Читаем Парадайз.ru онлайн бесплатно

– Вам приходилось убивать?

– Да.

– Сколько раз?

– Дважды.

– Кто были эти люди? Почему вы их убили?

– Первый раз это был незнакомый мне человек, вероятно сотрудник службы безопасности компании, в здании которой проводилась операция. Он возник неожиданно, когда я уже готовился покинуть объект и складывал оборудование.

Было темно, около пяти утра, и я даже не увидел его лица. Знаете, просто направил пистолет и выстрелил. Хлопок – и он упал. Через минуту я уже спускался по внешней стороне здания и, странно, даже не думал о нем.

Единственное, что я отметил – пуля попала в голову – позади него, даже в темноте были видны крупные темные брызги, как раз на уровне головы.

– Понятно. А второй?

– Второй был всем известный полковник Ортега Райес. Старик внезапно поднялся к себе в кабинет посреди ночи и, наверное, принял меня за вора. Подними он шум, я бы не успел даже покинуть его особняк – на первом этаже всегда дежурили люди. Зачем вам это всё?

– Несмотря на исчерпывающую информацию о вас, мне было важно услышать некоторые ответы непосредственно из ваших уст. Ощутить эмоциональную окраску, так сказать.

– И как, ощутили?

– В общем, да. Будете ещё кофе?

Демократично одетый молодой человек в очках с тонкой золотой оправой поднялся из кресла и направился к журчащей кофеварке.

Беседа протекала в просторной комнате, обстановка которой никак не походила на служебный кабинет, и уж тем более на рабочее место аналитика Федерального Агентства Экономической Разведки: вычурная темно-бордовая мягкая мебель, явно привезенная из Франции, с характерными арабскими узорами на баракане, журнальный столик из «тяжелого» сорта дерева, заваленный глянцевыми журналами, на стене гигантский плазменный TCL, а рядом с ним устаревший календарь за 2015 год с фотографией седого Ди Каприо.

Возле окна стоял второй стол, побольше, на котором между раскрытым лаптопом и кофеваркой возвышался непонятно зачем принесенный сюда старинный глобус.

– У нас сейчас, как и везде, новые веяния. Помимо обычной доктрины «глубокого личного вовлечения» сотрудника, рекомендуется повсеместно применять так называемый «неформальный ракурс», чем я и пытаюсь вас оглушить уже целый час, – весело продолжал молодой человек, не дожидаясь ответа на предыдущий свой вопрос и наливая кофе в изящные, но совершенно неподходящие для этого чайные кружки.

Сидящий в кресле за журнальным столиком гость, одетый в легкую рубашку и светлые брюки худощавый мужчина лет тридцати, молча разглядывал спину своего собеседника. Лицо его ничего не выражало, кроме вежливой заинтересованности и привычного спокойствия.

– В общем, как в том анекдоте про гуру Джоша… А вот и кофеек поспел, – хозяин кабинета поставил чашки на столик, опустился в кресло напротив, после чего замолчал и уставился в никуда. Просидев в таком положении с полминуты, он внезапно спросил:

– А что, вы, действительно – лучший подводный пловец страны?

– Насчет страны – не в курсе, но подозреваю, что в моем управлении меня терпят именно из-за нежелания других морозить задницу в волшебных морских глубинах.

– Не скромничайте! Вы не участник олимпиад, но мне достаточно, что вас рекомендовал не кто-то, а сам бывший босс вашего отдела, генерал Громов, а это кое-что значит.

– Вы говорили обо мне с Громовым? Вам что, мало официальной справки от руководства ФСБ?

– О да, помимо вашего служебного файла, информации о вас мы собрали прилично. Не поленились и пообщаться с людьми, кто работал с вами в первые годы вашей службы в «ведомстве плаща и кинжала», благо, как вы знаете, сегодня наше Агентство имеет весьма широкие полномочия.

Однако сейчас не об этом.

Я пригласил вас, чтобы предложить вам чрезвычайно выгодный контракт с нашим Агентством. Естественно, что это предложение, а также сам факт нашей беседы являются особо секретной информацией (со всеми вытекающими) и были согласованы с вашим начальством. Иначе, как вы отлично понимаете, вы бы тут не находились.

Так вот, ввиду возникшей чрезвычайной ситуации, а также некоторых других обстоятельств, в том числе и обстоятельства срочности, нам крайне важно получить ваше согласие. Поэтому сейчас я вправе обещать вам любые золотые горы, и самое главное – выполнить свои обещания.

– Почему-то я был уверен, что наша беседа не ограничится распитием кофе, – произнес в ответ гость. – Вероятно, я нужен вам, чтобы «кое-куда нырнуть и кое-что достать». Итак, я вас слушаю.

Аналитик вновь замер, уставившись в никуда. Затем он резко поднял взгляд:

– Нам нужно, чтобы вы отправились на «Солнечный Остров».

– Куда?

– На Остров Нового Солнца.

В этот момент спокойствие гостя на секунду покинуло его. Внешне, впрочем, это выразилось лишь в том, что он отвел взгляд, и уже через мгновение его лицо обрело привычную уверенность.

– Вы говорите о так называемом Острове Нового Солнца?

– Совершенно верно.

– Всё это очень интересно, но боюсь, что я вряд ли смогу принять ваше предложение.

– А, собственно, почему?

– Да хотя бы потому, что проникнуть туда абсолютно невозможно чисто технически, насколько я знаю. К тому же, всем известно, какая участь ждет того, кто попытается это сделать. Вряд ли внеочередное звание или премия, пусть даже крупная, скрасят мне мою безвременную кончину.

– Не стоит так мрачно, Сергей Анатольевич, – аналитик впервые назвал гостя по имени. – Что бы вы ответили на предложение досрочно уйти на пенсию в звании полковника сразу же после выполнения нашего задания? Включая получение премии – сто тысяч «новых» рублей? И если при этом я скажу вам, что в настоящий момент есть уникальная, но вполне реальная возможность пройти, вернее, проплыть на Остров незамеченным?

Поверьте, нам совсем неинтересно просто посылать человека на верную смерть. Коль скоро я предлагаю вам это, то, значит, имею все основания считать, что вы сможете это сделать.

– Что же это за такая «уникальная возможность»? Неужели кто-то придумал, как обмануть их систему силовых полей? Или, может быть, появились способы укрываться от жесткого излучения неизвестной природы?

– Однако какая осведомленность, Сергей Анатольевич! Видимо, в свое время не я один увлекался мечтой о бегстве на Остров, – аналитик улыбнулся собственной шутке, затем, опять став серьезным, добавил: – Все подробности, включая способ попадания на Остров, мы с вами обсудим, как только получим ваше принципиальное согласие.

Жаль, что вы не из нашего ведомства, и вас приходится уговаривать…

– Вы ошибаетесь, меня не нужно уговаривать. Если вы и ваше Агентство действительно располагаете информацией о том, как проникнуть на Остров и остаться при этом в живых, то с учетом величины моего скромного гонорара, я не исключаю возможность, что приму участие в этой авантюре.

Впрочем, в данный момент ответить что-либо определенное я, к сожалению, не смогу. Для принятия окончательного решения мне понадобится один-два дня.

– А я, увы, не могу предоставить вам больше времени на раздумье, чем двадцать четыре часа. И ровно через сутки буду ждать вашего звонка с ответом, – аналитик поднялся.

Сергей Анатольевич тоже встал из кресла.

– До свидания, спасибо за кофе. Возможно, я позвоню вам раньше, чем через двадцать четыре часа.

После ухода гостя, хозяин кабинета подошел к окну и с высоты восемнадцатого этажа стал обозревать привычные виды суетящегося в августовской жаре мегаполиса.

Боковым зрением отметив медленное приближение к столице тяжелой дождевой тучи, аналитик нажал на почти невидимый сенсор наушника у себя за ухом.

– Ну что я говорил тебе? – услышал он невидимого собеседника.

– Он или вообще ничего не боится, или ему очень нужны деньги.

Вместо того, чтобы рассмеяться мне в лицо и уйти, он отреагировал спокойно и, похоже, собирается принять наше предложение. Артур Константинович, поделитесь секретом, почему вы были так уверены, что нужно обратиться именно к нему? Откуда вы знали, что он согласится?

– Во-первых, он ещё не согласился. А во-вторых, Игорек, тебе самому не мешало бы использовать тот «неформальный ракурс», о котором ты с такой нежностью только что пел нашему другу. Особенно когда изучаешь его личное дело. До связи!

Покинув Агентство, Сергей Анатольевич, а для коллег по службе – просто Сергей, перешел через улицу и спустился в подземный паркинг, принадлежащий «Империалу», где не без труда отыскал оставленный им автомобиль.

Время близилось к обеду, и паркинг был до предела забит автомобилями желающих посетить многочисленные ресторанчики торгового центра.

Усевшись за руль, Сергей не стал заводить двигатель, а некоторое время просто сидел, глядя прямо перед собой.

Торопиться было некуда, шел третий день отпуска, а посещение Агентства, приглашение в которое Сергей получил сегодня утром, расстроило и без того скудные дневные планы – запастись на неделю продуктами, заехать в банк и парикмахерскую.

Как быстро меняются времена.

Федеральное Агентство Экономической Разведки (ФАЭР), созданное всего десять лет назад и благодаря новой государственной доктрине «Мирового экономического лидерства» получившее широчайшие полномочия, очень быстро превратилось в одну из самых мощных российских спецслужб, ощутимо потеснив традиционно главенствующую ФСБ.

Ещё не так давно любая информация об Острове Нового Солнца, ввиду чрезвычайной её важности, строжайшим образом контролировалась ФСБ, а все действия по делам Острова планировались и координировались исключительно на Лубянке.

Сегодня, увы, нет. Выскочки из ФАЭР расталкивают локтями «правнуков Феликса», и мало того, что частенько не считают нужным делиться информацией, так у них ещё хватает наглости обращаться в ФСБ за помощью в вопросе кадров.

Впрочем, размышляя обо всем этом, Сергей не испытывал каких-либо эмоций, как иные его сослуживцы. Он вообще не был ярым носителем корпоративного духа своего ведомства, справедливо полагая, что оно, это ведомство, в любую секунду может пожертвовать его жизнью без каких-либо особо веских к тому оснований, а просто – соблюдения Устава ради.

– Если Вы хотите продолжать занимать парковочное место, Вам следует доплатить, – обратился к нему охранник, поглядывая на электронный таймер возле «тойоты» Сергея.

– О'кей, я уезжаю, – ответил Сергей и завел двигатель.

Автоматически включилось радио.

Сергей медленно выехал из паркинга и поехал в сторону МКАД, желая покинуть центр столицы до начала приближающейся грозы. В последнее время политика ограничения движения и непомерных тарифов за использование автомобиля внутри МКАД начала давать результаты, так что некоторые шансы успеть у него были.

А ведь он ещё хотел заехать в банк.

Кстати, если допустить, что он, Сергей, согласится на предложение Агентства, то вопрос с банком решится сам собой: задолженность по кредиту либо погасится, либо перестанет волновать его навсегда.

Остается только решить: согласится он или нет?

К горлу опять подступил холодок. Сергея почти парализовало ощущение странной раздвоенности сознания.

С одной стороны, несмотря на характер своей работы и неплохую закалку, сейчас он испытывал сильный страх при мысли о возможной и весьма жуткой смерти – ведь если что, погибать придется одному, посреди океана, не от пули врага, а от неведомой силы, которая убьет его, даже не заметив.

С другой, он почти смирился со своей участью, в глубине души понимая, что на самом деле его внутренний выбор был сделан ещё там, в Агентстве, и что он уже не в состоянии отказаться.

А действительно, почему так мрачно? Почему обязательно смерть?

В любом случае, раз приглашают его, мастера по плаванию с аквалангом, и при этом торопятся, то, значит, какая-то уязвимость в защите Острова запросто может существовать. Но тогда другой вопрос: а что ждет его на Острове? И какое задание ему предстоит там выполнить?

– Ближайшее отделение банка находится в двухстах метрах справа по ходу движения автомобиля, – сообщил компьютер.

Сергей машинально начал притормаживать. Электронный приятель не обманул: среди многочисленных вывесок показался легкоузнаваемый трехцветный логотип в виде обязательного двуглавого орла и вензеля ЕГБР.

– Зайду всё-таки, – ответил компьютеру Сергей, – хуже не будет.

Вообще, с тех пор, как правительство монополизировало банковскую сферу, финансовая жизнь Сергея и остальных сограждан значительно упростилась – кредиты предоставлялись автоматически по мере приобретения любого имущества, исходя из информации о личности конкретного гражданина, которая хранилась в базе данных Единого Государственного Банка России.

Неудобство заключалось лишь в том, что при просрочке какой-либо выплаты, приостанавливалась выдача новых кредитов, и гражданин должен был личным появлением в любом отделении банка подтвердить факт того, что он жив и не отказывается от дальнейшей оплаты. Таковы правила.

Иногда Сергею казалось, что он никогда не сможет избавиться от состояния вечной задолженности, даже при его, в общем-то, высокой зарплате. Но со временем, он, как и большинство граждан, привык и перестал об этом думать.

Процедура идентификации и подписания очередного акта лояльности банку заняла около минуты, ещё примерно столько же ушло на распечатку выписки о состоянии его счета, а Сергей всё стоял и смотрел через стекло на девушку-операционистку, сидящую за столом и сортирующую бумаги.

Сходство было поразительным.

Наконец, когда девушка подняла глаза, он очнулся от оцепенения и, отведя взгляд, поспешно направился к выходу.

На улице его уже ждал дождь, но Сергей не спешил садиться в автомобиль. Стоя под струями воды, он некоторое время смотрел на беспрерывный поток машин. Затем нажал на сенсор смартфона.

– Алло.

– Слушаю вас, Сергей Анатольевич.

– Я согласен.

– Очень хорошо. Завтра в десять утра.

– До свиданья.