Читаем Закованная свобода онлайн бесплатно

========== Предисловие ==========

Хината был в панике. Нет, даже не так – в полнейшем ужасе, что пробирал до самых костей и заставлял сжимать дрожащие руки в кулаки в попытке себя более-менее успокоить. Сердце в груди сильно сжималось, причиняя боль, а мозг просто не мог найти разумное объяснение тому, что происходит на данный момент – и хотелось просто провалиться на этом самом гребаном месте, пропасть, раствориться, исчезнуть – да что угодно, но лишь бы не быть тут. Неужели он многого просит?

Перед ним стоял высокий худощавый парень – не такой высокий, как Кагеяма, но значительно выше самого Хинаты – и намеренно прожигал взглядом, отчего неприятные мурашки проносились по спине, вынуждая часто дергать плечами. С каждой секундой дышать становилось тяжелее, словно сверху давил неподъемный булыжник в намерении лишить недостающего воздуха. Этот парень сильно пугал – Шое нервно сглотнул подступивший к горлу ком – очень сильно.

Являясь представителем сильного пола, он усердно пытался не показывать своего страха, однако его выдавали трясущиеся ноги – был бы рядом кто-то из друзей, то он бы непременно спрятался за их широкие спины в нестерпимом желании избавиться от этого неприятного взгляда и скрыться от самого его обладателя. Черт, и почему Кагеяма сегодня ушел раньше? Неужели нельзя было задержаться на полтора часика? Тогда сейчас бы Хинате не было так страшно. Тогда бы он с легкостью мог хоть что-нибудь вымолвить. Тогда бы он знал, что находится под надежной защитой.

Но он был один. Совсем.

Темные улицы только усугубляли и так не очень хорошую ситуацию. Господи, неужели он так сильно провинился? За что ему сие наказание? Он ведь только начал общаться с Кагеямой на равных, стал летать намного лучше, выше и красивее, полностью доверился королевским пасам, с которыми не требовался его взгляд на мяч. И все пошло наперекосяк. Неужели маленького роста недостаточно для его наказания за когда-то совершенные грехи? Неужели он сделал что-то такое страшное, из-за чего на него обрушилась вся эта жуть?

– Ты мне ответишь? – грубовато спросил незнакомец, отчего Хината задрожал еще сильнее, не имея никакой возможности сдвинуться хотя бы на пару сантиметров в сторону – страх сковал все тело. Почему этот человек от него не отстает? Зачем он это делает? Ведь… – Я спрашиваю! – Шое вновь вздрогнул. Ведь он уже отказал.

Несколько раз.

– Я… – еле выдавил из себя Хината совсем охрипшим голосом, поджимая дрожащие плечи, – …прости. У меня уже есть… тот… – он вздохнул, —… кто мне… – руки вспотели от волнения и страха, —… нравится.

Глаза парня напротив потемнели от ярости, отчего все же появилась возможность отступить на пару шагов назад, и теперь уже Хината упирался спиной в холодную и мокрую от сырости стену. Ужас заполнил всю душу, а истерика уже подбиралась к самому мозгу, оттого руки не просто уже дрожали – панически тряслись, вынуждая в страхе пытаться найти взглядом возможное спасение.

Но почему-то весь мир сегодня не сильно был настроен помогать – вокруг было ни души, ни света, ни тепла – будто бы хотел сломить, испугать и уничтожить. И Шое судорожно вздохнул, сжимая руки в небольшие кулаки и впиваясь ногтями в кожу ладоней – только боль могла привести его в относительное равновесие.

Черт. Черт. Черт.

Надо скорее убираться отсюда. Нестись прочь по темным переулкам, сбивать редких прохожих и бежать до потери пульса, но не видеть этого сумасшедшего парня, его безумных улыбок, горящего огнем взгляда и гадких грязных рук, что постоянно норовят прикоснуться к Хинатиным волосам. Все что угодно, но не это. Только не этот человек.

– Кто? – парень сделал шаг вперед, и Хината почувствовал себя жалкой добычей перед свирепым хищником.

Почему он не может уйти прочь?

Впервые за несколько долгих минут Хината почувствовал свои ноги – тот самый нужный момент, когда страх перестает контролировать тело, давая возможность ринуться вперед и наполняя бурлящую внутри кровь адреналином – и, резко оттолкнувшись, задевая плечом мерзкого парня, Шое устремился вперед, воплощая желанный побег в жизнь.

Нет, он никогда не ответит, ибо больше никогда даже не заговорит с этим человеком.

Попытается.

Черт.

***

Все началось несколько недель назад. Хината тогда возвращался домой один, и ничего не предвещало беды, если бы не странный парень, которого он видел впервые в своей жизни, не преградил дорогу, явно не с добрыми намерениями. Тут и думать нечего: Шое сразу же развернулся и хотел дать драпу, как тяжелая рука молниеносно опустилась ему на плечо и вновь развернула к себе. Тогда не было так страшно, поэтому возмущения сразу же посыпались на незнакомца целым градом.

Не наглость ли, а?

Хината хоть и прячется, но всегда может ответить, вступая пусть и не в равный, но бой, пытаясь ничем не отличаться от своего соперника. Разве он не мужчина? Ну и пусть, что маленький, ну и пусть, что отличается слабостью, ну и пусть, что плечи не такие широкие – зато у него есть зубы, характер и упорство. А это многое значит. И незнакомец на тот момент растерялся.

Однако все хорошее рано или поздно заканчивается. Хинату заткнули звонкой пощечиной – даже голова отвернулась в сторону – и заставили смотреть прямо в безумные глаза. Именно в тот момент он понял, что что-то не так – парень просто горел от ярости, рука неприлично сильно сжимала Хинатино плечо, а губы шептали одно и то же: «Ты мне нравишься».

Возможно, если бы не столь пугающая ситуация, то Шое бы обязательно улыбнулся этому человеку, попытался бы убедить в его ошибочном мнении и искренне бы пожелал найти свое счастье, но грубое обращение к себе вызывало только страх и обиду.

Разве он в чем-то виноват?

Парню, кажись, было все равно. Его не интересовало, что своим поведением причиняет боль, что пугает, что показывает себя в невыгодном свете. Перед ним была словно одна цель – Хината Шое, и выполнить он ее должен любой ценой. Абсолютно любой, пусть даже вселяя огромный ужас и панику в душу.

Хината не помнит, как он сбежал.

Но он сбежал.

И бежит до сих пор.

Этот парень преследует. Шое видит его везде: в школе, на улице, в магазине, даже под окнами своего дома, и это чертовски страшно. Каждый раз сердце уходит в пятки, а душа сворачивается в совсем маленький комок, заставляя сжиматься всем телом и в панике бежать. Бежать. Бежать. Бежать. Бежать. И пусть ноги будут все в собственной крови, и пусть дышать будет тяжело, словно внутри легкие горят жарким пламенем, и пусть сил не будет оставаться – он никогда не остановится.

Потому что незнакомец – настоящий психопат.

А как все знают: лучше ненависть нормального человека, чем любовь сумасшедшего.

Хината понимал, что этот парень пока не сделал ничего слишком плохого, однако все равно боялся и не мог с этим абсолютно ничего поделать. Этот взгляд, жесты, выражение лица, улыбка, эмоции – все до дрожи пугало. Будто бы он вживую видится с серийным маньяком, что нацелился искусно выпотрошить все его органы и съесть на завтрак. От столь отвратительной мысли появились рвотные позывы, вынуждая прижать ладонь ко рту – и почему вдруг он решил подумать об этом?

Черт.

Хинате очень страшно, и сказать он никому не может.

Его которую неделю преследуют, а он молчит. Молчит. Разве не высшая степень безумства? Но ведь расскажи он кому-либо о подобном – засмеют. Ни у кого нет таких проблем, да и, тем более, все выглядят настолько мужественными, что подойти парню к ним с признанием в любви равносильно самоубийству, а поэтому Шое было и стыдно, и страшно. Почему все могут постоять за себя и набить непутевым лицо, а он – нет?

Черт.

Какой же он идиот.

– Хината! – чуть не уронив сумку от неожиданности, Шое обернулся, бросая взгляд на бегущего Кагеяму. Улыбнувшись в ответ, тут же рванул с места, не собираясь проигрывать в нелепой, но очень важной для них схватке и забывая о своих недавних терзаниях. В конце концов, были вещи поважнее. Не целый же день загоняться из-за этого безумца?

У него полно любимых вещей и людей, с которыми он будет счастлив разделить смех и улыбку, а посему стоило откинуть всё на задний план.

Он ни в коем случае не проиграет!

========== Глава I – Канарейка ==========

День в школе пролетел незаметно и слишком быстро для осознания. Хината и думать позабыл о том парне – дел и так вполне хватало, а пасы Кагеямы и вовсе заставляли забыть даже собственное имя. Английский вновь никуда не вязался – слова никак не могли нормально уложиться в голове, создавая непонятную кашу, – и зачем ему знать этот язык? Он же любит волейбол, в конце концов, и станет вторым Маленьким Гигантом, посему и интересы должны быть именно в этом кругу. Однако все вокруг почему-то считают, что учиться он должен обязательно.

Какой сейчас человек без образования? – наверное, очень счастливый. Ведь ему не приходится потеть над горой учебников, пытаясь вбить в свою глупую головушку больше требуемых знаний. Его никто не заставляет зубрить иностранные слова и каждый раз писать дурацкие тесты, с большой надеждой получить хотя бы двухзначное число. Он просто сидит и занимается тем делом, которое выбрал для себя сам. Почему же Хината не может поступить так же?

«Потому что образование сейчас важно», – интересно, для кого? Для него или для других? Спорт – его страсть. Он важней. Но люди вокруг с ним не согласны, предпочитая думать, что если Шое учится не слишком хорошо – он лоботряс, коих стоит еще поискать, однако никто никогда не задумывался, что ему это совершенно не надо. Самое лучшее для него – есть тающие во рту мясные булочки и играть в волейбол. И все.

И никто не поймет.

– Эй, придурок-Хината, – на плечо легла сильная рука Кагеямы, заставляя невольно вздрогнуть, вспоминая неприятные прикосновения того парня и невыносимую тяжесть его противной ладони, и обернуться, встречаясь с взглядом вечно чем-то недовольного друга, – Пошли. Ты о чем задумался?

Шое вздохнул – все же Тобио ничуть не был похож на того сумасшедшего. Его руки были не такими тяжелыми и страшными, а, скорее всего, наоборот – аккуратными и красивыми, не внушая ничего, кроме тепла и счастья. И, хоть частенько его слова очень обидны, он никогда не причинит вреда и боли – Хината верит в это всем сердцем.

И его веры хватит, чтобы постоять за себя и свое мнение. И зачем вдруг он начал сравнивать Короля волейбольной площадки с каким-то… недостойным этого парнем? Его мысли так спутались, что, кажись, он мог бы и вовсе в них застрять не хуже любой мухи, попавшейся в ловушку паутины. Почему просто нельзя выкинуть все лишнее из головы? Хотя бы на время?

– Да так, – отстраненно наконец соизволил ответить Шое и тут же лучезарно улыбнулся, пытаясь всем своим видом показать, что все хорошо и скоро будет еще лучше, – Ну как я сегодня отбивал? Классно, да? Может, давай еще потренируемся?

Кагеяма хотел съязвить в ответ, однако, слегка задумавшись, лишь подозрительно обвел взглядом, хмуря брови и засовывая руки в большие карманы спортивной олимпийки, отчего Хината поежился, неловко поджимая под себя плечи. Мысль о том сумасшедшем парне все еще лезла голову, а поэтому натянутая улыбка могла выглядеть наигранно. Слишком наигранно для яркого солнца Карасуно.

Черт. Уйди. Уйди. Уйди. Он не хочет думать о признании парня. Совсем не хочет, не желает и не стремится, особенно о причине внезапного и очень пугающего преследования – еще чуть-чуть, и Хината точно сойдет с ума. Или, в самом безобидном случае, попадет в больницу из-за растяжения шейных связок – уж больно часто крутит головой в поисках возможной опасности.

И он ничего не может с собой поделать.

Надо избегать, прятаться и бежать. Надо. Ведь по-другому никак, да?

Ему не хотелось впутывать в свою небольшую проблему кого-то, не хотелось рассказывать о ней и не хотелось ударить в грязь лицом перед всеми, – он который раз повторяет себе это. Повторяет и повторяет, но не может отделаться от навязчивой идеи просто посоветоваться, спросить, как быть и что делать.

Черт.

Почему бы просто не исчезнуть?

– Нет, – все же ответил Кагеяма, – Уже достаточно поздно, а завтра еще тест по английскому.

И вновь этот удручающий предмет всему виной. Сколько же еще будет неприятностей?

– А тебя разве это волновало раньше? – Шое недоуменно склонил голову, все равно не понимая причины, – Да пошли играть!

Ответом послужил легкий удар по макушке – шутливый и безобидный, но все равно несправедливый, отчего пришлось нахмуриться и слегка ударить друга по колену в отместку, за что прилетела новая порция. И Хината даже охнул, хватаясь двумя руками за голову.

Стало почему-то веселее.

– Больно же!

– Пошли, – Тобио, привычно опустив голову вниз, направился вперед, подтягивая сползшую с плеча шлейку от своей сумки. Обиженно проводя высокую фигуру взглядом.

И Шое вновь тяжело вздохнул, понимая, насколько мелко выглядит рядом со своим гигантским другом и насколько ничтожно греет себя мыслью, что вскоре вырастет.

Хорошо, наверное, быть высоким. Никто не будет тебя задирать, смеяться, обзывать коротышкой и терять в толпе – разве не счастье? Будь он высоким, то тогда бы точно смог ответить тому парню! И, конечно же, прыгать выше! Настолько выше, что всегда бы видел ту сторону.

И в него бы тогда поместилось больше булочек с мясом.

В себя привел голос какого-то школьника, проходившего мимо.

– Эй, Дургеяма, подожди! – в поспех крикнул Шое, опомнившись, что стоит на одном месте, и, поудобней закинув сумку на плечо, поспешил за уходящим вперед Тобио.

***

С той неприятной встречи прошло еще несколько дней. Шое постоянно ловил на себе пристальный взгляд, а иногда даже мог увидеть знакомую тень где-нибудь поодаль – и тогда он, забывая про все на свете, бежал на всех парах, не контролируя ни ноги, ни свои действия. Страх был сильнее всех остальных чувств в эти моменты.

А еще Хината не высыпался.

Ему постоянно снились кошмары, из-за которых невозможно было спать. Каждый раз этот сумасшедший парень хватал его за грудки, больно припечатывал к стене и пытался что-то сделать, – и Хината именно в такие моменты просыпался, радуясь, что не знает и не протягивает до этого «что-то». Иначе бы все мысли занимало именно это.

Все его проблемы, как и всегда, отражались на игре. Он, честное слово, откидывал мысли подальше, запирал их на самый крепкий замок, прогонял прочь, пытался избавиться, выкинуть и даже забыть – не помогало. Совсем. Он не мог не думать об этом. Настолько погрузился в эту проблему, что даже обидные слова Кагеямы перестали иметь свою силу.

Он погрузился в это с головой, хотя и пытался улыбаться, делать вид, что все замечательно и вести себя по-дурацки весело. Пытался. Неужели этого недостаточно?

Как же он устал.

Серьезно.

Устал.