Читаем Водорождённая прибыла (СИ) онлайн бесплатно

Как же я устала. Уже вторую неделю работаю без выходных. Прихожу на работу в восемь утра и ухожу в одиннадцать вечера. Завтра Новый год, а я работаю в единственном супермаркете в городе. Моя сменщица ушла на больничный, а я забыла, что такое выходные. Иногда мне кажется, что здание лопнет от потока покупателей. Я же, стала подобно роботу: выполняю команды начальства, покупателей и отключаю слух, когда у кого-то из них начинается предновогодняя истерика. Причем первые кричат, что надо продать побольше дорогостоящего товара, а вторые, что найдите им то, что стоит копейки, а выглядит на миллион. Если сейчас мне скажут: „Стоять! Убью!“ — я отвечу, — „Ну, наконец-то, спаситель пришел».

Общежитие, в котором я снимаю комнату, находится в пяти минутах ходьбы от работы. Обычно, я выскакиваю с работы и чуть ли не бегу домой, будто боюсь, что меня сейчас окликнут и попросят остаться работать в ночную смену. Хотя ночных смен в магазине не было, и боятся по факту мне нечего.

Сегодня мне на всё плевать. За спиной у меня был рюкзак, с грязной рабочей одеждой, подарком для соседской дочери, косметичкой и набором предметов для экстренной помощи себе. А ещё я купила пачку томатного сока и пачку жевательного мармелада в виде змеек. Складывать продукты в рюкзак я не стала и, взяв их в руки, отправилась в лесопарк. Там, в лесопарке, бил ключ. Он не замерзал даже в большие морозы. Ключ бил маленьким фонтаном из земли, оставляя кучу мелких брызг в воздухе. Иногда всю поляну, где бился родник покрывал густой, как молоко туман.

Возле ключа кругами стояли пару десятков лавочек и 16 скульптур, изображающих славянских тотемных животных: Темный Сох (Лось), Жалящий Шершень (Оса), Притаившийся Лют (Волк), Огненная Векша (Белка), Жемчужная Щука, Бородатая Жаба, Дикий Вепрь (Кабан), Белый Филин, Шипящий Уж, Крадущийся Лис, Свернувшийся Еж, Парящий Орел, Прядущий Мизгирь (Паук), Кричащий Петух, Златорогий Тур (Бык) и Огнегривый Конь. Если кого-то интересует, откуда я знаю эти названия, то отвечу. Мой дед был любителем старины, и уговорил местные власти устроить возле родника площадку для народных гуляний, а эти скульптуры были символами года по славянскому календарю. Шестнадцать скульптур – шестнадцать охранников родника.

Вокруг ключа были разбросаны валуны. Я присела на один из них. Только сейчас обратила внимание, что всё внутри круга, образованного статуями тотемных животных, было покрыто лёгким туманом. Открыв пачку томатного сока, я попыталась распечатать пачку с мармеладками, но руки так устали, что пальцы почти не двигались. Пачка долго не поддевалась. Я рванула пачку из-за всех сил, и та поддалась и открылась. Только из-за сильного рывка пачка стала пустой. Часть мармеладных змеек оказалась на земле. А ведь это сущая ерунда, так как другая часть оказалась у меня в волосах. Мои густые русые волосы, длинной до лопаток, просто прилипли к этим змейкам и не в какую не хотели с ними расставаться.

„Спокойствие, только спокойствие. Сейчас ночь. Я в зимней стёганной куртке. У куртки есть капюшон. Значит надо спрятать все волосы под капюшон. Но как же хорошо сейчас дышится. Не хочу одевать капюшон. Главное не забыть его надеть, когда соберусь идти домой.“

Собрала мармелад с земли и выкинула вместе с пустой упаковкой в мусорный ящик стоящий на краю поляны. Вновь пристроившись на валун, взяла в руки открытую пачку с томатным соком.

— Привет, родник! А у меня сегодня день рождения. Поэтому я купила свой любимый сок и решила им угостить тебя. Сначала, хотела купить шампанское, но боюсь, что меня развезёт от одного бокала, а утром на работу. В общем, будем пить томатный сок и есть мармелад, как в детстве. Правда, мармелада похожего на червяков тогда не было, но это не главное. А главное, то, что мне есть с кем отпраздновать день рождения. И ты родник — мой гость. Ой! Или всё-таки я твой. Ладно выпьем и пожелаем мне забыть про одиночество, найти друзей и узнать, что значит быть любимой.

Я выпила сок. И его вкус мне не понравился. Сок был кислый и отдавал какой-то плесенью. Я почувствовала рвотный позыв, хотела уже встать и отойти в кусты, чтобы не запачкать место возле родника. Но внезапно поскользнулась и упала лицом в ключ. Пытаясь удержать сок во рту, делаю небольшой вдох носом, прежде чем понимаю, что дышать нечем. Вода быстро начала проникать в нос и рот, казалось, что я пропитываюсь ей на сквозь. Странно! А почему нет паники? Почему я не пытаюсь себя спасти? Хотя —какая разница: семи смертям не бывать, а одной не миновать.

Я открыла глаза и увидела, точнее ничего не увидела. Вокруг вода, как когда я плавала на глубине в бассейне. Но сейчас я не плыву, а свернулась в какую-то очень удобную позу. Точно это поза эмбриона.

Стоило мне подумать о позе эмбриона, и я почувствовала, как вода начала меня куда-то выталкивать.

„Не хочу! Мне и здесь хорошо! Оставьте меня в покое! – голос вроде знакомый. Точно! Это мой голос. Но я ведь молчу. Или все же кричу.“

„Ты молчишь, кричу я.“

„Я, это кто?“

„Я – это я!“

„Тогда! И я – это я!“

„Не ври! Тебя зовут Василиса, а не Ия!“

„А Могу я узнать, как зовут мою персональную шизу?“

„ Я — не шиза, а элементаль воды. Меня зовут – Я! Я маленькая, только зарождаюсь, поэтому имя из одной буквы. А вот родимся мы с тобой и дашь мне имя. Только учти имя должно быть красивым и мужественным. Подожди! Так это получается, что пока мы не родимся, я не получу имя. Пока, я не получу имя, мои силы не проснутся. Пока силы не проснуться, я буду просто водой с зачатками знаний…

Вода успокоилась. И мне стало так хорошо.

„Не понял! Почему прекратили ритуал? Вы нас в мир принимать будете или нет!? “

Сегодня Праздник Воды-матери. В полночь во всех колодцах уйдет вода, уровень воды в реках и озерах сильно упадет. В храмах жрецы начнут читать молитвы, восхваляющие Богиню Воды. Шестнадцать несемейных хранов станут на колени, образуя круг, в центре которого будет находится алтарь Богини Воды. За спиной каждого избранного соберётся колона из 15 несемейных хранов. Шестнадцать колон — шестнадцать лучей-годов. В каждом луче находятся храны, родившиеся в этот год.

Ритуал начался. Последний из каждой колонны взял хрустальную чашу, заполненную родниковой водой, прокусил палец, дождался, когда капля крови попадет в воду, и передал чашу впередистоящему. Следующий повторил его действия.

Чаши в руках избранных. Они смотрят по сторонам у всех ли в руках чаши, вдруг кто-нибудь замешкался, и чаша не успела попасть к избранным. Всё в порядке. Чаши у всех в руках. Избранные спустили дорожки крови в чаши. Сколько там было капель никто не считал. Полагалось лить кровь пока она сама не остановиться. Регенерация у мухранов была хорошей, поэтому небольшие надрезы на руках затянулись через минуту.

— Богиня Воды — прими искренние дары.

Призови к нам охру, что даст шанс на семью.

Вместе с кровью мы силу свою отдаем,

Чтоб жизнь в воде могла зародиться,

Водой рождённая в наш мир явиться.

Шестнадцать избранных подошли к алтарю и начали выливать на него жидкость из чаш. Трижды повторив слова призыва все замерли.

После минуты молчанья в десяти храмах свершилось таинство и раздались слова приветствия. К ним пришли водорожденные.

Но, так было не везде. В главном храме Богини Воды воцарилась звенящая тишина. Взоры всех были устремлены на алтарь. Храны ждали, но ничего не происходило. Неужели в ритуале участвовал кто-то не свободный сердцем.

Глава жрецов запел молитву с самого начала. Младшие жрицы кинулись к кувшинам с родниковой водой и быстро начали заполнять чаши водой. Весь ритуал повторили с начала до конца.

В храме тишина. В алтаре появилась трещина. Из трещины забил фонтан из воды. Фонтан был маленький, всего полметра от поверхности алтаря, и пульсировал, то сильнее, то слабее. Казалось, что не вода бьется о камни, а стучит чьё-то сердце.

Жрецы сразу заметили, что трещина слишком мала, чтоб продолжать ритуал. Глава жрецов жестами спросил остальных жрецов: продолжать, прервать или прекратить ритуал. Восемь жрецов проголосовали за продолжение ритуала, и восемь – за прекращение.

Пока жрецы совещались фонтан утих и исчез. Однако, трещина в алтаре осталась. Но ведь так не бывает! Алтарь сделан из цельного камня. Во время ритуала в центре алтаря появляется расщелина в форме звезды. Сколько лучей у звезды, столько мухранов будет в ближнем круге призванной. Только никто из призванных не задерживался в их мире и возвращался к себе с первыми лучами солнца. Сразу после ухода призванной алтарь вновь становился цельным камнем.

— Последние десять лет я лично провожу все великие обряды. – заговорил Глава жрецов. – В ночь праздника Воды-матери этот храм всегда встречал призванную. Я никогда не слышал, чтоб вместо звезды в алтаре появилась трещина, а фонтан бил не до потолка, а лишь приподымался над алтарем. Согласно древним писаниям: когда в ритуале участвует тот, чье сердце кем-то занято (связанный) фонтан бьет, брачные браслеты появляются, а дева не приходит. Алтарь становится монолитом сразу, как опадает фонтан. Когда в ритуале участвуют против своей воли, и тех, кто здесь не хочет быть больше, чем добровольцев, алтарь не реагирует вообще. Я прошу всех связанных и тех, кто против покинуть храм.

После этих слов глава Потока силы Адэр задумался. Он точно не является связанным, в его сердце есть только дружеские и братские чувства, немного ненависти и так по мелочам. А вот является ли он добровольцем? Ему 60 лет, в этом году у него последняя попытка обрести жену. Он хочет детей, но совсем не хочет бегать вокруг жохры, выполняя ее капризы и угождая. Адэр много раз видел, как его лучшие войны становились безвольными слабаками рядом со своими женами. И так, он хочет детей, но не хочет жену. Может стоит напросится к кому не будь во временные мужья. Только матери обычно отказываются от детей, рожденных от временщика, сразу после их рождения. А детям нужно материнское молоко и тепло. Дети у временных мужей всегда слабее.

Так! Всё! Он добровольно отдаст себя в плен охре, только бы его дети были здоровыми и сильными.

Пока Адэр думал к выходу из храма направилось порядка 50 хранов. Такое количество не могло помешать ритуалу. Храны уходили очень медленно, будто до последнего не могли решить уйти или остаться. Песка в часах над алтарем осталось совсем немного. Как только часы покинет последняя песчинка ритуал проводить будет поздно.

Главный жрец не выдержал:

— Стойте! Вернитесь все на свои места. У нас мало времени. Попробуем ещё раз. Всё делайте в два раза быстрее. И если на этот раз ничего не получить, я отрекусь от сана.

Все торопились. Кровь в чашу спускало сразу по два храна. Вот чаши у избранных, звучат слова призыва, чаши опустошены. Наступила тишина…

„Василиса, почему они нас больше не зовут?“

„А нас кто-то звал?“

„Ну тебя может и нет, а вот меня точно звали и сил на зарождение и дорогу дали. Вообще. Мы уже давно перестали брать с собой на призыв самок. Обычно новорожденный элементаль копирует внешность какой-нибудь человеческой самки, говорящей с водой во время призыва. Но тебе же мало просто говорить с водой. Ты решила меня выпить. Кстати, ключ, в котором я зародился, не знал, что люди умеют пить через нос.“

„Я не пила воду. Я упала лицом в родник и случайно втянула носом воду.“

„Так ты что не ведьма, не магиня и даже не кикимора?! Я думал, мне не повезло породниться с кикиморой, уж больно убого ты одета, а те любят всё невзрачное, чтоб быть незаметнее. Но ты простая самка, что может быть хуже!“

„Слышишь, я сейчас оглохну. Может хватит орать. У меня вообще сегодня день рождения. Или уже не рождения, а смерти. Скажи если человек родился и умер в один и тот же день, то как правильно этот день называть?“

„Не знаю. Да и ты не умерла. Твое тело перерождается, сливается с сущностью водного элементаля. То есть меня. А сколько тебе лет исполнилось?“

„48.“

„Интересное число. Может и хорошо, что ты человечка.“

Василиса была спокойна. У неё впервые за последние месяцы ничего не болело, и ей никуда не надо было спешить. Как же хорошо.

Но в один миг всё изменилось. Василиса почувствовала, как неведомая сила схватила её сзади за шею и куда-то потянула. Стало страшно, и она зажмурила глаза. Потом ощущение полёта… и вот Василиса понимает, что стоит в воде и мало того, прямо под юбку её бьёт вода. Или не вода… Надо посмотреть.

Василиса открывает глаза, смотрит под ноги - точно фонтан. И чем дольше она на него смотрит, тем меньше он становится. Моргнула и фонтана нет совсем, и она вроде сухая. Галлюцинации что ли. Надо больше отдыхать, спать, есть, гулять на свежем воздухе. Что там ещё врачи советуют. Хотя какая разница – в психушке предписания врача выполняют безукоризненно.

И тут я услышала чей-то несмелый, но явно мужской голос, затем другой, и ещё, и ещё.

Оказалось, что я до сих пор стою, наклонив голову и смотрю себе под ноги. Поднимаю голову и что я вижу? Сколько мужчин, кажется, тут есть мужчины на любой вкус и цвет. Губы сами стали растягиваться в улыбке. И тут я понимаю, что злосчастный томатный сок, непонятно каким образом, всё ещё у меня во рту. И он тоненькими струйками начинает вытекать через уголки губ.

Адэр

Какая гнетущая тишина. Неужели всё. Песок в часах закончился. Время, отведенное для великого обряда, истекло. У него никогда не будет постоянной жены. Только контракты с замужними охрами. Контракт на запасного мужа. Контракт на зачатие детей. Контракт на содержание охры, дающий право соития с охрой определенное количество раз.

Адэр стоял и смотрел на алтарь. В этом году он был в кругу избранных. Он считал, что его шансы обрести жену высоки как некогда. А оказалось. Что шансов сегодня было у всех одинаково. Точнее ноль.

Как же громко стучит сердце. А нет, этот звук не из его груди... Алтарь. Звук издает алтарь. Посредине алтаря очень медленно стала образовываться щель в форме звезды: 4 луча – 8 лучей – 16 лучей. Звезда из шестнадцати лучей не равных по длине и толщине. Значит мухранов в ближний круг призванная может выбирать в разное время, и они будут не равны между собой. Интересно, это плохо или хорошо.

С оглушающим воем из звезды вырвалась вода. Столб воды доходил почти до потолка. Напор воды постепенно спадал и фонтан уменьшался. Сквозь воду стал просматриваться чей-то силуэт. Воды становилось все меньше и рожденную водой стало хорошо видно.

Мать-вода, как в твоих водах могло родится такое. На существе была одета странная одежда: сверху-вниз прикрывая место, где по идее должно быть то, на чем сидят что-то серое, из квадратиков, надутых воздухом, а снизу длинная черная юбка, разорванная по бокам так, что ноги существа видны почти сразу как заканчивается серое нечто сверху. На ногах грубая, явно мужская обувь. Лица не видно, зато видны червяки в её волосах. Боги из каких пещер, из какого отсталого мира она.

Кто-то начал выкрикивать слова приветствия! Мой номер в списке шестнадцатый. Надо сосредоточиться, чтоб не пропустить свою очередь. Всё пора.

— Приветствуем долгожданную и желанную!