Читаем Потусторонний детектив. Третье дело (СИ) онлайн бесплатно

Третье дело

- Я в отчаянии! - привычно для Вит Саныча начал посетитель - крепкий, породистый, но какой-то разболтанный мужчина возраста Христа. - Выбор невелик - или вы мне помогаете, или я покончу с собой.

- Спокойнее, - попросил детектив. - Вы слишком задираете планку. Мне неудобно так будет работать.

- Тогда я не знаю, что делать, - мужчина откинулся на спинку дивана и уставился на потолок. Он удобно устроился и еле удержался от зевоты. - Там паутина, - он показал в дальний угол комнаты.

Вит Саныч внимательно осмотрел странного типа и несмело спросил:

- У вас есть близкие люди?

- Жена здесь во дворе гуляет с дочкой, - очнулся посетитель. - Дышат свежим воздухом, пока я с вами здесь разбираюсь.

- Это вы так решили, - предположил Вит Саныч.

- Я, - с вызовом ответил посетитель. - Дело очень серьёзное, незачем травмировать слабые души. Это моя беда...

- Понятно, понятно, - замахал руками детектив. - Представьтесь, пожалуйста.

- Извините, забыл, - посетитель улыбнулся сквозь слёзы на глазах. - Иванов Пётр Семёнович.

- Жену и дочку как величают? - поинтересовался Вит Саныч.

- Любовь Михайловна и Анюта, - ответил мужчина. - А вам зачем?

Детектив закатил глаза и пожелал себе терпения.

- Значит, так, - сказал он, вернувшись к посетителю. - Если вы хотите, Пётр Семёнович, чтобы я взялся за ваше дело, пригласите Любовь Михайловна и Анюту сюда.

- Почему? - удивился посетитель.

- Вы находитесь в стрессовом состоянии и ваше внимание гуляет по всем сторонам света, - объяснил Вит Саныч. - А вчетвером мы как-то разберёмся. Сколько Анюте лет?

- Восемь.

- Замечательный возраст. Прошу вас, пригласите от моего имени их сюда. Пусть посидят здесь на диване.

- Сейчас, - посетитель достал мобильный телефон.

- У меня нет приёма, - кивнул на телефон детектив.

- Как? - удивился Пётр Семёнович и уставился на экран. - Действительно.

Потом он критически осмотрел комнату и спросил:

- Телевизора и компьютера тоже нет?

- Тоже, - ответил Вит Саныч.

- Чудно.

- Извините, - холодно сказал детектив, - но у меня ещё есть дела.

- Хорошо. Пусть будет по-вашему, - Пётр Семёнович рывком поднялся и мигом скрылся за дверью.

Пока посетитель не вернулся, Вит Саныч обдумывал несуразности его поведения. Чутьё детектива подсказывало ему, что всё это неспроста - крайнее отчаяние и клоунада, семья в ожидании за порогом. Еле слышные мурашки пробежали по хребту - недобрый знак.

В зеркало, специально повешенное на стене, детектив видел, как Пётр Семёнович завёл жену и дочь к нему в коридор. Посетитель по хозяйски включил свет и наблюдал, как жена достала из сумки расчёску, привела в порядок свои рыжие кудряшки, нежно расчесала длинные тёмные волосы дочери. Когда она наклонилась, чтобы снять обувь, Пётр Семёнович махнул рукой и тихо сказал:

- Не надо. У него тут полный бардак.

Он выключил в коридоре свет и семья, наконец, зашла в комнату. Вит Саныч галантно поздоровался и показал на диван. Пока гости умащивались, детектив поближе разглядел новых посетителей. Любовь Михайловна было обычной женщиной во всех смыслах этого слова. Она пару раз что-то шепнула на ухо дочке, но та каждый раз резко отрицательно мотала головой. Сама Анюта оказалась бледной курносой девочкой с опущенными уголками губ. Она зажала ладони между коленями и в упор смотрела на хозяина.

- Анюта всегда такая бледная? - спросил Вит Саныч.

- Ну, она всегда взрослая - приятным голосом ответила Любовь Михайловна. - А так - здоровая девочка. Наверное, у вас тут что-то с освещением.

- Возможно, - согласился хозяин и приступил к делу. - Первый визит вашего мужа проходил несколько надрывно. А сейчас, я вижу, всё закончилось апатией.

Действительно, Пётр Семёнович молча сидел в углу дивана и смотрел в окно.

- Вы сами так хотели, - обидчиво откликнулся посетитель.

Вит Саныч согласно кивнул головой и спросил Любовь Михайловну:

- Что волнует вашего мужа?

Любовь Михайловна взглянула на Петра Семёновича и, сложив брови домиком, ответила детективу:

- Вит Саныч, чтобы вы правильно понимали - два раза он обследовался в больнице. Петя абсолютно здоров.

- Абсолютно? - переспросил Вит Саныч.

- Да, - подтвердила женщина. - И психически тоже. А всё валится у него из рук. Ко всему пропал интерес. Говорит - голова разрывается. Я ему верю. То, что любил, сейчас раздражает. Прямо до чесотки на руках. Хоть Петя упрямо пытается всё продолжать...

Вит Саныч слушал эту обычную, в общем, для него историю и ощущал на себе сверлящий взгляд Анюты.

- Это правда? - обратился детектив к мужчине.

- Да, - вздохнул тот. - Что-то случилось. Всё в последнее время пошло не так. Работу любил, и ценили там. Так меня что-то скукожило, три прогула за месяц. Просто лежал, хоть сердце колотилось, смотрел в потолок, понимая, чем это кончится. Выгнали, конечно. Сейчас живу случайными заработками. Отец умер, родной мой батя. Надо лететь на похороны, а меня как разбило - поверите, дышать не мог. Дома валяться было стыдно. Я оделся, вышел во двор, но вместо аэропорта ноги повернули в сквер, на скамейку к старикам. Они бубнят что-то, в шахматы играют, а я, немощный, в душе слезами обливаюсь и гляжу на часы. Только наступило время вылета моего самолёта - в глазах развиднелось, опять задышал полной грудью, руки и ноги налились силой. Что это за стыдобище? И так во всех моих начинаниях, со всеми людьми. Дохлятина, а не жизнь.

- Вы деятельный человек? - спросил Вит Саныч.

- Человек только таким и должен быть. Один раз живём, - привычно ответил Пётр Семёнович. - За каждый день должен быть спрос. И я сейчас каждый день себя расстреливаю.

Любовь Михайловна сочувственно погладила его по руке и спросила Вит Саныча:

- Как вы думаете - это проклятие?

- Мама! - недовольным голоском отозвалась Анюта, не отводя взгляд от детектива. - Забирай папу и идём отсюда.

- Действительно, взрослая, - отметил Вит Саныч, мельком посмотрев на девочку. - Анюта с детьми не любит играть?

- Ой, вы знаете, - виновато вздохнула Любовь Михайловна, - она нетерпеливо ждёт, когда вырастет. И ведёт себя соответственно.

- Ну, если Анюта так хочет, - развёл руками Вит Саныч, - вы можете идти.

- А папа? - резко спросила бледная девочка.

- Останется, - твёрдо сказал детектив.

- Тогда и мы останемся, - следом откликнулась Анюта.

- Значит, сиди молча! - пробурчала ей Любовь Михайловна и несмело повторила Вит Санычу: - Так как насчёт проклятия?

- Ясно одно, - ответил тот. - Ваш муж ведёт себя не так, как должен.

Теперь все трое уставились на детектива.

- Объяснитесь, - потребовал Пётр Семёнович.

- Нет, уж, - возмутился Вит Саныч, - спрашивать буду я!

- Ладно, извините, - неохотно сказал посетитель.

- Любовь Михайловна, - обратился к женщине хозяин, - скажите - вы цените мужа, действительно переживаете за него? Уж очень вы хладнокровны.

- Конечно, ценю, - у женщины покраснели щёки. - Но ведь были времена и похуже. Петя ещё авторитета не имел, бегал, искал работу. Я тяжело беременность переносила. Конуру снимали хуже вашей. Я же думала тогда не о себе, а о Пете. И хожу из угла в угол, жду его, молю и бога, и дьявола, обещаю, что угодно, за его удачу, кусаю кулаки в кровь. И слёзы катятся из глаз.

- О! - воскликнул Вит Саныч.

Все вопросительно посмотрели на него.

- Рассказывайте, - печально сказал детектив. - И дочку родили, и квартиру получили, и работу - не правда ли?

- Действительно, всё исправилось, - Любовь Михайловна обрадовалась догадливости хозяина.

- Я хочу услышать Петра Семёновича. Как это произошло?

- Это некрасивая история, - предупредил посетитель.

- Продолжайте, - сказал Вит Саныч.

- На скамейке...

- Как обычно, - горько прошептал детектив.

-...подсел незнакомец. Мы закурили. У нас оказалась одна и та же профессия. Он подсказал фирму, где меня потом приняли на хорошую ставку. Разговорились. Дальше - больше. Оказывается, в центре есть квартира с неясными правами. Я не знаю, - обратился он к жене, - надо ли рассказывать? Он же детектив.

- Я не тот детектив, - твёрдо сказал Вит Саныч. - Рассказывайте.

- Только я не буду называть незнакомца. Мы с ним ходили по всяким конторам. Он платил деньги, потом заходил я и всё подписывал. Я ему задолжал уйму денег. Потом мы заехали в квартиру, а его и след простыл. Вот так и живём.

- Ты же ему ничего про долги не подписывал, - сварливо сказала жена.

Посетитель отрицательно помотал головой.

- Вот и молчи! - припечатала Любовь Михайловна.

- Нет, не всё, - продолжал настаивать Вит Саныч. - Должна быть связка. Доставайте из памяти это неприятное событие.

Пётр Семёнович закрыл глаза, тяжело задышал, но затем решился.

- Он подвёл меня к квартире, отдал ключи и сказал: "Через полчаса приедут грузчики и вывезут их барахло за город. Они, дураки, закрылись. Думают, их это спасёт. У меня много дел, а ты заходи и выгоняй их. Ты честно выиграл дело. Вперёд!" Он убежал и больше я его не видел, - посетитель замолчал.

- Рассказывайте, - в голосе Вит Саныча зазвучал металл.

У Петра Семёновича застучало в висках. Но он послушно продолжил:

- Дверь с той стороны была подпёрта стулом. Я открыл дверь ключом, слегка дёрнул, зашёл, а в зале, на старом диване, рядом с двумя баулами, сидели старуха лет семидесяти и девочка лет семи...

На этих словах Анюта перевела взгляд на отца.

-...Сидят, держатся за руки и смотрят на меня. А в глазах старухи тупая мольба. На дитё я не стал и смотреть, - Пётр Семёнович опять замолчал.

- Продолжайте, - сказал Вит Саныч.

- А что я мог сделать? Возвращаться в вонючую конуру? И жена моя на восьмом месяце. Я показал им на дверь. Они молча смотрели на меня, а я молча показывал им на дверь. Тогда старуха вздохнула, поднялась, попыталась поднять баул, уронила его, махнула рукой и потащила девочку на выход. Она так медленно шла, что я весь извёлся. Потом я полчаса не выходил к грузчикам, чтобы не встретиться с ними.

Лицо Любовь Михайловны стало каменным, а Анюта широко распахнутыми глазами смотрела на отца.

- И ты выгнал маленькую девочку? - изменившимся голосом спросила она.

Пётр Семёнович молчал.

Тогда из глаз Анюты побежали чёрные слёзы. Родители было дёрнулись, но Вит Саныч гневным жестом остановил их. Чёрные слёзы сменились прозрачными и на лицо Анюты вернулся румянец.

- Любовь Михайловна, - деловым тоном сказал детектив, - выведите, пожалуйста, Анюту отсюда. Подальше от подъезда, под клёном есть скамейка. Это тихое место. Подождите, пожалуйста, Петра Семёновича там. Анюта теперь - хорошая, нормальная девочка. Прощайте.

Женщина кивнула, прижала дочку лицом к себе и вышла из квартиры.

- А мне что - тоже поплакать? - с вызовом поинтересовался посетитель. - И все проблемы решатся?

- Нет, - ответил Вит Саны. - Вы теперь проходите по другому ведомству. Я не смогу вам помочь.

- Черти и ангелы? - усмехнулся Пётр Семёнович. - Ну, хоть расскажите, просветите меня.

- Вы, наверное, и сами догадались, - предположил Вит Саныч. - Девять лет назад волевой молодой человек Пётр Семёнович Иванов упрямо, но безрезультатно искал достойную работу. Он снимал плохонькую квартиру, где в одиночестве и тревоге ждала родов его жена. Зная характер мужа и боясь, что он не будет гнуться и сломается, она молила, клялась и поминала всуе бога и дьявола. Да ещё и кровь пролила, скрепила ею свои какие-то женские обещания в случае удачи. Будущей маме сложно, в таком положении широко открыты ставни во все миры, ведь формируется человек. Тот, кому надо, услышал её мольбы и клятвы. Ну, а присмотревшись к вам, он заинтересовался таким энергичным человеком. Однако, всё это были лишь предложения и подкупы, пока вы не сделали сознательный выбор в пользу зла - там, в новой своей квартире. Кроме того, это ведомство через клятвы с кровью будущей мамы приобрело ещё один приз - вашу новорождённую дочь. Вселившись в неё, злые силы усыпили детскую душу. Сознанию Анюты они внушили страстное желание повзрослеть, когда станет возможным совратить своими обычными способами её душу, и максимальную осторожность, чтобы ничего не помешало ей здоровой и невредимой прожить детский период. Вас же это ведомство уже считало своим рабом, но споткнулось о деятельный характер. У вас события каждого дня расписаны и утверждены. Вы продолжали пытаться совершать нормальные человеческие поступки, как будто ничего не произошло. Ваше ведомство не могло пробиться к занятой душе со своими планами, приманками и обычным оболваниванием. Тогда им пришлось, воспользовавшись ключом к сознанию, который вы обменяли на ключ от новой квартиры, открыто разрушать все ваши связи в этом мире. Это ведомство ввергает вас в одиночество и злобу на весь мир, чтобы вы, не отвлекаясь, прислушались к их замыслам. Они же теперь ваши хозяева.

Вит Саныч выдержал маленькую паузу и продолжил:

- Но если есть возможность хоть кого-то спасти в этом чёрном обмане, такой шанс обязательно появится. Когда вы, деятельный, уверенный в себе человек сказали, что в моём дворе вас ждут жена и маленькая дочь, я понял, что это неспроста. Ведь при вашем характере такой конвой необычен, не правда ли?

- Да, - подумав, согласился Пётр Семёнович. - Здесь я подался на их нюни. Но они вели себя, как тихие мышки.

- Когда же я увидел девочку, то сразу узнал эту матовую бледность - признак тревоги околдованного человека. Девочка не скрепляла выбор в сторону зла сознательным поступком, как это сделали вы. Её душа спала и затаившееся зло было лишь гостем и вашим соглядатаем. На этом я и сыграл. Во время вашего рассказа Анюту не тронула судьба старушки, но девочка - другое дело. Она её ровесница и ужасная судьба этой малышки в наше тёмное время дала возможность осторожному сознанию представить Анюту в её роли. Отверженность, безвыходность, горечь и ужас ситуации таки разбередили душу ребёнка. Душа проснулась и выгнала паразита.

- Ну, а почему старуха с девчонкой не кричали, не выли? - слабо защищался Пётр Семёнович. - Может, и я тогда разревелся бы чёрными слезами. Меня же просто обманули.

- Добро уходит тихо, - вздохнул Вит Саныч. - Крики - это по вашему ведомству.

- Заладили про ведомство. Короче, вы никак мне не поможете? - спросил посетитель с умирающей надеждой. - Я ведь честно всё рассказал и я - здоровый мужик, всё могу сделать.

Вит Саныч молчал.

- Ну, что ж, - Пётр Семёнович поднялся с дивана. - Знаю, значит вооружён.

- Позвольте спросить? - Вит Саныч тоже встал с табурета.

- Спрашивайте.