Читаем Мавритания онлайн бесплатно

Если нам случается пережить что-то по-настоящему интересное, что подействовало на наше воображение и вызвало большое волнение, мы испытываем потребность поделиться своими мыслями с окружающими. Хочется хотя бы часть полученных сведений, наблюдений, своих размышлений передать другим. Именно в силу потребности рассказать о путешествии, которое для меня оказалось не только захватывающей экспедицией в африканское средневековье, по и настоящим приключением, появилась эта книга. Теперь благодаря представившейся возможности издания «Мавритании» на русском языке я испытываю радость от того, что снова могу поговорить об этой прекрасной стране, на сей раз с советским читателем.

Предварительно мне хотелось бы сделать некоторые пояснения. Я — этнограф, в Мавритании меня прежде всего интересовал человек и в значительной мере традиционная культура мавританского общества во всех ее проявлениях. В силу консерватизма, присущего этой стране, приверженности собственным традициям, что является одной из главных черт мавританской жизни, мне необходимо было глубже ознакомиться с историей западной части Сахары. Без знания ее общественной структуры многие элементы экономической и культурной жизни были бы для нас совершенно непонятны.

Под «традиционной» культурой Мавритании я понимаю не какие-то далекие, сохранившиеся только в памяти старшего поколения отголоски ушедшего прошлого, а саму живую культуру Мавритании, но основанную на самобытных традициях. Рядом с ней делает первые шаги «новая» цивилизация, которая использует образцы современной европейской. Можно сказать, что я присутствовала при ее рождении, наблюдала, как утверждались новый общественный и политический порядок, новая экономическая система, новая система образования. К этой новой для Мавритании культуре я не раз возвращалась в книге. Ей посвящена последняя глава — «Рождение современного государства». Со времени моего пребывания в стране, то есть с 1968 года, прошло более десяти лет, в течение которых цивилизация шла вперед все ускоряющимися темпами. Гармоническое развитие нарушалось политическими событиями последних лет, в равной мере связанными как с внешней политикой (отношения с Алжиром, проблема Испанской Сахары [1]), так и с внутриполитическими проблемами (общественные волнения на рудниках и заводах, Фронт ПОЛИСАРИО, смена правительства). Поэтому сегодняшний день Мавритании — ее политика, экономика и общественная жизнь — завтра в определенной степени теряет свою актуальность и превращается в хронику одного из периодов развития этой страны.

Следует, однако, помнить, что перестройка отношений, связанная с развитием экономики (рудники, промышленные предприятия, современная торговля, транспорт), с созданием государственной администрации, с развитием образования и т. д., охватывает в Мавритании прежде всего легкодоступные районы — берега реки Сенегал, Сахель и морское побережье, а в глубине страны — железные и медные рудники. В свою очередь, внутренние районы Сахары, которые не только непригодны для сельского хозяйства и интенсивного животноводства, но и лишены природных богатств, а также путей сообщения, продолжают оставаться за пределами воздействия цивилизации.

Существенное значение для развития мавританского общества имеют уже упоминавшаяся выше приверженность населения древним традициям и та роль, которую играет ислам.

Без знания древней истории невозможно понять Мавританию первых лет ее независимости, а без обзора того, что происходило там непосредственно после создания независимого государства, невозможно понять ее последующую судьбу, ее внутренние преобразования. Хочу выразить надежду, что я выполнила свою задачу: показала Мавританию первых лет ее политической самостоятельности.

Анна Ковальска-Левицка

«Лендровер» остановился у посольства Мавритании в Дакаре. Отсюда начинается наше путешествие, полное волнений и ярких впечатлений. Мы пробираемся по глубокому песку, который здесь служит тротуаром. Перед нами живописная, сверкающая белизной вилла, выдержанная в «мавританском» стиле, насколько его можно было соблюсти в здании, возведенном французами. Мы проходим через изысканную арку и оказываемся в небольшом песчаном патио, в котором возятся черные малыши. Это дети обслуживающего персонала, чьи небольшие жилые домики расположились на другой стороне двора. В тени, отбрасываемой стеной прямо на земле сидит группа мавров. Ослепительно белая одежда, тяжелые замысловатые черные тюрбаны, лица с чистой матовой кожей и выражение полной безучастности, почти пренебрежения — все говорит об их благородном происхождении. Позднее мы не раз будем наблюдать подобные сцены — группы сидящих мужчин, часами абсолютно ничего не делающих. Мы встретимся с ними в городах, в ксарах* [2], перед палатками в бруссе [3]как в самой Мавритании, так и в соседнем Сенегале.

Мы растерялись, поскольку из патиомного дверей вели в разные комнаты. К счастью, из одного строения вышла молодая полная мавританка в голубой, искусно задрапированной тунике. Тяжелые браслеты на щиколотках ног делали ее движения неторопливыми, на узких запястьях рук тоже позванивали браслеты, а по обеим сторонам лица свисали янтарные кольца, нанизанные на полоски крашеной кожи. Красавица приблизилась к нам и с улыбкой спросила по-французски, чем могла бы быть полезна. Я — новичок, и, хотя уже проглотила большое количество томов, описывающих жизнь этой страны, многое меня не перестает поражать. Я не могла свыкнуться с тем, что мавританская действительность оказалась более экзотической, чем я себе представляла. Моя Шахразада — секретарь посольства. Она провела нас в прохладную комнату, уставленную европейскими креслами, где уже сидели и другие посетители. Страна находилась на пороге своего развития, и не было ничего удивительного в том, что многие хотели поселиться здесь, открыть свои предприятия, заняться перевозкой грузов, работать на вновь открытых шахтах и т. д.

Напротив нас в кресле расположилась очень полная особа, на вид ливанка или сирийка, в ярком платье и с массой украшений. Рядом с ней несколько симпатичных девушек самого разного цвета кожи. Госпожа намерена привлечь интерес к своему заведению (назовем его осторожно «пансионом девушек») в Нуакшоте, столице страны. Энергично жестикулируя, она пытается убедить упрямого чиновника в белой тунике дарраав необходимости такого рода заведения в каждом уважающем себя городе. Девушки безучастны к происходящему, лениво грызут ногти. Они равнодушно ждут, чем кончатся дипломатические переговоры их покровительницы.

Среди присутствующих находится сенегалец — владелец грузовика, который собирается открыть собственную транспортную линию Росо — Атар. Ну, и мы, пожалуй, самые экзотические на этом африканском фоне.

Внезапно с мягким перезвоном раздвигается занавеска из цветных бусинок, нанизанных на плотно прилегающие друг к другу бечевки, за которой скрывается дверь, и оттуда появляется стройный мавр. Ниспадающие на плечи концы тюрбана образуют вокруг шеи подобие воротника, длинные волнистые волосы обрамляют голову черным ореолом, орлиный нос, темные блестящие глаза, белое лицо и презрительно очерченный рот говорят о его принадлежности к арабскому племени воинов. С суровым выражением лица он протягивает руку моему мужу, пожимает руку нашему шоферу, и — тут моя непростительная оплошность! — я тоже протягиваю ему руку… Минута колебания, пренебрежительная гримаса, и, вероятно не желая при всех обидеть иностранцев, он с нескрываемым отвращением едва касается кончиков моих пальцев. Я забыла, что уже почти нахожусь в Исламской Республике Мавритании и что я всего-навсего женщина. Пристыженная, даю себе еще одну клятву — забыть на время привычки европейской женщины и поступать согласно девизу английских этнологов, который гласит: «Чтобы понять черных, надо думать как черные». В моей интерпретации это могло бы звучать так: чтобы понимать жителей Мавритании, надо думать как мавританцы.

Нас отправляет в научную экспедицию Фундаментальный институт Черной Африки в Дакаре, сокращенно ИФАН. Оформление визы идет быстро, спустя полчаса мы уже покидаем посольство. Последняя формальность выполнена, утром — отъезд.

Комната для гостей в ИФАНе, в которой мы живем уже два месяца, вся завалена багажом и грузом. Раскладушки, пакеты с постелью, продовольствие, кухонные принадлежности, картонные коробки с минеральной водой «Эвиан» в больших литровых бутылках, карты, фотоаппараты, блокноты и т. д. Наконец, тщательно упакованы подарки для наших будущих хозяев: зеленый чай, сахарные головы, сласти для детей и сигареты для мужчин. Я лежу на тахте посреди всего этого волнующего воображение беспорядка, вслушиваюсь в гудение кондиционера и пробивающийся сквозь него шум волн Атлантического океана. Пытаюсь в последний раз вспомнить все прочитанное о том, что завтра станет явью.

Итак, Мавритания находится в Северо-Западной Африке. Ее границы: с запада — Атлантический океан, далее на север — Алжир, на востоке — Мали и на юге — Сенегал. Страна занимает 1030,7 тысяч квадратных километров (в три с половиной раза больше Польши), население — 1 миллион жителей [4]. У нас я среднем на квадратный километр приходится около 107 жителей, в Мавритании не наберется и двух. Большая часть страны представляет собой каменистую пустыню, но встречаются и песчаные барханы. Только на самом юге условия позволяют заниматься сельским хозяйством. В многочисленных оазисах Сахары, на плато Адрара и Таганта, растут финиковые пальмы. Нет ни одной постоянной реки, ручья, кроме пограничной реки Сенегал. В глубинных районах страны единственным источником воды служат примитивные колодцы.

Мавритания обрела независимость в 1960 году, но еще за два года до этого события в безводной пустыне началось строительство столицы — Нуакшота. В 1968 году в Мавритании не было ни одного километра дороги с твердым покрытием (за исключением улиц столицы). Дороги были либо грунтовые, либо отмеченные кучками камней, либо вовсе ничем не обозначенные. Единственная железнодорожная линия длиной 650 километров, открытая незадолго до нашей поездки, проходит по абсолютно безлюдной пустынной местности. Она соединяет рудник, находящийся в глубине страны, с портом на Атлантическом побережье. В Мавритании нет ни одной постоянной автобусной линии, всего две регулярные авиалинии. На трассе Дакар — Нуакшот самолеты летают два раза в неделю, на линии Нуакшот — Атар — раз в неделю. В 1966 году было зарегистрировано 419 автомашин [5].

Основное богатство Мавритании — скот, финики, гуммиарабик, рыба, соль из открытых разработок в Сахаре. Недавно добавились железо и медь.

Основные экономические проблемы — нехватка воды, скотоводство, превратившееся в бич Сахары, поскольку увеличивающееся количество животных все больше опустошает земли, кроме того, интенсификация сельского хозяйства, поиски минерального сырья.

Важнейшая социальная проблема расовая неоднородность страны: арабы, арабизированные берберы (мавры) и негроидные народы.

Основные проблемы внешней политики Мавритании — национальное и культурное тяготение негрского юга к Сенегалу. Во внутренней политике на передний план выступает соперничество мавров и марабутов, а также борьба марабутов за власть. Государственными языками, которыми пользуются в школах и учреждениях, являются арабский и французский.

Сухие цифры, малоубедительные факты пока существуют сами по себе. Они еще не связаны с личными впечатлениями. Насколько все написанное и рассказанное об этой в общем еще мало известной стране соответствует действительности? Я даю себе обещание смотреть и слушать, ничего не упускать из виду, всегда быть наготове с завтрашнего дня!

Весь день мы двигались от Дакара на север вдоль побережья Атлантического океана. Всевозможные попытки приспособить машину к тропическим условиям дали немного. Мы буквально сварились во влажном морском зное, но зато благодаря безукоризненно действовавшей вентиляции были сплошь покрыты пылью цвета киновари. Приближается вторая половина дня, и дышать становится легче. Но дело не только в этом: мы рядом с Сен-Лун. Это прелестный город с исключительно мягким микроклиматом. Порт расположился в устье реки Сенегал, со стороны государства Сенегал, и, хотя сам город не относится к Мавритании, он служит своего рода воротами, через которые входишь в эту страну.