Читаем Дневник Стёпки-сорванца и его замечательного братца онлайн бесплатно

Здравствуйте! Позвольте представиться: я Степан Великанский, (да-да, вы не ослышались, именно так звучит моя фамилия). Люблю записывать разные события, происходящие в моей жизни, а также имею замечательного братца двойняшку. Нам по двенадцать лет. Я расскажу вам как мы провели каникулы в нынешнем году. Нам пришлось ехать к тёте, что было огромным минусом в нашей жизни. Почему минусом сейчас объясню.

Во-первых, у неё в доме водились огромные тараканы, которые часто падали на нас. Наши истерики совершенно выбивали тётку из колеи. Кое-как успокоив нас, она усаживалась на диван и начинала читать длиннющие лекции о том, как следует вести себя в гостях.

Во-вторых, у тётушки были очень дикие дети, которые вечно таращились на нас и сторонились так, будто мы их искусаем.

В-третьих, дядя всегда молчал, когда мы приезжали, хотя, умел рассказывать интересные истории.

Но в этот раз наши опасения не оправдались. Мы приехали к тёте поздним вечером первого ноября. Шёл снег с дождём и было очень холодно. Кому первым стучать в квартиру? Это был вопрос. Наконец, решившись, постучал Семка. Я не возражал потому что мне этого не хотелось. Дверь нам открыл дядя и незамедлительно воскликнул:

– Заявились? Ну, проходите обустраивайтесь.

Мы осторожно ступили на порожек в холле.

– Что же вы?! Проходите, не стесняйтесь! Тараканов у нас больше нет так что не бойтесь, – и он засмеялся. Хотя я не видел в этом ничего смешного.

Мы очень медленно отправились в спальню где обычно ночевали, когда приезжали к тёте, удивляясь куда все подевались. Сёмка зашуршал пакетом так как очень хотел есть, но я призвал его прислушаться как дядюшка разговаривает по телефону по-видимому со своим сотрудником. Мы прислушались:

– Когда мы переплывали Тихий океан нам встретилось небольшое… хм… препятствие. Всё произошло примерно так: я спустился в каюту, чтобы немного отдохнуть после напряжённой работы и вдруг заметил в полу небольшое отверстие в которое заливалась вода, честно сказать, я не на шутку испугался и уже хотел позвать капитана как увидел, что в каюту заливается не только вода, а малюсенькие личинки а…

Органический мир Тихого океана значительно разнообразнее по сравнению с другими океанами. Так что не перебивайте меня пожалуйста…

Та-ак, на чём я остановился? А, вспомнил! Значит, увидел я личинки…

Но услышать какие личинки увидел дядя нам не удалось потому что в передней хлопнула дверь и дом заполнился детским гомоном.

В нашу дверь постучали.

– Мальчики, идите кушать! – произнёс тоненький голосок.

Мы вышли в кухню. На ужин был: капустный салат с горошком и яблочный пирог с компотом. Сёмка поморщился и шепнул мне на ухо: – А получше они ничего приготовить не могли?!

Я сказал:

– Молчи уж! Сёмка обиделся:

– Я не уж!

Я возмущённо зашептал:

– Какой ты непонятливый! Я вовсе не имел ввиду, что ты уж, а сказал так потому что хотел, чтобы ты «уже» замолчал! Неужели не понимаешь?!

– Так бы сразу и говорил! И не использовал замудрённые выражения! – Какие замудрённые выражения?! – вытаращился я. – А какие ты только что употреблял! – язвительно сообщил мне Сёмка.

– Чего стоите? Проходите за стол! – прикрикнула на нас наша двоюродная сестра.

Cёмка тут же нашёлся: – А чего у вас почти всё….

Докончить он не успел, так как я толкнул его локтем. У него тут же произошла ответная реакция, так, что я аж отлетел в сторону. – Мальчики! Как вам не стыдно?! – укоризненно покачала головой тётя, – Садитесь за стол. Мы, опустив головы, покорно проследовали за ней к столу.

Мы уселись за стол. Дядя спросил:

– Ну, как вы поживаете на вашем этом Северном Кавказе?

Мне было очень неприятно, что дядя назвал Северный Кавказ «этим» как будто это какое-нибудь заброшенное место. Но всё же я вежливо ответил:

– Пойдёт. Летом малину собираем, в речке купаемся. Зимой с горки катаемся. Осенью листья собираем. Весной букетики срываем. Изредка в горы выезжаем.

Тётя воскликнула:

– Он будет поэтом!

А дядя усмехнулся:

– Ты обрати внимание на его последнюю фразу! «Изредка в горы выезжаем!» Как будто они живут на Магадане!

Мне очень хотелось убежать, но я этого не сделал так как это было бы невежливо.

А кузина сказала:

– А вы очень часто выезжаете на море, не так ли?

Тут я и Сёмка стали красные как раки от гнева и казалось, что ещё минута и мы взорвёмся. Тётя, заметив это, успокоительно сказала:

– Давайте закроем эту тему и не будем к ней возвращаться.

Когда ужин закончился нас отправили спать, но мы ещё долго не могли заснуть, очень впечатлённые и разгневанные таким «сердечным» приёмом.

И про себя мы решили больше никогда сюда не приезжать, даже если нас заставят.

Вот так трагически закончился наш первый день у тёти.

В холле нас встретила тётя и очень любезно спросила:

– Как спали? Вы извините нас за вчерашнее…

Просто мы не очень тактично начали разговор…

Я обещаю вам, больше такого не повторится.

И действительно, за завтраком все были очень любезны с нами и не упоминали о вчерашнем, а дядя даже спросил:

– Не хотите ли поехать в музей?

– Хотим! – сказали мы в один голос.

Мы сидели на веранде и пили чай из самовара. Было одиннадцать часов вечера. Дядя сказал:

– А теперь, дети, быстренько спать! Дядюшка знал, что свои слова нужно сопровождать действиями сразу. Для укрепления послушания в нашем разуме. И поэтому довольно успешно отправил нас в кровати. Но если вы думаете, что сразу воцарилась тишина, то очень ошибаетесь. Дядя потушил свет, велел нам вести себя тихо и вышел.

– Стёпка! – позвал меня Сёма.

– Ну, – пробормотал я, – Что такое?

– Давай залезем в кладовую и съедим все коржики!

(Мы сегодня видели, как тётя вносила в кладовку готовую выпечку, а сладости у неё всегда отлично получались.)

– Ты себя нормально чувствуешь? – подозрительно покосился на него я.

– Вечно от тебя ничего не добьёшься! Ты мне друг?

– Друг, конечно!

– Ну, тогда давай действовать!

– Хорошо. – мрачно согласился я. – Только, если тётя обнаружит пропажу, пеняй на себя! Я встал. Он последовал моему примеру. Мы на цыпочках прошли через коридор. Отворив первую попавшуюся дверь, мы очутились в шкафу и очень удивились этому обстоятельству.

Сёмка сказал:

– Так, что же у них межкомнатные двери не отличаются от дверей шкафов?! Просто уму непостижимо!

Я попытался присесть на корточки, но моя голова с грохотом стукнулась о стенку. Благодаря чему на меня стала сыпаться сушёная рыба и разные травы, а в конце, вы только подумайте! Упал жбан с мёдом и пребольно стукнул по хребту. Я завыл, а Сёмка кинулся ко мне и засунул свой грязный кулак мне в рот. Мне – это естественно, не понравилось и я его укусил. Он вынул свой кулак, плюнул на него и прищёлкнул меня по затылку. Вследствие чего, я опять ударился о стену и получил кочаном капусты по голове. Ещё сильней завыл и разбудил весь дом.

Прибежала тётя и удивлённо спросила:

– Что здесь происходит?

Дядя выглядывающий из-за тётиной спины испугано пробормотал:

– Вы, я надеюсь, не страдаете лунатизмом? Мы хором заверили его, что не страдаем, а просто решили прогуляться.

– Прогуляться?! – поразились дядя с тётей. – Среди ночи?!

– Да, а что здесь такого? Если бы вы знали, ночью такие яркие звёзды! И такая жёлтая луна! А ещё ночью…

Я изо всех сил толкал Сёмку под руку, чтобы он замолчал. Но он не обращал на меня никакого внимания. И продолжал говорить, как заводной!

Ночью летают совы и за ними так интересно наблюдать!

Дядя с тётей с ужасом глядели друг на друга и, наверное, вычисляли какая у Семёна болезнь. Честно говоря, я уже выбился из сил, заставляя его молчать. Наконец, он соизволил замолчать и устремил глаза в потолок.

Опомнившись, наши родственники вытащили нас из шкафа и отправили спать. Часа в четыре утра мы с Сёмкой заснули и проспали до двух часов дня.

Конечно, если не спать почти всю ночь! Ну, скажу я вам, не очень-то себя чувствуешь после бессонной ночи!

За обедом никто не сказал нам ни слова. Все как будто стремились побыстрей поесть. Выглядело это так словно они опаздывали на поезд. В общем по их виду мы поняли, что дядя с тётей собираются прочесть нам лекцию о правилах хорошего тона. И всё из-за нашего вчерашнего ночного похода.

Мы были невыспавшиеся и злые. Сёмка сказал, что устроит мне весёлую жизнь из-за того, что я своими криками разбудил тётю с дядей. И нам ничего не удалось. А я сказал, что, по-моему, это прекрасно. И что ему не надо быть такой сладкоежкой. Мы сцепились. Дрались примерно два часа, отпуская при этом язвительные замечания в адрес друг друга. Вдруг ни с того ни сего примчалась наша двоюродная сестрица и начала нас разнимать. Мы вовлекли в драку и её. В итоге получилась такая свалка, что все соседи, наверное, затыкали уши.

Шум стоял такой…Даже мы чуть не оглохли! Тётя хотела нас разнять, но у неё ничего не получилось. Она позвала дядю, он с великим трудом отцепил нас друг от друга и они вместе прочитали нам лекцию о том, как надо себя вести. И тётушка сказала, что мы ни кусочка не получим её фирменного черничного пирога. Мы тотчас смекнули в чём дело и хором попросили прощения. Тётка рассмеялась, обозвала нас «ужасными сладкоежками» и вышла.

Мы были прощены и очень этим гордились. В общем, мы всё-таки получили пирог.

На следующий день, когда наша тётя вышла поработать на огороде соседка спросила её благополучно ли они зарезали свинью. Тётка долго думала какую свинью, а потом спросила, что та женщина имеет ввиду. Она сказала: «ну, у вас был такой шум, я подумала, что вы свинью режете… Или это было не так?» Родственница наша, значит, сказала так:

– Мы не резали свинью, это просто играли мои племянники.

– А-а! – сказала соседка. – Ну, тогда скажи им, чтобы тише в следующий раз играли, а то спать после обеда невозможно.

Взбучка, которую устроила нам тётя после этого разговора, поистине имела вселенский характер.

Теперь мы редко веселимся, и всё из-за этой привередливой соседки.

– Вот, что мы купили, – сказала тётушка, доставая продукты из пакета.

Дядя щурился и рассматривал чек.

– М-да уж, ребятки, этак, вы меня совсем разорите!.. Ну, зачем, спрашивается им столько конфет?

– Чтобы жизнь не казалась чересчур приторной! Наверное…

– М-да уж, а вы знаете, что из-за шоколада портятся зубы? Товарищи, вы меня слышите?!

Мы заверили его, что слышим.

– Значит так, – сказал дядя, – я прячу все конфеты и выдаю их постепенно. Договорились?

Мы в ответ недовольно что-то пробурчали. Дядя нам погрозил и ушёл с мешком конфет. Причём, это был мешок для мусора…

Интересно, кто это додумался продавать конфеты в мусорных мешках?! Просто поразительно! К сожалению, нам ещё предстоит узнать много неожиданного. Такая уж жизнь, что поделаешь?!

Мы ходили и всему удивлялись. Например, мы очень удивились, когда увидели трамвай. У нас и в помине ничего такого нет. А когда мы увидели вывеску на одном из магазинов «живая рыба», то стали спорить есть у нас такое или нет. Сёмка доказывал, что есть, я доказывал, что нет. А дядя сказал:

– Видать, совсем дикая эта ваша республика Кавказ.

Мы с Семёном, разом, перестали спорить и в недоумении стали смотреть друг на друга. Затем, мы попытались объяснить дяде, что Кавказ – это вовсе не республика, а территория, расположенная вокруг Кавказских гор и разбитая на республики и края. Дядюшка твердил, что мы вообще ничего не смыслим в географии и не нам его учить.

Мы перешли почти что на крик, пытаясь доказать, что Кавказ – это не республика. Но он не хотел нас слушать. В конце концов, мы с братцем просто охрипли. Если честно, дядя казался нам крестьянином из русской деревни, который никогда не учился. Мы прикрыли свои ротики, вежливо закончили разговор и побежали играть.

Дядюшка наш имел изумительную способность: всё делать одновременно. Например, мог ехать за рулём, читать книгу, есть и разговаривать. Причём, не останавливаясь. Из-за этого приключилась одна трагикомическая история. Сейчас я вам её расскажу.

Значит, едет наш родственничек за рулём, грызёт яблоко, говорит по телефону и читает новый журнальчик. Едет очень медленно. Ну, прямо-таки ползёт… Ну, это-то и хорошо в его ситуации. Но люди в других машинах-то не знают того, что водитель ползущего автомобиля занимается сразу четырьмя делами. И сигналят ему, а он зачитался и не слышит ничего. Только поглядывает на дорогу, чтобы никуда не врезаться. Но тут у водителя едущего позади нашего дядюшки кончается терпение и он (водитель) стараясь выйти на обгон врезается в соседнюю машину. И конечно же словно из-под земли рядом с дядиной машиной вырастает полицейский.

Окно у дяди было открыто и работник полиции всунув туда голову, окликнул его. Никакой реакции. Блюститель порядка, сделав ещё несколько попыток, которые, к слову сказать, оказались безуспешными, открыл дверцу и уткнувшись почти дядюшке в ухо, произнёс:

– Гражданин! Выходите из машины!

Наконец, дядя оторвался от журнала и сказал:

– А что, собственно, происходит?

– Выходите, выходите, гражданин. Я вас жду…

– Ну, я кажется, никого не трогал!

– Ну, конечно, не трогали. Пока… А я и не говорю, что вы кого-то трогали.

– Господин полицейский! Да объясните-то, в конце концов, что случилось.

– А положите сначала трубку, выйдите из машины, тогда и поговорим…

Тут дядя заметил, что не положил трубку и тётя яростно что-то ему кричит. И он проговорил туда (в трубку):

– Ладно, пока, а то я тут, кажется, влип в историю.

С другого конца трубки раздалось:

– В смысле?! Как это влип в историю? Может, объяснишь?

– Ладно… Спокойно… Спокойно… Ничего страшного, я тебе говорю…

И положил трубку.

– Пока действительно, ничего страшного, – сказал полицейский. – Но так ездить слишком плохо!

– Я ехал абсолютно спокойно и никого не трогал…

– Даже слишком спокойно вы ехали, вот что я вам скажу.

– А тогда, какие ко мне могут быть претензии?

– О, к вам претензий много. Даже не сомневайтесь в этом!

– Ну, так назовите мне их!

– Пройдёмте в участок. Там в спокойной обстановке и поговорим. А потом я вас довезу.

– Вы, что же, за бандита меня принимаете?

– Вовсе нет. Просто пришло время с вами поговорить.

Припарковав машину на стоянке, блюститель порядка провёл дядю в здание полиции.

– Присаживайтесь. Итак, начнём. Кто дал вам право заниматься всем одновременно? Причём, за рулём?

– Никто. Просто я так привык.

– Нечего сказать, хорошенькое дело… Он так привык! А если вы, допустим, зачитаетесь и врежетесь куда-нибудь, кто будет виноват?

– Ну, разумеется, автор той книги, которую я читаю в то время… Потому что не надо так интересно писать. А то люди зачитываются и перестают здраво мыслить. И происходит не понять, что!