Читаем Законы баланса (СИ) онлайн бесплатно

Станвелл распевался первыми рассветными нотами, расцветал этюдами нового дня, и сияние госпожи Венеры потихоньку размывали белила горизонта. Британия сбрасывала с себя остатки сна, и шум утренней суеты приобретал явственность.

Приятный аромат крепкого кофе и молока разносился между столиками уютной английской кофейни, выпрыгивая с подносов улыбчивых официантов в строгой черно-белой форме. Крепкий мужчина с зачесанными назад волосами устало плюхнулся на стул и махнул рукой, подзывая обслуживающий персонал. Он подпер ладонью голову и распахнул книжку меню, неразборчиво обхаживая глазами гладкие странички с нереалистично яркими изображениями блюд.

Через мгновение к нему подошёл высокий и статный молодой человек.

— Чего изволите? — пробурчал он сквозь зубы.

Посетитель поднял взгляд и не сдержал ухмылку. Нелепый вид официанта развеселил его: растрепанные волосы цвета воронова крыла танцевали на лбу густой чёлкой, а солнечные очки крепко держались на носу, словно у секретного агента какого-нибудь дурацкого боевика. Но больше всего мужчину позабавили кожаные перчатки, которые тот беспрерывно подтягивал, будто боясь, что они соскочат.

— Что-то не так? — огрызнулся официант, уткнувшись в блокнот с заказами. Он нервно буравил шариковой ручкой лист бумаги, пока та не протекла, запачкав неподвернутые рукава синими чернилами.

Посетитель залился издевательским хохотом, обратив на себя внимание всего заведения. Люди начали шептаться и мерзко хихикать, отчего молодой человек громко заскрипел зубами.

— Что… — глубоко вздохнул он и ещё раз повторил свою заученную фразу, — будете заказывать?

Мужчина отдышался, вытер слёзы и, наконец, объявил:

— Самого лучшего вина, пожалуйста!

Официант стряхнул тыльной стороной запястья налипшие волосы: кондиционер сломался, и пар горячих напитков нагревал воздух, оставляя на языке сладковатый привкус пряностей:

— Простите, сэр… У нас не подают алкоголь. Вам слово «кофейня» ни о чем не говорит?

— Что ж, в таком случае… — продолжал некультурно щериться посетитель, — одно капучино.

Молодой человек кивнул и удалился, шаркая ногами. Даже в своих движениях он был смешон: зажат и непоследователен, словно человек, пробирающийся через пыльный подвал, обжитый грязными крысами и тараканами. Он шарахался от нарушающих его личное пространство фигур — не в страхе, но в отвращении, как будто те могли заразить его смертельным недугом.

Когда официант вернулся к столику, на его подносе стояла аккуратная чашечка с пенистым напитком. Посетитель отпил кофе и наигранно поморщился:

— Ваш кофе на вкус, как помои! Заберите назад и принесите мне нормальный кофе!

Молодой человек раздраженно хмыкнул:

— Мы не меняем заказы!

— Правда, что ли? А позови-ка сюда администратора! Давай же, живее!

Официант поднял со стола чашку и оценивающе отхлебнул:

— Нормальный кофе!

— Да как ты смеешь пить мой кофе! — Мужчина ошеломленно ударил кулаком по столу и нарочито опрокинул вазу с декоративными цветами.

— Администратор! — раздирал он горло. — Ваш криворукий официант разбил вазу и испортил мой напиток!

Миниатюрная женщина с пучком редких волос озадаченно прискакала к столику в первом ряду и извиняющим тоном пропищала:

— Простите за неудобства, сэр, этого больше не повторится. Мы принесем вам новый капучино за счёт заведения. Ацель, попроси прощения!

Ацель издал из своих лёгких скрипучий звук и беспардонно стянул галстук-бабочку.

— Да, — расплылся он в хитрой улыбке, лениво потирая шею, — конечно, мне очень жаль… Очень жаль, что кофе остыл и уже не обожжет ваше уродливое подобие лица так сильно, как мне бы того хотелось! — Официант спокойно перевернул чашку над головой мужчины и незаинтересованно развернулся. — Спасибо за заказ. Приходите ещё!

— А ну стоять! — поднялся посетитель и отпихнул в сторону женщину. — Тебе жить надоело? — Липкая жидкость стекала с выдающегося подбородка, въедаясь в фирменную рубаху отвратительным пятном.

Мужчина налетел на Ацеля с кулаками. Официант ловко увернулся, из-за чего нарушитель спокойствия неказисто распластался на соседнем столике, раздавив своей тушей чужую еду и напитки. Эта выходка привела его в ещё большую ярость. Он выхватил уцелевшую тарелку из-под недоеденного чизкейка и запулил ею в дерзкого официанта. Однако Ацель вновь проявил нечеловеческую изворотливость. Посуда просвистела над головой испуганной женщины-администратора, которая уже вовсю взывала к охране, и шумно разбилась об арку между двумя светлыми окнами.

Мужчина зарычал, покрывшись красными пятнами, и опрокинул на официанта целый стол, а для пущей убедительности — отправил в полёт увесистый стул. Ацель отпрыгнул назад, но в попытке уклониться от предмета мебели — поскользнулся. Посетители активно разбегались, толпились на безопасном расстоянии. Молодой официант завладел вниманием публики. Оно и понятно — он был холоден, мрачен и красив собою, точно протагонист героического фэнтези.

Улучив момент, мужчина запрыгнул на молодого человека и с неистовыми воплями влепил мощный удар в челюсть. Но Ацель лишь заливисто рассмеялся, не оказывая никакого сопротивления. Тем не менее, посетитель вдруг остолбенел и обессиленно повалился, погрузившись в глубокий сон. Кажется, он даже захрапел.

— Надеюсь, я не перепутал вещество, — сбросил с себя тело официант, отряхнулся и утомленно зевнул.

— Ацель, ты уволен! — смерила его суровым взором женщина с пучком.

— О, славно! — Молодой человек встал на ноги и под всеобщие возгласы покинул заведение, громко хлопнув дверью. Китайские колокольчики мелодично зазвенели, рассеивая его диковатую ауру.

— Чёрт возьми, Эдвард, где ты его нашел?

Ещё этой весной Станвелл был богом забытым городком, который мог привлечь туристов только сосновым парком и дешевыми квартирами в новостройке. Но после июньских событий достопримечательностей здесь поприбавилось. Первым делом, конечно же, Уиллоубрук — лесной массив, вокруг которого и раздули всю шумиху про инопланетян. Именно там обнаружили два космических корабля, а позже — гремели взрывы и кружили вертолеты. Однако вскоре дело замяли, а ранее предоставленные новостные материалы успешно опровергли. Естественно, СМИ никто не поверил. У каждого была своя истина. Кто-то открывал тематические пабы, кто-то использовал словосочетания «пришельцы» и «вторжение» в названиях популярных брендов, а кто-то — надевал на себя образ инопланетного гостя и заводил свой блог на ютубе с серьезными теориями или глупыми пранками, вроде «Атака на рептилойдов в ТЦ».

Эдвард остановился напротив доски объявлений и задумчиво сорвал цветную брошюру. «Вы уверены в том, что среди ваших родных и знакомых нет инопланетян? Гадалка Бенинья откроет вам глаза», — прочитал он вслух и глупо улыбнулся. Он уже дружил с одним пришельцем, и эта странная дружба его вполне устраивала. Если, конечно, пропустить мимо ушей колкие шуточки и закрыть глаза на убытки. Хотя, наверное, смысл дружбы не в этом… У Эдварда больше не было близких друзей. Может быть, только Лили — двоюродная сестра его спившейся матери. Пять лет назад эта женщина помогла ему освоиться в Станвелле, а теперь и устроить на работу Ацеля, что не так-то просто организовать без документов. Интересно, как он там? Справляется? Хочется надеяться, он никому не нагрубил.

Порою Эдвард задумывался над тем, сколько времени требуется, чтобы переделать злодея в добряка. Несмотря на их неплохие отношения и путь исправления, на который тот послушно встал, юноша переживал о его дурных привычках. Ацель мог впасть в беспричинную ярость, а потом залечь на дно с тяжёлой депрессией, закрывшись на три дня в комнате без еды и воды. Ещё одна вещь, которая смущала Эдварда, заключалась в том, что пришелец жил в его съемной квартире с таким своеволием, будто иначе и быть не могло. Поэтому юноша и настоял на том, чтобы сожитель нашел работу.

Эдвард не спеша направился к парковке, запрятав руки в спортивную синюю куртку. Он почти не поднимал ноги, отчего его кеды быстро изнашивались.

Сегодняшний день не задался. Сначала Эдварда выставили из музыкальной группы, а потом — испачкали его сумку кленовым сиропом. Он потратил около часа, оттирая пятно в уборной технического колледжа, но запах карамели настырно не отступал. Даже сейчас, приторное облако сидело у него на плече, словно сахарный чертик.

Эдвард завернул в переулок, в котором почти всегда стойко держались тени, за исключением тех коротких часов, когда солнце пламенело в зените. Последний прямоугольник жёлтого пятна затягивали постройки, сообщая студенту о том, что время уже перевалило за полдень. Он вздохнул. Сейчас его бывшие коллеги репетировали «Every Rose Has its Thorn» для студенческого фестиваля, что состоится в конце июля в день закрытия очередного учебного года. Эта песня многое значила для Эдварда. Он самолично участвовал в выборе композиции — один из немногих случаев, когда жизнь предоставила ему выбор. Однако в последний момент они нашли ему замену. Теперь его партию гитары будет играть студент из университета.

Юноша оглянулся — ему почудилось, что кто-то внимательно рассматривает его со спины. «Все нормально, — успокаивал он себя. — После опасных приключений с Габриэль и её товарищами, паранойя — ожидаемый побочный эффект». Эдвард продолжил путь. Когда он снова расслабился, низкорослый человек с плащом, скрывающим лик, толкнул студента и приставил к его горлу охотничий нож. Юноша от ужаса проглотил язык.

— Отдавай деньги, — приказным тоном представил свои требования уличный вор.

Эдвард безоговорочно достал кошелёк с сегодняшним авансом за работу в музыкальном магазине, где он трудился на полставки помощником продавца. Человек удовлетворённо ослабил хватку, бестактно вырвал из его пальцев добычу и умчался прочь в одну из тёмных развилок переулка. Перепуганный юноша опустился на асфальт и посмотрел на вспотевшие ладони — они неконтролируемо дрожали. Видимо, чудовища и инопланетяне, с которыми он сталкивался этим летом, так и не выработали в нем иммунитет к страху.

«Очень странно, — помедлил Эдвард, обнаружив, что дверь в его квартиру не заперта. — Я точно помню, что запирал дверь. Ацель же должен быть сейчас… Блин! — Юноша на всякий случай проверил телефон. — Два пропущенных от Лили! Так и знал…»

Эдвард натянул на свое лицо самое строгое выражение, на которое был способен, и уверенно распахнул дверь. Густой дым и едкий запах гари любезно встречали его на кухне. Ацель отчаянно пытался потушить горящую сковороду.

— О, Эдвард, ты сегодня рано! — прокашлялся он.

— Что ты творишь? — Студент поторопился открыть окно, что вызвало некоторые трудности, поскольку большую половину и без того тесной кухни занимала самодельная химическая лаборатория. Огонь довольно насытился кислородом и перепрыгнул на занавески.

— Ацель, сделай что-нибудь! — Эдвард был в панике. Вискоза быстро разгоралась, провоцируя черные валы дыма.

Пришелец сорвал объятый пламенем элемент декора и растоптал его ногой.

— Кто тебя просил открывать окно? — прорычал он, выкидывая угольки обеда в мусорное ведро. — С таким же успехом можно было подлить ещё масла в огонь!

— Вот не тебе сейчас меня отсчитывать!

— Ты чуть не устроил пожар!

— Это у тебя сковорода загорелась вообще-то!

— Э-э… — Ацель неловко поправил волосы, — так и было задумано…

— Это во-первых! — Юноша властно ударил холодильник.

— Будет ещё и «во-вторых»?

— Что ты натворил?

— Я готовил обед. К твоему возвращению, кстати говоря.

— Я не об этом!

Пришелец побледнел, догадываясь к чему тот клонит.

— Он первый начал, — оправдался он.

— Ацель, тебе что семь лет? — с порицанием спросил тот.

— Не-ет.

— Я такие отговорки использовал, когда учился в первом классе!

— Я не могу работать с людьми! — завыл Ацель, оскорбленно усаживаясь на табурет. — И в отличие от некоторых… — Пришелец проницательно сверкнул белесыми глазами из-под солнечных очков, — я не стану терпеть унижения от каких-то двуногих обезьян!

Взгляд Эдварда ускользнул куда-то к дверному проему:

— Не понимаю о чем ты.

Ацель вдруг вскочил и вплотную навис над соседом по квартире, деловито стягивая перчатки.

— Ты можешь так… не делать…?

— Не делать как?

— Не оборачиваться… собой… без предупреждения.

Небольшая биографическая справка об Ацеле. Его родная планета Сондэс располагается в двадцати тысячах световых лет от Млечного Пути в «галактике войны» Спруд. Внешность сондэсианцев можно описать одним словом — «рептилоиды». Их тело покрывает чёрная или бронзовая чешуя, на руках длинные когти, а на переносице растут четыре острых шипа. Перчатки Ацеля — не просто часть гардероба; это особая инопланетная разработка, которая позволяет пришельцу маскироваться под ксионцев (его врагов), а теперь и людей. Когда на Ацеле перчатки, сондэсианские органы чувств и другие физические параметры значительно притупляются, превращая жутковатого типа в привлекательного молодого человека.

Пришелец принюхивался.

— Ты с кем-то обнимался? — Прозвучал вздорный вопрос.

— Что? Нет! Это… наверное… кленовый сироп, — ответил тот, заикаясь.

— Да-а-а… Ты опять пролил на себя сироп.

— Именно.

— Ну что ж, продолжай и дальше скрывать свою никчемность, Эдвард. А я как обычно притворюсь, что ничего не замечаю. — Ацель надел перчатки и вернулся на место. Выжидающее молчание растягивалось между ними, доводя студента до еще большего стыда. Казалось, этот чёрный ящер видит его насквозь. Даже в эту самую минуту он знает, что Эдвард не сдержится и выплеснет наружу сокровенное, а потом, несомненно, простит незадачливого работника, позволив тому и дальше властвовать в его квартире и жить за его счёт.

— Ладно, твоя взяла, — утомленно вздохнул юноша. — Меня выперли из группы.

— Оно и неудивительно! С твоей то игрой!

— Вот вечно ты так.

— Мм?

— Смеёшься надо мной, — пояснил Эдвард.

— Я не смеюсь, а констатирую факты. Это все? — Ацель развел руками, будто зная о недомолвках.

— Ну… Ещё у меня спёрли наличку. Какой-то придурок напал на меня с ножом и вынудил отдать кошелёк.

Пришелец поменялся в лице.

— Ты в порядке? — взволнованно поинтересовался он.

— Эм, да… Все нормально. Вот только… — был готов разреветься Эдвард, — я действительно никчемен. Ты прав. Ты всегда прав. Ненавижу тебя за это! Заставляешь меня чувствовать себя полным неудачником!

— Не пойми неправильно, — глумливо улыбнулся Ацель, — но ты и так неудачник.

— Ацель!

— Как минимум потому, — закончил тот мысль, — что водишься с таким негодяем, как я.