Читаем Под тенью маски 2 онлайн бесплатно

— Йор Максимилиан Горьер, прошу вас следовать за мной!

Маленький и розовощекий управляющий низенько поклонился новому посетителю клуба и показал, в какую сторону двигаться дальше.

Городской дом в столице, любезно предоставленный для иностранного гостя молодым королем Версарии Теймором, был напичкан различными артефактами и никак не мог быть местом встречи с Кайеном. Поэтому приходилось пользоваться услугами мужского клуба. Да и потом, вопросов возникает меньше, если встречаться в людном месте.

Все вип комнаты находились на цокольном этаже, куда вела узкая витиеватая лестница. Приглушенный свет впитывался в обшитые черным бархатом стены. В носу раздражающе щекотало от благовоний. Не отставая от управляющего, Максимилиан старался идти как можно бесшумнее. Привычка или излишняя предосторожность, сложно ответить. Наверное, все же капелька волнения, которая всегда имела место быть при встрече с троюродным братом.

Когда же он наконец оказался в заказанном номере, и за спиной закрылась дверь, Горьер достал из кармана небольшой кристалл, подвешенный на широкой цепочке.

— Можешь не беспокоиться, я все проверил, прослушки и посторонних людей в радиусе десяти метров нет, — голос раздался из самого угла, где располагалось огромное кожаное кресло. Вспыхнул огонек, и через мгновение заалел кончик прикуренной сигары.

— Здравствуй, Кайен. Неожиданно видеть тебя в столице Версарии. Как ты сюда попал? — Горьер постарался подавить вспыхнувшее раздражение, убрал артефакт в карман и присел на краешек пустого стола.

— Воспользовался поддельными документами и схожестью с тобой. Да и потом, ты же знаешь, я всегда любил путешествовать. У тебя есть официальное разрешение от короля Версарии с возможностью передвигаться по стране, куда тебе вздумается. А я просто урвал кусочек торта, который тебе не под силу съесть одному, — усмехнулся братец, как две капли воды похожий на Максимилиана, и выпустил ровный ряд колечек из дыма, явно рисуясь.

— Как отец? — Горьер отвернулся и выбрал стул, на который тут же присел.

— Все так же. Не хочет иметь дело с лекарями и требует отставки Земельной палаты. Мне кажется, что дядюшка уже пошел на принцип. Кстати, это он попросил меня с тобой встретиться.

— Появились какие-то новости?

— Вообще-то это должен быть мой вопрос, — усмехнулся Кайен, снова пуская идеальные кольца дыма в потолок.

— Мне пока нечем порадовать отца.

— Но ты напал на след, не так ли?

— Я напал на след той, что похитила документы. Ее кровь осталась на моем клинке. Именно по ней я вычислил местонахождение этой изворотливой змеи. Не сразу, но артефакт поиска сработал совсем недавно, она была в Штокенвильде.

— Зачем тебе эта шпионка?

— Она охотится за моей невестой. Мне попало в руки целое досье на нее. Так вот, ее целью является найти и убить дочь Метеля. А значит, она знает достаточно много. В том числе, думаю, ей известно, как сейчас зовут девочку, и где ее прячут.

— Девочку? Очнись, Горьер. Твоей невесте уже больше двадцати, она не девочка, а женщина в самом соку!

— Мне сложно это представить, — усмехнулся Палач, — когда мне ее подарили, малышке было чуть больше года.

— Подарили? — заржал Кайен. — Тебе ее навязали. Называй вещи своими именами. Бедного ребенка сначала лишили нормальной семьи, а потом отдали тебе, как заложницу мира между нашими странами.

— Как бы там ни было, мы должны были пройти обряд обручения.

— Это при хорошем раскладе. А при плохом, по приказу короля ты должен был просто убить девчонку. И тебе бы пришлось это сделать, ты знаешь.

— Да. Но Этели похитили.

— И слава богу. Потому что та заварушка на границе северных земель решилась в течение полугода. А из-за этих грязных политических игр погиб бы ни в чем неповинный ребенок.

— Но сейчас ситуация не лучше. Наш король, дорогой Андриан, которому бы уже самому пора отправиться на тот свет, хочет видеть меня женатым на этой девчонке.

— Думаю, Макс, на этой девчонке теперь хотят многие жениться. У Вильги будет дочь, это уже всем известно. Она рвется к власти, как ненормальная. И мне кажется, сама же первая воткнет своему мужу нож в спину. Но если Теймор, от которого Версария сейчас стонет, словно побитый бездомный пес, потеряет власть, а Вильга Прекрасная наденет корону, то наши страны захлебнутся в крови. И это прекрасно известно всем. Поэтому для многих сейчас остается единственной надеждой найти твою Этели.

— Я найду ее первым! Я уже придумал как.

— И как?

— За мной везде таскается фрейлина Марина Поляди. Если я протяну с ней в отношениях немного больше, то смогу по артефакту принадлежности определить, находится ли где-то рядом с нами наследница королевской крови. Один раз я уже видел реакцию артефакта, камни в серьгах фрейлины начинают светиться лазурным светом.

— И ты думаешь, что Марина Поляди ни о чем не догадается?

— Думаю, она тоже ищет девчонку, поэтому и крутится возле меня. Но я ее переиграю! И ты, кстати, мне в этом поможешь…

— А вот это уже другой разговор! — усмехнулся Кайен и довольно потер руки.

Этели

Пришлось терпеть до вечера. Сидеть и притворяться, будто все хорошо.

Лиенда болтала без умолку, рассказывая о предстоящих планах на ближайшую неделю. Пятьсот раз съездить по магазинам и еще триста к каким-то подругам. Сейчас мне казалось, что наняться к ней в охранники было дурацкой идеей. Кто же знал, что как только она получит разрешение от папеньки свободно выезжать в город, то решит посетить сразу все доступные места.

Хотя ее болтовня отвлекала, но лишь немного. Потому что меня просто бомбило от той информации, что я нашла в этом простом рукописном учебнике. Кто был тот священнослужитель, и почему он стал в курсе проделок главы Тайной канцелярии, меня в принципе не интересовало. Но вот то, что совсем недавно мне рассказала Нинель, очень хорошо совпадало с фактами, которые были описаны в книге. Ну и мое видение уже подтвердило сей факт. Покушение на двоюродного брата королевы Тайпьеты действительно было. Метель Чеймер и его бедная бесплодная жена Мергельма были убиты. А незаконнорожденная дочь, Этель Чеймер, которая и являлась скорее всего тем самым козырем в планах по свержению власти в Версарии, получается я? Нет, этого не может быть!

На мой протест в груди полыхнуло изумрудным огнем и отдалось болью. Проглот успел слизать все до единой капли, а я почувствовала, как тошнота подступает к горлу. Выравнивая дыхание, все же сморщилась от неприятных ощущений и обратилась к хозяйке.

— Простите, цори Лиенда. Что вы скажете на то, если я попрошу меня освободить от обязанностей на сегодня? Понимаю, что это невежливо, и йор Вермель просил дождаться его. Но, честно сказать, после утренней пробежки на тренировочном полигоне у меня совсем не осталось сил…

— О, Мартен! — всплеснула руками болтушка Лиенда, наконец обратив внимание на мой измученный вид. — Конечно, как же я сразу об этом не подумала! Ты совершенно прав, сегодня в любом случае мы уже никуда не поедем. Я считаю, что смогу оправдаться перед папенькой за твой уход. В крайнем случае скажу, что сама настояла. Может быть, ты еще выпьешь чаю?

— Нет, цори Лиенда, простите, вынужден отказаться. Можно, я пойду?

— Да, конечно. Я провожу. А завтра утром приходи к восьми. Если папенька что-то и захочет тебе сказать, то вы успеете встретиться до его отъезда, — снова затараторила она.

— Спасибо вам огромное.

— Ну что ты, я все понимаю.

Распинаться и дальше в любезностях было выше моих сил. Я встала с кресла, вернула книгу Лиенде и поспешила на выход. Еще чуть-чуть и меня просто вывернет наизнанку. Что это, откат? Несколько крупных всплесков магии, быстрый ее отток, да еще и это видение…

Да, это очень похоже на откат. Что же мне теперь с этим всем делать? Искать учителя, кто сможет объяснить как мне управлять магией? Нет, исключено. Все, кто обладает хоть каплей магических сил, в нашем королевстве стоят на учете. А с моей разноцветной и вовсе не стоит светиться. Изумрудные всполохи…

Племянница королевы Тайпьетты…

Круто, если бы не было так печально…

Попрощавшись с Лиендой, я вышла за ворота. Набрала полную грудь воздуха и, покачиваясь, пошла в конец улицы. Там за перекрестком должны стоять извозчики. Сейчас найму повозку и уеду в гостиницу. Нужно отлежаться. И примириться с этой дикой вопиющей мыслью, что я родственница королевы.

Или нет, и я все-таки ошибаюсь? Уехать бы отсюда побыстрее. Вернуться в Штокенвильд и расспросить обо всем Мэйсира. Ведь это он вытащил меня из горящего дома? Еще это чертово задание от Катарины Блич. Выкрасть книгу? Что-то я теперь сомневаюсь, что ей это действительно нужно. Она специально направила меня сюда, чтобы я получила эту информацию! А по другому нельзя было?

Господи, о чем я говорю? Неужели глава Королевской разведки придет и скажет мне: "Дорогая ученица, ты наследница королевской крови!"

Ха-ха, это все так попахивает абсурдом.

Нет, я больше не могу об этом думать.

С каждым шагом чувствуя, что силы покидают меня, я остановилась в тени огромного дерева. До стоянки с повозками еще метров триста. Но, кажется, я уже не дойду. В глазах начало расплываться, и из последних сил я вцепилась в шершавый ствол старого огромного дерева. Что за черт?

Синяя пелена перед глазами и шум в голове, а еще, кажется, слышны осторожные шаги слева. Я попыталась сгруппироваться, чтобы дать отпор, если кто-то вдруг решит на меня напасть, но тьма оказалась сильнее, одолевая. И наверное, я свалилась бы прямо на землю, но подошедший ловко подхватил мое безвольное тело на руки.

Этели

Сознание возвращало меня в этот мир неохотно. Я снова плавала в обрывках воспоминаний, но понять их и тем более запомнить не могла. Все казалось сплошным разноцветным и бессмысленным месивом. И только когда в нос ударил запах нюхательной соли, распахнула глаза.

Потолок из неотесанных, местами подгнивших от сырости досок, многоголосый гул в ушах и жесткий соломенный матрас под спиной. Маленькая комнатка, в которой я находилась, была без дверей. Приглушенный свет свечной лампы еле разгонял пробирающиеся в комнату сумерки. Стол-коротыш у узенького окна, занавешенного какой-то линялой тряпкой. Пару газет на деревянной непокрытой столешнице и стакан воды. Я повернула голову и столкнулась с проницательным взглядом. За секунду пронеслись воспоминания прошедшего дня.

— Что, все так плохо? — спросила я, понимая, что без сознания провалялась приличное количество времени.

— Тебе лучше знать. Думал уже вызывать лекаря. Но сам понимаешь, тогда бы всему конец.

— Спасибо, Зюнгер. Я твой должник.

— Сочтемся.

— А мальчишки, — кивнула я в сторону общей комнаты, где готовились ко сну бездомыши, — не задают вопросов?

— Они их никогда не задают. У них есть глаза, уши и мой авторитет. Кстати, ты можешь остаться здесь. У меня сегодня ночное дежурство, я охраняю торговые склады на причале. Отосплюсь на работе. А это моя личная комната. Чувствуй себя как дома.

— Спасибо. Пока не могу сказать, воспользуюсь или нет. Что с документами?

— Все готово. Вот, держи. — Зюнгер отодвинул край соломеннного матраса и, достав оттуда серую картонную папку, протянул мне.

Чистый бланк с удостоверением личности был вмеру потертым, но без единого пятна, которые обычно оставались от дешевых химикатов, если какой-то неумеха пытался вывести с документа старое имя.

— Все по высшему разряду. Вермель и носа не подточит, — усмехнулся он.

— Это что, местная поговорка? — ответила улыбкой я. А затем, не стесняясь молодого мужчины, расстегнула жилетку и выудила из внутреннего кармана два золдена.

Зюнгер принял их с особым трепетом и сразу убрал в карман.

— Да, ребята скоры на расправу языком. На ходу придумывают. К Вермелю прицепилось быстрее всего. Но он, в целом, мужик неплохой. Есть хочешь?

Я, ощущая себя куском помятой ваты, ответила:

— Зверски. Если накормишь, считай, что спасешь меня во второй раз.

Зюнгер внимательно осмотрел меня и согласно кивнул. Отчего-то мне казалось, что он понимает намного больше, но обсуждать это, конечно же, не станет. По крайней мере, пока я сама этого не захочу.

— Сейчас принесу. Там осталось немного каши, правда без масла. И, может быть, даже найду пару кусков хлеба.

Я показала палец вверх и измученно улыбнулась, а мой спаситель ушел.

Снова откинувшись на жесткую, набитую травами подушку, задумалась. Черт подери, что со мной происходит? Хоть с кем-то посоветоваться, кто в магии что-то понимает. Раньше помогал Сани, а сейчас я совсем как слепой кутенок.

Зюнгера долго ждать не пришлось. Он вернулся через пару минут с огромной чашкой, наполненной доверху разнозерновой распаренной кашей. Сверху таял маленький кусочек желтого жира и прямо поверх каши торчала кривая потемневшая ложка.

— Держи и хорошенько поешь, — практически шепотом проговорил Зюнгер и поставил чашку на крохотный стол. Из кармана выудил завернутый в бумагу отрубной хлеб и положил рядом. — Я не знаю, как ты это делаешь и зачем. Но избавляться от собственных сил неправильно. Нужно научиться управлять ими, а не сбрасывать. Поверь, мне встречалось много одаренных ребят. Принадлежность к сословию никак не влияет на дар, который появляется при рождении. Но даже те мальчишки, которые не научились к десяти годам читать, с этой бедой справлялись. Иначе не выжить.

Я сглотнула колючий ком в горле и прикрыла глаза.

— Ты ешь, — продолжил он. — Силы скоро появятся. Сразу не уходи, отлежись. И подумай. А мне пора уже. Свидимся еще.

— Спасибо, Зюнгер, — прошептала я, еле сдерживая слезы. Переоценить его заботу было невозможно. Не бросил в беде, не вызвал лекаря, боясь навредить, не сдал ни стражникам-магам, ни полицаям …

Смотрящий скрылся в дверном проеме, а я, с трудом поднявшись с кровати, трясущимися руками схватилась за плошку с кашей и, с жадностью бездомной собаки, принялась за еду.

Через час, когда появились силы, и я уже смогла нормально вставать с кровати и перемещаться по комнате, было принято единственно верное решение — мне нужно срочно возвращаться в гостиницу. Как бы не хотелось поваляться еще, но первым делом необходимо привести себя в порядок. А еще стоит расставить приоритеты, продумать все возможные версии развития событий. Заполнить бланк удостоверения, в конце концов.

Покачиваясь на ослабших ногах, я тихо выругалась и, шаркая ботинками, поплелась на выход. В общей комнате, как и в маленьком коридорчике, было темно, но приоткрытая дверь на улицу давала понять, куда двигаться дальше.

Осторожно переступая и держась за стенку, я вышла наружу, вдохнула свежий воздух и поморщилась от боли. Голова трещала, будто меня хорошенько ей приложили об стену. Тихий шорох и легкое движение в стороне от меня заставили резко распахнуть глаза. Оказалось, что на ступенях ютится полусонный Корчеш. Он жался щекой к нагретым от солнца и еще не остывшим деревянным перилам и кутался в тонкую поношенную женскую кофту.