Читаем Последний костёр (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Продолжение борьбы пионеров и школьников с кровавым режимом.

Мушкарская Ам.

Мушкарская Ам.

Последний костёр

ПОСЛЕДНИЙ КОСТЁР

Коммунисты поймали парнишку,

Потащили в своё КГБ.

"Ты скажи нам, кто дал тебе книжку,

Руководство к подпольной борьбе?"

- Товарищи! К нам поступила информация о небывалом ЧП. В школе номер 732 среди учащихся существует антисоветская подпольная организация!

Мы должны в ближайшее же время поставить вопрос о недобросовестных работниках народного образования, допустивших столь вопиющую халатность в вопросах политико-воспитательной работы...

Директор школы Александра Андреевна даже потрясла головой, отгоняя ужасное видение. Но оно было столь ярким в своей реалистичности, что никуда не уходило. Беспощадные слова секретаря райкома снова и снова звучали, как ей уже казалось, отовсюду...

За приоткрытым окном тихо расплывалось прекрасное майское утро. Чистое весеннее небо в лёгкой пене облаков. Ласковое дыхание ветра, воздух, наполненный нежным запахом сирени... И как писалось в классической русской литературе, которую и преподавала Александра Андреевна, - всё это великолепие мира должно было преисполнять душу неизбывной благодатью. А тут...

Нет сомнения - всё именно так и будет сказано, если в райкоме КПСС узнают о событиях позавчерашнего дня. Ни в коем случае нельзя этого допустить. Но как? Ведь столько людей уже в курсе!

У кого теперь окажется больше прыти и меньше ума? - историчка, она же секретарь школьной парторганизации захочет устроить неприятности старшей пионервожатой, и постарается проинформировать райком ВЛКСМ? Да, зная её скверное отношение к несчастной вожатой, вполне можно этого ожидать... Или зав. учебной частью, которая питает столь же высокие чувства к историчке, - да и к вожатой, кстати, тоже! обычные отношения в нашем педагогическом серпентарии, - она ведь тоже может постараться ввести курс и РайОНО, и райком партии. Одна надежда, что у них обеих хватит соображения не вынести сор из избы! Потому что мало тогда не покажется никому. Но вот сама вожатая... Молодая, глупая, не понимает ещё всей сложности и глубины административных и людских отношений. С этой блаженной станется, что она и сама побежит везде трезвонить.

По крайней мере, по школе уже растрезвонила, хотя могла замять это в самом зародыше. Да и вообще, вся эта антисоветская история случилась не в последнюю очередь из-за её педагогической неопытности и беспечности...

С чего всё началось - это почти все ребята седьмого "б" прекрасно помнили. В тот день перед самым началом последнего урока в класс зашла старшая пионервожатая Галя.

Конечно, "Галей" она была только для старшеклассников, и то неофициально. Для пионеров же - исключительно Галина Николаевна. Но как раз этому, седьмому классу сидеть в пионерах оставалось уже совсем недолго. Собственно, для того вожатая и пришла - ещё раз напомнить, что 19 мая, в день рождения Всесоюзной пионерской организации имени Владимира Ильича Ленина, у семиклассников будет праздник прощания с пионерским галстуком.

Новость ни на кого особого впечатления не произвела. О том, что чего-то такое должно быть, им говорили ещё в начале четверти. Ну будет, и фиг с ним. Мероприятие проводилось уже не первый год, но никто из старших ребят ни разу не рассказывал, чтоб там бывало что-нибудь интересное. Значит, обычная муть.

Мальчишкам седьмого класса было куда интереснее разглядывать саму Галину. Что ж поделать - природа одарила её фигурой, совершенно не подходящей для работы с подростками... Это великолепие плохо скрывали даже юбка ниже колен и мешковатая блузка. Девчонки тоже разглядывали этот наряд, и презрительно хихикали, а те, что поумнее - понимающе вздыхали: какой кошмар ей приходится носить из-за дурацких понятий приличия в советской школе!

В общем, речи вожатой никто толком не слушал.

Но Галя вдруг сказала такое, что интерес появился у всех и сразу.

- Поедем на линейку к памятнику на "Дороге жизни".

Все моментально ожили. Пусть от казённого мероприятия никаких чудес ждать и не приходилось, но поездка за город, в майский лес - это ж почти поход! У известного хулигана Лёхи Селиверстова, которого, к сожалению, не успели заблаговременно выгнать из пионерской организации, сразу загорелись глаза. Он-то уж знал, чем развлечься в этом, пусть и не совсем настоящем походе! Вожатая, к сожалению, не заметила его воодушевления, и продолжала излагать по тезисам в тетрадке:

- Наиболее заслуженные пионеры смогут повязать свои галстуки на берёзы у памятника. Это символ в честь ваших сверстников, погибших в годы блокады...

- А остальные? - влез Дима Петров, которому, как всегда, больше всех было надо. - Нам что, нельзя повязать?

- Петров, эту честь надо заслужить. Вы просто сохраните свои галстуки на память.

- А почему? А если мы тоже повяжем, ну пусть в другом месте, если уж там не заслужили?

Все прекрасно знали, что Димуля просто придуривается. Плевать ему было, куда там повяжут эти галстуки, как и вообще плевать на все пионерские дела. Наоборот, он всегда выпендривался, что увлечён тем, чего пионеру, вроде бы, и не полагается: то рок-н-роллом и западной модой, то блатной музыкой и "анархизмом"... А сейчас ему просто-напросто надо было зацепить вожатую каким-нибудь "неудобным" дебильным вопросом. Все учителя давно уж знали эту его пакостную манеру.

Так что балабола Петрова можно было бы и проигнорировать, но его дурацкую идею подхватили и другие.

Вожатая смутилась. Ритуал был ещё до конца не разработан, а всякие инициативы снизу нельзя допускать, пока они не утверждены, - это она усвоила чётко. И бывало тут по-разному - вот и в её пионерском детстве, помнится, что-то такое сначала критиковали в пионерской печати, а потом - ничего, приняли и утвердили... Что именно - вспомнить ей не дали, все так загалдели, что тоже хотят повязывать галстуки на деревья, будто это была самая заветная мечта в их жизни.

Галина Николаевна пыталась втолковать, что повязывать где попало нельзя, что галстук - это частица знамени, но эта "частица" так давно навязла в ушах, что никто, конечно, этим не проникся. В пионерлагерях вон каждый год долбили тем же самым, - мол, нельзя писать друг другу адреса на галстуках, и всё равно каждый год все писали.

Расстроенная вожатая, как обычно, поделилась историей со старшими коллегами. И как обычно, выслушала от старших коллег всякие дежурные сочувствия и какие-то пафосные, но совершенно банальные советы. А высокоидейная и всегда готовая всех в чём-то уличить историчка Анна Кузьминична, она же школьный парторг, как обычно выразила недовольство:

- С галстуками у вас вообще форменное безобразие. Какое там прощание, они же их и так не больно-то носят! А вы не боретесь.

Галя понимающе кивала. Действительно, безобразие. Хотя прошло всего каких-то семь лет с тех пор, как она сама училась в 7 классе, и уж никак не могла не помнить, почему девочки дружно снимали галстуки, едва выйдя после занятий за школьные двери... Но работа, как ни крути, накладывает свой отпечаток - она действительно почти искренне этого не помнила.

По правде говоря, поездку на торжественную линейку Галина Николаевна ожидала с некоторой тревогой и опасениями. Она уже достаточно хорошо знала, что от этих юных пионеров можно ожидать всяких безобразных выходок, и ей придётся там постоянно быть начеку... Но незадолго до 19 мая стало известно, что в организации мероприятия возникли какие-то нестыковки, то ли у райкома ВЛКСМ, то ли где-то ещё, и школа номер 732 не вошла в список участников церемонии у "Каменного цветка". И ритуал прощания с галстуком следует провести в родной школе.

Галя не то чтобы облегчённо вздохнула, но, по крайней мере, особо не огорчилась.

Большинство же пионеров разочарованно завыло. Вот тебе и поход... Петров как всегда орал больше всех.

- Вот так же и принимать в пионеры обещали на "Авроре"! А принимали в школе! Всё у нас так!

- Ох, Петров, - тяжело вздохнула замученная Галя, - ты бы таким активным был в пионерской работе, а то тебя там и не видно и не слышно было все года.

- Да какая там работа! Бумажки одни! - возбух скандалист Димуля.

Впрочем, честно-то говоря, в данном случае он был почти что прав.

В их школе действительно всё происходило настолько формально и скучно, что Дима уж и не верил, когда ему рассказывали, что где-то там в иных школах и пионерлагерях бывают всякие по-настоящему интересные дела. А у них... Тут же одна только сплошная школа советского формализма, вон примерные девочки из совета дружины - все уже мастера толкать правильные речи и сочинять правильные планы с отчётами.

С недавних пор Петров вообще научился довольно ловко оперировать цитатами из журнала "Крокодил" и прочей вполне официальной советской сатиры, бичующей бюрократию. И ему, с его пакостной натурой, очень нравилось смущать учителей и вожатую этой "борьбой с формализмом". А попробуй возрази - он же не "вражьи голоса" повторяет, а родную советскую прессу!

Конечно, на "формализм" вожатая сразу обиделась.

- Если и был с нашей стороны формализм, так это в первую очередь в том, что таких, как ты, принимают в пионеры, и держат потом балластом! Ты в первую очередь сам и есть формальный пионер. И таких вообще не стоило бы брать на праздник, - не подумав, брякнула она.

Может быть, все беды с этого и начались.

Надо было знать говнюка Диму - уж теперь-то он из принципа считал необходимым засветить себя в этом мероприятии. А если получится, то и разнообразить его какой-нибудь нетривиальной выходкой. И даже не для того, чтоб отомстить вожатой. Просто наш Димуля вообще был весёлый мальчик, и любил творить всякие каверзы и мерзости.

А Галина Николаевна уже через день начисто забыла об этом мимолётном эпизоде. И только потом, когда она долго и мучительно вспоминала и анализировала, в какой же момент было ею что-то упущено, и что же стало началом всей этой ужасной истории, - тот дурацкий "диспут" о формализме снова всплыл у неё в памяти.

Хотя мучилась-то она, на самом деле, совершенно напрасно. Ну мало ли подобной ерунды происходит в школе по десять раз на дню! И ведь ничего такого страшного из этого почему-то не вырастает... Видимо, настоящие причины надо было искать где-то глубже; но, к сожалению, бедную Галю в педагогическом институте имени Герцена этому не учили. И вообще, простите, - предполагать, что антисоветская организация в их школе могла завестись не случайно?! - нет, нет, об этом она даже боялась бы и подумать! Вот и страдала, занимаясь "анализом" всяких случайных мелочей. В каждой, естественно, находя повод для самобичевания.

И больше всего она ругала себя за то злополучное заседание совета дружины, где проявила непростительную слабость, и допустила обсуждение этих идиотских идей о праздничных мероприятиях...

Вопрос, кстати, даже и не стоял на повестке дня заседания. Всё возникло экспромтом, после того, как Галя довела до сведения актива, что 19 мая, хоть это и обычный учебный день, всех школьников после линейки отпустят по домам. Но не просто так, а чтоб они смотрели по телевизору трансляцию пионерского парада на Красной площади! Галя прекрасно знала, что все понесутся играть во двор, и никто ничего смотреть не будет; да и те, кто спускал сверху такое распоряжение, тоже наверняка знали. Но Галина уже привыкла к такому порядку вещей. Раз велено довести, надо довести. И активисты из совета дружины отнеслись к услышанному, как к должному, потому что они уже тоже научились понимать всё правильно.

Но, как оказалось, не все.

Что ни говори, а неправ был злобный критик Петров - там сидели не только примерные девочки, постигающие школу советского формализма... Нашлась и пара каких-то не особо сознательных членов, которых вдруг угораздило опять вспомнить про несбывшуюся поездку к мемориалу. Предложение у них родилось моментально. Раз туда нас не берут, а занятий всё равно не будет - может, нам всё-таки после линейки устроить поход? В смысле - вылазку за город с прощальным пионерским костром?

Вожатая оказалась в замешательстве. С одной стороны, она и сама в глубине души считала, что одна лишь линейка в актовом зале - это действительно как-то уж слишком казённо и скучно. А поход... ну, поход - дело хорошее; а главное - не такое ответственное мероприятие, как церемония у мемориала. Поход она бы, наверное, и поддержала... Даже несмотря на то, что в предыдущих походах с некоторыми архаровцами случались такие неприятные истории, что лучше и не вспоминать! Но как же можно заменять походом уже утверждённый просмотр парада?!

- Нет, ребята. Давайте в таких делах всё-таки без самодеятельности. Парад все должны посмотреть обязательно. А поход у нас уже запланирован на конец учебного года, там и зажжём прощальный костёр.

- Ну, тот поход - он сам по себе... А что же в праздник прощания, ничего не придумаем? Может, после парада?

- После парада будет уже поздно ехать за город, - пока ещё терпеливо сказала Галя.

- А если хотя бы в наш лесопарк?

Вот тогда-то Галя и осознала, что совершенно напрасно вообще допустила обсуждение этой темы. И что все эти народные инициативы от греха подальше надо сворачивать.

- Во-первых, костры в лесопарке жечь нельзя. Ну, мало ли, что "все жгут"!.. думай, что говоришь, Степанов, - пионер так рассуждать не должен! А во-вторых... - Галя замялась, не зная, чего ещё добавить, но потом довольно уверенно изрекла: - Такие мероприятия надо заранее согласовывать.

На самом деле, она была совершенно без понятия, надо ли именно в этом случае что-то согласовывать. Но ведь у нас надо всё согласовывать, - в этом-то Галя была свято убеждена. Так что и уверенность у неё звучала вполне искренне.

- ...Надо согласовывать. Понятно? Ну ещё ты тут поговори про бюрократию, Егошина! Мало нам Петровых... Не бюрократизм, а порядок. Там тоже могут быть в это время какие-то мероприятия. Всё, вопрос закрыт. Ваша задача - проследить и обеспечить явку на линейку.

Но было уже поздно. К несчастью для Галины Николаевны, несознательность отдельных активистов этим разговором не ограничилась... Нет, на то, чтоб всё-таки взять и самим организоваться на тот самый прощальный костёр, решимости ни у кого не хватило, конечно. А вот всё разболтать - пожалуйста. И вскоре уже вся школа знала, что костёр предлагали, да не разрешили.

Вожатой пришлось ещё раз прикрикнуть, чтоб выкинули дурь из головы, и никаких костров разводить не вздумали. Чему её только учили в институте имени Герцена... Большинство пионеров и не собиралось делать ничего такого, все мечтали только отбыть на этом казённом мероприятии да поскорее свалить. Но после таких слов многие, естественно, призадумались, что идея с костром - дело, наверное, стоящее...