Читаем Живое знание онлайн бесплатно

В Москве мне посчастливилось присутствовать на встрече с выдающимся духовным мастером современности Экхартом Толле (прим. автора: немецкий писатель и духовный оратор, влиятельный духовный учитель в мире, автор бестселлеров «Сила настоящего» и «Новая Земля»). Свою встречу мастер завершил словами: «Давайте подружимся с настоящим моментом. Потому что этот момент абсолютно неотделим от самой жизни. Настоящий момент – это то место, где разворачивается сама жизнь. Выражение, которое я использую – «подружись с настоящим моментом», – означает не делать из него врага. И это уже является началом изменения осознанности. Мы с вами на этой встрече обсуждали самые важные составляющие человеческого существа; вещи, которые с некоторого времени станут основополагающими в учении, которое будет преподаваться в школах. Увы, этот день еще не настал. Но с вашей помощью он наступит раньше».

Возможно, находясь в созвучии с этим посланием, я встретилась с женщиной, у которой были проблемы в семье и на работе. Мы долго беседовали. На все ее вопросы я отвечала словами из книги «Глубокая любовь реальности», применяя то, через что прошла сама. В конце встречи она всем сердцем поблагодарила меня и сказала: «Вижу еще одну книгу». Я про себя очень сильно удивилась: о какой второй книге может идти речь, если еще в первой я не знаю, о чем пишу?!

Вторую книгу начала писать исключительно для себя. Где-то в глубине знала, что пока во мне есть хоть капля страха, первая книга не выйдет. Возможно, во мне еще крутились услышанные когда-то слова: «Спасись сам – и вокруг тебя спасутся тысячи». Я не знаю.

Когда пошел «процесс», поняла, что имел в виду Рамана Махарши (прим. автора: известный индийский мудрец), сказав: «Когда вентилятор отключают от электричества, он по инерции еще продолжает вращаться, пока совсем не остановится». Именно такой процесс «затухания» и дал толчок второй книге.

Эта книга будет полезна тем, кто уже читал «Глубокую любовь реальности» и ощутил в себе серьезный отклик на нее, испытал через нее в некоторой степени внутреннее преобразование. Опираясь на высказывания духовных мастеров, она, словно ювелирный мастер, бережно и трепетно раскрывает многогранные пути подхода в осознании своей истинной сути.

Многие читатели первой книги признавались, что не хотели ее читать, у некоторых даже появлялось желание выбросить ее, сжечь, уничтожить. Но спустя время что-то вновь тянуло, побуждало их открыть книгу и начать читать. И, читая дальше, им в какой-то момент удавалось на миг пробудиться от потока непрекращающихся мыслей. Они соглашались с тем олицетворяющим жизнь знанием, которое транслирует книга.

Исходя из этого, хочу высказать читателям мое пожелание: читайте книгу, прислушиваясь к своему внутреннему чувству. Если есть желание отложить ее на некоторое время, сделайте это и займитесь тем, что интересно вам в данный момент. Не контролируйте, не давите на себя, а делайте то, что вам нравится. Ведь Жизнь – это самое невероятное приключение, какое только может быть!

На семинаре в Германии Берт Хеллингер (прим. автора: немецкий автор, философ, психотерапевт, богослов, положивший начало краткосрочному терапевтическому методу «семейные расстановки») провел медитацию. Я не помню ничего из сказанного, кроме того, как что-то внутри на мгновение вспыхнуло, обнажилось, открылось. Когда медитация закончилась, Берт Хеллингер медленным взглядом обвел всех участников, вернулся взглядом ко мне и улыбнулся с изумительной теплотой и сиянием в глазах. Это была словно стрела с двумя наконечниками. В ответ я с чувством благодарности положила ладони на грудь и склонила голову. Семинар закончился, а я еще долго сидела на своем месте и чувствовала, что мне передали нечто очень ценное – неизвестное. Чувствую: то, что вспыхнуло тогда на миг, сейчас струится дальше, возможно, через это написание. Что это? Я не знаю. И в тоже время знаю – это Есть.

Постепенно в процессе чтения книги давно забытое живое знание обретает ясность и почти незаметно высвобождается из тела. Именно поэтому хочу предупредить читателя: пусть вас не смущает то, что покажется непонятным. Порой книга звучит напористо – это новое осознание хочет пробиться сквозь плотные слои сопротивления и нужды. Но как только новое осознание проникает сквозь ментальные слои, вы узнаёте истину. Истина распознается в тот момент, когда она услышана, и что-то внутри вас говорит: «Да, это правда».

Много лет назад было сказано: «У Бога много имен». Поэтому в книге, словно пунктиры-указатели, я использую разные слова, созвучные определенному моменту восприятия: Осознание, Жизнь, Знающее, Недоступный восприятию, Одно, Тайна, Всепроникающая Истина, Я Естьность, Бытие, Покой, Суть, Тишина, Истина, Непроявленное, Сознание, Господи, Вездесущее настоящее, Мама-Жизнь, Это, Истинный Хозяин, Открытое, То, Чему нет названия, Простор, Пустое, Живое знание, То, Целое, Свобода, Радость, Реальность, Непостижимое, Настоящее, Единое, Бесконечность Бытия. Каждый читатель воспримет то понятие, которое созвучно ему глубоко внутри.

Описанный в книге опыт не является ни духовной идеологией, ни мифологией.

P.S. Удивительно, как Это работает. Я читаю, не спеша книгу «Глубокая любовь реальности», затем, отдохнув неопределенное время, читаю вторую книгу «Живое знание», так же не спеша, никуда не торопясь, погружаясь в себя все глубже. И поражаюсь тому, как работают эти книги – они очень медленно, бережно, постепенно с любовью стирают эгоизм человека. Это напоминает стирку грязного белого белья, которая за одну стирку не становится белоснежной, для того, чтобы она светилась чистотой, ей необходима повторная стирка, и не одна. Вот так работают эти книги «Глубокая любовь реальности» и «Живое знание». Спасибо всем тем, кто причастен, и тут нет заслуги одного человека.

Исакова Алмагуль Омірбай ?ызы

Духовные мастера говорят: «Бог живет в настоящем моменте». Иду по улице и рассуждаю: откуда тогда в человеке берутся вина, стыд, обида, грех? Зашла домой, прошептала: «Прости, Мама». Продолжая рассуждать, думаю: кто у кого просит прощения, если Бог живет в настоящем моменте? Погружаясь в себя, вижу, как чувство вины создает много мыслей. Мысль «прости меня» подпитывает чувство «я плохая»; затем мысль «я запачкана грязью, грехом» питает «я виновата во всем». Этими мыслями я только подкармливаю чувство вины и стыда, придавливая тем самым в себе жизнь, «оживляя» мысль «я плохая». Если жизнь – это настоящий момент, значит, с помощью моих мыслей чувство вины разрастается и становится огромным. И в стремлении наказать себя за то, что плохая, я сама создаю себе тяжести, создаю себе тяжелый недуг. Ребенок наказывает сам себя! Вот какие корни у мысли «прости меня, Мама». Мысль питается чувством. Чувство создает наказание. Кто кого наказывает? Я сама себя наказываю! За то, что плохая, а не хорошая. Как выйти из всего этого? Я не знаю. Знаю одно – благими намерениями вымощена дорога в ад.

Теперь каждое утро терпеливо, нежно, бережно, закрыв глаза, тихо успокаиваю свой ум, словно любящая мать – дитя:

– Мой добрый, умный ум, твой дом – тишина. Твой источник – открытость. Твоя суть – бесконечность.

Гуляя по городу, смотрю по сторонам, и как добрая терпеливая мать учу ум разучиться всему тому, чему он был научен. Как малыша, убеждаю его, что все названия и обозначения были придуманы для удобного практичного существования людских тел. Все это нужно для соприкосновения в материальном мире. Но в этом нет важности.

Вспомнила свою племянницу, которая после операции потеряла зрение. Прожив жизнь, понаблюдав за всем происходящим, я осознала, что все это время мной руководило незрячее существо. Осознала, что слепой слепого никуда не приведет, а только еще больше запутает. Две эмоционально голодные «незрячие» женщины – мама и свекровь – сотворили мое мнение о себе не со зла, а по незнанию. Что было вложено, то и впитала.

Я поняла, что оказалась в клетке-конуре, и у этой клетки несколько названий: «женщина Аи», «дочь», «мама». Внутри испытала облегчение, словно незрячий увидел просвет. Произошел мгновенный выдох всем телом. Ясно поняла: все, с чем я отождествляюсь, моментально становится моей клеткой-тюрьмой. Тут же сказала себе: не лезь в клетку под названием «книга». У нее своя сила, свой путь.

… Прошли дни, и я услышала пронзительный и ясный голос в себе: ты тоже умрешь! От простоты и честности этого утверждения внутри стало так спокойно! Что-то во мне все еще надеялось, верило, ожидало, очень сильно старалось, чтобы со мной этого не произошло. А тут все так предельно ясно! Авторитет, Неизвестность, словно мама в детстве – ребенку, ясным и понятным языком говорят то, что есть.

…Мама после случая, когда я увидела ее неприкрытую ложь и фальшь, избегает меня, демонстративно не общается. Позвонила сестра, попросила:

– Позвони маме, она обижается на тебя!

– Не буду звонить.

– Почему?

– Не хочу. Ведь это болезнь. Зачем подогревать болезнь?

– Как знаешь.

Всем телом почувствовала тяжесть от осознания: если довлеющая мать сама не может что-то сделать, то берет себе в помощь старшую дочь. Перед внутренним зрением всплыла эта двойная тяжесть, которую я ощущала с детства. Вот откуда во мне естественное чувство обороны и защиты.

После последнего случая с мамой, когда буквально на миг я ясно увидела ее обнаженную ложь и просто выкрикнула всем телом: «Хватит лгать!», прошло уже много времени, но мама продолжает демонстрировать свою обиду, не разговаривает, отвергает. Вспомнив слова «все, что происходит с вами, происходит внутри», закрыв глаза, погружаюсь внутрь. Наблюдаю двух мам. Одна давит, обвиняет, упрекает, осуждает, кричит; другая кричит, нападает, обзывает. Жизнь придавлена с двух сторон. Но теперь у меня есть возможность четко отличать жизнь от потока мыслей ума, от обвинений и нападений. Сейчас я не в состоянии защиты и обороны – я есть такая, какая есть. Теперь учусь наблюдать то, что есть.

Мой рациональный ум, уже не находя, чем бы меня зацепить, начал шептать: «Ты дура! Сама не знаешь, о чем пишешь! Целую книгу написала, а о чем – не знаешь!» Благо есть настоящие мастера, которые дали мне осознание: я свободна именно тем, что не знаю, о чем пишу. И сейчас я это чувствую. Незнание – это открытость, простор, свобода. Тот человек, который говорит «я знаю», сам того не осознавая, оказывается в рамках своих знаний, добровольно заточив себя в очередную клетку. В незнании, в абсолютной бесконечности и есть сама жизнь.

…Тихо проходят дни. Меня окутывает то нежный трепет, то страх. Закрываю глаза. Страх сопровождает меня по жизни. Представляю все, чего боюсь: боль, гной, кровь, скрежет зубов, ад. Представляю также покой, тишину, умиротворение, рай. Тут же задаю себе вопрос: ведь счастье – это одно, не два? А рай и ад – это два, не одно. Что такое Одно? Одно – это Естьность. Все происходит в Есть. И ад, и рай происходят в Абсолютной Естьности. Получается, стремление к покою – тоже убегание? Убегание от чего? От того, что Есть. Но тут моя «сильная личность Аи» начала в смятении шептать: «Никогда ничего не узнаю! Я никогда ничего не достигну!» Не заметила, как уснула.

… Пригласила к себе на обед корректора-редактора рукописи. Сердечко мое трепетало, волновалось: мне было очень интересно услышать первое мнение о книге. Она подарила мне такие красивые розы! Пообедав, мы сели за работу над книгой. Такое чувство, что я ступаю по неизвестности, а ведь это первая в жизни любимая работа, это то, что мне нравится делать. Поразило, как легко и созвучно у нас все прошло. Такое ощущение, что река жизни в виде книги текла в своем русле, а я только сидела в сторонке и на вопросы гостьи отвечала «да, именно так, все правильно». Очень обрадовалась, когда она сказала: книга тяжелая, но нужная. А когда мы прощались, она спросила: «Что такое присутствие?» и тут же ушла. Закрыв за ней дверь, я обрадовалась: ведь если человек, прочитав книгу, задается вопросом «что такое присутствие», это говорит о том, что она написана не зря. Точнее этот вопрос звучит так: «что такое Жизнь?» Гостья ушла, а я любовалась розами с чудесным фиолетовым оттенком и испытывала ощущение, что впервые в жизни получила по-настоящему реальные живые цветы. Все цветы, которые были ранее, не имели в себе жизни, эмоций, очарования, радости – они дарились будто для галочки. А сейчас другое: это первые цветы в «моей жизни» реально заслуженные, заработанные, самая большая награда за книгу.

Я сейчас пытаюсь описать то, что невозможно описать, что можно только пережить.