Читаем Четвертая жена онлайн бесплатно

Лейла стояла у двери и пыталась разобрать, о чем говорит ее тетка с гостем. Этот интерес был понятен — они то и дело упоминали ее имя, а значит, говорили о ней. Уйти в свою комнату девушка не могла: тетка могла позвать ее в любую минуту, чтобы подать чай и сладости. У них, конечно, была служанка, но это была неопрятная женщина средних лет, которая могла шумно засопеть, подавая обед, или вытереть руки о грязную юбку. Такая служанка — позор и явный признак того, что их дела идут не лучшим образом, но другую они позволить не могли, и все из-за нее, из-за Лейлы…

Тетка любила вспоминать времена, когда в доме был целый штат слуг, а гостям чай подавали юные прекрасные рабыни, одетые в шелковые наряды, которые стоили больше, чем у некоторых знатных горожанок. Но это осталось в прошлом, и теперь редким гостям чай подавала сама Лейла. Тетка подчеркивала, что это особая честь — племянница хозяйки сама прислуживает за столом, только особые посетители удостаиваются такого! Как могла, она скрывала бедность, лезущую из всех щелей, стыдливо прикрывала ее расшитыми покрывалами и старыми коврами. Да вот только гостей у них почти и не было, а те, кто был, прекрасно были осведомлены о том, как обстоят у них дела на самом деле. Иногда заезжали дальние родственники, которые были в Каркале проездом. Иногда заходили по старой памяти мастерицы, работавшие когда-то на тетку, а потом разбогатевшие, открывшие свои лавки.

Гость, который раскинулся на вытершихся от времени подушках сейчас, был единственным, кто приходил регулярно. Обычно его визиты были короткими: он забирал расшитые шелком платки, над которыми тетка и Лейла корпели целыми днями, и отдавал деньги за то, что удалось продать с прошлого раза. Когда-то у тетки работали почти сорок женщин, а ее лавка была самой красивой и самой богатой. Но когда она взяла себе в дом Лейлу, покупатели отказались приходить в лавку, мастерицы одна за одной ушли от них, и тетке самой пришлось браться за работу. Ее дальний родственник, называвший ее для простоты тетушкой, взялся продавать ее работу в других городах, где их не знали. Дом постепенно пришел в упадок, подросшая Лейла научилась вышивать и проводила долгие часы за работой, во время которой тетушка развлекала ее рассказами о том, сколько гостей она принимала по вечерам, какие к ней являлись музыканты и поэты, как грациозно танцевали рабыни, и какие у нее были драгоценности. У нее остался только этот дом — с белыми мраморными полами, пересохшим фонтаном во внутреннем дворе, выцветшими коврами и почти пустыми комнатами. Только маленькая гостиная осталась почти нетронутой, из остальных помещений мебель, украшения и безделушки пришлось продать после того, как продали рабов и драгоценности. А когда ушли последние слуги, пришлось взять служанку, которая жила с ними сейчас. Она одна не побоялась жить в этом доме, кое-как справляясь с самой грязной работой и неумело готовя им еду.

— Тетушка, пришла пора. Вы не можете тянуть дальше. Она уже выросла.

У Лейлы замерло сердце, когда она услышала эти слова. Что они собираются сделать с ней?

— Я знаю, Алим, знаю… Я выполнила свое обещание, и Всевышний свидетель, чего мне это стоило. Но я никогда не жалела о том, что сделала. Когда мой бедный брат умирал, он просил только о том, чтобы я взяла себе его дочку, защитила ее от жестоких людей. Я думала, что просто выполняю свой долг. Но я полюбила ее как родную дочь, я наконец обрела семью, которой у меня не было. Как же теперь я могу расстаться с ней?

— Тетушка, подумайте и о ней, и о себе. Я каждый день молюсь, чтобы Всевышний продлил вам жизнь, но ведь вы не вечны. Что будет с девочкой после вашей смерти? Кто потом защитит ее? Разве вы не знаете, что некоторые горожане, как шакалы, только и ждут, чтобы напасть и перегрызть ей горло? Вы спрятали ее в своем доме, но люди до сих пор помнят, кем была ее мать.

— Вот именно! Они помнят. Кто захочет взять ее в жены? Кто примет ее в свой дом? Ее мать, создание нечестивого, думала, что спасет ее, если уйдет из города. Она разбила сердце моему брату, но ее уход не помог. Бедная девочка никогда не выходила из дома, потому что все только и ждут, когда она окажется на улице…

Алим продолжал убеждать ее:

— Тем более нужно торопиться. Выдайте ее замуж, и она получит дом и защиту мужа. Представьте, что будет с ней, если вы покинете наш мир. Даже если они не убьют и не покалечат ее, то отправят на невольничий рынок для нечестивых. А вы знаете, кто покупает там рабов! У нее нет даже шанса попасть в приличную семью, стать служанкой в гареме или хотя бы судомойкой на кухне, ее отдадут в портовый дом, на увеселение матросов из дальних стран! И она закончит свою жизнь, как все женщины из портовых домов, в глубоком канале, через год или два, когда у нее не останется ни одного зуба, а тело будет покрыто побоями. Что скажет вам ваш брат, когда вы встретите его на небесах?

Лейла в ужасе застыла, сжимая свои тонкие бледные пальцы, пока ногти не впились в ладони. Она никогда не слышала о портовых домах и не имела никакого представления, что делают там рабыни. Возможность оказаться одной из них напугала ее гораздо больше, чем мучительная смерть от рук горожан, о которой Алим говорил в начале своей пылкой речи. Она не знала, почему все так ненавидят ее, лишь догадывалась, что виной всему — ее мать, которую все называли ведьмой.

Тетушка вытирала слезы со своего лица, а они все катились и катились. Наконец она произнесла:

— Ты прав, Алим. Но где нам найти ей мужа?

— Я знаю, что можно сделать. Мои караваны ходят далеко, по всей стране. На самой границе, там, где начинается пустыня Хармат, стоит далекий город Саранд. Дорога туда нелегка, и редкие караванщики знают безопасный путь. Это богатый город, но они редко получают вести из внешнего мира. Даже если они и знали, что жила в Каркале когда-то ведьма, у которой родилась дочь от обычного человека, они уже забыли про это. Один из богатых горожан ищет себе четвертую жену. У него самый большой дом в городе, и больше всего лошадей и верблюдов. Там Лейла будет под хорошей защитой, и ни в чем не будет знать нужды. Ей не придется до конца жизни расшивать шелком платки для богатых дам, у нее у самой будут служанки.

— Да разве такой человек захочет взять в жены бедную девушку? Ведь столько знатных семей с дочерьми рады были бы породниться с ним! — засомневалась тетка.

— У него свои причуды, тетушка. Его первая жена — дочь правителя города. Вторая — дочь главного судьи, кади. Третья — из богатой, но незнатной семьи купцов. Он хочет, чтобы четвертая была из простого народа, из бедных.

— Как же он узнает о нас, ведь Каркала так далеко!

— Не беспокойтесь об этом, тетушка! Мой караван отходит через три дня, а две недели спустя мы уже будем в Саранде. Я привезу вам из соседнего города, где вас не знают, мастериц, которые делают портреты шелком, чтобы они сделали портрет Лейлы. Я отвезу его достопочтенному Маруфу, и он наверняка захочет жениться на ней, ведь ваша племянница — настоящая красавица. Ни в Каркале, ни в Саранде я не видел девушки прекраснее. Я ваш родственник и могу видеть ее с открытым лицом, и я расскажу ему, что портрет — только слабая копия. И если все у нас сладится, Лейла получит новый дом, а вы — богатые дары. Вам больше не придется брать иголку в свои руки, и вы проведете остаток своей жизни, как положено почтенной даме, в своем доме, с умелыми слугами.

— Что же, Алим, тяжело мне будет расстаться с Лейлой, но я знаю, что в твоих словах истина. Сделаем, как ты говоришь!

И тут же она позвала Лейлу и попросила подавать чай. Когда девушка вошла с серебряным чайником на подносе, сладкими фруктами и печеньем, тетка не отослала ее, как обычно.

— Садись, дочка, с нами. Давай поговорим.

И она в нескольких словах пересказала то, что Лейла уже слышала: завтра будет сделан ее портрет, который отошлют одному богатому человеку, и если все будет хорошо, этот человек станет ее мужем. Во время разговора девушка не смела поднять глаза. Ее одолевали смешанные чувства. Она никогда не выходила из дома, сколько себя помнила, и страстно хотела посмотреть на мир не только из собственного окна. Но она и подумать не могла о расставании с тетушкой, которая воспитала ее, научила читать и писать, шить и вышивать, рассказывала ей об истории и науках, заменила ей родителей и защищала от тех, кто мечтал причинить ей зло. А еще ее пугало замужество и переезд в другой, совсем чужой город.

— Тетушка, разве нельзя мне пожить еще немножко с тобой? — спросила она по-детски.

— Тебе завтра исполняется восемнадцать лет. Ты должна выйти замуж, и то, что предлагает Алим — настоящая удача. Ты будешь счастлива с твоим мужем, ты станешь богатой женщиной, родишь детей. Разве тебе этого не хочется?

— Но ведь я его совсем не знаю! Вдруг я его не полюблю? — вдруг воскликнула она.

— Помнишь, как мы читали с тобой историю прекрасной Маржан и ее возлюбленного? Или приключения золотоволосой принцессы из далеких стран, которая стала королевой Эльбаледы сто лет назад?

— Да, тетушка, помню.

— Они нашли свое счастье в любви. Но есть и другие женщины, которые из-за любви погибли, как принцесса Бадрия или дочка пастуха Надия.

— Да, тетушка…

— Моему бедному брату любовь принесла только несчастье. Он полюбил твою мать и ради нее бросил все, а люди отвернулись от него. Она была сахира — ведьма, и владела страшной силой. В тебе течет ее кровь, и поэтому люди всегда будут тебя бояться. Но я люблю тебя и хочу, чтобы ты обрела спокойную жизнь. А любовь — это просто красивая сказка.

— Соглашайся, Лейла! — строго сказал Алим. — Маруф — богатый человек, у которого уже есть три жены. Он занят своими делами, ты будешь видеть его нечасто. Если он тебе не полюбится, он не будет докучать тебе каждый день. Возможно, ты будешь видеть его от силы раз в месяц, и твоя жизнь будет спокойной и счастливой.

Лейла просто кивнула, не смея поднять глаза. Она подумала еще об одной вещи. Ради нее тетка отказалась от хорошей жизни и стала изгоем. Но если она уедет, появится шанс, что горожане снова примут ее, забудут о связи с ведьминой дочкой, позволят и ей спокойно и счастливо жить. Что ж, пусть будет так. К тому же, Маруф еще может не согласиться. А если согласится, ей предстоит настоящее путешествие, она увидит других людей. Людей, которые не будут считать ее ведьминским отродьем, как здесь.

Лейла проснулась посреди ночи. Ей снился странный сон. Она видела женщину в лохмотьях, лица которой было не разглядеть. «Найди кольцо», — повторяла незнакомка, — «Найди кольцо, чтобы обуздать свою силу». Голос звучал угрожающе мрачно. Она много раз повторяла одно и то же, пока девушка пыталась убежать, но не могла даже пошевелиться.

Заснуть больше не удалось. Лейла боялась возвращения страшного сна, а еще больше боялась она рассказать о нем тетушке. Что она скажет? Что это ее мать сахира вернулась за ней? Что и она такая же ведьма? Что ей нужно забыть об обычной жизни и стать таким же изгоем, бродить по пустыне в лохмотьях? Она встала и подошла к окну, выходившему в сад. Деревья были покрыты цветами, а в глубине пел соловей и стрекотали кузнечики. Ночь казалась мирной, и не верилось, что за стенами сада живут люди, способные причинить ей зло. Лейле захотелось выйти туда, постоять под цветущими миндальными деревьями. Она надела мягкие домашние туфли, накинула расшитую серебром и золотом накидку, когда-то принадлежавшую тетке, и неслышно ступая, выскользнула в сад.

Ее тянуло к самому высокому дереву, она подошла к нему, дотронулась до шершавого ствола и начала потихоньку поглаживать его. Ей показалось, будто зазвенели далекие колокольчики на самой верхушке дерева. Она с удивлением подняла голову и увидела, что цветы с верхних ветвей начали осыпаться. Как лавина сходит с горы с самой вершины, так и дерево начало терять свой цвет с самых верхних веток до нижних. Лейла стояла, осыпанная белыми и розоватыми цветками, которые падали на нее, словно снег.

«Это плохо… Это очень плохо», — подумала она. Почему дерево потеряло цветы? На нем уже не будет миндаля, оно останется бесплодным. Цветы вокруг начали увядать, превращаясь в черные гнилые комочки, которые пришлось стряхивать с себя.

«Что происходит? Это из-за меня?» — в ужасе гнала от себя эту мысль девушка. Что будет, если ее увидит служанка? Она расскажет обо всем в городе, и тогда даже те, кто сомневался, потребуют ее смерти.

Увядание распространялось вокруг нее, как круги на воде. Опали цветы со всех деревьев, почернела трава, с куста замертво упал соловей, смолкли цикады. «Сахира! Сахира!» — послышались крики из-за стены, сначала далекие, а потом раздающиеся все ближе и ближе. Показалось несколько голов над оградой: видимо, горожане притащили к их дому длинные лестницы. Мужчины прыгали на черную траву, вытаскивали из ножен кинжалы, приближались к ней с ненавистью на лицах.

— Убейте ведьму! Ведьма получила свою силу! Убейте ее, пока весь город не превратился в пустыню!

— Нет! — закричала Лейла и выставила вперед обе руки, пытаясь хоть как-то защититься от нападавших.

Вдруг тот, кто был ближе всего, упал, открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на сушу. Следом упали еще трое.

— Проклятая ведьма! Почему мы не убили тебя раньше? — закричали те, кто был ближе к ограде сада. Постепенно крики смолкали, люди падали замертво, превращаясь в гнилые почерневшие трупы за несколько мгновений.

— Нет! Я не хотела! Это не я! — продолжала кричать Лейла, пока не поняла, что вокруг нее установилась мертвая тишина. Не слышно было ни пения птиц, ни лая собак, ни плача младенцев. Все были мертвы в городе, который стал могилой, и в котором не было больше ни одной зеленой травинки, ни одного живого дерева. Лейла обернулась к дому. Там ее тетушка! Неужели и она мертва? Она убила единственного человека, который любил ее?

Дома не было. На его месте были руины. Но не это испугало Лейлу, а то, что перед кучей камней, бывшей когда-то ее домом, стояла та самая женщина из сна.

— Найди кольцо. Носи его всегда. И тогда этого не произойдет. Завтра тебе исполнится восемнадцать лет. Найди кольцо до рассвета, иначе город умрет.

— Но где? Где мне его искать? — закричала девушка. — Рассвет уже совсем скоро!

— Найди кольцо. Иначе они все погибнут, и ты навсегда останешься в долине ведьм.

— Кто ты? Ты моя мать?

— Найди кольцо. Не теряй времени, — произнесла женщина и превратилась в черную дымку.

Лейла кинулась к тому месту, где она стояла, и… проснулась. Испуганная увиденным, она первым делом бросилась к окну, чтобы убедиться, что там по-прежнему их сад с цветущими деревьями, и что там сохранилась… жизнь. Она резким движением открыла окно и услышала пение соловья. Все в порядке. Пока. Сколько у нее времени, пока не начнет облетать цвет с миндального дерева? Пока не начнут умирать люди в домах по соседству? И где ей искать это кольцо?