Читаем Лечебные «наговоры»: Из собрания А. А. Савельева онлайн бесплатно

В последние годы в нашем обществе возрос интерес к русской народной медицине, и не только к ее «рациональным» средствам — траволечению, костоправству и др., значение которых уже признано всеми, но и к ее магической стороне, к обрядовым действиям и заговорам. Появилась большая возможность говорить, открыто обсуждать и изучать эту сторону народной культуры. Хотя, конечно же, еще далеко до признания и понимания того, что магия является чрезвычайно важным наследством, которое оставили нам наши предки, и к которому мы так долго безобразно относились, да, в общем-то, продолжаем также относиться и сейчас. Но все же, видимо, можно с уверенностью сказать, что в народе продолжают сохраняться ее традиции. Спросите своих родных, друзей, знакомых, и кто-то из них обязательно расскажет, что в такой-то деревне, а то и в городе, живет бабушка или дед, которые того-то вы лечили, тому-то помогли.

Можно по-разному относиться ко всему этому — верить или не верить. Но в конце концов вопрос нужно ставить по-другому. Если это существовало и существует до сих пор, то нужно изучать. Изучать все серьезно, при этом подход должен быть комплексным, а методы разнообразными — от медицинских проверок и психологических экспериментов до исследования поэтики заговорных текстов. Только тогда мы сможем действительно понять и определить место и роль магии в культурной истории народа, в нашей жизни. Но для того, чтобы изучать, нужно знать материал, владеть им, и здесь особую роль приобретает научная публикация заговоров, описаний обрядовых действий, способов лечений. Это и является главной целью настоящего сборника, в котором публикуются лечебные «наговоры» из архива А. А. Савельева, записанные в 1909—1917 гг. в Приангарском крае.

Шла утренней зарей Марея, а вечерней Прасковея. Приносили три заступа железных, отмахивали, откалывали с рабы Божьей Ольи денные уроки, ночные переполохи от сердца, от печени, от горячей крови. Уста мои замок, язык мой ключ, баю замыкаю на веки. Аминь.

Употребление: Наговор читается про себя три раза, и по прочтении три раза плюются в стороны.

Стану благословясь, пойду перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду к окияну-морю. На окиян-море стоит латырь камень. На латыре камене стоит бурая корова, губы, зубы медные, язык оловянный, жрет-пожирает уроки, призоры с рабы Божьей Анны от веки и до веки. Аминь.

Употребление: Читается про себя три раза, по прочтении три раза плюют по сторонам. Можно читать и над человеком и над какой-либо вещью.

Лягу, раб Божий Антон, благословясь, встану перекрестясь, из избы дверьми, из ворот воротами, в чистое поле, под истошную сторону. Есть под вистоком окиян-море, есть в окиян-море щука, ходит и роет. Свистну и гаркну молодецким посвистом, богатырским голосом: «Избудешь ли, матушка щука, ходи и рой, сними с раба Божьего Антона (или «с рабы Божьей Палагеи», или «с рабы божьей криночки» или «с рабьев божьих кросенушек») уроки-призоры, скорби-печали». Ходит и роет щука в море, услыхается, поит и кормит, во вечно за плечьми носит. Будьте мои слова лепки и крепки.

Употребление: Читается три раза и каждый раз сплевывают в сторону. При последнем чтении, сделав плевок впереди себя, дуют впереди же себя на предмет или человека, которого заговаривают.

Стану я, раб (имя), благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверьми, из ворот воротами, в чистое поле, в зелену дубраву. В зеленой дубраве стоит белая береза во двенадцати корнях. Как на мне не держится ни утренняя роса, ни вечерняя роса, так не держитесь ни уроки, ни призоры, ни скорби-болезни, ни страх-переполохи, ни ветренных переломов. От родимцу родимешнова, от русых, от белокурых, от черных черешных, от двоезубых, от троезубых, от двоежонных, от троежонных. Будьте мои слова крепки и лепки, крепче и лепче клею осетрового. Аминь.

Читать три раза.

Лягу благословясь, встану перекрестясь, выйду из избы дверьми, из двора воротами, под востошную сторону, на окиян-море. На окиян-море стоит златырь камень. На этом златыре камени апостольска церква. Во этой церкве стоит престол, на этим на престоле Иисус Христос и Мать Пресвятая Богородица. «Иисус Христос, сохрани и сбереги раба Василия, от уроков, от порчи, от еретика, от порченника, от старого, от малого, от седатого, от бородатого, от белого беловолосого, от русского русоволосого». Будьте мои слова крепки емки. Аминь.

Употребление: При порче «когда низ режет — нутро», приготовляют настой из «урошной травы» на церковном виноградном вине и дают пить в стакане, предварительно перекрестив настой три раза и перемешав его вилочкой. Во время питья наговор читают три раза. Вообще же употребляется в качестве лишь «девяти девяток».

Чем родился, раб Божий (имя), тем пособился ото всяких болезней, от всяких скорбей, от уроков, от призоров, от страхов, переполохов, от тяготы, от ломоты, от стрешного, поперешного, от вострого зуба, от вострого глаза, от белого и черного и покрова, от бабы, от золовки, от девки простоволоски. Будьте мои слова крепки и лепки. Тем словам замок — море, ключ-зубы.

Употребление: Чаще всего читается над водой, которого потом дают пить больному. Читают один раз два или даже три раза, глядя по степени урока и податливости его лечению.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Избавляется от урочища, от озовища, скорби, болезни, родимки, страха, переполоха, от дикого рева. Как камень окаменел, уроки, призоры окаменели; они бы не болели, не скорбели, их бы не знобило, не крушило. У этих слов есть ключ и замок. Замок в роте, а ключ в море. Будьте слова мои крепки и лепки. Крепче булату и укладу. Булат и уклад на огне раскипает, а мои крепкие слова и на огне не разгорят, пусть и не раскипят.

Дам я ащему и завидущему железного за щеку, типун на язык, смолы в глаза. Будьте мои слова крепки и емки.

Употребление: Употребляется «чтоб посторонний глаз не изурочил» или «чтоб ружье неиспортили». Наговор читают три раза над человеком или ружьем, или вообще каким-либо предметом. Прочтя раз, надо сплюнуть два раза вправо или влево от себя. Повторить то же после второго чтения. После третьего чтения сплевывают по три раза вправо и столько влево, по очереди (вправо и влево, вправо и влево и т. д.) и затем дунуть прямо перед собой.

Ситом, которым была цажена опара, нужно промыть хорошо это сито и вытереть, им черпать из кади воду, до трех раз, и, почерпнув, каждый раз воду выливают в посудку отдельную с приговором:

«Как вода в ситене не держится, так и на рабе Божьем уроки не держитесь».

После эту воду, сколько бы не начерпалось, много ли, мало, нужно из этой посудинки лить до трех раз на переднее цело с приговором:

«Как эта вода на целе не держится, так и уроки на рабе Божьем не держитесь. Как цело крепко, так и раб Божий будь крепок. Как эта вода хлестко бежит, так и уроки хлестко сбежите и скатитесь. Будьте мои слова крепки и лепки. Помоги мне, Господи, в моих словах».

Эти последние слова и при начале нужно произносить. Воду же, когда будет скатываться с цела нужно подставить другую посудинку, чтоб вода в нее сбегала, и, после троекратного переливания на цело, нужно сначала дать попить, а потом остальной умыть лицо и с лица рукою на голову над заслонкой. После всего этого сказать:

«Пойдите все уроки и призоры на пуст лес, на горячу заслонку присыхайте!»

И отплюнуть до трех раз.

Все это проделывать утром и вечером раза два-три для детей.

Лягу я благословясь и встану перекрестясь, и пойду из избы во двор, из двора в ворота, под восточную сторону. Там есть море-окиян. По морю-окияну бежит каменка ручейка, а по каменной ручейке бежит чистая змейка. Я, раба Божия (имярек), взмолилася: «Бери, бери двенадцать болей моих». Тут Мать Пресвятая Богородице явилася: «Умойся ты тою водою, в которой я купели купала и пеленою пеленала. Рабу Божию (имярек) очисти от белого тела, от чистого сердца, от всих зол и болестей, от девки пустоволосой, от бабы двоеволосой, от парня одноженного, двоеженного, троеженного, от белозубого и жилазубого».

Лягу благословясь, встану перекрестясь, выйду из избы дверьми, из двора воротами, под западну сторону. Под западной стороной стоят четыре евангелиста: первый Марк, второй Лука, третий Иван Пятитечий, четвертый Иуда. Подойду к ним и взвосвасти: «Все вы четыре евангелиста, подите к рабу Михайлу, сымайте, срывайте с раба Михаила лихую лихоту, лихорадку-лихоманку, комуху-лапуху трясучу, ломучу, скорбучу, трясу-трясучу, трясу-ломучу, трясу-скорбучу, херьте ее и принимайте ее, и понесите ее, и бросайте ее во огонь и пламя, в кирпищатую печь, во камень серовик, прислоняйте ее железной заслонкой, приприте ее железной клюкой, печатайте ее имем Господним, крестом животворящим, батюшком истиным Христом, именем Господним, светлым Христовым Воскресением днем при красном солнышке, ночью при полном месяце, при сходимом красном солнышке. Будьте мои слова крепки и емки.

Употребление: Истопив печь и прикрыв ее заслонкой, которую припирают клюкой, приготовляют настой из «марьих корений», «конской сараны» и коры осины, взятой с той стороны дерева, которую не хватает солнцесход, или с того дерева, которого вообще не достигает солнечный луч. Больному лихоманкой дают пить стакан этого настоя, предварительно опустив на дно стакана нательный серебряный крестик. Во время питья этот наговор прочитывают три раза. Это троекратное чтение называется «девяткой». Смотря по степени болезни читают одну «девятку», но в случаях затяжных этих «девяток» читают девять — на утренней и вечерней заре, всего девять зорь.

Встану я, раб Божий, благословясь, пойду перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, путем дорогой к синему морю. У этого моря стоит древо, на этом древе коркалите стоят Кузьма и Демьян, Лука и Павел, великие помощники. Павел сказал мне: «Для чего же выходят из моря-океана женщены простоволосые, для чего оне по миру ходят, от сна, от еды, сосут кровь, тянут, как червь, точат черную печень, пилят пилами желтые кости-суставы? Здесь вам не житье-жилище, не прохладно. Ступайте вы в болото, в глубокое озеро, за быстрые реки, темные боры. Там для вас кроватки поставлены песовые, перины пуховые, подушки перяные. Там явства сахарные, напитки и медовые. Там будет вам житье-жилище, прохладилище по сей час, по сей день». Слово мое, раба Божьего (имя), крепко-крепко. Аминь.