению). Мир принадлежит Светлане, а герои пришли наши.

* «Легенда» наносится на кожу мастерами-легендарниками Организации в виде временного тату и заставляет существо с таким рисунком автоматически выдавать реакции, свойственные стандартному поведению разумных жителей в мире-командировке, в нашем случае — обращение Матильды к «брату» и проч…

Отавторов: Итак, мы начали путь, постепенно подбираясь к тайнам Матильды, которые она так старается скрыть. Как думаете, так просто из ведьмаческой вредности или есть причины? Всегда рады мыслям, предположениям и даже конструктивной критике.

Глава 1. Когда вопросы играют в прятки с ответами

Пробираться через лес, где не было нормальных человеческих троп (как бы ни странно это звучало), оказалось не так легко. Точнее, мне было привычно, а вот Матильде, цеплявшей подолом всё, что выше её каблука, — проблематично. Сначала она возмущённо сопела, пытаясь одновременно тащить свой ридикюль, который мне не доверила, и придерживать подол. Потом сдалась и завернула платье за пояс, укорачивая вдвое. Теперь стало видно чёрные высокие сапоги по колено и такого же цвета бриджи.

Даже не думал, что у ведьмачек такая хорошая терморегуляция — несмотря на тень деревьев становилось всё жарче. Солнце шло к зениту, а в этом мире наступало лето.

— Маник, иди аккуратнее, нацепляешь репейников, я тебя сама вычешу!

Учитывая, как мантикор резко затормозил и пристроился в кильватер Матильды, угроза была весомой.

— В этом мире постоянно так ногами придётся передвигаться, — вздохнул мантикор, пытаясь прижимать бубенчик на ошейнике подбородком. На звук это не особенно влияло. — И он будет так звенеть… — простонал Маник. — Я этого не переживу! Умру ведь в самом расцвете сил! Давай сократим наше пребывание тут, расскажи ты уже дракону, что там с тобой было. Ну хочешь, я расскажу?

— Я тебе расскажу! — Матильда так резко остановилась, что мантикор, увлечённый борьбой со звоном, врезался в её ноги. — А ну-ка, иди сюда, сейчас я решу твою проблему с бубенчиком! Чтобы никаких мыслей о предательстве!

Ведьмачка, пошатнувшаяся от столкновения с фамильяром резко развернулась. Учитывая как стремительно отпрыгнул Маник, во взгляде Матильды было много обещания, но не того, что стоило стоять и ждать. В итоге эти двое исхитрились ещё и кругами носиться, проламываясь через кусты.

— Всё равно этот дотошный до тошноты доберётся до сути, — выкрикивал в процессе побега запыхавшийся мантикор.

— Пусть и оскорбительно, но Маник прав, — подтвердил я, замедляя шаг, чтобы снующие по кустам не отставали.

И тут все звуки ломящегося через лес медведя-шатуна резко прекратились. Стало слышно, что и птицы, распуганные нашей компанией, затихли.

Повернулся узнать, не провалились ли бегуны в яму или как раз берлогу, но мантикор и ведьмачка просто замерли в тех позах, что застали их мои слова. Я приподнял бровь, не понимая, что вызвало такую резкую заморозку.

— Ты слышишь Маника?! — удивилась Матильда. — Но как?! Он же магией общается.

— Не знаю. Слышу, — пожал я плечами. Похоже, стоит снова побольше молчать. Может, что-то ещё интересное услышал бы. Даже не заметил, что присутствие Матильды рядом меняет мои сложившиеся привычки.

— Ты когда успела с ним подружиться организмами?! — Маник обвинительно ткнул когтем в сторону ведьмачки.

— Да мы даже кровью не обменивались, только немного слюной, — отмахнулась Матильда. — Надо разбираться.

— Не сейчас, — качнул я головой, видя разгоревшийся в глазах ведьмачки исследовательский энтузиазм. Знаю я уже это выражение. На драконьей гекатондаде потом случались всяческие очень интригующие ситуации со шлейфом вмешательства одной девицы. — И если у местных котов нет способности к речи, Манику лучше помалкивать.

Ведьмачка с мантикором переглянулись, а потом пристроились по бокам от меня, продолжая путь. Послушаться меня Матильда и не подумала. Похоже, недовложил чего-то Рем в татуировку-легенду. Зря его так хвалили.

Вся оставшаяся до станции дорога прошла в вопросах: «А вот так Маника слышишь? А что он сказал? А сейчас?».

В итоге я и правда перестал слышать мантикора, когда он хотел и, судя по тому, как щурился ведьмаческий фамильяр и усмехалась Матильда, пакости они говорили. Маник даже от звона бубенца отвлёкся. Что с них взять? Несмотря на все попытки Матильды казаться старше, то, что она застряла в таком юном возрасте, не могло не сказываться.

Сильно отвлечь меня не удалось — из леса мы всё-таки вышли. Не знаю, что вернее вело в сторону станции — звуки, запахи готовящейся пищи или энергетические линии. В мире Двуликих они и правда странно пульсировали, но все равно выдавали направление потребления.

Совсем небольшое поселение на десяток домов, встретило нас полупустыми улицами. Мужчины были на заработках — тут неподалеку добывали камень, судя по нашей карте. Работники жили в основном в длинных бараках, но было и несколько семейных домов.

Нас рассматривали. Даже не так. В нас тыкали пальцем и провожали взглядами. Мы стали лучшим развлечением этого дня для своры детей, перемешанных с собаками, следовавшей за нами шлейфом. Маник нервничал и лез на руки хозяйке.