Читаем Несложный выбор (СИ) онлайн бесплатно

Раз! Шаг и вдох. Два! Три! Четыре! И под каждый счёт следует шаг, сопровождаемый медленным выдохом, так что бы на счёт четыре лёгкие были практически пусты. И снова Раз! И снова вдох, за которым следует ещё три шага под счёт и такой же плавный выдох растянувшийся вплоть до цифры четыре. А затем снова шаг и вдох и снова три шага и выдох. А потом всё сначала. Так дышат во время бега профессиональные бегуны на длинные дистанции. А может и не так, но не кому было убедить меня в обратном. Да и не стал бы я слушать. Эти цифры и этот ритм сейчас были тем что отделяло меня от неотвратимого, всепоглощающего ужаса, следующего за мной по пятам. Ну вернее не сами цифры и ритм, а бег, который я ими задавал сам себе.

Вы пробовали бегать во сне? Не важно догонять кого то или убегать. Пробовали? Если да то думаю вы не кого не догнали и не от кого не убежали. Ведь как можно догнать кого то если тебя окружает не воздух а некая субстанция сгущенная до состояния киселя. Вы вязнете в ней, ваши движения становятся медленными и тяжёлыми, и сколько бы вы не прилагали усилий, ваше тело двигается будто бы при замедленной съёмке. Разумеется ваши оппоненты, если такие конечно есть в вашем сне, двигаются не испытывая подобных затруднений. Думаю такая проблема знакома всем, кто хоть раз пытался осознанно или нет бегать во сне. Хорошо когда ты понимаешь что это сон. А когда нет? Я понимаю. Уже понимаю. Понял примерно на сто тридцать восьмом его повторе. Но это ни чего не меняет.

Этот сон преследует меня пожалуй всю сознательную жизнь. Ну или по крайней мере ту её часть в которой я полностью осознал всю суть бытия так сказать. Хотя всю это громко сказано. А может быть и всю. Ведь смерть это ли не всё? Пафосно звучит знаю. Но ведь в итоге все умирают, так не в этом ли суть? А смерть это забвение, бездна, пропасть, то откуда нет возврата. Вот ты был и вот тебя нет. И это страшно. Мне жутко страшно и я не стыжусь этого. Я вообще не стыжусь страха, я его люблю. Он заставляет быть осторожней, и прожить чуть дольше. А я не хочу умирать.

И вот теперь догадайтесь что же за мной гналось? Бинго!! Это была смерть. Нет не всадник на коне бледном, не старуха с косой. Это была просто чёрная, бездонная пустота, которая поглощала всё на своём пути. И меня в том числе, те первые десятки раз когда я не мог, не знал как от неё убежать. Я бежал, я сразу понял что волна тьмы, поглощающая улочки моего города и движущаяся прямо на меня - не есть хорошо. И я сразу побежал, в первый же раз. Но как вы наверное уже догадались, меня подвёл этот всеми любимый спец эффект снов - замедленное бегство. Я бежал, рвался, вкладывал все силы и даже чуть больше, я не хотел быть поглощённым этой бездной - я не хотел умирать. Но мои движения так и оставались замедленными и вялыми, будто я продирался через внезапно загустевший воздух. И тогда, тьма поглощала меня, и я умирал. К счастью только во сне, просыпаясь затем в своей постели, в холодном поту и с разинутым в беззвучном вопле ртом, но живым.

Но я то понимал, что это лишь прелюдия. К чему? К настоящей смерти! Ведь рано или поздно я тоже умру и эта тьма поглотит меня по настоящему. А вдруг умерев тут я умру и в реальности? Такая вероятность ничтожно, исчезающий мала. Но ВДРУГ? Я не хотел проверять. Я не хотел умирать. Но и убежать от неё я не мог. Первое время.

Но жизнь там, за пределами сна продолжалась. Я как любой нормальный ребёнок ходил в школу, учился, ел, играл, баловался, смотрел мультики и так далее. Конечно пытаясь быть во всём как можно более осторожным. А по вечерам, я шёл на стадион, который как раз располагался буквально в сотни метрах от моего дома. И я бегал. Бегал пока уставшие ноги не отказывались нести меня дальше, а горящие огнём лёгкие не начинали извергать из себя приступы жуткого кашля, протестуя против такого с собой обращения. И даже после этого ещё чуть-чуть но я заставлял себя бежать. Потому что я знал, что придёт ночь и придёт тьма от которой я в очередной раз не смогу убежать, и тогда я снова умру. Быть может в последний раз. А я не хотел умирать. И я снова бежал, каждый день бежал и тренировался.

А однажды, я где-то, толи прочёл, толи услышал, о том что спортсмены когда бегут, дышат именно так. На первый шаг вдох, потом в течении остальных трёх шагов выдох. И вдыхают носом, а выдыхают ртом, что бы холодный воздух, проделал более длинный путь по носоглотке и успел согреться, перед попаданием в лёгкие. И я попробовал. Получилось, не сразу но получилось. Через пару недель я мысленно задавая себе этот ритм, уже спокойно мог бежать, значительно дальше чем раньше. А главное я понял когда применил этот метод во сне. Он заставлял быть сосредоточенным на себе, на счёте, на дыхании. Это было как молитва, или скорей как медитация. И пока я считал себе и бежал, замедляющие оковы сна на меня не действовали. Я мог бежать с нормальной скоростью. Тогда я впервые убежал от тьмы, от Смерти.

Раз! Шаг и вдох. Два! Три! Четыре! Выдох! За своими мыслями я и не заметил как почти добежал. Этот сон повторялся уже тысячи раз. Но каждый раз я бежал по разным маршрутам. Сейчас я бежал по улице Ленина своего любимого Таганрога. И уже был близок к конечной точке своего маршрута. Вот показалась вторая городская больница, за которой возвышалось четырёх этажное здание род дома. Эту больницу не так давно отремонтировали, верней построили практически заново, так как старое здание ещё царской постройки буквально треснуло пополам. Естественно эта стройка длилась не один год. Верней сама стройка та была не долгой и больницу построили быстро, но произошло это только после пяти лет стояния останков старого здания, и внушительного втыка со стороны то ли областной администрации то ли кого рангом по выше. Ибо до того момента о ней и не вспоминали. Но зато теперь это весьма симпатичное и современное лечебное учреждение. Наверно. Внутри я сам не был, чему и рад.

Сразу за больнице шло здание местного МФЦ. Здание кстати тоже примечательное, тоже строилось не один десяток лет. В моём детстве по его не достроенному остову лазила наверное вся ребятня округи. Кто то строил его, застеклял, потом у него кончались деньги и проект забрасывался. А такие ушлые ребята как я и мои товарищи, играясь там, разбивали окна, ломали всё что могли сломать и всячески его засирали, причём порой в прямом смысле слова. Потом приходил новый подрядчик и снова приводил в порядок здание, но у него опять не хватало денег, и оно снова консервировалось. Что разумеется не было преградой для хитрозадой ребятни. Целое поколение выросло на этой стройке. Но наконец кто-то умудрился его достроить, и открыл там МФЦ. Весьма дельная кстати контора. По крайней мере нам простым людям от неё есть реальная польза. Можно большую часть бюрократической волокиты с документами, сделать в одном месте. А не носиться по всему городу в поисках той или иной конторы.

Но сейчас эти здания выглядели весьма устрашающе. С чёрными провалами окон, в которых тут не горел свет, пустыми парковками и полным отсутствием людей. Впрочем так выглядел весь проклятый город в моём сне. Радовало только одно. Когда тьма дойдёт до каждого из жутких зданий, она поглотит их как и весь этот город. Кроме меня. Меня она не достанет, я быстрый, я убегу.

Раз! Шаг и вдох. Два! Три! Четыре! Выдох! Вот уже проплывает мимо целый микрорайон, называемый в простонародье "Электроника". Скопление девятиэтажек, и большой частный сектор из грязных переулков, напротив. А вот и знаменитая на весь наш город шаурма. У нас их много, но эта самая известная, и самая вкусная, уж я то знаю. Но сейчас и она выглядит мрачно и страшно. Не горит горелка у вертела, и неслышно так не любимой мной среднеазиатской музыки, и не стоит толпа в ожидании своей порции восточной вкусняшки. Но ничего и эту жуть поглотит тьма, как и всё остальное, но не меня, я убегу.

Раз! Шаг и вдох. Два! Три! Четыре! Выдох! От шаурмы до пункта назначения было всего метров двести, не больше. Пробежав два переулка, я свернул в третий. И пробежав ещё не много, заскочил в ворота опять же третьего по счёту дома. Это был не примечательный не большой домик, построенный ещё в двадцатые годы прошлого века из самана, и обложенный кирпичом, с небольшой надстройкой в виде мансарды - второго этажа. Но только в нём горел свет! Это был мой дом.

Серые ворота, обитые с одной стороны проф настилом, гостеприимно скрипнули отворяясь и впустили меня в освещённый двор. Из здоровенной будки у стены дома, тут же высунулась огромная морда песочного цвета мастиффа. Затем вышел сам пёс. Огромный, почти под сотню килограмм, но столь же добрый, ленивый и флегматичный. Мой пёс, подойдя обнюхал меня и радостно виляя хвостом стал тереться, об мою ногу, чуть не свалив при этом меня на землю. Обернувшись я увидел как сплошная пелена тьмы уже вплотную приблизилась ко мне, но ударившись о источаемый фонарями из моего двора свет, остановилась, не в силах проникнуть дальше. Пёс же встал перед воротами, оскалился и глухо зарычал, глядя в сторону тьмы. Своей тушей он полностью перекрыл проход, и как я уже убедился, не уйдёт от туда, пока я здесь. Он как и любой пёс, старался защитить своего хозяина, пусть даже защищать предстояло бы от самой смерти. Собаки они такие.

Я был спасён, в который раз. Погладив пса, я разулся и зашёл наконец домой. Аккуратно повесив куртку на крючок, прошёл в свою комнату, разделся и лёг в кровать. Я дома, теперь можно просыпаться. С этими мыслями я закрыл глаза. Что бы открыть их в следующую минуту, но уже в реальном мире.

Пробуждение было мгновенным. Я всегда вставал быстро и не когда не валялся или не пытался " поспать ещё пять минут". Зачем? А что хорошего меня ждёт в этом сне? Бесконечный бег от неотвратимой смерти? Нет уж!! Лучше я буду здесь, в реальном мире, где смерть хоть и ходит рядом, но пока она не коснётся тебя или твоих близких, кажется чем то не существенным и отдалённым, для большинства обывателей. Да и мне не приходиться бороться за жизнь каждое мгновение, хотя я и знал что ждёт нас после смерти - ни чего. К тому же как и любой, ну или почти любой, гражданин России, мужского пола в восемнадцать лет я пошёл в армию. Нет. Вру, в девятнадцать, спасибо колледжу за отсрочку. И так случилось что какой то отрезок моей службы ( как позже выяснилось лучшая её часть) прошёл в роте охраны, на небольшом аэродроме недалеко от Волгограда. Как и на любом военном аэродроме, личного состава не имевшего отношения к полётам, не прямо не косвенно, тут было относительно не много, а солдат срочной службы ( к коим я и причислялся) было ещё меньше. Но кто-то же должен был подметать взлётную полосу, ездить на заправщиках и дежурных машинах, и охранять склады с различными боеприпасами как для ручного оружия так и собственно для дислоцируемых там самолётов.

Так что срочников не хватало, а контрактники все люди семейные, ходить через сутки в караул они не хотели, и не за что их тут винить. По сему, делали это - срочники, и я в их числе. В принципе мне нравилось. Еды давали больше, не чем больше не напрягали. Сутки в карауле. Сутки отдыхаешь в казарме, хотя в том же карауле и не напрягаешься если честно. Так вот: стоишь ты на вышке два часа, бдительно несёшь службу, затем тебя сменяет твой товарищ, ты два часа сидишь смотришь телевизор. Ой! Ну то есть находишься в бодрствующей смене, которая должна проверять по рации посты и в случаи чего быть в полной боеготовности. После чего уже тебя сменяет только что спустившийся с вышки боец, и ты идёшь ещё на два часа спать, после чего опять на вышку и так три раза. Будят тебя перед отправлением на пост, буквально за пару минут, что бы не отнимать лишние время сна. И соответственно ты должен как можно быстрей взять оружие, броник и отправиться на смену своему товарищу, который если дело происходит зимой, там уже давно околел, и тоже хочет в тепло. Я частенько оказывался в ситуации этого товарища, когда всякие сонные ублюдки не могли быстро разлепить свои глаза и собравшись прийти на пост. Приходилось мёрзнуть и проклинать всё и всех. По сему сам я не когда так не делал ибо уважал своих товарищей и не хотел заставлять их мёрзнуть или просто ждать лишние пять минут, так как простоять два часа на вышке в бронежилете и каске, почти не двигаясь, само по себе дело не радостное, и лишние пять минут не добавляют тебе оптимизма.. Подъём, так подъём. Вскочил и пошёл, проснулся уже на ходу.

Так и в этот раз, пусть и дома на гражданке. Открыв глаза, я сразу встал и пошёл, по пути одевая халат и тапочки. В реальной взрослой жизни, каждый день которой начинался так же как сегодняшний, конечно было мало интересного и весёлого, но всяко лучше чем бесконечный бег от неизбежности. Завтракая заварной овсянкой с изюмом, и запивая всё это не крепким кофе, я с тоской думал о предстоящем дне который я проведу как и все остальные на работе, дабы вечером прийти и провести несколько приятных часов сидя за компьютером попивая чаёк с бутербродиками, после чего как можно позже отправлюсь спать, дабы в который раз немного оттянуть неизбежный сон. Хотя к этому жутковатому сну я уже привык. И собственно после того как я смог в первый раз убежать от смерти, я стал относиться к нему как к рутине, пусть и весьма мрачноватой. А вот смириться с каждодневными походами на стройку, которая и являлась моей работой, я ну не как не мог. Не мог и всё тут. Я ненавидел стройку. Но каждый день отправлялся на неё, дабы было чем платить за дом и интернет, и за что покупать еду.

На стройке я работал с двенадцати лет. И нет, не потому что был сиротой там или ещё как то обижен жизнью, вынужденный с детства зарабатывать на кусок хлеба. А как раз на оборот. Потому что мой отец предприниматель, и владеет не большой, но стабильной и приносящей доход строительной фирмой. В которую меня вручив лопату, радостно и засунул в двенадцать лет, на правах чернорабочего. Эта работёнка сразу пришлась мне не по душе. Но деваться было не куда. И все свои каникулы в плоть до окончания колледжа я был вынужден проводить не в блаженном нечего не делание, а на ненавистной стройке.