Читаем A.D. 2059. Необратимые последствия онлайн бесплатно
A.D. 2059. Необратимые последствия
2059 год. Всего три года прошло с того дня, когда случился загадочный катаклизм, уничтоживший высокотехнологичную цивилизацию и превратившую Россию середины 21 века в сплошную аномальную «Стоп-Зону». Беспроводные технологии, искусственный интеллект, цифровая валюта и термоядерный синтез – все кануло в Лету. Среди выживших ходят слухи, что катастрофу спровоцировал мифический Древний Регулятор, но что он из себя представляет – не знает никто. На что вы готовы пойти, чтобы разгадать главную тайну человечества: в чем истинное предназначение Регулятора и его создателей?
Детективы / БоевикиОбычно предисловия к книгам пишут литературные критики или предприимчивые издатели, пытающиеся заработать себе на кусок хлеба (желательно с черной икрой), а иногда – друзья автора, старающиеся расхвалить его новое творение так, «на всякий случай»: а вдруг «хайпанет», кто знает…
Но ни у первых, ни у вторых, как правило, не выходит ничего, кроме унылой эклектики, которую никто и не читает на самом деле, так ведь?
Вот почему мы с вами, пожалуй, обойдемся без предисловия и перейдем сразу к делу. Устраивайтесь поудобнее, заварите себе чайку и приготовьтесь к увлекательному путешествию в постапокалиптический мир без канонов.
Сколько человеческих жизней сгинуло в День Перелома, грянувший три года тому назад, 21 сентября 2056 года? Может быть, тысячи? Десятки, сотни тысяч? А может миллионы или миллиарды?
Вряд ли кого-то это вообще волновало…
Голод, холод, увечья и постоянный страх смерти стали нормой для тех немногих, кто чудом укрылся от внезапной напасти, изменившей жизнь до неузнаваемости и превратившей Землю в Зону. Точнее, в «Стоп-Зону», как мы ее окрестили, впервые побывав там…
Все, чего достигло человечество к середине двадцать первого века – беспроводные технологии, искусственный интеллект, мощные наномашины, имплантаты, виртуальная реальность «полного погружения», цифровая валюта и термоядерный синтез – кануло в Лету.
В тот день в третьей засекреченной столице нашей необъятной родины – Мегаполисе-101 – из-за сверхимпульса электромагнитного излучения вышла из строя городская электрическая сеть и практически все компьютерные данные были стерты или повреждены. Но блэкаут стал не самым страшным последствием Катастрофы.
Сильнейший удар был нанесен по экосистеме Земли, вследствие чего температура воздуха начала резко снижаться, меняя климат. Порванный в клочья озоновый слой над городом больше не сдерживал ультрафиолетовые лучи и космическую радиацию, опасную для всего живого. Тонны токсичных отходов, захороненных на загородных полигонах, просочились в подземные воды и отравили почву на многие километры вокруг.
Как ни странно, перед Катаклизмом не было никакого предупреждения о ЧС. Не выли сирены, не мелькали сообщения по ТВ и в мессенджерах. Эвакуацию даже не пытались организовать, хотя бы «для галочки» – нас, обывателей, просто бросили умирать. В относительной безопасности чувствовала себя лишь «элита» общества – жители подземного города-дублера Демополиса. Его гермозатворы закрылись как раз в тот момент, когда внутрь в панике хлынули люди, оказавшиеся в метро в «час икс». Ничего личного – просто сработала автоматическая система защиты подземного объекта особой важности, созданная как раз для таких случаев.
Перед теми, кто не успел просочиться в Демополис, встал непростой выбор: вернуться на поверхность или остаться под землей, запертыми между двумя мирами.
Большинство, конечно, выбрало второй вариант. Жажда жизни и инстинкт самосохранения перевесили желание лечь и умереть на месте от страха.
На поверхность выходить было чертовски опасно: те, кто пытался это сделать в первое время, просто не возвращались из мертвой «Стоп-Зоны». На самом деле мертвой она лишь казалась: иная жизнь кипела там несмотря ни на что. Необъяснимые природные явления, мы назвали их «перекосами», пятнами покрыли город и периодически мигрировали. Опасные хищники шарили днем и ночью в поисках пищи – Мегаполис пульсировал как гнойный фурункул на теле больного.
Болела вся Земля.
Однако, как говорил известный мыслитель прошлого, «человек есть существо в высшей степени ко всему приспосабливающееся». Вот и брошенные на произвол судьбы несчастные со временем приспособились к новой реальности, приняли ее правила, а помогли им в этом отчаянные смельчаки, сорвиголовы, ставшие сталкерами – бесстрашными исследователями неизведанного.
О них рассказывали много разных историй.
Но дольше всех живет в народе легенда о том, кто первым попытался разгадать эпичную загадку Древнего Регулятора, спровоцировавшего День Перелома; о том, кто в одиночку дерзнул спасти наш хрупкий мир, чтобы исправить собственные ошибки и дать надежду многим другим выжившим.
Историю этого героя, чья судьба теперь навечно связана с моей, я и хочу вам рассказать.
Он понял, что дело дрянь, когда очнулся в беспамятстве в каком-то неизвестном тоннеле, черт бы его побрал!
Беспомощный. Одинокий. Поддавшийся панике из-за того мерзкого чувства, которое знакомо каждому: когда что-то страшное внезапно случается с тобой, нечто настолько плохое, что в это не просто поверить. Например, ты сбиваешь на дороге человека, когда жмешь на педаль акселератора своего авто, до последнего надеясь прошмыгнуть на мигающий желтый. И не успеваешь.
Первая реакция – ты впадаешь в ступор: «нет, нет, только не со мной, этого не может быть!» Затем, после первой волны шока, подключается «физика»: прошибает пот, темнеет в глазах, начинаешь задыхаться – потому что задерживаешь дыхание слишком надолго. Чтобы прислушаться к своему внутреннему голосу, который обычно подсказывает, что делать. Но сейчас он как назло молчит. Мозги «виснут», ты все еще не можешь понять и принять происшедшее. Этот жуткий момент постепенно как бы растягивается во времени, делая все остальное, в том числе твои «грандиозные» планы на вечер, неважным. И внезапно – бац! – наконец начинаешь по-настоящему осознавать, что с тобой только что приключилось и в какое говно ты влип.
Примерно те же чувства сейчас терзали его.
Кромешная тьма обволакивала, окутывала так плотно, что он даже не был уверен, действительно ли его глаза открылись или же он все еще находился в «отключке».
Сначала в его голове крутилось лишь собственное имя: Ян Пустынников… Пустынник, кажется так его звали друзья…
Ощупав обездвиженную, онемевшую ногу, он попытался вспомнить, как именно угодил в «капкан». Судя по всему, запнулся в темноте и опрометчиво наступил на центральный рельс гипертрейла1. А дальше все просто: под весом его тела подкладные пластины рельса автоматически разошлись, а затем, сомкнувшись, впились в давящую на них конечность и зажали ее мертвой хваткой. От жуткой боли он и «отрубился».
А еще немногим ранее он, вроде бы, успел побывать на какой-то разрушенной станции, что-то искал там… или нет, выполнял заказ! «Жирный» такой заказ! В яблочко! Пазл, наконец, начал складываться.
Память постепенно возвращалась к Яну, однако все попытки высвободиться из ловушки были тщетны. Хоть ногу себе отгрызай…
Трагизма ситуации добавляло еще и то, что, обездвиженный, он становился легкой добычей для любого, кто бы сейчас ни оказался поблизости, будь то человек или какая-нибудь другая тварь.
Ни те, ни другие, конечно, такой шанс точно не упустят. Лежачего, ведь, как известно, только ленивый не пнет. А ленивых в подземке после Дня Перелома не водилось.
Представив, как ему придется отбиваться от полчищ врагов, прыгая, как калека, на одной ноге, Ян содрогнулся: перспективка наклевывалась та еще!
Не успел он об этом подумать, как его кошмары, кажется, начали сбываться. Сначала где-то совсем рядом послышался шорох. Неприятный такой, до жути! Что-то пробежало по кабель-каналам прямо у него над головой, скребя ногтями по железу, потом брякнулось всего в двух шагах и затихло. Разглядеть что-либо в темноте он, естественно, не мог, но все равно дрожащими руками схватился за свой дротикомет 2.
С минуту он, сощурившись, всматривался в зев тоннеля, что аж глаза заслезились. Ему уже мерещились жуткие монстры, сжимавшие вокруг кольцо, готовые броситься в любую секунду…
– Ну давайте! Я здесь! Кто первым хочет отведать свежего мясца, а? Налетай! – выкрикнул Ян скорее для острастки и выстрелил наугад, даже не целясь.
Послышался жалобный писк и с души как камень свалился.
Пошарив перед собой руками, он нащупал еще теплое хвостатое тельце, покрытое мягкой шерсткой, липкой от крови, и ему вдруг отчего-то стало совестно:
– Прости, пасюк, ты мне зла не желал, но так уж получилось… Мы с тобой даже чем-то похожи. Оба принадлежим старому миру, а не чертовой «Стоп-Зоне»… Она плодит такое, что и вообразить-то сложно! Будто может считывать твои мысли, страхи и материализует их. Проверяет на прочность твои нервы. Никогда не знаешь, что она подкинет. А с нами все просто: ты – крыса, я – человек. И у каждого из нас свое место в подземке. Так ведь?
С этими словами он запихнул трупик грызуна в заплечный рюкзак
В окружающей темноте копошилось еще множество крыс; напуганные кем-то или чем-то, они в спешке покидали свои уютные жилища.
Сталкеру тоже стало по-настоящему страшно, когда он почувствовал, что воздух вокруг с каждой секундой становится все горячее. В глубине тоннельной «кишки» вдруг замаячило алое марево, не предвещающее ничего хорошего. Темный тоннель озарился светом. Волосы на лице опалились, запахло жареным. В прямом смысле этого слова.
Все это могло значить только одно: «красный гигант» где-то поблизости и единственный шанс пережить эту неприятность – бежать без оглядки! С этим ублюдком шутки плохи. Это знают даже дети. Толком его, конечно, никто и не видел, потому что те, кто из любопытства или по глупости промедлил при встрече с ним, уже никогда никому ничего не расскажут. Так как сгинули без следа.
Правда, в подземке рассказывали историю об одном смельчаке (имя его, увы, позабыто), который сразу как грянул День Перелома отправился вместе с престарелым отцом в добровольное скитание на поверхность, чтобы найти там других выживших.
Ушел, значит, и не вернулся. Казалось бы, что тут такого… бывает сплошь и рядом!
Но нашли потом спустя месяц его старика-отца возле гермоворот бункера «Перекати поле», с внешней стороны, полуживого, обгоревшего с головы до ног. Перед смертью в беспамятстве он выкрикивал что-то про гигантское огненное колесо, сжигающее все на своем пути. Выходит, этот бедный старик был единственным, кто встретился лицом к лицу с «красным гигантом» и выжил после встречи с ним. Да и, по правде, назвать его выжившим как-то язык не поворачивается, ведь дед помер в страшных мучениях спустя всего два дня. А сына его больше так никто никогда и не видел…
Вспомнив эту историю, Ян, с еще большим остервенением принялся выдергивать свою ногу из ловушки.
Безуспешно!
Тут его осенило: в рюкзаке ведь имелись трофейные «черный перец»3 и «хлор»4, которые он собрал на поверхности накануне выхода в рейд и планировал продать по возращении. Если их правильно смешать, то получится «мазь» – едкая и зловонная гелеобразная субстанция цвета «детской неожиданности», которая не хуже ржавчины разъедает металл. Даже лучше: за считанные секунды. Пришло время испытать эту «мазь» в действии.
Ян быстро как мог проделал все необходимые манипуляции: извлек из рюкзака колбы, инструменты, растер горошины «черного перца» в порошок, затем смешал ингредиенты как полагается и сразу же жирным слоем обмазал злополучный «капкан».
В центральном рельсе что-то тихонько хрустнуло, и он начал на глазах растворяться, словно кусочек сахара, на который пролили кипяток. Сталкер быстро выпростал ногу, пока ее тоже не разъела чудодейственная «мазь». Присмотревшись к подошве сапога, он разочарованно присвистнул: она лопнула прямо посередине.
Не теряя больше ни секунды, он натянул на лицо фильтратор5 и метнулся из тоннеля обратно на станцию.
В тоннельных недрах зарокотало пуще прежнего!
Ян бежал, не сбавляя темп, минуту, две, три, пять… На одном из поворотов в спешке поскользнулся и чуть было не расшибся о стену, еле удержавшись на ногах. Вещмешок за спиной внезапно так отяжелел, будто в него не дохлую крысу, а кирпичей наложили. Ноги начали заплетаться, легкие обожгло огнем.
Что означало это «иначе» было предельно ясно – торопыг смерть в подземке ожидала повсюду.
Но вот под ногами зачавкала болотная жижа. С каждым новым шагом идти становилось труднее – тяжелые армейские сапожища вязли в липкой густой массе. В правый сапог сквозь образовавшуюся трещину в подошве проникла влага, отчего он начал натирать мозоли.
В кромешной темноте не были видно ни зги, но сталкер ориентировался в пространстве как слепой: по звукам, по ощущениям. Этот ценный навык выработался у него за долгие месяцы, проведенные под землей.
От спринтерского бега Ян весь взмок и под его защитным костюмом зашевелились вши – настоящая напасть для обитателей подземки, чьи немытые неделями и месяцами тела стали почвой для размножения эктопаразитов. Пользы от них никакой, зато бед – уйма.
А еще кожа от них жутко зачесалась.
Но почесаться Ян не решался – опасался выдать свое присутствие лишним движением или звуком. Пришлось стиснуть зубы, чтобы хоть как-то отвлечься от зуда и переключить внимание на тоннель.
Вдруг впереди, кажется, посветлело.
