Читаем Солнце взойдёт онлайн бесплатно

На улице стояла глубокая, глухая ночь с девственно свежим воздухом и отражением фонарей в небольших лужах. Дмитрию снова не спалось. Он встал с кровати и подошёл к окну – дождь закончился. Что ж, пора…

Мужчина умылся, выпил кофе и надел поношенные джинсы с такой же старенькой футболкой. Он достал из шкафа свой любимый костюм, подаренный его женой Маргаритой, начистил парадные туфли и всё отнёс в прихожую. Затем он зашёл в кладовку и с верхней полки взял небольшой чёрный пакет.

Когда мужчина уже выходил из дома, его взгляд зацепила семейная фотография в тёмной деревянной рамке. На фото он стоял в середине и широко улыбался. Его глаза на фотографии излучали столько счастья и тепла, что на мгновение Дмитрий вновь перенёсся в тот момент, вспомнив слабый отголосок прежнего счастья. На фотографии его обнимали горячо любимая жена и дочка-подросток. Они только что вышли из кафе, где отмечали его юбилей – 35 лет, и в этот момент внезапно Маргарита решила сделать совместное фото на веранде этого самого кафе. «Раз! Два! Три! Сы-ы-ы-ыр!» – один щелчок, и момент пойман.

Дмитрий машинально протёр чистую рамку, будто желая стереть с неё несуществующий слой пыли, последний раз посмотрел на эти счастливые лица и взял ключи со столика. Немного подумав, он аккуратно положил их обратно и вышел на улицу, захлопнув за собой дверь.

Мужчина сел в свою машину, положил чёрный пакет на соседнее кресло, повесил на крючок бережно одетый в чехол костюм и поехал навстречу рассвету. До того места, куда он отправился, добираться нужно было целые сутки, поэтому Дмитрий решил поехать туда сам, на машине. Его ласточка была иномаркой старой модели с протёртыми сидениями, но содержалась она в чистоте, поэтому на свой возраст не выглядела.

Весь путь Дмитрий ехал в тишине, отдав дороге всего себя. Целый день его голову занимали только белые полосы на асфальте – они оказывали гипнотический эффект, позволяя Дмитрию полностью раствориться как личность, оставляя вместо себя бледную тень, автономно выполняющую бытовые функции человека. За целые сутки тень ни разу не остановилась. Она всё ехала и ехала, не чувствуя ни жажды, ни голода.

Когда мужчина увидел перед собой то самое место, куда так стремился, с его лицом начало твориться что-то неладное – оно болезненно исказилось, пропиталось глубоким горем и полной безысходностью, словно кто-то свыше нанёс печать мученика на его лицо. Дмитрий зажмурил глаза и сжал ладони в кулаки. Через минуту он вновь поднял глаза на здание перед собой – на сей раз на его лице можно было прочитать лишь полное отсутствие. Он выключил зажигание, но ключи оставил в замке, затем медленно взял пакет с сидения и чехол с костюмом и вылез из машины.

Дмитрий приехал на место многим раньше – было девять часов вечера, солнышко заливало весь горизонт, разбрызгивая на небе волшебные цвета заката, но мужчина не видел заката, более того, кроме старого, покосившегося здания мотеля он больше ничего не видел. Зайдя в здание, одинокий мужчина снял двухместный номер на первом этаже. Из крохотного окошка этого номера сейчас был виден волшебный закат, а у подоконника с внешней стороны был прибит небольшой ящик для цветника, в котором вопреки всему до сих пор росли ромашки.

Зайдя в комнату, Дмитрий первым делом положил чехол с костюмом на кровать, а чёрный пакет предпочёл оставить на полу у порога.

Номер состоял только из одной комнаты, душ и туалет были на этаже. В разных частях комнаты стояли два небольших тазика, поскольку прохудившаяся крыша уже не справлялась с постоянными дождями. Обои были в жёлтых подтёках и кое-где у потолка уже начинали отрываться. Старые деревянные оконные рамы, покосившиеся от дождя, уже начинали гнить, а тяжёлые ночные занавески ярко передавали запах плесени и мрака этого места. В центре комнаты стояла маленькая двуспальная кровать советских времён с провисшими пружинами и затхлым бельём, по бокам от кровати две малюсенькие тумбы. В начале комнаты стояли узкий деревянный шкаф, деревянный стул и старенький напольный светильник с пожелтевшим абажуром. Единственным плюсом этой комнаты была красивая металлическая люстра, увесистая, на четыре лампочки. Дмитрий помнил эту люстру – когда-то совсем в другой жизни, когда это место было ещё респектабельной гостиницей, они с его первой любовью Маргаритой заезжали сюда переночевать с долгой дороги. Тогда они колесили по всей России, открывая её самые красивые и душевные места, наслаждаясь своей беззаботной молодостью. Сейчас же, уже зрелым мужчиной, с сединой в волосах, Дмитрий приехал сюда с совершенно другой целью.

Он сидел на кровати и отсутствующе смотрел в окно. Все чувства, все эмоции давно куда-то исчезли, осталась холодная пустота. Проникающий в комнату алый закат делал атмосферу в комнате болезненной – здесь всё будто разделяло подавленное и отрешённое состояние посетителя.

Как можно бережнее Дмитрий достал костюм из чехла. Каждую пуговицу на белоснежной рубашке он расстёгивал медленно и осторожно, словно своими руками он мог навредить этой рубашке. Так же бережно он надел её на себя и застегнул пуговицы, затем он снял с вешалки брюки и пиджак. Одевшись в костюм, Дмитрий начал оглядываться по сторонам в поисках зеркала, но его нигде не было. «Что ж, не судьба».

Он подошёл к краю кровати и медленно сел на него. Мужчина наконец заметил закат в окне и начал его рассматривать. «Красивый – мой последний закат, хорошо, что я умру, наблюдая его, жаль только, что никогда больше не увижу рассвет, не посмотрю на восходящее солнце и не почувствую его лучи на своей коже…» – мимолётные слёзы проступили на глазах Дмитрия, но тут же исчезли. «Я сделал свой выбор, сделал уже давно» – мужчина с силой стиснул зубы. В один момент его лицо напряглось и стало неестественно бледным. Он рывком встал с кровати, спешно подскочил к пакету у входа и вынул из него большой кусок толстой верёвки, затем взял деревянный стул у шкафа и подошёл к месту, где висела люстра. Петлю мужчина сделал быстро, но лезть в неё пока не стал – ему нужно было подвести итоги своей жизни, ему нужно было окончательное подтверждение того, что другого выхода у него нет.

Дмитрий снова сел на краешек кровати. Его глаза прояснились, на лице просматривался лёгкий налёт эмоций, возможно, ощущение ближайшей смерти понемногу возвращало Дмитрия в его тело. Смотря на прекрасный закат, он начал свой внутренний монолог. «Жизнь… что такое – моя жизнь? Так долго, уже слишком долго, это сплошные боль и горе, одни бесполезные стенания. Моя жизнь давно уже в прошлом, а в настоящем только пустота и невыносимая усталость. Так для чего же дальше мучиться, для чего нужны все эти страдания? Чтобы закалить мой дух? Чтобы я получил неповторимый, величайший опыт, пока тут учусь преодолевать такое горе? Нет уж, ребята, я так не договаривался! Это слишком, слишком жестоко! Каждый божий день каждой своей клеточкой я ощущаю эту невыносимую боль, которую ничем не унять, ничем не заглушить, и сколько бы я ни пытался простить себя и жить дальше, у меня это не выходит. Зияющая дыра в моём сердце ничем не заполняется, наоборот, она растёт всё больше и больше, поглощая всего меня целиком».

Дмитрий протёр опухшие глаза и посмотрел на покачивающуюся петлю. Ему так хотелось найти причину жить дальше, зацепиться хотя бы за что-то, что даст ему возможность возродиться, словно фениксу, но увы, зацепиться было не за что, и петля зловеще манила закончить все его муки. Мужчина закрыл глаза и вздохнул, пытаясь подавить желание кинуться в объятия смерти. Открыв глаза, он вновь посмотрел на алый закат.

«Ах, как я был счастлив в те студенческие годы, когда встретил мою милую Риту – её горящие глаза, её кожа, мягкая как персик, её широкая улыбка, её длинные, чёрные, как смоль волосы – всё в ней приводило меня в восторг! Встретив её, я понял, что любовь с первого взгляда возможна, ведь я полюбил её в первую же секунду. Полюбил так сладко и нежно, что она передо мной не сумела устоять, хех… – Дмитрий поставил руки по бокам и опустил голову, будто пытаясь скрыть слёзы от самого себя. – Она была моим солнцем, она освещала всю мою жизнь, я раньше и представить себе не мог, что один человек способен так сильно влиять на жизнь другого, но, видимо, у родственных душ всё именно так. Мы действительно были родственными душами, мы были… мы… – мужчина вновь опустил голову и дал волю сдавливавшим его слезам. Слёзы глухо падали на пол, а в голове Дмитрия проносились самые счастливые моменты его жизни – их первые объятия, первые прикосновения, первый поцелуй, первый секс, первая ссора и тут же примирение, их совместные поездки, ночёвки под звёздами, их обещания любить друг друга вечно.

В тот вечер они сидели на обочине дороги, мокрые и замёрзшие, – их автобус не пришёл, а следующего нужно было ждать около двух часов. Лило как из ведра, а они обнимали друг друга, стуча зубами, и смеялись. Вдруг Маргарита сказала: «В этот момент я люблю тебя так сильно, как никогда раньше. Знаешь, я сейчас поняла, что ты перестал быть кем-то отдельным, ты перестал быть просто моим любимым мужчиной, ты стал частью меня, а я частью тебя, понимаешь?» Дима прослезился от искренности слов, но из-за сильного ливня она этого не увидела. Юноша взял обе её ладони в свои и крепко поцеловал. «Я понимаю тебя, Риточка, как же понимаю! Я люблю тебя больше жизни, я думаю, что ты и есть моя жизнь. Давай будем любить друг друга вечно?» – Рита заплакала. Она крепко обняла любимого и, перекрикивая дождь, спросила: «Даже после смерти?» – на что Дима взволнованно ответил: «Даже после смерти».

«Даже после смерти, Ритуля! Интересно, любишь ли ты меня, когда ты уже там, совсем далеко, когда ты давно счастлива и беззаботна? Я люблю тебя всё так же, моя милая, и больше не могу находиться здесь без тебя и без Алисы» – мужчина сполз с кровати на пол и притянул к себе колени. «Ох, Алиса была таким чудесным ребёнком, она была моим ангелом, она была всей моей вселенной. Как же мне жить без её звонкого смеха, без её голоска, зовущего меня “папуля”» – в голове мужчины проявлялось всё больше и больше красочных воспоминаний, в которых он узнаёт, что станет отцом, а затем он заходит в палату к самой красивой женщине на свете, только что родившей ему прекрасную девочку, и со слезами благодарности на глазах дарит ей огромный букет цветов и впервые в жизни берёт своё чадо на ручки. «Как её назовём?» – спросила Маргарита. «Алисой» – с ходу ответил счастливый отец.

Эта семья росла, не зная бед. Они были безмерно счастливы, безмерно любимы и удивительно гармоничны, будто бог послал трёх ангелов на землю, чтобы они создали гармонию на ней и питали ею мир вокруг. Так и было, все их родственники и знакомые замечали, что это необычная семья и что таких людей нужно беречь и наслаждаться их обществом.

Когда Алисе исполнилось четырнадцать лет, семья приобрела свой собственный двухэтажный дом в пригороде около соснового бора. С покупкой и ремонтом помогали все родственники и знакомые – кто-то дарил небольшие суммы денег, кто-то ремонтировал старый деревянный пол с Димой и Ритой, затем вместе с ними шпаклевал стены и ставил новые окна. Когда ремонт был окончен, все члены семьи поняли, что этот дом стал настоящим сокровищем. Он стал тем гнёздышком, о котором они так мечтали, когда ютились в однокомнатной хрущёвке. К сожалению, семейным гнёздышком этот дом смог побыть всего два года. В один светлый июньский день, когда Алиса должна была выпуститься из школы, у Маргариты появилось предчувствие, что смерть идёт за ней по пятам. Она не стала ничего говорить мужу или тем более дочери, она просто наслаждалась этим днём, любила своих родных ещё больше и дарила им своё тепло. Дел было много, нужно было справить доченьку на выпускной, испечь пирог для целого класса, собрать с собой вещи и увидеть напоследок любимого мужа. Рита справилась со всем даже раньше, чем думала – до выпускного оставалось ещё больше двух часов, тогда ей в голову пришла идея – совершить побег. Они с Алисой нарядные приехали на работу к Диме и попросили сбежать с ними – «До выпускного ещё два часа, давай их проведём вместе, одной семьёй?» – Дима видел, как сияют любовью глаза его жены и дочери и не смог им отказать. «Куда сбежим?»

И они сбежали. Сбежали в чудесный парк неподалёку, наполненный густыми плакучими ивами и широкими, свежими зелёными полянками. Семейство расположилось на одной из полянок – папа с мамой сели на травку, а дочь в пышном серебристом платье танцевала около них, двигаясь, словно принцесса на балу. А затем они уже все вместе танцевали, веселились, смеялись, а после делали много смешных совместных фотографий на свои телефоны, обнимая друг друга. На эти два часа время для них растворилось где-то в просторах вселенной. На этой полянке оно перестало существовать, поскольку там царила жизнь, яркая и светлая, она била ключом, заполняя собой всё пространство вокруг. Это была волшебная жизнь, которую трое проживали здесь и сейчас. А затем она подошла к концу. В какой-то момент, они поняли, что пора уходить, пора возвращаться в колесницу бытия, сохранив эти прекрасные моменты у себя в сердце, где они продолжат свою яркую и счастливую жизнь.

Когда семейство уже выходило из парка, Алиса вспомнила, что оставила на траве сумочку и, разумеется, возвращаться за ней пришлось папе. Смеясь над тем, что дочь целый день сегодня витает в облаках, Дима поднял сумочку и стряхнул налипшую траву, и тут воздух пронзил оглушающий звук нескольких хлопков, а затем жуткий человеческий вопль. На несколько секунд мужчина остолбенел, поскольку в его сознание тут же пришёл ответ на вопрос, который он не хотел задавать. В один момент Дмитрий оказался во сне – всё его тело стало ватным, ноги не слушались, в горле встал ком, не позволяющий издать ни звука, а сердце замерло от ужаса. Через несколько секунд тело всё-таки поддалось, и Дима побежал. Он бежал на чудовищные звуки стонов и криков людей, доносившиеся около выхода из парка. Откуда-то неподалёку доносился вой сирен, воздух стал тяжёлым, пыльным, пропахшим железом.