Читаем Очерки политической экономии капитализма. Том I онлайн бесплатно

Автор публикуемого труда Антонио Пезенти (1910—1973) был видным деятелем Итальянской коммунистической партии. В 1936 г. за подпольную политическую деятельность он был осужден особым фашистским трибуналом на 24 года тюремного заключения и избежал неминуемой гибели благодаря вооруженной борьбе итальянских партизан. Восемь лет строгого тюремного заключения не сломили воли А. Пезенти к политической борьбе и творческой работе. Сразу же после освобождения из тюрьмы в 1943 г. А. Пезенти становится членом Комитета освобождения Юга Италии, принимает активное участие в борьбе против фашизма, а затем — в борьбе за восстановление и демократизацию Италии. В 1944 г. А. Пезенти, как один из ведущих экономистов ИКП, занял пост статс-секретаря министерства финансов в коалиционном правительстве Бодольо. В 1945 г. он был назначен министром финансов в правительстве Бономи. В эти же годы Пезенти являлся вице-президентом ИРИ — мощного объединения государственных предприятий.[1] А. Пезенти был избран от ИКП членом учредительного собрания, а затем депутатом итальянского парламента первого созыва (1946 г.). В последующие годы Пезенти на протяжении почти двух десятилетий избирался членом сената и в качестве представителя ИКП входил в состав ряда экономических и финансовых комиссий парламента.

С конца 40-х годов Пезенти становится членом ЦК ИКП, сосредоточивает свои силы на научной и преподавательской работе. В 1946 г. он основал марксистский теоретический журнал «Критика экономики» («Critica economica») и в течение 11 лет руководил им. Журнал сплотил вокруг себя большую группу прогрессивных итальянских экономистов и внес большой вклад в разработку экономической программы ИКП. С 1949 г. Пезенти являлся профессором сначала Пармского, а затем Пизанского университета и вел большую преподавательскую работу. Он читал курс лекций по политической экономии, финансовым и кредитно-денежным дисциплинам. Помимо большого числа статей в различных журналах и выступлений на конференциях, А. Пезенти создал два фундаментальных исследования — «Лекции о науке финансов и финансового права» и «Учебник политической экономии капитализма», которые несколько раз переиздавались и представляют собою ценный вклад в марксистский анализ проблем современного капитализма. Через эти книги студенты многих итальянских университетов приобщились к марксистско-ленинской политической экономии.

Учебник политэкономии, написанный марксистом для студентов буржуазных вузов в рамках традиционной программы подготовки дипломированных специалистов,— явление довольно уникальное. Его использование в вузах Италии стало возможным благодаря большому идейному влиянию Итальянской коммунистической партии, а также ее авторитету в среде ученых и студентов. Наглядным примером того, как это достигается, может служить книга Пезенти. Его блестящую эрудицию и компетентность в политической экономии не может подвергнуть сомнению ни один противник марксизма. Никто из них не может найти доводы, чтобы опровергнуть убедительность и логичность той полемики с позиций марксизма, которую Пезенти ведет в порядке диалога с буржуазными экономистами, чьи взгляды, как это предусмотрено университетской программой, он последовательно излагает, иллюстрируя их графиками и схемами.

Труд А. Пезенти представляет большой интерес для советского читателя во многих отношениях.

Во-первых, он содержит интересную и оригинальную трактовку ряда вопросов марксистско-ленинской политэкономии капитализма, в которых, кроме общих ее закономерностей, теоретически обобщаются конкретные особенности капитализма в ряде стран.

Во-вторых, он представляет собой поучительный пример того, как профессор-коммунист может в рамках традиционной программы излагать курс марксистско-ленинской политэкономии студентам буржуазного университета, значительная часть которых всем своим предшествующим воспитанием и образованием подготовлена к тому, чтобы видеть в нем идеологического противника. В творческом и оригинальном труде А. Пезенти органически сочетается позитивное изложение всех полезных знаний, содержащихся в курсе экономики, с убедительным обоснованием основных положений марксистско-ленинской политэкономии.

В-третьих, он являет собой также интересный опыт в области методологии и методики критики буржуазных экономических теорий. Прежде чем рассматривать основные вопросы марксистской политэкономии, Пезенти приходится сначала излагать, а затем опровергать сложившиеся по этим вопросам ходячие представления вульгарной политэкономии. Книга Пезенти показывает, как можно сочетать преподавание политэкономии с критикой буржуазных экономических теорий в тех учебных заведениях, где не читается специальный курс по этим предметам.

В предисловии мы хотим обратить внимание читателя на своеобразие подхода автора к отдельным вопросам и особую методику изложения предмета, обусловленную спецификой читаемого им курса политэкономии. Поэтому последовательность наших комментариев определяется не степенью важности отдельных проблем, а последовательностью изложения предмета.

В главе «Метод и предмет политэкономии» изложение темы в отличие от принятой в советской литературе традиции начинается не с марксистских определений. Автор в первую очередь излагает буржуазные трактовки предмета и метода политэкономии. При этом исходным пунктом у него является не английская буржуазная политэкономия, которая и логически и исторически образует фундамент современных экономических теорий Запада, а экономическая мысль Италии. Современная экономическая мысль Запада характеризуется с учетом своеобразия присущих ей методологических подходов. В ряде случаев автор обращает внимание не на политэкономические концепции, а на философский, гносеологический подход к анализу экономических явлений. Автор анализирует три различных подхода: субъективный идеализм, идеалистический рационализм и неопозитивистский эмпиризм и скептицизм. Марксистская критика этих философских основ буржуазной политической экономии носит печать оригинальности и представляет собой несомненную теоретическую и практическую ценность.

Однако, начиная историю развития экономической мысли с буржуазных теорий, автор вслед за этим ведет своих читателей по пути, проложенному основоположниками марксизма. Но ему приходится делать это своеобразным способом, который не всегда позволяет достаточно четко показать все идеологические аспекты современной вульгарной политэкономии. Давая убедительную марксистскую критику несостоятельности теории предельной полезности, автор, видимо учитывая своеобразие своей аудитории, не отмечает тот факт, что маржинализм зародился не стихийно, а в результате целеустремленных попыток буржуазных идеологов опровергнуть теорию прибавочной стоимости, изложенную К. Марксом в «Капитале», которая явилась экономическим обоснованием неизбежности социалистической революции.

Поскольку предмет и метод политэкономии излагаются в соответствии со схемами буржуазных учебников, которых вынужден придерживаться автор, то у него при анализе отдельных вопросов в одну рубрику попадают Смит и Мальтус. Он не приводит в этой главе гневную и уничтожающую критику К. Маркса в адрес Мальтуса — одного из самых циничных апологетов вульгарной политэкономии.

Охарактеризовав методы, применяемые буржуазными экономистами, Пезенти переходит к изложению диалектико-материалистического подхода Маркса. Здесь же он дает — применительно к политэкономии — ряд положений марксистской философии. Им приводится ряд интересных высказываний А. Грамши, связанных с критикой буржуазной политэкономии. Заслуживают внимания также критические замечания итальянского экономиста П. Сраффы, который одним из первых среди немарксистских экономистов доказал несостоятельность теории «совершенной конкуренции».

Глава «Рынок и цены» может служить прекрасным примером полемики с буржуазными экономистами, которая ведется в форме диалога с ними. Автор сначала излагает вульгарную теорию спроса и предложения, а затем в противовес ей разъясняет невозможность понять сущность цены без теории трудовой стоимости Маркса. Наряду с этим оригинально и интересно характеризуется роль рынка в докапиталистических формациях, а также его эволюция в условиях капитализма при переходе от свободной конкуренции к монополистической.

В главе «Стоимость» наряду с изложением ее марксистской теории продолжается полемика с буржуазной политэкономией. Здесь заслуживает внимания читателя критика теории А. Маршалла, а также буржуазной концепции замыкающей цены.

Прерывая последовательность изложения марксистской политической экономии с противопоставлением ее различным буржуазным политэкономическим теориям, Пезенти в двух главах — пятой и шестой — рассматривает так называемые субъективистские системы современных политэкономических учений, широко распространенные на Западе. Эти системы сложились и разрабатываются в противовес не только марксистской, но и классической буржуазной политической экономии. Они возникли после 1870 г., т. е. в тот период, когда «Капитал» Маркса получал все большее распространение, а предпринимавшиеся попытки «опровергнуть» его учение не давали результатов, будучи сами опровергнуты практикой капиталистического общественного развития. Теория Маркса становилась реальной политэкономической наукой, игнорировать которую правящие классы уже не могли. Особое беспокойство вызывала у них теория трудовой стоимости Маркса, которая в своем логическом развитии в общей системе политической экономии приводила к доказательству факта эксплуатации капиталистом наемной рабочей силы. К несчастью для буржуазии, теория трудовой стоимости в достаточной мере была известна уже по разработкам классической политэкономии, а в свете новых теоретических положений и фактических данных, изложенных в «Капитале» К. Маркса, превратилась в угрозу политическому господству буржуазии. Другими словами, опасными оказались не только пролетарская политэкономия капитализма, но и научный объективный анализ капиталистического способа производства, сделанный представителями самой же буржуазии в эпоху ее исторического подъема. В то же время новые поколения предпринимателей нуждались в определенном анализе экономики, основанном на реальной действительности и в какой-то мере отражающем закономерности капиталистического воспроизводства, чтобы можно было руководствоваться этим анализом в повседневной капиталистической деятельности.

Этот конкретный классовый заказ буржуазии, сделанный ею своим ученым прислужникам, был с определенным успехом выполнен политэкономами — апологетами капитализма в конце прошлого и начале этого века. Это было сделано путем переноса всего внимания политэкономии с анализа различных политэкономических категорий, их взаимной связи и воздействия друг на друга, на некоего абстрактного «экономически активного субъекта», на своего рода манекен, который стал выступать как средоточие всей экономики и политэкономической науки. Во главу угла экономического анализа было поставлено гипотетическое «поведение» этого мнимого субъекта, который-де стимулирует экономическое развитие тем, что создает некоторый спрос, на который все остальные субъекты отвечают созданием соответствующего предложения.

Пезенти подробно излагает взгляды представителей субъективных школ, которые на основе анализа поведения отдельного экономического субъекта строят схему функционирования целого предприятия и даже национальной экономики. При этом не возникает вопрос о стоимости товаров, так что нет никакой угрозы разоблачения эксплуатации человека человеком.

Разработки экономистов-субъективистов не получили бы признания, если бы от них не было никакой практической пользы для действительных агентов капиталистического производства. Эти школы, и прежде всего маржиналистская и математические школы, выработали довольно стройную систему формул, диаграмм и схем, описывающих объективные реальные процессы, происходящие на предприятии, а также развитие и соотношение спроса и предложения. Весь этот аппарат применим, естественно, только при устойчивом положении рынка, при так называемом нормальном ходе экономической жизни, и дает возможность — в этих условиях — с достаточной степенью надежности планировать деятельность предприятия на известном рынке. Все эти формулы и схемы были включены в учебники прикладной экономики капиталистических стран. Было бы неверным полностью отбрасывать этот практический метод руководства производством и сбытом продукции на том основании, что в принципе он покоится на абсолютно неверных теоретических предпосылках. Их нельзя назвать научными в полном значении этого слова, но как один из способов выработки практических планов в определенных условиях они, видимо, могут быть применены и при социализме, когда предприятие как раз и действует в условиях «устойчивого и известного рынка». Более подробно, чем в основном курсе Пезенти, эти вопросы рассмотрены в Приложении, трактующем вопросы так называемой микроэкономики.