Читаем Вечный огонь Ленинграда. Записки журналиста онлайн бесплатно

Никогда не забыть мне того июньского утра.

Выпуск воскресного номера «Смены» задержался. Старенькая редакционная «эмка», отвозившая меня домой после дежурства, подъехала к Литейному мосту, когда он был уже разведен. Закрыт и соседний, Кировский. В эти часы обычно по Неве пропускали крупные суда. Можно было попытаться проскочить к себе, в Лесной, кружным путем — через Охту, но я решил подождать. До сведения мостов оставалось каких-нибудь полчаса.

Удивительно прекрасен был в этот ранний час наш город. В будничной сутолоке не замечаешь всей его прелести. Да и частые ненастья мешают этому. А сейчас, в погожую белую ночь, хотелось без конца любоваться знакомой с детства панорамой.

Нева широко и спокойно несла свои воды. На другом берегу четко обозначился остроконечный силуэт Петропавловской крепости. Слева от него сверкала белизной колоннада Биржи. По правую руку грудились промышленные корпуса Выборгской стороны — Металлический, «Арсенал», «Прогресс», станкостроительный имени Я. М. Свердлова, «Красный выборжец», десятки других знаменитых питерских заводов. За ними на глазах ширилась, охватывая край неба, алая полоса утренней зари.

Все здесь было так, как воспел ночной город наш великий поэт… Рядом со мной теснились «спящие громады пустынных улиц» — Литейного проспекта и набережной Кутузова. Вдали сверкала золота. я игла (только не Адмиралтейства, а Петропавловского собора). И светло было как днем, хочешь бери книгу и читай. Ну как тут не вспомнить милые сердцу пушкинские строки:

Сколько раз потом, в тревожные дни, возникала в памяти эта последняя встреча с мирным городом, безмятежный покой, которым дышал каждый его камень.

Тишину нарушала лишь веселая ватага школьников, пришедших после выпускного вечера полюбоваться рекой. Девушки в белых платьях и юноши, взявшись за руки, шли по набережной, перекидывались шутками, смеялись.

Давно ли я после окончании школы так же бродил со сверстниками по притихшим улицам! Только мы, жители Петроградской стороны, встречали восход солнца на взморье, у Стрелки Елагина острова.

С тех пор прошло тринадцать лет. Время летит! За эти годы я успел, окончив Технологический институт, поработать на стройке в Казахстане, а потом по возвращении в Ленинград на Опытном заводе синтетического каучука. Три года назад меня выдвинули на комсомольскую работу сначала в Петроградский райком, потом избрали секретарем городского комитета. А в конце прошлого года предложили возглавить редакцию молодежной газеты.

Вот уже полгода, как я осваиваю профессию журналиста. Писать статьи приходилось и прежде, будучи секретарем горкома, а вот редактировать авторские материалы, разрабатывать планы и макеты газетного номера — обязанности для меня новые. В последнее время (по свидетельству товарищей) кое-что стало получаться. А главное — это дело пришлось мне по душе.

И сегодня, в наш выходной день, мне предстоит обдумать план моей будущей статьи. Вчера в Смольном проходил очередной пленум Ленинградского городского комитета партии. Обсуждался вопрос об использовании внутренних резервов для увеличения выпуска промышленной продукции и дальнейшем повышении производительности труда на предприятиях города. В докладе и выступлениях партийных руководителей немало говорилось и о задачах комсомольских организаций по повышению производственной активности фабрично-заводской молодежи. В перерыве между заседаниями я встретился с первым секретарем обкома и горкома ВЛКСМ Всеволодом Николаевичем Ивановым. Мы обменялись мнениями и решили, что необходимо поместить в «Смене» статью, посвященную социалистическому соревнованию молодых рабочих. Условились рассказать в ней и об опыте ряда заводских комитетов комсомола, успешно борющихся за то, чтобы среди юношей и девушек не было невыполняющих нормы выработки. Эту тему уже включили в редакционный план, и я обещал сдать статью не позже вторника.

А вечером хочу побывать на стадионе имени В. И. Ленина, посмотреть футбольный матч. Играют наша «Красная заря» и московское «Динамо». Ленинградцы успешно начали сезон. А если и сегодня покажут хорошую игру — расскажем об этом в газете. Наши читатели внимательно следят за спортивной информацией, особенно за репортажами с футбольных состязаний.

С мыслями о делах наступающего дня, о том, что предстоит сделать на будущей неделе, ехал я домой.

…На улице стало совсем светло. Чтобы поскорее уснуть, пришлось наглухо задернуть шторы в комнате.

Проснулся я поздно — в двенадцатом часу: по воскресеньям отсыпался за неделю. Надо было отправляться в Мельничный Ручей, на дачу. Накануне туда на все лето уехала жена с сыновьями — пятилетним Мишей и двухлетним Сережей. Собрал вещи, что не смогли увезти вчера. Упаковал чемодан и уже намеревался выйти из дому, как услышал по радио о том, что будет передано правительственное сообщение…

Так я узнал о начале войны. Это было настолько неожиданно, что казалось неправдоподобным. Я буквально остолбенел. Мы часто говорили: нужно быть готовыми к нападению врага. Но как-то не думалось, что это произойдет так скоро. Просидел несколько минут словно прикованный к стулу, собираясь с мыслями. Что же следует предпринять не мешкая? Разумеется, о поездке на дачу не могло быть и речи. Кончилась мирная жизнь. Ты уже не принадлежал самому себе. Прежде всего и как можно быстрее — в редакцию!

В выступлении В. М. Молотова по радио говорилось, что фашистская авиация бомбила Севастополь. Ленинград — тоже приморский, пограничный город. До нас рукой подать из Восточной Пруссии и оккупированной Норвегии. Да и Финляндия под боком. Там расположены немецкие базы… Вот какие тревожные мысли одолевали меня по пути в редакцию..

Через полчаса я входил в свой кабинет. Размещалась «Смена» в центре города, на Социалистической улице. В этом же здании некоторое время помещалась редакция большевистской «Правды». И мы, сотрудники «Смены», немало гордились этим.

Еще сидя в трамвае, прикидывал, как побыстрее собрать своих товарищей. Накануне многие намеревались уехать за город. Однако опасения оказались напрасными: меня уже ждали все, кто жил поблизости, а вскоре пришли почти все литературные работники. Не было нужды ни вызывать сотрудников записками, ни обзванивать по телефону. Каждый понимал, что в этот день партийный и гражданский долг повелевает ему быть на своем посту. Кое-кто забежал в редакцию, чтобы попрощаться, сказать, что он мобилизован на военную службу.

Немедленно связался по телефону со Смольным, с секретарем горкома партии Н. Д. Шумиловым, ведающим печатью. Как быть? Редакция хотела бы выпустить внеочередной номер в понедельник. Может быть, подготовить экстренный вечерний выпуск «Смены» или листовку, обращенную к молодым ленинградцам? Николай Дмитриевич просит повременить — необходимо сообщить о наших соображениях руководству горкома и обкома партии. Выпуск газеты сверх графика потребует дополнительного расхода бумаги.

Пока выясняются эти вопросы, сотрудники уезжают на предприятия. Там идут митинги. Нам предстоит рассказать в газете о том, что думают и чувствуют в этот грозный час юноши и девушки, как намерены действовать.

Поступают по телефону первые репортерские заметки из райвоенкоматов. Их осаждают толпы не только военнообязанных, но и добровольцев. В помощь военным комиссарам райкомы комсомола выделили большие группы активистов — разносить повестки, регистрировать явку, следить за порядком на мобилизационных пунктах.

Во второй половине дня в помещении Ленинградского обкома и горкома ВЛКСМ назначено совещание комсомольского актива города. Повестка дня не объявлена, но все уже знали, что первый секретарь обкома и горкома ВЛКСМ В. Н. Иванов был приглашен к секретарю городского комитета партии А. А. Кузнецову и получил от него важные указания.

Первые секретари райкомов, члены бюро обкома и горкома собрались в приемной Иванова минут за десять до назначенного часа и в ожидании, когда их пригласят в кабинет, обменивались впечатлениями о событиях, о первых часах работы в условиях войны. Всех интересует: получены ли сведения о действиях врага в непосредственной близости от Ленинграда? Какова, в частности, обстановка на воздушных подступах? Как ведут себя финны?

Возле полкового комиссара Н. Д. Афанасьева, помощника начальника политуправления военного округа по комсомольской работе, собралась большая группа. Николай Дмитриевич, молодцеватый, подтянутый офицер, едва успевает отвечать на вопросы. Его дополняют товарищи, успевшие получить свежую информацию у себя в районах, в беседах с первыми секретарями райкомов партии.

Вырисовывается такая картина. В третьем часу ночи Алексей Александрович Кузнецов, замещавший Жданова (Андрей Александрович находился в отпуске), вызвал в Смольный первых секретарей райкомов партии и объявил о телеграмме, полученной в штабе Ленинградского военного округа за подписью наркома обороны. В ней говорилось о возможном нападении врага 22 или 23 июня. А в пятом часу А. А. Кузнецова из его кабинета, где шло совещание, пригласили к аппарату прямой связи с Москвой. Вскоре он вернулся и объявил: фашистская Германия напала на СССР!

Ночью на подступах к Ленинграду произошли первые схватки в воздухе. В 3 часа 20 минут летчики Шавров и Бойко, несшие на истребителях вахту под городом, вступили в бой со звеном МЕ-110. В 4 часа двенадцать вражеских самолетов пытались минировать фарватер в Финском заливе, но были отогнаны летчиками морской авиации. Наконец, около пяти утра гитлеровские воздушные разведчики появились под Кронштадтом и Выборгом, но встреченные зенитным огнем убрались восвояси.

Стало известно, что правительство Финляндии предоставило территорию страны в распоряжение гитлеровских войск. В связи с этим Военный совет округа дал приказ войскам выдвинуться на государственную границу.

В Ленинград прибыл утром из Москвы заместитель наркома обороны К. А. Мерецков. Он провел короткие совещания в штабе округа, встречался с секретарями обкома и горкома партии.

Тревожные вести получены из Лиепаи (Либавы), где расположена передовая база Краснознаменного Балтийского флота. Враг не только подверг жестокой бомбардировке боевые корабли, но и пытался с ходу захватить город, правда, безуспешно. Подорвался на минах и затонул миноносец «Гневный», а крейсер «Максим Горький» получил серьезные повреждения. Слышать об этом особенно больно: «Максим Горький» сооружался руками ленинградских комсомольцев в порядке шефства над строительством Большого флота.

Таковы первые новости с близких к нам фронтовых участков.

Совещание, наконец, началось. В. Н. Иванов коротко рассказал о военных событиях, подробно изложил свой разговор с А. А. Кузнецовым. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР в Ленинграде введено военное положение. Это означает, что отныне все функции государственной власти в деле обороны, обеспечения порядка и безопасности переданы Военному совету Ленинградского округа. Местные власти, партийные, комсомольские и другие общественные организации призваны оказывать полное содействие командованию. Рабочие и служащие, да и все жители должны быть в состоянии боевой готовности. В этих целях вводятся круглосуточные дежурства в партийных, советских и общественных организациях, на предприятиях и в учреждениях. Непрерывную вахту будут нести команды местной противовоздушной обороны (МПВО) по месту жительства.

В новых условиях партия ставит перед комсомольцами и молодежью Ленинграда боевые, конкретные задачи:

во-первых, обеспечить пополнение рядов Советской Армии, помочь провести как можно быстрее и организованнее мобилизацию (в обком уже звонил по этому поводу военный комиссар города тов. Расторгуев); рассматривается вопрос о создании добровольческих формирований; не дожидаясь его решения, следует развернуть как можно быстрее военное обучение юношей и девушек;

во-вторых, быть в авангарде строителей оборонительных сооружений — бомбоубежищ и щелей для укрытия населения от воздушных налетов противника, затем и более сложных объектов;

в-третьих, принять деятельное участие в перестройке промышленного производства на военный лад, для удовлетворения нужд фронта; возглавить социалистическое соревнование молодых рабочих за быстрейшее выполнение военных заказов, за высокую производительность труда и отличное качество продукции; быть инициаторами в улучшении работы предприятий; экономить сырье, материалы, электроэнергию; собирать лом, особенно — цветные металлы;

в-четвертых, крепить противовоздушную, противохимическую и противопожарную оборону города, бороться за строжайший революционный порядок на улицах;

в-пятых, поднять организаторскую и массово-политическую работу комсомольских организаций на уровень требований военного времени; надо покончить с благодушием и расхлябанностью; повысить роль и авторитет комсомольского актива; перестроить агитационную работу; комсомольский вожак должен уметь разъяснить молодежи создавшуюся обстановку, воодушевить людей на победу, его зов должен быть набатным.

— Городской комитет партии, — сказал в заключение Всеволод Николаевич, — считает всех коммунистов и комсомольцев, не призванных почему-либо в ряды армии, мобилизованными для нужд гражданской обороны города. Необходимо поддерживать строжайшую революционную дисциплину. Успех современной войны, — подчеркнул в беседе Алексей Александрович Кузнецов, — решается не только на фронте, но и в тылу. Эту азбучную истину следует усвоить каждому. Горком партии уверен, что комсомольцы Ленинграда с честью выдержат боевое испытание, мужественно преодолеют все трудности. А теперь, товарищи, за дело! Время не ждет!