Читаем За Храмовой стеной. Книга Памяти (сборник) онлайн бесплатно

Где найти источник той силы, которая могла бы одолеть ту черную неодолимую энергию жестокой, бесчеловечной повседневности, стремящуюся с какой-то сатанинской алчностью, как можно быстрей, зарыть нас еще живыми в землю? Нигде и ни у кого, кроме как у очага наших славных предков, у отцов и матерей.

Чем ближе подходишь к последней своей черте, тем больше понимаешь, что ушедшие в Вечность предки продолжают идти впереди тебя по искривленным полям пространства-времени. При этом понимаешь, что огромную роль здесь играет событийно-временной фактор – тебе непременно предстоит одолеть пройденный некогда твоими предками путь и завершить его совершенно неожиданным образом, ибо обстоятельства и причины ухода человека в Вечность многовариантны и непредсказуемы.

Идущие впереди никогда не возвращаются. Это надо признать и с этим нужно смириться. Их уход в иной мир воспринимается многими из нас как военные невозвратные потери и вызывает в наших душах чувство непоправимой вины, как будто это мы, потомки, в первую очередь виноваты в преждевременном уходе своих предков. В основном это так. Идущие впереди нас предки все свои трофеи, добытые в сражениях с безжалостным рациональным миром, оставляют нам. Мы же бездумно пользуемся плодами побед идущих впереди по своему усмотрению, и зачастую бываем при этом крайне эгоистичными, черствыми и неблагодарными…

Ничем не искупить нам вину перед своими предками. Лишь светлая память о них, тихая поминальная молитва и наши зримые дела, посвященные им, смогут в какой-то мере утешить нас, озарить светлой печалью наши души.

Идущие впереди не возвращаются, не повторяются и не воскресают во плоти. Природа не терпит полных повторений, у Творца Вселенной имеется бесконечное множество вариаций и метаморфоз на эту электромагнитную тему. Не будем рабами великих мировых заблуждений, пора перестать жить иллюзиями и самообманом.

Не будем роптать духом и напрасно скорбеть сердцем. Лучше мудро и покорно пойдем вслед за идущими впереди. Пойдем по стопам своих дедов, отцов и матерей, по тернистым путям новейших странных времен, с их острыми, опасными гранями и тончайшими, роковыми нитями, от которых изначально зависит так горячо желанное спокойное состояние души.

Ничем не искупить нам вину перед своими родителями, героически выжившими в нечеловеческих условиях российской действительности, ничем не искупить нам вину перед старшим поколением, перед гражданами несчастной бывшей державы.

Мы плохо относились к своим ветеранам всех войн, еще хуже относились мы к инвалидам этих войн и труда. Ни один народ цивилизованного мира не относится так бездушно и подло к своим предкам, как мы.

Наша вина перед старшими поколениями заключается в том, что мы не смогли в 90-е годы ХХ века вернуть в нашу жизнь здравый смысл, природную совесть и добрые национальные традиции. По большому счету мы обязаны были возвести в ранг национальных героев наших стариков, сумевших достойно пережить все «великие переломы» славянской души в эпоху большевистского ига и прочих социальных, катастрофических «перестроек» и криминальных революций прошлого века.

По большому счету, мы, сыновья и внуки наших стариков, сами отказались от своих национальных ценностей, традиций и верований ради западноевропейской чечевичной похлебки.

Это мы позволили ветеранам войны и тыла усомниться в своих великих победах, ради которых ими была пролита Большая Кровь. Это по нашей вине многие из ветеранов-победителей на пороге смерти задавали себе страшный вопрос: «Неужели все напрасно?» (Виктор Астафьев).

Это мы, их дети и внуки, виноваты в том, что в конце ХХ века, они бессовестным образом были унижены и ограблены новоявленными бандитами и проходимцами от власти. Это мы покорно отдали народное добро, нажитое страшной ценой всеми нашими предками социальным паразитам разного рода, и тем самым лишили смысла прожитую жизнь старших поколений. Это мы виноваты в том, что в 90– годы наши старики рылись в мусорных контейнерах в поисках пищи, промышляли нищенством, умирая в одиночестве без последнего причастия и утешения. Никогда не забыть тех мрачных лет, когда обнищавшие родственники, за неимением средств, хоронили своих стариков в целлофановых мешках…

Мы предали своих стариков, мы трусливо предали и продали отчий дом, сделали все возможное для того, чтобы родная земля стала для нас и наших потомков чужой и враждебной. Кто мы сегодня? Сегодня мы невольные и слабодушные соучастники третьего великого грабежа России, бездумные кромешники и разрушители:

Наши предки, даже пройдя через кровавый сатанинский неестественный отбор, сумели дать миру множество славных имен во всех сферах созидательной деятельности, а мы – ни добрых дел, ни настоящих героев, ничего и никого, кроме целого сонмища алчных хищников, предателей, социальных паразитов и примитивных потребителей, несметных легионов рабов желудочно-кишечного консюмеризма.

Среди нас нет героев нашего времени. Эпоха великой Смуты, общество предателей не приемлет национальных героев.

Нам нет прощения, наше поколение не достойно покаяния, ибо мы давным-давно лишены божественного благословения, прокляты и убиты еще в середине «лихих» 90-х годов по непреложному Закону вселенской Кармы.

Старое великое отходит. Нарождается ли великое новое? Другие проявились люди, другие стали и характеры: закал стал не тот теперь, что был прежде, мельчают и вырождаются люди нравственно и физически.

Остались только наши братья по заднему разуму – морально убогие и нравственно неизлечимые. Одиноко, бесприютно, скучно и бессмысленно жить здравомыслящему человеку среди таких двуногих особей.

В ком и в чем можно найти моральную поддержку, утешение и мудрое наставление на этой юдоли скорби? Какой труд нужно избрать нам, чтобы плоды его не стали добычей тех, кто вообще не сеет и не жнет?

Ответы на все эти вопросы могут дать только идущие впереди, в первую очередь наши родители (да будут благословенны светлые имена их!). На более сложные вопросы могут дать ответ Учителя жизни и нравственности, жрецы и пророки (да будут трижды благословенны деяния их!).

Но часто ли следовали мы советам и наставлениям своих родителей, учителей и пророков нашего времени и прошлых эпох? Нет, и еще раз нет. В этом отношении мы зачастую были глухими и неблагодарными. А посему нам нет, и не может быть прощения…

Не всякий исследователь новейшей русской истории может сегодня вспомнить период благоговейного почитания нашими гражданами своих великих современников – отечественных писателей, художников, поэтов, философов и мыслителей. Почти все они подвергались хуле, оговору, клевете современников, на них писали доносы, по которым их преследовала и убивала власть. И каждый из нас был невольным или добровольным соучастником в прямом или косвенном убийстве этих знаковых фигур своей эпохи,

За всю свою жизнь наше поколение отучилось чтить и уважать своих родителей так, как это было принято во времена древнего язычества и раннего христианства. Соответственно, мы не способны глубоко уважать учителей и пророков нашего времени, чтить их наравне со своими родителями, как умели это делать славные эллины. Мы – потерянное поколение, ибо для нас нет великих авторитетов и у нас нет великой идеи.

Мы всегда были щедры на осуждение своего ближнего и дальнего, но очень скупы на похвалу и добрые слова в адрес талантливой и неординарной личности. Пройдя школу коммунистического воспитания в СССР и оказавшись в условиях буржуазно-криминальной России мы окончательно утратили остатки человечности и превратились в черствых манкуртов-потребителей. Прямые и побочные потомки советских антропофагов, мы пусть и опосредованно продолжаем мучить друг друга, убивать морально и психологически лучших своих сограждан.

Этот скромный сборник стихов – дань светлой памяти ушедших недавно от нас в Вечность родных по крови и духу близких людей. Почти все они, уходя из жизни, убедительно просили автора в своих произведениях выразить в любой литературной форме свой личный взгляд на эпоху, которая медленно и верно убивала их, дать ей свою оценку в исторической перспективе самой России.

В своих предсмертных пожеланиях они определяли тематику и хронологический период будущих произведений автора. Одних волновали засекреченные трагедии советской истории, которые были ими лично пережиты. Некоторых интересовали негласно табуированные в нашей стране темы, связанные с духовно-нравственным кризисом постсоветского общества. Другие искали и не находили причин возникновения в стране неистовой, умопомрачительной Смуты и связанного с ней третьего великого Грабежа нашей Родины…

Так, например, отец автора – Геннадий Иванович Апостолов (1916-2004), ветеран Великой Отечественной войны, участник Сталинградской битвы, кавалер многих боевых орденов и медалей, перед смертью просил обязательно рассказать потомкам всю правду о войне большевиков со своим народом. В частности он хотел поведать миру, как свои свидетельские показания, так и показания своих родных и знакомых об искусственном голодоморе 1932-1933 годов, о чудовищной смертности и людоедстве в самых хлеборобных регионах страны.

Другой ветеран войны, российский культуролог и лингвист, профессор, академик РАЕН Степан Петрович Мамонтов (1923-2001) оказывал автору этих строк большую моральную поддержку при написании документально-психологического романа «Княж-Погост» и считал, что этот роман должен в яркой и наглядной форме показать потаенные, скрытые силы, истоки и происхождение криминальной революции в современной России.

Степан Петрович Мамонтов считал, что дремавшую в недрах советского общественного строя криминальную революцию разбудило высшее международное начальство (масонство) через тайный подкуп продажных лидеров советской партийной номенклатуры и готовых на все молодых хищников из ЦК ВЛКСМ.

«Тайна масонства – это тайна тотального беззакония и политических провокаций», – неоднократно повторял Степан Петрович, когда заходила речь о смертельных реформах наших «младореформаторов» и либералов в конце 90-х годов, на стыке двух веков и двух тысячелетий.

Огромную моральную и информационную поддержку автору оказал в свое время замечательный специалист по истории Русской Катакомбной церкви, истории дворянской усадьбы и быта, художник-иконописец Алексей Глебович Смирнов (1937-2009). Алексей Глебович считал, что современный писатель должен быть честным свидетелем своей эпохи, что автору этих строк с его знаниями о своем времени и информационным багажом преступно писать стихи и прозу на отвлеченные темы.

Такого же мнения придерживался и Макар Михайлович Бим-Бад (1945-2010), автор единственного сборника замечательных оригинальных психологических, историософских рассказов «НО…» (М.,2003), которого по его собственному признанию смертельно угнетало глубинное омерзение к эпохе наглого торжества монетаризма на фоне стремительной деградации и вырождения российского народонаселения.

Именно он и А.Г. Смирнов оказались первыми критиками, которые дали положительные рецензии на роман «Княж-Погост».

Огромное влияние на творческий потенциал автора оказал выдающийся социолог и философ, писатель Александр Александрович Зиновьев (1922–2008). Именно он благословил автора на написание научно-популярной книги о политическом доносительстве в России. («Как продать ближнего. Донос как способ существования». М. Изд-во УРАО. 2003). Кроме этого Александр Александрович дал автору этих строк несколько ценных профессиональных советов, касающихся применения «неконвенционного оружия» в условиях современных информационных пси-войн.

Дальнейшему развитию своего философско-поэтического творчества автор также обязан не менее оригинальному интеллектуалу нашего времени Владимиру Николаевичу Никитину(1949-2010), доктору исторических наук, профессору Российского университета дружбы народов, автору книги «Философия Вечности» и другим не очень известным и совсем неизвестным современной публике личностям с большой буквы.

Автор глубоко признателен этим ярким людям. Именно их бескорыстное служение русской культуре и русской мысли вдохновляло автора, давало ему силы преодолевать непреодолимую силу «культуры повседневности», социально-политического и общественного морока.

Что-то из их наказов автору удалось осуществить, что-то нет. Но автор старается не падать духом и стремится в меру своих сил и возможностей продолжать дело своих замечательных соратников, единомышленников и Учителей-наставников.

Автор понимает, что создание серьезных художественных произведений подобно воздвижению храма своей души. Это – тяжелая и мучительная работа, полная отчаяния, разочарования в себе самом и в людях, приносящая душевные раны и увечья.

Для кого созидаешь свою храмину? Для себя, отвечают некоторые коллеги-лирики, эпигоны салонной поэзии. Для людей, отвечают поэты-философы, альтруисты и мизантропы. Но не соглашается внутренний голос ни с теми, ни с другими.

Одно утешает: неблагодарная и почти безнадежная работа души дает тебе по ее завершению некоторое удовлетворение. Об этом хорошо сказал Александр Александрович Зиновьев: «Акт творчества сам по себе награда. Я сказал свое слово и тем самым вознагражден сполна».

Светлая память всем моим славным современникам, родным и близким, живым и усопшим. Всем, всем, которые активно присутствовали в моей жизни и продолжают быть в ней поныне.