Читаем Единый Мир: Наши души (СИ) онлайн бесплатно

Пролог.

Пролог

Сначала была Тьма. Великая, всеобъятная, непостижимая. У неё не было границ, не было других определений. Всё было Тьмой. Тьма была Всем. И этой тьме были мы. Кем мы были? Не знаю наверняка. Могу сказать лишь, что были мы аморфны, безвольны, словно амёбы. Мы даже себя не осознавали, не то что величия Тьмы, окружавшей нас. Мы медленно плавали в ней, просто упиваясь леностью. Иногда, сталкиваясь друг с другом, мы в ужасе разбегались, чтобы вновь забыться в холодном мраке.

Так продолжалось миллионы лет, а может миллиарды, а может считанные секунды. Не важно. Всё изменилось, когда появился ОН. Свет. И о том, откуда он появился, что он из себя представлял и какое его предназначение было, у меня ныне вопросов больше, чем о существовании Тьмы.

Но это, как я уже сказал, сейчас. Тогда же, будучи ни на что не способным аморфным сгустком лени и безволия, я, едва завидев Свет, спешил убраться прочь от него. Но не мог. Его лучи касались меня, куда бы я ни пытался уплыть, как бы глубоко я ни старался зарыться в мягкую и уютную Тьму. Он настигал меня везде.

Тогда, я увидел других, тех, что были подобны мне. Они все, как я, бежали в ужасе от Света. Он жалил, он обжигал, он ослеплял их так же, как и меня. Тогда я узнал, что был не один во Тьме. Это была первая истина, что побыла подарена мне Светом.

А после я увидел, как один из тех, подобных мне, отправился на встречу Свету. Знай я тогда, что такое безумие, я был бы назвал его безумцем. Но не знал я тогда ни единого слова. А мой собрат продолжал движение. И чем ближе он был к Свету, тем большую боль он ощущал. От боли он кричал и это был первый звук, что я смог услышать. И через эту боль он познал себя. Эта же боль придала ему форму и даровала ему знание. Он стал первым из тех, кого ныне зовут богами. И нарекли его Талигером. Но это было после. Пока у него не было даже имени, не то что божественного статуса.

Видя то, что с ним произошло, к Свету потянулись и другие мои собратья. Не все, лишь немногие. И я был с ними. Не знаю, что мною двигало, но тогда я думал, что обрету знания, силу, смысл. Точнее не думал, ибо не мог я тогда думать. Лишь вожделел того нового, неизведанного, что знал ОН, но не знал я.

В погоне за знаниями я слишком сблизился со Светом. Даже ближе, чем ОН это сделал. И я узнал. Так же, вопя от боли, обжигаемый лучами Света я узнал самые сокровенные тайны мира. Я узнал о Жизни и Смерти, о том, о чём ОН не знал. Но за это знание я жестоко поплатился. Свет покарал меня за жадность, лишив зрения, но мне оно не было нужно. Я ощущал всё вокруг себя и всех.

Помимо меня и ЕГО к Свету приблизились ещё восемь таких, как я. Каждый из них получил новую форму и часть знаний Света об этом мироздании. Нас было десять. И были мы теми, кто стали богами: Талигер, Ильма, Ильмар, Шара, Бульдар, Шиир, Яана, Гильнор, Есенар и я. И был я единственным из них, кто был слеп, но ведал я, когда придёт их конец. Талигер познал мудрость жизни. Ильма - эстетику и красоту, Ильмар - труд и работу, Шаара познала азарт и жажду добычи, Бульдар - стремление к цели, Шиир жаждала созидать, Яана познала желание и страсть, Гильнор - стремление к сохранению и увеличению знаний, Есенар познал рационализм.

Когда мы осознали себя и свои цели, мы решили создать с их помощью что-то новое. Так появились Вселенные, звёзды, миры. Но были они мертвы и бесполезны. Тогда мы решили оживить их. Мы с радостью делились друг с другом своими наработками, помогали оживлять миры.

Вскоре дошла очередь до создания живых существ. И едва мы приступили к этому, нам стало ясно, что это нечто невообразимое. Новое желание - породить подобных нам заволокло наш разум. И мы творили, кто во что горазд. И мне пришлось, ибо только я ведал секреты жизни и смерти. Лишь Яана отказалась, решив, что это ни к чему хорошему не приведёт. Вместо этого она подчиняла тех, кто пытался укрыться во тьме, создавая из них себе игрушки. И были они под стать ей, страстны, похотливы, жадны до тепла и любви. Ныне их зовут суккубами и инкубами.

И были мы рады открытию нашей сестры Яаны, ибо игрушки её подарили нам новые ощущения. Но, наигравшись с ними вдоволь, мы поняли, что нам это ничего не даёт. Страсть эта, близость, показалась нам низменной. Мы отказались от неё, но решили подарить своим творениям, чтобы дать им стимул к сближению. Тогда же и появилась идея о подобном продолжении рода у наших творений.

Мы трудились долгое время, создали великое множество самых разнообразных существ. Но как мы ни старались, мы не могли наделить их разумом и душой. Все они были лишь животными, ведомыми инстинктами.

Мы впали в отчаяние. Неужели мы не сможем создать тех, с кем поделимся своею мудростью, кому поведаем об этом мире, кто будет почитать нас? Видя наши страдания, Талигер предложил нам свершить страшный грех. Он сказал, что можно расколоть Свет и осколками его наделить тех, кого мы хотим наречь своими детьми. Многим эта идея понравилась, но я и Яана решили отказаться от этого замысла. Мы перестали участвовать в создании миров и живых существ, ибо боялись гнева Света.

А наши братья тем временем свершили этот грех. Ильма, Ильмар, Шиир, Шара, Гильнор и Бульдар создали новые миры, готовые к заселению своих совершенных творений. Кто-то создал всего один мир, а кто-то сразу три. После они сотворили их, своих совершенных детей. И тогда Талигер и Есенар раскололи Свет. И остальные взяли его осколки и наделили ими свои новые творения.

Результат превзошёл все ожидания. Детища моих братьев и сестёр обрели разум и душу и даже больше. Потомство их рождалось уже с новым осколком Света в душе. Это был прорыв, революция, венец их творения. Но за него мы все поплатились с полна.

Погибая, Свет проклял нас. Своей последней волей он изгнал моих собратьев туда, где они вновь стали никем и ничем. Лишь я остался здесь, в близи миров, но лишился большей части своих сил. Ныне я по воле Света слежу за тем, чтобы осколки его после смерти носителя отправлялись в Вечность, туда, откуда прибыл Свет.

Но была у проклятия Света ещё одна особенность. Оно собирало все Миры, созданные моими братьями и сёстрами в один мир. Там, столкнувшись друг с другом, похожие, но разные детища прозванных богами, должны были однажды уничтожить друг друга. И тогда, когда последний наделённый осколком умрёт, возродится Свет. Таков его план и его проклятие.

Но пока этого не произошло. И потому теперь мне приходится быть единоличным надзирателем этого места, единственным богом. Творения моих братьев не забыли о своих создателях и продолжают молиться им. Но лишь я слежу за ними и лишь я оберегаю этот мир. Единый Мир.

Глава 1

У меня есть имя

- Эй, новенький! Поди сюда! - огромный кудлатый мужик волчьей расы, бросил на меня взгляд через плечо. Надо сказать, подобное обращение мне уже порядком настохорошело. Неужели так сложно запомнить моё имя?! Харди Кольяри! Что имя, что фамилия довольно распространены среди жителей Тавиина. Хотя, свою страну мне пришлось покинуть по определённым причинам. Но об этом позднее. Пока важно лишь то, что я вместе с этой орясиной, которую звать Грегор Балрингер, летел на небесном корабле до Итриссы, столицы Ингена. Именно в этом городе находилась известнейшая на материке гильдия магов. Вечноцветущая Вишня.

- Новенький, ну где ты там?! - недовольно рыкнул Грегор.

Я тихо ругнулся. Поднявшись с койки, я направился к выходу из каюты.

- Лана, идём, - тихо произнёс я.

Моя кукла, как и всегда, беспрекословно подчинилась. Слегка поскрипывая железными шарнирами, она неторопливо проследовала за мной. Волк уже ждал меня в коридоре возле лестницы, ведущей на палубу. Скрестив руки на груди, он недовольно косился на меня своими янтарными глазами. Волчьи уши, размером чуть меньше ладони, торчком поднялись над его макушкой.

Странные всё-таки они, зверолюди. Больше похожи на обычных людей, нежели на зверей, но всё же откуда у них тогда эти звериные уши и хвосты? Как вообще боги придумывали их? Ну допустим придумать не сложно, а вот как создать такое?

Грегор недовольно посетовал, прервав ход моих мыслей:

- А говорят, мол, эльфы быстрее ветра движутся.

- Я полукровка.

- Отмазки, - волк вздохнул принялся подниматься по лестнице вверх, на палубу. Ожидая, когда он взберётся, я стоял внизу и наблюдал, как мерно покачивается звериный хвост. Не раз и не два за время путешествия я подумывал, как бы его чем-нибудь прищемить. Однако, мечтам мои не суждено было сбыться.

Опомнившись, я поспешил вслед за волком, покуда он вновь не начал ворчать. С него станется.

Лана, не прекращая поскрипывать, резво взбиралась вслед за мной. Надо бы смазать её шарниры и сгибы. А то ведь заклинит в самый неподходящий момент и... всё. Жалко будет, если творение, на которое я убил последние три года, пойдёт прахом из-за такой мелочи.

Поднявшись на палубу, я встал рядом с Грегором. Тот смотрел в даль, довольно улыбаясь. Надо же, а этот чурбан и на такое способен! Стараясь понять, что его так обрадовало, я проследил линию его взгляда и остолбенел.

Вдали, на горизонте виднелись бескрайние воды Тёмного океана. Закатные лучи Двух Сестёр сине-оранжевыми переливами отражались от водной глади. Старшая Сестра, синее светило, ещё целиком находилось в небе над океаном в то время, как Младшая Сестра уже наполовину скрылась за линией горизонта. Зрелище довольно впечатляющее.

Но не это заставило меня замереть столбом. На побережье, меж двух гор, высилось воистину гигантское дерево. Именно оно было целью нашего путешествия. Это была она, Вечноцветущая Вишня.

В сени её ветвей, раскинувшихся на несколько кварталов, виднелись крошечные домики. Впрочем, лишь по сравнению с этой громадой они казались маленькими. Наверняка в них могли преспокойно разместиться десяток семей.

Но плотность населения среднестатистической многоэтажки в Итриссе меня сейчас меньше всего волновала. Рейсовое летучее судно, на коем находилась наша троица, приближалась к столице Ингена. И Вишня казалась всё больше и больше. Наконец, когда наш корабль пришвартовался к башне небесного перрона, её ветви практически полностью закрыли небосвод перед нами.

- Ну что, новенький. Добро пожаловать! - Грегор хлопнул меня по плечу, едва не перекинув через перила на краю палубы, после чего быстрым шагом спустился по трапу на вершину башни. Матерясь про себя, я последовал за ним. Терпи, Харди, терпи. Вступишь в гильдию и будешь сам выбирать, с кем дела иметь. Напросишься в команду, где сплошь адекватные все поголовно. Никаких тебе неуклюжих бородатых мордоворотов волчьей расы! Всё чин по чину будет! А Грегор пусть катится во Мрак!

Спустившись по винтовой лестнице, мы вышли из башни. Перед нами, как на ладони, раскинулась Итрисса. По широким улочкам, мощёным камнем, сновали туда-сюда, летучие повозки. На верхушках многоэтажек, отстроенных на окраинах города, висели объёмные картины. Вот бежит на одном месте леопард, вот женщина в красивом платье танцует, вот застыл разноцветный шар над одним из домов. А вот два мечника, закованных в блестящие доспехи, бились между собой. Дома под ними переливались солнечными лучами, что отражались от их зеркальных стен.

Однако, чем ближе к побережью, тем менее футуристичными казались жилые здания. Всё больше они были похожи на образцы древней архитектуры. Округлые, идеально ровные стены, увитые плющом, скруглённые крыши.

- Контрастненько, - почему-то вслух произнёс я.

- Ты только этому удивляешься? - Грегор ухмыльнулся. У-у-у, тупица, ненавижу его!

К нам по воздуху подплыла крытая летучая повозка. Кэпман, сидевший на козлах снаружи, потянул рычаг управления на себя, тормозя свой транспорт. Учтиво кивнув, он поинтересовался:

- Подвезти?

- Да, давай до Вишни, - волк открыл дверцу повозки и забрался внутрь. Летучий транспорт заметно покачнулся и осел, расстояние между днищем и землёй сократилось. Пропустив вперёд Лану, я забрался последним. Повозка тронулась.

Грегор своим громогласным басом пытался что-то рассказать мне и Лане об истории гильдии. Стараясь его игнорировать, я уткнулся в окно. А вот моей подчинённой ничего не оставалось, как внимать тому, что рассказывает наш попутчик.

Наша повозка пролетела мимо какой-то площади. Посреди неё стояла гигантская черепаха с каменным домом на панцире. Поначалу я подумал, что это памятник. До тех пор, пока не увидел, что этот самый «памятник» неспешно жуёт траву, кучей наваленную перед самой её мордой. Двери дома, неведомым образом отстроенного на её панцире, были распахнуты. Прямо с порога дивного дома что-то вещал какой-то тавр. Рогатый хозяин необычной жилой площади активно жестикулировал четырёхпалыми руками.

- Смотрю, тебе тоже понравилось посольство империи Шома? - Услышал я голос Грегора.

- Посольство? Да в этом доме от силы двое могут комфортно разместиться!

- Пространственную магию никто не отменял, - тон у волка был такой, будто он во мне разочаровался. С трудом поборов приступ ярости, я поинтересовался:

- И с чего вдруг представители Шомской империи припёрли это чудо в город?

- А, небось опять заливают про то, как важно сохранять союзы меж нашими странами. У них каждый раз, как новый император старого свергает, такая программа.

- Что, неужели опять свергли кого-то?

- Да, бывший император, Тултран Игонже, скоропостижно скончался, получив секирой промеж глаз. Ныне империей Шома правит Жалдан Щурап. В принципе более надёжный и предсказуемый союзник. Заняв трон, он первым делом...

Стараясь не слушать монотонное вещание волка, я вновь бросил взгляд за окно. Наша повозка неспешно двигалась по старой части Итриссы. Только сейчас я понял, насколько древние здесь находились постройки. И, что самое интересное, в отличии от новой части города, где дома образовывали отдельные, зачастую асинхронные жилые массивы, здешнее построение жилых районов с идеально выстроенными домами и проложенными улицами доводило до ряби в глазах. Что сказать, Итрисса некогда была построена на руинах древнего города светлых эльфов, часть архитектуры сохранилась или же была бережно восстановлена. И несколько сотен лет назад светляки попробовали силой вернуть себе эти земли. В той страшной битве погибло немало жителей Ингена и Эльвиндола, матриархального государства светлых эльфов. Размышления мои прервал кэпман:

- Приехали, - произнёс он, тормозя летучую повозку.