Читаем Звездный горизонт (СИ) онлайн бесплатно

Йорк плыл в холодной пустоте. Звезды вокруг мерцали, словно глаза неведомых хищников в ночной траве. Тихо и безустанно эти звери наблюдали за Йорком со страхом и благоговейным трепетом. Они видели его безмятежность, но все же не решались напасть. Человек был для них слишком страшной и недосягаемой добычей, пусть и такой желанной. Это через несколько дней, при достаточном удалении от Первого Контура Маяка, который корабль Йорка прошел еще вчера, свет начнет вести себя немного по-другому, становиться интенсивнее, что ли. Так всегда бывало, когда корабли приближались к месту перемещения, — явный признак того, что Маяк, эта исполинская светящаяся дыра, окруженная рукотворными барьерами, похожими на четыре угловатых болванки, ожил, и готов поглотить корабль, как только он окажется на достаточно близком расстоянии от него.

Этот свет готов был уволочь туда — в неизвестную бездну космического портала, в неведомую для понимания реальность, чтобы через секунду выплюнуть уже в другой звездной системе, которая будет такой же чистой и зловещей, но совершенно новой и заполненной другими обжитыми планетами.

А пока вокруг, среди этого бескрайнего черного неба, усыпанного миллионами огней, не было ни души. И Йорк наслаждался каждой секундой, проведенной в невесомости, слегка двигая руками и ногами. Бесконечная, бескрайняя пустота проникала в каждый член его тела, в каждую клеточку, и наполняла покоем. Да, это стоило того, чтобы перешагнуть через свою гордость и вновь получить под начало корабль. Пускай обычный грузовой перевозчик «Баджер», а не боевую машину, готовую к уничтожению врага. Но все же, это был корабль.

— Капитан, отключаем невесомость? — раздался спокойный, но настойчивый голос бортового компьютера Ири.

— Еще пять минут, солнышко, — улыбнулся Йорк, — наши сони никуда ведь не собираются, верно? Спят себе спокойно в своих капсулах, как маленькие котятки. Такие славные, и такие беззащитные.

— Не знай я вашу биографию, назначила бы психологическую экспертизу по прилету на Харм, — ответила Ири.

— Что ж, значит, хорошо, что мы с тобой нашли общий язык, — рассмеялся Йорк, перевернувшись в воздухе и подлетая к своему капитанскому креслу, — ладно, уговорила, давай немного поработаем! Включай гравикольцо, двигатель на полную мощность, иридовые стержни смотри не перегрузи! Проверка систем жизнеобеспечения жилого отсека и рабочих систем корабля в штатном режиме. И что сегодня на ужин?

— Начинаю проверку, — невозмутимо ответила Ири. Йорк почувствовал, как тело наливается привычной тяжестью, через секунду он уже сидел в своем кресле. Волшебство закончилось, Ири включила основной свет, и этот свет медленно, но неотвратимо наполнял каждый закоулок огромного корабля «Баджер».

— На ужин отбивные, — пробубнила Ири, — можем посмотреть кино перед сном, хорошо?

— Там видно будет, — ответил Йорк, бегло оглядывая мониторы, отвечающие за показатели жизнедеятельности пассажиров, спящих в своих капсулах, — Ири, почему в отсеке Б-8 у всех температура на полградуса отличается от остальных?

— Системы дали сбой на несколько секунд, когда гравикольцо остановилось по вашему требованию, — немного укоризненно сказала Ири, — пришлось перезапускать вентиляцию, сейчас все в норме.

— Проверь-ка еще раз, — зевнул Йорк, — и в следующий раз докладывай мне обо всем сразу.

— Да, капитан, прошу прощения.

— Запусти в Б-8 полную диагностику под утро, подключи им резервную вентиляцию, а основную отключи. Посмотри, есть ли вероятность физического повреждения аппаратуры. Доложи, даже если есть намеки на то, что там что-то не так. Завтра я полезу и проверю каждый системный блок, нам ведь не нужны проблемы, верно?

— Так точно, — бодро ответила Ири, — что еще?

— А еще проверь-ка вообще весь жилой сектор с капсулами на такие же возможные неполадки в фоновом режиме. Сколько займет времени?

— В фоновом режиме день-два, — ответила Ири, — хорошая идея, командир, я бы сама не догадалась.

— Я слышу иронию, — усмехнулся Йорк, вылезая из кресла, — ну-ну. Ладно, у нас по плану визуальный осмотр корабля, на твои камеры же надеется нельзя.

— Немного обидно, — ответила Ири.

Йорк, насвистывая отправился осматривать огромный и пустынный корабль.

Он был в рейсе уже семнадцать дней. «Баджер» бодро стартовал прямо из космопорта в Токио, держа путь к Маяку перемещения у Марса, в систему РО-108, - этот огромный плавильный котел, где пересекались все торговые и туристические маршруты галактической навигации.

— Все летят в РО-108, за лучшей жизнью, — пробормотал Йорк.

— Что, капитан? — спросила Ири.

— Да, ничего, проверяй системы.

А ведь есть места куда более опасные. Взять хотя бы систему Трелони, которая уже три месяца как была захвачена космическими пиратами. Такое никак нельзя назвать рядовым событием. Пираты действовали невероятно жестко, взорвали Купол на единственной обитаемой планете Хагар, что по слухам унесло более двухсот тысяч жизней. Уничтожили весь Первый Контур Маяка на Трелони, короче наворотили дел эти бандиты. А ведь Йорк помнил, что ему предлагали лететь в Трелони на заработки еще год назад!

Он оглядел мониторы, Ири послушно проводила диагностику корабля, состояние капсул с пассажирами выдавало зеленый свет. Прекрасно, скоро корабль приблизится к Маяку, ведущему в звездную систему Рубио, где и была конечная точка полета — Харм.

Проснувшиеся уже на планете пассажиры, которых сейчас сопровождал Йорк, а это ученые, доктора и вполне обычные морпехи, заключившие договор еще на Земле, а также прочие нужные и прекрасные люди, сонно начнут разминать свои шеи и думать о контрактах, которые они подписали. Кто-то на год, кто-то аж на пять лет. Самого Йорка это уже не будет волновать. Он получит новые накладные, новый корабль, и отчалит.

Пока колонисты будут просыпаться, он уже направится обратно на Землю. Около месяца полета — и Йорк снова окажется на пляже Флориды, рядом со своим уютным домиком. Шерон обещала, что за время его отсутствия будет присматривать за жилищем.

Кто знает, может у них с ней в итоге что-то и получится? Правда, в таком случае Йорку придется подумывать о другой работенке. Скучный перегон грузов через Маяки от одной системы к другой — это явно не то, на что Шерон рассчитывает в их возможном совместном будущем. Собственно, сама Шерон как-то вечером, когда разговор после бутылки вина внезапно для самого Йорка повернул в какое-то серьезное русло, вполне конкретно дала ему понять, что если он хочет серьезных отношений, о таких длительных командировках не может быть и речи.

Что поделать, издержки новой профессии. Йорк, конечно, был первоклассным боевым капитаном, но кого это сейчас волновало? Он успел налетать тысячи и тысячи часов на всем, даже на мелком старье вроде «Штурма» и «Дельты» — тех самых развалюхах, которые бросали в бой в первые месяцы войны. Они обращались в пепел под яркими лучами, разрезающими обшивку словно картон. Эх, сколько тогда ребят не стало из-за этих старых двигателей, устаревших конструкций.

У тех корабликов не было ни единого шанса против эсминцев адмирала Новака, который вылез из глубины космоса, словно ужасное чудовище.

Но все войны когда-то заканчиваются. Последние пять лет Галактика жила в мире, если не считать редких и мрачных эпизодов, вроде Трелони и пиратов. Но это были капли в море спокойной жизни, как бы ужасно все ни звучало. Капитанов, даже таких опытных как Йорк, поспешно стремились заткнуть куда-то подальше, чтобы они не мозолили глаза и не напоминали честным гражданам о смутных временах войны объединенных сил Альянса и Торговой Лиги против Свободного Галактического Союза, созданного Новаком.

Поэтому когда стало понятно, что победа не за горами, Йорк поймал себя на мысли что начал обдумывать планы дальнейшей своей жизни. Новак бежал в отдаленный космос, его вяло преследовали боевые истребители, но было похоже, что этот хитрый ублюдок подготовился к такому развитию событий и продумал свои пути к отступлению.

Так что тогда было самое время оглядеться и подумать, как жить дальше. Йорк понимал, в лучшем случае что ему предложат — это патруль свободных зон или перебирать бумажки на Земле, или на одной из этих планет, где над тобой словно острый меч, всегда находится Биокупол и большой налог на воздух сжигает большую часть заработанных средств. Работа не пыльная и хорошо оплачиваемая, но Йорк не собирался так жить.

Военных за время войны стало слишком много. Много капитанов, адмиралов, обычного рядового состава. Йорк, конечно, мог бы продолжить военную карьеру, но желающих заниматься хоть какой-то реальной работой оказалось слишком много.

Ему не позволили сохранить «Гелиос». Заявки на получение корабля попроще потонули в бюрократическом аду Альянса. Несколько раз он подавал повторные прошения, но ответа так и не смог получить. И это он, Чарли Йорк, герой войны!

А вот адмирал Эндрюс, командующий третьим флотом Альянса, решил, что спокойная работа будет лучшим применением его навыков в мирное время. Йорк встречался с адмиралом около двух лет назад. Эндрюс, этот подтянутый мужик шестидесяти лет, от рыка которого молодняк замирал, словно мышка при змее, стремительно превращался в обычного деда-бюрократа. Йорк заметил, что Эндрюс поправился, его взгляд стал каким-то тусклым. Но самое ужасное было в том, что Эндрюс, похоже, и сам не заметил, что с ним случилось, и считал, что он делает правильное дело.

— Здесь много работы, Чарли, — сказал Эндрюс, разливая текилу по стопкам, — мы с тобой хорошо надрали задницы этим мудакам Союза, теперь пора за ними подчищать и восстанавливать нормальную жизнь в Галактике! А эта такая задачка, где простой дубины недостаточно, знаешь ли.

— Так точно, адмирал! — Йорк чокнулся стопками с Эндрюсом и залпом выпил отличнейшую текилу.

— Теперь времена другие. Мой опыт бесценен для Альянса и Торговой Лиги, так же как и твой, кстати. Зря ты отказываешься от их предложений! Мы должны приложить все усилия, чтобы подобного конфликта не повторилось, понимаешь? Война с СГС показала нам, насколько уязвим наш мир, несмотря на то, что мы расползлись по всему космосу и заселяем планеты на раз-два!

— И не говорите адмирал, и не говорите!

Йорку не понравилась та встреча. Пару лет после войны он просто колесил по миру, путешествуя и приходя в себя.

Иногда останавливался на планетах, любуясь небывалыми закатами, иногда просто бродил по ним и видел, как живут люди в отдаленных колониях. Но никогда не останавливался под Куполом, только на планетах с атмосферой. Йорка воротило от того, что над ним расстилается огромный стеклянный потолок, пускай он его и не видел. Это были места, где психика как-то по-особому вела себя, ты всегда ощущал давление. Невидимая рука Торговой Лиги, которая соблаговоляла тебе дышать их кислородом. А кто-то живет так всю свою сознательную жизнь.

Но он большей частью находил в своих путешествиях много интересного для себя. Только сейчас Йорк понял, сколько в этом может быть простого и понятного удовольствия. Новая еда, попытки создания какого-то другого мира, за миллиарды километров от Земли — это было удивительно и интересно.

Космос по-своему прекрасен, но возможность увидеть жизнь на Земле, своими глазами, а не на картинке — это было настоящее волшебство, с которым он столкнулся. На Земле он остановился надолго, когда вдруг понял, что побывал в десятках систем, но так и не видел почти ничего на своей собственной родной планете.

Он объехал всю Европу, формально по делам, задерживаясь на пару дней в Центрах Альянса для консультаций и каких-то небольших лекций молодняку, который застал Галактическую Войну еще детьми, лично в ней поучаствовать не успел.

Они смотрели ему в рот, и Йорк с одной стороны ухмылялся, видя тот же самый блеск в глазах, который был и у него, когда он только пришел в Академию. С другой стороны, Йорк надеялся, что на их долю никогда не выпадут такие же испытания, которые пришлось перенести ему. Ему и всему его поколению.

В своих путешествиях Йорку просто нравилось наблюдать, как жизнь постепенно возвращается в мирное русло. Вокруг налаживалась спокойная и такая понятная реальность. Восстанавливались города, уничтоженные после атаки на Землю, люди трудились сообща и их это вполне устраивало. Мир вокруг возрождался, так же как сам Йорк.

Он часто останавливался ночью где-то далеко от городов и смотрел на небо, просто залезая на капот машины. Что-то там было, там, за звездным горизонтом, что он оставил навсегда, и это был вовсе не Акронис, откуда он еле унес ноги. Нет, он просто связал большую часть жизни с небом. И теперь крепко задумался. Задумался над тем, что же он на самом деле чувствует к этому большому и холодному полотну над своей головой. И все никак не мог понять.

Одним из вечеров сидя на крыльце своего домика во Флориде и прислушиваясь к гомону радостных голосов доносившихся с пляжа, Йорк сам для себя внезапно признался, что космос непреодолимо тянет его, и нужно предпринять какие-то действия. Пусть даже вариантов снова управлять боевым кораблем не предвиделось, скорее всего, уже никогда. И тогда он подумал, что какого черта! Космос открыт не только для военных. Это было необычайное, бескрайнее море, открытое для каждого!

— У вас не будет волейбольного мяча или вообще мяча? — услышал он голос откуда-то сбоку.

Йорк вынырнул из своих мыслей и вновь оказался на веранде небольшого светлого дома на берегу океана, с бутылкой холодного пива в руке. Прохладный ночной ветер дул из темноты, а небо светило звездами.

— Что? Что вы сказали? — пробормотал он, глядя на девушку, которая остановилась на песке прямо у его дома, — нет, у меня нет мяча.

— Жаль, — девушка остановилась в нескольких метрах от Йорка, — мне казалось, что любой, кто живет на берегу, имеет спецзапас на случай внезапного праздника.

— Ну, у меня праздник случается редко, — рассмеялся Йорк, пытаясь в свете тусклых ламп на крыльце разглядеть девушку получше. Бронзовая кожа, роскошные волосы. Где-то там на берегу, у костра, видимо, сидели и галдели ее друзья, — могу вам дать отдать пару ракеток для бадминтона, хотите?

— Интересно, — девушка поправила волосы рукой, — но слишком сильный ветер, да и темно уже. А не хотите к нам? Только тащите пиво, а то у нас закончилось!

— А текила подойдет, — усмехнулся Йорк, — или слишком крепкое?

— То что надо! — рассмеялась девушка, — я — Шерон, живу в двух милях отсюда. А вы кто?

Йорк смотрел на нее и не мог отвести глаз. Он словно нащупывал какой-то давно забытый навык для взаимодействия с миром, тот, который лучше засунуть поглубже, когда на тебя летят вражеские корабли. Может вся прошедшая война имела смысл только для того чтобы прохладной летней ночью встретиться с такой девушкой?